Книга
← К списку книгЗагрузка разделов…
активнаАктивные записи участвуют в каталоге и синках. Неактивная книга скрыта, но не удалена из базы.
Книга
В.Г.Сироткин
ОТЕЧЕСТВЕННАЯВОЙНА
КНИГА ДЛЯ УЧАЩИХСЯ СТАРШИХ КЛАССОВ СРЕДНЕЙ ШКОЛЫ
МОСКВА «ПРОСВЕЩЕНИЕ» 1988
ББК 63.3(2)47С40
Рецензенты:доктор исторических наук, профессор В. А. Федоров;учитель истории школы № 61Москвы С. Г. Пискунов
Даты под иллюстрациями даны по авторскому оригиналу
Сироткин В. Г.
С40 Отечественная война 1812 гада: Кн. для учащихся ст. классов сред. шк.— М.: Просвещение, 1988.— 255 с.: ил.
ISBN 5-09-001538-4
В книге в популярной форме рассказывается о героической странице в истории нашей Родины — Отечественной войне 1812 года. С учетом последних достижений науки дается предыстория войны, ход военных действий, показан народный характер войны, даны портреты прославленных героев 1812 года. Большое внимание уделено значению истории войны в современной идеологической борьбе.
4306020000—354
103(03)—88
226—87
ББК 63.3(2)47
ISBN 5-09-001538-4
© Издательство «Просвещение», 1988
Эта книга — о «грозе двенадцатого года», о великом патриотическом подвиге народов России, отразивших в 1812 году мощное иноземное нашествие «двунадесяти языков» «великои армии» Наполеона.
Выдающийся представитель первого, дворянского поколения русских революционеров А. И. Герцен был глубоко прав, когда писал: «Новая Россия начинается с 1812 года».
В центре книги — все основные события Отечественной войны: сражение под Смоленском, Бородино и Малоярославцем, контрнаступление русской армии и паническое бегство остатков наполеоновской армии через реку Березину.
Особое внимание уделено народной партизанской борьбе и рейдам войсковых партизан по тылам противника.
Отечественная война 1812 года не была изолированным и чисто русским событием — она оказала решающее воздействие на судьбы Европы и мира второго десятилетия XIX в. «Уничтожение огромной наполеоновской армии при отступлении из Москвы,— писал Ф. Энгельс в статье «Внешняя политика русского царизма»,— послужило сигналом к всеобщему восстанию против французского владычества на Западе» (Маркс К., Энгельс Ф. Соч.— 2-е изд.— Т. 22.— С. 30). И не случайно на одном из самых первых памятников М. И. Кутузову, воздвигнутом в 1821 г. в г. Бунцлау (ныне город Болеславец Польской Народной Республики), где великий русский полководец скончался 28 апреля 1813 г., сегодня можно прочитать 3
надпись: «До сих мест довел князь Кутузов-Смоленский победоносные российские войска... Он спас Отечество свое, он открыл путь к избавлению народов».
129 лет спустя другой претендент на мировое господство, Гитлер, попытался повторить путь «великой армии» Наполеона. Готовясь к разбойничьему нападению на СССР, гитлеровские генералы засели за штудирование истории войны 12-го года.
Но не случайно К. Маркс, сравнивая правление Наполеона I и Наполеона III (1852—1870), пророчески заметил, что история может повторяться дважды — один раз как трагедия, второй раз как фарс. Фарсом стал и гитлеровский блицкриг. Один из немецких генералов через три месяца после начала Великой Отечественной войны записал в свой дневник: «Воспоминания о великой армии Наполеона преследовало нас как привидение. Книга мемуаров наполеоновского генерала Коленкура, всегда лежавшая на столе фельдмаршала фон Клюге, стала его библией. Все больше становилось совпадений с событиями 1812 года».
Знаменателен и вывод недобитого гитлеровского вояки: «И Наполеон, и Гитлер верили, что их войны в России закончатся так же быстро и успешно, как и многие другие, которые они вели до этого. Оба они неправильно представляли себе внутренние силы и размеры России».
Сегодня на Западе задним числом пытаются «подправить» историю, найти оправдательные причины поражения армий Наполеона и Гитлера («генерал Мороз», необъятные географические просторы и т. д.), попутно бросив тень на патриотизм русского народа и в 1812, U в 1941—1945 гг. Лучшим ответом этим горе-историкам могут служить слова А. И. Герцена: «Каждый русский сознает себя частью всей державы, сознает родство свое со всем народонаселением. Оттого-то, где бы русский ни жил на огромных пространствах между Балтикой и Тихим океаном, он прислушивается, когда враги переходят русскую границу, и готов идти на помогць Москве так, как шел в 1612 и 1812 годах». И, добавим, в 1941 году.
1лава
Дипломатическаядуэлькануна войны
Дипломатическаядуэлькануна войны
Война началась задолго до того, когда три роты наполеоновской легкой пехоты светлой июньской ночью 1812 г. переправились на правый «русский» берег Немана. Правда, тогда еще не стреляли пушки и бравые капралы и унтер- офицеры, лихо закручивая усы, не кричали французским конскритам и русским рекрутам: «Скуси патрон! Сыпь в дуло! Сплюнь пулю! Гони пыж! Сыпь на полку! Поджигай! Пли!»
Но война уже шла. Шла в тиши кабинетов военных министерств, за столом дипломатических переговоров; о военных приготовлениях сообщалось в донесениях секретных политических и военных агентов обеих сторон. Внешне тильзитские союзники соблюдали «правила игры» — называли в учтивых письмах друг друга «государь и брат мой», слали друг другу подарки, поздравляли с именинами, но подготовка к войне набирала темп, и, чем ближе приближалось 24 июня 1812 года, тем быстрее становился этот невидимый простым людям бег к войне.
В сущности, еще заключая в июне — июле 1807 г. в Тильзите2 мир и союз, оба императора хорошо понимали всю эфемерность надежд на длительное сотрудничество, особенно в военной сфере.
77Все даты приведены по новому стилю. Ныне город Советск.
7
7
।-Liana I... ,
Встреча на Немане А лександра I и НаподеонаГравюра Ламо и Мисбаха 1-я чете.XIX В.Встреча на Немане А лександра I и НаподеонаГравюра Ламо и Мисбаха 1-я чете.XIX В.Следует подчеркнуть, что в особо секретной переписке с наиболее доверенными лицами ни Александр I, ни Наполеон и не скрывали, что они рассматривают тильзитские соглашения как «брак по расчету». Известно, что неожиданный скоропалительный союз вчерашних врагов, необычный характер мирных переговоров вдали от столиц, экзотическая встреча двух императоров на плоту посреди Немана, скрытый от современников секретный текст русско-французского союзного договора в Тильзите — все это породило массу слухов и домыслов в общественных кругах двух стран.
Встреча на Немане А лександра I и Наподеона
Гравюра Ламо и Мисбаха 1-я чете.
XIX В.
Встреча на Немане А лександра I и Наподеона
Гравюра Ламо и Мисбаха 1-я чете.
XIX В.
В России сразу же возникла мощная дворянская анти- тильзитская оппозиция, которую возглавила не кто иной, как мать самого Александра I — вдовствующая императ- 3 рица Мария Федоровна. В гневном письме накануне оче-
редкой встречи ее сына с Наполеоном в Эрфурте осенью 1808 г. она писала, что этот противоестественный союз с «корсиканским чудовищем» кладет на репутацию царя «неизгладимое пятно, за которое когда-нибудь даже грядущие поколения будут упрекать Вас, каково бы ни было Ваше дальнейшее царствование».
Столичное (петербургское и московское) дворянство открыто выражало свое недовольство союзом с Наполеоном.
Известный консервативный мемуарист первой половины XIX в. Ф. Ф. Вигель, выражая настроения дворянского общества накануне Отечественной войны 1812 года, писал об этом крутом повороте русской внешней политики: «На 11етербург, даже на Москву и на все те места в России, коих просвещение более коснулось, Тильзитский мир произвел самое грустное впечатление: там знали, что союз с Наполеоном не что иное может быть, как порабощение ему...» Недовольство союзом с Францией было заметно и в прогрессивных кругах дворянства. Будущий декабрист Н. И. Тургенев записал в своем дневнике накануне заключения мира в Тильзите: «Каков-то будет мир — неизвестно, прочен ли? Но, вообще, думаю, что он не может быть продолжителен, или прочен, или выгоден для нас».
Однако «властитель слабый и лукавый», как назвал императора Александра I А. С. Пушкин, был не так прост, как это иногда казалось многим его современникам, особенно неискушенным в дипломатических интригах. Лишь очень немногие тогда, в эпоху Тильзита, разгадали скрытый маневр Александра I в тайном торге с Наполеоном. Сам Царь в своем ответном письме матери полностью раскрыл карты: никакого подлинного союза с Наполеоном нет и быть не может, тильзитские соглашения — это только временная передышка.
Не проявили восторга от заключения мира и союза в I ильзите и наиболее дальновидные политики и дипломаты во Франции. Первым, кто расценил Тильзит как шаг
••,..,..= Глава I - ■■ ■. — -
к будущей войне, был один из творцов тильзитских соглашении, небезызвестный Ш.-М. Талейран, который вскоре предпочел уйти в отставку с поста министра иностранных дел Наполеона, избрав малопочтенную, но хорошо оплачиваемую из секретных фондов царя роль тайного агента России в Париже.
Когда первые восторги «солнца Тильзита» прошли, дипломатические агенты начали слать в Париж тревожные донесения о несоблюдении Россией, Австрией, Пруссией, Швецией условии континентальной блокады. Уже в декабре 1808 г. Наполеону был представлен доклад «Сжатое изложение общего положения дел в Европе в конце 1808 г.». Доклад был выдержан в откровенно антирусских тонах, которые намеренно сгущались неизвестным автором: «Континентальная блокада на деле отменена Россией и Австрией. С.-Петербургский кабинет является на Севере пособником и комиссионером Великобритании... Союз Англии и России с каждым днем становится все менее сомнительным. Царь Александр, верный союзник его величества императора Наполеона, все время проявляет самые великодушные и благородные намерения относительно всеобщего мира и свободы морей, но кабинет этого монарха, по-видимому, получает инструкции (!? —В. С.) из Лондона».
Однако наиболее полная картина очевидной невыгодности тильзитских соглашений для Франции и выгодности их для России была нарисована в обширном докладе императору французов нового министра иностранных дел Ж.-Б. Шам- паньи, сменившего Талейрана на этом посту. Доклад был озаглавлен «Взгляд на дела континента и сближение России с Великобританией» (16 марта 1810 г.). В этом докладе договор с Россией квалифицировался уже не как союз, а как «вооруженный нейтралитет» держав Севера (Россия, Пруссия, Дания, Швеция) в конфликте между Францией и Англией. Шампаньи делал вывод, что тильзитско-эрфуртский союз больше невыгоден Франции, и предлагал начать
создание мощной антирусской коалиции в составе I урции, Швеции, Австрии, Пруссии во главе с Францией для будущего «крестового похода» на Россию.
Вся последующая (с марта 1810 г.) деятельность французской дипломатии и разведки была направлена на реализацию этого грандиозного плана.
Политическая подготовка к кампании 1812 года была спланирована Наполеоном в двух параллельных направлениях — разведывательном и дипломатическом. Наполеон создает два центра сбора военно-политической информации в России. Первый — в Варшаве, под руководством французского резидента в герцогстве Варшавском аббата Л.-П. Биньона. Этот центр подчинялся министерству иностранных дел и занимался в основном политической разведкой — перлюстрацией писем, опросами купцов, путешественников, допросами пленных и дезертиров, сбором агентурных данных о строительстве русских приграничных крепостей, дорог, депо и т. д. Агентура Биньона действовала главным образом в западных губерниях России — в Белоруссии, на Украине, в Прибалтике. Второй центр создается в Гамбурге при штаб-квартире маршала Л.-Н. Даву с филиалом в Данциге , где размещался штаб генерала Ж. Раппа. Оба эти военно-разведывательные бюро занимались преимущественно военным шпионажем.
В 1811 г. в целях систематизации данных политической и военной разведки при МИД Франции был создан специальный информационно-статистический отдел во главе с опытным разведчиком Лелорнь д’Идевилем, долгое время до этого служившим при французских миссиях в Пруссии и России и свободно владевшим немецким и русским языками, что было большой редкостью среди наполеоновского «нового» дворянства.
I звестно, что Наполеон никогда не жалел денег на
1111Сейчас Гданьск в Польской Народной Республике.
11
11
" '..m,;.,= Глава I -~.
разведку. Но при подготовке к войне с Россией он особенно расщедрился. Только по секретной статье на «подкуп иностранцев» в бюджете МИД Франции с 1810 г. отпускалось от 3 до 5 млн. франков. Из этих же фондов Наполеон субсидировал как штатных, так и «приглашенных» агентов. К числу последних относился крупный французский археолог Жан Лайар, который с 1807 г. вел раскопки в Персии. В начале 1810 г. Наполеон пригласил Лайара к себе и посоветовал ему возвратиться с очередных раскопок не обычным путем через Турцию — Балканы — Италию, а кружным — через Каспий, по Волге, через Москву, Петербург, Прибалтику, Варшаву. Лайар, получивший за «кружной путь» солидную сумму, привез Наполеону и лично передал в декабре 1810 г. массу ценных разведывательных сведений — о рекрутских наборах, системе управления армией, о местах основной дислокации войск и т. д.
Однако чаще всего в качестве разведчиков Франции в Россию засылались польские и немецкие негоцианты, гувернеры, домашние учителя и т. д.
Огромные усилия прилагала наполеоновская разведка для того, чтобы завербовать себе агентов из числа генералов и офицеров русской армии. В начале 1812 г. один из резидентов при посольстве Франции в Петербурге составил даже список-анкету на 60 русских генералов (среди них были М. И. Кутузов, М. Б. Барклай-де-Толли, М. А. Милорадович, Д. С. Дохтуров, П. А. Тучков 1-й, М. С. Воронцов и др.), но при этом отметил, что ни один из них на предательство отечества не пойдет.
Иная картина складывается при анализе действий русской разведки во Франции. Русская сторона также начала интенсивную подготовку к войне с 1810 г. Непосредственным толчком к активизации военно-политических и разведывательных усилий царского двора против Франции послужила копия сверхсекретного доклада Шампаньи Наполеону от 16 марта 1810 г., которую уже в начале апреля за
большие деньги приобрел у Талейрана флигель-адъютант царя полковник А. И. Чернышев, официальной миссией которого являлась перевозка писем Александра I к Наполеону и обратно. Копия доклада Шампаньи кружным путем (через русского посла в Испании Г. А. Строганова) была в конце апреля 1810 г. доставлена в Петербург.
Собственно, для правящих кругов России доклад Шампаньи не содержал большого откровения: русско-французские «союзные» отношения ухудшались день ото дня, и вся проблема состояла в другом — как можно больше узнать о военных планах Наполеона, не дать ему сколотить мощную антирусскую коалицию и своевременно подготовиться к будущей войне.
В январе 1810 г. Александр I назначил нового военного министра. Им стал М. Б. Барклай-де-Толли. Он сразу и энергично принялся за работу. В феврале — апреле 1810 г. военный министр представил царю несколько записок, содержащих предложения по укреплению обороноспособности России на случай войны с Францией.
Барклай выдвинул три варианта возможных военных действий в зависимости от того направления (на Киев, Петербург или Москву), которое изберет Наполеон для вторжения. И хотя Александр I одобрил эти стратегические соображения своего трудолюбивого министра, в начале 1810 г. еще трудно было предвидеть, какой в действительности план военных действий изберет противник.
Поэтому разработка конкретного плана войны с Францией во многом зависела от того, насколько детально узнает военное ведомство России о реальных планах Наполеона на предстоящую кампанию. И здесь решающее слово принадлежало военной разведке.
До 1810 г. организованной службы военной разведки в России не существовало. Обычно накануне какой-либо кампании со специальными миссиями под видом дипломатических курьеров или «путешествующих по частным надобно- 13
Глава I —— —-
стям» направлялись в тыл противника отдельные лица для сбора военных сведений. Нередко эти «частные лица» становились легкой добычей наполеоновской контрразведки. Барклай-де-Толли решил придать военно-политическому шпионажу стройную систему. По его докладу царю с ноября 1810 г. в России впервые в мире была создана служба военных агентов (атташе), прикомандированных к русским посольствам за границей и пользующихся дипломатической неприкосновенностью. В конце 1810 г. такие агенты (атташе) были посланы в Париж, Вену, Варшаву, Мюнхен.
Наиболее активным из этих агентов стал А. И. Чернышев. Из врученной ему за подписью арклай- де-Толли секретной инструкции от 5 октября 1810 г. следовало, что Чернышев обязан был «из-под руки», т. е. тайно, собирать и сообщать в военное министерство все сведения о военных приготовлениях Франции и ее союзников.
Чернышев блестяще справился с этой задачей, с ноября 1810 по февраль 1812 г. сообщая русскому командованию ценнейшие сведения. Косвенно это признала и сама французская военная прокуратура, когда арестовала и в апреле 1812 г. судила одного из конфидентов Чернышева — чиновника министерства обороны Франции Мишеля.
Но Чернышев был не единственным секретным агентом царя в лагере его «союзника». Еще более важную роль играл второй агент — будущий канцлер и министр иностранных дел Николая I Карл Васильевич Нессельроде, обрусевший прибалтийский немец. Он был направлен в Париж даже раньше Чернышева — в марте 1810 г. в скромной должности советника русского посольства по финансовым вопросам. Однако фактически Нессельроде являлся политическим резидентом царя и главным посредником между ним и самым главным осведомителем о планах Наполеона в отношении России — Талейраном.
Конфидент — осведомитель.
--——--- Дипломатическая дуэль кануна войны" "п^
Письма Нессельроде из Парижа — интереснейшие документы русской дипломатии накануне войны 1812 г* Они были написаны по всем правилам конспирации, несмотря на то что наиболее важные из них отправлялись только с Чернышевым. Все главные действующие лица были зашифрованы. Талейран именовался в них то «Анной Ивановной», то «наш библиотекарь», но чаще всего — «мой кузен Анри». Наполеону было присвоено исконно русское имя-отчество «Терентий Петрович», а иногда Нессельроде называл его даже на англиискии манер — «Софи Смит». Под условными именами были скрыты: русский посол в Париже А. Б. Куракин («Андрюша»), канцлер Н. П. Румянцев («моя тетя Аврора»), Ж.-Б. Шампаньи («наш племянник Серж»). Александр I именовался «Луизой», а сам Нессельроде скрылся под псевдонимом «танцор».
По содержанию и объему информацию Нессельроде можно разделить на три неравные части: большую часть составляли его личные соображения о политике Франции и России, затем шло изложение бесед с Талейраном и, наконец, копии важнейших документов французской дипломатической службы. Нессельроде весьма глухо упоминает о своих помощниках в приобретении копий этих документов. Очевидно другое — копии эти стоили довольно дорого. Нессельроде неоднократно просил у министра финансов денег и даже открытия специального счета в «Банк де Франс», отдельного от счета русского посольства в Париже.
Разведывательная деятельность А. И. Чернышева, К. В. Нессельроде и их главного информатора Талейрана оказала русским дипломатам и военным неоценимые услуги в раскрытии деталей подготовки Наполеона к войне 1812 года.
Не удалось агентам царя во Франции лишь самое главное — раздобыть конкретный план (сроки вторжения, направления главного удара, продолжительность кампании, ее конечные цели) войны Наполеона против России. Впрочем, ^5
=— = Liana I -" — __ ■ —г
это и неудивительно: вплоть до самого начала воины Наполеон, в отличие от всех предыдущих своих кампаний, и сам не знал — куда он нанесет главный удар — на Петербург, Киев или Москву?
Очень многое зависело от того, удастся ли претенденту на мировое господство сколотить мощную антирусскую коалицию из Австрии, Пруссии, Швеции и Турции. Именно поэтому 1810, 1811 гг. и начало 1812 г. прошли в интенсивной тайной и явной дуэли французской и русской дипломатий за союзников.
Первый тур этой борьбы разгорелся за Австрию. На первом этапе Франция, казалось, далеко обошла Россию — в феврале 1810 г. Наполеон вступил в династический брак с австрийской принцессой Марией Луизои. Это был типичный королевский «брак по расчету» — Наполеон не видел ни разу своей будущей избранницы. Более того, он даже не поехал на бракосочетание в Вену, послав вместо себя исполнительного начальника главного штаба маршала Л.-А. Бертье, князя Ваграмского. Менее года назад Австрия была наголову разгромлена при Ваграме, и «князь Ваграмский» должен был своим присутствием на бракосочетании «по доверенности от жениха» напоминать австрийцам, что их ждет в случае «измены», т. е. перехода на сторону России.
Отправив Бертье в Вену и срочно разведясь с первой женой — Жозефиной, которая получила солидные отступные в виде пенсии, дворцов, прислуги и титул «вдовствующей императрицы» (это при живом-то муже!), Наполеон ускакал в Испанию — дела там шли все хуже и хуже.
Его уже не интересовало общественное мнение простых французов, открыто выражавших недовольство браком императора с «австриячкой»,— одной из них, королеве Марии Антуанетте, парижане уже отрубили голову в 1793 г.— Наполеону нужен был сильный союзник для похода на Россию.
Попытка русской дипломатии расстроить этот династи-
^— — Дипломатическая дуэль кануна войны = ческий брак, для чего в Вену отправился друг юности царя граф П. А. Шувалов, успеха не имела. Не удалось первоначально заключить и конвенцию о нейтралитете Австрии в предстоящей франко-русской войне.
И только тогда, когда Россия все через того же Талейрана получила в апреле копию франко-австрийского союзного договора от 14 марта 1812 г. об участии Австрии в войне на стороне Наполеона, канцлер Н. П. Румянцев перешел к решительным действиям. 7 апреля 1812 г. он пригласил к себе австрийского посла И. Сен-Жюльена. Последний всячески отрицал наличие военного союза с Францией против России. Тогда в разговор неожиданно вступил сам Александр I, до этого скрывавшийся за портьерой в кабинете Н. П. Румянцева. Он начал с того, что показал послу копию договора 14 марта. Пока ошарашенный Сен-Жюльен что-то мямлил, царь заявил: «Если ваш император намерен разыгрывать комедию — ограничиться формальной посылкой против меня 30 тыс. солдат, для меня достаточно, что я поставлен в известность об этом договоре. Но если... вы хотите со мной действительно воевать, то я двину против вас шесть дивизий, не считая Дунайской армии, я использую... все способы для усиления недовольства в Венгрии или же снова договорюсь с Францией, любой вариант — не в ваших интересах».
1717Демарш русской дипломатии возымел действие: с началом в 1812 г. военных действий Австрия ограничилась посылкой в Россию 30-тысячного корпуса Шварценберга, который увяз в позиционной войне с 3-й Западной армией и с июня по ноябрь 1812 г. так и не продвинулся от западной русской границы более чем на 150—170 км. Более того, когда Наполеон в октябре 1812 г. послал своему тестю, австрийскому императору отчаянный призыв: «Пошлите 150-тысячную Трансильванскую армию, ударьте русским в тыл, дайте мне возможность прорваться из Москвы на краину»,— император остался глух к этому призыву.
17
17
—™™™"™ = Глава I — . , ■—- т ,■ ■, т;,-^
Таким образом, Австрия, самый сильный союзник Наполеона, была в значительной степени нейтрализована.
Аналогичная тактика была применена и к Пруссии.
24 февраля 1812 г. Наполеон заставил прусского короля подписать союзный договор и союзную конвенцию. По их условиям Пруссия выставляла против России 20-тысячный вспомогательный корпус генерала Г. Норка, который должен был действовать на рижско-петербургском направлении.
Но далее события развивались по той же схеме, что и с Австрией. Пруссаки уведомили царя, что воевать они по-настоящему с русскими не будут. Уже в конце июня 1812 г., едва «великая армия» вторглась в пределы России, выдвинутый к Риге корпус Норка занял оборону, а его главнокомандующий затеял переговоры о перемирии с генерал-губернатором Курляндии Ф. О. Паулуччи. Пруссаки первыми же переметнулись на сторону России, когда полный разгром наполеоновской армии стал очевидным фактом: 30 декабря 1812 г. Г. Норк заключил с русскими конвенцию о нейтралитете.
Наряду с Пруссиеи и Австрией Наполеон возлагал большие надежды на военную помощь Турции и Персии (Ирана). Еще в период первой русско-французской воины 1806—1807 гг., направляя в Турцию своего эмиссара генерала Г. Себастиани (будущего военного коменданта оккупированной Москвы), Наполеон так инструктировал его: «Тройной союз — я, Порта и Персия — против России; я нигде не буду поддерживать бунтовщиков, пусть союз с Портой станет известным России, Англии, всей Европе; ...закрыть Босфор для русских, закрыть все порты, возвратить Турции ее абсолютное господство над Молдавией и Валахией; я не хочу раздела Константинопольской империи, даже если мне предложили бы 3/4 ее... Я хочу укрепить и усилить эту великую империю и использовать ее такой, какая она есть, как противовес России».
. -- Дипломатическая дуэль кануна войны ■ —-
К началу войны 1812 года обстановка на южных российских границах, казалось, способствовала реализации проектов Наполеона принудить Россию сражаться на три «фронта»: с 1804 г. Россия воевала с Персией, с 1806 г.— с Турцией, а с июня 1812 г. вынуждена была бы отражать наполеоновское нашествие.
Война с Турцией шла ни шатко, ни валко — противники то воевали, то вели мирные переговоры. Успешным военным действиям России мешала чехарда с главнокомандующими — с 1806 по 1810 г. их сменилось трое — И. И. Михельсон, П. И. Багратион, Н. М. Каменский. Лишь после того, как весной 1811 г. Александр I смилостивился и вызвал М. И. Кутузова из опалы (за Аустерлиц в 1805 г., где в поражении русских войск был виноват он сам, а не Кутузов), назначив его главнокомандующим, положение круто изменилось. Причем изменилось даже тогда, когда из Молдавской (Дунайской) армии царь отозвал часть войск на западную границу, оставив Кутузову всего 45 тыс. человек.
И с этой небольшой армией, из которых около 10 тысяч находились в резерве, Кутузов 4 июля 1811 г. наголову разгромил при Рущуке 60-тысячную турецкую армию Ах- мед-паши, отослав в Петербург в качестве трофеев 13 турецких знамен. Царь вынужден был признать военное мастерство опального генерала, хотя и весьма оригинально: прислал ему собственный портрет, украшенный бриллиантами, стоимостью в 150 тыс. рублей1.
Некоторые «горячие головы» в Молдавской армии толкали Кутузова развить успех — в наступление, добить турок. В других условиях он, может быть, так и поступил бы.
Портрет должен был напоминать строптивому старику, кто истинный «хозяин» русской армии, но продать его Кутузов не имел права (изображен сам государь), хотя и очень нуждался в деньгах — ведь у него было пять дочерей на выданье.^9
■ -= 1лава I ~
Но Кутузов знал то, о чем «горячие головы» еще не подозревали: Наполеон концентрирует на западных границах России огромную армию, и вот-вот начнется война. Военный министр М. Б. Барклай-де-Толли секретнейше писал ему: не затягивайте войну, «от всего сердца желаю, чтобы ваше высокопревосходительство скорее украсилось венцом мира...».
Кутузов внешне сделал все как раз наоборот: он не только не погнался за Ахмед-пашой после победы под Рущуком, а, наоборот... отступил за Дунай (как это потом будет напоминать отступление от Бородино и оставление Москвы!). Оправившись от изумления, Ахмед-паша с остатками армии кинулся в погоню, также переправился через Дунай и... попал в ловушку.
В середине октября 1811 г. в районе крепости Журжа вся турецкая армия была окружена и сдалась на милость победителя. Кутузов не стал унижать противника пленом. Он отпустил всех турок по домам, поставив лишь одно условие — заключение немедленного мира. Ахмед-паша принял эти условия. Александру I пришлось проглотить и эту пилюлю — за победу в русско-турецкой войне 1806—1812 гг. Кутузов и весь его род были произведены в «графское Российской империи достоинство».
Таким образом менее чем за месяц до открытия «третьего фронта» — с Францией — русско-турецкие отношения круто изменились: благодаря полководческому и дипломатическому искусству М. И. Кутузова турки вынуждены были 28 мая 1812 г. подписать в Бухаресте мир с Россией. Дунайская армия ускоренным маршем пошла на соединение с 3-й Западной армией генерала А. П. Тормасова.
На персов также надежда оказалась плоха — они воевали еле-еле и в конце концов были вынуждены заключить с русскими мир 24 октября 1813 г. в Гюлистане.
Таким образом, и «восточный барьер» против «русского колосса» оказался не более чем мифом.
Дипломатическая дуэль кануна войны
Последнюю ставку в этой дипломатической дуэли с Россией Франция сделала на Швецию. Шведы, подобно туркам, почти весь XVIII в. воевали с Россией. Последняя война закончилась за три года до вторжения «великой армии» в Россию: Швеция потерпела поражение и потеряла Финляндию. Наполеон хорошо знал, что часть шведского дворянства (особенно те, чьи поместья остались в Финляндии) мечтает о реванше.
Дополнительным фактором уверенности Наполеона i том, что Швеция станет верным союзником Франции в предстоящей войне с Россией, был фактор личный — на шведском престоле с августа 1810 г. воцарился его маршал Ж.-Б. Бернадот, князь Понтекорво, женатый к тому же на первой невесте Бонапарта Клари Эжен Дезире. Ко всему этому Бернадот приходился еще Наполеону и свояком: ведь на родной сестре Клари Эжен — Жюли — был женат старший брат Бонапарта — Жозеф. Свято веря в корсиканские семейные узы, Наполеон до случая с Бернадотом и мысли не допускал, что свояк может предать свояка во имя «высших» государственных интересов.
2121Проталкивая Бернадота на шведский престол в качестве наследного принца и регента при умалишенном «отце» короле Густаве-Адольфе IV, для чего психически больного короля заставили подписать акт об «усыновлении» 46-летнего Бернадота, Наполеон был уверен, что его маршал окажется «белой вороной» среди спесивой шведской знати и посему станет постоянно искать французской защиты. Кроме того, Наполеон на собственном опыте испытал, как нелегко мелкопоместному дворянину с дурными манерами пробиться в сонм коронованных особ Европы. А ведь у Бернадота на груди навеки осталась якобинская татуировка «Смерть королям и тиранам!», и осведомители Наполеона постарались сообщить об этом всем придворным сплетникам от Вены до Петербурга.
21
21
Хотя вся Европа летом 1810 г. была уверена, что за
Diana I
спиной Бернадота, который сразу после избрания его шведским риксдагом 21 августа 1810 г. наследником и регентом престола перекрестился в «шведа» — стал Карлом XIV Юханом, стоит Наполеон, Александр I единственный оставался спокоен. Он уже знал истинную цену этому бывшему якобинцу — его военный агент во Франции у\ И. Чернышев работал не с одним Талейраном. Ровно за месяц до того, как Бернадот стал Карлом-Юханом, Чернышев прислал в Петербург секретный отчет о конфиденциальной беседе с Бернадотом в Париже. Вот что заявил будущий шведский король: «Я буду говорить с Вами не как французский генерал, а как друг России и Ваш друг. Ваше правительство должно всеми возможными способами постараться воспользоваться этими обстоятельствами, чтобы поставить на шведский трон того, на кого оно может рассчитывать, эта политика тем более важна и необходима, что Россия, предполагая, что ей придется вести войну либо против Франции, либо против Австрии, будучи уверенной в Швеции и не опасаясь диверсии с ее стороны в пользу державы, с которой придется воевать, извлечет неисчислимые выгоды тем, что сможет сосредоточить свои силы в одном месте». И это было сказано почти за два года до Отечественной войны 1812 года!
Наполеон пока ничего не подозревал. Более того, он был уверен, что Швеция у него теперь «в кармане». Да и как же иначе — еще до избрания Бернадота на престол он в январе 1810 г. заключил со Швецией союз, по условиям которого эта страна окончательно присоединялась к анти- английской континентальной блокаде.
В начале 1811 г. Наполеон потребовал открытого военного выступления Швеции против Англии и России. Бернадот попытался поторговаться — получить за это согласие Франции на присоединение Норвегии к Швеции, но Наполеон в грубой форме отказал — Норвегия до 1814 г. входила в состав Дании, верного союзника Франции, а именно датский флот вел на Балтике основную борьбу с английской контрабандой.
Через год, в январе 1812 г., Наполеон не посчитался с интересами шведского королевского дома — он приказал оккупировать так называемую шведскую Померанию в Северной Германии — последнее владение шведской короны на южном побережье Балтики.
Все эти акции Наполеона только ускорили русско-шведское сближение. В Стокгольм срочно был направлен вездесущий А. И. Чернышев. В феврале 1812 г. Бернадот сообщает в Петербург, что он готов заключить антинапо- леоновский шведско-русский союз при условии согласия царя на присоединение Норвегии к Швеции и отказа от притязаний на Финляндию. Александр I ответил согласием. Почти одновременно в Петербурге (5 апреля) и в Стокгольме (8 апреля 1812 г.) были подписаны тексты русско- шведского союзного договора. Формально новые друзья бывший якобинец и российский самодержец — еще не объявляли войны Франции, но они согласились воевать против ее верной союзницы—Дании (30 тыс. шведсв и 20 тыс. русского экспедиционного корпуса). В договоре содержались два важных пункта — о мирном посредничестве Швеции в русско-турецком и особенно русско-англии- ском конфликтах. С Турцией, как уже указывалось выше, Россия разобралась сама, а вот шведское посредничество с Англией оказалось как нельзя кстати.
В апреле 1812 г. сначала в Стокгольме, а затем, чтобы избежать глаз соглядатаев наполеоновской разведки в Швеции, в небольшом городке Эребру (тогдашней резиденции 23
— 1лава 1" ■ шведского парламента) начались секретные русско-швед- ско-английские дипломатические переговоры, которые в конце концов привели к подписанию русско-английского мирного договора.
Таким образом, Бернадот не только не стал врагом России, а, наоборот, выступил ее союзником и посредником в примирении Англии и России.
К. Маркс, написавший специальную статью о Бернадоте, очень высоко оценил искусство русской дипломатии, сумевшей исключить Швецию из числа потенциальных союзников Наполеона: «...Россия, без малейших жертв, обеспечила себе неоценимый в тот момент союз с Швецией», хотя именно Бернадот в других условиях «...мог бы решить исход кампании и занять С.-Петербург раньше, чем Наполеон достиг бы Москвы» (Маркс К., Энгельс Ф. Соч.— 2-е изд.— Т. 14.— С. 168).
Таким образом, дипломатическую дуэль кануна и первых месяцев Отечественной войны Наполеон проиграл. Между грандиозным проектом Шампаньи в марте 1810 г. и реальной международной обстановкой в июне — июле 1812 г. лежала огромная дистанция.
Документы эпохи
Нейтрализация Наполеона путем дипломатических «объятий»Из письма Александра I императрице-матери Марии Федоровне,сентябрь 1808 г.
Тильзит — это временная передышка, для того чтобы «иметь возможность некоторое время дышать свободно и увеличивать в течение этого столь драгоценного времени наши средства и силы... А для этого мы должны работать в глубочайшей тайне и не кричать о наших вооружениях и приготовлениях публично, не высказываться открыто против того, к кому мы питаем недоверие».
Русская старина.— 1899.— Кн. 4.— С. 18—23.
Из записки М. М. Сперанского
«О вероятностях войны с Францией после Тильзитского мира»,конец декабря 1811—начало января 1812 г.
Вероятность новой войны между Россией и Францией возникла почти вместе с Тильзитским миром. Самый мир заключал в себе почти все элементы войны. Ни России с точностью его сохранить, ни Франции верить его сохранению невозможно...
Тильзитский мир по существу своему есть мир невозможный не потому, чтобы Россия не могла выдержать торговых его последствий, но потому, что она не может никогда представить Франции достаточного ручательства в точном его сохранении. Следовательно, удаляя войну, должно, однако же, непрестанно к ней готовиться. Должно готовиться не умножением войск, которое всегда опасно, но расширением арсеналов, запасов, денег, крепостей и воинских образований.
Русская старина.— 1900.— № 1.— С. 57—65;
Внешняя политика России XIX и начала XX века.— М., 1962.— Т. VI.— С. 256.
Из доклада министра иностранных дел Ф ранции Ж.-Б. Шампаньи
(герцога Кодорского) Наполеону «Взгляд на дела континента и сближение России с Великобританией», 16 марта 1810 г.
Россия, Пруссия, Дания, Швеция под прикрытием открытого разрыва с лондонским двором и тесного союза с Францией сохраняют настоящий нейтралитет, выгодный только англичанам, поскольку состояние нашего флота делает этот нейтралитет совершенно для нас иллюзорным... Итогом этого подлинного изложения вещей является следующее: откровенно противостоящие интересы скоро вызовут более или менее выраженное противоречие политики Франции и политики России. Но тем не менее, не пренебрегая способами продолжить союз, база которого рушится, не отказываясь совершенно от надежды найти какую-то уверенность в переговорах с британским кабинетом, приучимся заранее рассматривать Россию как естественного союзника Англии и подготовимся к борьбе с результатами сближения этих двух держав на континенте, коль скоро более не в наших силах помешать этому.
Н. К. Шильдер. Император Александр I.—
Спб., 1897.—Т. III.—С. 471—483.25
Французский посол в Петербурге Арман де Коленкуроб опасности войны с Россией
Позиция Александра I
Из беседы царя с Коленкуром 11 мая 1811 г. в Петербурге
Если император Наполеон начнет против меня воину, возможно и даже вероятно, что он нас победит, если мы примем бой, но эта победа не принесет ему мира. Испанцев нередко разбивали в бою, но они не были ни побеждены, ни покорены. Однако они находятся от Парижа не так далеко, как мы, у них нет ни нашего климата, ни наших ресурсов. Мы постоим за себя. У нас большие пространства, и мы сохраняем хорошо организованную армию... Даже победителя можно заставить согласиться на мир... Если военная судьба мне не улыбнется, я скорее отступлю на Камчатку, чем уступлю свою территорию и подпишу в своей столице соглашение, которое все равно будет только временной передышкой...
Позиция Наполеона
Из беседы Наполеонас Коленкуром 5 июня 1811 г. в Париже
Я хочу, чтобы союз был мне полезен, а он не является более таковым с тех пор, как Россия начала допускать нейтральные суда в свои порты... Для того, чтобы мир был возможен и длителен, необходимо, чтобы Англия была убеждена, что она не найдет больше сочувствующих на континенте... Необходимо также, чтобы русский колосс и его орды не могли больше угрожать Югу внезапным вторжением.
Caulaincourt A. Memoires du general Caulaincourt, L’ambassade de Saint- Petersbourg et la campagne de Russie.— Paris, 1933,— T. I.— P. 270—293.
Свидетельство русского современникао причинах предстоящей войны с Францией
Я считал войну с Францией делом вполне естественным... Насильственный и невыгодный мир, который был недавно заключен, настоятельные просьбы нескольких правительств, деспотическое давление на нас французского двора, лживость его послов, недовольство всего нашего народа привели к разрыву, политические поводы которого остаются от меня скрыты.
Дневник Александра Чичерина, 1812—1813.—
М., 1966.— С. 83.
Глава
От Немана до Смоленска Планы сторон Начало войны
Вторжение в Россию в 1812 году Литография Г. Генри по рисунку О. Микешина. 2-я пол. XIX в.Вторжение в Россию в 1812 году Литография Г. Генри по рисунку О. Микешина. 2-я пол. XIX в.
Вторжение в Россию в 1812 году Литография Г. Генри по рисунку О. Микешина. 2-я пол. XIX в.
Вторжение в Россию в 1812 году Литография Г. Генри по рисунку О. Микешина. 2-я пол. XIX в.
От Немана до Смоленска
Хотя войну ждали давно, она началась для современников как-то очень странно — французская армия почти без боев продвигалась в глубь страны, а русская армия отступала. В первые две недели, если не считать мелких стычек кавалерийских отрядов, вообще никаких сражений не было. Наполеон, верный своей тактике генерального сражения, тщетно пытался догнать и разбить две русские армии — 1-ю под командованием Барклая-де-Толли и 2-ю — под командованием Багратиона.
Первая крупная стычка (или, как тогда говорили, «дело») случилась только 9—10 июля 1812 г. у местечка Мир на минском направлении, уже в 250 км от русской границы. Арьергард 2-й армии, состоявший из казаков донского атамана М. И. Платова, разгромил французских улан генерала Турно и польскую кавалерию генерала Рожнецкого.
Еще два боя местного значения произошли 23—26 июля 1812 г. У деревни
Глава 11,.,1;.
Подвиг солдат Раевского под Салта- новкойКартина художника Н. Самокиша.1912 г.Подвиг солдат Раевского под Салта- новкойКартина художника Н. Самокиша.1912 г.Салтановка 23 — 24 июля под Могилевом доблестно сражались два полка егерей под командованием Н. Н. Раевского из 2-й ар
Подвиг солдат Раевского под Салта- новкой
Картина художника Н. Самокиша.
1912 г.
Подвиг солдат Раевского под Салта- новкой
Картина художника Н. Самокиша.
1912 г.
мии Багратиона. Именно в этом бою 24 июля Н. Н. Раев
ский совершил свой первый подвиг. Видя, что под напором превосходящих сил корпуса маршала Даву один из русских полков дрогнул, Раевский поставил рядом с собой двух своих сыновей — Александра и Николая — и с криком: «За мной, ребята, в штыки!» — лично повел полк в атаку. В жестокой
рукопашной французы были опрокинуты и отступили.
Второе сражение произошло 24—26 июля у деревни Островно, что находилась в семи километрах к западу от 30 Витебска. IV пехотный корпус генерала А. И. Остерман-
-— ■— --^— О г Немана до Смоленска ——
Толстого, усиленный двумя полками гусар и ротой конной артиллерии, отбивал натиск превосходящих сил корпуса Мюрата, прикрывая отход основных сил 1-й армии Барклая-де-Толли к Смоленску.
Первое действительно крупное «дело» случилось только у Смоленска 16—17 августа, почти через два месяца после начала войны, в 500 км от русской западной границы и в 300 км от Москвы.
В чем была причина столь странной для современников тактики отступления русской армии? И почему Наполеон, первоначально не хотевший такого глубокого проникновения на территорию России, все же вынужден был через два месяца после начала войны дойти до Смоленска?
И современники, и историки долго терялись в догадках. Одни говорили, что Наполеон начал войну «на авось», без тщательной подготовки, подобно авантюрной экспедиции в Египет в 1798—1799 гг. Другие доказывали, что Александр I сразу избрал «скифский план» заманивания в глубь страны, в Москву, чтобы сначала изнурить противника в длительных переходах, мелких стычках, нанести урон рейдами казаков и партизан, а на обратном пути разгромить.
Но ни те ни другие к истине не приблизились. А она состояла совсем в другом — ни та ни другая сторона вовсе не планировала войну такой, какой она реально началась и продолжалась первые 40 дней, до соединения двух русских армий и сражения у Смоленска в августе 1812 г.
Планы сторон
Наполеон долго и тщательно готовился к войне с Россией. Он внимательно изучил историю войны шведского короля Карла XII и причины его поражения под Полтавой. Были даже подготовлены два оперативных плана возможных военных действий. Первый, составленный еще в апреле 31
~"— Глава 11-
1811 г., предусматривал выманивание русских армий за границы Российской империи, на территорию зависимого от Наполеона герцогства Варшавского, окружение и разгром русских войск (повторение кампании 1806—1807 гг.).
План этот питался слухами о якобы готовящемся весной 1811 г. вторжении 200-тысячной русской армии, усиленно раздуваемыми пронаполеоновскими кругами польской шляхты и магнатов, стремившихся как можно скорее спровоцировать франко-русский вооруженный конфликт в надежде на сокрушение России и восстановление с помощью Наполеона «Великой Польши от можа до можа» (от Балтийского до Черного моря).
Эти слухи, впрочем, имели и некоторое реальное основание: в феврале 1811 г. бывший главнокомандующий русской армией в 1807 г. Л. Л. Беннигсен действительно представил царю план превентивного1 наступательного удара по дислоцированным в герцогстве и в Пруссии французским войскам. Через своих конфидентов в Петербурге Наполеон довольно скоро узнал об этом плане, но он также узнал, что Александр I оставил проект Беннигсена без последствий. Наполеон же как раз очень желал именно такого плана военных действий с Россией.
Даже год спустя, в мае 1812 г., когда уже стало окончательно ясно, что русские придерживаются оборонительного плана войны, Наполеон направил в Вильно к Александру I своего генерал-адъютанта графа Л. Нар- бонна с тайной надеждой все же узнать, а не попадут ли русские в расставленную им ловушку, не двинут ли они свои войска к Варшаве. Ведь даже накануне вторжения «великой армии» в Россию в ближайшем окружении царя (и Наполеон об этом хорошо знал) было немало «горячих голов»: Л. Л. Беннигсен, ставший военным советником царя, генерал-губернатор Москвы Ф. В. Ростопчин, командующий
Превентивныи — предварительный.
ГI л а и ы с 1 opoi i -
2-и Западной армией П. И. Багратион и другие, готовые первыми начать воину.
Но Нарбонн привез неутешительные известия — русские окончательно избрали оборонительный план войны.
Несомненная заслуга в том, что русское военное командование не поддалось на провокацию Наполеона и не вняло призывам «горячих голов» в своих рядах, принадлежит военному министру М. Б. Барклаю-де-Толли. Именно он еще в феврале 1810 г. представил царю доклад «О защи- щении западных пределов России», где настоятельно советовал вести оборонительную приграничную войну в треугольнике Западная Двина — Днепр. Принцип оборонительной войны Барклай-де-Толли мотивировал не тактической боязнью столкновения русских с иноземными армиями за пределами России, а стратегическим названием трех главных слагаемых будущего военного успеха: во-первых,— куда (на Петербург, Москву или Киев) нанесет Наполеон свой главный удар, во-вторых,— как поведут себя австрийцы и, в-третьих,— как долго продлится русско-турецкая война.
Именно исходя из этих трех «великих неизвестных» и была составлена русским военным командованием диспозиция размещения трех Западных армии: 1-я Западная армия, самая большая (главнокомандующий — сам военный министр Барклай-де-Толли: более 120 тыс. при 550 пушках), стояла на перекрестке дорог на Петербург и Москву, между Вильно (Вильнюсом) и верхним течением реки Неман, занимая линию обороны в 180—200 км; 2-я Западная армия . И. Багратиона (около 45 тыс. при 180—200 пушках) обороняла линию в 100 км южнее 1-й армии. Предполагалось, что она будет закрывать дорогу на Москву и Киев, действуя во фланг армии Наполеона. 3-я Западная армия А. П. Тормасова (около 45 тыс. при 170 орудиях) стояла много южнее, в 200 км от армии Багратиона в районе Луцка на Волыни. Ее главной задачей была защита Киева от возможного вторжения австрийских войск.
Отечественная война 1812 года
..... ]дава J | - , —
Но ведь еще надо было прикрывать столицу Петербург, держать войска в Финляндии на случай шведского вторжения, оборонять Ригу (русская военная разведка знала, что Наполеон намерен захватить Ригу и наладить снабжение своей армии по морю и далее вверх по Западной Двине до Витебска), предусмотреть дополнительные военные заслоны на обширной русско-австрийской границе.
Конечно, такая диспозиция русской армии на западных границах таила немало серьезных изъянов. Армия оказалась растянутой на 600 км, а разрыв между 1-й и 2-й армиями составил около 100 км. Как мы увидим ниже, Наполеон умело воспользовался этой «дырой» и бросил свои основные силы именно сюда.
Однако и у самого Наполеона до самого начала войны не было четкого стратегического плана. Нет, конечно, его второй план (август 1811 г.— апрель 1812 г.) предусматривал главное: «Я буду властелином мира, остается одна Россия, но я раздавлю ее». Главным в этом плане был двух-трехлетний срок его осуществления: Наполеон хорошо понимал, что Россия — это не Пруссия, «блицкригом» ее не завоюешь и надо приготовиться к длительной осаде. Перед самым началом вторжения, в мае 1812 г., в Дрездене Наполеон говорил Меттерниху, что дальше Минска он в глубь России не пойдет. Армия перезимует в Литве и Белоруссии (сам же Наполеон — в Париже), и в 1813 г. начнет все сначала.
Даже в глубине Белоруссии, в Витебске, в начале августа 1812 г. Наполеон еще заявлял своему любимцу Мюрату, королю Неаполя: «...первая русская кампания окончена... В 1813 году мы будем в Москве, в 1814 году — в Петербурге. Русская война — это трехлетняя война».
В пользу того, что Наполеон готовился к длительной и йелегкой кампании на два-три года, говорят политические и экономические стороны его второго плана войны с Россией.
В политическом отношеВ политическом отноше&15Ш7&15Ш7USbJi^fi >$К> СКЙ ЮСУЛ. ГТ8ЛUSbJi^fi >$К> СКЙ ЮСУЛ. ГТ8Лgh )Й АССНПМЦ1У Я'СГШ-ЛЯОЬШЛЙ. Вл:#ПУТЬ РУМ :Й X W). Ж ^gh )Й АССНПМЦ1У Я'СГШ-ЛЯОЬШЛЙ. Вл:#ПУТЬ РУМ :Й X W). Ж ^Русская фальшивая ассигнацияНаполеон рассчитывал подорвать финансы России путем наводнения оккупированных губерний огромным количеством фальшивых русских ассигнацийРусская фальшивая ассигнацияНаполеон рассчитывал подорвать финансы России путем наводнения оккупированных губерний огромным количеством фальшивых русских ассигнаций
В политическом отноше
В политическом отноше
&15Ш7
&15Ш7
USbJi^fi >$К> СКЙ ЮСУЛ. ГТ8Л
USbJi^fi >$К> СКЙ ЮСУЛ. ГТ8Л
gh )Й АССНПМЦ1У Я'СГ
Ш-ЛЯОЬШЛЙ. Вл:#
ПУТЬ РУМ :Й X W). Ж ^
gh )Й АССНПМЦ1У Я'СГ
Ш-ЛЯОЬШЛЙ. Вл:#
ПУТЬ РУМ :Й X W). Ж ^
Русская фальшивая ассигнация
Наполеон рассчитывал подорвать финансы России путем наводнения оккупированных губерний огромным количеством фальшивых русских ассигнаций
Русская фальшивая ассигнация
Наполеон рассчитывал подорвать финансы России путем наводнения оккупированных губерний огромным количеством фальшивых русских ассигнаций
■■—-— . ■■ Пл а н ы с । ор< и । - 1 ■ '—-—-""
нии он намеревался расчленить Россию, создав на оккупированных территориях несколько вассальных государств: Великое княжество Литовское, Прибалтийское государство, два «государства» на Украине — некое княжество на правобережье Днепра во главе с маршалом Ю. Понятовским и так называемую «Наполеониду» — всю остальную Украину от Днепра до Дона (включая Крым и Донской казачий округ).
В экономическом плане расчет был сделан на подрыв финансов России. Это было тщательно продуманное мероприятие.
Еще в 1806 г., с началом континентальной блокады
Англии, Наполеон приказал министру полиции Фуше создать фальшивомонетный печатный двор для изготовления поддельных фунтов стерлингов. Первая такая фальшиво- монетная типография была тайно открыта Фуше в Париже на бульваре Монпарнас. С 1810 г. там начали печатать и русские поддельные ассигнации достоинством в 25, 50 и 100 руб.
В начале 1812 г. фалыпивомонетное дело было значительно расширено: на улице Вожирар, в доме № 26, открыли вторую, гораздо более мощную типо! рафию. В ней на 700 граверных досках день и ночь штамповали фаль- 35
Фальшивые русские деньгиТакими «русскими рублями» были снабжены все офицеры и солдаты «великой армии»Фальшивые русские деньгиТакими «русскими рублями» были снабжены все офицеры и солдаты «великой армии»
Фальшивые русские деньги
Такими «русскими рублями» были снабжены все офицеры и солдаты «великой армии»
Фальшивые русские деньги
Такими «русскими рублями» были снабжены все офицеры и солдаты «великой армии»
^^^^^^^^^ [лава 11. —.
шивые русские ассигнации. Одну из этих досок обнаружили в коляске начальника главного штаба «великой армии», брошенной при бегстве французов через Березину. Накануне войны через польских банкиров в Варшаве крупные суммы этих фальшивых ассигнаций (до 20 млн. руб.) тайно переправлялись в западные русские губернии. Этими же «русскими рублями» были снабжены все офицеры и солдаты «великой армии», ими же они вначале расплачивались с местным населением за постои, еду и фураж . Характерно, что только в Москве сразу после изгнания французов у уцелевшего населения было изъято по
лицией фальшивых русских ассигнаций на значительную по тем временам сумму в 4 тыс. 750 руб. На какую сумму удалось Наполеону наштамповать этих «русских рублей» и сколько их осталось потом в обращении в России — историкам русских финансов установить пока не удалось. Но достоверно известно одно — вылавливали их в России до 1824 г. '
Важно другое — вряд ли Наполеон предпринял эту финансовую диверсию, рассчитывая разгромить Россию за два-
1 В 1941 г. гитлеровские заправилы использовали этот «опыт», 36 введя так называемые оккупационные марки.
—_Планы ciорон -
три месяца. Финансовая война — война длительная, и месяцами здесь успеха не достигнешь.
Встает, однако, вопрос — если Наполеон планировал войну на 2—3 года, не раз говорил об этом многим, если он столь тщательно готовился не только к военным, но и к длительным политическим и финансовым действиям, то почему он передумал? Почему он не остановился в Витебске, как говорил Мюрату? Почему он не закончил кампанию 1812 г. в Смоленске, как говорил Даву, а пошел на Москву? Для этого надо мысленно вернуться в жаркие, душные и дождливые дни и ночи конца июня — начала июля 1812 года.
Начало войны
Итак, 24—30 июня вся «великая армия» перешла границу России Хотя точная дата начала военных действий Францией была неизвестна, вторжение в Россию не было ни неожиданным, ни внезапным, несмотря на все маскарадные попытки Наполеона скрыть приготовления к нашествию. До 23 июня французским войскам запрещалось приближаться к русской границе ближе чем на 5 км, сам Наполеон при реко! но^цировке мест переправы через Неман 23 июня переоделся в польскую форму.
11ервую неделю действия противников напоминали ходы хорошо знакомых друг другу шахматистов: Наполеон сделал свой первый «ход» — переправил через Неман основные силы (и тем самым обнаружил направление главного удара). Барклай ответил своим «ходом»: отвел 28 июня свою армию на север, к местечку Свенцяны, как бы приглашая Наполеона сразу ринуться на восток, поскольку 2-я Западная армия П. И. Багратиона осталась на месте и скоро оказалась на флан1е «великои армии».
Пока все шло по тем тактическим планам, которые каждая из сторон имела накануне вторжения. Как вспоми-
I лава 11
нал позднее маршал Л.-Г. Сен-Сир, «Наполеону был известен план, принятый Барклаем-де-Толли и состоявший в немедленном отступлении русской армии на правый берег (Западной) Двины, лишь только французы войдут в Россию».
Собственно, ничего секретного в планах Барклая и не было — вести оборонительную войну он предполагал еще в 1807 г., уже прославившись как искусный и бесстрашный генерал. «Если бы мне довелось воевать против Наполеона в звании главнокомандующего (а им в 1807 году был Л. Л. Беннигсен, «горячая голова»),— писал Барклаи накануне Отечественной войны,— то я избегал бы генерального сражения и отступал бы до тех пор, пока французы не нашли бы вместо решительной победы другую Полтаву».
Немало сторонников Барклая было и среди тех, кто хорошо знал военное искусство Наполеона. «Прошу ваше величество не давать большого генерального сражения,— писал Ж.-Б. Бернадот царю накануне войны 1812 г.,— но маневрировать, отступать, затягивать войну надолго... если французы подойдут даже к воротам Петербурга».
Ге же идеи отстаивал накануне войны А. И. Чернышев: следует «затягивать на продолжительное время войну, умножая затруднения... Этим можно совершенно спутать ту систему воины, которой держится Наполеон».
Почти все современники, как русские, так и французы, накануне вторжения «великой армии» были уверены, что дальше Минска Наполеон в глубь России не пойдет, а направлением главного удара станет не Москва, а Петербург (атака с моря — шведы, а с суши — французы). Да и в самой Франции накануне войны газеты хвастливо писали, что очередной день рождения императора (15 августа) его гвардейцы «будут праздновать в Санкт-Петербурге». Однако действительно развитие событии первого периода войны опрокинуло все эти прогнозы. Историки часто цитируют высказывание К. Маркса и Ф. Энгельса из их статьи «Бар-
клай-де-1 олли»: «Поэтому отступление русской армии... стало теперь делом не свободного выбора, а суровой необходимости» (Маркс К., Энгельс Ф. Соч.— 2-е изд.- Т. 14.— С. 92-93).
Под «суровой необходимостью» стали подразумевать внезапность вторжения Наполеона, численное превосходство французов над русскими, бездарность прусского генерала на русской службе К. Фуля, устроившего в Дрисском укрепленном лагере на Двине ловушку для 1-й Западной армии Барклая, отсутствие единого главнокомандующего и т. д. Каждый из этих факторов находил свое подтверждение. Действительно, Наполеон имел тройное превосходство в силах, действительно, созданный весной 1812 г. по проекту К. Фуля Дрисский лагерь оказался ловушкой, и 1-я армия должна была его оставить.
И все же не этими частными моментами определялась «суровая необходимость». Она коренилась в другом — в несомненном тактическом успехе Наполеона в первые дни войны — разъединении 1-й и 2-й армии. Это разъединение спутало «шахматную партию» русских: профессионалы сказали бы -— Наполеон сразу выиграл качество.
Нет, 1-я армия отступала по диспозиции — сначала из Вильно (28 июня) в Свенцяны (1 июля) и далее на север к Дрисскому лагерю (прибыла 11 июля).
Иное дело — 2-я армия. 25 июня царь шлет Багратиону приказ № 1 — немедленно наступать, ударить во фланг «великой армии». Но Багратион не спешит: у него всего 45 тысяч, а разведка доносит, что французы тысячами идут и идут в разрыв между двумя русскими армиями. Он шлет гонцов к Барклаю — что намерен делать военный министр? Куда пойдет со своей армией — по диспозиции к Дрисскому лагерю или ударит одновременно с Багратионом по флангам «великой армии»? Но Барклай уже понял: атаковать армию в 600 тыс. силами в 160 тыс.— безрассудство, можно погубить все. Он отвечает 27 июня — действуйте самосто-
^^^^^==^; Глава 11 ^^^^-^^^^
ятельно, «глядя по обстоятельствам». И с этого момента довоенной диспозиции Фуля (1-я армия обороняется в Дрисском лагере, 2-я бьет Наполеона во фланг) приходит конец.
30 июня Багратион получает царский приказ № 2—немедленно идти на соединение с 1-й армией. Но где, когда и как — это уже пусть князь Петр Иванович решает сам «по обстоятельствам». Фактически приказ № 2 давал и Барклаю и особенно Багратиону полную свободу рук.
С точки зрения исторической ретроспективы нельзя не признать, что в конкретных условиях неблагоприятного для русской армии начала войны это был самый разумный шаг, та «суровая необходимость», о которой писал К. Маркс. Отныне две русские армии как бы разделились и действовали тактически самостоятельно, но при одной общей стратегической цели — рано или поздно они должны были соединиться.
И именно здесь Наполеон допустил свой первый крупный стратегический просчет, поскольку, в отличие от русских, не проявил необходимой гибкости и продолжал придерживаться своей прежней схемы — разгрома армии противника в одном-двух генеральных сражениях. Вместо того чтобы максимально занять своими войсками линию Вильно (Вильнюс) — Москва (а ему здесь никто не мешал: вплоть до Смоленска на 700 км никаких русских войск перед ним не было, если не считать гарнизонные команды инвалидов), разрезав тем самым все возможные пути сближения 1-й и 2-й армии, он начал нечто совсем другое — «охоту» (поиск генерального сражения) за двумя зайцами. 1 июля он принимает роковое решение — догнать, окружить и уничтожить 1-ю и 2-ю армии поодиночке. И началась погоня. «Зайцам» (Барклаю и Багратиону) сопутствовал вначале только один успех. Отдав несколько приказов по немедленному соединению двух армий (в Минске, затем в Могилеве), Александр I на военном совете в Дрисском лагере
—■- - - _. -■ Начало войны
1 июля 1812 г. понял, что поддержанный им план Фуля полностью провалился. Военная ситуация вышла из-под контроля.
В тот же день (не иначе как для потомства!) он отписал в Петербург председателю Государственного совета России престарелому фельдмаршалу Н. И Салтыкову следующую депешу: «Решиться на генеральное сражение столь же щекотливо, как и от онаго отказаться. В том и другом случае можно легко открыть дорогу на Петербург... Единственно продолжением воины можно уповать с помощью божьей перебороть его» (Наполеона.— В. С.).
Итак, только «промысел божий», по царю, мог спасти Россию. Сам Александр I не стал ждать наступления этой благодати, а предпочел «умыть руки» — 7 июля вместе со своей, по меткому определению Ф. Энгельса, «пестрой кликой старых ограниченных всезнаек-усачей» (А. А. Аракчеев, А. Д. Балашев, А. С. Шишков и др.) он покинул войска и через Смоленск и Москву отбыл в Петербург, с тем чтобы вновь возглавить армию уже в ее победном марше 1813—1814 гг. по Европе на Париж. А как же иначе — особа царя не может же быть объектом критики за непонятное петербургской аристократии и провинциальным помещикам отступление, эта критика — удел его генералов.
И генералы терпели, да еще как! Особенно доставалось Барклаю. Петербургский свет и московское купечество, «квасные» патриоты типа Ростопчина, во всем винили «немца». Род Барклаев был, правда, шотландского происхождения, но уж так повелось на Руси — раз иностранец, то скорее всего немец. Даже фамилию его переделали на «Болтай-да-и-Только». И Михаил Богданович полной чашей испил эту горькую участь отступающего генерала. А ведь он был не робкого десятка. Начал свою военную биографию под начальством А. В. Суворова с участия в штурме Очакова и там заслужил свою первую награду — Золотой Очаковский крест В первой русско-французской войне
Барклаи-де-Толли Михаил Богданович Портрет работы неизвестного художника. 1-я чете. XIX 8.М. Б. Барклай-де-Толли (1761— 1818)—выдающийся русский полководец,, генерал. В 1812 году — военный министр и главнокомандующий 1-й Западной армией. В 1814 г. за взятие Парижа получил чин генерал-фельд- маршалаБарклаи-де-Толли Михаил Богданович Портрет работы неизвестного художника. 1-я чете. XIX 8.М. Б. Барклай-де-Толли (1761— 1818)—выдающийся русский полководец,, генерал. В 1812 году — военный министр и главнокомандующий 1-й Западной армией. В 1814 г. за взятие Парижа получил чин генерал-фельд- маршала
Барклаи-де-Толли Михаил Богданович Портрет работы неизвестного художника. 1-я чете. XIX 8.
М. Б. Барклай-де-Толли (1761— 1818)—выдающийся русский полководец,, генерал. В 1812 году — военный министр и главнокомандующий 1-й Западной армией. В 1814 г. за взятие Парижа получил чин генерал-фельд- маршала
Барклаи-де-Толли Михаил Богданович Портрет работы неизвестного художника. 1-я чете. XIX 8.
М. Б. Барклай-де-Толли (1761— 1818)—выдающийся русский полководец,, генерал. В 1812 году — военный министр и главнокомандующий 1-й Западной армией. В 1814 г. за взятие Парижа получил чин генерал-фельд- маршала
1806—1807 гг. генерал Барклаи показал себя с лучшей стороны. За битву под Пул- туском 26 декабря 1806 г. он был награжден орденом Св. Георгия 3-й степени, за Прейсиш-Эйлау 6 февраля 1807 г.— орденом Св. Владимира 2-и степени. В русско-шведскую воину 1808—1809 гг. именно он возглавил и лично шел впереди отдельного военного отряда, совершившего в марте 1809 г. знаменитый ледовый бросок через Ботнический залив на побережье Швеции. За этот подвиг М. Б. Барклай-де-Толли получил третий по значению орден Российской империи — Александра Невского.
В июне — августе 1812 г. Барклай мобилизовал все свои знания, все свое искусство, чтобы оторваться от Наполеона, вывести из-под удара и сохранить 1-ю ар-
мию для будущих наступательных сражении.
Наполеон бросил против Барклая свои лучшие войска — кавалерию Мюрата, пехоту Удино и Нея. Барклай ускользнул. Он использовал все — свару между Неем, Удино и Мюратом (кто главнокомандующий?) и невредимым отошел от Свенцян в Дриссу. Пока наполеоновские маршалы выясняли, кто чьи приказы будет исполнять, Барклаи ор-
ганизованно покинул Дрисский лагерь-ловушку. Когда Наполеон, наконец, назначил 15 июля Мюрата главнокомандующим северной группировкой французских корпусов и Мюрат бросился снова догонять 1-ю армию, Барклай оказался уже в Полоцке (19 июля), а затем в Витебске (23 июля), явно идя к югу, на сближение со 2-й армией Багратиона.
Мюрат все же догнал армию Барклая (бой у деревни Островно 25—26 июля), но генерального сражения не получилось и здесь. Пока Мюрат ждал подкреплений, Барклай применил военную хитрость — светомаскировку наоборот: он приказал дневальным всю ночь жечь бивуачные костры, пока его армия уходила к Смоленску. Французы были уверены — уж на этот раз русская армия не уйдет! Каково же было разочарование не только Мюрата, но и Наполеона, когда ранним утром 29 июля среди дымящихся головешек «бивуака» французы не обнаружили ни одного русского солдата — они уже маршировали к Смоленску, куда и пришли 1 августа целыми и невредимыми.
Барклай-де-Толли, пройдя от Вильно до Смоленска более 500 км, сохранил всю свою армию боеспособной.
Современники не смогли по достоинству оценить этот талантливый по своему исполнению марш-отступление 1-й армии во главе с Барклаем. Лишь после смерти в 1818 г. к нему постепенно возвращается слава героя Отечественной войны: потомки ставят ему памятник рядом с М. И. Кутузовым на Невском проспекте в Петербурге возле Казанского собора.
К. Маркс, одним из первых по достоинству оценивший отступательный маневр Барклая-де-Толли в июне — августе 1812 г., писал: «Последние годы его жизни были омрачены клеветой. Он был, бесспорно, лучший генерал Александра, непритязательный, настойчивый, решительный и полный здравого смысла» (М арке К., Энгельс Ф. Соч.— 2-е изд.— Т. 14.— С. 94).
Багратион Петр ИвановичПортрет работы неизвестного художника. 1830-е гг.П. И Багратион (1/65 1812)— вы- дающийся русский полководец, генерал. В 1812 году — главнокомандующий 2-й Западной армиейБагратион Петр ИвановичПортрет работы неизвестного художника. 1830-е гг.П. И Багратион (1/65 1812)— вы- дающийся русский полководец, генерал. В 1812 году — главнокомандующий 2-й Западной армией
Багратион Петр Иванович
Портрет работы неизвестного художника. 1830-е гг.
П. И Багратион (1/65 1812)— вы- дающийся русский полководец, генерал. В 1812 году — главнокомандующий 2-й Западной армией
Багратион Петр Иванович
Портрет работы неизвестного художника. 1830-е гг.
П. И Багратион (1/65 1812)— вы- дающийся русский полководец, генерал. В 1812 году — главнокомандующий 2-й Западной армией
Под стать Барклаю действовал и князь Багратион. Их биографии и военные подвиги были во МНОГОМ СХОЖИ. Оба начинали военную карьеру еще при А. В. Суворове: Барклай — под Очаковом, Багратион — в итальянском походе 1799 г. Оба сражались в русско- французской 1806—1807 и русско- шведской 1808 — 1809 гг. войнах и принимали участие в ледовом броске в марте 1809 г. на Швецию. Багратион служил и под началом М. И. Кутузова. Был вместе с ним под Аустерлицем (1805 г.). Багратион был предшественником «светлейшего» на посту главнокомандующего войсками в русско-турецкой войне в 1806—1811 гг.
Различал Багратиона и
Барклая темперамент: сдержанность, выдержка, немногос- ловие Барклая были полной антитезой горячему, вспыльчивому, острому на язык (именно Багратион пустил в русской армии в оборот кличку «Болтай-да-и-Только») грузинскому князю из рода Багратиони. По в военном искусстве они не уступали друг другу, да, наверно, еще Багратион имел большой опыт арьергардных боев. Не случайно и в 1799 г. А. В. Суворов, и в 1805 г. под Аустерлицем М. И. Кутузов именно Багратиона назначали командующим русского 44 арьергарда — тяжелая задача для любого полководца, так
как, прикрывая отступление основных сил, он принимает самый тяжкий удар противника на себя. На этот раз вся армия Багратиона стала как бы арьергардом.
Наполеон уже 1 июля бросил на перехват Багратиона сразу 10 полков пехоты и 8 кавалерийских бригад под общим командованием маршала А.-Н. Даву. Поколебавшись, Багратион попытался выполнить приказ № 1 и двинул свою армию в сторону Вильны. К 1 июля ему удалось подойти к городу Слониму, а 5 июля 2-я армия, отправив обозы кружным путем к Бобруйску, уже вышла к Ново- грудку — до Вильны оставалось каких-нибудь 180 км. Но тут обстановка резко изменилась: навстречу, прямо в лоб 2-й армии, дви1ался Даву. Кроме того, Багратион узнал еще две опасные новости: 1-я армия уже покинула Вильну и отошла к Свенцянам, в расширившимся прорыв между 1-й и 2 й армиями Наполеон ввел новую крупную группировку войск под командованием своего брата Жерома Бонапарта: 29-30июня она начала переправу через Неман в районе Гродно, на фланге сосредоточившейся под Новогрудком 2-й армии. Будь Жером более поворотливым (а он после затянувшейся переправы простоял в Гродно еще 4 дня), армии Багратиона пришел бы конец: Даву и Жером взяли бы ее в клещи и наверняка разгромили.
Багратион вовремя сумел оценить смертельную опасность. Он временно отказался от намерения пойти на север на соединение с Барклаем и повернул армию на восток, намереваясь отоити к Минску. Но путь на восток был уже закрыт — еще 5 июля Минск занял Даву. «Я принужден назад бежать на Минскую дорогу,— писал Багратион А. П. Ермолову, начальнику штаба 1 и армии...— куда ни сунусь, везде неприятель». И тогда Багратион принимает единственно правильное в этой сложнейшей обстановке решение — он откладывает план прорыва на соединение с 1-й армией до лучших времен и резко поворачивает на юг, к Бобруйску, куда еще 2 июля предусмотрительно отправил
белорусскогобелорусскогоза-за-толькотолькоместечка Мирместечка Мирмогли поделить постЖером спорили из-замогли поделить постЖером спорили из-заза 15 дней погони так 2-ю армию, Наполеон на брате Жероме, при-за 15 дней погони так 2-ю армию, Наполеон на брате Жероме, при-
белорусского
белорусского
за-
за-
только
только
местечка Мир
местечка Мир
могли поделить постЖером спорили из-за
могли поделить постЖером спорили из-за
за 15 дней погони так 2-ю армию, Наполеон на брате Жероме, при-
за 15 дней погони так 2-ю армию, Наполеон на брате Жероме, при-
Глава 11■■■■—■■■
обозы своей армии. Все это время 2-й армии удается избегать даже мелких стычек с противником. Искусно маневрируя, то замедляя, то ускоряя ход марша, Багратион кружит по лесным дорогам
ставляя Даву и Жерома теряться в догадках — куда же спряталась 2-я армия?
Первое «дело» случилось
9—10 июля. Пока казаки корпуса Платова сдерживали авангард войск Жерома, Багратион увел свою армию к Бобруйску, куда она и пришла 17 июля.
Любопытно, что и с юж-
ной группировкой войск Наполеона (Даву — Жером) случилась та же история, что и с северной. Там Мюрат,
Удино и Ней до 15 июля не главнокомандующего, здесь Даву и того же.
Узнав, что ни Даву, ни Жерому и не удалось догнать и разгромить был взбешен. Свой гнев он излил
Дело казаков Платова под Миром 28 июня 1812 годаКартина художника В. В. Мазуров- ского. 1912 г.Дело казаков Платова под Миром 28 июня 1812 годаКартина художника В. В. Мазуров- ского. 1912 г.казав его группе войск подчиниться Даву. Но не в корсиканских обычаях было стерпеть такую обиду — Жером разругался с брат-
Дело казаков Платова под Миром 28 июня 1812 года
Картина художника В. В. Мазуров- ского. 1912 г.
Дело казаков Платова под Миром 28 июня 1812 года
Картина художника В. В. Мазуров- ского. 1912 г.
цем, в сердцах обозвал Наполеона «ослом», 15 июля де
монстративно сложил с себя полномочия и вскоре, бросив армию, ускакал обратно, в свое Вестфальское королевство. В результате его войска простояли без дела пять дней, пока Даву не принял их под свое командование.
Видя, что противник отстал, Багратион 19 июля попытался снова прорваться на север, на соединение с Барклаем, который в это время отступал к Витебску. Прорыв намечался через Могилев на 22 июля. Но французы опередили Багратиона, заняв город на два дня раньше. На
.- Глава 11
южных подступах к Могилеву у деревни Салтановка Даву подготовил засаду (24 тыс. пехоты, 4 тыс. кавалерии и около 60 орудии). Армия Багратиона смертельно устала — ведь иногда, отрываясь от противника, солдаты проходили за два дня до 80 км. Обувь была разбита, многие шли в лаптях. На марше к Могилеву 2-я армия сильно растянулась почти на 120 верст: авангард уже видел Могилев, а арьергард еще только покидал Бобруйск.
Багратион понял, что положение складывается не в его пользу. Бросив в бой у Салтановки 23 июля одну дивизию Н. Н. Раевского, он предпринял отвлекающий маневр — донцам Платова было приказано одним пробиваться на север, на соединение с Барклаем. Маневр, задуманный командующим 2и армией, блестяще удался: Даву принял конницу Платова за основной ударный отряд 2-й армии, начал укреплять свои позиции под Салтановкои, а тем временем 2-я армия у Старого Быхова 26—27 июля переправилась на левый берег Днепра и снова ушла на юг. Даву вторично потерял русскую армию из виду. Когда он спохватился, было уже позднр. Со свойственным ему грубоватым юмором Багратион писал Ермолову из-под Могилева: «Насилу выпутался из аду. Дураки меня выпустили».
Оторвавшись от противника под Могилевом, 2-я армия уже беспрепятственно пошла на сближение с 1-и армией. 3 августа обе армии наконец соединились под Смоленском.
Первый этап Отечественной войны 1812 года завершился. Оба полководца — Барклай-де-Толли и Багратион — блестяще выполнили задачу. Они сохранили свои армии. И хотя потери в войсках (убитые, раненые, больные, отставшие) были значительные (около 35 тыс. человек),
Платов выполнил приказ — его казаки с боем прошли по тылам «великои армии» и 29 июля у Любавичей встретились с
Кульнев Яков ПетровичПортрет работы неизвестного художника 1810-е гг.Я. П. Кульнев (1763—1812)— русский военачальник, генерал. Геройски погиб в июле 1812 годаКульнев Яков ПетровичПортрет работы неизвестного художника 1810-е гг.Я. П. Кульнев (1763—1812)— русский военачальник, генерал. Геройски погиб в июле 1812 года
Кульнев Яков Петрович
Портрет работы неизвестного художника 1810-е гг.
Я. П. Кульнев (1763—1812)— русский военачальник, генерал. Геройски погиб в июле 1812 года
Кульнев Яков Петрович
Портрет работы неизвестного художника 1810-е гг.
Я. П. Кульнев (1763—1812)— русский военачальник, генерал. Геройски погиб в июле 1812 года
:—- -- ■■Начало войны...—;-■..
русские солдаты, пройдя более 700 км, вновь встали на пути наполеоновских захватчиков у Смоленска.
К. Маркс и Ф. Энгельс высоко оценили отступательный маневр двух русских армий, видя, правда, здесь преимущественно воинское умение командующего 1-й армией: «Великои заслугой Барклая-де-Толли является то, что он не уступил невежественным требованиям дать сражение, исходившим как от рядового состава русской армии, так и из главной квартиры; он
осуществил отступление с замечательным искусством, непрерывно вводя в дело некоторую часть своих войск, с целью дать князю Багратиону возможность соединиться с ним и облегчить адмиралу Чичагову нападение на тылы противника» (М арке К., Энгельс Ф. Соч.— 2-е изд.— Т. 14.— С. 93). Итак, «охота» Наполеона за двумя «зайцами» окончилась тем, чем она и должна была окончиться, согласно русской пословице: «Погонишься за двумя зайцами — ни одного не поймаешь».
Но соединение двух русских армий в Смоленске после почти 40 дней отступления поставило и другой важный вопрос — а что же дальше? Пока главная задача — во что бы то
ни стало собрать наконец две армии в один кулак — не 49
111213
Унтер-офицер Александровскою гусарского полка (1 ). И нфантерия. 7 имбур мажор (2). Гренадеры. 7 амбур-музыкангы (3). Гренадеры. Унтер-офицер и солдат (4). Гренадеры. Старший и младший офицеры (5). Еюря. Гамбу рист и музыкант (6). Егеря. Старший и
младший офицеры (7). Кирасир. Старший офицер (8). Кирасир. Младший офицер (9). Гусар (/()). Гусар. Трубан (11). Гусар. Старший офицер (12). Улан. Старший офицер (13). Улан. Младший офицер (14).
Раскрашенные гравюры Л. Киля. 1810-е гг. 14
-т^^;.,.,.-.;".,,;;-й"".~ Iлава 11'"■— ■■■—
была осуществлена, этот вопрос с такой остротой не вставал. Какой отныне, с августа 1812 года, стратегии должна придерживаться русская армия и ее военное командование? Продолжать отступать, как предлагал М. Б. Барклай-де-Толли, или, наоборот, перейти в решительное наступление, за что горячо ратовал П. И. Багратион? Две эти различные концепции с военной точки зрения имели и свои сильные аргументы, и свои уязвимые места. Открытое столкновение сторонников и противников этих двух противоположных мнений произошло в августе 1812 г. в г. Смоленске, на военном совете генералов 1й и 2-й армии. Главным защитником продолжения отступательной тактики выступил Барклай, его оппонентом — Багратион.
Оба плана имели свои изъяны: они строились на предположении, что Наполеон, остановившийся в Витебске после того, как Мюрат и Ней упустили 1-ю армию Барклая, задержится там еще на неделю-другую .
Надо сказать, что Барклай-де-Толли скептически отнесся к плану наступления, инициатором и яростным сторонником которого был Ба1ратион. Позднее в своих мемуарах «Изображение военных действий 1812 года» командующий 1-и армией вспоминал: «Я при сем заметил, что мы имеем дело с предприимчивым полководцем, который не упустил бы случая обойти своего противника и тем исторгнуть победу». Как мы увидим ниже, опасения Барклая оказались обоснованными — основные русские силы оказались 7 августа к западу от Смоленска на правом берегу
1 Участники военного совета 6 августа не знали, что еще 1 августа Наполеон спешно выехал из Витебска в деревню Рассасна на левом берегу Днепра (40 км к востоку от Орши). 2 августа вслед за императором в Рассасны прибыла гвардия и линейные войска
^^^^^^^^^ Начало войны ^^=^=^=^^^
Днепра, а Наполеон сосредоточил с 3 августа ударный кулак на левом берегу Днепра, намереваясь обойти Смоленск с юга, захватить его и таким образом перерезать русской армии дорогу к отступлению.
Гем не менее 6 августа, оказавшись в одиночестве, Барклай-де-Толли, скрепя сердце, согласился на наступление. Военную диспозицию поручили составить двум начальникам штабов: 1-й армии — А. П. Ермолову и 2-й армии — э. Ф. Сен-При.
Смоленское сражение. Смоленское сражение состояло из трех главных битв — при селе Красном (14 августа) в 46 км к западу от Смоленска, в самом Смоленске (16— 17 августа) и у Валутиной горы (19 августа) в 25 км к востоку от Смоленска.
Попытка контратаки. Для осуществления этого плана было упущено много времени. Барклай, подписавший наступательную диспозицию Ермолова и Сен-При, продолжал колебаться, не зная истинного направления главного удара Наполеона. 7 августа обе армии выступили из Смоленска в направлении Рудни, но уже 8 августа Барклай частично изменил утвержденную им 6 августа диспозицию: 1-ю армию он повернул на север, в сторону дороги на Поречье, ожидая удара Наполеона именно оттуда (здесь Барклай явно ошибся— Наполеон шел совсем с другой стороны, с юга). На рудненском направлении осталась одна 2-я армия Багратиона. 9 августа, опасаясь обхода и окружения, но все еще не зная, где Наполеон, Барклай вообще остановил обе армии. Была выполнена лишь одна запланированная операция. 10 августа казаки корпуса Платова на полпути к Рудне, у Молена болота, разгромили кавалерийскую дивизию генерала Себастиани. На этом все наступление и завершилось: дальше трех переходов от Смоленска обе русские армии на запад не удалились. К тому времени разведка сообщила, что Наполеон с главными силами переправился у Рассасны и ускоренным маршем левым берегом Днепра идет к Смоленску,
„■;- — 1 лава 11 ■■■■,.'■ ■- ..
на пути у него стоял лишь небольшой отряд генерала Д. П. Неверовского у села Красного.
Барклай понял ошибку — Наполеон обошел Смоленск не с севера, а с юга. 11 августа он срочно издает приказ — наступление отменить, 2-й армии идти на соединение с 1-й в районе деревни Волковой.
Между тем обстановка под Смоленском для русских резко ухудшалась. Пока 1-я и 2-я армии охраняли Руднен- скую дорогу, а затем еще совершали в течение почти недели (с 9 по 14 августа) бесплодные передвижения, Наполеон сконцентрировал совсем в другом направлении — на левом берегу Днепра между деревней Рассасны и деревней Ляды — мощный ударный кулак в 185 тыс. человек, т. е. практически все свои войска, которые дошли от Немана до Смоленска. Во главе этой армии были поставлены три кавалерийских корпуса Мюрата (15 тыс. человек).
План Наполеона был прост: узнав, что две русские армии бесцельно маневрируют на другом берегу Днепра, он задумал молниеносным броском кавалерии через село Красное, деревни Ржавки и Корытня выйти на южные окраины Смоленска, захватить его с тыла, отрезать русским армиям пути отступления на Московскую дорогу, окружить и уничтожить их по частям.
В сущности, это был план Багратиона, только наоборот — в ловушку должна была попасть не французская, а русская армия. Окрестности Смоленска, по замыслу Наполеона, должны были, наконец, стать местом того генерального сражения, которого столь тщетно домогался французский император все 50 дней русской кампании. После этого Александру I можно было продиктовать условия мира, более похожего на капитуляцию. И надо сказать, что на этот раз план Наполеона был, как никогда ранее, близок к осуществлению. К середине августа Смоленск оказался беззащитным: обе русские армии еще 7—8 августа ушли из него на запад, на Рудненскую дорогу. И хотя в результате
Начало войны
отмены Барклаем наступательной диспозиции и маневрирования 10—14 августа они не очень отдалились от города (всего на 35—45 км), по тем временам (солдаты-то ходили пешком) для возвращения в Смоленск 1-й армии требовалось два дня, а 2-й — полтора.
В самом Смоленске регулярных войск почти не было, ополчение еще только формировалось, большинство отрядов ратников-ополченцев было в пути, добираясь проселками из глубинных уездов в губернский город.
Все решило мужество русского солдата, его боевой дух и патриотизм простых крепостных смоленских мужиков- ополченцев, первыми принявших на себя удар превосходящих сил противника.
Бой при Красном 14 августа 1812 г. Первая осечка у Наполеона случилась у села Красного 14 августа 1812 г. По диспозиции 6 августа, утвержденной Барклаем-де-Толли, наступление противника с этой стороны на Смоленск (46 км к юго-западу от города) считалось маловероятным. Поэтому в Красное был направлен лишь небольшой военный заслон -^- 27-я пехотная дивизия генерала Д. П. Неверовского с приданными ей воинскими кавалерийскими и артиллерийскими командами Оленина и Лесли (всего около 7 тыс. человек с 14 пушками). И на эту горстку русских людей днем 14 августа обрушилась армада из пяти пехотных и трех кавалерийских корпусов всей «великой армии», не считая наполеоновской гвардии. По всем военным диспозициям Западной Европы любой другой генерал либо немедленно отступал без боя, либо «просил пардону» — сдавался на милость победителя. Но только не в России, и не русский генерал. Дмитрий Петрович Неверовский (он геройски погибнет позднее, в 1813 г. в «битве народов» при Лейпциге), зная, какая смертельная угроза нависла над Смоленском и всей остальной Русской землей, решил ценой жизни своей собственной и молодых солдат рекрутского призыва 1812 года задержать противника хотя 55
1лава 11
Вечером перед Красным 14 августа 1812 годаВечером перед Красным 14 августа 1812 года-Литография X. В. Фабер дю Фора. 1823—1831 гг.-Литография X. В. Фабер дю Фора. 1823—1831 гг.бы на несколько часов, послав тем временем гонцов в 1-ю и 2-ю армии.
Вечером перед Красным 14 августа 1812 года
Вечером перед Красным 14 августа 1812 года
-Литография X. В. Фабер дю Фора. 1823—1831 гг.
-Литография X. В. Фабер дю Фора. 1823—1831 гг.
Оставив в самом Красном один батальон егерей с
двумя пушками, он вывел остальные свои войска из села, за
овраг, поставив на флангах кавалерию (казаков и драгун).
Более того, Неверовский хорошо понимал, что его небольшой отряд все равно обречен, еще более ослабил его, отослав один батальон егерей с двумя орудиями под командованием Назимова и один казачий полк назад, к Смоленску, к деревне Корытня (24 км от города), чтобы создать еще один, хотя и слабый, заслон у переправы на реке Ивань.
Французы не приняли дивизию Неверовского всерь
ез — что, дескать, сможет сделать нам эта кучка фанати- 56 ков? Действительно, ворвавшись в Красное, кавалерия Мю-
_-— Начало войны ■^vv;, ™.._-— Начало войны ■^vv;, ™..
_-— Начало войны ■^vv;, ™..
_-— Начало войны ■^vv;, ™..
Сражение под КраснымКартина неизвестного художника 1-я чете. XIX В.Сражение под КраснымКартина неизвестного художника 1-я чете. XIX В.рата рассеяла кавалеристов Оленина, а пехота Нея разгромила батальон егерей, захватив два орудия. Затем
Сражение под Красным
Картина неизвестного художника 1-я чете. XIX В.
Сражение под Красным
Картина неизвестного художника 1-я чете. XIX В.
французские маршалы отда
ли приказ уничтожить остатки русской дивизии, стоявшей за оврагом. Вначале все шло как будто бы по плану: гусары Мюрата (150 человек против одного) изрубили за полчаса
почти всех харьковских драгун, захватили оставшиеся русские пушки, перебив их прислугу. Пехота Неверовского была окружена. Тогда мужественный русский генерал предпринял смелый маневр — он построил остатки дивизии в два каре и начал медленно отходить к Корытне. Мюрат, командир авангарда «великой армии», был взбешен: как, его молодцы-гусары, герои Аустерлица и Фридланда, не могут разбить какую-то жалкую кучку безусых юнцов (новобранцы Неверовского не успели даже отрастить усы, а у многих 57
^^^^^^^^ Глава 11 =^^^^^^^ по молодости они вообще не росли!). 22 км в течение 7 часов каре Неверовского медленно отходило от Красного к Корытне, и каждые четверть часа его атаковывала конница Мюрата, но безуспешно 40 раз повторял Мюрат свои атаки, но на обочину дороги только падали убитые и раненые французские гусары и драгуны.
Над Мюратом смеялись уже все маршалы и генералы «великой армии». Ней, сжалившись над другом, одолжил ему 60 орудии — и тогда с дивизией Неверовского все было бы кончено в полчаса: ее расстреляли бы на дороге в упор. Но Мюрат, не выносивший насмешек, уже никого не слушал — он хотел разгромить этих безумных московитов один, и только один, и лично доставить их генерала, живого или мертвого, к императору. Но тщетно. Поздним вечером 14 августа каре Неверовского подошло к Корытне, и очередная атака кавалеристов Мюрата была на этот раз рассеяна залпом картечи из пушек и ружей солдат заслона Назимова. Мюрат несолоно хлебавши отступил.
Наполеон был изумлен мужеством молодых русских солдат, когда ему доложили о русских потерях: 7 пушек, 800 раненых пленных, 1500 убитых. «Я ожидал всей дивизии русских, а не семи отбитых у них орудий»,— сказал он своему обескураженному любимцу Мюрату.
«Неустрашимость и храбрость русского солдата», по выражению Д. П. Неверовского, проявились здесь не только во всем блеске, но, как это нередко бывает на воине, сорвали сроки блестяще разработанного наполеоновского плана. Молниеносный бросок на Смоленск был сорван:
Современному читателю стоит пояснить, что ощетинившееся штыками плотное каре (квадрат) солдат — непреодолимое препятствие для кавалерии: лошадь ни за что не пойдет на блестящий штык, даже если всадник засечет ее насмерть.
r— - ■ — Начало войны ======^= 7 тыс. русских солдат на целые сутки задержали всю 180-тысячную «великую армию» Наполеона.
Для обороны Смоленска эти сутки имели исключительное значение.
Битва за Смоленск 16—17 августа 1812 г. Узнав 14 августа, что Наполеон его перехитрил, Барклай-де-Толли приказал 2-й армии срочно отойти к Смоленску и занять там оборону. 1-ю армию Барклай решил сохранить для будущих боев, отведя ее в обход Смоленска с севера на Московский тракт. Мотивируя свою прежнюю стратегию отступления, Барклай 14 августа писал царю: «Нужно насколько возможно сохранять армию и отнюдь не подвергать ее опасности поражения, действуя, таким образом, совершенно вразрез с желанием противника, который сосредоточил все свои силы для решительной битвы».
По замыслу Барклая сражение у Смоленска ни в коем случае не должно было стать генеральной битвой, чего так желал Наполеон, а лишь арьергардным боем по типу боя при Красном, но только большего размера. Цель этого боя — задержать, сколько возможно, силы «великой армии» еще на 2—3 дня, дав 1-й и 2-й армии возможность снова соединиться за Смоленском у деревни Лубино на Соловьевой переправе через реку Еровенку на Московском тракте.
Вся сложность реализации этого плана состояла в том, что французы могли выйти к Смоленску на день-два раньше, и 2-я армия (38—40 тыс. человек) тогда попала бы в ловушку. Багратион хорошо понимал размер грозящей его войскам опасности. Как это часто бывает на войне, помог случай. Седьмой пехотный корпус генерала Н. Н. Раевского, егеря которого уже прославились 23—24 июля в сражении под деревней Салтановкой вблизи Могилева, непредвиденно задержался в Смоленске и не вышел со всей 2-й армией 8 августа. Позднее он все же продвинулся к западу, но всего на 12 км от Смоленска. Здесь, у деревни Ракитня, 14 августа вечером Раевский и получил приказ Багратиона: срочно
^=^^^^^^ Глава 11 =;.-
возвращаться в Смоленск, а затем ускоренным маршем — к югу, на Красное, поддержать 27-ю дивизию Неверовского.
Раевскии немедленно по тревоге поднял весь свой корпус и в нарушение всех уставов, так как ночью войска не передвигались, при свете факелов повел свой корпус назад, в Смоленск. Здесь он узнал, что Наполеон занял Красное.
Той же ночью, после короткого отдыха, Раевский двинул своих пехотинцев из Смоленска на помощь войскам Неверовского. Ранним утром 15 августа в 6 км от города солдаты Раевского встретили и остатки 27-й дивизии, отходящей израненной, но непобедимой к Смоленску. От Неверовского Раевский узнал, что с юга на Смоленск надвигается не передовой отряд и даже не группа войск, а вся «великая армия» Наполеона. Генералы приняли решение вернуться в Смоленск и под защитой стен и башен старинного, построенного еще при Борисе Годунове Смоленского кремля задержать основные силы противника до подхода 1 и и 2-й армий.
Решение это оказалось единственно правильным: у Раевского вместе с остатками 27-й дивизии Неверовского было всего 15 тыс. человек при 76 пушках. По тем временам Смоленский кремль (5 км каменных стен высотой до 4 м с глубоким рвом перед ними, 17 башен, с которых удобно было вести артиллерийский и ружейный огонь) представлял серьезную преграду для осаждавшего его противника.
Большую помощь корпусу Раевского при спешном укреплении кремля и в первый день сражения оказали смоленские ополченцы. К 15 августа около 12 тыс. ополченцев-ратников как раз добрались из глубинных уездов в Смоленск. По сути, это был первый со времени начала Отечественной войны отряд ополченцев. Сначала Раевский и особенно прибывший позднее со 2-и армией Ермолов скептически оценили эту толпу плохо одетых и почти невооруженных, с топорами да с вилами, мужиков. Однако первый же день
сражения рассеял все сомнения — ополченцы, одушевленные патриотизмом, дрались отчаянно, защищая свою родную землю.
Сражение началось 16 августа в семь часов утра. Маршал Ней рассчитывал на легкую победу: его разведка донесла, что в городе всего один русский пехотный корпус с малым числом пушек да какие-то бородатые мужики с топорами и вилами. Французы пошли в атаку на западные укрепления русских вдоль правого берега Днепра. Под прикрытием огня артиллерии кавалерия Э. Груши выбила из Красненского предместья аванпосты 26 пехотной дивизии русских, но подошедшая за конницей пехота была остановлена у стен кремля. Дважды бросал Ней своих гренадеров на штурм стен, и оба раза французы откатывались назад.
Более того, солдаты Орловского, Ладожского и Нижегородского полков из корпуса Раевского сами, покинув крепостные стены, пошли в контратаку и в ожесточенной штыковой схватке у крепостного рва опрокинули ряды противника.
К 9 часам утра на поле боя прибыл Наполеон. Он сразу понял, что взять Смоленск с ходу Нею не удастся — нужна подготовка к штурму. Он приказал подтянуть артиллерию. В полдень 150 орудий стали долбить ядрами стены кремля. Но построенные из камня на специальном растворе прочные стены выдержали этот ураганный огонь — ни одна брешь не была пробита.
Вечером 16 августа Ней снова повел в атаку свои полки, но и эта попытка взять кремль с запада была отбита главным образом огнем русской артиллерии с крепостных стен, с большим уроном для противника.
Таким образом, и еще один день был выигран русскими. К вечеру 16 августа напротив Смоленска на правом, не занятом французами берегу Днепра сконцентрировалась вся 2 я армия. Поздно ночью туда же прибыла и 1-я армия —
■ 1■— Ечава
выигранные под Красным сутки (14 августа) и два дня (15—16 августа) в Смоленске позволили двум русским армиям соединиться вновь. Теперь 180 тыс. «великой армии» у Смоленска противостояло 110 тыс. русских войск.
Наполеон не мешал этому соединению — он ждал генерального сражения. Надеяться на давно искомый им исход всей кампании — разгром русской армии в одном-двух крупных сражениях — давали ему сведения, полученные французской разведкой из допросов пленных, перехваченной ча
стной переписки (писем) убитых русских офицеров (как известно, в России начала XIX в. все дворянство говорило и часто переписывалось по-французски). Действительно, вся русская армия — от офицеров до солдат — жаждала настоящего «дела». А. П. Ермолов с тревогой доносил царю в августе из-под Смоленска: «Отступление долгое время продолжающееся, тяжелые марши возбуждают ропот в людях, теряется доверие к начальнику. Солдат, сражаясь как лев, всегда уверен, что употребляет напрасные усилия и что ему надобно будет отступать».
Много лет спустя М. Ю. Лермонтов хорошо передал эти настроения в русской армии в августе — сентябре 1812 г.
В этой обстановке всеобщего недовольства в штабных
Оборона СмоленскаКартина художника П. А. Кривоно- гова. 1966 г.Оборона СмоленскаКартина художника П. А. Кривоно- гова. 1966 г.кругах действующей армии пышно расцвели слухи об «измене» Барклая, кото- рый-де сознательно «ведет французов в Москву».
Оборона Смоленска
Картина художника П. А. Кривоно- гова. 1966 г.
Оборона Смоленска
Картина художника П. А. Кривоно- гова. 1966 г.
Багратион открыто не выполнял приказы военного министра и командующего 1-й армией. Даже его собственный начальник штаба А. П. Ермолов в том же августе 1812 г. прямо писал царю, что, если Александр I не назначит нового главнокомандующего,— быть беде: к Барклаю штаб
ные офицеры имеют «мало доверенности», а «войска же и совсем не имеют». В этой обстановке надо было обладать
большим личным мужеством, чтобы пойти наперекор почти всей армии — от солдата до офицера — и отказаться от генерального сражения у Смоленска.63
— —— I лава 11 ^^^^^^^^^
Но именно это и сделал Барклаи-де-Толли в ночь с 16 на 17 августа, когда его 1-я армия соединилась с армией Багратиона у горящего Смоленска. Он решительно запретил Багратиону ввязываться в бой и приказал немедленно отступать на восток по пока еще свободному Московскому тракту вдоль правого берега Днепра.
Наполеон настолько был уверен, что обеим сторонам не удастся избежать генерального сражения, что не позаботился заранее о наведении мостов через Днепр и даже не дал приказания наити брод. Когда же ему сообщили, что на другом берегу Днепра началось движение русских войск в сторону Дорогобужа по Московскому тракту, он вначале принял это передвижение за отвлекающий маневр.
Затем Наполеон бросил наперерез 2-й армии корпус генерала А. Жюно, друга своей юности, соратника еще по египетскому походу 1798—1799 гг. Жюно отличался безрассудной храбростью и беспрекословным выполнением приказов императора. Но солдаты Жюно напрасно промыкались полдня 17 августа в поисках переправы или хотя бы брода. Ни переправы, ни брода французы не нашли, и никто из местных жителей им не помог. Жюно ни с чем вернулся обратно.
Тогда Наполеон решил повторить у Смоленска то, что когда-то, в дни его молодости под Тулоном, в 1793 г. принесло ему, 24-летнему капитану, сразу генеральские эполеты — он подверг Смоленск массированному артиллерийскому обстрелу. В три часа дня 17 августа 300 орудий «великой армии» одновременно ударили по городу.
Под прикрытием артиллерийского огня войска Наполеона пошли на штурм крепостных стен и башен города. Вперед было брошено «пушечное мясо» — польские легионеры из корпуса маршала Юзефа Понятовского. За ними шли немцы — саксонцы и вюртембергцы — и лишь в третьей линии — французы корпусов Даву и Нея.
Но второго Тулона под стенами Смоленска у Наполеона
не получилось. 180 тыс. войск «великой армии» при 300 орудиях так и не смогли взять пылающий город штурмом, несмотря на непрерывные атаки с трех часов дня до семи часов вечера 17 августа.
Со времени вторжения в Россию битва у Смоленска оказалась для французов самой кровопролитной — они потеряли только убитыми 20 тыс. человек (русские — вдвое меньше, около 10 тыс., преимущественно ополченцев).
По-прежнему уклоняясь от генерального сражения, Барклай поздно вечером 17 августа отдал приказ защитникам Смоленска покинуть горящий город. Первой начала отход на север по Пореченской дороге 1-я армия, простоявшая весь день в предместье Смоленска на другом берегу Днепра. В ночь с 17 по 18 августа по трем охраняемым казаками мостам героические защитники города, а с ними и все уцелевшие от обстрела и пожара жители покинули Смоленск. Егеря 17-й дивизии покинули город за два часа до рассвета, взорвав за собой постоянный мост и разведя два понтонных.
Утром 18 августа в разрушенный, догорающий Смоленск въехал Наполеон. Участник русской кампании генерал и писатель Ф.-Г . Сегюр так описал этот въезд: «Спектакль без зрителей, победа почти без плодов, кровавая слава, дым, который окружал нас, был, казалось, единственным нашим приобретением».
Бой у Валутиной горы. Последним смоленским сражением стал бой у Валутиной горы (25 км от Смоленска по Московской дороге).
К моменту вступления Наполеона 18 августа в Смоленск расположение русских армии было следующим. 2-я армия во главе с Багратионом беспрепятственно отошла по Московской дороге от Смоленска на 50 км, 19 августа переправилась через Днепр у деревни Лубино и остановилась, не доходя до Дорогобужа.
Положение 1-й армии было гораздо сложнее — она лишь 55
- • ™ —-- Глава 11 ^^=^^^^^^^^
Взятие Смоленскавечером 18 августа стала от-
Литография Мотта. 1-я пол. XIX в. ходить от Смоленска. Для безопасности Барклай разделил армию на две колонны. Первая во главе с Д. С. Дохтуровым с обозами и артиллерией кружным путем пошла на север, затем на восток и далее на юг, чтобы у Лубино переправиться через Днепр и соединиться со 2-й армией в районе Дорогобужа. Вторая колонна во главе с Н. А. Тучковым 1-м (пехота и кавалерия, но без пушек) кратчайшим путем, проселками, пошла напрямую, параллельно Московскому тракту. Обе колонны получили приказ 19 августа встретиться у Соловьевой переправы.
Однако скрытно отвести войска не удалось. Ночью часть колонны Н. А. Тучкова 1-го (а в ней находился и штаб 66 Барклая) сбилась с дороги в густом лесу и утром напоро-
лась у деревни Гедеоновка на пехоту Нея. Завязался упорный бой. С большим трудом Барклаю все же удалось оторваться от противника, но угроза разгрома колонны не миновала. Положение спас отряд под командованием генерала П. А. Тучкова 3-го. Заняв позицию на Валутиной горе вблизи Московского тракта, он со своим 3-тысячным отрядом вступил в бой с корпусом Нея. 19 августа до 15 часов русские войска сдерживали натиск превосходящих сил противника. А. П. Ермолов, быстро оценивший выгодность позиции Тучкова, направил ему подкрепления: сначала два гренадерских полка, а затем целый кавалерийский корпус В. В. Орлова-Денисова. С 16 часов разгорелся новый бой. Он длился четыре часа. Французы потеряли убитыми еще 8 тыс. человек, но и русские потеряли немало — 6 тысяч человек. Сам Тучков 3-й был тяжело ранен и попал в плен.
Однако задача была выполнена,— как и под Красным 14 августа дивизия Неверовского, так и отряд Тучкова на целый день задержал войска Нея, что дало возможность основным силам 1-й армии 20 августа перейти на другой берег Днепра. Русская армия вновь ускользнула от Наполеона, избежав, казалось бы, неминуемого разгрома.
Смоленское сражение 14—19 августа имело далеко идущие последствия. Хотя русская армия вновь отступила, она нанесла противнику тяжелый урон. Эта битва стоила Наполеону почти 30 тыс. только убитых и вдвое большего числа раненых. Сражение за Смоленск выявило новую серьезную силу — русское народное ополчение. Героизм и мужество смолян предрекало сотни новых Смоленсков, самым грозным из которых представлялась Москва.
И не случайно в Смоленске французский император снова заговорил с Даву о передышке и войне в два этапа А ° осени 1812 г. и с весны 1813 г. «Остановимся здесь (в Смоленске.— В. С. ). За этой твердыней я могу собрать свои войска, дать им отдых, дождаться подкреплений...
Глава 11
Довольно. До весны нужно организовать Литву и снова создать непобедимую армию. И тогда, если мир не придет нас искать на зимних квартирах, мы пойдем и завоюем его в Москве».
Однако мир с Россией Наполеон на самом деле начал искать гораздо раньше, сразу после Смоленского сражения. Об этом свидетельствует его беседа с раненым генералом П. А. Тучковым 3-м в Смоленске 24 августа 1812 г. Русский генерал был немало удивлен, когда Наполеон, только что занявший Смоленск и находившийся всего в 350 верстах от Москвы, вдруг предложил ему... написать царю, что он «ничего более не желает, как заключить мир». Тучков исполнил просьбу Наполеона, но Александр I оставил это первое мирное предложение своего противника, как, впрочем, и все последующие, без ответа.
Перед Наполеоном вновь встал все тот же вопрос — что делать дальше? В конце концов он все же решился пойти на Москву. Приближалась осень, кампания затягивалась, русская армия оставалась неразгромленной. У частник русского похода будущий известный военный историк А. Жо- мини так излагал решение Наполеона: «Вынудить русских к сражению и продиктовать мир — это единственный безопасный путь из оставшихся в настоящее время». То же самое Наполеон говорил в Смоленске Коленкуру: «Не пройдет и месяца, как мы будем в Москве: через шесть недель мы будем иметь мир». Действительно, через месяц Наполеон был в Москве. Но ни через шесть недель, ни через три месяца он мира не получил.
Документы эпохи
Приказ-бюллетень Наполеона
к войскам 22 июня 1812 г. накануне вторжения
Солдаты! Вторая польская война началась! Первая окончилась под Фридляндом и в Тильзите, где Россия клялась вечно сохранять союз с Францией и враждовать с Англией. Она нарушила клятву!.. Россия увлечена роком! Она не уйдет от своей судьбы. Неужели она полагает, что мы изменились? Разве мы уже не воины Аустерлица?.. Итак, вперед! Перейдем за Неман, внесем оружие в пределы России! Вторая польская война будет столь же славной для Франции, сколь и первая, но мир, который мы заключим, будет прочнее и прекратит пятидесятилетнее кичливое влияние России на дела Европы.
Михайловский-Данилевский А. И. Описание Отечественной войны
В 1812 году.—Спб., 1843.—Ч. I.—С. 147—148.
Официальное объяснение отступления русской армии
Из сообщения Главной квартиры 17(29) июня 1812 г.
Опыт прошедших браней и положение наших границ побуждают предпочесть оборонительную воину наступательной по причине великих средств, приготовленных неприятелем на берегах Вислы... Сии соображения требуют того, чтобы избежать главного сражения, доколе князь Багратион не сближится с первою армиею и потому нужно было Вильно до времени оставить.
Бескровный Л. Г. Отечественная война 1812 г.— М., 1962.— С. 274—275.
Свидетельство очевидца
о начале продовольственных трудностей во французской армии
Мы с каждым днем приближались к Вильне, дни стояли теплые.
Во всех отношениях мы перебивались кое-как, уже мало было хлеба, а мука, молоко, вино и водка сделались большой редкостью... Купить ничего нельзя было, потому что маркитанты не поспевали за нашим быстрым передвижением. Офицеры должны были довольствоваться тем, что добывала воровством и грабежом их прислуга... поэтому в первые дни за Неманом общая нужда вызвала крупнейшие беспорядки.
Росс Г. С Наполеоном в Россию: Записки врача Великой Армии/Пер. с немец.— М., 1912.— С. 10—11.^д
Свидетельство русского очевидцао битве за Смоленск 16—1 августа 1812 года
Русские не отступали ни на шаг, дрались как львы. Французы, или, лучше сказать, поляки, в бешеном исступлении лезли на стены, ломились в ворота, бросались на валы... Наконец, утомленный ратоборством нашим, Наполеон приказал жечь город, которого не мог взять грудью... И дома, церкви и башни обнялись пламенем...
Опламененные окрестности, густой, разноцветный дым, багровые горы, треск лопающихся бомб, гром пушек, кипящая ружейная пальба, стук барабанов, вопль старцев, стоны жен и детей...— вот что представлялось нашим глазам, что поражало слух, что раздирало сердце! Толпы жителей бежали из огня, полки русские шли в огонь, одни спасали жизнь, другие несли ее на жертву.
Г линка Ф. Н. Письма русского офицера.— Смоленск, 1946.— С. 16—17.
Командующий 2-й армией П. И. Багратионо разногласиях с командующим 1-й армией М. Б. Баркла-ем-де-Толли
Из письма генерал-губернатору Москвы Ф. В. Ростопчину, август 1812 г.
Все отступление его (Барклая.— В. С.) для меня и всей армии непостижимо, а еще хуже, что станет на позицию, вдруг шельма Платов даст знать, что сила валит, а мы снимайся с позиции и беги по ночам в жар и зной назад, морим людей и на погубу несем (неприятеля.— В. С. ) за собою...
них...Дубровинних...ДубровинУ нас охота у всех чрезвычайная, даже сами пленные говорят, что если мы их атакуем, они все побегут. Мне кажется, иного способу уже нет, как, не доходя два марша до Москвы, всем народом собраться и что войска успеет, с холодным оружием, пиками, саблями и что попало соединиться с нами и навалиться на
них...
Дубровин
них...
Дубровин
Н. Ф. Отечественная война в письмах современников, 1812—1815 ГГ.—Спб., 1882,—С. 74—75.
Командир казачьего арьергарда атаман М. И. Платов.
Глава
Назначение М.И.Кутузова главнокомандующим
Бородинскаябитва
«С потерей Москвыне потерянаРоссия»
Назначение М.И.Кутузоваглавнокомандующим
Смоленское сражение русской армии, понятное с военной точки зрения, с политической точки зрения (сдача древнейшего русского города врагу) была крайне отрицательно воспринята общественным мнением России. «Ключ к Москве взят»,— отметил М. И. Кутузов, прочтя донесение М. Б. Барклая-де-Толли об оставлении Смоленска.
Начальник штаба 1-й армии А. П. Ермолов также опасался серьезных политических последствий потери Смоленска для петербургского окружения Александра I. «Боюсь,— писал он Багратиону в Дорогобуж,— что опасность, грозящая нашей столице1, заставит прибегнуть к миру, но сие меры слабых и робких. Все надобно принести в жертву и с радостию, когда под развалинами можно погрести врагов, ищущих гибели отечества нашего». Одновременно Ермолов умолял Багратиона сообщить царю («я на коленях умоляю вас, ради бога, ради Отечества, писать государю»), или он немедленно назначит единого главнокомандующего,
7373Со времени основания Петром I Санкт-Петербурга Российская империя представляла уникальное государство, где официально существовали две столицы — Петербург (резиденция царя и всех правительственных органов центрального управления) и Москва (историческая столица, где проходила коронация царей). В официальных указах по случаю торжеств так и писалось — празднества провести «в обеих столицах».
73
73
■1-1лава HI-
или русская армия окончательно развалится из-за ссоры Барклая с Багратионом.
Багратион из-под Дорогобужа действительно написал Александру I письмо. К чести заслуженного суворовского генерала надо сказать, что он отклонил льстивые предло
жения некоторых лиц из его окружения рекомендовать в
главнокомандующие... самого себя, а избрал другую форму: «Я никак с министром (Барклаем.— В. С.) не могу. Ради бога, пошлите меня куда угодно, хоть полком командовать
в Молдавию или на Кавказ, а здесь быть не могу, и вся Главная квартира немцами наполнена так, что русскому
жить невозможно и толку никакого нет».
Имя М. И. Кутузова к тому времени называлось уже по всей России. И хотя ему в 1812 г. шел уже 67-й год и по всем возрастным меркам того времени он мог находиться на покое, окруженный почетом и славой ученика и сподвижника А. В. Суворова, Кутузов при первом известии о вторжении «великой армии» в Россию бросил свое имение Горошки в Волынской губернии и сам, без приказа, прискакал в Петербург. Поскольку армия Наполеона стремительно продвигалась вперед и было вначале неясно, куда она повернет от Вильны — на Петербург или Москву,— правительство решило срочно укрепить подступы к Петербургу. 12 июля 1812 г. М. И. Кутузова пригласили на секретное заседание Комитета министров и просили возглавить оборону столицы. 17 июля Александр I, прибывший из Москвы, назначил прославленного полководца командующим «корпуса для защиты Петербурга» (всего 8 тыс. человек). Поскольку этих сил до ничтожности было мало, Кутузов немедленно предложил собрать ополчение. 18 июля на собрании дворян Петербургской и других северо-западных губерний он единогласно был избран начальником Петербургского ополчения, деятельно занимаясь его организацией и обучением.
Между тем вопрос о едином главнокомандующем при-
М. И. Кутузов — начальник Санкт- Петербургского ополченияКартина художника С. В. Герасимова.1953 г.М. И. Кутузов — начальник Санкт- Петербургского ополченияКартина художника С. В. Герасимова.1953 г.обретал чрезвычайную остроту — почти ежедневно с 17 июля (день приезда из Москвы в Петербург из действующей армии) по 17 ав-
М. И. Кутузов — начальник Санкт- Петербургского ополчения
Картина художника С. В. Герасимова.
1953 г.
М. И. Кутузов — начальник Санкт- Петербургского ополчения
Картина художника С. В. Герасимова.
1953 г.
густа (день оставления Смоленска) Александр I получал письма и от генералов (А. П. Ермолова, П. И. Багратиона и др.), и от генерал-губернаторов губернских городов (особенно, от Ф. В. Ростопчина из Москвы), и из своей императорской Главной квартиры (от Л. Л. Беннигсена, великого князя Константина и др.) о разногласиях Барклая с Багратионом, которые, несомненно, вредили общему делу борьбы с неприятелем. Кстати, и сам Барклай не скрывал
перед царем сложности своего положения, отмечая, особенно после оставления Смоленска, двусмысленность своего по- 75
~— Diana 111 — "• 1-
ложения: с одной стороны — военный министр, а с другой — «немец», то есть почти изменник.
Как это часто бывало в правление Александра I, царь не стал и на этот раз брать ответственность на себя. Он создал чрезвычайный военный комитет: председатель Государственного совета и Комитета министров генерал-фельдмаршал граф Н. И. Салтыков, военный комендант Петербурга князь С. К. Вязмитинов, советник , царя и глава масонской ложи «Великий восток» князь П. В. Лопухин, советник царя, его «молодой друг» и член «негласного комитета» 1801—1803 гг. граф В. П. Кочубей, доверенное лицо царя министр полиции генерал А. Д. Балашев. Собравшись вечером 17 августа в доме Салтыкова, члены комитета всю ночь обсуждали возможные кандидатуры (Д. С. Дохтуров, А. П. Тормасов, Л. Л. Беннигсен, П. И. Багратион, Ф. В. Ростопчин и др.), но лишь под утро они назвали единственно правильное имя — Михаил Илларионович Кутузов.
Назвали, хотя хорошо знали, что именно это имя будет более всего неприятно царю. Со времени Аустерлица, в 1805 г., когда Александр I, отстранив Кутузова, начал сам командовать русскими войсками и погубил их, вся дворянская Россия знала, что царь не любит Кутузова. Но военная обстановка настолько обострилась, а общественное мнение столь единодушно требовало назначения М. И. Кутузова («Москва желает, чтобы командовал Кутузов и двинул Ваши войска»,— писал 17 августа Ф. В. Ростопчин царю), что не только чрезвычайный военный комитет, но и сам государь вынужден был уступить. Сделал Александр I это скрепя сердце 20 августа 1812 г., подписав указ: «Нашему генералу-от-инфантерии князю Кутузову всемилостивейше повелеваем быть главнокомандующим над всеми армиями нашими».
Царь в личной переписке и не скрывал, что назначает Кутузова против своей воли. Более того, уже
-—-— Назначение М.И.Кузузова главнокомандующим
назначив Кутузова, Александр I через неделю, 27 августа, встретившись с Бернадотом (Карлом-Юханом, наследником шведского престола) в Або (Турку) в Финляндии, первым делом предложил ему... стать главнокомандующим всеми русскими армиями. К. Маркс в своей статье «Бернадот» специально отметил этот факт: «Александр, напуганный первыми успехами Наполеона, пригласил Карла-Иоанна (Бернадота.— В. С.) на свидание и в то же время предложил ему пост главнокомандующего русскими армиями» (Маркс К., Энгельс Ф. Соч.— 2-е изд.— Т. 14.— С. 168). У Бернадота хватило ума вежливо, но твердо отклонить это предложение. Уж если Барклай-де-Толли, прослуживший всю свою жизнь в России, при первых же неудачах оказался «немцем» и «изменником», то что скажут о нем, родственнике Наполеона, если он проиграет хотя бы одно сражение? Нет, Бернадот предпочел держать синицу в руках (шведский престол, который он занял вскоре после свидания с царем), чем химерического журавля в небе (командование отступающей русской армией).
Надо сказать, что в душе у Александра I после Аус
терлица навсегда поселился страх перед военным гением Наполеона, и он не верил, вопреки очевидным фактам, в способность русских генералов разгромить наполеоновскую армию. Перед войной 1812 г. он благоволил к прусскому генералу К. Фулю с его Дрисским лагерем-ловушкой для 1-й армии, после смерти М. И. Кутузова в апреле 1813 г. носился с идеей поставить во главе союзных антинаполе- оновских армии давнего соперника Бонапарта генерала Виктора Моро.
Однако спасение России, по счастью, оказалось не в руках Царя, а в руках М. И. Кутузова, *передовых русских офицеров и простого русского народа — солдат, ополченцев, крестьян-партизан.
23 августа 1812 г. Кутузов выехал из Петербурга в действующую армию. Проводы его превратились в насто- 77
— I лава III- -- ящее народное ликование. Сотни простых людей собрались у его дома на набережной Невы, где уже стояла походная кибитка. По словам очевидца, люди падали на колени перед крыльцом, где стоял новый главнокомандующий и, воздев руки к небу, заклинали: «Отец ты наш! Спаситель! Останови лютого врага, нисторгни супостата». Александр I, всегда ревниво относившийся к чужой славе, сквозь зубы вынужден был признаться в доверительном письме к сестре: «Вообще Кутузов пользуется большой любовью у широких кругов населения здесь (в Петербурге.— В. С.) и в Москве».
Но Кутузов не зря прожил большую и полную воинских опасностей жизнь. Мудрый старик, он хорошо понимал, что восторги и надежды соотечественников-патриотов — это одно, а кровавая война с коварным и искусным завоевателем — нечто совсем другое. Здесь на одних эмоциях и благих пожеланиях не победишь. Накануне отъезда в действующую армию Кутузов побывал в семье своего родственника графа Ф. П. Толстого и откровенно признался ему, что возложенная на него задача чрезвычайно трудна. «Я бы ничего так не желал,— сказал он ему на прощание,— как обмануть Наполеона». Видимо, не случайно, и Наполеон, едва узнав о назначении Кутузова, сразу сказал своим маршалам: «Поздравляю вас, господа. Эта старая лиса Кутузофф едет в русскую армию. Значит, генеральное сражение все же будет».
Кутузов прежде всего поставил перед собой главные задачи — выяснить реальную обстановку с резервами (армейскими и ополченскими), с положением русских армий на южном (3-я Западная армия Тормасова и Дунайская армия адмирала Г . В Чичагова) направлении, с подготовкой вооружений (пушки, ружья, сабли и т. п.) и боеприпасов.
Первым делом сразу после получения указа царя о назначении его главнокомандующим он отправился в военное министерство в надежде получить там всю необходимую
^ Назначение М.И.Кутузова главнокомандующим
информацию. Увы, военное министерство и его управляющий князь А. И. Горчаков имели, как говорилось тогда, «по сему предмету» весьма смутные представления. Свою первую победу Кутузов одержал не на поле брани — он одержал ее в единоборстве с чиновниками военного министерства. Эта победа состояла в одном — Кутузов первым в России узнал правду: все выкладки Горчакова и его чиновников о воинских резервах России на август 1812 г. являются, говоря современным языком, сплошной «липой»1.
Эта «липа» питалась хвастливыми рапортами генерал- губернатора Москвы Ф. В. Ростопчина царю и в военное министерство о создании им на пути Наполеона к Москве «второй стены» из якобы сформированной М. А. Милорадовичем под Калугой 100-тысячной новой армии (Милорадович привел к Кутузову перед Бородино всего 15 тыс. необученных рекрутов) и «Московской военной стены» (ополчения) в 75 тысяч (на деле Ростопчин прислал всего 12 тысяч).
Вопросы формирования резервов Кутузову пришлось решать на ходу, равно как и ломать сложившуюся в первый период войны дислокацию русских армий. Пользуясь тем, что Александр I сделал лишь одно доброе дело — не связал ему руки никаким определенным военным планом, Кутузов начал быстро и решительно действовать.
Во-первых, в день отъезда из Петербурга он отправил с курьерами распоряжения Милорадовичу и Ростопчину срочно представить ему отчет о реальном, а не о мифическом состоянии «второй стены» под Калугой.
Во-вторых, уже в дороге 27 августа он направляет как
И немудрено — после Отечественной войны против А. И. Горчакова было возбуждено Сенатом расследование о казнокрадстве и лихоимстве чиновников его министерства и его самого. Дело тянулось несколько лет и было прекращено в 1817 г. за смертью главного ответчика — бывшего управляющего.79
Глава 111
Тормасов Александр Петрович Портрет работы художника К. Рейхе- ля. 1813 г.А. П. Тормасов (1752—1819)— русский военачальник, генерал. В 1812 году — главнокомандующий 3-й Западной армиейТормасов Александр Петрович Портрет работы художника К. Рейхе- ля. 1813 г.А. П. Тормасов (1752—1819)— русский военачальник, генерал. В 1812 году — главнокомандующий 3-й Западной армией
Тормасов Александр Петрович Портрет работы художника К. Рейхе- ля. 1813 г.
А. П. Тормасов (1752—1819)— русский военачальник, генерал. В 1812 году — главнокомандующий 3-й Западной армией
Тормасов Александр Петрович Портрет работы художника К. Рейхе- ля. 1813 г.
А. П. Тормасов (1752—1819)— русский военачальник, генерал. В 1812 году — главнокомандующий 3-й Западной армией
главнокомандующий новые приказы, радикально менявшие довоенную диспозицию, командующему 3-й Западной армией А. П. Тормасову и командующему Дунайской армией П. В. Чичагову.
Дело в том, что об этих армиях в военном министерстве в Петербурге как бы забыли — все внимание было приковано в направлении главного удара Наполеона на Смоленск и далее на Москву против 1-и и 2-й Западных армий.
К концу августа 1812 г. армия А. П. Тормасова оказалась в глубоком тылу на правом фланге «великой армии». Но она далеко не бездействовала, сковав на южном направлении 20-ты- сячный саксонский корпус
генерала Ж.-Л. Ренье и 30-тысячную армию австрийского «союзника» Наполеона фельдмаршала К. Шварценберга. Более того, через месяц после вторжения «великой армии», Тормасов, совершив молниеносный марш-бросок от Луцка к городу Кобрин, нанес корпусу Ренье ощутимый удар. В Кобринском сражении 28 июля (в это время 1-я и 2-я армии шли на соединение под Смоленском) 3-я армия вывела из строя 2 тыс. солдат и офицеров противника и более 2 тыс. (включая двух генералов) взяла в плен. 80 Затем с упорными арьергардными боями (сражение у села
Городечно 11 августа и др.) 3-я армия снова отошла на исходные позиции к Луцку, прочно заняв оборонительную линию по реке Стырь и закрыв Ренье и Шварценбергу дорогу на Украину, к Киеву. Впрочем, Шварценберг, зная, как и Тормасов, о тайном австро-русском соглашении кануна войны не вести друг против друга активных военных действий, не слишком рвался в бой, й на южном театре вплоть до отступления Наполеона из Москвы наступило затишье .
В то же время для армии Тормасова формально сохраняла силу уже совершенно нереальная в условиях глубокого проникновения Наполеона в Россию предвоенная диспозиция — ударить вместе со 2-й армией Багратиона во фланг «великой армии» (а Багратион стоял в 850 км от Тормасова, уже под Гжатском), а затем перенести военные действия за пределы России, на территорию герцогства Варшавского. Приказом 27 августа Кутузов наконец отменил этот химерический план — «Теперь не время думать об отдаленных экспедициях» — и выдвинул совершенно новый план: объединить 3-ю и Дунайскую армии, усилить их украинским казачьим ополчением и окончательно закрыть французам дорогу на юг, к Украине. По сути, этот приказ Кутузова явился одним из первых элементов будущего общего плана контрнаступления русской армии и изгнания Наполеона. Как мы увидим ниже (Тарутинский маневр), этот приказ Кутузова имел огромное стратегическое значение для всего исхода Отечественной войны 1812 г. и победы России над Наполеоном.
В тот же день, 27 августа, Кутузов направил распоря-
3-я Западная армия A. FL Тормасова была не единственной силой, оказавшей Наполеону упорное сопротивление на его южном фланге в первый период войны (до Смоленска). Активные действия вел 2-й резервный корпус генерала Ф. Ф. Эртеля в районе Мозыря, а также гарнизон Бобруйской крепости, который после отхода 2-й армии П. И. Багратиона выдержал трехмесячную осаду неприятельских войск.81
- Глава III":
жения к Чичагову. Его Дунайская (Молдавская) армия численностью почти в 50 тыс. человек, имевшая опыт боев с турками, вообще без дела стояла на юге. План ее первоначальных действий — диверсия на Балканы и далее в Швейцарию был отменен царем еще 18 июля, но четкого приказа идти на соединение с основными силами отдано не было. Кутузов окончательно похоронил авантюрные прожекты сухопутного адмирала и велел Чичагову срочно соединиться с армией Тормасова. Позднее из этих двух армий была создана одна 100-тысячная армия под командованием Чичагова.
И все же главную заботу для Кутузова пока представляла Москва. Не случайно по дороге из Петербурга в действующую армию он постоянно повторял: «Настоящий мой предмет есть спасение Москвы самой».
Сохранились воспоминания современников о том, как встретило Кутузова местное население и армия. В Гжатске 29 августа за пять верст до города жители выпрягли лошадей из возка Кутузова и на себе под восторженные крики привезли его в город. «Минута радости,— пишет очевидец встречи Кутузова в селе Царево-Займище русский офицер-артиллерист,— была неизъяснима: имя этого полководца произвело всеобщее воскресение духа в войсках, от солдата до генерала».
Фантастический проект (так называемая «Адриатическая экспедиция») ударить по тылам наполеоновской империи в случае нападения Франции на Россию возник перед Отечественной войной. Соавторами этого прожекта были Чичагов и сам Александр I (записка от 24 апреля 1812 г.). Он предусматривал скоординированный удар Дунайской армии Чичагова через Сербию, Далмацию, Тироль на Швейцарию, русско-шведского корпуса через Норвегию и Данию в Северную Германию, высадку морских англо-русских десантов в Испании, Португалии, Южной Италии (остров Сицилия и Неаполь). Реальное развитие военных событий в первый период войны 1812 г. опрокинуло все эти проекты, и незадолго до назначения Кутузова царь был вынужден от них отказаться.
Не подлежит сомнению, что Кутузов ехал в армию с твердым намерением остановить дальнейшее продвижение Наполеона к Москве. Солдатам почетного караула, выстроенным 29 августа у Главной квартиры в Царево-Займище, он громко сказал: «Можно ли все отступать с такими молодцами». Солдатский «телеграф» быстро разнес эти слова и скоро вся армия повторяла солдатскую присказку — «Приехал Кутузов бить французов!»
И тем не менее на другой день, 30 августа, русская армия получила от нового главнокомандующего старый приказ — отступать.
Историки Отечественной войны до сих пор спорят — чем вызван был этот странный приказ? Ведь приехал Кутузов, значит, немедленно нужно было бить французов. Однако между патриотическим подъемом, вызванным приездом Кутузова в армию, и действительной возможностью оказать реальное сопротивление армии Наполеона, чтобы отогнать ее от дальних подступов к Москве, лежала большая дистанция. Подлинная обстановка на театре военных действий в районе Гжатска — Царева-Займища оказалась еще более удручающей, чем она виделась Кутузову даже из Петербурга. Что никакой «второй стены» перед Москвой нет, Кутузов понял еще по дороге в армию из ответных писем Ростопчина и Милорадовича. Гораздо хуже было другое — и в объединенных 1-й и 2-й армиях на 30 августа насчитывалось едва 95 тыс. штыков против 150—160 тыс. у Наполеона (к нему к тому времени подошли резервы из Франции). После Смоленского сражения и отступления армия явно устала, устала физически и морально — от долгого и изнурительного отступления. Показателем этого стало падение воинской дисциплины. Одним из первых распоряжений Кутузова по армии стали приказы об укреплении дисциплины. «Сегодня,— говорилось в одном из них от 31 августа,— в самое короткое время поймано разбредшихся до 2000 низших чинов. Сие сделано не ста- 83
раннем начальников, но помощью военной полиции. Такое непомерное число отлучившихся от своих команд солдат (целый полк!—В. С.) ...доказывает необыкновенное ослабление надзора господ полковых начальников».
За короткий срок Кутузову удалось восстановить дисциплину; этому способствовало также и то, что требования были жесткими и одинаковыми — и к солдатам, и к офицерам. У последних главнокомандующий перед Бородино отобрал всех лишних денщиков, конвойных, услужителей, отослав их в линейные войска. Равным образом Кутузов запретил офицерам иметь более чем одну повозку с самым необходимым имуществом, чем сразу сократил число лишних обозов в армии, ограничивавших ее маневренность.
Мудро поступил он и с командующими 1-й и 2-й армиями — он не отослал ни Барклая-де-Толли (как ему советовали одни), ни Багратиона (как советовали другие) из действующей армии — оба остались на своих постах. Словом, все меры Кутузова были направлены к одной цели — укрепить армию и ее дисциплину, снять усталость и напряжение солдат от длительного отступления, ослабить интриги и ссоры генералов, тоже уставших от постоянных упреков в «драпании».
Нет, Кутузов не отказался от открытого столкновения с Наполеоном — свидетельством этому стала Бородинская битва. Но к ней нужна была подготовка, и военная и моральная. Ведь никаких других войск у русского командования не было и, судя по всему, в ближайшие два месяца не предвиделось. Барклай-де-Толли, докладывая Кутузову обстановку, подтвердил эти горькие мысли главнокомандующего со свойственной ему шотландской прямотой: «Михайло Ларионович. Кроме сил наших двух армий, никаких больше нет до самой Москвы».
Бородинскаябитва
7 сентября (26 августа) в 108 верстах от Москвы по Смоленской дороге и в 12—к северо-западу от Можайска разыгралось одно из величайших сражений не только Отечественной войны, но и всей эпохи наполеоновских войн.
Вокруг Бородинской битвы и ее результатов — кто победил? — среди историков до сих пор идут жаркие споры. Французская историография со времен Наполеона и до наших дней утверждает, что это сражение («битва на Москве-реке»1) было навязано Кутузову, который якобы его не хотел. По сути, ту же точку зрения отстаивала и русская дореволюционная историография, доказывавшая, что Бородино было будто бы «очистительной жертвой за оставление Москвы», так как «отдать московские святыни без боя было делом невозможным».
Советские историки опровергли все эти домыслы. М. И. Кутузов прибыл в действующую армию с решительным намерением остановить продвижение «великой армии» под Москвой, и ни о каком оставлении столицы он первоначально не помышлял. Об этом накануне Бородино он писал царю («Москву защищать должно») и генерал- губернатору Москвы Ростопчину Ф В. (намереваюсь «дать генеральное сражение и решительное для спасения Москвы»). Более того, потребовав у Ростопчина срочной присылки шанцевого инструмента (1 тыс. топоров, 3 тыс. лопат,
Во французских учебниках истории вместо «Бородино» употребляется термин «1а Bataille de Moskova» «битва на Москве-реке». Эта географическая ошибка (через Бородинское поле протекает не Москва-река, а ее приток — Колоча), внесенная наполеоновскими топографами, сохранилась до сих пор. По тому же незнанию французами подмосковной топографии 1812 г. маршал Ней был удостоен Наполеоном за Бородино титула «князя Московского», хотя правильнее было бы назвать его «князем Колоцким».
-——™" .-—— Глава III :
1,5 тыс. кирок и т. д.) для строительства инженерных сооружений на Бородинском поле, Кутузов за пять дней до сражения, 2 сентября, писал Ростопчину: «Немедленно вышлите к Можайску несколько обозов с продовольствием». Зачем? «Если всевышний благословит успехи оружия нашего, то нужно будет преследовать неприятеля»,— писал главнокомандующий. К этому письму Кутузов приложил собственноручно написанное воззвание к жителям столицы: «Не тревожьтесь, первопрестольную супостату не отдадим».
О первоначальном намерении Кутузова разгромить армию Наполеона под Москвой свидетельствует и история с «наступательными аэростатами». Идея применить новое секретное наступательное оружие против наполеоновской армии под Москвой принадлежала графу Ростопчину, большому прожектеру и фанфарону, каких было немало в высших кругах тогдашней русской аристократии. Ростопчин предложил царю еще в июле, во время его пребывания в Москве, создать особые отряды бойцов, посадить их в корзины воздушных шаров (аэростатов), выпустить эти шары при благоприятном ветре в сторону неприятеля и поражать его сверху, «с неба». Александр I не только поддержал эту, с военной точки зрения химерическую идею, но даже приказал выделить средства на сооружение первого такого аэростата. Нашелся и изобретатель — немец Франц Леп- пих В тайной обстановке в предместье Москвы, на Мамоновой даче, Ростопчин начал готовить это «секретное оружие», регулярно информируя об этом царя. Последний 20 августа на аудиенции, данной ему Кутузову как новому главнокомандующему, также заверил полководца, что он может располагать этим оружием. Хотя дело было как будто бы сугубо секретным, Ростопчин для успокоения москвичей организовал «утечку информации», и вскоре вся Москва говорила о «еростате». «...Уверяли,— писал один из очевидцев событий в Москве в августе — сентябре 1812 г.,— что для истребления неприятельского войска
где-то... строится огромной величины шар с обширной гондолой, в коей поместится целый полк (т. е. 2 тыс. человек!? — В. С.) солдат с несколькими пушками и артиллеристами. Этот шар, наполненный газом, поднявшись на воздух до известной высоты, полетит на неприятельскую армию... и начнет поражать врагов как градом — пулями и ядрами, сверх того обливать растопленной смолою».
Слухи эти накануне Бородинского сражения настолько усилились, что даже Кутузов одно время начал верить в эту фантастику. 3 сентября он написал Ростопчину: «Государь император говорил мне об еростате, который тайно готовится близ Москвы, можно ли им будет воспользоваться, прошу мне сказать и как его употребить удобнее?»
Нужно ли говорить, что вся история с «еростатом» оказалась сплошным блефом Ростопчина, как и его хвастливые реляции о «московской второй стене».
Впрочем, сам Ростопчин очень мало верил в то, что Москву удастся отстоять: он-то хорошо знал, что у него за резервы. Поэтому если Кутузову он писал одно, то приближенным царя — нечто совсем другое. Уже 25 августа, вскоре после оставления Смоленска, министр полиции и доверенное лицо царя А. Д. Балашев получил от Ростопчина первое паническое донесение: жители начали покидать Москву, направляясь в Нижний Новгород и Ярославль. Более того, генерал-губернатор стал готовиться к эвакуации задолго до Бородинского сражения. «Назначенные к отправлению предметы изготовлены и готовятся»,— писал он А. Д. Балашеву 30 августа. В канун сражения, 3—4 сентября, из Москвы уже были вывезены драгоценности Оружейной палаты Кремля, Межевой архив и наиболее ценные бумаги Московского отделения архива Министерства иностранных дел. Были сняты с икон и упакованы золотые и серебряные оклады, ценная церковная утварь и т. д. Уже после Бородинского сражения вся эта утварь была отправлена из Москвы в Вологду.87
Ечава HI—
Подготовка к Бородинскому сражению Картина художника В. Г. Шевченко. 1970-е гг.Подготовка к Бородинскому сражению Картина художника В. Г. Шевченко. 1970-е гг.
Подготовка к Бородинскому сражению Картина художника В. Г. Шевченко. 1970-е гг.
Подготовка к Бородинскому сражению Картина художника В. Г. Шевченко. 1970-е гг.
И вот нашли большое поле: Есть разгуляться где на воле!..
М. Ю. Лермонтов
Призывая в своих афишках жителей не покидать Москву, сам Ростопчин сразу после Бородино отправил свою семью в Ярославль.
И тем не менее Кутузов со дня приезда в действующую армию 29 августа и до военного совета в Филях 13 сентября 1812 г. твердо был намерен защищать Москву. Он так и писал 3 сентября Ростопчину в том самом письме, где спрашивал его об «еростате»: «Надеюсь дать баталию в теперешней позиции (на Бородинском поле.— В. С.), разве неприятель пойдет меня обходить, тогда должен буду я отступить, чтобы ему ход к Москве воспрепятствовать... Ежели буду побежден, то пойду к Москве и там буду
оборонять столицу».
Первоначальный план обороны Москвы строился Кутузовым как серия сражений (как минимум три из них — крупные): первое — Бородино, второе — на полпути от Можайска к Москве и третье — у стен Москвы. Не полагаясь больше на «вторую стену» Ростопчина, Кутузов до последнего момента (совет в Филях) все же рассчитывал на два главных реальных резерва: 3-ю армию А. П. Тормасова (с возможным присоединением к ней Дунайской армии П. В. Чичагова) и резервные полки из рекрутов 1812 г., 33 которые спешно формировались в центральных губерниях
России Д. И. Лобановым-Ростовским и А. А. Клейнмихелем. Тормасову и Чичагову Кутузов еще за неделю до Бородинского сражения предписал ускоренными маршами идти к Москве и сконцентрироваться в районе Калуги. Аналогичным образом 31 августа Лобанову-Ростовскому и Клейнмихелю было предписано срочно направить 14 полков (около 30 тыс. солдат) в Москву.
Выбранная штабными офицерами позиция на Бородинском поле была 2 сентября лично осмотрена и одобрена Кутузовым. Действительно, Бородинское поле находилось как бы на перекрестке двух дорог, ведущих к Москве: Старой и Новой Смоленских дорог. Поскольку русские штабные офицеры исходили из численного превосходства французских войск над русскими (165 тыс. против 95 тыс.)1 и обычной тактики Наполеона прорывать позиции противника на флангах, Бородинская позиция уже своей топографической конфигурацией лишала неприятельские войска двух этих важных для них преимуществ.
Правый фланг русской армии прикрывался Москвой- рекой и Масловским лесом, левый — болотами и Утицким лесным массивом. С фронта, левого и правого фланга, кроме того, позиции русских войск окаймляли река Колоча и ее притоки, образовавшие глубокие овраги. Сама местность была холмистой, что благоприятствовало расположению артиллерии (Курганная высота — батарея Раевского, Баграти- оновы флеши , Утицкий курган и т. д.). Благодаря умелому
По счастью, штабные офицеры ошиблись: Наполеон, проведя накануне жесткий отбор своим войскам, вывел к Бородино только самую боеспособную часть своей армии — 135 тыс. солдат при 587 орудиях. Кутузов к 7 сентября располагал 126 тыс. солдат и казаков регулярной армии и около 30 тыс. ополченцев при 640 пушках. Таким образом, в численности своих регулярных войск и в артиллерии противники были почти равны.
Флешь — укрепление, вал которого состоит из двух сторон, образующих тупой угол. g9
Ечава III
плану русские войска расположились на небольшой высоте, а французам как бы пришлось подниматься в гору, преодолевая овраги и искусственные инженерные сооружения. Линия обороны была расположена в три ряда. Первая, самая длинная (8 км), тянулась от деревни Маслово на Москве-реке через село Бородино до деревни Шевардино, где был оборудован укрепленный редут. Эту первую линию обороны защищал выдвинутый вперед 12-тысячный отряд (8 тыс. пехоты и 4 тыс. кавалерии) под командованием генерала А. И. Горчакова 2-го. В состав этого отряда входила и знаменитая 27-я пехотная дивизия Неверовского.
Вторая линия обороны была вдвое меньше предыдущей (4,5 км) и шла от деревни Горки до деревни Утица. Ее оборона была поручена главным образом 2-й армии Багратиона.
И наконец, на третьей линии обороны, между Новой и Старой Смоленскими дорогами (3,5 км), располагались основные силы 1-й армии и резервы Главной квартиры.
Таким образом, противнику пришлось наступать на все сужающиеся участки фронта (8, 4,5 и 3 км) как бы в «воронку», причем то преодолевая глубокие овраги, то взбираясь на холмы. Больше всего Кутузов опасался, как бы Наполеон, увидя невыгодность лобовой атаки, не передумал и не предпринял глубокий фланговый обход слева или справа. Тогда русская армия оказалась бы в ловушке. Об этом Кутузов накануне сражения откровенно написал царю: «Позиция, в которой я остановился при деревне Бородино, в 12 верстах вперед Можайска, одна из наилучших, которую только на плоских местах найти можно... Желательно, чтобы неприятель атаковал нас в сей позиции, тогда имею я большую надежду к победе». Тревога за возможный фланговый обход — «разве неприятель пойдет меня обходить, тогда должен буду я отступить...» — звучала и в письме Кутузова к Ростопчину 3 сентября 1812 г.
Однако Кутузов опасался напрасно. Наполеон явно
упустил единственный реальный шанс сразу выиграть Бородинское сражение (глубокий обход русских позиций с флангов) и пошел именно так, как предполагала «эта старая лиса Кутузофф» — в лоб. Впоследствии многие военные историки Франции корили его за эту ошибку, но все они побоялись сказать главное — Наполеон действовал по шаблону. Ему необходимо было генеральное сражение, и как можно скорее. «...На такой головокружительной высоте и при том непрочном фундаменте, на который он опирался, Наполеон уже не мог решиться на затяжные кампании. Ему необходимы были быстрые успехи, блистательные победы, завоеванные штурмом мирные договора...» (Маркс К., Энгельс Ф. Соч.— 2-е изд.— Т. 22.— С.30). Обычно под Бородинским сражением понимается главный бой 7 сентября (26 августа по старому стилю) 1812 г. Однако это не совсем точно. Сражение началось раньше, 5 сентября, на первой линии и закончилось 7 сентября на третьей линии поздно вечером. Таким образом, оно фактически длилось три дня и было самым кровопролитным со времени вторжения «великой армии» в Россию.
Накануне сражения. Арьергардные бои заслона генерала П. П. Коновницына (31 августа — 4 сентября). Кутузов забраковал выбранную Барклаем-де-Толли первую позицию для генерального сражения у Царева- Займища, и 31 августа рано утром главные силы 1-й и 2-й армий начали отступление к Можайску. Отход главных сил прикрывал арьергард Коновницына (18 кавалерийских и 8 пехотных полков с тремя артиллерийскими ротами — 36 орудий).
Первоначально Наполеон намеревался разгромить основные силы русской армии уже на марше. Но арьергард Коновницына, приняв весь удар на себя (бой у Царева- Займища и 13-часовой бой у Гжатска), не позволил этого сделать. Вначале Кутузов намеревался дать генеральное сражение у деревни Ивашково (вторая позиция), но и она оказалась малопригодной. 1 сентября русская армия отсту-
пила к Колоцкому монастырю, где первоначально предполагалось остановиться (третья позиция) и дать генеральное сражение (были начаты даже инженерные работы), но и эту позицию Кутузов забраковал из-за угрозы флангового обхода. 2 сентября русская армия продолжала отход и 3 сентября стала занимать боевые порядки на Бородинском поле (четвертая позиция).
2—3 сентября на театре военных действий было затишье — Наполеон остановил свои войска возле Гжатска, чтобы дать им передышку, привести в порядок резервы, подтянуть обозы. Именно здесь император потребовал от своих маршалов и генералов точный списочный состав солдат, «находящихся под ружьем, но готовых к бою». Бертье к вечеру 2 сентября сообщил крайне неутешительные известия: под ружьем числилось около 165 тысяч, но годными к бою оказалось всего 135 тысяч. Остальные были либо больны, либо в бегах (дезертиры, в большинстве попавшие затем в плен к партизанам).
Маршалы, особенно Ней и Мюрат, требовали передышки. В конце августа резко испортилась погода: августовскую жару сменили холода с затяжными дождями — наступала ранняя русская осень с ее непролазной грязью на дорогах. Наполеон заколебался и продлил еще на день отдых, пообещав, что, если погода не улучшится, он вообще приостановит наступление.
Однако утром 4 сентября выглянуло солнце, тучи рассеялись, дождь прекратился, и «император французов» приказал трубить сбор. К полудню 4 сентября конница Мюрата и пехота Компана у деревни Гриднево в 15 км от Бородина наткнулись на арьергард Коновницына. Разгорелся жаркий бой. Войскам Коновницына вновь удалось задержать французский авангард на несколько часов, после чего они отступили к Колоцкому монастырю.
5 сентября в 6 утра бой возобновился с новой силой. На этот раз у Колоцкого монастыря против русских сражался
уже не авангард, а вся «великая армия». Упорно обороняясь, арьергард Коновницына блестяще выполнил свою задачу: была дана возможность главным силам отойти (31 августа — 2 сентября) на Бородинское поле. После чего Ко- новницын отошел за Колочу и присоединился к остальным русским войскам.
Бой у деревни Шевардино. 5 сентября с 14 ч до 23 ч 30 мин. В 12 ч дня на Новой Смоленской дороге показались основные силы французской армии. Они двигались в направлении села Бородино тремя колоннами. В центре по Новой Смоленской дороге двигались пехотные корпуса Даву, Нея и Жюно, их колонну замыкала Старая гвардия, а в авангарде шла кавалерия Мюрата. На левом фланге Бородино обходил IV Итальянский пехотный корпус пасынка Наполеона Евгения Богарне и кавалерия Груши, а на правом, по старой Смоленской дороге, в направлении деревни Утица передвигался V Польский пехотный корпус Понятовского.
Шевардинский редут оказался как бы аванпостом, выдвинутым далеко вперед за основные русские позиции, рассекая основные (Даву, Ней, Жюно) и правофланговые (Понятовский) силы наполеоновской армии надвое.
По первоначальной диспозиции на Шевардинский редут опирался левый фланг первой линии обороны русской армии, где основную силу образовывала 2-я армия Багратиона. Однако утром 5 сентября Багратион сообщил Кутузову, что позиция его армии у Шевардина неудачна — ее могут обойти с фланга по Старой Смоленской дороге. Кутузов лично выехал к Шевардинскому редуту и признал доводы Багратиона обоснованными. Войскам 2-й армии был отдан приказ отойти на вторую линию обороны у деревни Семеновское, за Семеновский овраг, под прикрытие батареи Раевского на Курганной высоте и Семеновских (Багратионовых) флешей.
В Шевардине остался только заградительный отряд Горчакова 2-го, который и принял на себя первый удар.
--Iлава Ш — .■■ —
Накануне Бородинского сражения Картина художника В. Г. Шевченко. 1970-е гг.Накануне Бородинского сражения Картина художника В. Г. Шевченко. 1970-е гг.В 14 ч заградительный отряд Горчакова 2-го расположился веером вокруг Ше-
Накануне Бородинского сражения Картина художника В. Г. Шевченко. 1970-е гг.
Накануне Бородинского сражения Картина художника В. Г. Шевченко. 1970-е гг.
Чуть утро осветило пушки И леса синие верхушки — Французы тут как тут...М. Ю. ЛермонтовЧуть утро осветило пушки И леса синие верхушки — Французы тут как тут...М. Ю. Лермонтовлков). За ними во второйлков). За ними во второйвардинского редута по правому берегу Колочи от Алексинки через Фомкино и далее по оврагу до Доро- нино (пять егерских по
Чуть утро осветило пушки И леса синие верхушки — Французы тут как тут...
М. Ю. Лермонтов
Чуть утро осветило пушки И леса синие верхушки — Французы тут как тут...
М. Ю. Лермонтов
лков). За ними во второй
лков). За ними во второй
линии рядом с редутом встали
колонны 27-й пехотной дивизии Неверовского. В резерве
сразу за редутом стояла кавалерия, готовая к атаке.
Первоначально Наполеон не придал большого значения одинокому опорному пункту русских, но когда егеря из-за реки Колочи открыли прицельный огонь по основной колонне французов, он приказал «сковырнуть» этот одинокий редут. Мюрату и Даву было приказано повернуть часть 94 своих войск, два полка кавалерии и три дивизии пехоты при
186 пушках, с Новой Смоленской дороги к Шевардину, а Понятовскому со Старой Смоленской дороги — ударить во фланг (всего 40 тыс. человек против 8 тыс. защитников редута). Наполеон полагал, что вся операция займет не более 2—3 часов...
Первыми пошли в атаку войска Понятовского, и тут произошла первая осечка: два часа атаки (с 14 до 16 ч) не дали ощутимых результатов. Только когда на помощь подошла французская пехота Компана, егерей удалось оттеснить из Доронино. Установив на холмах у деревни артиллерию, французы открыли прицельный огонь по редуту. Одновременно с трех сторон подошли еще две дивизии из корпуса Даву. В 18 ч французская пехота и кавалерия начали штурм Шевардинского редута. Отбив первые атаки, защитники Шевардина под давлением превосходящих сил противника вынуждены были отступить. К 19 ч редут и деревня Шевардино были взяты превосходящими силами наполеоновских солдат.
Но на этом Шевардинский бой не закончился. Багратион, армия которого только утром 5 сентября отошла на новые рубежи и еще не закончила их укрепление, в 20 ч двинул на помощь шевардинцам 2-ю гренадерскую дивизию и сам прибыл на позиции. Вместе с отошедшей к Семеновскому оврагу и снова брошенной в бой 27-й дивизией Неверовского защитники редута сумели оттеснить французов и поляков, снова заняв деревню Доронино, а затем, к 21 ч, и Шевардинский редут, отбив при этом восемь пушек.
Шевардинский бой носил ожесточенный характер. Об этом свидетельствует и большое число потерь с обеих сторон — по 6 тыс. человек за один день. Кутузов высоко оценил этот бой, оповестив приказом по всей армии 25 августа (6 сентября), что «горячее дело, происходившее вчерашнего числа на левом фланге, кончилось к славе российского войска».95
: Глава III
Воины, защищавшие редут, выполнили свою задачу — они сорвали попытку наполеоновской армии «с ходу» захватить Шевардино и выиграли целый день, что дало возможность 2-й армии укрепиться на новых позициях. Поскольку цель была достигнута, Кутузов приказал отойти оставшимся в живых защитникам редута на основную позицию, что они сделали в 23 ч, отбив по дороге ночную атаку кавалерии Мюрата.
Боевые действия 6 сентября. Обычно считается, что 6 сентября (как, впрочем, и 5-го) никаких особых боев не было. Вспомните, как писал об этом М. Ю. Лермонтов:
Два дня мы были в перестрелке.
Что толку в этакой безделке? Мы ждали третий день.
Но это было далеко не так. Шевардинский бой никак не отнесешь к «безделке». Равным образом и 6 сентября весь день и вечер до глубокой ночи противники активно прощупывали позиции друг друга — французы искали слабые места в обороне русских, русские — слабые звенья в наступательных порядках французов.
Бой на левом фланге русской армии у деревни Утица. Рано утром легкая пехота французов — вольтижеры, обычно действовавшие совместно с кавалерией, начала наступление в районе деревни Утица. Им противостояли полки русских егерей. Сражение в основном происходило между Шевар- динским лесом (находился в руках у французов) и Утицким лесом (здесь держали оборону русские войска). Смысл атак вольтижеров состоял в выманивании основных сил русских, для того чтобы определить их примерную численность и расположение. Выполнить эту задачу им не удалось, и к вечеру бой затих.
Бой на правом фланге русской армии у Бородина. Одновременно аналогичное прощупывание шло у села Бородино, хотя и менее энергично. Собственно, атаки на Боро-
Бородинское полеПамятник Кавалергардам и Конной гвардииБородинское полеПамятник Кавалергардам и Конной гвардии
Бородинское поле
Памятник Кавалергардам и Конной гвардии
Бородинское поле
Памятник Кавалергардам и Конной гвардии
дино передовые части IV Итальянского пехотного корпуса Евгения Богарне начали еще накануне, 5 сентября, одновременно с атаками на Шевардинский редут. Но они велись вяло и были отбиты егерями лейб- гвардии полковника Макарова и Елизаветградским гусарским полком. На другой день, 6 сентября, атаки возобновились, но были столь же неэнергичны, хотя в ночь с 5 на 6 сентября русское командование отвело два батальона лейб-гвардии егерей за Бородино для охраны моста через Колочу и дороги в деревню Горки, где стояла русская артиллерия и позднее, 7 сентября, находи-
лась ставка М. И. Кутузова. Интересно отметить, что вместе с егерями этот мост охраняла также команда Гвардейского морского экипажа из Петербурга из 30 матросов во главе с мичманом Лермонтовым, дальним родственником
великого поэта1.
6 сентября было6 сентября былоНаиболее заметным событием боя
6 сентября было
6 сентября было
села Бородиносела Бородиноличное появление в рядах атакующих у
села Бородино
села Бородино
1 Для участия в сухопутной кампании 1812 г. Балтийский гвардейский экипаж выделил около 500 матросов и офицеров (входили в состав 1-й армии). Их использовали главным образом как саперов при сооружении или уничтожении мостов. Помимо команды мичмана Лермонтова, в Бородинском сражении приняла участие также артиллерийская команда экипажа.97
7 Отечественная война 1812 года
———-—-——- Глава III—: -
самого Наполеона, прибывшего на рекогносцировку вместе с генералами Ж. Раппом и О. Коленкуром (братом известного дипломата и мемуариста кампании 1812 года). Участник Бородинского сражения передовой русский офицер-патриот Федор Глинка позднее вспоминал: «С центральной батареи нашей (батареи Раевского.— В. С. ) смотрели в трубу и вдруг засуетились. «Это он, это он!» — закричало несколько голосов. В самом деле, вооруженный глаз мог увидеть человека, которого портрет знаком был всякому... Несколько удачных выстрелов с батареи дали почувствовать ему, что он открыт. Это был Наполеон!»
Видя, что правый фланг русской армии сильно укреплен, Наполеон приказал прекратить атаки на Бородино. Позднее мемуаристы донесли до нас мотивы этого неожиданного для атакующих решения. Наполеон решил брать Бородино в день генеральной битвы, опасаясь, что русские раньше времени «всполошатся, подумают, что правое крыло их в опасности и, чего доброго, снова уйдут... А я разве для того пришел сюда из Парижа, чтобы упустить их из рук?..» (по воспоминаниям Ф. Глинки). Кроме того, для решающей атаки 6 сентября у Наполеона не хватало артиллерии: она отстала и подошла только вечером.
Последние распоряжения полководцев. Вторая половина дня и весь вечер 25 августа (6 сентября) 1812 г. ушли у Наполеона и Кутузова (он также сделал личную рекогносцировку) на уточнение расположения своих войск перед решающим сражением.
Наполеон. Вечером 6 сентября французский император созвал своих маршалов на военный совет. Первая картина размещения русских войск ему была ясна — основной удар надо было наносить по левому флангу Кутузова, где оборону несла 2-я армия Багратиона (от Курганной высоты, через Семеновские флеши к Утицкому кургану возле Старой Смоленской дороги). Однако Наполеон отклонил предложение Даву начать наступление на левый фланг уже в
-— Бородинская битва ~ ~ ночь с 6 на 7 сентября через Утицкий лес, опасаясь, что в ночном бою, да еще в незнакомом им русском лесу, войска спутают свои боевые порядки и могут перестрелять не противника, а своих.
В «Генеральном распоряжении для сражения», утвержденном Наполеоном поздно вечером 6 сентября, французская армия должна была наступать в следующем порядке: левый фланг — Итальянский корпус вице-короля Е. Богар- не и кавалерия Э. Груши, центр — основная ударная группировка, нацеленная против 2-й армии П. И. Багратиона (Л. Даву, М. Ней, А. Жюно), правый фланг — Польский корпус Ю. Понятовского. Старая и Молодая гвардии, а также кавалерия И. Мюрата находились в резерве. Ставка Наполеона была определена у деревни Шевардино.
М. И. Кутузов. План размещения русских войск был составлен главнокомандующим на день раньше, 5 сентября. Он Предусматривал следующее: правый фланг — 1-я армия М. Б. Барклая-де-Толли. Первая линия (командующий — генерал М. А. Милорадович) из двух пехотных (командиры — К. Ф. Багговут и А. И. Остерман-Толстой) и одного кавалерийского (командир Ф. К. Корф) корпусов, вторая линия (резерв) — кавалерийский корпус Ф. П. Уварова и казачий корпус М. И. Платова. Центр — пехотный корпус Д. С. Дохтурова и кавалерийский корпус П. П. Палена. Левый фланг — 2-я армия П. И. Багратиона. Первая линия — два пехотных корпуса (Н. Н. Раевского и М. М. Бороздина 1-го) и кавалерийский корпус генерал-майора К. К. Сиверса, вторая линия (резерв) — гренадерская дивизия М. С. Воронцова, кирасирская дивизия генерал-майора И. М. Дуки, восемь казачьих полков генерал-майора А. А. Карпова 2-го, а также смоленское и московское ополчения.
Особое внимание Кутузов обратил на резервы. Помимо конницы Уварова и Платова (1-й резерв), им был создан главный резерв в составе пехотных корпусов Н. А. Туч-
■ 1Глава III--
Накануне Бородинского сражения Фрагмент картины художника В. Г. Шевченко. 1970-е гг.И вот на поле грозной сечи - Ночная пала тень...М. Ю. ЛермонтовНакануне Бородинского сражения Фрагмент картины художника В. Г. Шевченко. 1970-е гг.И вот на поле грозной сечи - Ночная пала тень...М. Ю. Лермонтов
Накануне Бородинского сражения Фрагмент картины художника В. Г. Шевченко. 1970-е гг.
И вот на поле грозной сечи - Ночная пала тень...
М. Ю. Лермонтов
Накануне Бородинского сражения Фрагмент картины художника В. Г. Шевченко. 1970-е гг.
И вот на поле грозной сечи - Ночная пала тень...
М. Ю. Лермонтов
Диспозиция Кутузова, в
Наполеона, предусматривала
кова 1-го и Н. И. Лаврова, одной кирасирской дивизии, а также резервной артиллерии у деревни Псарево. Штаб Кутузова расположился в деревне Горки, на правом фланге русской армии, отличие от жестких директив предоставление большой ини
циативы командирам корпусов, дивизий и полков. Им давалось право делать «соображения на поражение непри
ятеля».
Реально оценивая обстановку, Кутузов предусмотрел и дальнейшие действия: в случае победы — преследовать, согласно особому приказу, в случае поражения — будут ука
заны дороги к отступлению.
100 Характерно, что в «Генеральном распоряжении...» На-
-—■ Бородинская битва1-—■ Бородинская битва1Накануне Бородинского сражения Картина художникаВ. Г. Шевченко.1970-е гг.Но тих был наш бивак открытый...М. Ю. ЛермонтовНакануне Бородинского сражения Картина художникаВ. Г. Шевченко.1970-е гг.Но тих был наш бивак открытый...М. Ю. ЛермонтовНакануне Бородинского сражения Картина художникаВ. Г. Шевченко.1970-е гг.Накануне Бородинского сражения Картина художникаВ. Г. Шевченко.1970-е гг.Прилег вздремнуть я у лафета...М. Ю. ЛермонтовПрилег вздремнуть я у лафета...М. Ю. Лермонтов
-—■ Бородинская битва1
-—■ Бородинская битва1
Накануне Бородинского сражения Картина художника
В. Г. Шевченко.
1970-е гг.
Но тих был наш бивак открытый...
М. Ю. Лермонтов
Накануне Бородинского сражения Картина художника
В. Г. Шевченко.
1970-е гг.
Но тих был наш бивак открытый...
М. Ю. Лермонтов
Накануне Бородинского сражения Картина художника
В. Г. Шевченко.
1970-е гг.
Накануне Бородинского сражения Картина художника
В. Г. Шевченко.
1970-е гг.
Прилег вздремнуть я у лафета...
М. Ю. Лермонтов
Прилег вздремнуть я у лафета...
М. Ю. Лермонтов
полеона оба эти элемента отсутствовали, там имелось лишь общее указание: «Сражение, таким образом начатое, будет продолжено сообразно с действиями неприятеля».
Таким образом, вопреки утверждениям французских во- енг ых историков, в глубине души Наполеон далеко не был уверен, что Бородино станет для его армии вторым Аустерлицем, хотя он и писал об этом в воззвании к войскам накануне битвы. Схема сражения была навязана ему Кутузовым.
Накануне сражения 7 сентября укреплялись инженерные Ю1
--_—- 1дава in ~
Утро Бородинского сражения Картина художника В. Г. Шевченко. 1970-е гг. 'И только небо засветилось. Всё шумно вдруг зашевелилось...М. Ю. ЛермонтовУтро Бородинского сражения Картина художника В. Г. Шевченко. 1970-е гг. 'И только небо засветилось. Всё шумно вдруг зашевелилось...М. Ю. ЛермонтовН. А. ТучковаН. А. Тучкова1-го и 101-го и 10сооружения (флеши, люнеты1 и т. д.). Единственным крупным изменением в размещении русских войск стало выдвижение в ночь с 5 по 6 сентября из главного резерва 3-го пехотного корпуса -тысячного московского ополче-сооружения (флеши, люнеты1 и т. д.). Единственным крупным изменением в размещении русских войск стало выдвижение в ночь с 5 по 6 сентября из главного резерва 3-го пехотного корпуса -тысячного московского ополче-
Утро Бородинского сражения Картина художника В. Г. Шевченко. 1970-е гг. '
И только небо засветилось. Всё шумно вдруг зашевелилось...
М. Ю. Лермонтов
Утро Бородинского сражения Картина художника В. Г. Шевченко. 1970-е гг. '
И только небо засветилось. Всё шумно вдруг зашевелилось...
М. Ю. Лермонтов
Н. А. Тучкова
Н. А. Тучкова
1-го и 10
1-го и 10
сооружения (флеши, люнеты1 и т. д.). Единственным крупным изменением в размещении русских войск стало выдвижение в ночь с 5 по 6 сентября из главного резерва 3-го пехотного корпуса -тысячного московского ополче-
сооружения (флеши, люнеты1 и т. д.). Единственным крупным изменением в размещении русских войск стало выдвижение в ночь с 5 по 6 сентября из главного резерва 3-го пехотного корпуса -тысячного московского ополче-
ния на усиление левого фланга русской армии у деревни Утица.
По замыслу Кутузова пехота Тучкова и московские опол
ченцы должны были сыграть роль «засадных полков». Поэтому первоначально они скрытно расположились в лесу параллельно Старой Смоленской дороге с задачей ударить
'—Бородинская би гва """
Бородинское поле. ПамятникМ. И. Кутузову у деревни Г орки. 1912—1913 гг.Бородинское поле. ПамятникМ. И. Кутузову у деревни Г орки. 1912—1913 гг.Бородинское поле. Памятник 4-му кавалерийскому корпусу генерала К. К. СиверсаБородинское поле. Памятник 4-му кавалерийскому корпусу генерала К. К. Сиверса
Бородинское поле. Памятник
М. И. Кутузову у деревни Г орки. 1912—1913 гг.
Бородинское поле. Памятник
М. И. Кутузову у деревни Г орки. 1912—1913 гг.
Бородинское поле. Памятник 4-му кавалерийскому корпусу генерала К. К. Сиверса
Бородинское поле. Памятник 4-му кавалерийскому корпусу генерала К. К. Сиверса
во фланг французским войскам, наступающим на первую линию обороны Багратиона.
К сожалению, этот замысел Кутузову реализовать не удалось. Беннигсен, объезжая днем (6 сентября) позиции войск, без ведома главнокомандующего вывел .корпус Тучкова из засады и поставил его в поле, на открытое место возле деревни Утица на крайнем левом фланге обороны Багратиона.
В ночь перед решающим столкновением. Противники по-разному готовились к бою. Французский лагерь шумел и ликовал. Еще бы, наконец-то, после стольких дней изнурительного похода, плохой пищи, когда вместо хлеба ели ЮЗ
Глава IIIГлава III
Глава III
Глава III
распаренные зерна ржи и конину без соли, постоянных стычек с русскими арьергардами и партизанами, завтра — генеральное сражение, новый Аустерлиц, а за ним — долгожданный мир и возвращение домой.
И слышно было до рассвета, Как ликовал француз.
М. Ю. Лермонтов
Иная обстановка была у русских. Войскам было запрещено разводить костры на открытых местах. Было отдано распоряжение запастись «сухим провиантом на шесть дней» и быть готовым
к ночным атакам неприятеля. В своем приказе по 2-й армии Багратион писал: «Резервы иметь сильные и, сколько можно, ближе к укреплениям», а всем «начальникам войск употребить все меры, чтобы завтра к свету люди поели каши, выпили по чарке вина и непременно были во всей готовности».
Но тих был наш бивак открытый:
Кто кивер чистил весь избитый, Кто штык точил, ворча сердито. Кусая длинный ус.
М. Ю. Лермонтов
По русскому обычаю солдаты и ополченцы перед боем переодевались во все чистое, но от водки многие из них отказались. «Не такой сегодня день, чтобы водку пить»,— говорили они.
Ожидание Бородинского сражения Фрагмент картины художника В. Г. Шевченко. 1970-е гг.Ожидание Бородинского сражения Фрагмент картины художника В. Г. Шевченко. 1970-е гг.
Ожидание Бородинского сражения Фрагмент картины художника В. Г. Шевченко. 1970-е гг.
Ожидание Бородинского сражения Фрагмент картины художника В. Г. Шевченко. 1970-е гг.
Генеральное сражение, 7 сентября. Едва взошло солнце, как по русским пози-
циям ударила французская артиллерия. Ей ответили русские пушки.
В 5 ч утра в бой пошла наполеоновская пехота. Сразу
Уж постоим мы головою За родину свою!
М. Ю. Лермонтов
определились три направле-
ния ударов Наполеона — на село Бородино, по левому флангу русской армии у деревни Утица и, наконец, в лоб, на Семеновские (Багратионовы) флеши и деревню Семеновское.
.Атака на село Бородино. Едва забрезжили первые лучи
солнца, под покровом густого осеннего тумана с двух сторон на село, оборонявшееся одним лейб-гвардии егерским пол
ком, обрушилась 13-я пехотная дивизия Дельзона из 105
Кутузов осматривает позицию при БородинеФрагмент картины В Г. Шевченко. 1970-е гг.Кутузов осматривает позицию при БородинеФрагмент картины В Г. Шевченко. 1970-е гг.
Кутузов осматривает позицию при Бородине
Фрагмент картины В Г. Шевченко. 1970-е гг.
Кутузов осматривает позицию при Бородине
Фрагмент картины В Г. Шевченко. 1970-е гг.
. — ГлаваHI——-
IV корпуса Богарне, поддержанная баварской кавалерией. После часового кровопролитного боя, в котором русские егеря потеряли половину рядового состава и 30 офицеров, полк вынужден был отступить. За отступавшими егерями 106-й полк дивизии Дельзона по еще не взорванному мосту через реку Колочу ворвался в расположение русских войск вблизи штаб-квартиры Кутузова в деревне Горки, но против неприятеля были брошены четыре свежих русских егерских полка. Штыками и картечью из пушек они уничтожили 106-й полк французов. Матросы мичмана Лермонтова
поспешили взорвать мост че
рез реку. Богарне остановил
атаку своих войск,
начал
подтягивать к Бородино резервы (итальянскую гвардию, конницу Груши и др.) и наводить переправы (четыре моста) через реку Колочу, готовясь к удару на батарею Раевского. Пока же Богарне приказал поставить у села 40 орудий и вести обстрел батареи Раевского на Курганной
высоте.
Атака на Утицкий курган. Почти одновременно с атакой на село Бородино польский корпус Понятовского предпринял попытку обойти справа левый фланг позиций 2-й армии Багратиона и выйти им в тыл. Попав в густой Утицкий лес, Ю8 окутанный утренним туманом, боевые порядки наступавших
—Бородинская битва .—Бородинская битва .расстроились. Они добрались до деревни Утица только через два часа, к 8 утра. Но здесь поляков встретил ружейный огонь и картечь пушек дивизии И. Л. Шаховского. Кроме того, Поня-расстроились. Они добрались до деревни Утица только через два часа, к 8 утра. Но здесь поляков встретил ружейный огонь и картечь пушек дивизии И. Л. Шаховского. Кроме того, Поня-Сражение под Москвой.Маршал Мюрат, отстреливаясь от атакующей русской кавалерии, спасается, скрывшись в каре своей пехоты. Литография Э. Эменже по рисунку X. В. Фабер дю Фор 1830-е гг.Сражение под Москвой.Маршал Мюрат, отстреливаясь от атакующей русской кавалерии, спасается, скрывшись в каре своей пехоты. Литография Э. Эменже по рисунку X. В. Фабер дю Фор 1830-е гг.
—Бородинская битва .
—Бородинская битва .
расстроились. Они добрались до деревни Утица только через два часа, к 8 утра. Но здесь поляков встретил ружейный огонь и картечь пушек дивизии И. Л. Шаховского. Кроме того, Поня-
расстроились. Они добрались до деревни Утица только через два часа, к 8 утра. Но здесь поляков встретил ружейный огонь и картечь пушек дивизии И. Л. Шаховского. Кроме того, Поня-
Сражение под Москвой.
Маршал Мюрат, отстреливаясь от атакующей русской кавалерии, спасается, скрывшись в каре своей пехоты. Литография Э. Эменже по рисунку X. В. Фабер дю Фор 1830-е гг.
Сражение под Москвой.
Маршал Мюрат, отстреливаясь от атакующей русской кавалерии, спасается, скрывшись в каре своей пехоты. Литография Э. Эменже по рисунку X. В. Фабер дю Фор 1830-е гг.
товский неожиданно обнару
жил впереди себя корпус Тучкова.
Таким образом, первоначальная задача Наполеона прорвать фланги русской армии силами дивизий Богарне и корпуса Понятовского была сорвана. Видя, что противник остановился, Кутузов решил усилить свой левый фланг, передвинул пехотный корпус Багговута к Утицкому кургану, а корпус Остерман-Толстого к Курганной высоте, где находилась батарея Раевского.
109109Атака Багратионовых (Семеновских) флешей и деревни
109
109
Птава 111
Орден Св. Владимира
Семеновское. Однако основные события в утро Бородинской битвы развернулись у деревни Семеновское. Именно здесь Наполеон решил нанести главный удар, чтобы прорвать оборону русских, рассечь их войска, загнать в треугольник, образуемый реками Колочой и Москвой, и уничтожить.
6 часов. После сильного артиллерийского обстрела две дивизии французов пошли в первую атаку на Семеновские флеши. Огнем орудий с русских позиций и ружейным огнем егерей атака была сорвана. В этом бою командир 5-й пехотной дивизии корпуса Даву генерал Ж.-Д. Компан получил тяжелое ранение в руку, а
Ооден Св. Георгия (офицерская
на-
сам командующий 1-м пусом маршал Даву контужен.
6 часов 30 минут.
кор-был
Даву
иисам возглавил атакующих,сам возглавил атакующих,
и
и
сам возглавил атакующих,
сам возглавил атакующих,
приказал повторить атаку которым удалось захватить
одну из флешей. Гренадеры
Воронцова и пехота Неверовского, посланные на помощь Багратионом, в штыковой контратаке выбили противника с захваченной им позиции. Вдогонку за бегущим неприятелем бросилась русская конница.
8 часов. Видя, что силами двух-трех дивизий флеши не ЦО взять, Наполеон бросил в бой новые подкрепления.
Эпизод Бородинского сражения Картина художника
В. Г. Шевченко. 1970-е гг.
Забил заряд я в пушку туго...
М. Ю. Лермонтов
Эпизод Бородинского сражения Картина художника
В. Г. Шевченко. 1970-е гг.
Вам не видать таких сражении?..
Носились знамена, как тени...
М. Ю. Лермонтов
В третьей атаке участвовало уже пять дивизий Даву и Нея и три кавалерийских корпуса Мюрата, всего более 30 тыс. человек при 160 орудиях. Багратион успел подтянуть на помощь Воронцову и Неверовскому две дивизии и часть резервной артиллерии. Кроме того, Раевский перебросил со своей Курганной высоты на помощь осажденным восемь пехотных батальонов, а Тучков с Утицкого кургана — 3-ю дивизию Коновницына с артиллерией. Силы русских войск составляли теперь 15 тыс. бойцов (один против двух). Багратион запросил также подкреплений из резерва Куту- щ
=^== I лава 111 . _
зова. Но на передислокацию этих войск к деревне Семеновское требовалось не менее двух часов.
Всю тяжесть мощного удара французов на Семеновские флеши приняла в начале третьей атаки сводная гренадерская дивизия генерала М. С. Воронцова, около 2 тыс. человек. Раненный в штыковой атаке, Воронцов позднее вспоминал: «Сопротивление моей дивизии не могло быть продолжительным — она исчезла не с поля сражения, а на поле сражения». Отважные воины почти все полегли на флешах. На этот раз французам удалось захватить позиции русских. Но Багратион перегруппировал войска, усилил 27-ю дивизию Неверовского восемью батальонами от Раевского, бросил в бой кирасир 2-й дивизии и к 9 ч утра отбил флеши у французов.
часов 30 минут. Пять пехотных дивизий Даву и Нея вновь, в четвертый раз, атаковали флеши. Русские были снова выбиты, и французы даже ворвались в деревню Семеновское.
часов. В штыковую контратаку пошли четыре полка из гренадерского пехотного корпуса генерала М. М. Бороздина 1-го и восемь батальонов корпуса Н. Н. Раевского. Французы были вновь отброшены к Утицкому лесу.
Вот как вспоминал об этом один из русских очевидцев:
«Уже французы подошли под самый люнет, и пушки наши после окончательного залпа умолкли. Глухой крик давал знать, что неприятели ворвались на вал, и началась работа штыками. Французский генерал Коленкур первый ворвался с тыла на редут и первый был убит; кирасиры же его, встреченные вне окопа нашею пехотою, были засыпаны пулями и прогнаны с большим уроном...».
И только на 8-й раз, после семи часов почти непрерывного штурма, французам наконец к 12 ч дня удалось захватить флеши окончательно. На этот раз Наполеон на узком участке фронта, около 1000 м, сосредоточил
Эпизод Бородинского сражения Фрагмент картины художника В. Г. Шевченко. 1970-е гг.Звучал булат, картечь визжала... М. Ю. ЛермонтовЭпизод Бородинского сражения Фрагмент картины художника В. Г. Шевченко. 1970-е гг.Звучал булат, картечь визжала... М. Ю. Лермонтов400 орудий и бросил в бой 45 тыс. штыков и сабель. Этой лавине противостояло около 18 тыс. защитников уже разрушенных предыдущим огнем артиллерии флешей. И тем не менее Багра-
Эпизод Бородинского сражения Фрагмент картины художника В. Г. Шевченко. 1970-е гг.
Звучал булат, картечь визжала... М. Ю. Лермонтов
Эпизод Бородинского сражения Фрагмент картины художника В. Г. Шевченко. 1970-е гг.
Звучал булат, картечь визжала... М. Ю. Лермонтов
тион лично повел свои израненные войска в контратаку
навстречу этой громаде войск. На подступах к позициям русских началась рукопашная схватка. В этой последней в своей жизни атаке Багратион был тяжело ранен. Выбыли из строя многие другие генералы. Русские войска, потеряв командиров, дрогнули и начали отступать. Командир 3-й пехотной дивизии П. П. Коновницын возглавил отступающие войска и отвел остатки бойцов Семеновских флешей, 8—10 тыс. человек, за овраг, на вторую линию обороны, проходившую по гребню Семеновского оврага.113
Смертельное ранение генерала Багратиона на Бородинском полеКартина художника А. И. Вепхвадзе. 1948 г.Смертельное ранение генерала Багратиона на Бородинском полеКартина художника А. И. Вепхвадзе. 1948 г.
Смертельное ранение генерала Багратиона на Бородинском поле
Картина художника А. И. Вепхвадзе. 1948 г.
Смертельное ранение генерала Багратиона на Бородинском поле
Картина художника А. И. Вепхвадзе. 1948 г.
воначальный план сражения
Семичасовая лобовая атака Семеновских флешей не приблизила Наполеона к победе. Наоборот, он вынужден был изменить пери одновременно с продолже
нием атак на флеши начать новое наступление на батарею Раевского.
Рейд кавалерии Уварова и Платова. Отход русских войск за Семеновский овраг создавал угрозу флангового удара по Курганной высоте, на которой находилась батарея Раевского. Сражение за этот курган — второй центральный эпизод Бородинской битвы после боя у Семеновских флешей. Сражение за батарею Раевского развернулось во всю силу во второй половине дня. Кутузов хорошо понимал все значение этой высоты как главного опорного пункта для защиты 114 второй линии обороны по Семеновскому оврагу. Но на этой
М. I . Кутузов на Бородинском поле Картина художника С. В. Герасимова. 1952 г.М. I . Кутузов на Бородинском поле Картина художника С. В. Герасимова. 1952 г.позиции надо было еще укрепиться, привести в порядок отступившие от Семеновских флешей войска, под-
М. I . Кутузов на Бородинском поле Картина художника С. В. Герасимова. 1952 г.
М. I . Кутузов на Бородинском поле Картина художника С. В. Герасимова. 1952 г.
тянуть резервы, ослабить
натиск на батарею Раевского, которую уже дважды безуспешно атаковали войска Евгения Богарне. Для такой ре
организации необходимо было выиграть время.
Это время дал блестяще задуманный и использованный рейд русской конницы по тылам французской армии. В 10 ч кавалерия Уварова и казаки Платова, скрытно переправившись через реку Колочу недалеко от слияния ее с рекой Москвой, ударили в тыл корпуса Богарне в направлении деревни Беззубово. Атака была столь неожиданной и внезапной, что посеяла панику и в самой ставке Наполеона.
Французский император немедленно приостановил на- Ц5
— Iлава HI
Сражение при Бородине 1812 года августа 26 дняЛитография С. Шифляра по рисункуА. Дмитриева-Мамонова. 1822 г.Сражение при Бородине 1812 года августа 26 дняЛитография С. Шифляра по рисункуА. Дмитриева-Мамонова. 1822 г.тиск на батарею Раевского, отозвал дивизии Молодой гвардии, срочно повернув их в обратную сторону. Напо
Сражение при Бородине 1812 года августа 26 дня
Литография С. Шифляра по рисунку
А. Дмитриева-Мамонова. 1822 г.
Сражение при Бородине 1812 года августа 26 дня
Литография С. Шифляра по рисунку
А. Дмитриева-Мамонова. 1822 г.
леон сам решил произвести рекогносцировку на Новой Смоленской дороге. Навстречу ему с криком «Казаки! Казаки!» неслись повозки с денщиками офицеров. Бежали обозники, маркитантки и многочисленная прислуга «новых дворян». Паника усилилась, когда Наполеону сообщили, что его пасынок попал к казакам в плен1, а русские перешли в наступление. Богарне, едва избежав гибели или плена, срочно отозвал
Бородинское сражение
26 августа 1812 года
Фрагмент картины неизвестного художника. 1-я чете. XIX в.
из-под Курганной высоты одну дивизию кавалерии Груши и Итальянскую гвардию, приказал им отступить и усилить оборону села Бородино.
Хотя реальный урон войскам Наполеона от этого рейда был незначительный, психологический эффект был огромен. Главное же — рейд дал русской армии двухчасовую передышку, с 12 до 14 ч, которую она использовала для укрепления своих позиций и приведения в порядок войск. В командование левым флангом вместо смертельно раненного Багратиона вступил командир пехотного корпуса генерал Д. С. Дохтуров. Прежде всего, воспользовавшись передышкой, он укрепил батарею Раевского. На помощь ослабленной пехотной дивизии Лихачева подо
шел пехотный корпус гене
рала А. И. Остерман-Толстого в составе 8 полков, а также 7-я пехотная дивизия. По приказу Кутузова из главного резерва сюда же были переброшены созданные еще Петром IJ гвардейские Преображенский и Семеновский полки.
Несколько позднее Кутузов направил в помощь Дохту-' рову 2-й кавалерийский корпус Ф. К. Корфа и 3-й кавалерийский корпус П. П. Палена. Словом, пока Наполеон
Фрагмент панорамы «Бородинская битва»
Художник Ф. А. Рубо. 1912 г.
I лава 1П
Tретья атака на батарею Раевского Картина художников Ф. А. Рубо и К. Беккера.
1913 г.
ново укрепил вторую линию
разобрался, что рейд Уварова и Платова не более чем диверсия по тылам, а никакое не контрнаступление русских войск, Кутузов за- обороны, где опорными пунк
тами стали батарея Раевского и деревня Семеновское.
Бой за батарею Раевского и деревню Семеновское. 14 часов. Французы возобновили атаки на батарею. Под прикрытием огня 130 пушек в лобовую атаку пошли три пехотные дивизии под командованием генералов Брусье, Морана и Жерара. Одновременно на фланги батареи была брошена кавалерия О. Коленкура, Латур-Мобура и Шатле.
Первый приступ пехоты был отбит, как и натиск кавалерии Коленкура. Однако, несмотря на огромные потери, противник рвался вперед. Во время второй атаки француз-
120 ской кавалерии удалось прорваться сквозь боевые порядки
второй линии обороны русских, между батареей и деревней Семеновское, и выйти к Курганной высоте с тыла. Пока русские пехотные и кавалерийские части, окружавшие батарею Раевского, успешно отражали неожиданный прорыв неприятеля, пехотные дивизии Брусье, Морана и Жерара ворвались на высоту. Внутри укреплений батареи завязался ожесточенный рукопашный бои. Силы французов в 4 раза превышали силы русских. Почти вся 24-я дивизия полегла в этом бою. Ее командир, весь израненный генерал П. Г. Лихачев, командовал своими солдатами до последней минуты, а когда
Эпизод Бородинского сражения Фрагмент картины В. Г. Шевченко. 1970-е гг.«Пора добраться до картечи?»...М. Ю. ЛермонтовЭпизод Бородинского сражения Фрагмент картины В. Г. Шевченко. 1970-е гг.«Пора добраться до картечи?»...М. Ю. Лермонтовувидел, что все его воины
Эпизод Бородинского сражения Фрагмент картины В. Г. Шевченко. 1970-е гг.
«Пора добраться до картечи?»...
М. Ю. Лермонтов
Эпизод Бородинского сражения Фрагмент картины В. Г. Шевченко. 1970-е гг.
«Пора добраться до картечи?»...
М. Ю. Лермонтов
полегли на поле боя, «бросился в ряды неприятельские в надежде разделить участь храбрых солдат своих, получив славную смерть» (по воспоминаниям участника сражения). Однако, увидев русского генерала со шпагой в руке одного, без всякой защиты, целый батальон французских солдат обрушился на него. Раненый П. Г. Лихачев был обезоружен и взят в плен. Наполеоновские солдаты хорошо знали правила «великой армии» — за пленного генерала полагался орден Почетного легиона и крупная денежная премия. Когда генерала Лихачева доставили к Наполеону и рассказали ему о последнем штурме батареи, он был поражен мужеством рус
ских солдат и приказал вернуть отважному русскому 121
Медаль юбилейная в память Отечественной войны 1812 года. 1912 г.Медаль юбилейная в память Отечественной войны 1812 года. 1912 г.■Глава III—.г ....~
Медаль юбилейная в память Отечественной войны 1812 года. 1912 г.
Медаль юбилейная в память Отечественной войны 1812 года. 1912 г.
командиру шпагу, перевязать и накормить его; однако П. Г. Лихачев отказался принять шпагу из рук врага.
После падения батареи Раевского на этом участке сражения русские войска отошли на 1—1,5 км и за- няли третью линию обороны. Потеряв в непрерывных атаках на Семеновские флеши и батарею Раевского ог
ромное число пехоты и ка
валерии, Наполеон с 16 ч отказался от дальнейшего на
ступления, хотя некоторые генералы и предлагали ему ввести в бой последний резерв — Старую гвардию. До наступления сумерек с обеих сторон велась лишь артиллерийская и ружейная перестрелка.
Боевые действия после 16 ч продолжались лишь на Утицкоф плацдарме, на левом фланге русской армии.
Бои за Утицкий плацдарм. Первая атака корпуса Понятовского на Утицкий курган в 8 ч была отбита, и он остановился, ожидая подкреплений.
часов. Атаки Понятовского. В разгар 6-й и 7-й атаки французов на Семеновские флеши, когда Наполеон ввел в бой свежии VIII пехотный корпус генерала А. Жюно в составе 9 тыс. человек, Понятовский предпринял новую
попытку атаковать неприятеля, которая увенчалась успехом. Поддерживаемый с левого фланга войсками Жюно, корпус Понятовского сумел захватить важную высоту над Старой Смоленской дорогой — Утицкий курган. Это создавало очень серьезную обстановку для всей русской армии. Становился возможным фланговый обход по Старой Смоленской дороге основных сил Кутузова у деревни Семеновское 122 и батареи Раевского.
Обратнся сторона медали «За взятие Парижа»Обратнся сторона медали «За взятие Парижа»Знак отличия Военного ордена Св. Георгия (солдатская награда)Знак отличия Военного ордена Св. Георгия (солдатская награда)
Обратнся сторона медали «За взятие Парижа»
Обратнся сторона медали «За взятие Парижа»
Знак отличия Военного ордена Св. Георгия (солдатская награда)
Знак отличия Военного ордена Св. Георгия (солдатская награда)
12 часов. Контратака Н. А. Тучкова 1-го. Оборону русских войск на Утицком плацдарме возглавил генерал-лейтенант Н- А. Тучков 1-й1. Чтобы усилить III корпус, так как войска Коновницына ушли на помощь обороняющим Семеновские флеши, Тучков взял из резерва 17-ю пехотную дивизию. Пехотинцы Олсуфьева ударили справа, 1-я гренадерская дивизия Строганова — слева, а сам Н. А. Тучков 1-й во главе Павловского гренадерского полка пошел на штурм Утицкого кургана в лоб. Противник был опрокинут и снова отступил. Русские войска овладели высотой.
В этом бою мужественный военачальник был смер-
В дореволюционной русской армии существовал обычай именовать братьев (или однофамильцев)-офицеров по номерам: первый номер получал старший по возрасту. Четыре родных брата Тучковых (все генералы) так и значились: Н. А. Тучков 1-й, С. А. Тучков 2-й, П. А. Тучков 3-й, А. А. Тучков 4-й. Было также два брата-генерала Бороздиных — оба участники Отечественной войны, генерал А. И. Горчаков 2-и (брат военного министра) и т. д. На флоте во избежание путаницы всем без исключения офицерам-однофамильцам присваивали порядковые номера. Известен случай, когда в одной эскадре был даже Иванов 12-й!123
= П|ава III —
тельно ранен. Командова- ние русскими войсками на этом участке битвы перешло к генералу К. Ф. Багго- вуту.
/ 5 часов. 3-я атака Понятовского. Узнав о взятии батареи Раевского на Курганной высоте, Понятовский предпринял третью атаку. Две колонны пехоты попытались прорваться по правому флангу русской обороны, в обход Утицкого кургана. Встречной штыковой атакой солдат Рязанского, Брестского и подоспевшего им на помощь Минского полков противник был опрокинут/и отступил. В этой контратаке участвовали также 500 че
ловек ратников из Московского ополчения, стоявшие позади Утицкого кургана на Старой Смоленской дороге.
16 часов. 4-я атака Понятовского. К этому времени на всем своем протяжении линия противостояния противников стабилизировалась, лишь Утицкий курган врезался, подобно батарее Раевского, в расположение наполеоновских войск на 1,5—2 км. Последним своим наступательным приказом На-
полеон приказал Понятов-скому во что бы то ни сталовыбить русских и с этой воз-полеон приказал Понятов-скому во что бы то ни сталовыбить русских и с этой воз-Фрагмент панорамы «Бородинская битва»
полеон приказал Понятов-скому во что бы то ни сталовыбить русских и с этой воз-
полеон приказал Понятов-скому во что бы то ни сталовыбить русских и с этой воз-
Художник Ф. А. Рубо. 1912 г.
вышенности. На этот раз
Понятовский бросил в бой
не только пехоту, но и кавалерийскую бригаду И. Камин
ского. Первые приступы были отбиты с большими потерями для наступающих. Но вскоре К. Ф. Багговут получил два тревожных известия: первое — все русские войска левого фланга после потери Курганной высоты отошли за Семеновский овраг, второе — в образовавшуюся брешь между Семеновским оврагом и деревней Утицей, где в редком лесу и кустарнике целый день держали оборону егеря 20-го и 21-го полков под командованием И. А. Шаховского, ринулись две пехотные дивизии маршала Жюно/ 125
Глава 111
Эпизод Бородинского сражения Картина художника В. Г. Шевченко. 1970-е гг.Эпизод Бородинского сражения Картина художника В. Г. Шевченко. 1970-е гг.Ну ж был денек! Сквозь дым летучий Французы двинулись, как тучи...М. Ю. ЛермонтовНу ж был денек! Сквозь дым летучий Французы двинулись, как тучи...М. Ю. Лермонтов
Эпизод Бородинского сражения Картина художника В. Г. Шевченко. 1970-е гг.
Эпизод Бородинского сражения Картина художника В. Г. Шевченко. 1970-е гг.
Ну ж был денек! Сквозь дым летучий Французы двинулись, как тучи...
М. Ю. Лермонтов
Ну ж был денек! Сквозь дым летучий Французы двинулись, как тучи...
М. Ю. Лермонтов
Возникла вполне реальная угроза отсечения защитников Утицкого плацдарма от
главных сил, а затем и окружения, ибо в это время кавалерия Каминского, пробившись сквозь казачьи пи
кеты отряда генерала Карпова 2-го и обойдя 1-ю гренадерскую дивизию Строганова с фланга, вышла в тыл защитникам Утицкого кургана.
В этих условиях Багговут принимает решение оставить Утицкий плацдарм и отступить на 1,5 км назад, в верховья Семеновского ручья, на одну линию с остальными русскими войсками. Задержав Жюно и рассеяв кавалерию Калинского, Багговут организованно отошел, вывезя все орудия и раненых. К 17 ч активные военные действия прекрати- 126 лись и на этом крайнем левом фланге русской армии.
Бородинское полеПамятник пионерным (инженерным) войскам, возводившим на русской позиции укрепления перед сражениемБородинское полеПамятник пионерным (инженерным) войскам, возводившим на русской позиции укрепления перед сражением
Бородинское поле
Памятник пионерным (инженерным) войскам, возводившим на русской позиции укрепления перед сражением
Бородинское поле
Памятник пионерным (инженерным) войскам, возводившим на русской позиции укрепления перед сражением
Основные итоги и последствия Бородинского сражения.
Вот смерклось. Были все готовы Заутра бой затеять новый
И до конца стоять...
М. Ю. Лермонтов
С наступлением сумерек прекратилась ружейная и пушечная перестрелка. Русские войска остались на линии обороны от деревни Горки до Старой Смоленской дороги. Вперед была выдвинута пехота, во второй линии стояла кавалерия, в третьей — гвардия. Кутузов не изменил такого расположения войск вечером 7 сентября, первоначально намереваясь «заутра бой затеять новый».
Прусскому генерал-адъютанту на русской службе Л. Вольцогену, состоявшему при Главной квартире, главнокомандующий прямо сказал после окончания сражения: «Неприятель отражен на всех пунктах, завтра погоним его из священной земли русской». Более того, в первом своем приказе Кутузов даже дал распоряжение Барклаю, Дохтурову и
Глава HI
Эпизод Бородинского. сражения Картина художника В. Г. Шевченко. 1970-е гг.«Ребята! не Москва ль за нами?Умремте ж под Москвой, Как наши братья умирали!»..М. Ю. ЛермонтовЭпизод Бородинского. сражения Картина художника В. Г. Шевченко. 1970-е гг.«Ребята! не Москва ль за нами?Умремте ж под Москвой, Как наши братья умирали!»..М. Ю. ЛермонтовДополнительным факторомДополнительным фактором
Эпизод Бородинского. сражения Картина художника В. Г. Шевченко. 1970-е гг.
«Ребята! не Москва ль за нами?
Умремте ж под Москвой, Как наши братья умирали!»..
М. Ю. Лермонтов
Эпизод Бородинского. сражения Картина художника В. Г. Шевченко. 1970-е гг.
«Ребята! не Москва ль за нами?
Умремте ж под Москвой, Как наши братья умирали!»..
М. Ю. Лермонтов
Дополнительным фактором
Дополнительным фактором
Милорадовичу за ночь соорудить два новых укрепленных редута — один у деревни Горки и второй — напротив Курганной высоты, дабы «завтра возобновить сражение с неприятелем». Были начаты уже земляные работы.
к первоначальному решению
было сообщение русской разведки, что французы неожиданно отвели войска в тыл, за Семеновский овраг, со всех занятых ими после таких кровопролитных боев позиций — с батареи Раевского, из деревни Семеновское, с Утицкого кургана, оставив там лишь слабые заслоны. Действительно, с наступлением темноты Наполеон отвел почти все свои вой- 128 ска примерно на 1,5—2 км назад, на линию деревень
Медаль за Отечественную войну 1812 годаМедаль за Отечественную войну 1812 года
Медаль за Отечественную войну 1812 года
Медаль за Отечественную войну 1812 года
Доронино -*— Шевардино — Алексинки — Бородино, т. е. на исходные позиции перед началом Бородинской битвы.
О мотивах этого решения Наполеона среди историков до сих пор идут споры. Одни утверждают, что французский полководец опасался ночной атаки русских.
По свидетельству других очевидцев из окружения Наполеона, он, видя упорство и мужество, с которым русские войска оборонялись 7 сентября, не без основания предполагал, что утром 8 сентября они снова пойдут в бой. Но на этот раз он решил изменить схему сражения: пусть-ка теперь русские штурмуют его новые укрепления у Доронино — Шевардино — Бородино.
Как бы то ни было, истина так и осталась до конца не раскрытой, ибо наутро 8 сентября воевать Наполеону было уже не с кем — по второму приказу KyTysQBa русская армия в 6 часов утра 8 сентября ушла с Бородинского поля.
Вот затрещали барабаны —Вот затрещали барабаны —И отступили бусурманы...И отступили бусурманы...М. Ю. ЛермонтовМ. Ю. Лермонтов
Вот затрещали барабаны —
Вот затрещали барабаны —
И отступили бусурманы...
И отступили бусурманы...
М. Ю. Лермонтов
М. Ю. Лермонтов
■ ' Ечава III -.л;—
Коней, Бородинского сражения Картина художника В. В. Верещагина. 1899—1900 гг.
Чем вызвано было это окончательное решение Кутузова, если 10 сентября и в реляциях царю («Место баталии нами одержано совершенно, и неприятель ретировался тогда в ту позицию, в которую пришел нас атаковать»), и в личных письмах жене («Я, слава богу, здоров, мои друг, и не побит, а выиграл баталию над Бонапартием») он даже после отступления с поля боя называл Бородино победой русской армии?
Смысл этого приказа состоял не в отказе от второго сражения — Кутузов хотел его дать на новой позиции, в 18 км от Бородино, за Можайском. Об этом своем решении утром 27 августа (8 сентября) он сообщил Александру I: 130 «Я взял намерение отступить 6 верст, что будет за Мо-
жайском и, собрав расстроенные баталией войска, освежа мою артиллерию и укрепив себя ополчением Московским... увижу я, что могу предпринять против неприятеля».Таким образом, речь шла не об отказе от продолжения сражения, а о выборе новой позиции для возобновления сражения. Действительно, Бородинское сражение, носившее столь кровопролитный характер, вызвало такие огромные потери с обеих сторон (только убитых свыше 100 тыс.— 58 тыс. французов и 45 тыс. русских, из них более 78 генералов — убитых и раненых), что на самом поле сражения просто невозможно было сражаться — настолько оно было завалено трупами убитых и еще не вывезенных тяжелораненых.жайском и, собрав расстроенные баталией войска, освежа мою артиллерию и укрепив себя ополчением Московским... увижу я, что могу предпринять против неприятеля».Таким образом, речь шла не об отказе от продолжения сражения, а о выборе новой позиции для возобновления сражения. Действительно, Бородинское сражение, носившее столь кровопролитный характер, вызвало такие огромные потери с обеих сторон (только убитых свыше 100 тыс.— 58 тыс. французов и 45 тыс. русских, из них более 78 генералов — убитых и раненых), что на самом поле сражения просто невозможно было сражаться — настолько оно было завалено трупами убитых и еще не вывезенных тяжелораненых.Герои Бородинского сражения Картина художникаВ. Г. Шевченко. 1970-е гг.Герои Бородинского сражения Картина художникаВ. Г. Шевченко. 1970-е гг.— И умереть мы обещали, И клятву верности сдержали Мыв бородинский бой...М. Ю. Лермонтов— И умереть мы обещали, И клятву верности сдержали Мыв бородинский бой...М. Ю. Лермонтов
жайском и, собрав расстроенные баталией войска, освежа мою артиллерию и укрепив себя ополчением Московским... увижу я, что могу предпринять против неприятеля».
Таким образом, речь шла не об отказе от продолжения сражения, а о выборе новой позиции для возобновления сражения. Действительно, Бородинское сражение, носившее столь кровопролитный характер, вызвало такие огромные потери с обеих сторон (только убитых свыше 100 тыс.— 58 тыс. французов и 45 тыс. русских, из них более 78 генералов — убитых и раненых), что на самом поле сражения просто невозможно было сражаться — настолько оно было завалено трупами убитых и еще не вывезенных тяжелораненых.
жайском и, собрав расстроенные баталией войска, освежа мою артиллерию и укрепив себя ополчением Московским... увижу я, что могу предпринять против неприятеля».
Таким образом, речь шла не об отказе от продолжения сражения, а о выборе новой позиции для возобновления сражения. Действительно, Бородинское сражение, носившее столь кровопролитный характер, вызвало такие огромные потери с обеих сторон (только убитых свыше 100 тыс.— 58 тыс. французов и 45 тыс. русских, из них более 78 генералов — убитых и раненых), что на самом поле сражения просто невозможно было сражаться — настолько оно было завалено трупами убитых и еще не вывезенных тяжелораненых.
Герои Бородинского сражения Картина художника
В. Г. Шевченко. 1970-е гг.
Герои Бородинского сражения Картина художника
В. Г. Шевченко. 1970-е гг.
— И умереть мы обещали, И клятву верности сдержали Мыв бородинский бой...
М. Ю. Лермонтов
— И умереть мы обещали, И клятву верности сдержали Мыв бородинский бой...
М. Ю. Лермонтов
И ядрам пролетать мешала Гора кровавых тел.
М. Ю. Лермонтов
Надо сказать, что современники Бородинской битвы также считали ее победой русского оружия и не видели в оставлении поля боя 8 сентября русской армией поражения Кутузова. Даже Александр I, отнюдь не расположенный преувеличивать заслуги не любимого им главнокомандующе- 131
Пава 111
II
I
I
На дороге от Можайска к Москве 9 сентябряЛитография А. Адама. /827—1833 г.На дороге от Можайска к Москве 9 сентябряЛитография А. Адама. /827—1833 г.го, рескрипт от 12 сентября (накануне совета в Филях и отказа Кутузова от сражения у стен Москвы) о наго, рескрипт от 12 сентября (накануне совета в Филях и отказа Кутузова от сражения у стен Москвы) о назначении А. П. Тормасова командующим 2-й армией вмезначении А. П. Тормасова командующим 2-й армией вместо тяжело раненого П. И. Багратиона начал такими слосто тяжело раненого П. И. Багратиона начал такими словами: «В знаменитой победе, одержанной над императоромвами: «В знаменитой победе, одержанной над императоромНаполеоном генерал-фельдмаршалом князем КутузовымНаполеоном генерал-фельдмаршалом князем Кутузовымпод Бородиным...».Новый военный чин Кутузова упоминался не случайно. Начав битву генералом от инфантерии, Кутузов после неепод Бородиным...».Новый военный чин Кутузова упоминался не случайно. Начав битву генералом от инфантерии, Кутузов после неестал генерал-фельдмаршалом.Были награждены и остальные участники сражения: М. Б. Барклай-де-Толли — орденом Св. Георгия 2-й степени, 14 генералов (П. И. Багратион, Д. С. Дохтуров,стал генерал-фельдмаршалом.Были награждены и остальные участники сражения: М. Б. Барклай-де-Толли — орденом Св. Георгия 2-й степени, 14 генералов (П. И. Багратион, Д. С. Дохтуров,
На дороге от Можайска к Москве 9 сентября
Литография А. Адама. /827—1833 г.
На дороге от Можайска к Москве 9 сентября
Литография А. Адама. /827—1833 г.
го, рескрипт от 12 сентября (накануне совета в Филях и отказа Кутузова от сражения у стен Москвы) о на
го, рескрипт от 12 сентября (накануне совета в Филях и отказа Кутузова от сражения у стен Москвы) о на
значении А. П. Тормасова командующим 2-й армией вме
значении А. П. Тормасова командующим 2-й армией вме
сто тяжело раненого П. И. Багратиона начал такими сло
сто тяжело раненого П. И. Багратиона начал такими сло
вами: «В знаменитой победе, одержанной над императором
вами: «В знаменитой победе, одержанной над императором
Наполеоном генерал-фельдмаршалом князем Кутузовым
Наполеоном генерал-фельдмаршалом князем Кутузовым
под Бородиным...».
Новый военный чин Кутузова упоминался не случайно. Начав битву генералом от инфантерии, Кутузов после нее
под Бородиным...».
Новый военный чин Кутузова упоминался не случайно. Начав битву генералом от инфантерии, Кутузов после нее
стал генерал-фельдмаршалом.
Были награждены и остальные участники сражения: М. Б. Барклай-де-Толли — орденом Св. Георгия 2-й степени, 14 генералов (П. И. Багратион, Д. С. Дохтуров,
стал генерал-фельдмаршалом.
Были награждены и остальные участники сражения: М. Б. Барклай-де-Толли — орденом Св. Георгия 2-й степени, 14 генералов (П. И. Багратион, Д. С. Дохтуров,
М. М. Милорадович и др.) —орденом Св. Георгия 3-й степени. Все нижние чины получили по 5 руб. золотом.
Не считал себя побежденным и Наполеон — ведь русские отступили на другой день. Но, в отличие от всех своих предыдущих побед, он оповестил о ней почему-то не сразу, а только через пять дней (18-й бюллетень от 12 сентября 1812 г.), когда ему окончательно стало ясно, что второго Бородина под Можайском не будет, а русская армия отошла уже к Москве.
Много позднее, уже на острове Св. Елены в ссылке, заново осмысливая всю свою эпопею 1812 года, Наполеон выдвинул формулу, во многом примирившую потомков участников Бородинского сражения: «Французы показали себя достойными одержать победу, а русские стяжали право быть непобедимыми» .
«С потерей Москвыне потеряна
Россия »
* Причины оставления Москвы. Однако второе сражение восточнее Можайска не состоялось. Во-первых, не нашлось подходящей позиции. Кутузов очень придирчиво относился к выбору позиции — Бородинская была уже четвертой по счету. Во-вторых, и это, пожалуй, самое главное, когда первое возбуждение боя прошло и штабные офицеры Глав-
Интересна и такая деталь: в честь побед Наполеона в Париже названо немало улиц, бульваров и площадей (Иена, Аустерлиц, Ваграм и др.), но нет ни одного названия по случаю «победы» в «битве на Москве-реке». Такая забывчивость потомков не кажется случайной — они не увидели победы Наполеона на Бородино.
Ечава 111.
Тучков Александр АлексеевичПортрет работы неизвестного художника. 1-я чете. XIX в.А. А. Тучков (АШ—1^12) — русский военачальник, генерал. Погиб во время отражения одной из неприятельских атак на Багратионовы флешиТучков Александр АлексеевичПортрет работы неизвестного художника. 1-я чете. XIX в.А. А. Тучков (АШ—1^12) — русский военачальник, генерал. Погиб во время отражения одной из неприятельских атак на Багратионовы флешиной квартиры стали подсчитывать личный состав — оказалось, что из 126 тыс. в строю осталось менее 80 тыс., из которых не менее 10 тыс. были легко ранены. Всех тяжелораненых отправили в госпитали Москвы.Большие потери понес офицерский корпус. Были убиты или ранены 29 генералов1 и более трех сотен старших офицеров.Особенно большая убыль имелась в пехотных полках — до 80% состава. Несколько в лучшем положении была конница — ее потери были менее значительны, так как в Бородинской битве, кроме рейда Уварова — Платова, она в основном находилась в резерве. У французов больше всехной квартиры стали подсчитывать личный состав — оказалось, что из 126 тыс. в строю осталось менее 80 тыс., из которых не менее 10 тыс. были легко ранены. Всех тяжелораненых отправили в госпитали Москвы.Большие потери понес офицерский корпус. Были убиты или ранены 29 генералов1 и более трех сотен старших офицеров.Особенно большая убыль имелась в пехотных полках — до 80% состава. Несколько в лучшем положении была конница — ее потери были менее значительны, так как в Бородинской битве, кроме рейда Уварова — Платова, она в основном находилась в резерве. У французов больше всех
Тучков Александр Алексеевич
Портрет работы неизвестного художника. 1-я чете. XIX в.
А. А. Тучков (АШ—1^12) — русский военачальник, генерал. Погиб во время отражения одной из неприятельских атак на Багратионовы флеши
Тучков Александр Алексеевич
Портрет работы неизвестного художника. 1-я чете. XIX в.
А. А. Тучков (АШ—1^12) — русский военачальник, генерал. Погиб во время отражения одной из неприятельских атак на Багратионовы флеши
ной квартиры стали подсчитывать личный состав — оказалось, что из 126 тыс. в строю осталось менее 80 тыс., из которых не менее 10 тыс. были легко ранены. Всех тяжелораненых отправили в госпитали Москвы.
Большие потери понес офицерский корпус. Были убиты или ранены 29 генералов1 и более трех сотен старших офицеров.
Особенно большая убыль имелась в пехотных полках — до 80% состава. Несколько в лучшем положении была конница — ее потери были менее значительны, так как в Бородинской битве, кроме рейда Уварова — Платова, она в основном находилась в резерве. У французов больше всех
ной квартиры стали подсчитывать личный состав — оказалось, что из 126 тыс. в строю осталось менее 80 тыс., из которых не менее 10 тыс. были легко ранены. Всех тяжелораненых отправили в госпитали Москвы.
Большие потери понес офицерский корпус. Были убиты или ранены 29 генералов1 и более трех сотен старших офицеров.
Особенно большая убыль имелась в пехотных полках — до 80% состава. Несколько в лучшем положении была конница — ее потери были менее значительны, так как в Бородинской битве, кроме рейда Уварова — Платова, она в основном находилась в резерве. У французов больше всех
имела кавалерия, до в конном строю Се- и Утицкого кургана.имела кавалерия, до в конном строю Се- и Утицкого кургана.\ потерь 1/3 личного состава: результат атак меновских флешей, батареи Раевского
имела кавалерия, до в конном строю Се- и Утицкого кургана.
имела кавалерия, до в конном строю Се- и Утицкого кургана.
Перед Бородинским сражением у Кутузова еще теплилась надежда на подход резервов. Он не ждал прихода
Погибли на поле брани или вскоре умерли от ран П. И. Багратион, А. И. Кутайсов, Н. А. Тучков 1-й, А. А. Тучков 4-й; временно вышли из строя А. П. Ермолов, М. С. Воронцов, А. И. Горчаков 2-й, Э. Ф. Сен-При, Н. Н. Бахметьев 2-й, Н. В. Кретов и др.
армии Тормасова к Бородину, дай бог, если бы она успела подойти к Калуге. Но на помощь от Ростопчина он явно рассчитывал. И что же! Не только людских резервов, но даже требуемого для обороны шанцевого инструмента (лопат, ломов, топоров и т. д.) тот не прислал вовремя. Подводы из Москвы подъехали лишь к вечеру 7 сентября, когда сражение уже кончилось. Кутузов просил у генерал- губернатора накануне сражения 1 тыс. подвод для подвоза боеприпасов и вывоза раненых: только часть из них добралась к Можайску через два дня после битвы, 9 сентября. Кутузов должен был 7 сентября обходиться собственными силами, используя регулярные войска, военную полицию и ополченцев в качестве обозников и санитаров.
Да что там раненые за 110 верст от Москвы, умирающие на Бородинском поле! Даже из самой Москвы Ростопчин не сумел наладить эвакуацию больных, и значительная их часть осталась в Москве, где многие погибли во время пожара и расстрела главного госпиталя (Вдовьего дома) французами.
И тем не менее Кутузов, несмотря на все эти неблагоприятные условия и отказавшись от продолжения сражения под Можайском, решил дать его у стен Москвы. Пока русская армия отступала от Можайска к Москве, вперед были высланы штабные офицеры, которые выбрали новую позицию для второго сражения от Воробьевых (ныне Ленинских) гор по правому берегу Москвы-реки до Поклонной горы . По своей конфигурации и рельефу (русские — на горе, французы — в низине) эта позиция во многом напоминала позицию на Бородине.
Успех сражения у стен Москвы зависел исключительно от свежих резервов. Убедившись на Бородинском поле, что
На Поклонной горе сейчас сооружается мемориал в честь Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.135
Вид Кутузовской избы Фрагмент картины А. К. Саврасова. 1885 г.Вид Кутузовской избы Фрагмент картины А. К. Саврасова. 1885 г.художникахудожникаподкрепления людьми от Ростопчина уже не дождешься, Кутузов требовал от него того, чего в Москве было с избытком,— оружия, боеприпасов и продовольствия. Но до военного совета в Филях 13 сентября Кутузов ничего этого не получил. Вместо того чтобы организовать планомерную помощь подходящей к Москве армии Кутузова и одновременно эвакуацию наиболее ценного имущества, Ростопчин издавал одни приказы, затем их отменял, выпускал нелепые афишки о «наступательном еростате» да уповал на защиту московской святыни — иконы Иверской божьейподкрепления людьми от Ростопчина уже не дождешься, Кутузов требовал от него того, чего в Москве было с избытком,— оружия, боеприпасов и продовольствия. Но до военного совета в Филях 13 сентября Кутузов ничего этого не получил. Вместо того чтобы организовать планомерную помощь подходящей к Москве армии Кутузова и одновременно эвакуацию наиболее ценного имущества, Ростопчин издавал одни приказы, затем их отменял, выпускал нелепые афишки о «наступательном еростате» да уповал на защиту московской святыни — иконы Иверской божьей
Вид Кутузовской избы Фрагмент картины А. К. Саврасова. 1885 г.
Вид Кутузовской избы Фрагмент картины А. К. Саврасова. 1885 г.
художника
художника
подкрепления людьми от Ростопчина уже не дождешься, Кутузов требовал от него того, чего в Москве было с избытком,— оружия, боеприпасов и продовольствия. Но до военного совета в Филях 13 сентября Кутузов ничего этого не получил. Вместо того чтобы организовать планомерную помощь подходящей к Москве армии Кутузова и одновременно эвакуацию наиболее ценного имущества, Ростопчин издавал одни приказы, затем их отменял, выпускал нелепые афишки о «наступательном еростате» да уповал на защиту московской святыни — иконы Иверской божьей
подкрепления людьми от Ростопчина уже не дождешься, Кутузов требовал от него того, чего в Москве было с избытком,— оружия, боеприпасов и продовольствия. Но до военного совета в Филях 13 сентября Кутузов ничего этого не получил. Вместо того чтобы организовать планомерную помощь подходящей к Москве армии Кутузова и одновременно эвакуацию наиболее ценного имущества, Ростопчин издавал одни приказы, затем их отменял, выпускал нелепые афишки о «наступательном еростате» да уповал на защиту московской святыни — иконы Иверской божьей
матери.
В результате он не дал Кутузову оружия .с боеприпасами, не роздал оружия тем «ста тысячам молодцам» (ополченцам), о которых вещал в афишках, не вывез при бегстве из Москвы все запасы оружия и продовольствия.
В итоге не Кутузову, а Наполеону достались целехонькими в кремлевском и других московских арсеналах 156 пушек, около 75 тыс. ружей, около 800 пистолетов, 20 тыс. пудов пороху и т. д., не считая больших запасов продовольствия. Лишь в день отступления русской армии через Москву 14 сентября Ростопчин приказал раздать небольшую часть оружия населению да взорвать на другой день несколько пороховых и артиллерийских складов. По- 136 зднее даже Наполеон хвалил Ростопчина: московский гене-
рал-губернатор позволил ему не везти оружие из Франции, а восполнить потерянное при Бородине снаряжение из московских арсеналов.
Однако хуже всего было другое. В резервах накануне сражения под Москвой Кутузову отказал не только Ростопчин, но и другое, гораздо более влиятельное лицо — сам царь. Вспомним, что, еще не прибыв в действующую армию, Кутузов просил Лобанова-Ростовского и Клейнмихеля ускорить формирование резервных полков и направить их к Москве, а Тормасову с его 3-й армией и Чичагову с Дунайской армией срочно идти к Калуге. Если бы это распоряжение было выполнено, а оно было вполне реальным, то к сражению у Поклонной горы Кутузов, помимо своей 80-тысячной армии, располагал бы резервными полками от Лобанова-Ростовского и Клейнмихеля (40—45 тыс.) и более чем 100 тыс. войсками Тормасова и Чичагова. Таким образом, у него была бы более чем 200-тысячная армия против 120—130 тыс. солдат Наполеона.
Каждый русский горел желанием защитить, не отдать врагу древнейшую столицу отечества — Москву.
«Ребята! Не Москва ль за нами?
Умремте ж под Москвой, Как наши братья умирали!» М. Ю. Лермонтов
И еще неизвестно, принял бы Наполеон тогда бой перед лицом воодушевленного патриотизмом да еще превосходящего его почти вдвое противника?
Увы! Кутузов ошибся. Его патриотизм и «патриотизм» царя были диаметрально противоположны. Оказывается, пока Кутузов сражался на Бородинском поле, а затем готовил свои войска ко второму сражению под Москвой, Александр I отменил все его распоряжения о присылке резервных поЛков и предписал Лобанову-Ростовскому направить вновь сформированные из рекрутов призыва 1812 г. в 137
— Глава HI
Тамбове и Воронеже полки не к Москве, а в обход столицы, к Владимиру. Равным образом собранные Клейнмихелем войска также были отправлены не к Москве, а во Владимирскую и Ярославскую губернии, а ранее посланные к Кутузову отряды были в пути остановлены и направлены в Тверь и Псков. Характерно, что все эти распоряжения царь сделал накануне Бородинской битвы, 5 сентября 1812 г. а .
Аналогичным образом Александр I поступил с армией Тормасова и Чичагова. Льстивому царедворцу и прожектеру Чичагову самому хотелось стать победителем Наполеона, и он убедил царя не отдавать его Дунайскую армию в подчинение Кутузову для битвы под Москвой. В итоге Александр I сделал все наперекор Кутузову: вместо войск 3-й и Дунайской армий под командованием Тормасова он направил к главнокомандующему... одного Тормасова, назначив его командующим 2-й армии вместо погибшего от ран Багратиона (Кутузов не выполнил этот приказ, оставив в силе отданное на Бородинском поле распоряжение о назначении командующим 2-й армией Милорадовича).
Что касается 3-й армии, то ее царь отдал под командование Чичагова, слив с Дунайской армией.
Обо всем этом Кутузов узнал только 11 сентября на подходе к Москве, так как царские курьеры, обычно скакавшие от Петербурга к второй столице максимум трое суток, на этот раз везли рескрипт от 5 сентября целых шесть дней...
Военный совет в Филях. 13 сентября русская армия подошла к Москве. Она расположилась на той позиции, которую избрали штабные офицеры (Воробьевы горы — Поклонная гора) и одобрил начальник штаба Л. Л. Бен- нигсен. Войска начали готовиться к сражению за Москву: строить редуты, люнеты, флеши и т. п.
Наполеоновский авангард тем временем наседал на арьергард Милорадовича: 13 сентября французы были уже
Военный Совет в ФиляхКартина художника А. Д. Кившенко. 1880 г.Военный Совет в ФиляхКартина художника А. Д. Кившенко. 1880 г.в 10—12 км от Москвы. Утром 13 сентября пришло сообщение, чтЬ Наполеон послал большой отряд в обход
Военный Совет в Филях
Картина художника А. Д. Кившенко. 1880 г.
Военный Совет в Филях
Картина художника А. Д. Кившенко. 1880 г.
русской позиции у Поклонной горы, к Рузе и Звенигороду. Стало неясно, решится ли Наполеон на второе генеральное сражение у стен Москвы или предпочтет обоити русские войска и ворваться в столицу с любой другой незащищенной стороны. Незадолго до военного совета в главную квартиру Кутузова вернулся с рекогносцировки русских позиций Барклай-де-Толли с группой старших офицеров и заявил, что одобренная начальником штаба Беннигсеном позиция
совершенно непригодна для обороны столицы.
139139Вечером 13 сентября в избе крестьянина Фролова в деревне Фили М. И. Кутузов собрал военный совет армии в составе М. Б. Барклай-де-Толли, Д. С. Дохтурова, А. П. Ермолова, А. И. Остерман-Толстого, Ф. П. Уваро-
139
139
— Глава III-
ва, П. П. Коновницына, К. Ф. Толя, П. С. Кайсарова и Н. Н. Раевского. С большим опозданием прибыл Л. Л. Бен- нигсен, который больше всех громко ратовал за немедленное сражение и перед самым советом демонстративно отправился на повторную рекогносцировку ранее одобренной им позиции.
Главнокомандующий поставил на обсуждение генералов только один вопрос — «ожидать ли неприятеля в (данной.— В. С.) позиции и дать ему сражение или сдать оному столицу без сражения?»
Мнения членов совета диаметрально разделились. За оставление Москвы без боя высказались Барклай-де-Толли, Остерман-Толстой, Раевскии и Толь. Остальные высказались за сражение, причем трое (Ермолов, Коновницын и Уваров), признавая одобренную Беннигсеном позицию непригодной, предложили атаковать неприятеля на марше к
140 Москве.
Афишка генерал-губернатора Москвы Ф. В. Ростопчина крестьянам — жителям Московской губернии с призывом истреблять французских оккупантов Копия. РукописьАфишка генерал-губернатора Москвы Ф. В. Ростопчина крестьянам — жителям Московской губернии с призывом истреблять французских оккупантов Копия. РукописьПонять сторонников немедленного сражения можно: уж если русские малыми силами обороняли Смоленск, то Москву, двести лет, со времен Лжедмитрия
Афишка генерал-губернатора Москвы Ф. В. Ростопчина крестьянам — жителям Московской губернии с призывом истреблять французских оккупантов Копия. Рукопись
Афишка генерал-губернатора Москвы Ф. В. Ростопчина крестьянам — жителям Московской губернии с призывом истреблять французских оккупантов Копия. Рукопись
в 1612 г., не знавшую неприятеля, никак невозможно было
отдать без боя. Большинство тех членов совета в Филях, кто
ратовал за сражение, верили в мифические 80 тыс. московских ополченцев, которые со времен Смоленска сулил им московский военный губернатор. В середине совета в Фили прискакал Ростопчин, но, покрутившись у избы Фролова, на совет не пошел, а ускакал обратно в Москву. Да и что он мог сказать генералам? Ведь никаких 80 тыс. (а в «афишках» он писал даже о 100 тыс!?) у него не было и в помине. Не мог же Ростопчин признать публично, что москов
ские помещики «боялись не однех французов, ждали с 141
— Глава 111■
ужасом волнений среди черни и крепостных, повторения пугачевщины, беспорядков, мятежа и резни дворян» (из воспоминаний московского обывателя).
Вместо организации подлинной обороны московский губернатор занимался охотой за «шпионами». Так, он отдал на растерзание возбужденной его афишками толпе купеческого сына Верещагина, высылал «подозрительных» французских гувернеров и гувернанток из Москвы в Нижний Новгород и Саратов, приказал публично высечь на площади двух «шпионов»-французов — одного булочника и одного повара (причем повар много лет готовил еду в доме самого Ростопчина).
Вся тяжесть решения на военном совете в Филях легла на плечи Кутузова. В «Журнале военных действий» русской армии слова Кутузова были записаны писарем следующим образом: «генерал-фельдмаршал сказал, что с потерянием Москвы не потеряна еще Россия и что первою обязанностию поставляет он сберечь армию, сблизиться к тем войскам, которые идут к ней на подкрепление и самым уступлением Москвы приуготовить неизбежную гибель неприятелю...»
В тот же вечер Кутузов отдал приказ об отступлении через Москву. Вместе с армией вторую столицу покинуло и подавляющее большинство жителей.
Когда 15 сентября рано утром наполеоновская армия с трех сторон начала вступать в город, он показался им совершенно пустым.
По военным обычаям тех времен Наполеон перед въездом в город остановился у тогдашней городской границы Москвы — на Дорогомиловской заставе перед камер-кол- 2 лежским валом в ожидании депутации «отцов города» с
— «С потерей Москвы не потеряна Россия» -.
ключами. Так встречали его после военных побед в Берлине, Вене, Милане и других поверженных городах Западной Европы, подавая золотые или серебряные ключи на атласных бархатных подушках. Но никто не шел. Наполеон начал нервничать и послал адъютантов узнать — где же депутация с ключами? Адъютанты приволокли несколько перепуганных слуг-иностранцев, и те сообщили, что все их хозяева сбежали, население ушло с русской армией и Москва пуста. Наполеон понял, что никаких ключей не будет и мрачный, в сопровождении мамелюков, въехал в город, направляясь к Кремлю.
Напрасно ждал Наполеон, Последним счастьем упоенный, Москвы коленопреклоненной С ключами старого Кремля: Нет, не пошла Москва моя К нему с повинной головою.
А. С. Пушкин
«Уступление Москвы приуготовит .неизбежную гибель неприятелю». Наполеон придавал огромное значение взятию Москвы. Не случайно еще накануне вторжения, рассуждая о конечных целях кампании против России, он говорил: «Если я возьму Киев, я возьму Россию за ноги, если я овладею Петербургом, я возьму ее за голову, но, заняв Москву, я поражу ее в сердце».
Главной политической целью Наполеона с занятием Москвы стала задача продиктовать Александру I выгодный Франции мир.
Психологически Наполеон рассчитал все точно — оставление Москвы без боя вызвало бурю негодования в петербургских аристократических кругах. Александр I, еще неделю назад осыпавший Кутузова милостями, круто изменил свое отношение к главнокомандующему. В своих письмах к нему царь писал: «На Вашей ответственности останется, если неприятель в состоянии будет отрядить значительный 143
Птава III —
корпус на Петербург», а «Вы еще обязаны ответом оскорбленному отечеству в потере Москвы».
Российский самодержец явно боялся, что за Москвой может последовать Петербург, и в это самое время французский император снова предлагает ему заключить мир. Уже через пять дней после вступления в Москву Наполеон при посредничестве помещика Яковлева (отца А. И. Герцена) пересылает Александру I письмо о готовности начать мирные переговоры. Письмо Наполеона остается без ответа. 17 сентября он уже официально направляет бывшего французского посла в Петербурге Ж. Лористона к Кутузову с предложением о мире. Главнокомандующий, не дожидаясь инструкций царя, отвечает категорическим отказом.
Александр I был озабочен совсем другим. В тот самый момент, когда Яковлев с письмом Наполеона выбирался из Москвы, царь пытался устроить в Комитете министров судилище над Кутузовым «за отдачу столицы без боя». Однако Комитет министров в своем решении 22 сентября (редчайший случай в правительственной бюрократии царизма) не поддержал самодержца, оставив Кутузова главнокомандующим.
Тем временем пророчество Кутузова — «уступление Москвы приуготовит неизбежную гибель неприятелю» — начало сбываться буквально в первые дни вступления передовых отрядов наполеоновской армии во «вторую столицу».
Не праздник, не приемный дар, Она готовила пожар Нетерпеливому герою.
А. С. Пушкин
Пожар Москвы и мародерство оккупантов. Едва наполеоновская армия начала заполнять город, как начались пожары и одновременно грабежи и мародерство солдат и офицеров хваленой «великой армии».
Наполеон объявил Москву военным трофеем, раз в ней не осталось никаких местных властей, так как официальная
г~ ... — — «С потерей Москвы не потеряна Россия» •
депутация не встретила победителя. В понятиях того времени «военный трофей» означал, что город отдается на разграбление армии. Однако вначале Наполеон попытался придать этому грабежу организованный характер. Было определено даже «расписание» грабежа: сначала грабила Старая гвардия, затем — Молодая, потом корпус Даву и т. д. В конце значились инонациональные войска — немцы, поляки, итальянцы и др.1. Поэтому в первые дни Наполеон распорядился не пускать в город все войска, которые расположились бивуаками на заставах, а в саму столицу была введена только гвардия. На командующего Молодой гвардией маршала Э. Мортье были возложены функции военно-полицейского губернатора города.
Именно гвардейцы подали пример к разнузданному грабежу и мародерству. Позднее, в письме Александру I, Наполеон пытался оправдать эти грабежи ссылками на пожар Москвы: «Пожар дал солдатам право грабить: они присваивали себе то, что не сгорело». Но это была заведомая ложь — ее опровергали сами гвардейцы и те французские офицеры, которые были свидетелями и участниками грабежей.
15—16 сентября пожар еще только начинался. Горели в основном дома в Замоскворечье и по берегам Москвы-реки, но грабежи гвардии были уже в полном разгаре. Об этом подробно рассказал в своих мемуарах сержант роты «ве- литов» (привилегированные части наполеоновской армии, близкие к гвардии) Ф. Бургонь: «Мы пришли на Губернаторскую площадь и сомкнули каре против дворца Ростопчина2... нам объявили, что весь наш полк назначен нести караул, и никто ни под каким видом не смог отлучаться. Но,
И но национальные войска — официальный термин, которым обозначались нефранцуэские формирования «великой армии». Составляли более 50% вторгшейся в Россию армии Наполеона.
2 Сейчас — здание Моссовета. 145
Ечава HI
Пожар МосквыФрагмент картины художникаВ. Г. Шевченко. 1970-е гг.Пожар МосквыФрагмент картины художникаВ. Г. Шевченко. 1970-е гг.несмотря на приказ, через полчаса вся площадь была покрыта всякой всячиной... тут были разных сортов вино, водка... громадное количество сахарных голов, немного муки, но хлеба не было». Спустя несколько часов, вернувшись из пикета, Бургонь увидел уже не гвардейцев, а какой-то балаган. «Наши солдаты были одеты кто калмыком, кто казаком, кто татарином... а другие щеголяли в богатых мехах». Правда, Бургонь объясняет все это тем, что «солдаты входили в дома на пло-
Пожар Москвы
Фрагмент картины художника
В. Г. Шевченко. 1970-е гг.
Пожар Москвы
Фрагмент картины художника
В. Г. Шевченко. 1970-е гг.
щади, чтобы потребовать еды и питья, но, не находя ни души, сами брали, что им нужно». Одна маленькая де
таль: все эти дома на площади были заперты, и, прежде чем «войти», надо было взломать ворота и двери, а нередко ру
жейной пальбой разогнать слуг, оставленных для охраны
имущества.
А вот свидетельство уже не сержанта, а офицера гвардии из свиты Евгения Богарне Е. Лабома. Приближаясь 15 сентября с отрядом конных гвардейцев к Кремлю, на Красной площади Е. Лабом и его спутники встретили «толпу солдат, открыто торговавших краденым товаром».
Вскоре грабить начала вся армия Наполеона. Прямым результатом этого разбоя стало резкое падение дисциплины, традиционно всегда очень высокой во французской армии.
146 Солдаты не слушались не только младших офицеров, но
— «С потерей Москвы не потеряна Россия» — ,
и генералов Роман Солтык, польский граф и генерал на французской службе, в своих мемуарах «Наполеон в 1812 году» приводит такой эпизод. Едва он и генерал М. Сокольницкий заняли 15 сентября дом графини Мусиной-Пушкиной, как ночью к ним ворвалась орава пьяных гвардейцев, искавших вино. Р. Солтык попытался их урезонить и даже вытащил шпагу, но гвардейцы пошли на него с оружием. 1олько то обстоятельство, что наполеоновские молодцы были во хмелю и потеряли координацию, спасло «генерала свиты его императорского величества» от перспективы быть поднятым на штыки распоясавшимися «ворчунами».
Пожар разгорался1. Это окончательно лишило французское командование контроля над армией: спасаясь от пожара, полки и дивизии перепутались, все бежали или вон из города, или на обширные подмосковные поля, к воде. С 16 по 20 сентября вакханалия грабежей достигла апогея. Они сопровождались теперь открытым мародерством — у уцелевших жителей, большинство которых спасалось в каменных соборах и церквях, солдаты отбирали ценные вещи, не останавливаясь перед тем, чтобы при обыске раздевать даже женщин. Французская актриса Луиза Фузий, приехавшая в Россию еще до войны и оказавшаяся в это время в Москве, в своих вышедших в Париже в 1818 г. воспоминаниях «Пожар Москвы» писала: Москва являет собой «город, разграбленный дотла...».
В ночь с 15 на 16 сентября подул сильный ветер, и огонь перекинулся из Замоскворечья в центральную часть города — сгорел Московский университет с его бесценной библиотекой, сгорел Арбат, огонь перекинулся к Кремлю, и Наполеон вынужден был его временно покинуть. Пожар бушевал целую неделю (с 14 по сентября) и только с 19 сентября после сильного дождя начал затухать. Выгорело 2/3 Москвы, практически все ее деревянные строения. Из более чем 9 тыс. домов осталось около 2,5 тыс., преимущественно каменных.147
— Глава 111 ^^^^^^=^^
Грабежи и мародерство солдат Наполеона не смущали — ведь он сам объявил Москву военным трофеем. Тревожило его другое — огромные запасы продовольствия и фуража для лошадей сгорели во время пожара. Не случайно, вернувшись 21 сентября в Кремль, после того как пожар затих, он приказал всей армии срочно убирать урожай овощей и картофеля, собирать копны сена с обширных московских огородов и заливных лугов вдоль Мо- сквы-реки. Это, впрочем, не решило проблему снабжения армии. Все тот же Е. Лабом, один из наиболее проницательных мемуаристов кампании 12-го года, позднее писал: «Этот город был снабжен продовольствием на восемь месяцев, и французская армия, занимая его, предполагала дождаться в нем весны и тогда двинуться в поход (на Петербург.— В. С.) с резервными войсками, которые раскинулись лагерем в Смоленске и на Немане1. Пожар же в Москве принудил н^с к быстрому отступлению в разгар самого сурового времени года».
Очень тревожило Наполеона и другое — начавшееся разложение армии. Он не раз говорил: «Моя армия составлена так, что одно движение поддерживает ее. Во главе ее можно идти вперед, но не останавливаться и не отступать; это армия нападения, а не защиты». Но он остановил свою армию — и где! — в огромном брошенном жителями богатом городе, после столь трудного, длительного и кровопролитного похода через всю Европу и половину европейской России.
Здесь-то и проявились все скрытые пороки «великой армии». На марше, когда армия ночевала в поле, на бивуаках, под контролем офицеров и военно-полевой жандармерии, тоже были случаи грабежей и мародерства. Но
Лабом имел в виду IX резервный корпус маршала Виктора (в Смоленске), корпуса Сен-Сира и Удино (в Полоцке) и бригаду Домбровского, занятую в это время тщетной осадой Бобруйска.
Мародеры в окрестностях Москвы Литография А. Адама. 1830-е гг.Мародеры в окрестностях Москвы Литография А. Адама. 1830-е гг.в отданной на разграбление Москве все это превратилось в систему. И самое
Мародеры в окрестностях Москвы Литография А. Адама. 1830-е гг.
Мародеры в окрестностях Москвы Литография А. Адама. 1830-е гг.
главное — именноглавное — именноздесь выяснились все отрицательные сто
главное — именно
главное — именно
роны самого принципа денежного поощрения, на котором строилась вся наполеоновская военная машина. Постоянно разлагая солдат и офицеров подачками, Наполеон сам себе создал армию, где прежние солдатские доблести — честь, храбрость, верность отчизне — уже давно подменились чистоганом. В занятой Москве проявились самые низменные инстинкты ветеранов «великой армии». Оставшиеся жители не переставали удивляться, как быстро, разграбив чужое имущество или сняв с женщин украшения, наполеоновские солдаты пускали все это на продажу.
Особенно встревожило Наполеона то, что его главная опора — верные старые гвардейцы-«ворчуны» прямо на глазах превратились из воинов в мелких торговцев.149
Глава III ■
В покоренной Москве (расстрел поджигателей )Картина художника В. В. Верещагина.1897—1898 г.В покоренной Москве (расстрел поджигателей )Картина художника В. В. Верещагина.1897—1898 г.Бивуаки полков были похожи на «барахолки». Даже во временной резиденции Наполеона под Москвой, у Петровского дворца, куда он
В покоренной Москве (расстрел поджигателей )
Картина художника В. В. Верещагина.
1897—1898 г.
В покоренной Москве (расстрел поджигателей )
Картина художника В. В. Верещагина.
1897—1898 г.
17—20 сентября перевел, спасаясь от пожара, часть своей армии, прямо под ^го окнами раскинулась огромная «барахолка». «Армия страшно радовалась награбленным вещам,— свидетельствует Е. Аабом,— ...лагерь совершенно не походил на армию, а скорее имел вид громадной ярмарки, где военные, преобразившись в купцов, продавали за бесценок драгоценные вещи».
Стремясь не допустить падения дисциплины, Наполеон вторично (после пожара) категорически запретил пускать 150 линейные войска в центр Москвы. Туда снова вошла только
—-= «С потерей Москвы не потеряна Россия» .,-,„;
Наполеон в Москве, 1812 год Литография К. Вейбецеля по оригиналу Ф. Френкеля.1-я пол. XIX в.Наполеон в Москве, 1812 год Литография К. Вейбецеля по оригиналу Ф. Френкеля.1-я пол. XIX в.гвардия. И что же? «...Явившись снова в Москву,— вспоминал офицер французской линейной пехоты,— гвардия решительно всем
Наполеон в Москве, 1812 год Литография К. Вейбецеля по оригиналу Ф. Френкеля.
1-я пол. XIX в.
Наполеон в Москве, 1812 год Литография К. Вейбецеля по оригиналу Ф. Френкеля.
1-я пол. XIX в.
овладела... так как после пожара, вернувшись на развалины домов, гвардейцы рылись в подвалах, в которых
жители припрятали провизию, вина, ликеры и всякого рода предметы, и вот — гвардейцы устроили себе лавочки и открыли для армии торговлю чем только можно. Подобное
поведение окончательно вооружило против них всю армию, которая в насмешку называла их «московскими купцами»...
То, что говорю, могу подтвердить, так как сам купил себе сукно на одном подобном базаре, устроенном гвардейскими гренадерами».151
— Eiaea III--
Ко всем этим «торговым» бедам у Наполеона добавились и другие: обострились национальные противоречия «великой армии». Эта проблема стояла перед Наполеоном с самого начала кампании 1812 г. Еще в начале июля, вскоре после перехода Немана, ему пришлось расформировать по этой причине немецкую Вюртембергскую бригаду, отказавшуюся выполнять приказы французских генералов. Немцы враждовали с поляками, итальянцы —г с хорватами, фламандцы — с валлонами и т. д.
В захваченной Москве национальная рознь армии «дву- надесяти языков» проявилась с особой силой.
После отказа начать переговоры о мире Наполеону стало совершенно ясно: Москва — это ловушка, в которую его заманил Кутузов. И чем дольше он будет оставаться в этом городе, тем скорее он лишится всей своей армии. Однако теперь уже правила игры диктовал Кутузов. Противники поменялись местами. Отныне Кутузов становился «охотником», а Наполеон — «зайцем».
Документы эпохи
Разговоры об «измене» М. Б. Барклая-де-Толлив русской армии
Из воспоминаний современников
...Между тем неудовольствие и ропот усиливались. Негодовали единственно на Барклая-де-Толли и не только возлагали на него вину, но еще прибавляли много небывалого. Высшие офицеры обвиняли его в нерешительности, младшие — в трусости, а между солдатами носилась молва, что он — немец, подкуплен Бонапартом и изменяет России. Обвиняли его за то, что даром отдал Смоленск, что пошел от него по Петербургской дороге и тем чуть не отдал всей армии в руки Наполеона. Особенно неприятное впечатление произвело известие, что Барклай-де-Толли поссорился с князем Багратионом, которого все превозносили до небес... Дух между
о датами и офицерами был самый воинственный. Французов нисколько не боялись, и хотя всем было известно, что французы гораздо нас многочисленнее, однако ж все с нетерпением желали с ними сразиться.
Митаревский Н. Е. Воспоминания о войне 1812 г.— М., 1817.— С. 46—47.
Нежелание Александра I назначать М. И. Кутузова главно-командующим
Из письма Александра I— сестре Екатерине Павловне
20 августа 1812 г.
В Петербурге я увидел, что решительно все были за назначение главнокомандующим старика Кутузова. Это было общее желание. Зная этого человека, я вначале противился его назначению, но, когда Ростопчин письмом от 5 августа сообщил мне, что вся Москва желает, чтобы Кутузов командовал армией... мне оставалось только уступить единодушному желанию, и я назначил Кутузова. Я должен был остановить свой выбор на том, на кого указывал общий глас.
Переписка Александра I с сестрой Екатериной Павловной.— Спб., 1910.— С. 87—88.
Из обращений Наполеона и Кутузова к своим армиям накануне решающего сражения на Бородинском
поле
Приказ Наполеона (прочитан войскам 7 сентября 1812 г.)
Воины! Вот сражение, которого вы столько желали. Победа зависит от вас. Она необходима для нас. Она доставит нам все нужное: удобны я квартиры и скорое возвращение в отечество. Действуйте так, как вы действовали при Аустерлице, Фридланде, Витебске и Смоленске. Пусть позднейшее потомство с гордостью вспоминает о ваших подвигах в этот день. Да скажут о каждом из вас. он был в великой битве под Москвой!
Наполеон в России в 1812 г.: Сб. материалов.—
Спб., 1911.—С. 273.
Беседа М. И. Кутузова с солдатами накануне битвы, 6 сентября1812 г.
153153Вам придется защищать землю родную до последней капли крови. Каждый полк будет употреблен в дело. Вас будут сменять,
153
153
как часовых, через каждые два часа. Надеюсь на вас. Бог нам поможет. Отслужите молебен.
Г линка Ф. Н. Письма русского офицера.— Смоленск, 1946.— С. 20.
Бородинский бой
Из воспоминаний Ю. Н. Бартенева
Здесь был совершенный ад, кучи тел, вопль умирающих сопутствуют тебя повсюду; иного увидишь без головы, другого без рук и без ног. Все почти шевелят губами... и просят добить их до смерти, дабы не чувствовать такого жесточайшего мучения, какое они ощущают.
Русский архив.— 1899.— № 10.— С. 274—275.
Афишка генерал-губернатора Москвы Ф. В. Ростопчина30 августа (11 сентября) 1812 года
Братцы! Сила наша многочисленна и готова положить живот, защищая отечество, не пустить злодея в Москву. Но должно пособить, и нам свое дело сделать. Грех тяжкий своих выдавать. Москва наша мать. Она вас поила, кормила и богатила. Я вас призываю именем Божьей Матери на защиту храмов Господнех, Москвы, земли Русской. Вооружитесь, кто чем может, и конные, и пешие; возьмите только на три дня хлеба; идите с крестом; возьмите хоругви из церквей и сим знаменем собирайтесь тотчас на Трех Горах; я буду с вами и вместе истребим злодея . Слава в вышних, кто не отстанет! Вечная память, кто мертвый ляжет! Горе на страшном суде, кто отговариваться станет!
Борсук Н. В. Ростопчинские афиши.— Спб., 1912.— С. 92.
Когда воодушевленная этой афишкой часть жителей Москвы с топорами, вилами и церковными хоругвями собралась на «трех горах» (на Пресне), сам Ростопчин к ним не явился.
1лава
пропаганда в 1812 году
Партизанскаявойна
Народноеополчение
Наполеоновскаяпропагандав 1812 году
Готовясь к войне, Наполеон уделил значительное внимание идеологической подготовке вторжения в Россию. По образному выражению известного советского историка А. 3. Манфреда, будучи «сыном века Просвещения», Наполеон Бонапарт хорошо понимал роль идей в формировании общественного мнения, но, в отличие от великих французских просветителей XVIII в. (Вольтера, Монтескье, Дидро и др.), он стремился поставить эти идеи на службу своему бонапартистскому режиму и своей агрессивной внешней политике. Поставить не абстрактно, не в виде общих благих пожеланий, а конкретно, путем принятия, после захвата 18 брюмера 1799 г. власти, целой серии организационных мер.
157157Прежде всего, Наполеон усилил созданное еще Директорией «Бюро по контролю за общественным мнением», сохранив его под контролем министерства полиции, во главе которого с начала 1799 г. (еще до переворота 18 брюмера) стоял бывший поп-расстрига беспринципный интриган Жозеф Фуше. Этот гений буржуазного политического сыска очень пригодился Наполеону. С одной стороны, он опутал всю Францию сетью платных полицейских осведомителей, в том числе и в армии, завел тысячи досье на «подозрительных», ввел специальную картотеку на всех недовольных бонапартистским режимом. С другой — через подчиненные в 1800 г. «Бюро по контролю за общественным мнением»
157
157
Глава IV
печать и издательства активно влиял на умонастроения в своей стране и за рубежом, создавая в газетах или заказных и хорошо оплачиваемых полицией брошюрках образ процветающей под скипетром династии Бонапартов Франции.
В 1808 г. в Париже во время тильзитского «союза» Франции и России Ж. Фуше откровенно изложил «молодому другу» царя графу В. П. Кочубею наполеоновскую программу воздействия на умы. «Людьми и государствами отныне (после Французской революции.— В. С.) нельзя управлять по-старому...», ибо «общественное мнение существует, и это просвещенное мнение. Это не то, что в прежние времена. Пренебрегать обществом нельзя». Общественное мнение — это не только газеты, журналы и брошюры, это театры, салоны, разговоры на улицах и т. д. Но этим общественным мнением надо управлять, если любое правительство, подчеркнул Фуше, «желает спать на матрацах, а не на штыках».
Одним из наиболее наглядных примеров управления общественным мнением стала пропагандистская акция, связанная с казнью герцога Энгиенского, проведенная Фуше весной 1804 г. и вплоть до войны 1812 г. приносившая Наполеону неплохие политические дивиденты. Поскольку казнь герцога в ночь с 20 на 21 марта 1804 г. вызвала невероятный шум в прессе и при дворах феодально-абсолютистских монархий (об этом хорошо написали Лев Толстой в «Войне и мире» и А. 3. Манфред в «Наполеоне Бонапарте»), кратко осветим суть дела.
Наполеон рвался к трону. Он уже был с 1802 г. пожизненным консулом, но этого ему было мало. Он хотел учредить во Франции новый монархизм на основе «нового дворянства» — разбогатевшей во время Директории и Консульства крупной буржуазии и генералитета — во главе с династией Бонапартов. Для этого необходим был полный разрыв с прежней династией Бурбонов. Потребовалась жертва. Ее нашли Фуше и Талейран. Этой жертвой стал Луи-
Днтуан де Бурбон-Конде — герцог Энгиенский, один из генералов пресловутого «корпуса Конде» эмигрантов-ро- листов на службе Англии и России, сражавшихся в 1799 г.
в Швейцарии на стороне армии А. В. Суворова. В начале марта 1804 г. в Париже был раскрыт роялистский заговор. Герцог Энгиенский (как и соперник Наполеона республи- анский генерал Виктор Моро) не имели к нему никакого отношения. Тем не менее Фуше арестовал обоих. В. Моро Наполеон расстрелять побоялся — слишком велика была популярность республиканского генерала в армии и стране. Его судили, а затем через Испанию выслали за границу (Моро эмигрировал в США). У герцога Энгиенского популярность была другого рода — еще в 1792 г. революционный Конвент провозгласил его, наряду с другими аристократами-эмигрантами, «врагом нации». Имущество всех Конде (младшей ветви царствовавшего до 1792 г. во Франции дома Бурбонов) было пущено с молотка и распродано хищным спекулянтам-буржуа.
Надо было совершить акт, навечно закрывающий Бурбонам путь на французский трон. И акт был совершен: в ночь с 14 на 15 марта отряд французских драгун, нарушив границу, ворвался на территорию западногерманского княжества Баден, в одном из замков захватил Энгиенского и насильственно увез его во Францию. В Венсенском замке наскоро был организован военный суд. Герцог был признан «виновным» и на рассвете 21 марта расстрелян во рву Венсенского замка. Это была не только расправа над невиновным человеком; это был хорошо рассчитанный политический акт: отныне между Бонапартами и Бурбонами- старшими была пролита кровь Бурбона-младшего, и никакое примирение бонапартистов и роялистов стало невозможным.
В феодально-абсолютистских столицах поднялся истошный вой. Казнь герцога Энгиенского 21 марта 1804 г. сравнивалась с казнью якобинцами Людовика XVI 23 января 1793 г. По указанию Наполеона, «ведомство Фуше» охотно 159
' " ~ Глава IV ■ ■ ■
пропускало на страницы французских газет всю ругань по адресу «узурпатора», но особенно эпитеты типа: Наполе^ он — это «Робеспьер на коне», «якобинец», «начальник гильотины» и т. п. Сам Наполеон подыгрывал этой истеричной газетной кампании. В парижских салонах после казни Эн- гиенского он несколько раз восклицал: «Да, я —это Французская революция», а в бессильных при нем законодательных органах империи не запрещал депутатам из «болота» громко кричать: «Да, да, граждане, он действует как революционный Конвент».
Именно в обстановке этой истерии, с одной стороны (роялисты: «Наполеон — это якобинец»), и эйфории (республиканцы: «Он возвращается к политике Конвента») — с другой, спустя всего два месяца после казни Энгиенского Наполеону сравнительно легко удалось провозгласить себя императором в мае 1804 г.
Здесь было продумано все: даже публикация в печати несомненно прогрессивного буржуазного кодекса Наполеона появилась во французских газетах 21 марта 1804 г. на одной странице с извещением о расстреле герцога.
И нет ничего удивительного в том, что российский мелкопоместный дворянин, начитавшись сначала брошюрок времени Екатерины II о казни якобинцами Людовика XVI, затем — уже при Александре I — о расстреле герцога Энгиенского1, и в 1812 г. полагал, что в Россию вторгся «французский Пугачев».2
См.: Жизнь и страдания Людовика XVI, короля французского, умерщвленного в 21 день генваря 1793 г., с рассмотрением цареубийственного определения де Лимона / Пер. с франц. В. Кряжева.— М., 1793, Историческое описание о его светлости принце герцоге Енгиенском, расстрелянном по повелению Буона- парте в Винценском лесу в ночь с 20 на 21 число марта 1804 Г.— Спб., 1806.
2 Тень Людовика XVI на берегах Москвы-реки в сентябре 1812 г.— М., 1812. '
Да что там далекие от «большой политики» мелкопоместные гоголевские Ноздревы или Коробочки, о которых один из современников ядовито написал в своих мемуарах: «Что таким людям до народной чести, до государственной независимости? Были бы у них только карты, гончие, зайцы, водка, пироги... вот все их блаженство». Даже такой просвещенный человек и герой Отечественной войны 1812 г., как генерал Н. Н. Раевский, с тревогой писал в первые дни вторжения «великой армии»: «Я боюсь прокламаций, боюсь, чтобы не дал Наполеон вольности народу, боюсь в нашем крае беспокойства». Описывая эти помещичьи страхи в самом начале войны 12-го года, будущий декабрист М. И. Муравьев-Апостол отмечал: многие дворяне были убеждены вначале, что, живи Наполеон в Италии, он «был бы начальником бандитов...; сделался бы в Германии разбойничьим атаманом, а в России — Пугачевым».
Вот какие далеко идущие пропагандистские последствия имела акция с расстрелом герцога Энгиенского.
«Ведомство Фуше» действительно накануне войны забросило в Россию немало прокламаций о «воле» — отмене крепостного права, якобы идущей вместе с «великой армией».
В апреле 1812 г. московские городовые усердно соскабливали со стен и ворот нескольких домов сделанную масляной краской надпись: «Вольность! Вольность! Скоро будет всем вольность!» По проведенному полицией дознанию были арестованы два «дворовых человека» — Петр Иванов и Афанасий Медведев, которые, начитавшись французских прокламаций, утверждали: «Скоро Москву возьмут французы... Скоро будут все вольные, а помещики же будут на жаловании...»
О том, что власти в Петербурге в начале войны опасались, и не без некоторого основания, о чем свидетельствует отмена 11 июля 1812 г. крепостного права в части оккупированной Литвы и в трех губерниях Белоруссии, что
Глава IV ....'
Наполеон может объявить «волю» всем крепостным России, свидетельствует «анафема» Святейшего синода, в которой император французов объявлялся «антихристом» и «сыном сатаны», дерзающим против всех православных и их религиозных святынь.
Однако все эти страхи крепостников оказались напрасными. Эксперимент с дарованием «воли» в Литве и Белоруссии остался единственным — к тому же крестьяне получили лишь личную свободу, а земля осталась у польско-литовских помещиков. Того эффекта, на который рассчитывал Наполеон, это не произвело. Крестьяне не поверили в столь «куцую волю», пошли слухи, что помещики утаили подлинный указ Наполеона о «полной воле». Начались нападения крестьян на помещичьи усадьбы. Их владельцы бросились под защиту французской оккупационной администрации. Поскольку созданное Наполеоном 1 июля 1812 г. марионеточное Великое княжество Литовское (всего четыре российские губернии — Виленская, Гродненская, Минская и Белостокский округ) лежало на важных путях снабжения «великой армии», а крестьянские бунты против помещиков вели к дезорганизации этого снабжения, наполеоновский комиссар при марионеточном «правительстве» Великого княжества аббат Э. Биньон с молчаливого согласия Наполеона вскоре фактически отменил указ о «воле», издав прокламацию: «впредь не предполагается никакой перемены... в отношениях между господами и подданными». Маршал Даву на собрании дворян Могилевской губернии в июле 1812 г. выразился еще более определенно: «Крестьяне останутся по-прежнему в повиновении помещикам своим...».
Оказавшись перед выбором — помещики или крепо-
стные, Наполеон явно предпочел первых, поскольку его политика насильственных реквизиций продовольствия для солдат и фуража для лошадей натолкнулась на сопротивление крестьян. Вначале это было пассивное сопротивление. Все воспоминания уцелевших участников русского похода были полны такими впечатлениями: «Почти во всех местах, куда мы приходили, съестные припасы были вывезены или сожжены... деревни были пусты, жителей не было: они убежали, унося с собой провизию в большие окрестные леса» (капитан швейцарской гвардии Г. Шумахер). Когда же отряды фуражиров начали преследовать крестьян, те ответили активным вооруженным сопротивлением. При этом борьба против иноземных захватчиков тесно переплеталась с борьбой классовой против помещиков. Например, в Минской губернии Борисовского уезда крестьяне четырех деревень со всеми семьями и скотом ушли в леса, там организовали отряд самообороны и начали нападать как на французских фуражиров, так и на усадьбы местных помещиков. По жалобам последних оккупационная администрация направила в уезд карательный отряд, крестьян арестовали, привезли в Минск и судили военно-полевым судом.
Переписка Наполеона в июле — августе полна жалоб на большие потери его армии именно среди команд фуражиров, которых уничтожали в лесах и отдаленных деревнях крестьяне.
И тогда «Робеспьер на коне» отдает прямо противоположный приказ — с начала августа 1812 г. специальные команды начинают вылавливать бежавших в отдаленные хутора и фольварки от мародеров «великой армии» помещиков, «им отдают опять в управление крестьян, и таким образом задобренные пленники обещают нам, что если они будут охраняемы от мародеров, то и мы... будем получать от них вино, муку, скот и фураж»,— писал впоследствии один из участников таких экспедиций «по спасению помещиков».163
~ Глава IX ^^^^^^
Надо прямо сказать, что такая тактика опоры на прежних владельцев земли — помещиков принесла Наполеону больше выгод, чем декларация о «воле» для крепостных. В марионеточные органы «самоуправления» в Витебске, Могилеве, Минске, Смоленске и даже в Москве оккупационной администрации удалось набрать прислужников именно из числа помещиков, купцов и духовенства1. Передовые дворяне-офицеры русской армии, подлинные патриоты, уже тогда резко осудили эту предательскую линию поведения.
Молодой русский офицер Александр Чичерин, вступив в ноябре 1812 г. со своим полком в одну из губерний Белоруссии, с удивлением отметил, что «жители этой губернии не разорены. Они добровольно все предоставили французам, устроили для них магазины фуража и продовольствия и большею частью сохранили свои дома и скот». «Почему?» — недоумевал молодой офицер. Оказывается, благодаря сотрудничеству местных помещиков с оккупантами «Жадные и корыстные помещики,— записывал А. Чичерин 2(14) ноября 1812 г. в своем дневнике,— остались в своих владениях, чтобы избежать полного разорения, и, волей-неволей содействуя замыслам неприятеля, открыли ему свои амбары; проливая неискренние слезы и рассуждая о патриотизме, они верности отечеству предпочли удовлетворение своего корыстолюбия».
Много позднее, уже в своей последней ссылке на острове Св. Елены, Наполеон очень сокрушался, что не довел до конца якобы имевшийся у него накануне кампании 12-го года замысел дать «волю» всем крепостным России. Своему лечащему врачу О’Меара он в 1817 г. заявил: «Я провозгласил бы свободу всех крепостных в России и уничтожил
Могилевский архиепископ Варлаам не только стал служить оккупантам, но и привел к присяге на верность Наполеону оставшихся в своих усадьбах помещиков. За это после освобождения он был судим Синодом, лишен церковного сана и заточен в монастырь.
^ _ -—-— — Наполеоновская пропаганда в 1812году ^^==^^^
бы крепостнические права и привилегии дворянства. Это создало бы мне массу приверженцев».
Впрочем, в своей официальной переписке 1812—1814 гг. отказ от предоставления «воли» Наполеон мотивировал именно нежеланием ссориться с русскими помещиками. Оправдывая свое сокрушительное поражение в России, он после бегства в Париж писал: «Я мог поднять большую часть населения, провозгласив свободу крепостных... Но когда я узнал, в какой грубости находится этот класс русского народа, я отказался от такой меры, которая обрекала столько семей (дворян.— В. С.) на смерть и страдание». Так что русские помещики напрасно боялись: в Россию в 1812 г. вторгся не французский Пугачев, а хладнокровный, честолюбивый завоеватель.
В этом отношении куда более проницательными оказались соратники Наполеона. Еще за год до вторжения в Россию, в июне 1811 г., Наполеон в доверительной беседе с А. Коленкуром открыл ему свои политические планы в отношении русских помещиков. «Он говорил,— писал А. Коленкур,— что дворяне-землевладельцы испугаются за свои поместья и заставят императора Александра, после удачной для нас битвы, подписать мир».
А на Бородинском поле генералы и маршалы смеялись над попытками воодушевить солдат Нея и Даву звуками «Марсельезы», которую Наполеон приказал играть полковым оркестрам при 6-й и 7-й атаках Семеновских флешей. Величественные звуки революционного гимна не воодушевляли солдат призыва 1812 г.— они попросту эту музыку никогда не слышали. Ведь сам Наполеон, став в 1804 г. императором, запретил в армии этот республиканский гимн, который пели, идя на расстрел, сторонники его открытого противника республиканского генерала В. Моро.
Да и как могли солдаты и офицеры наполеоновской армии поверить в гуманизм Наполеона и его сочувствие русским крепостным, если накануне вторжения в Россию 165
Глава IV
каждый из них получил брошюрку, переведенную «ведомством Фуше» на «двунадесять языков» с текстом так называемого «Завещания Петра Великого», где все русские объявлялись «варварами» и «агрессорами» . История использования этого «завещания» как главного идеологического обоснования похода на Россию — малоизученная страница Отечественной войны 1812 года.
Идея использовать эту фальшивку в интересах военнополитической борьбы с антифранцузскими коалициями феодально-абсолютистских монархий (Австрия, Пруссия, Россия) родилась еще в недрах «Бюро по контролю за общественным мнением» Директории в 1797 г. Автором идеи был польский эмигрант полковник Михаил Сокольницкий, привлеченный к работе в этом «Бюро...».
Министр полиции Фуше, получив вышеупомянутое учреждение в свое ведение, охотно воспользовался идеями М. Сокольницкого, а для их литературной обработки привлек публициста Мишеля Лезюра. Последним и был в 1807 и 1812 гг. подготовлен «текст» пресловутого «завещания» в виде анонимной брошюрки «О возрастании русского могущества от его возникновения до начала XIX столетия».
Фальшивка была сработана грубо, можно сказать, топорно. Начиная со ссылки на мифические «секретные мемуары, написанные собственноручно Петром I» и хранящиеся где-то в России в «домашнем архиве русских императоров» и кончая приписыванием преемникам Петра I
Об истории возникновения этой фальшивки в XVIII в. и ее использовании для дискредитации внешней политики России и СССР вплоть до наших дней см.: Павленко Н. И. Три так называемых завещания Петра I // Вопросы истории.— 1979.— № 2; Игр и ц к и й Ю. И. Современная буржуазная историография проблемы «Россия и Запад» / / Вопросы истории.— 1984.— № 1. Дани л о в а Е. Н. «Завещание» Петра Великого // Проблемы методологии и источниковедения истории внешней политики России.— М., 1986.
п ханов... захвата Индии. Суть всей этой акции с «завещанием» раскрывалась в финале.
Заявлялось, что к началу XIX в. Россия настолько усилилась, что готова отныне захватить всю Европу: русский фхот якобы вскоре «внезапно появится в Средиземном море и (Атлантическом.— В. С. ) океане для высадки свирепых орд, которые заполнят Италию, Испанию и Францию; часть жителей они истребят, другую уведут в неволю для заселения сибирских пустынь...»
Общий вывод был однозначным: русские — это «варвары с извечно агрессивным духом», их правители вынашивают планы захвата не только мира, но и «всей Вселенной», а посему вся цивилизованная (читай, наполеоновская) Европа должна объединиться и нанести по этому «северному колоссу» превентивный сокрушительный удар. Вот почему солдаты «великой армии» идут на восток — их полководец Наполеон спасает европейскую цивилизацию.
М. Сокольницкий, который к 1812 г. стал уже генералом и начальником специального военно-политического бюро при главном штабе «великой армии», ведал распространением этих брошюрок М. Лезюра среди солдат и офицеров накануне вторжения в Россию. Более того, идеи этого «завещания» развивались в целой серии других заказных публицистических изданий, печатавшихся либо в типографиях Германии и Польши, либо в походных типографиях при главном штабе «великой армии». Все они имели свою национальную окраску: за сокрушение «северного колосса» голландцам обещалось увеличение их территории, датчанам — соответственно их земель и т. д. Вот один из примеров такой идеологической обработки — написанная по заказу «ведомства Фуше» и выпущенная накануне войны 1812 г. в Париже брошюрка графа Монгайяра «Вторая польская война, или Рассуждения о всеобщем мире на континенте». Брошюрка обращена к полякам. Им сулят восстановление «Великой Польши», так как якобы предстоящая
Епава IV-
война будет прежде всего войной за Польшу, исконный враг которой — Россия. Но это не все, это только часть более общей задачи. «Вторая польская воина» означает, прежде всего, борьбу с варварством. Это будет война разума с сатанинской разрушительной силой.
Надо ли говорить, что после такой идеологической обработки иной наполеоновский солдат смотрел на русского крепостного мужика как на дикого, «нецивилизованного» варвара, у которого можно отбирать все, а в случае неповиновения — убивать.
Сами французские генералы в этой связи признавали, что в армии «беспорядок не наказывался, солдаты предавались ему, как если бы имели на то разрешение... (а «завещание» — разве не разрешение? —В. С.)... Даже церкви не составляли исключения, в них беспорядочно останавливались люди, лошади, обозы». Наконец, начиная со Смоленска «поход принял характер вторжения, напоминавшего нашествие варваров». (Из воспоминаний генерала Шамбре.)
Важно подчеркнуть, что в июне — июле - 1812 г. выступления крестьян Курляндии1, Литвы, Белоруссии против захватчиков носили стихийный характер. Кроме «анафемы» Синода да первой ростопчинской афишки 13 июля 1812 г. от имени придуманного генерал-губернатором «московского мещанина Карнюшки Чихирина», который, выйдя из кабака, «рассердился и разругал скверными словами всех французов», никаких правительственных воззваний к вооруженному сопротивлению не издавалось. Русские современники, информированные о гигантских усилиях Наполеона по пропагандистской обработке своих солдат («завещание» Петра Великого, бюллетени «великои армии», прокламации оккупационных властей и т. д.), удивлялись этому молчанию властей. «Кажется,— записывал передовой
Сейчас — Латвийская ССР.
русский офицер Ф. Н. Глинка в своем дневнике 31 июля,— еще боятся развязать руки. До сих пор нет ни одной прокламации, дозволяющей собираться, вооружаться и действовать где, как и кому можно». То же самое отмечал д П. Ермолов: «Поселяне подходили ко мне спрашивать, позволено ли им будет вооружаться против врагов и не подвергнутся ли они за то ответственности?..».
Действительно, русская правительственная переписка того времени отчетливо отражала страхи царя и его окружения за свои классовые интересы в случае массового вооружения крестьян, которые после победы над захватчиками могут повернуть оружие против самодержавия и его опоры — помещиков-крепостников.
Представителям власти пограничных с занятой Наполеоном территорией губерний поступил даже секретный приказ не давать крестьянам оружия, а тех, кто уже вооружился,— разоружать.
Опасения крепостников лучше всех выразил наблюдатель английского правительства при Главной квартире русской армии сэр Роберт Вильсон: «Не одного только внешнего неприятеля опасаться должно; может быть, теперь он для России самый безопаснейший. Нашествие неприятеля произвело сильное крестьянское сословие, познавшее силу свою и получившее такое ожесточение в характере, что может сделаться опасным».
И глубоко были правы те русские современники, которые позднее, подобно декабристу А. Н. Муравьеву, вспоминали: «Дух патриотизма без всяких особых правительственных воззваний сам собою воспылал».
Только после приезда М. И. Кутузова в действующую армию появились прокламации к крестьянам организовывать сопротивление захватчикам, оживилась работа походной типографии при Главной квартире — словом, появилась патриотическая русская публицистика. Она дала толчок отражению темы патриотизма в поэзии (В. А. Жуковский, 169
~~у— „„,- Глава IX - • •^
А. С. Грибоедов, Д. В. Давыдов, П А. Вяземский К. И. Батюшков), живописи (А. Г. Венецианов, А. Н. Оленин, А. Е. Егоров), скульптуре (Ф. П. Толстой, И. И. Теребенев), графике (И. А. Иванов), музыке (М. И. Глинка). Многие из этих патриотических произведений искусства, отразившие великий подвиг народа, сохранились для благодарных потомков.
Партизанскаявойна
Пассивные и активные формы крестьянского сопротивления. Чем дальше продвигалась наполеоновская армия, тем организованнее становилось сопротивление населения. Повсеместно разгоралась партизанская война.
Самой массовой формой борьбы народных масс России с захватчиками была борьба за продовольствие. Уже с первых дней нашествия французы требовали от населения большого количества хлеба и фуража для снабжения армии. Но крестьяне не хотели отдавать хлеб врагу. Несмотря на хороший урожай, большинство полей в Литве, Белоруссии и на Смоленщине оставались неубранными. 4 октября начальник полиции Березинской подпрефектуры Домбровский писал: «Мне приказывают все доставлять, а взять неоткуда... На полях много хлеба, не убранного из-за неповиновения крестьян». .
От пассивных форм сопротивления крестьяне все чаще начинают переходить к активным, вооруженным. Повсеместно — от западной границы до Москвы — начинают возникать крестьянские партизанские отряды. На оккупированной территории даже существовали районы, где не было ни французской, ни русской администрации и которые контролировались партизанскими отрядами: Борисовский
Крестьянин увозит у французов пушку Раскрашенная гравюра И. И. Теребе- нева. 1810-е гг.Крестьянин увозит у французов пушку Раскрашенная гравюра И. И. Теребе- нева. 1810-е гг.уезд в Минской губернии, Гжатский и Сычевский уезды в Смоленской, Вохонская волость и окрестности Ко- лоцкого монастыря в Мо-
Крестьянин увозит у французов пушку Раскрашенная гравюра И. И. Теребе- нева. 1810-е гг.
Крестьянин увозит у французов пушку Раскрашенная гравюра И. И. Теребе- нева. 1810-е гг.
сковской. Обычно во главе таких отрядов становились раненые или отставшие по болезни кадровые солдаты или
унтер-офицеры.
Один из таких крупных партизанских отрядов (до 4 тыс. человек) возглавил в районе Гжатска солдат Еремей Чет
вертаков.
Еремей Васильевич Четвертаков был рядовым солдатом драгунского кавалерийского полка, входившего в августе
171171Сейчас — город Гагарин.
171
171
- Diana IX ....~
Бои можайских крестьян с французскими солдатами во время и после Бородинского сраженияРаскрашенная гравюра неизвестного автора. 1830-е гг.Бои можайских крестьян с французскими солдатами во время и после Бородинского сраженияРаскрашенная гравюра неизвестного автора. 1830-е гг.
Бои можайских крестьян с французскими солдатами во время и после Бородинского сражения
Раскрашенная гравюра неизвестного автора. 1830-е гг.
Бои можайских крестьян с французскими солдатами во время и после Бородинского сражения
Раскрашенная гравюра неизвестного автора. 1830-е гг.
войск, рвавшихся к Москве, кадрон, в котором находился
1812 г. в арьергард русской армии под командованием генерала Коновницына. В одной из стычек 31 августа с авангардом французских у села Царево-Займище эс- Четвертаков, попал в слож
ную переделку: его окружили французские драгуны. Завязалась кровавая сеча. Прокладывая себе дорогу саблями и пистолетным огнем, малочисленный русский эскадрон вырвался из окружения, но в самый последний момент под Четвертаковым была убита лошадь. Упав, она придавила собой всадника, и он был взят в плен окружившими его драгунами неприятеля. Четвертакова отправили в лагерь для военнопленных под Гжатском.
Но не таков был русский солдат, чтобы смириться с пленом. Караульную службу в лагере несли насильственно 172 мобилизованные в «великую армию» славяне-далматинцы,
только в 1811 г. ставшие «французами», после включения так называемых Иллирийских провинций на побережье Адриатического моря — Далмации в состав Французской империи. Четвертаков быстро нашел с ними общий язык и на четвертый день плена, при по-
Уп'к*й имен** Наняла Herun. на ааачн* мтУп'к*й имен** Наняла Herun. на ааачн* мтмощи одного из караульных
Уп'к*й имен** Наняла Herun. на ааачн* мт
Уп'к*й имен** Наняла Herun. на ааачн* мт
солдат, бежал.Вначале Еремей Васильевич попытался пробиться к своим. Но это оказалось делом сложным — всюду маячили конные и пешие пат-солдат, бежал.Вначале Еремей Васильевич попытался пробиться к своим. Но это оказалось делом сложным — всюду маячили конные и пешие пат-Русский мужик Вавила Мороз на заячьей охоте
солдат, бежал.
Вначале Еремей Васильевич попытался пробиться к своим. Но это оказалось делом сложным — всюду маячили конные и пешие пат-
солдат, бежал.
Вначале Еремей Васильевич попытался пробиться к своим. Но это оказалось делом сложным — всюду маячили конные и пешие пат-
Раскрашенная гравюра А. Н. Оленина. 1813 г.
Карикатура на бегство наполеоновской армии из России
рули противника. Тогда сме
начал создавать партизанскийначал создавать партизанскийотряд из жителей этой деотряд из жителей этой декалистый солдат лесными тропами пробрался от Смоленской дороги к югу и вышел к деревне Задково. Не дожидаясь никакого приказа, Четвертаков на свой страх и риск
начал создавать партизанский
начал создавать партизанский
отряд из жителей этой де
отряд из жителей этой де
ревни.
Крепостные крестьяне все как о^ин откликнулись на призыв бывалого солдата, но Четвертаков понимал — для борьбы с сильным и хорошо обученным противником одного
порыва мало.
Ведь никто из этих патриотов не умел владеть оружием, да и лошадь для них была лишь тягловой силой, чтобы пахать, косить, возить телегу или сани.
Почти никто не умел ездить верхом, а быстрота передвижения, маневренность были залогом успехов
партизан.
Четвертаков начал с того, что создал «партизанскую школу». Для начала он обучил своих подопечных элементам 173
«Не замай — дай подойти!» Фрагмент картины художника В. В Верещагина. 1887—1895 г.«Не замай — дай подойти!» Фрагмент картины художника В. В Верещагина. 1887—1895 г.кавалерийской верховой езды и простейшим командам. Затем под его наблюдением деревенский кузнец сковал несколько самодельных казацких пик. Но надо было достать и огнестрельное оружие. В деревне, конечно, его не было. Где взять? Только у противника.
«Не замай — дай подойти!» Фрагмент картины художника В. В Верещагина. 1887—1895 г.
«Не замай — дай подойти!» Фрагмент картины художника В. В Верещагина. 1887—1895 г.
И вот 50 лучше всего обученных партизан верхом на лошадях, вооруженных самодельными пиками и топорами, под покровом ночи совершили свои первый рейд. По Смоленской дороге сплошным потоком к Бородинскому полю шли войска Наполеона. Напасть на такую армаду — самоубийство, хотя все горели нетерпением и рвались в бой. Неподалеку от дороги, в лесу, Четвертаков решил устроить засаду, ожидая, что какая- нибудь небольшая группа неприятеля отклонится от маршрута в поисках еды и корма для лошадей. Так оно и случилось. Около 12 французских кирасир сошли с дороги и углубились в лес, направляясь к ближайшей деревеньке Кравнои. И вдруг
на пути кавалеристов повалились деревья. С криком «Засада! Засада!» кирасиры повернули было назад, но и здесь на их пути прямо на дорогу рухнули вековые ели. Ловушка! Не успели французы опомниться, как со всех сторон на них налетели бородатые мужики с пиками и топорами. Бой был коротким. Все 12 полегли на глухой лесной дороге. Партизанам досталось десять отличных кавалерийских лошадей, 12 карабинов и 24 пистолета с запасом зарядов к ним.
Но русский драгун не спешил — ведь никто из его воинства никогда не держал в руках кавалерийский карабин или пистолет. Сначала надо было научиться владеть оружием. Сам Четвертаков целых два года проходил эту науку в рекрутах запасного драгунского полка: учился заряжать, стрелять с лошади, с земли, стоя и лежа, да не просто стрелять в божий свет как в копеечку, а прицельно. Еремей отвел свой отряд назад, на партизанскую базу в Задково. Здесь он открыл «второй класс» своей «партизанской школы» — учил крестьян владению огнестрельным оружием. Времени было в обрез, да и пороховых зарядов мало. Поэтому курс — ускоренный.
На деревьях развесили латы и начали палить по ним как по мишеням. Не успели мужички и пару раз потренироваться в стрельбе, как на взмыленной лошади прискакал дозорный: «Французы идут к деревне!» Действительно, большой отряд французских фуражиров во главе с офицером и целой колонной провиантских фур двигался через лес к Задково.
175175Еремей Четвертаков отдал первую воинскую команду — «В ружье!» Французов вдвое больше, но на стороне партизан смекалка и знание местности. Снова засада, снова короткий бой, на этот раз со стрельбой уже не по мишеням, и снова успех: 15 оккупантов остаются лежать на дороге, остальные поспешно бегут, бросив боеприпасы и оружие. Вот теперь можно было воевать всерьез!
175
175
Слухи об успехах задковских партизан под командованием бежавшего из плена лихого драгуна широко распространились по всей округе. Не прошло и двух недель со дня последнего боя, как к Четвертакову потянулись крестьяне со всех окрестных деревень: «Возьми, батюшка, под свое начало». Вскоре партизанский отряд Четвертакова достиг трехсот человек. Простой солдат проявил недюжинное командирское мышление и смекалку. Он разделил свой отряд на две части. Одна несла дозорную службу на границе партизанского района, не допуская в него мелкие группы фуражиров и мародеров. Другая стала «летучим отрядом», совершавшим рейды по тылам противника, в окрестности Гжатска, к Колоцкому монастырю, к городу Медыни.
Партизанский отряд непрерывно рос. К октябрю 1812 г. он уже достиг численности почти в 4 тыс. человек (целый партизанский полк!), это позволило Четвертакову не ограничиваться уничтожением мелких шаек мародеров, а громить крупные воинские соединения. Так, в конце октября он наголову разбил батальон французской пехоты с двумя пушками, захватил награбленное захватчиками продовольствие и целое стадо отнятого у крестьян скота.
Во время французской оккупации Смоленской губернии большая часть Гжатского уезда была свободна от захватчиков — партизаны зорко охраняли границы своего «партизанского края».
Сам Четвертаков оказался чрезвычайно скромным человеком. Когда армия Наполеона поспешно бежала из Москвы по Старой Смоленской дороге, драгун собрал свое воинство, низко поклонился им «за службу царю и отечеству», распустил партизан по домам, а сам бросился догонять русскую армию. В Могилеве, где генерал А. С. Ко- логривов формировал резервное кавалерийские части, Четвертакова приписали к киевскому драгунскому полку, как опытного солдата, произвели в унтер-офицеры. Но никто не знал, что он — один из героев-партизан Отечественной вой-
Hbi 1812 г. Только в 1813 г., после того как сами крестьяне-партизаны Гжатского уезда обратились к властям с просьбой отметить заслуги «Четвертака» (таким было его партизанское прозвище) как «спасителя Гжатского уезда», вновь ставший главнокомандующим после смерти М. И. Кутузова М. Б. Барклай-де-Толли наградил «киевского драгунского полка унтер-офицера Четвертакова за подвиги его, оказанные в 1812 году против неприятеля, знаком отличия Военного Ордена» (Георгиевским крестом, высшей наградой солдат русской армии). Четвертаков храбро сражался во время заграничного похода русской армии в 1813—1814 гг. и закончил войну в Париже.
Партизанский отряд Еремея Четвертакова был не единственным. В той же моленской губернии в Сы- чевском уезде партизанский отряд из 400 человек возглавил отставной суворовский солдат С. Емельянов. Отряд провел 15 боев, уничтожил 572 солдата противника и
Василиса Кожина
Портрет работы художника
А. Ф. Смирнова. Фрагмент 1813 г.
Русская героиня девица — дочь старостихи Василисы
Раскрашенная гравюра А. Ухтомского.
1813 г.
Герасим Курин
Портрет работы
художникахудожникаГ. М. Курин руководил крестьянскимпартизанским отрядом в МосковскойГ. М. Курин руководил крестьянскимпартизанским отрядом в Московскойгуберниигуберниизанятия французами Москвы.занятия французами Москвы.А. Ф. Смирнова. 1813 г.
художника
художника
Г. М. Курин руководил крестьянскимпартизанским отрядом в Московской
Г. М. Курин руководил крестьянскимпартизанским отрядом в Московской
губернии
губернии
занятия французами Москвы.
занятия французами Москвы.
взял в плен 325 человек.
Но нередко во главе партизанских отрядов становились и простые крестьяне. Например, в Московской губернии действовал большой отряд крестьянина Герасима Курина. Что особенно поражало оккупантов, так это участие в партизанском движении женщин. История сохранила до наших дней подвиги старостихи хутора Горшкова Сычевского уезда Смоленской губернии Василисы Кожиной. Ей под стать была и «кружевница Прасковея» (фамилия ее осталась неизвестной) из деревни Соколово той же Смоленской губернии.
Особенно много партизанских отрядов возникло в Московской губернии после Партизаны уже не ограни-
чивались нападениями на отдельных фуражиров из засады, а вели с захватчиками настоящие бои. Например, отряд Герасима Курина вел такие непрерывные бои с 25 сентября по 1 октября 1812 г. 1 октября партизаны (500 конных и 5 тыс. пеших) в бою у села Павлов Посад разгромили крупный отряд французских фуражиров. Было захвачено 20 повозок, 40 лошадей, 85 ружей, 120 пистолетов и т. д. Неприятель не досчитался более двух сотен солдат.
178178За свои самоотверженные действия Герасим Курин получил Георгиевский крест из рук самого М. И. Кутузова.
178
178
Это был редчайший случай награждения невоенного человека, да еще крепостного мужика.
Наряду с крестьянскими партизанскими отрядами по инициативе Барклая-де- Толли и Кутузова с августа 1812 г. начали создаваться так называемые войсковые (летучие) партизанские отряды из регулярных и иррегулярных (казаки, татары, башкиры, кал- мыки) войск .
Войсковые партизанские отряды. Видя растянутость коммуникаций противника, отсутствие сплошной линии
Чем он победил врага своего? Нагайкою!Раскрашенная гравюра И. И. Тере- бенева.1813 г.Карикатура на бегство наполеоновской армии из РоссииЧем он победил врага своего? Нагайкою!Раскрашенная гравюра И. И. Тере- бенева.1813 г.Карикатура на бегство наполеоновской армии из Россииобороны, не защищенные прообороны, не защищенные противником дороги, русское военное командование решило использовать это для нанесения ударов небольшими летучими отрядами конницы, направляемыми в тылы «великой армии». Первые такие отряды были созданы еще до Смоленского сражения Барклаем-де-Толли (4 августа — войсковой партизанский отряд Ф. Ф. Винценгероде). Отряд Винценгероде действовал вначале в тылу французских войск в районе Витебска и Полоцка, а с
Чем он победил врага своего? Нагайкою!
Раскрашенная гравюра И. И. Тере- бенева.
1813 г.
Карикатура на бегство наполеоновской армии из России
Чем он победил врага своего? Нагайкою!
Раскрашенная гравюра И. И. Тере- бенева.
1813 г.
Карикатура на бегство наполеоновской армии из России
обороны, не защищенные про
обороны, не защищенные про
В русской армии начала XIX в. было принято деление войск на регулярные (набираемые по рекрутскому набору) и иррегулярные (добровольцы) войска. Первые и составляли собственно армию. Вторые играли вспомогательную роль и, как правило, состояли из конных отрядов казаков и малых народов России (башкиры, калмыки, татары и др.). Они носили свою особую форму и имели воинские звания, отличные от общевойсковых (например, у казаков: есаул — полковник; хорунжий — капитан и т. д.).179
Hanадение казаков Литография А. Адама. 1830-е г г.Hanадение казаков Литография А. Адама. 1830-е г г.оставлением Москвы срочно переместился на Петербургскую дорогу непосредственно в окрестности «второйоставлением Москвы срочно переместился на Петербургскую дорогу непосредственно в окрестности «второй
Hanадение казаков Литография А. Адама. 1830-е г г.
Hanадение казаков Литография А. Адама. 1830-е г г.
оставлением Москвы срочно переместился на Петербургскую дорогу непосредственно в окрестности «второй
оставлением Москвы срочно переместился на Петербургскую дорогу непосредственно в окрестности «второй
столицы».
Затем был создан отряд войсковых партизан И. И. Дибича 1-го, действовавший в Смоленской губернии. Это были крупные отряды, объединявшие от шести, как у Винцен- героде, до двух, как у Дибича, полков кавалерии. Наряду с ними действовали мелкие (150—250 человек) подвижные конные воинские партизанские команды. Инициатором их создания выступил известный поэт-партизан Денис Давыдов, получивший поддержку Багратиона и Кутузова. Давыдов же и возглавил первый такой маневренный отряд из 200 человек гусар и казаков незадолго до Бородинской битвы.
Отряд Давыдова действовал сначала против небольших 180 групп противника (фуражирных команд, небольших обозов
и т. д.). Постепенно команда Давыдова обрастала за счет отбитых русских пленных. «За неимением русских мундиров я одел их во французские мундиры и вооружил их французскими ружьями, оставя им для приметы русские фуражки вместо киверов»,— писал позднее Д. Давыдов. Вскоре у Давыдова было уже 500 человек. Это позволило ему увеличить размах операций. 12 сентября 1812 г. отряд Давыдова разгромил крупный обоз неприятеля в районе Вязьмы. В плен было захвачено 276 солдат, 32 повозки, две фуры с патронами и 340 ружей, которые Давыдов передал ополченцам.
Французы не на шутку встревожились, видя успешные действия отряда Давы-
Давыдов Денис ВасильевичПортрет работы художника Д. Доу. 1820-е г г.Д. В. Давыдов (1784—1839)— русский военачальник, генерал. В 1812 г. полковник, командир Ахтырского гусарского полка. Был инициатором создания, организатором и командиром войскового партизанского отрядаДавыдов Денис ВасильевичПортрет работы художника Д. Доу. 1820-е г г.Д. В. Давыдов (1784—1839)— русский военачальник, генерал. В 1812 г. полковник, командир Ахтырского гусарского полка. Был инициатором создания, организатором и командиром войскового партизанского отрядадова в районе Вязьмы. Для
Давыдов Денис Васильевич
Портрет работы художника Д. Доу. 1820-е г г.
Д. В. Давыдов (1784—1839)— русский военачальник, генерал. В 1812 г. полковник, командир Ахтырского гусарского полка. Был инициатором создания, организатором и командиром войскового партизанского отряда
Давыдов Денис Васильевич
Портрет работы художника Д. Доу. 1820-е г г.
Д. В. Давыдов (1784—1839)— русский военачальник, генерал. В 1812 г. полковник, командир Ахтырского гусарского полка. Был инициатором создания, организатором и командиром войскового партизанского отряда
его разгрома был выделен 2-тысячный карательный отряд, но все усилия были тщетны — местные крестьяне вовремя предупреждали Давыдова, и он уходил от карателей, продолжая громить обозы противника и отбивая русских военнопленных. Впоследствии Д. В. Давыдов обобщил и систематизировал военные результаты действий войсковых партизан в двух своих работах 1821 года: «Опыт теории партизанских действий» и «Дневник партизанских действий jg^
Казак так петлей вокруг шей — французов удит как ершей Раскрашенная гравюра. 1813 г.Карикатура на бегство наполеоновской армии из РоссииКазак так петлей вокруг шей — французов удит как ершей Раскрашенная гравюра. 1813 г.Карикатура на бегство наполеоновской армии из Россиинеприятеля на Смоленскойнеприятеля на Смоленской1812 Г.», где справедливо подчеркнул значительный эффект этой новой для XIX в. формы войны для поражения неприятеля1.
Казак так петлей вокруг шей — французов удит как ершей Раскрашенная гравюра. 1813 г.
Карикатура на бегство наполеоновской армии из России
Казак так петлей вокруг шей — французов удит как ершей Раскрашенная гравюра. 1813 г.
Карикатура на бегство наполеоновской армии из России
неприятеля на Смоленской
неприятеля на Смоленской
Успехи войсковых партизан побудили Кутузова активно использовать эту форму борьбы с неприятелем во время отхода от Бородина к Москве. Так возник крупный отряд войсковых партизан (4 кавалерийских полка) под командованием другого прославленного партизана генерала И. С. Дорохова. Отряд Дорохова успешно громил транспорты дороге с 7 по 14 сентября,
захватив в плен более 1,4 тыс. солдат и офицеров
противника.
Крупной операцией отряда Дорохова явился разгром французского гарнизона в городе Верея 19 сентября 1812 г. Охранявший город вестфальский полк из корпуса Жюно был наголову разбит. Характерно, что в штурме вместе с войсковыми Партизанами участвовал и крестьянский партизанский отряд Боровского уезда.
Очевидные успехи отрядов Давыдова и Дорохова^ а молва об их победах быстро распространилась по всем центральным губерниям России и в русской армии, стимулировали создание новых отрядов войсковых партизан. Во
Характерно, что войсковые партизанские отряды были сохранены М. И. Кутузовым и М. Б. Барклаем-де-Толли и успешно действовали и во время заграничного похода 1813—1814 гг. рус- 182 ской армии в Европу.
Важное открытие партизана Сеславина Картина неизвестного художника. 1-я чете. XIX в.Важное открытие партизана Сеславина Картина неизвестного художника. 1-я чете. XIX в.
Важное открытие партизана Сеславина Картина неизвестного художника. 1-я чете. XIX в.
Важное открытие партизана Сеславина Картина неизвестного художника. 1-я чете. XIX в.
время пребывания на 1 а- рутинскои позиции Кутузов создал еще несколько таких отрядов: капитанов
А. Н. Сеславина и А. С. Фигнера, полковников И. М. Вадбольского, И. Ф. Чернозубова, В. И. Пренделя, Н. Д. Кудашева и др. Все они действовали на дорогах, ведущих к Москве.
Особенно смело действовал отряд Фигнера. Сам коман
дир этого отряда отличался безудержной храбростью. Еще во время отступления из Москвы Фигнер добился у Ку
тузова разрешения остаться в столице для совершения покушения на Наполеона. Переодевшись торговцем, он день за днем следил за штаб-квартирой Наполеона в Москве, попутно создав небольшой отряд городских партизан. Отряд по ночам громил караулы оккупантов. Совершить покушение на Наполеона Фигнеру не удалось, но свой опыт 183
"Еиша IV _
военного разведчика он успешно применил, возглавив партизан. Спрятав свою небольшую команду в лесу, сам командир в форме французского офицера выезжал на Можайскую дорогу, собирая разведывательные данные. Наполеоновским солдатам и в голову не могло прийти, что блестяще говорящий по-французски офицер — переодетый партизан. Ведь многие из них (немцы, итальянцы, поляки, голландцы и др.) понимали по-французски только команды, объясняясь между собой на том невообразимом жаргоне, который только условно можно было назвать французским языком.
Фигнер и его отряд не раз попадали в сложные переделки. Однажды их с трех сторон окружили каратели. Казалось все, выхода нет, надо сдаваться. Но Фигнер придумал блестящую военную хитрость: он переодел половину отряда во французскую форму и инсценировал бой с другой частью. Настоящие французы остановились, ожидая конца и готовя повозки для трофеев и пленных. Между тем «французы» оттеснили русских к лесу, а затем они вместе скрылись.
Кутузов высоко оценил действия Фигнера и поставил его во главе более крупного отряда из 800 человек. В письме своей жене, переданном с Фигнером, Кутузов писал: «Погляди на него пристально, это — человек необыкновенный. Я этакой высоты души еще не видел, он фанатик в храбрости и в патриотизме...»
Подавая наглядный пример патриотизма, М. И. Кутузов направил в войсковые партизаны и своего зятя и адъютанта полковника князя Н. Д. Кудашева. Подобно Давыдову, Кудашев возглавил небольшой мобильный отряд из 300 донских казаков и, выйдя из Тарутино в начале октября 1812 г., начал активно действовать в районе Серпуховской дороги.
10 октября ночью внезапным ударом донцы разгромили в селе Никольском французский гарнизон: из более чем
Партизанская воина
2 ТЫСЯЧ 100 было убито, 200 попали в плен, остальные в панике бежали.16 октября отряд Кудашева в районе села Лопасни рассеял большой отряд французских кирасир, захватил их обоз и 16 пленных. 17 октября у деревни Алферово донцы Кудашева вновь напали из засады на растянувшийся по Серпуховской дороге другой наполеоновский кавалериискии отряд и вновь взяли в плен 70 человек.Кутузов внимательно следил за боевыми парти2 ТЫСЯЧ 100 было убито, 200 попали в плен, остальные в панике бежали.16 октября отряд Кудашева в районе села Лопасни рассеял большой отряд французских кирасир, захватил их обоз и 16 пленных. 17 октября у деревни Алферово донцы Кудашева вновь напали из засады на растянувшийся по Серпуховской дороге другой наполеоновский кавалериискии отряд и вновь взяли в плен 70 человек.Кутузов внимательно следил за боевыми парти
2 ТЫСЯЧ 100 было убито, 200 попали в плен, остальные в панике бежали.
16 октября отряд Кудашева в районе села Лопасни рассеял большой отряд французских кирасир, захватил их обоз и 16 пленных. 17 октября у деревни Алферово донцы Кудашева вновь напали из засады на растянувшийся по Серпуховской дороге другой наполеоновский кавалериискии отряд и вновь взяли в плен 70 человек.
Кутузов внимательно следил за боевыми парти
2 ТЫСЯЧ 100 было убито, 200 попали в плен, остальные в панике бежали.
16 октября отряд Кудашева в районе села Лопасни рассеял большой отряд французских кирасир, захватил их обоз и 16 пленных. 17 октября у деревни Алферово донцы Кудашева вновь напали из засады на растянувшийся по Серпуховской дороге другой наполеоновский кавалериискии отряд и вновь взяли в плен 70 человек.
Кутузов внимательно следил за боевыми парти
Кто кого?Фрагмент картины художникаВ В. Мазуровского. 1912 г.Кто кого?Фрагмент картины художникаВ В. Мазуровского. 1912 г.занскими успехами своего любимого зятя (он его назы- 1 х
Кто кого?
Фрагмент картины художника
В В. Мазуровского. 1912 г.
Кто кого?
Фрагмент картины художника
В В. Мазуровского. 1912 г.
вал «мои глаза» ) и с удо
Кудашев также партизанит и хорошоКудашев также партизанит и хорошовольствием писал его жене — своей дочери: «
Кудашев также партизанит и хорошо
Кудашев также партизанит и хорошо
делает».
19 октября Кутузов распорядился расширить эту «ма-
Из-за трех ранении в голову и потери одного глаза Кутузов с годами стал хуже видеть, и его личные письма жене и дочерям в 1812—1813 гг. обычно под диктовку фельдмаршала писал его адъютант — зять Н. Д. Кудашев (Кутузов лишь собственноручно подписывал эти письма характерным образом — «верный друг Ми- хайла Г(оленищев)-Ку(тузов)».) Находясь почти всю жизнь вдали от семьи, Кутузов оставался верным мужем и любящим отцом, написав из разных мест своей службы более 400 частных писем. Об этой очень интересной переписке М. И. Кутузова с семьей см.: Балязин В. Н. «Верный друг Михайла К.-Ку.» Октябрь.— 1987.— № 8—9.185
......। — — Глава IV
лую войну». В своем письме к старшей дочери в Петербург 13 октября он так объяснял свое намерение: «Стоим уже более недели на одном месте (в Тарутино.— В. С.) и с Наполеоном смотрим друг на друга, каждый выжидает время. Между тем маленькими частями деремся всякий день и поныне везде удачно. Всякий день берем в полон человек почти по триста и теряем так мало, что почти ничего...».
Но если Наполеон действительно ждал (и напрасно) мира с Александром I, то Кутузов действовал — он расширял вокруг Москвы «малую войну». Действовавшим вблизи Тарутина отрядам Фигнера, Сеславина и Кудашева было приказано с 20 по 27 октября 1812 г. пройтись по тылам наполеоновской армии — от Серпухова до Вязьмы — с небольшими маневренными отрядами, не более 100 человек у каждого. Главная задача — разведка, но не следует пренебрегать и боями. Командиры войсковых партизан ■ так и сделали: громя по дороге отдельные воинские части и фуражирные команды противника (только отряд Кудашева взял в плен 400 человек и отбил 100 повозок с продовольствием), они собирали ценные сведения о дислокации вражеских войск. Кстати, именно Кудашев, просматривая найденные у одного из убитых французских штабных офицеров бумаги, обнаружил секретное предписание начальника штаба «великой армии» маршала Бертье об отправлении «всех тяжестей» (т. е. награбленного в Москве имущества.— В. С.) на Можайскую дорогу и далее к Смоленску, на запад. Это означало, что французы намерены в скором времени оставить Москву. Кудашев немедленно переслал это письмо Кутузову .
Оно подтвердило стратегический расчет великого русского полководца. Еще 27 сентября, почти за месяц до
Н. Д. Кудашев пройдет с Кутузовым всю Отечественную войну и геройски погибнет в «битве народов» 18 октября 1813 г. под Лейпцигом. Портрет его и сегодня висит в галерее героев Отечественной войны 1812 года в Эрмитаже в Ленинграде.
оставления французами «первопрестольной», он писал старей дочери (не без умысла — она являлась статс-дамой при дворе и была вхожа к жене царя): «Я баталию выиграл прежде Москвы (на Бородино.— В. С.), но надобно сберегать армию, и она целехонька. Скоро все наши армии, т е Тормасова, Чичагова, Витгенштейна и еще другие станут действовать к одной цели, и Наполеон долго в Москве не пробудет...»
Войсковые партизаны доставляли много неприятностей и тревог Наполеону. Ему пришлось отвлечь на охрану дорог из Москвы значительные силы. Так, для охраны отрезка от Смоленска до Можайска были выдвинуты части резервного корпуса Виктора. Жюно и Мюрат получили предписание усилить охрану Боровской и Подольской дорог.
Но все усилия были тщетны. Кутузов имел все основания сообщать царю, что «партизаны мои наводили страх и ужас на неприятеля, отняв все способы продовольствия».
Народноеополчение
Еще одной формой отпора агрессии стали народные ополчения. Впервые об их создании заявил сам Александр I. Во время его пребывания в Дрисском лагере 6 июля был издан манифест «О сборе внутри государства земского ополчения». Манифест имел характер декларации и не вносил ясности в порядок формирования этих войсковых соединении. 15 июля в Москве на собрании дворян и купечества царь призвал их жертвовать деньги и имущество, а также создавать под началом помещиков дружины ратников из крепостных1. Такая тактика самодержца впол-
В тот же день московское дворянство постановило: направить в ополчение по 10 ратников от каждых 100 своих крепостных крестьян.187
- ■Глава IX~
не понятна: боясь патриотического подъема населения, он хотел направить его в организованное русло. Ратники-крестьяне объединялись в полки, которыми командовали те же помещики-дворяне. Тем самым контроль господ над своими крепостными в отличие от стихийно созданных крестьянских партизанских отрядов в тылу наполеоновской армии сохранялся. В ополченческих войсках вводилась воинская дисциплина, предусматривались меры наказания за непослушание и т. д.— словом, вводились порядки регулярной армии. Отлцчие состояло в том, что в ополчение записывали всех желающих, но крепостных — только с согласия их помещика, без ограничений возраста, не принимая в расчет физические данные, умение владеть оружием и т. п.
18 июля 1812 г. появился указ Александра I «О составлении временного внутреннего ополчения», еще более затруднивший участие простых людей в отпоре агрессорам. Указ предписывал создание ополчений не по всей стране, а только в 16 центральных губерниях европейской части России, которые в организационном плане были разбиты на три округа. Причем если в первом (Московская, Смоленская, Тверская, Калужская, Владимирская, Рязанская, Ярославская и Тульская) и втором (Петербургская и Новгородская) округах ополчения создавались немедленно, то в третьем (Костромская, Нижегородская, Казанская, Вятская, Пензенская и Симбирская) предписывалось лишь подготовиться к формированию ополчений и до особого «повеления не собирать их и не отрывать от сельских рабёт»,
Однако патриотический подъем населения был настолько высок, что царские предписания зачастую не выполнялись. Еще до издания указа 18 июля в Смоленской губернии, первой из русских губерний принявшей на себя удар врага, с конца июня спешно стало создаваться ополчение. К двадцатым числам июля смоленское ополчение насчитывало уже более 10 тыс. ратников, многие из которых приняли участие в сражении за Смоленск и в августовских боях
" ~ 11арол। юс ополmciiис - ~- -
на территории губернии. В такие же кратчайшие сроки проходило формирование ополчений в Московской и Калужской губерниях.
К середине августа Мо
сковское ополчение насчитывало около 35 тыс. ратников, из которых 27 тыс. были направлены к Можайску на помощь регулярной армии, а 11 тыс. приняли не-
посредственное участиепосредственное участиеввБородинском сражении.
посредственное участие
посредственное участие
в
в
К началу сентября сформировалось 15-тысячное Калужское ополчение. В дру-
Вологодский ратникРаскрашенная гравюра неизвестного художника. 1813 г.Вологодский ратникРаскрашенная гравюра неизвестного художника. 1813 г.гих губерниях I и II округов формирование ополчения
Вологодский ратник
Раскрашенная гравюра неизвестного художника. 1813 г.
Вологодский ратник
Раскрашенная гравюра неизвестного художника. 1813 г.
завершилось в середине сентября— начале октября 1812 г. Всего I округ выставил 137 тыс. ополченцев, II — 26 тысяч.
Формирование ополчения в III округе затянулось, и оно закончилось только к началу декабря 1812 г. (70 тыс. ратников). Ополченцы III округа приняли участие лишь в заграничном походе русской армии 1813—1814 гг.
В связи с тем что рекрутский набор, объявленный еще в марте 1812 г., затянулся и не дал требуемого количества
солдат, царь вынужден был объявить еще два дополни
тельных набора в сентябре — октябре и ноябре — декабре 1812 г.
Поскольку система рекрутских наборов была крайне медлительна, власти прибегли к набору ополчений за пределами центральных губерний — на Дону, Украине и в так называемых «внеополчающихся» губерниях. Население этих районов быстро откликнулось на патриотический призыв. Раньше всех в распоряжение М. И. Кутузова в Тарутинский 189
Ечава IV
лагерь пришли донские казачьи полки (15 тыс. человек). Украина выставила более 70 тыс. человек, да во «внеопол- чающихся» губерниях собралось почти 100 тыс. ратников. Всего к концу 1812 г. все народное ополчение России составляло внушительную цифру в 420 тыс. человек.
Запись в ополчение происходила в обстановке всеобщего патриотического подъема всех слоев населения. Московские ямщики, обращаясь с просьбой зачислить их в ополченческий полк, писали: «Будучи движимы усердием и любовью к Отечеству, желаем поступить в число воинов». В ополченцы записывалось много учащейся молодежи, и в их числе — будущий автор «Горе от ума» поэт А. С. Грибоедов . Даже крепостные крестьяне, которые не могли по царскому указу сами добровольно идти в ополчение без согласия помещиков, и те бежали от своих господ и пытались записаться в ратники (в августе 1812 г. такой случай произошел, например, в Вятской губернии).
Массовый характер приняли пожертвования деньгами и вещами. Крестьяне графа Шереметева во Владимирской губернии взяли ратников «на свой кошт» — собрали в августе 1812 г. каждому по 5 рублей (казенное жалование одного ратника составляло 1 рубль в месяц при бесплатном сухом пайке — сухарях2). Они же отправили на пропитание ополченцев 73 тыс. пудов муки, 600 пудов сухарей и т. д.
В Нижнем Новгороде ремесленники и мелкие торговцы «на восстание противу врага России» пожертвовали 53 тыс. рублей.
Позднее, в 1814 г., А. С, Грибоедов, служивший в резервном кавалерийском полку, напечатал в журнале «Вестник Европы» статью «О кавалерийских резервах», где рассказал о подготовке ополченческих полков в 1812 г.
' Добровольческий офицерский корпус ополчений жалования не получал. Лишь в отдельных случаях малоимущим дворянам- офицерам выплачивалось ежемесячное жалование от 20 до 30 руб.
— Народ I юс oi ioj i чен ис ~
Преподаватели и служители Московского университета приняли решение внести в фонд ополчения полугодовое жалование (6,5 тыс. рублей), московские актеры передали 12 тыс. рублей и т. д.
Всего на содержание ополчения была собрана по всей России огромная по тем временам сумма почти в 40 млн. рублей. Особенно большие пожертвования сделали Смоленская (10 млн.), Тульская (4,8 млн.), Московская (4,5 млн.), Петербургская (4 млн.), Пензенская (2,5 млн.), Калужская, Тверская и Костромская (по 2 млн. рублей) губернии.
Некоторые крупные помещики и фабриканты содержали за свой счет целые ополченческие полки (граф Дмитриев- Мамонов, уральский заводчик Демидов, князь Гагарин и др.). Один только полк Дмитриева-Мамонова насчитывал 934 человека.
В этих условиях даже царская семья вынуждена была продемонстрировать свой патриотизм--сестра царя Екатерина Павловна вооружила и взяла на содержание один батальон ополченцев из своих крепостных крестьян Тверской губернии, который участвовал в Бородинском сражении.
Не могла остаться в стороне от своей паствы и православная церковь. Кроме анафемы Наполеону Синод, в развитие царских указов о создании ополчений, издал собственные постановления, где священнослужителям (попам и монахам) предписывалось «споспешествовать общему делу» и принять участие в ополчении: направлять «на службу в оныя» учащихся духовных семинарий. Синод пожертвовал 1,5 млн. рублей на Петербургское и Московское ополчения. Крупные вклады на борьбу с врагом были сделаны также монастырями, например подмосковная Троице-Сергиева лавра в Загорске внесла 72,5 тыс. рублей.
Хотя личное участие священников свелось к ежедневным молебнам о победе над «супостатом» и «безбожником» 191
Глава IX—-
Крест для награждения духовенства, участвующего в Отечественной войне. 1812 г.Крест для награждения духовенства, участвующего в Отечественной войне. 1812 г.Наполеоном, все же часть низшего духовенства пошла служить в армию и о пол- 1 чение .
Крест для награждения духовенства, участвующего в Отечественной войне. 1812 г.
Крест для награждения духовенства, участвующего в Отечественной войне. 1812 г.
Некоторые представители низшего духовенства приняли также участие в партизанской воине. Так, в Смоленской губернии действовал небольшой партизанский отряд во главе с дьячком Саввой Крастеле- вым, погибшим в одной из схваток с неприятелем.
Петербургские власти должны были как-то реагировать на этот невиданный патриотический подъем. Ре-
акция эта шла в духе «квасного» казенного патриотизма, в духе «афишек» Ростопчина.
Эти псевдопатриотиче- ские настроения петербургской аристократии высмеял А. С. Пушкин в своей неоконченной повести «Рославлев»: «Вдруг известия о нашествии поразили нас. Москва взволновалась...; народ ожесточился. Светские балагуры при
смирели; дамы вструхнули...; гостиные наполнились патриотами: кто высыпал из табакерки французский табак и
Отражением этого участия стал наградной медный крест с надписью «1812 год», которым, наряду с медалью «За любовь к Отечеству», по указу 30 августа 1814 г. награждались священники, служившие в войсках и ополчении в 1812—1814 гг. Медаль давалась дворянам, священнослужителям и купцам за крупные 192 пожертвования в 1812 г.
——. I {ародi юс or ioj i чение -—~ стал нюхать русский; кто сжег десяток французских брошюрок, кто отказался от лафита и принялся за кислые щи. Все закаялись говорить по-французски; все закричали о Пожарском и Минине и стали проповедовать народную войну, собираясь на долгих отправиться в саратовские деревни».
С августа 1812 г., после оставления Смоленска и, особенно, после пожара Москвы в сентябре, казенные патриоты ополчились не только против Наполеона, но и против всего французского. Один из современников отмечал: «Все французское преследовалось, на улицах становилось опасно говорить по-французски». Из Петербурга выслали французскую труппу, а ее театр закрыли. На всех столичных и провинциальных подмостках ставились патриотические русские пьесы «Дмитрий Донской» и «Пожарский». По заказу властей была срочно написана и поставлена в одном из петербургских театров пьеса «Ополчение». От драматических театров стремились не отстать и балетные. В Мариинском театре оперы и балета «на ура» шел новый балет «Любовь к Отечеству», где кульминационной сценой был вынос знамени с надписью «За Отечество».
Объектом повышенного внимания «ура-патриотов» стал и М. И. Кутузов. 16 сентября 1812 г. в популярной петербургской газете «Северная почта» появилось сообщение, что, когда Кутузов осматривал позицию на Бородинском поле, над его головой якобы парил орел. Газета увидела в этом «промысел божий», а престарелый стихотворец екатерининской эпохи Гавриил Державин откликнулся даже одой в честь Кутузова «На парение орла». В оде были такие строки:
Мужайся, бодрствуй, князь Кутузов!
193193Коль над тобой был зрим орел, Ты, верно, победишь французов И, Россов защитя предел, Спасешь от уз и всю вселенну...
193
193
Глава IV
Придворный поэт Александра I Д. Н. Хвостов пошел еще дальше. В своей оде в честь Кутузова «На мир с Оттоманскою портою», опубликованной в конце 1812 г., он так возвеличил фельдмаршала, что поставил его выше Суворова и Румянцева-Задунайского. Кутузов в особом письме осадил зарвавшегося пиита, скромно заявив, что он — только ученик Суворова и Румянцева, и что «я силюсь... пс умеренным моим дарованиям идти по следам сих великих мужей».
Патриотический подъем 1812 г. породил и действительнс талантливые произведения (вспомним хотя бы оперу великого русского композитора М. И. Глинки «Иван Сусанин»), но все же в 1812—1814 гг. преобладали примитивные ремесленные поделки типа пьес бездарного сочинителя Августа фон Коцебу. Этот низкий «французоедский» уровень казенной пропаганды вынуждены были признать даже сами ее вдохновители. Один из них, попечитель Петербургского учебного округа граф С. С. Уваров, писал: В петербургском «свете» путаница мыслей не имеет предела — «кидают в один мешок Наполеона и Монтескье, французские армии и французские книги».
Но не официальный «казенный», а истинный народный демократический патриотизм вдохновлял на подвиги русских воинов, партизан и ополченцев.
Лучшие представители русского дворянства понимали что такой народ после такой войны нельзя держать в цепяз крепостничества.
И не случайно перед своим назначением главнокоман
Народное ополчение
дующим, 5 августа 1812 г., М. И. Кутузов дал «вольную» некоторым своим крепостным, а П. И. Багратион за день до своей смерти от ран, 11 сентября 1812 г., отпустил на
свободу всех своих дворовых, щедро наградив их деньгами.
Истинные патриоты русской земли вынесли на своих плечах всю тяжесть Отечественной войны 1812 г.
Документы эпохи
О патриотизме народов России
Декабрист А. А. Бестужев
Наполеон вторгся в Россию, и тогда-то русский впервые ощутил свою силу, тогда-то пробудилось во всех сердцах чувство независимости, сперва политической, а впоследствии и народной.
К а л л а ш В. Двенадцатый год в воспоминаниях и переписке современников.— М., 1912. — С. 212.
Декабрист И. Д. Якушкин
Все распоряжения и усилия правительства были бы недостаточны, чтобы изгнать вторгшихся в Россию галлов и с ними двунадесять языцы, если бы народ по-прежнему оставался в оцепенении.
Записки И. Д. Якушкина.— М., 1906.— С. 1.
И здатель журнала «Русский вестник» С. Н. Глинка
Не только стародавни сыны России, но и народы, отличные языком, нравами, верою и образом жизни, народы кочующие — и те, наравне с природными россиянами готовы были умереть за землю русскую.
Записки о 1812 годе Сергея Глинки, первого ратника Московского ополчения.— Спб., 1836.— С-. 44.195
Попытки Наполеона помешать народной войне
Из письма царю, переданного с парламентером М. Ф. Орловым (Вязьма, август 1812 г.)
Французский император «с сожалением видит несчастья сего края и желал бы, чтобы российский император приказал своим губернаторам оставаться на местах, где они могли бы заботиться о жителях и имуществе и тем уменьшить зло, причиняемое войною».
Наполеон в России в 1812 г.—
Спб., 1911.—С. 260.
Генерал «великой армии» барон А. Дедем де Гельдеро причинах отказа Наполеона отменить крепостное право
Я полагаю, что император мог бы возбудить восстание в русских губерниях, если бы он хотел дать волю народу... но Наполеон был уже в то время не генерал Бонапарт, командовавший республиканскими войсками. Для него было слишком важно упрочить монархизм во Франции и ему трудно было проповедовать революцию в Европе.
Французы в России. 1812 г. по воспоминаниям современников-иностранцев.— М., 1912.—Т. I.—С. 81.
Из воззвания* французской оккупационной администрациик жителям Смоленской губернии, август 1812 г.
Смоленские обыватели! Французское войско и гражданское правление употребляют все способы, дабы предоставить вам спокойствие, защиту и покровительство. Приходите и приезжайте в г. Смоленск, где открывается новое присутствие под названием «муниципалитет», т. е. городской правительственный совет. Здесь будут разбираться всякие дела, с участием вас, русских граждан... Господа помещики и прочие землевладельцы, явитесь и имейте доверие к нашему правлению. Вы будете спокойны, в чем уверит вас французский император и восстановит прежний порядок. Вы, крестьяне, снятый ныне с полей озимый хлеб и прочие сельские продукты... привозите их, как и прежде, для продажи в г. Смоленск... за которые вы будете получать выгодную плату и большие деньги от самого французского императора; он в настоящее время пребывает в ожидании от вас повиновения и покорности.
Русская старина.— 1900.— № 9.— С. 655.
Глава
Контрнаступление русской армии
Изгнание захватчиков
Контрнасту плен иерусской армии
Последние части русской армии покинули Москву 15 сентября одновременно с вступлением в столицу французских войск, начав отступление по Рязанской дороге. Французы не предпринимали активных действий. Командующий наполеоновского авангарда Мюрат, убежденный, как и большинство окружения Наполеона в том, что с занятием Москвы война скоро кончится и будет подписан мир, вступил даже в переговоры с командующим русским арьергардом Милорадовичем.
Практически французы не преследовали отступающую русскую армию и не завязывали боевых стычек, как это, скажем, было на всем пути от Смоленска до Москвы. По следам русского арьергарда лишь лениво гарцевал один кавалерийский корпус Себастиани, да на дороги, ведущие от Москвы к Кашире, Туле и Калуге, были высланы небольшие заслоны Мюрата, Понятовского и Бессьера.
199199Фланговый марш-маневр к Красной Пахре и Тарутину. Воспользовавшись слабой активностью французов, М. И. Кутузов совершил свой знаменитый фланговый марш-маневр. Отойдя по Рязанской дороге от Москвы 30 км и переправившись у Боровска, где сливалась река Пахра с Москвой-рекой, на другой берег, Кутузов в ночь с 17 на 18 сентября неожиданно повернул всю армию на запад. При этом арьергарду — казачьему отряду И. Е. Ефремова, было приказано продолжать отступление по Рязанской дороге.
199
199
— Глава \ '1
Главные силы, двигаясь проселочными дорогами вдоль р. Пахры, только ночью 19 сентября были на Тульской дороге в Подольске, 20—в Красной Пахре. Дав здесь войскам передышку, Кутузов затем отвел армию по Старой Калужской дороге за реку Нара, к Тарутино, и здесь встал укрепленным лагерем. А ничего не подозревавший Себа- стиани еще двое суток преследовал казаков Ефремова по Рязанской дороге до Бронницы, когда вдруг обнаружил, что русская армия «испарилась».
Почти две недели, с 15 по 26 сентября, Наполеон не знал, куда ушла армия Кутузова. Лишь после того как активизировались действия войсковых партизан и в стычках несколько раненых гусар было захвачено в плен, французская разведка наконец узнала, где находится русская армия.
Имея в тылу оружейные заводы Тулы и огромные запасы продовольствия и амуниции в Калуге, армия Кутузова нависла над главной коммуникацией Наполеона — Смоленской дорогой. Именно из Тарутина началось затем контрнаступление и изгнание захватчиков из России. Позднее на острове Св. Елены, разбирая на досуге исход кампании 12-го года, Наполеон признавал: «...хитрая лиса — Куту- зофф — меня сильно подвел своим фланговым маршем».
Попытка Наполеона прорваться на юг. Бой за Малоярославец. Пребывание армии в Тарутинском укрепленном лагере Кутузов использовал для усиления и пополнения своих войск. Поскольку после Бородинского сражения от некоторых полков остались лишь одни названия, их пополнили за счет резерва. Крупной реорганизацией стало объединение 1-й и 2-й Западных армий в одну, под командованием самого Кутузова . Общая численность русской ар-
Недовольный этим решением, М. Б. Барклай-де-Толли покинул армию. Вслед за ним отбыл и Л. Л. Беннигсен. Его обязанности начальника штаба армии были возложены на П. П. Ко- новницына. Причина изгнания Беннигсена — постоянные интриги в штабе и доносы на Кутузова царю.
, ' — Diaea V - - ' -
мии в арутине за короткий период была доведена до 120 тыс. Кроме того, был создан значительный стратегический резерв из иррегулярных войск — к Тарутину прибыло 26 донских казачьих полков, 8 украинских, 30 башкирских и т. д.
Было бы неправильным считать, что в Тарутинский период (около шести недель, до выступления Наполеона 18 октября на юг по Новой Калужской дороге) военные действия затихли. Как раз наоборот, именно в сентябре-октябре 1812 г. во всю силу заполыхала «малая» партизанская война. Пожар Москвы вызвал новый прилив добровольцев в ополчение и партизаны. К тому времени большинство ополчений организовывалось и они были придвинуты к Москве. Столица оказалась окруженной с трех сторон войсковыми отрядами, которые постепенно сужали кольцо до 120—150 км от города. Единственной ниточкой, связывающей Наполеона с Францией, оставалась Смоленская дорога, на которой хозяйничали партизаны Давыдова, Чер- нозубова, Сеславина, Дорохова, Кудашева и др.
Приближалась холодная и дождливая русская осень, а за ней — и зима. Мира с Александром I заключить не удавалось. Маршалы уже давно требовали от Наполеона активных действии, понимая, что время работает на русских.
Тревожные донесения шли и из Франции. Народ роптал под тяготами военных наборов — в армию забирали поголовно всех юношей. Поднимала голову республиканская оппозиция. Именно в октябре, пока Наполеон еще раздумывал, как ему кончить затянувшуюся кампанию, в Париже начался военный бунт офицеров под руководством генерала К. Ф. Мале1. Что непосредственным поводом к попытке военного переворота Мале и его сторонников в армии,
Это была вторая попытка генерала-республиканца свергнуть правление императора Наполеона. Первая имела место в 1808 г.
Наполеон и маршал Лористон (Мир во что бы то ни стало) Картина художника В. В. Верещагина. 1899—1900 г.
", . — —Гаава V -■ ■ — ——J
захвата власти в Париже и отстранению Наполеона послужили события в далекой России, позднее писал друг генерала-республиканца якобинец Э. Демайо: «Шел 1812 год, Польша была завоевана нашими войсками. Однако, глядя на карту, мы видели, что отступление неприятеля не было вполне натуральным; что это отступление было лишь западней, в которую хотели заманить Наполеона...»
Заговорщики решили использовать длительное отсутствие Наполеона во Франции, объявить его «погибшим 7 октября 1812 г. под Москвой» и захватить власть. В ночь с 22 на 23 октября они почти захватили власть ь Париже, подготовив указ о «смерти Наполеона» и переходе власти к временному республиканскому правительству во главе с республиканским генералом Виктором Моро (он в это время находился в эмиграции в США, готовясь прибыть на службу к Александру I), но когда, казалось, все предвещало успех, стало известно, что Наполеон жив. Военный переворот провалился, а Мале и его сообщники были казнены.
Тем не менее та легкость, с которой маленькая группа заговорщиков (менее 15 человек) захватила власть в Париже, а большинство солдат и офицеров столичного гарнизона поверили в «смерть» Наполеона и даже «вздохнули с облегчением» (из полицейского донесения о заговоре), свидетельствовала, что продолжение отсутствия Наполеона во Франции чревато для него серьезными осложнениями.
Наконец, 18 октября, после более чем месячного бесплодного пребывания в Москве, Наполеон дал приказ отступать по Калужской дороге. Решение это было принято после больших колебаний. Ведь ровно месяц назад из
Контрнаступление русской армии
я в отсветах бушующего пожара, он продиктовал оему наместнику в Варшаве и министру иностранных дел fB Маре столь же хвалебное, сколь и лживое письмо, предназначенное для публикации во всех европейских газетах: «Мы преследуем противника, который отступает к пределам Волги (Наполеон думал, что русская армия отходит к Нижнему Новгороду.— В. С.). Мы нашли огромные богатства в Москвегороде исключительной красоты. В течение
двухсот лет Россия не оправится от понесенных ею потерь».
И вот теперь, не через 200 лет, а через месяц — отступление. Много позже, на острове Св. Елены, он скажет: «Я должен был бы умереть сразу же после вступления в Москву...» В октябре 1812 г. он не умер, но зато приказал уничтожить святыню Москвы — Кремль. Командующий Молодой гвардией Мортье скрупулезно исполнил приказ, но противодействие московских патриотов и дожди (отсырел порох) помешали исполнению варварского намерения: от взрыва пострадали лишь колокольня Ивана Великого и некоторые башни Кремлевской стены.
Конечно, ни в Москве, ни позднее, под Малоярославцем
и на Березине, Наполеон и не думал «умирать». Наоборот, видя, что в Москве он попал в ловушку, император подготовил грандиозный план продолжения войны. Он вновь вернулся к первоначальному намерению разбить кампанию с Россией на два этапа— 1812 и 1813 гг. Отказавшись от
прежнего плана перезимовать в Москве, он решил прорваться в октябре — ноябре 1812 г. на Украину, там перезимовать и весной 1813 г. начать все сначала. Из Москвы он написал своему тестю австрийскому императору: «Срочно выдвигайте на Западную Украину в помощь 30-тысячному корпусу Шварценберга еще и Трансильванскую армию в 150 тысяч». Наполеон потребовал, чтобы Маре набрал в герцогстве Варшавском и в оккупированной Литве и Белоруссии дополнительно еще 30—40 тыс. солдат. Корпус Ренье был усилен 15 тыс. саксонцев.
' -™ Глава V -- - —- ’ 1~
Все эти силы (около 160 тыс.) должны были отвлечь на себя 3-ю Западную армию, пока Наполеон с остатками своей «великой армии» будет прорываться на Украину с севера.
18—19 октября 100-тысячная армия Наполеона покинула Москву. Ее сопровождал огромный обоз из 40 тыс. повозок с награбленным добром. Адъютант Наполеона Ф. Сегюр, наблюдая исход этой завоевательной кампании, писал: «Можно было подумать, что видишь перед собой какой-то караван... или ...древнюю армию, возвращавшуюся после большого набега с пленниками и добычей».
Тем временем Кутузов, узнав о намерении Наполеона выйти из Москвы по Калужской дороге, решил нанести упреждающий удар по 26 тыс. авангарду Мюрата, стоявшему в 6 км к северу от арутинского лагеря. Внезапным ударом 17 и 18 октября у реки Чернишня он наголову разгромил Мюрата. В письме жене 19 октября Кутузов так оценивал это сражение: «Бог мне даровал победу при Чернишне; командовал король Неаполитанский (Мюрат.— В. С.)... Немудрено было их разбить, но надобно было разбить дешево для нас, и мы потеряли всего, с ранеными, только до трех сот человек... Первый раз французы потеряли столько пушек и первый раз бежали как зайцы».
Александр I, еще совсем недавно грозивший Кутузову отдать его под суд за оставление Москвы, вынужден был наградить фельдмаршала за победу при Чернишне (Тарутино) золотой шпагой с алмазами и лавровым венком. Получив уже на марше сообщение о разгроме авангарда Мюрата, Наполеон решил перехитрить старика Кутузова. Выслав на помощь отступающей коннице Мюрата пехоту корпуса Нея, Наполеон приказал им вновь втянуть русских в бои, а сам с основными силами совершил фланг-маневр со Старой на Новую Калужскую дорогу с тем, чтобы обойти Тарутинский укрепленный лагерь справа и выйти сначала
Глава V —
к Малоярославцу, а затем — к Калуге. Для выигрыша времени Наполеон направил к Кутузову в Тару- $ > тино полковника Бертеми для переговоров «о правилах ведения войны», иными словами, потребовал от Кутузова прекращения действий войсковых партизан.
Но все эти замыслы были вовремя раскрыты Кутузовым. Во-первых, он не стал ввязываться в продолжение боя с Мюратом и подошедшим ему на помощь Неем и отвел свои войска снова в Тарутинский лагерь.
Во-вторых, его войсковые партизаны внимательно следили за передвижением главных сил Наполеона и своевременно сообщили об этом главнокомандующему.
Кутузов двинул свою армию наперерез армии Наполеона и у Малоярославца закрыл ему дорогу на юг. Сражение за Малоярославец 24—25 октября 1812 г. носило кровопролитный характер. Город восемь раз переходил из рук в руки. Малоярославец горел. Все его улицы и прилежащие овраги были завалены трупами людей и лошадей. Французы потеряли 5 тысяч, русские — 3 тысячи. Кутузов придавал огромное значение этому сражению, ставя его в один ряд с Бородинской битвой. Вечером 25 октября 1812 г. в реляции царю он писал: «Сей день есть один из знаменитейших в сию кровопролитную войну, ибо потерянное сражение при Малоярославце повлекло бы за собой пагубнейшие следствия и открыло бы путь неприятелю через хлебороднейшие наши провинции... Завтра, я полагаю, должно быть
Контрнаступление русской армии
Бой под МалоярославцемКартина художника П. Гесса. 1840-е гг.Бой под МалоярославцемКартина художника П. Гесса. 1840-е гг.сражение за Малоярославецсражение за Малоярославецгенеральное сражение, без которого я ни под каким видом в Калугу его (Наполеона.— В. С.) не пущу».
Бой под Малоярославцем
Картина художника П. Гесса. 1840-е гг.
Бой под Малоярославцем
Картина художника П. Гесса. 1840-е гг.
сражение за Малоярославец
сражение за Малоярославец
Но назавтра генеральное
так и не состоялось.
Изгнание захватчиков
В ночь на 26 октября в деревне Городне Наполеон собрал военный совет. Предстояло решить главный вопрос — возобновлять ли наутро сражение за Малояросла- веЦ» продолжая пробиваться на Калугу и далее на юг, к Украине, или принять другое решение? Это был французский вариант совета в Филях, только теперь Кутузов 209
—- Diana V ~~—
и Наполеон поменялись местами. Адъютант Наполеона Филипп Сегюр оставил нам подробное описание этих «французских Филей». В обычной крестьянской избе, почти лишенной мебели, за простым деревянным столом, заваленным картами, сидел Наполеон. Его маршалы стояли напротив. Наполеон молчал. Первым прервал это молчание Мюрат. Он потребовал продолжения боя и готов был возглавить ударную группу для прорыва на Калугу, если ему дадут нетронутый резерв — гвардию.
Однако против авантюрного плана Мюрата решительно выступил маршал Ж.-Б. Бессьер, командующий гвардейской кавалерией. Продолжение сражения за Малоярославец — это верная гибель всей армии,— сказал он. Выход только один — надо отступать. Бессьера поддержал Даву. Но Мюрат не сдавался: он обрушился на Бессьера и Даву, обвиняя их в трусости. Между маршалами возникла перебранка. Кое-кто уже схватился за эфес шпаги — вот-вот дело могло дойти до дуэли. Разнимать Мюрата и Даву бросился маршал Бертье, но и он поддержал идею об отступлении. Наполеон продолжал молчать. Наконец, видя, что мнения диаметрально разделились, он произнес: «Совет окончен. Все свободны. Завтра я решу сам».
Весь день 26 октября Наполеон взвешивал все «за» и «против». Вечером он вновь собрал военный совет, но в «узком» составе — пасынок Евгений Богарне, маршалы Ней и Даву. Все трое единодушно предложили отступать. Но Наполеон и сам уже видел, что с такой армией, разложившейся от грабежей и пьянства в Москве, он наступать не может. Как и некогда в Египте в 1799 г., он понял, что кампанию в России он проиграл. Близко наблюдавший его у бивуачного костра по дороге от Малоярославца к Можайску голландский генерал барон Дедем де Гельдер вспоминал: «Наполеон напоминал мне шахматного игрока, который, видя, что партия проиграна, кончает ее... говоря себе: до следующей (партии)».
перед словновождь,перед словновождь,Поздно вечером 26 октября Наполеон отдает приказ — отступать к Можайску и далее по Старой Смоленской дороге, через Гжатск и Вязьму, к Смоленску. «С того
перед словно
вождь,
перед словно
вождь,
момента,— вспоминалиегюр,— он стал видеть
по за-понялапо за-поняласобой только Париж... Армия шла, опустив глаза, пристыженная и сконфуженная, а посреди нее ее мрачный и молчаливый...»
по за-поняла
по за-поняла
Это был крах, крах всей стратегии Наполеона всеванию России. Это поняли его приближенные, это
и вся его армия. «Помните ли вы,— обращался к французамучастникам сражения при Малоярославце, Ф. Се-
гюр,_ помните ли вы это злосчастное поле битвы, на котором остановилось завоевание мира, где 20 лет непрерывных побед рассыпались в прах, где началось великое крушение нашего счастья?»
Надо сказать, что командование русской армии вначале
не верило, что Наполеон решится на столь стремительное отступление. Поэтому М. И. Кутузов, еще не зная о намерениях Наполеона, в тот же день 26 октября приказал отвести главные силы русской армии от Малоярославца к югу, к Детчцно и далее к Полотняному заводу: главнокомандующий еще полагал, что Наполеон будет прорываться к Калуге в обход Малоярославца, через Медынь.
Однако 27 октября казачьи разъезды атамана Платова
обнаружили длинную колонну наполеоновской армии, отступающую через Боровск на Верею, где в нее влились корпус Понятовского и подошедшая от Москвы Молодая гвардия маршала Мортье. Стало ясно, что Наполеон поспешно отступает. Во главе колонны шла Старая гвардия, за ней корпуса Нея, Жюно и Евгения Богарне, в арьергарде шествовал корпус Даву, наиболее сохранивший боеспособность.
Но в целом, несмотря на относительно большую численность (около 110 тыс. человек), это была уже не та армия, что рвалась к Москве полтора месяца назад. Прежде
всего, Наполеон почти лишился кавалерии и обозных лошадей. К моменту отхода от Малоярославца кавалерия насчитывала всего 15 тыс. лошадей, главным образом в корпусе Мюрата. За армией тянулись огромные обозы с награбленным в Москве имуществом. Уже на пути от Вереи к Можайску в армии началась настоящая драка из-за лошадей: артиллеристы бросали пушки и орудийные фуры, перепрягая оставшихся в живых лошадей в телеги с награбленным барахлом. Ф. Сегюр стал свидетелем невиданной ранее в наполеоновской армии жестокости: маркитанты-обозники побросали в овраг своих же тяжелораненых, чтобы сохранить награбленное добро.
М. И. Кутузов разработал следующий план преследования (так называемый параллельный марш-маневр). С севера параллельно Смоленской дороге шел сильный отряд генерала П. В. Голенищева-Кутузова с задачей не дать Наполеону отклониться на север. Южнее Смоленской дороги двигался корпус Милорадовича, не давая французам уклониться на юг. Таким образом, наполеоновская армия отступала как бы по «коридору», по ею же разоренной и опустошенной дороге. На «хвост» колонны Наполеона постоянно наседали казаки атамана Платова. В тыл отступающей наполеоновской армии были брошены южнее Смоленской дороги подвижные кавалерийские отряды В. В. Орлова-Денисова и А. П. Ожаровского. Сам же Кутузов во главе главных сил пошел наперерез армии Наполеона от Медыни к Вязьме.
Особое значение придавалось партизанским отрядам. М. И. Кутузов разработал детальный план взаимодействия регулярной армии и ополчения с войсковыми и крестьянскими партизанскими отрядами. Командирам этих отрядов Кутузов писал: «Употребите все средства на уничтожение неприятельских обозов... необходимо лишать его (неприятеля.— В. С.) всех способов прокормления... старайтесь особенно делать частые и ночные нападения». Массовая
ппартизанская воина в октяоре — декаоре loiz г. нанесла ротивнику огромный урон. М. И. Кутузов имел все ос-
п
п
нования сказать,нования сказать,что «многие тысячи неприятеля
нования сказать,
нования сказать,
лены крестьянами».лены крестьянами».в свой дневник: «Слева —в свой дневник: «Слева —Ц Ложье с ужасом записывалЦ Ложье с ужасом записывалОфицер штаба итальянской гвардии
лены крестьянами».
лены крестьянами».
в свой дневник: «Слева —
в свой дневник: «Слева —
Ц Ложье с ужасом записывал
Ц Ложье с ужасом записывал
русская армия, справа — многочисленные сотни казаков, всюду вооруженные крестьяне местных деревень».
Отступая от Малоярославца к Смоленску, Наполеон
стремился оторваться от русской армии, сохранив за счет скорости передвижения оставшиеся у него силы. За пять дней, с 26 октября до 1 ноября 1812 г., его армия прошла рекордное по тем временам для пеших войск расстояние от Малоярославца до Вязьмы в 150 км.
1 декабря 1812 г. Кутузов писал жене, что он очень устал, но это — приятная усталость: «Должно меня утешить, что я первый генерал, перед которым Бонапарте так бежит». Преследовавший наполеоновский арьергард Платов доносил Кутузову: «Неприятель бежит так, как никогда
никакая армия ретироваться не могла. Он бросает на дороге все свои тяжести, больных, раненых, и никакое перо историка не в состоянии изобразить картины ужаса, которые оставляет он на большой дороге».
Одной из этих «картин ужаса» стала сцена массового убийства 2 тыс. русских пленных солдат перед Гжатском прямо на Смоленской дороге. Конвоировавшие их наполе
оновские солдаты, экономя патроны, всем им размозжили головы прикладами.
Свидетелями этой бесчеловечной расправы над безоружными русскими солдатами и офицерами стал сам Наполеон и его свита. Увиденная сцена потрясла Коленкура. Не боясь гнева своего повелителя, он прямо среди этих трупов бросил в лицо Наполеону: «Это какая-то бесчеловечная жестокость! Вот она — пресловутая цивилизация, которую Вы несли в Россию! Какое впечатление произведет на неприятеля это варварство! Разве мы не оставляем у русских своих
,, „., , т.„ Ечава V - ■ —-
раненых и множество пленных? У нашего неприятеля — все возможности самого жестокого отмщения!»
Действительно, поспешно отступая, наполеоновская армия бросала прямо на дороге своих раненых, больных и ослабленных. «...Дорога была покрыта брошенными повозками,— вспоминал участник отступления полевой маршал барон Лежен,— измученные, обессиленные лошади падали; тех, которые могли еще подняться, запрягали в телеги с ранеными, но они околевали, протащившись всего несколько шагов. Тогда приходилось оставлять раненых; мы уходили, стараясь не глядеть на них, несмотря... на их вопли».
Но русские казаки, солдаты и партизаны не мстили поверженному противнику. Наоборот, уцелевших раненых размещали по госпиталям и по окрестным деревням для ухода. Столь же гуманно обращалось русское командование и с пленными. Их число увеличивалось день ото дня. «Пленных столько,— доносил 1 ноября из-под Вязьмы атаман Платов,— что принужденным нахожусь отдавать их по селениям обывателям-крестьянам, для препровождения их (в тыл.— В. С.)».
Некоторые солдаты и офицеры отступающей наполеоновской армии начали понимать, что предводитель завел их на край пропасти. Началось массовое дезертирство и переход на русскую сторону. «С некоторого времени,— писал Кутузов своей любимой дочери Лизаньке Хитрово 10 ноября,— пленные настоятельно просятся к нам на службу, и вчера еще 14 человек офицеров итальянской гвардии с криком умоляли о принятии их, уверяя при том, что теперь единственное счастие и наивеличайшая честь (для них.— В. С.) — носить русский мундир».
Действительно, с момента отхода от Малоярославца 26 октября и до Смоленского сражения (сражения при Красном 16—18 ноября) армия Наполеона потеряла почти половину своего состава, но из этих 40 тысяч только 15 тысяч
Орлов-Денисов Василий Васильевич Раскрашенная гравюра Г. Доу по оригиналу Д Доу. 1823 г.В. В. Орлов-Денисов (1775—1843)— русский военачальник, генерал. Был командиром партизанских казачьих отрядовОрлов-Денисов Василий Васильевич Раскрашенная гравюра Г. Доу по оригиналу Д Доу. 1823 г.В. В. Орлов-Денисов (1775—1843)— русский военачальник, генерал. Был командиром партизанских казачьих отрядов
Орлов-Денисов Василий Васильевич Раскрашенная гравюра Г. Доу по оригиналу Д Доу. 1823 г.
В. В. Орлов-Денисов (1775—1843)— русский военачальник, генерал. Был командиром партизанских казачьих отрядов
Орлов-Денисов Василий Васильевич Раскрашенная гравюра Г. Доу по оригиналу Д Доу. 1823 г.
В. В. Орлов-Денисов (1775—1843)— русский военачальник, генерал. Был командиром партизанских казачьих отрядов
были убиты и ранены, остальные 25 тысяч сдались в
Бой ПОД Вязьмой. Несмотря на все усилия Наполеона оторваться от русской армии, это ему не удалось. Уже 31 октября у Колоцкого монастыря его арьергард настигли казаки Платова и стремительным ударом во фланг разбили два батальона пехоты, отбили 20 пушек, обоз и захватили два знамени. Начиная с этого сражения казаки Платова постоянно висели на «хвосте» арьергардного корпуса Даву. Действуя в тесном взаимодействии с войсковыми партизанскими отрядами Давыдова, Сеславина, Фигнера, Кудашева, Орлова-Денисова и других, отряд Пла-
това наносил ощутимые удары по отступающей наполеоновской армии.
Но первое крупное сражение случилось 3 ноября под Вязьмой. К этому времени корпус Милорадовича, срезав «угол», догнал отступающую армию Наполеона. За пять дней отступления французские войска сильно растянулись. Наполеон во главе своей ставки вместе со Старой гвардией уже покинул Вязьму. В самом городе находился корпус Нея. На подходе к Вязьме были войска Богарне и Понятовского. Корпус Даву отбивался от казаков Платова недалеко от города (в 18—20 км).215
Освобождение ВязьмыКартина неизвестного художника. 1-я чете. XIX в.Освобождение ВязьмыКартина неизвестного художника. 1-я чете. XIX в.
Освобождение Вязьмы
Картина неизвестного художника. 1-я чете. XIX в.
Освобождение Вязьмы
Картина неизвестного художника. 1-я чете. XIX в.
.1Глава V
Русским уже удалось подтянуть к Вязьме основные силы. Милорадович с двумя пехотными, двумя кавалерийскими корпусами и пятью казачьими полками сблизился в районе села Федоровское за Смоленской дороге с авангардом Платова. В 26 км от Вязьмы в селе Дубравна занял позиции с главными силами М. И. Кутузов. Главнокомандующий решил нанести Наполеону под Вязьмой первый после Малоярославца ощутимый удар. Целью его было рассечение /отступающей наполеоновской армии на две части, окружение и возможное уничтожение корпусов Даву, Богарне и
Понятовского. Рано утром 3 ноября на дороге между селом Федоровским и Вязьмой завязался упорный бой. Первую часть задачи Милорадовичу и Платову удалось выполнить сравнительно легко — корпус Даву был окружен. Однако отсечь Богарне и Понятовского не удалось — они приостановили свое отступление к Вязьме, развернули свои корпуса в обратном направлении и пошли на выручку Даву. Им удалось спасти сильно поредевший арьергард Даву от полнейшего разгрома. Объединившись, французы отошли к Вязьме, заняв оборону на прилегающих к городу холмах. Наполеон приказал удерживать Вязьму как можно дольше — ведь там сосредоточились почти все обозы отступа- 216 ющей армии с последними запасами вооружения и продо-
вольствия,вольствия,тысячи раненых и больных. Но все усилия
вольствия,
вольствия,
оказались тщетны.~
14 ч 3 ноября войска Милорадовича, Платова и пошедшего к ним на помощь по приказу Кутузова кавалерского корпуса Уварова штурмом взяли Вязьму. В сражении участвовали также отряды войсковых партизан Сеславина и Фигнера. Потеряв до 6 тыс. убитыми и ранеными, 2 5 тыс. взятыми в плен, французы поспешно откатились к Дорогобужу. Русским досталась также значительная часть
обозов противника.
Важнейшим результатом боя при Вязьме было крупное поражение корпуса Даву, одного из наиболее боеспособных и чисто французских корпусов «великой армии». Если до
Вязьмы наполеоновская пропаганда списывала частые поражения на слабость своих «союзников» (немцев, поляков, португальцев и др.), то теперь вся армия знала — русские наголову разбили «природных французов». «Вчерашнее поражение I корпуса (Даву—В. С.)... произвело плохое и опасное впечатление на все войска» — доносил Ней Наполеону после поражения под Вязьмой.
Русская армия продолжала преследование противника. Еще до решающего боя за Смоленск, у того самого знаменитого села Красное, где в конце июля столь героически сражалась дивизия Неверовского, наполеоновской армии были нанесены два ощутимых удара. 9 ноября южнее Смоленска в деревне Ляхово войсковые партизаны Давыдова, Сеславина, Фигнера и отряд регулярной армии Орлова-Денисова окружили и наголову разбили бригаду генерала Ожеро. Сам генерал, 60 офицеров и 2 тыс. солдат
были взяты, в плен.
Почти одновременно севернее Смоленска, у города Ду- ховщина, корпус Платова обнаружил IV Итальянский корпус Богарне, который Наполеон от Дорогобужа отправил на выручку к осажденному в Витебске французскому гарнизону. Перехватив корпус при переправе через реку Вопь,
-— Птава V __-__--_-__^^
казаки Платова 10 ноября стремительным ударом обрушились на противника. Французы потеряли почти всю артиллерию, более 2 тыс. убитыми и ранеными и 3,5 тыс. пленными. Богарне вынужден был отказаться от прорыва на Витебск и повернул к Смоленску. Преследуя остатки IV корпуса, Платов 11 —12 ноября захватил еще до одной тысячи пленных. В результате корпус Богарне перестал быть боеспособной единицей наполеоновской армии.
Битва при Красном. Спешно отходя от Малоярославца через Можайск, Вязьму, Дорогобуж к Смоленску, Наполеон надеялся дать здесь своим войскам передышку, запастись продовольствием и вооружением, а также пополнить кавалерию и артиллерийский парк л’ошадьми. Последнее представлялось Наполеону наиважнейшим делом. «Лошадей, лошадей и еще раз лошадей!» — приказывал он своим интендантам из Смоленска. *
При всех этих прогнозах Наполеон рассчитывал на поддержку резервного 30-тысячного корпуса маршала Виктора и корпус маршала Удино. Но, вступив в Смоленск 9 ноября 1812 г., Наполеон маршалов своих не нашел. Дело в том, что еще накануне сражения под Малоярославцем он получил сообщение о разгроме группы войск Сен-Сира недалеко от Полоцка 17—23 октября корпусом Витгенштейна, усиленного 14 тыс. петербургских и новгородских ополченцев. Наполеон приказал Виктору срочно оставить Смоленск и поити на выручку Сен-Сиру. Аналогичный приказ получил и Удино. 30 октября войска обоих маршалов соединились под Полоцком, у села Чашники. Однако в упорных боях 31 октября — 2 ноября 1812 г. французы были разбиты. Более того, 7 ноября отряд генерала В. И. Гарпе с ходу захватил сильно укрепленный Витебск, заставив капитулировать его гарнизон. Все попытки сдержать натиск русских войск с севера (сражение за деревню Смоляны 14 ноября) успеха не принесли.
Возникла реальная угроза, что корпус Витгенштейна
с подошедшим к нему на помощь из-под Риги отрядом Шпигеля перережет Смоленскую дорогу с севера, тем что Виктор не выполнил приказ Наполеона продол- бОЛСе сдерживать русские войска и, опасаясь окружения, самовольно отступил на запад.~
Аналогичная угроза возникла и с юга. Дунайская армия гт В Чичагова, оказавшаяся в глубоком тылу противника действовавшая до сих пор против австрийского корпуса Шварценберга и франко-саксонского корпуса Ренье у гер- огства Варшавского, получила приказ выйти в тыл отступающей армии Наполеона и занять Минск. 16 ноября Чичагов с боями пробился к Минску и занял город. Таким образом, возникла реальная угроза окружения отступающих наполеоновских войск. К середине ноября 1812 г. свободным для отхода французской армии оставался лишь узкий «коридор» между Минском на юге и деревней Смоляны на
севере.
В этих условиях Наполеону было уже не до передышки в Смоленске — надо было срочно уходить на запад. Пробыв в Смоленске всего четыре дня и даже не дождавшись подходивших к городу с востока остальных войск, Наполеон 13 ноября приказал срочно отступать по направлению к селу Красное и далее на Оршу, пока еще не сомкнулось русское кольцо окружения. Принцип отступления остался прежним — наполеоновская армия уходила одной колонной и по одной дороге. Это делило ее уязвимой для атак с флангов, что уже подтвердило отступление от Можайска до Смоленска. Но на этот раз Найолеон усугубил эту уязвимость во много раз: он расчленил свою колонну на несколько частей. Первыми вышли из Смоленска 13 ноября остатки разбитых корпусов Жюно и Понятовского. 4 ноября с интервалом в один переход за ними выступила Старая гвардия вместе с Наполеоном, 15 ноября корпус Богарне, 16 ноября — остатки корпуса Даву. Прикрывал отступление корпус Нея. Создавая такой расчлененный 219
7 - ГлаваV
Смотр французским войскам на обратном их походе через Смоленск Раскрашенная гравюра И. И. Теребе- нева. 1810-е гг.Карикатура на бегство наполеоновской армии из РоссииСмотр французским войскам на обратном их походе через Смоленск Раскрашенная гравюра И. И. Теребе- нева. 1810-е гг.Карикатура на бегство наполеоновской армии из Россиипорядок отступления, Наполеон исходил из лучших побуждений — началась русская зима, его солдаты не имели зимнего обмундирования, не могли ночевать в по
Смотр французским войскам на обратном их походе через Смоленск Раскрашенная гравюра И. И. Теребе- нева. 1810-е гг.
Карикатура на бегство наполеоновской армии из России
Смотр французским войскам на обратном их походе через Смоленск Раскрашенная гравюра И. И. Теребе- нева. 1810-е гг.
Карикатура на бегство наполеоновской армии из России
ходных палатках на бивуаках, и император полагал, что они будут отдыхать от переходов в избах. Но он жестоко просчитался. Местное население и казаки поджигали деревни на всем пути отступления. Войскам приходилось ночевать под открытым небом, спасаясь от стужи у костров. Угнетающе действовал на еще боеспособную армию вид тысяч полузамерзших, отставших от своих частей солдат без оружия, «укутанных в шелковые шубы с мехами, в разноцветные женские одежды, захваченные ими на московском пожаре или вытащенные из брошенных повозок». (Из дневника Лежена.)
Но гораздо опаснее оказались атаки русских войск. Они начали громить наполеоновские войска на марше по частям.
220 Уже 15 ноября корпус Милорадовича у деревни Ржавки
вводном переходе от Смоленска) обрушился на
в
в
Арьергард Старой гвардии, разбил его, взяв в плен 2 тыс. человек и 11 пушек. ~
занявший его русский отрядзанявший его русский отрядq повременно войсковые партизаны нанесли чувстви- те чые удары по растянувшейся от Смоленска до Красного колонне противника. Наполеон понял свой просчет и, прорвавшись к Красному со Старой гвардией (ему пришлось для этого выбивать из села занявший его русский отряд Д П. Ожаровского), решил дожидаться подхода осталь
занявший его русский отряд
занявший его русский отряд
ных колонн.
16—18 ноября 1812 г. на подступах к Красному и вокруг него разыгралась кровопролитная битва. М. И. Кутузов, расположившийся с основными силами русской армии южнее Красного у деревни Шилово, решил нанести мощный удар по войскам Наполеона уже на марше, не дожидаясь их концентрации в Красном. Он разделил свою армию на три части. Тормасов во главе трех пехотных и одного кавалерийского корпусов 17 ноября обошел Красное с юга и перерезал французам у деревни Доброе дорогу к отступлению. Милорадович с двумя пехотными и одним кавалерийским корпусом должен был отсечь корпус Даву и разгромить его на подходе к Красному. Наконец, Голицыну с двумя кор
пусами — пехотным и кавалерийским — надлежало ударить
по самому селу.
17 ноября все три отряда одновременно начали атаку. Первым добился успеха отряд Милорадовича — были наголову разбиты сначала остатки корпуса Богарне, а затем разгромлен корпус Даву. Наполеон понял, что он попал в ловушку. Не дождавшись арьергарда Нея, французский император вместе со Старой гвардией и остатками корпуса Даву прорвался сквозь заслоны войск Тормасова и ушел к Орше. Судьба арьергарда Нея оказалась трагичной. Хотя Ней бросил в Смоленске почти всю свою артиллерию (140 пушек), обоз и 4 тыс. раненых, чтобы облегчить свой марш к Красному, на подходе к селу его 8-тысячный корпус с 11221
Отступление Наполеона из России Картина художника Е. Коссака. 1927 г.Отступление Наполеона из России Картина художника Е. Коссака. 1927 г.орудиями окружила почти вся русская армия. Ней отклонил предложение Мило
Отступление Наполеона из России Картина художника Е. Коссака. 1927 г.
Отступление Наполеона из России Картина художника Е. Коссака. 1927 г.
радовича о капитуляции и принял бой, будучи уверенным, что его император придет к нему на помощь. Но император в это время со своей свитой лесными заснеженными перелесками, в обход русских кордонов, скакал прямо в противоположном направлении, на запад.
Надо отдать должное солдатам и офицерам корпуса Нея — они бились насмерть. Несколько раз французские дивизии пытались прорваться к Красному по Смоленской дороге, но безуспешно. 11 пушек были подавлены огнем русской артиллерии, а шедшая во главе колонны дивизия Разу почти вся полегла под залпами русской картечи. Но Ней не сдавался. Оставив на главном направлении умирать вторую дивизию генерала Ледрю, сам он с остатками войск 222 бросился к северу, в обход Красного, к деревне Сырокорень,
тобы с оставшимися обозами переправиться через Днепр
~ти на запад. Но на переправе его ждала засада — каИ ^ Платова. Тогда Ней бросил свой корпус и с небольшим
ядом личной охраны пробился на запад, где в Орше нагнал Наполеона. Остатки его корпуса сдались в плен. III пехотный корпус бывшей «великой армии» перестал су
ществовать.
Всего в сражении под Красным Наполеон потерял о тыс. убитыми и более 20 тыс. пленными, лишился почти всей артиллерии и значительной части обозов.
Катастрофа у Березины. Отведя остатки своей армии к Орше, Наполеон срочно занялся ее реорганизацией. Прежде всего, произведена была перекличка. Ее результаты были ужасны: потери в боях под Красным, раненые и отставшие составляли до 70% в каждом батальоне. От I корпуса Даву (три дивизии, 10 тыс. человек) осталось в строю три батальона, от III корпуса Нея — три батальона, от IV корпуса Богарне и VI корпуса Жюно — по два батальона. От 1,5 тыс. пушек, которые были на вооружении «великой армии» в июне, к ноябрю 1812 г. осталось чуть более 60 орудий. Всего годными под ружье Наполеон насчитал в Орше не более 20 тыс. солдат и офицеров, вырвавшихся из мясорубки под Красным, хотя за этой маленькой, но еще боеспособной армией тянулась вдвое большая толпа безоружных людей. Когда корпус маршала Виктора, отступая от Череи к Борисову, сблизился с этой ордой, сохранившие дисциплину французские солдаты Виктора, по описанию участника и историка войны 1812 г. А. И. Михайловского-Данилевского, «не могли верить своим глазам, чтобы безоружные толпы пехоты и безлошадной конницы, с ничтожным остатком артиллерии, истомленные, обросшие бородой, покрытые рубищем и тряпьем, вместо обуви окутавшие ноги соломой и мешками, были та великая армия, которая завоевала Москву...»
В Главной квартире русской армии между тем после 223
Глава \
сражения при Красном под руководством М. И. Кутузов, разрабатывался уже детальный план окружения и окончательного уничтожения остатков «великой армии».
Суть плана сводилась к следующему: армии Чичагова (с 16 ноября — в Минске) и корпусу Витгенштейна (с Ц ноября — у деревни Смоляны) предписывалось одновременным ударом с юга и с севера перерезать Смоленскую дорогу у города Борисова на Березине, занять все возможные переправы через реку и тем самым закрыть Наполеону путь отступления на запад. Тем временем авангарды казаков Платова и пехоты Милорадовича продолжали теснить остатки «великой армии» с востока, по дороге от Орши к Борисову. Сам же Кутузов во главе основных сил продолжал идти параллельно Смоленской дороге во избежание попыток Наполеона прорваться на юг, к Украине.
Самым сложным в осуществлении этого плана была задача добиться одновременного взаимодействия всех сил — Чичагова, Витгенштейна и Платова — Милорадовича. Необходимо было преодолеть две главные трудности — объективную (сложность управления войсками — приказы М. И. Кутузова передавались с курьерами, которые могли опоздать или, хуже того, попасть в плен к противнику, и взаимодействие нарушалось) и субъективную (способность командира понять замысел главнокомандующего, умение быстро его выполнить).
Поначалу все шло как будто бы хорошо. Первым выступил из Минска к Березине 19 ноября Чичагов со своей 30-тысячнои армией. Накануне для связи с Витгенштейном он отправил на север уже хорошо нам известного А. И. Чернышева во главе одного казачьего полка. На этот раз удачливый дипломатический лазутчик должен был выполнить задачу военной разведки. Пройдя по тылам противника от Минска до деревни Чашники почти 200 км, Чернышев блестяще выполнил свою задачу. Он, в частности, установил, что тылы наполеоновской армии охраняются
3 к вон плохо, что гарнизонную службу несут преиму- сТВенно насильственно мобилизованные поляки или бе- ^русы-католики и что никакой серьезной охраны комму- никапий у противника нет — не охраняются даже мосты .
Это подтвердил и марш-бросок армии Чичагова от Мин
ска к Борисову, который охранялся польскими отрядами волонтеров Брониковского и дивизиеи Домбровского, отошедшей к Борисову после неудачной трехмесячной осады Бобруйска. Поляки не выставили охранений, и эта беспечность дорого им стоила: в 6 ч утра 21 ноября русские войска стремительным штурмом овладели Борисовом. Потеряв 2 тыс. убитыми и 2,5 тыс. пленными, поляки откатились на другой берег Березины и начали отступать в обратном направлении, на восток, навстречу остаткам армии Наполеона, которые были уже в двух дневных переходах от
Борисова.
Казалось, задача окружения и окончательного разгрома остатков наполеоновской армии близка к осуществлению. Оставалось лишь дождаться армии Витгенштейна, которая через Чернышева уже знала место соединения двух русских армий — Борисов,— и наполеоновской авантюре пришел бы конец. Чичагов настолько был уверен в успехе, что разослал из Борисова по всем окрестным местечкам и селам прокламации с приметами Наполеона: «Он роста малого, пло
тен, бледен, шея короткая и толстая, голова большая, волосы черные, для вящей надежности ловить и привозить
ко мне всех малорослых».
Но случилось обратное. Наполеон, узнав в селе Бобр о
Любопытно, что по дороге к Витгенштейну Чернышев перехватил четырех курьеров от Наполеона, везших важные донесения в Париж, а с ними — захваченного еще в октябре в Москве в плен командира войсковых партизан Винценгероде. У курьеров были отобраны пакеты, а генерала Винценгероде Чернышев взял с собой и доставил к Витгенштейну.225
Переправа через Березинузанятии Борисова армией
Картина неизвестного художника. 1-я Чичагова, понял, что ловуш- четв. XIX в.ка захлопнулась. Через
день-два к Чичагову подошел бы Витгенштейн, с юга — Кутузов с главными силами — и тогда действительно конец: не потребуется и прокламаций с его портретами, все равно придется сдаваться в плен.
Как часто бывало с ним в минуты опасности, Наполеон вновь обрел способность быстро и решительно действовать. Главное — выбить Чичагова из Борисова, пока к нему не подошло подкрепление. Сделать это своими силами Наполеон был уже не в состоянии — его 20 тыс. боеспособных солдат вряд ли могли овладеть Борисовом с ходу. Оставался последний резерв — войска Удино и Виктора, всего 25 тыс. человек, стоявшие с 14 ноября у села Череи в 20 км 226 к северу от Смоленской дороги, преграждая путь корпусу
Витгенштейна. Последний (вот он — субъективный фактор) не выполнил приказ Кутузова и топтался на месте целую неделю, хотя мог обоити французские войска с запада даже ранее Чичагова или одновременно с ним выйти к Борисову.
Зато Наполеон хорошо знал своих маршалов и генера- лоВ за 15 лет непрерывных воин они научились выполоть его приказы беспрекословно. Он приказывает Виктору оставаться у Череи, ложными действиями демонстрируя прорыв французской армии севернее Борисова, чтобы удер- жать Витгенштейна от намерения идти на помощь к Чичагову. Эта демонстрация полностью удалась — Витгенштейн продолжал стоять на месте. Между тем корпус Удино (10 тыс. солдат) был скрытно отведен к югу и 22 ноября занял село Бобр на полдороге от Орши к Борисову. Именно Удино Наполеон поручил во что бы то ни стало выбить Чичагова из Борисова, найти брод через Березину и навести мосты. Шарль Удино, как и многие наполеоновские гене
ралы, вышедшие из унтер-офицеров в период революции, не отличался глубиной военно-стратегического мышления (никакого военного образования он не получил), но был мастером в выполнении конкретных тактических задач. Кроме того, как другие маршалы Наполеона (Неи, Даву, Мюрат), происходящие из «низов», он отличался большой личной храбростью. Достаточно сказать, что за 20 лет службы в армии он получил 22 ранения (последнее — при переправе через Березину!), поскольку в решительные минуты шел впереди атакующих войск.
Удино блестяще справился с тактическим заданием Наполеона. Ночью 22 ноября он скрытно во главе своего 0-тысячного корпуса выступил из села Бобр по направлению к Березине и у деревни Лошницы в семи верстах от Борисова устроил засаду.
Чичагов между тем проявил удивительную беспечность: заняв Борисов, он не обеспечил необходимых мер
Liana \Liana \развернулиразвернулиПереправа через реку Березину Фрагмент картины П. Гесса. 1840-е гг.Переправа через реку Березину Фрагмент картины П. Гесса. 1840-е гг.Однако у деревни Лош- ницы вместо русских войск растянувшаяся по узкой доОднако у деревни Лош- ницы вместо русских войск растянувшаяся по узкой доизвещением Совершенноза всю на-извещением Совершенноза всю на-ны (артиллерия и кавалерия), бросив пехоту, коней и поскакали назад, к Борисову.Хотя Чичагов получил от Палена пакет с о засаде, войск на помощь он не выслал, растерявшись, Чичагов принял корпус Удиноны (артиллерия и кавалерия), бросив пехоту, коней и поскакали назад, к Борисову.Хотя Чичагов получил от Палена пакет с о засаде, войск на помощь он не выслал, растерявшись, Чичагов принял корпус Удинополеоновскую армию и приказал очистить Борисов. Появление кавалерии Удино в пригороде Борисова лишь усилило 229полеоновскую армию и приказал очистить Борисов. Появление кавалерии Удино в пригороде Борисова лишь усилило 229
Liana \
Liana \
развернули
развернули
Переправа через реку Березину Фрагмент картины П. Гесса. 1840-е гг.
Переправа через реку Березину Фрагмент картины П. Гесса. 1840-е гг.
Однако у деревни Лош- ницы вместо русских войск растянувшаяся по узкой до
Однако у деревни Лош- ницы вместо русских войск растянувшаяся по узкой до
извещением Совершенно
за всю на-
извещением Совершенно
за всю на-
ны (артиллерия и кавалерия), бросив пехоту, коней и поскакали назад, к Борисову.
Хотя Чичагов получил от Палена пакет с о засаде, войск на помощь он не выслал, растерявшись, Чичагов принял корпус Удино
ны (артиллерия и кавалерия), бросив пехоту, коней и поскакали назад, к Борисову.
Хотя Чичагов получил от Палена пакет с о засаде, войск на помощь он не выслал, растерявшись, Чичагов принял корпус Удино
полеоновскую армию и приказал очистить Борисов. Появление кавалерии Удино в пригороде Борисова лишь усилило 229
полеоновскую армию и приказал очистить Борисов. Появление кавалерии Удино в пригороде Борисова лишь усилило 229
предосторожности — не выставил сильного охранения, не послал во все концы разведку для установления мест истинного расположения противника. Так Чичагов, например, был уверен, что корпус Удино все еще стоит против армии Витгенштейна у Череи. Впрочем, это и неудивительно: никогда не командовавший войсками, впрочем, как и флотом, этот «сухопутный адмирал», как его прозвали в русской армии, большую часть жизни провел в министерских кабинетах и коридорах Зимне
го дворца, упражняясь в дворцовых интригах. Своему назначению командующим 3-й армией он был обязан не полководческому таланту, а письмам к Александру I, в которых постоянно хулил Кутузова. А поскольку царь и без того скрипел зубами при упоминании имени «старика», то Чичагов до его позорного провала у Березины был у Александра в фаворе.
А дальше случилось то, что и должно случиться со всяким самонадеянным и некомпетентным военачальником. Уверенный, что Наполеон у него уже в кармане, Чичагов утром 23 ноября высылает навстречу отступающим к Борисову остаткам «великой армии» 3-тысячный авангард графа Палена, намереваясь затем двинуться следом со всей своей армией. При этом Чичагов почему-то был уверен, что Витгенштейн идет к нему на помощь с севера, хотя одного казачьего разъезда было бы достаточно, чтобы установить, что Витгенштейн и не двинулся с места.
роге, обрамленной густым лесом, колонна Палена напоролась на искусно оборудованную засаду Удино. Передовые ряды русского авангарда были рассеяны залпами французских пушек. Русские орудия Пален разместил в конце колонны. Пока часть артиллеристов снимала пушки с лафетов и пыталась развернуть их жерлами к противнику, из леса налетела кавалерия Удино. Началась паника. Хвост колон-
;^^г^г^^^ Глава V " - -'jW
панику. Бросив в городе почти все свои обозы, больных и раненых русских солдат, Чичагов приказал отступить на правый, западный берег Березины, а моЬт сжечь. Один из современников отмечал: бегство было столь поспешным, что адъютанты Чичагова забыли захватить «столовый сервиз главнокомандующего», и он достался французам в качестве трофея. Адмирал очень убивался этим обстоятельством, гораздо больше, чем брошенны'ми на произвол судьбы ранеными.
Но это была только часть военной ошибки Чичагова. Он мог поправить положение, угадай заранее (т. е. имей хорошую разведку), где же будет переправляться через Березину Наполеон. Но и здесь адмирала обошел бывший унтер-офицер французской республиканской армии. Выполняя приказ Наполеона, Удино нашел брод севернее Борисова у деревни Студенки и сразу скрытно приступил к наведению переправы. Но для обмана Чичагова другую команду саперов-понтонеров он отправил южнее Борисова, к деревне Ухолод, приказав там строить ложную переправу, производя как можно больше шума. Саперы старались вовсю. Они валили деревья, разбирали избы, тащили бревна к реке, жгли костры, орали во все горло — «Скорей, скорей, сейчас подойдут главные силы». В довершение всего Удино предпринял и другую военную хитрость. Он собрал в Борисове мелких торговцев и стал расспрашивать их о кратчайшей дороге к Минску. Часть этих торговцев он оставил у себя якобы в качестве заложников, а остальных отпустил, уверенный, что они немедленно сообщат через Березину Чичагову — Наполеон намерен отступать к Минску, а для этого строит переправу южнее Борисова. Обе хитрости удались. Чичагов поверил и ложной переправе, и движению к Минску и срочно двинул в деревню Ухолод свои главные силы. Перед действительной переправой у деревни Студенки остался лишь небольшой заградительный отряд генерала Корнилова с четырьмя пушками, который,
р зумеется, не смог помешать переправе войск противника.
25 ноября в Борисов прибывает сам Наполеон. Он лично руководит 26—27 ноября постройкой двух мостов у Сту- деики — одного для пехоты, другого для кавалерии. По
стройка этих мостов — одна из героических страниц саперов французской армии: стоя по горло в ледяной воде, по которой уже шли первые льдины, они сумели в кратчайший срок, ценой больших потерь (многие замерзли, стоя в воде, и их уносила река), навести два моста, по которым остатки наполеоновской армии, около 20 тыс., включая корпус Уди- но и корпус Виктора, перешли на западный берег Березины. На восточном осталось еще около 30—35 тыс. полузамерз-
ших солдат, офицеров и отступавших с армией гражданских лиц, но они уже не интересовали Наполеона. Когда эта дикая орда кинулась 28 ноября на мосты, он приказал их поджечь. Тысячи несчастных людей погибли в давке, были
сброшены в холодную реку, их тела устилали оба берега Березины.
Однако боеспособные части Наполеону удалось переправить через Березину. Реально в этот момент ему мог помешать только Витгенштейн, но и он как военачальник оказался не лучше Чичагова. Находясь всего в нескольких верстах от Студенки, он не удосужился выслать глубокую разведку, а медленно двигался параллельно корпусу Виктора, который играл роль арьергарда остатков «великой армии». Более того, Витгенштейн умудрился 27 ноября пройти мимо Студенки к Борисову, не обнаружив переправы французских войск.
Лишь 28 ноября Чичагов и Витгенштейн поняли, что Удино вместе с Наполеоном их провели. К тому времени к Борисову подошли казаки Платова и авангард Милорадовича. Здесь они встретились с армией Витгенштейна. Но было уже поздно — обнаружения и пленения всех остатков «великой армии» не получилось.
Была еще одна возможность добить и перешедшую через
Глава V
Березину малочисленную армию Наполеона — это взорвать заранее мосты и дамбы на дороге от Студенки к местечку Зембин, как предписывал Чичагову приказ Кутузова. Позднее Наполеон признавался своему биографу генералу Жомини, что, даже переправившись через Березину, он не был уверен в спасении: достаточно было взорвать эти мосты и дамбы, и «мы погибли бы безвозвратно». Дорога на Зембин шла через еще не замерзшие болота, а сил и средств на восстановление десятков мостов у Наполеона после переправы у Березины уже не было. Но дорога на Зембин оказалась в целости и сохранности. По ней и начал Наполеон свое поспешное бегство с остатками некогда «великой армии» к Вильно.
Однако в военно-стратегическом отношении Березина означала катастрофу. Наполеон спас самого себя,, но не армию. Сообщая царю о результатах сражения у Березины с 23 ноября по 2 декабря 1812 г., Кутузов привел такие цифры: противник потерял около 50 тыс. человек, из них 25 тыс.— пленными.
Хотя в 29-м бюллетене «великой армии» Наполеон изобразил переправу через Березину как свою огромную победу, сам для себя он уже сделал вывод: «Удача, одержанная нами, только отсрочила нашу гибель, нисколько не улучшив нашего положения». (Из признания Жомини.)
Но и после переправы войска захватчиков подстерегали новые беды. Во-первых, на остатки армии Наполеона продолжали наседать преследовавшие их русские войска. Только за пять дней отступления от Березины было выведено из строя более 12 тыс. человек. Во-вторых, с 28 ноября резко усилились морозы. Если до Березины мороз не превышал — 10—12°, то с начала декабря началась настоящая русская зима — ртутный столбик опустился ниже — 25—28°. И хотя от морозов страдали и русские, но французам и другим жителям Южной Европы доставалось сильнее — они сотнями замерзали прямо на дороге: «...все
гонимся за неприятелем,— писал Кутузов жене 8 дека- g я_- и мертвыми они теря- ют еще более прежнего: так, что на одной версте от столба до столба сочли неубитых (но замерзших.— В. С.) мертвых 117 тел».
«■*f##M* ///^^■ .^MIV/W^AX* /^-«UrA #/ *»^W#M/</*N*f. &' Xy-WA/A^WTA«■*f##M* ///^^■ .^MIV/W^AX* /^-«UrA #/ *»^W#M/</*N*f. &' Xy-WA/A^WTAКутузов вКутузов вприложении кприложении ксвоему донесению об окончании войны на территории России «за полным истреблением неприятеля» переслал царю захваченные трофейные бумаги штаба бывшей «великой армии». Среди них пехотных полков за периодсвоему донесению об окончании войны на территории России «за полным истреблением неприятеля» переслал царю захваченные трофейные бумаги штаба бывшей «великой армии». Среди них пехотных полков за периодПроезд высокого путешественника от Варшавы до Парижа...Раскрашенная гравюра И. И. Теребе- нева. 1810-е гг.Карикатура на бегство Наполеона из РоссииПроезд высокого путешественника от Варшавы до Парижа...Раскрашенная гравюра И. И. Теребе- нева. 1810-е гг.Карикатура на бегство Наполеона из Россииоказался отчет о потерях трехс 17 ноября (сражение приоказался отчет о потерях трехс 17 ноября (сражение приВ начале января 1813 г.
«■*f##M* ///^^
■ .^MIV/W^AX* /^-«UrA #/ *»^W#M/</*N*f. &' Xy-WA/A^WTA
«■*f##M* ///^^
■ .^MIV/W^AX* /^-«UrA #/ *»^W#M/</*N*f. &' Xy-WA/A^WTA
Кутузов в
Кутузов в
приложении к
приложении к
своему донесению об окончании войны на территории России «за полным истреблением неприятеля» переслал царю захваченные трофейные бумаги штаба бывшей «великой армии». Среди них пехотных полков за период
своему донесению об окончании войны на территории России «за полным истреблением неприятеля» переслал царю захваченные трофейные бумаги штаба бывшей «великой армии». Среди них пехотных полков за период
Проезд высокого путешественника от Варшавы до Парижа...
Раскрашенная гравюра И. И. Теребе- нева. 1810-е гг.
Карикатура на бегство Наполеона из России
Проезд высокого путешественника от Варшавы до Парижа...
Раскрашенная гравюра И. И. Теребе- нева. 1810-е гг.
Карикатура на бегство Наполеона из России
оказался отчет о потерях трехс 17 ноября (сражение при
оказался отчет о потерях трехс 17 ноября (сражение при
На полпути леон принимает дат и уехать в объявляет своеНа полпути леон принимает дат и уехать в объявляет своеКрасном) по 27 декабря (переход их остатков через западную русскую границу). После Красного в сильно поредевших полках осталось 87 офицеров и 1022 унтер-офицера и солдата. До границы же добралось только 43 офицера и 44 солдата, а остальные 44 офицера и 978 унтер- офицера и солдата просто замерзли по дороге и на бивуаках. Последнее (гибель по ночам на бивуаках) отмечали все русские очевидцы отступления остатков «великой армии»: «...Места, где французы ночевали, обозначались грудами замерзших людей и лошадей».
На полпути леон принимает дат и уехать в объявляет свое
На полпути леон принимает дат и уехать в объявляет свое
от Зембина к Вильно, в Сморгони, Напо- решение — бросить орду замерзающих сол- Париж. На военном совете маршалов он решение, оставляя вместо себя Мюрата.
Чтобы подсластить пилюлю, Наполеон нарисовал грандиозную картину зимних квартир в Вильно (Вильнюсе) и
Ковно (Каунасе), 1де должна перезимовать его «непобе- 233
- Гшва V .
димая армия», пока он во Франции соберет новую 300-тысячную армию, чтобы весной 1813 г. снова прийти в Россию и начать все сначала. Маршалы угрюмо молчали — До «зимних» квартир еще надо дойти по такому морозу, Да и русские вряд ли оставят их до весны в покое. Но вышколенные долгой службой, они не говорили ни слова хотя каждый и понимал — это конец. Отъезд императора мог вызвать окончательное падение дисциплины у солдат, а это уже не армия, а сброд. Так оно и произошло. Едва Наполеон тайно, взяв с собой лишь Коленкура да двух наиболее доверенных генералов — адъютантов своей свиты Ж. Дюрока и Ж. Мутона, в сопровождении небольшого эскорта кавалерии ускакал из Сморгони, как в оставшихся войсках началось брожение. Солдаты, даже гвардия, проклинали своего недавнего кумира, обзывая его «египетским дезертиром» (намек на то, что в 1799 г. Наполеон точно так же бросил армию на погибель).
Дальше все произошло так, как и должно было произойти. Никто больше не слушался никаких командиров. Полномочия Мюрата не признавали даже маршалы. Принцип «Спасайся, кто может!» стал главным. 8 декабря эта «непобедимая» орда ворвалась в Вильно. Ища тепла и пищи, наполеоновские солдаты разбрелись по всему городу. Впрочем, гражд некая администрация предпочла вскоре бежать.
Начались грабежи продовольственных лавок и винных погребов. Ни о какой обороне города, а тем более о «зимних квартирах» думать не приходилось. Едва к Вильно подошли русские казаки, как наполеоновская орда бросилась из города к Ковно. Но и из Ковно 14 декабря их выбили казаки Платова. Первым скрылся за границу «главнокомандующий» Мюрат, за ним — остальные маршалы. Они бежали по льду Немана, как раз в том самом месте, где шесть месяцев назад, в июне 1812 г., победно переходили реку в надежде на быстрый разгром России. Дольше всех бился Ней — он
ссКарантин для Наполеона по возвращении его из РоссииРаскрашенная гравюра И. И. Теребе- неви. 1810-е гг.Карикатура на бегство Наполеона из РоссииКарантин для Наполеона по возвращении его из РоссииРаскрашенная гравюра И. И. Теребе- неви. 1810-е гг.Карикатура на бегство Наполеона из России40 000 войск, а вышел с 8000.40 000 войск, а вышел с 8000.
с
с
Карантин для Наполеона по возвращении его из России
Раскрашенная гравюра И. И. Теребе- неви. 1810-е гг.
Карикатура на бегство Наполеона из России
Карантин для Наполеона по возвращении его из России
Раскрашенная гравюра И. И. Теребе- неви. 1810-е гг.
Карикатура на бегство Наполеона из России
40 000 войск, а вышел с 8000.
40 000 войск, а вышел с 8000.
пытался отбить Ковно у русских, но безуспешно — весь отряд его был уничтожен. Границу Ней перешел один.
Подобной катастрофы наполеоновская Франция не знала со времени учреждения Первой империи.
Кутузов, сообщая своим родным об окончании войны в России, писал 28 декабря 1812. г.: «Неприятель очистил все наши границы. Надобно заметить, что Карл XII (шведский король, разбитый Петром I под Полтавой.— В. С. ) пошел в Россию
Наполеон же прибыл сюда с 480 000, а убежал с 20 тыс. и оставил нам, по крайней мере, 150 тыс. пленных и 850 пушек». Что стало с солдатами и офицерами «великой армии»? Больше половины погибли в боях или замерзли на обратном пути, особенно в ноябре — декабре 1812 г. на пути от Березины до русской западной границы. Но значительная часть оказалась в плену. Еще во время наступления на Москву число пленных, прежде всего за счет обозных фура-
жиров и мелких команд, отходивших в окрестные деревни за продовольствием от дорог, по которым двигалась «великая армия», постоянно росло. Уже в июле было захвачено в плен 2 тыс. человек. К сентябрю эта цифра возросла в пять раз (до Ю тыс.). В период пребывания в Москве Наполеон также потерял сотни своих фуражных команд, но особенно возросло число пленных при контрнаступлении русской
армии.
Всего, по данным штаба М. И. Кутузова, за всю Отечественную войну было взято в плен более 150 тыс. чело- 235
"" '- - Глава \
Французские гвардейцы под конвоем бабушки СпиридоновныРаскрашенная гравюра А. Г. Венецианова. 1813 г.Карикатура на бегство наполеоновской армии из РоссииФранцузские гвардейцы под конвоем бабушки СпиридоновныРаскрашенная гравюра А. Г. Венецианова. 1813 г.Карикатура на бегство наполеоновской армии из Россиивек — почти 1/3 часть «великой армии». Однако в это число входили только «зарегистрированные» пленные, т. е. те, которых конвойные команды приводили в тыл на сборные пункты, регистрировали, а затем по этапу отправляли в глубинные российские губернии, главным образом в Ярославскую, Вологодскую, Костромскую и Вятскую.
Французские гвардейцы под конвоем бабушки Спиридоновны
Раскрашенная гравюра А. Г. Венецианова. 1813 г.
Карикатура на бегство наполеоновской армии из России
Французские гвардейцы под конвоем бабушки Спиридоновны
Раскрашенная гравюра А. Г. Венецианова. 1813 г.
Карикатура на бегство наполеоновской армии из России
После сражения при Красном в ноябре, и особенно, после катастрофы у Березины и за ней, пленных
стало столько, что их уже никто не конвоировал и не считал. Русский очевидец контрнаступления вспоминал: «Однажды встретили мы двух русских баб, которые гнали дубинами, одна впереди, другая позади, десятка три оборванных, полузамерзших французов. Смотря на торжество баб, с каким они вели своих пленных неприятелей, мы не могли не смеяться, а с другой стороны, нельзя было не пожалеть об униженном
состоянии, до какого доведены эти некогда гордые завоеватели Европы».
Казаки, чаще всего конвоировавшие пленных в тыл, нередко продавали их окрестным богатым крестьянам как работников. Участник войны декабрист Н. Н. Муравьев сам слышал жалобу одного такого богатея: «Пленные вздо
рожали, к ним приступа нет, господа казачество прежде продавали их по полтине, а теперь по рублю просят». Он же вспоминал: «Многие французы почти требовали, чтобы
236 мы их в плен брали...».
Другой русский очевидец-артиллерист вспоминал, что особенно ужасная картина открылась при преследовании противника от Березины до Вильно: «Нередко попадались нам отсталые, едва движущиеся французы... Один бедняк из числа их привел нас в особенную жалость и удивление... Ноги у него до колен были вовсе отморожены, однако несчастный двигался на них, как на колодках, и еще мог сказать: «Дайте хлеба!» Солдаты остановились смотреть на него и с содроганием подавали ему сухарей».
Надо сказать, что русская армия в ноябре — декабре 1812 г. мало чем могла помочь пленным в смысле продовольствия и теплой одежды: преследование противника было столь стремительным, что армейские передвижные магазины-склады безнадежно отстали. «И мы в исходе ноября,— вспоминал участник контрнаступления, артиллерист,— стали чувствовать жестокость зимы... Солдаты наши, так же как и французы, были почернелы и укутаны в тряпки... Офицеры не лучше были одеты. Я сам едва мог уцелеть от мороза под нагольным тулупом и в двойных валенках, укутавши голову большим платком».
В этих условиях сдача в плен уже не гарантировала наполеоновским солдатам жизнь, спасение от голода и холода. «Пленных,— писал декабрист Н. Н. Муравьев,— сгоняли в одно место и потом отсылали во внутренние губернии колоннами, состоявшими из двух или трех тысяч человек, но продовольствия им, за неимением оного, не могли давать. На каждом ночлеге оставались от сих партий на снегу сотни умерших. Некоторые на походе отставали».
Вот эти отставшие, а также сотни других бывших наполеоновских солдат «великой армии», не попавшие в «официальный» плен, разбрелись по русским деревням и помещичьим усадьбам на всем протяжении бегства Наполеона от Смоленска до Вильнюса. И в окрестных деревнях крестьянские кузнецы еще долго перековывали блестящие кирасы кавалерии маршала Мюрата на большие медные сковороды 237
;^^^-^^^^ Глава V ~ ~~ ~ - —:—-
и тазы, в которых русским крестьянкам было так удобно жарить яичницу и варить варенье из спелых ягод. Именно тогда в русских и белорусских деревнях появились два новых слова — «выморозки» и «шерамыжники» (От франц.— cher ami — дорогой друг): так сердобольные крестьянки называли обессиленных от голода и холода солдат армии Наполеона. Получив временный приют и еду, эти бродячие офицеры бывшей «великой армии» стремились попасть в помещичьи усадьбы, чтобы наняться в гувернеры. Многие из них застряли здесь до конца заграничного похода русской армии, а некоторые остались в России на всю жизнь.
Известно, что со второй половины XVIII в. французский язык был общепринятой нормой общения в дворянском обществе Российской империи. Для продвижения по гражданской и военной службе, особенно в придворных кругах, вовсе не обязательно было знать хорошо русский язык, но на французском требовалось говорить и писать безукоризненно. Этим, кстати, отчасти и объясняется такое количество иностранцев (немцев, шведов, поляков, финнов и Др.) на русской гражданской и военной службе — им вовсе не обязательно было знать русский язык и русскую культуру.
Знание французского языка давалось в аристократических и дворянских семьях с детства, с помощью выписанных из Франции гувернеров и гувернанток.
Дворянство средней руки, не имевшее таких средств (гувернерам из Франции надо было платить по тем временам огромные деньги — до 1 тыс. руб. в год), стремились отдать своих чад во французские пансионы, что тоже стоило немалых денег.
А мелкопоместной мелкоте с одной-двумя деревеньками крепостных и это было не по карману. И вдруг осенью и зимой 1812 г. к ним на двор десятками полезли даровые «гувернеры», готовые за теплый кров и пищу учить их недорослей французскому языку и хорошим манерам. Сын одного из таких мелкопоместных дворян Могилевской гу-
бернии Ю. К. Арнольд, известный затем экономист, вспоминал о той поре: «Редкий был тогда (дворянский.— В. С.) ^oMj в котором не встречалось бы пленного француза: иметь у себя «своего» француза — это установилось тогда само собой для каждого «порядочного дома». И у нас, следовательно, оказался «свой» француз...»
Этим «своим французом» оказался бывший барабанщик гвардии «великой армии» Грожан, типичный наполеоновский солдат. Начал рядовым еще в войнах революции в 1792 г., участвовал в египетском походе Бонапарта, чудом уцелел (попал тогда в плен к англичанам), затем снова воевал — в русско-французской войне 1806—1807 гг., в войне с Австрией 1809 г. За долгую безупречную службу накануне похода в Россию был зачислен в гвардию барабанщиком.
С хорошими манерами, к ужасу мамаши Арнольд, Грожан был знаком весьма поверхностно, да и литературным французским языком отнюдь не блистал — как и все наполеоновские солдаты, он говорил на «арго» (жаргоне), обильно уснащенном солеными словечками, немецкими, итальянскими, испанскими, польскими словами. Но для 8-летнего дворянского сыночка такой «гувернер» был настоящей находкой. Он с утра и до вечера вместо уроков французского языка рассказывал мальчику бесчисленные военные истории, учил плавать, разжигать костер, ставить палатку, а также обучил его выбивать на игрушечном барабане все воинские команды: «дробь», «раскаты», «Слушайте все!», «В атаку!», «Отбой!» и т. д. Грожан был далеко не исключением. Оказался «свой» француз и в семье М. Ю. Лермонтова, правда более образованный, чем гвардейский барабанщик,— раненый офицер наполеоновской гвардии Капе. Он оказал большое влияние на Лермонтова-мальчика, что позднее сказалось и на его поэтическом творчестве (восхищение Бонапартом как «гением эпохи»).
Но такие, как Капе, были скорее исключением. Типич- 239
= Глава V ■■ —
ным являлся Грожан. Другой современник той поры писал- «Просветителями этой эпохи сделались бессмысленные остатки от разбитой наполеоновской армии, когда пленных французов разбирали нарасхват и вверяли им своих детей».
Первое время царскому правительству было не до этих разбежавшихся по окрестным от Смоленской дороги селам и деревням «гувернеров» или работников у богатых мужиков (чаще всего в их число попадали немцы, португальцы, голландцы, испанцы и другие иностранные элементы «великой армии», вообще не владевшие французским языком), дай бог управиться с этой огромной армией в 150 тыс. только «зарегистрированных» пленных.
Прежде всего, русские власти начали сортировать пленных по национальной принадлежности, выделяя из них тех, кто попал в наполеоновскую армию по принуждению. Поскольку с изгнанием Наполеона из России война с ним не кончилась и предстоял еще поход в Европу, из этих пленных началось формирование воинских частей для участия в заграничной кампании на стороне России и ее будущих союзников.
Первым еще в конце 1812—начале 1813 г. был сформирован испано-португальский полк в составе 2 тыс. человек. В Испании продолжалась партизанская война, а в Португалии французские войска никак не могли справиться с английским экспедиционным корпусом. На его поддержку и был отправлен на английских судах в июне 1813 г. на Пиренейский полуостров этот первый легион из бывших военнопленных «великой армии», получивший название «Александровский полк» (в честь Александра I). В сентябре 1813 г. и летом 1814 г. туда же было отправлено из России еще два испано-португальских отряда из тех 4 тыс. пленных испанцев и португальцев, что входили в 15-тысячный испано-португальский корпус «великой армии» в момент вторжения в Россию.
По аналогичному образцу в начале 1813 г. был создан
российско-германский легион (4 тыс. человек), состоявший из пленных или перешедших на русскую сторону немцев, подвластных Наполеону княжеств Германии. Сформированный в Риге и Ревеле , этот легион на русских военно-транспортных судах под командованием адмирала Д. Н. Сеня- вина перевозился в Швецию и там вооружался.
В марте 1813 г. легион был снова переброшен в Россию и принял участие в боях на стороне противников Наполеона в Пруссии. Надо сказать, что немецкие части «великой армии» оказались для Наполеона самыми ненадежными, особенно баварцы. При переправе через Березину, например, два баварских полка отказались выполнять приказы французских генералов и в полном составе сдались в плен.
Была сделана также попытка сформировать антинапо- леоновский франко-итальянский легион в Орле, куда по приказу Кутузова после сражения у Красного в ноябре 1812 г. было направлено до 6 тыс. пленных. Однако массовой записи в этот легион не последовало, и идею эту пришлось русским властям оставить.
Но формирование антинаполеоновских иностранных легионов не решало всей проблемы пленных — они поглотили всего 10—12 тыс. человек, а остальные 138—140 тыс. (не считая разбежавшихся по помещичьим усадьбам «выморозков») — что делать с ними?
Держать такую громадную армию еще вполне здоровых мужчин в лагерях и кормить их задаром? Это было слишком накладно для казны, особенно когда с началом заграничного похода в Европу военные расходы не только не уменьшились, но даже возросли. Поскольку в понятиях того времени солдат, да еще грамотный, относился к разряду «мастеровых» (еще бы, умел владеть ружьем или даже пушкой!), министр полиции С. К. Вязьмитинов, в ведении которого находились пленные в тылу, распорядился при-
241241Сейчас Таллин.
241
241
.. Iim, ^ - Глава V ——г—
писывать их к мануфактурам или заводам на Урале, преимущественно казенным, но и частным тоже. И хотя Вязь- митинов специально предписывал губернаторам, чтобы они наставляли управляющих и владельцев мануфактур и заводов, что пленные из «великой армии» — это «вольные люди», практика их использования свидетельствовала об обратном: не имея опыта работы с людьми по вольному найму, администрация обращалась с ними как с обычными русскими крепостными — морила голодом, била, загружала непосильной работой и т. д. В результате в лагерях военнопленных (особенно на Урале) начались бунты. Они грозили нарушить тот временный социальный «мир», который так нужен был самодержавию на период напряженной войны за окончательный разгром империи Наполеона. Самым тревожным в этих бунтах был тот факт, что пленные французы устанавливали контакты с русскими крепостными (например, на уральских Горноблагодатских железоделательных заводах весной 1813 г.).
Не лучше было и положение «выморозков» в западных губерниях России — те из них, кто не попал в «гувернеры», нередко записывались помещиками в свои крепостные.
Поскольку пленные, хотя и не в таких количествах, как осенью и зимой 1812 г., продолжали поступать и в начале заграничного похода, властям пришлось искать какое-то кардинальное решение всей проблемы. И здесь был использован опыт приглашения иностранных колонистов на постоянное жительство в Россию. Известно, что после присоединения к России в последней трети XVIII в. Украины, Крыма, Кубани Екатерина II активно поощряла заселение этих плодородных, но безлюдных районов как русскими и украинцами, так и выходцами с Балкан (греки, болгары, сербы), из Австрийской империи (чехи, словаки), германских княжеств (немцы). Иностранные колонисты получали от царского правительства немало льгот (статут свободных хлебопашцев, свободу вероисповедания, отмену уплаты на-
логов на ряд лет, право обучения детей на родном языке, освобождение от рекрутчины и т. д.).
Александр I продолжил практику своей бабки (указ 1804 г.). В 1813 г. те же принципы были распространены на военнопленных бывшей «великой армии» Наполеона.
16 июля 1813 г. Вязьмитинов рассылает генерал-губернаторам циркуляр «О желающих присягнуть на подданство России». Циркуляр разрешил принимать наполеоновских военнопленных в русское подданство на основе указа 1804 г. Однако указ 1804 г. касался главным образом условий приема для сельскохозяйственных колонистов, а большинство пленных предпочитало жить не в деревне, а в городе. Тогда в ноябре 1813 г. Комитет министров принимает специальные «Правила, коими руководствоваться, принимая военнопленных в подданство России». Эти «Правила...» выражали попытки властей приспособиться к развивающимся в России капиталистическим отношениям, включить огромную массу выходцев из буржуазных и мелкобуржуазных (свободное крестьянство) слоев, каковыми являлись бывшие солдаты и офицеры Наполеона, в орбиту промышленных и торгово-капиталистических связей страны.
«Правила...» разрешали два вида подданства — «временное» (на определенный срок) и «вечное». Оба вида мог принять любой пленный солдат и офицер. При этом он должен был выбрать род занятий и приписаться к одному из «состояний» (крестьяне, мещане, дворяне — последнее касалось, разумеется, только офицеров). После этого новообращенным «временным» или «вечным» подданным разрешалось избрать любое место жительства в Российской империи, кроме западных приграничных губерний (Польша, Прибалтика, Финляндия, Бессарабия и др.) и обеих столиц — Петербурга и Москвы. На всех принявших русское подданство военнопленных распространялись условия указа 1804 г. (статут свободных людей, свобода вероисповедания, освобождение от рекрутской повинности и т. д.), но вво- 243
-—-^ Глава \ ^^^^^^.^
дили и ряд дополнительных льгот. В частности, те, кто заводил свое «дело» (торговлю, сельхозферму, ремесленную мастерскую и др.), освобождались на 10 лет от любых налогов «для обзаведения домом и хозяйством». Те же из военнопленных, что шли в мастеровые, получили неведомое до сих пор не только в России, но и в странах Западной Европы право на заключение письменного контракта (договора) об условиях найма на работу на завод или мануфактуру.
«Правила...» были переведены на французский и немецкий языки и опубликованы в русских газетах. С конца 1813 г. начался массовый прием пленных в русское подданство. Большинство, правда, предпочли избрать его «временное состояние» (на 2—3 года), и в 1814—1815 гг., когда Александр I решил вернуть военнопленных домой, возвратились во Францию и другие страны бывшей наполеоновской империи.
Однако немалое число, особенно те солдаты и офицеры, которые давно порвали с родиной, не имели семьи или родителей, предпочли навсегда остаться в России, тем более что указ царя от 29 августа 1814 года о репатриации пленных носил необязательный характер («буде пожелают»). По сути, репатриация охватила тех солдат и офицеров, которые или приняли «временное подданство», или еще не приняли никакого. Но даже среди возвращавшихся на родину было немало колеблющихся. Новгородский генерал- губернатор сообщал в Петербург в августе 1814 г., что «из проходящих через Новгородскую губернию партий военнопленных, возвращающихся в свое отечество, некоторые объявляют желание, а иные отстают от партий для того токмо, чтобы присягнуть на верность подданства России».
Судя по материалам переписи («Дело о французах, проживающих в России»), которую по распоряжению Николая I в 1826—1829 и 1830—1837 гг. негласно провело III жандармское отделение, число оставшихся солдат и
офицеров «великой армии» было весьма значительным, причем и после репатриации 1814—1815 гг. прием в подданство России не был закрыт. Например, даже в 1816 г. Комитет министров слушал прошение трех бывших солдат Наполеона, которые с 1812 г. проживали в Ярославле. Солдаты просили принять их в «вечное» подданство, приписать к сословию крестьян и дать земельные участки на Алтае (входил тогда в Томскую губернию). Комитет удовлетворил их просьбу, выдал каждому ссуду по 350 руб. с рассрочкой выплаты на три года и освободил от податей на пять лет «по обыкновенному положению для колонистов-переселенцев». В мае 1817 г. томский губернатор сообщил в Комитет министров, что «три помянутых военнопленных француза водворились уже в Бийском уезде, приняли греко-российскую веру и занимаются хлебопашеством».
В том же «Деле о французах, проживающих в России» содержатся любопытные сведения и о других оставшихся навсегда солдатах и офицерах разгромленной «великой армии». Так, в 1836 г. в Воронеже проживал Карл (Шарль) Иванович (сын Жака) Журданов (Журдан), родившийся во Франции в 1793 г., взят в плен в августе 1812 г., принял присягу на «вечное подданство России» в Курске в 1816 г., имеет жену Наталью, «природную россиянку», и четверых детей, служит чиновником 8-го класса в губернском управлении Воронежа.
Для многих наполеоновских солдат, по приказу Наполеона с огнем и мечом пришедших в 1812 г. в Россию, она навсегда стала второй родиной. Даже спустя четверть века после окончания Отечественной войны, в 1837 г., в Москве и Московской губернии на 350 тыс. русского населения приходилось 3229 иностранцев, из которых 2/3 составляли бывшие наполеоновские солдаты или их дети. Причем большая часть этих солдат была занята на фабриках, где многие дослужились до мастеров, управляющих или даже стали собственниками-фабрикантами.245
Документы эпохи
Обращение М. И. Кутузова к армиис началом контрнаступления, 19/31 октября 1812 г.
...Наполеон, не усматривая впереди ничего другого, как продолжение ужасной народной войны, способной в краткое врем; уничтожить всю его армию, видя в каждом жителе воина, общую непреклонность на все его обольщения, решимость всех сословий грудью стоять за любезное отечество, постигнув, наконец, всю суетность дерзкой его мысли: одним занятием Москвы поколебать Россию, предпринял поспешное отступление вспять. Теперь мы преследуем силы его, когда в то же время другие наши армии снова заняли край Литовскии и будут содействовать нам к конечному истреблению врага, дерзнувшего угрожать России. В бегстве своем оставляет он обозы, взрывает ящики со снарядами и покидает сокровища, из храмов божьих похищенные. Уже Наполеон слышит ропот в рядах своего воинства, уже начались побеги, голод и беспорядки всякого рода.
Воины! Потщимся выполнить сие, и Россия будет нами довольна, и прочный мир водворится в неизмеримых ее пределах.
Фельдмаршал Кутузов:
Сб. документов и материалов.— М., 1947.— С. 214.
Зверства наполеоновской армии при отступлении из России
Из воспоминании Е. Лабома
В ночь на 26 октября (отступая от Малоярославца.— В. С.) мы подошли к селу Уваровскому и были удивлены, увидев село в огне... Нам сказали, что был отдан приказ Наполеона сжигать все находившееся на нашей дороге... Теперь мы видели горящими все села, в домах которых мы несколько дней тому назад отдыхали... Французы в России. 1812 год по воспоминаниям современников- иностранцев.— М., 1912.— Ч. II.— С. 153.
Разложение наполеоновской армии
Из воспоминаний генерала А.-Г. Жомини
Итак, в Смоленске надежды не осуществились и вместо ожидаемого изобилия увидели только сцены отчаяния. В тех отдельных бандах, которыя входили в Смоленск, трудно было признать ар-
миЮ- Трехдневного мороза, даже не особенно сильнаго до сих пор, было достаточно, чтобы дезорганизовать часть армии. Уже было брошено 200 орудий за недостатком упряжных лошадей. Во время кампании Голландской 1795 г. и Прусской 1307 г. мороз был сильней, чем в период до Бер зины. Разстройство армии, до котораго она теперь дошла, было вызвано отсутствием продовольствия и тем обстоятельством, что она была составлена из 20 разнородных национальностей. Вследствие невозможности производить хоть сколько- нибудь правильную раздачу, начальники были вынуждены допускать отлучки солдат от своих команд за поисками продовольствия. Каждый вышедший из рядов солдат, если он не попадал в руки казаков, был уже не в состоянии нагнать свою часть. Вестфальцы, саксонцы, голландцы, итальянцы, испанцы, португальцы, поляки, даже французы, перемешавшись между собой, шли толпой в 30—40 тысяч человек. Эта толпа никому не подчинялась и думала только о том, как бы добыть средства, чтобы не умереть от голода и холода. Всякий, кто вследствие холода или усталости отставал от своей части, попадал в эту дезорганизованную массу. Она увеличивалась с каждым переходом и, в конце концов, надо в этом сознаться, постепенно втянула в себя всю армию, особенно после сражения под Красным.•
Французы в России. 1812 год по воспоминаниям современников-иностранцев.— М., 1912.— Ч. III.— С. 4.
Проклятья солдат и офицеров по адресу Наполеонапосле Березины
Из мемуаров офицера «великой армии» Ноэля
Вот каковы были результаты этой бессмысленной войны! Вот до чего безумное тщеславие одного человека могло довести солдат, входивших когда-то победителями почти во все города Европы, сумевших защитить Францию от всех ее внешних врагов и вовлеченных теперь в эту пагубную для них кампанию с целью единственно завоевания. Я проклинал тщеславие! Мне страшно было подумать о тех последствиях, которые могли произойти от случившегося, я вспоминал товарищей, пришедших сюда в Россию, большинство которых не вернется на родину.
Французы в России. 1812 год по воспоминаниям современников-иностранцев.— М., 1912.— Ч. III.— С. 317—318.
Памятник М. И. Кутузову рядом с музеем-панорамой «Бородинская битва»
Скульптор Н. Томский.
Архитектор Л Голубовский.
1973 г.
Отечественная война 1812 года имела огромное международное значение. Русская армия и ополчение не остановились на границах России, а пошли дальше (заграничный поход 1813—1814 гг.) —освобождать народы Европы от наполеоновского ига. «Русская кампания 1812 г. поставила Россию в центре войны...,— писал Ф. Энгельс.— Русские войска составляли основное ядро, вокруг которого лишь позднее сгруппировались пруссаки, австрийцы и остальные» (Маркс К., Энгельс Ф. Соч.— 2-е изд.— Т. 7.— С. 502).
Разгром наполеоновской армии на полях России вызвал национально-освободительный подъем порабощенных империей Наполеона народов Европы. М. И. Кутузов, который возглавлял этот освободительный поход русской армии на первом его этапе, писал 24 марта 1813 г. одной из своих дочерей из Пруссии: «Дух в пруссаках такой, что надобно на всяком шагу удивляться. Дворяне лучших фамилий служат рядовыми на свой кошт в солдатских мундирах, и ежели заметят молодого человека с руками и ногами дома, то тот обруган навеки».
249249Популярность самого Кутузова в Германии была невероятной. За две недели до смерти он сам со смешанным чувством удивления (за себя) и гордости (за свою Отчизну) писал в сугубо частном письме своей жене: «На улицах кричат: «Виват, Кутузов! Да здравствует великий старик!». Иные просто кричат: «Виват, наш дедушка Кутузов!». Этого описать нельзя...».
249
249
Начавшись в России, этот освободительный подъем порабощенных европейских народов, поддержанный мощью всей русской армии и ее союзников, смел империю Наполеона в 1814 г. Как подчеркивал В. И. Ленин, «вся история освободительных войн показывает нам, что если эти войны захватывали широкие массы, то освобождение наступало быстро» (Ленин В. И. Поли. собр. соч.— Т. 36.— С. 23—24 ).
Отечественная война 1812 года и заграничные походы 1813—1814 гг. оставили глубочайший след в истории и общественном сознании народов России. «Двенадцатый год,— писал великий русский демократ В. Г. Белинский,— был великою эпохою в жизни России... Напряженная борьба насмерть с Наполеоном пробудила дремавшие силы России и заставила ее увидеть в себе силы и средства, которые она дотоле сама в себе не подозревала».
Первой такой революционной силой России стали декабристы — участники Отечественной войны 1812 года. Все они были подлинными патриотами, не жалевшими своей жизни в сражениях за Отчизну. Среди награжденных мы видим будущего руководителя Южного общества П. И. Пестеля (золотое оружие «За храбрость» и пять орденов), декабристов Сергея Муравьева-Апостола (золотое оружие и два ордена), А. Н. Муравьева, С. П. Трубецкого, И. Д. Якушкина и многих других.
Наряду с другими активными участниками Отечественной войны в действующей армии, партизанских отрядах и ополчении (генерал А. П. Ермолов, Денис Давыдов, автор «Горе от ума» поэт А. С. Грибоедов и др.) будущие декабристы были одними из первых, кто призывал внимательно изучать опыт войны 12-го года и донести его до потомков. Подпоручик Н. М. Муравьев уже в 1816 г. опубликовал в журнале «Сын Отечества» большую статью, где призывал не предавать забвению военный опыт великих русских полководцев Румянцева, Суворова, Кутузова. «...Муза истории дремлет у нас, в России»,— с горечью восклицал автор. Декабрист Ф. Н. Глинка одним из первых отклик-
нулся на этот призыв своими «Записками русского офицера» и другими работами. Вслед за ним теоретическое осмысление военно-патриотического опыта войны 12-го года и заграничных походов предприняли будущие декабристы П. И. Пестель, Н. М. Муравьев, В. И. Штейнгель, Н. И. Тургенев, И. Г. Бурцов и другие.
Опираясь на их труды, великий русский революционный демократ Н. Г. Чернышевский позднее писал: «Главнейшими же причинами нашего торжества в 1812 году должны быть признаваемы... патриотизм народа, мужество наших армий и искусство наших полководцев».
Эти патриотические традиции вновь возродились в период Великой Отечественной войны 1941 —1945 гг. В июле 1942 г. был учрежден военный орден М. И. Кутузова для награждения генералов и старших офицеров за успешную разработку и проведение планов военных операций. За годы войны орденом Кутузова было награждено 6986 генералов и офицеров.
Глубоко символично, что кодовые названия военных операций в 1943—1945 гг. носили имена выдающихся русских полководцев — операции «Багратион», «Суворов», «Кутузов», «Румянцев».
Подвиг героев «грозы 12-го года» давно прославлен в нашей стране. В России широко было отпраздновано 100-летие Отечественной войны в 1912 г. Именно тогда выдающийся художник-баталист академик Ф. А. Рубо создал свою знаменитую панораму «Бородинская битва» (тогда она размещалась на Чистых прудах в Москве в здании временной деревянной панорамы). В том же 1912 г. в тогдашнем Подмосковье на Дорогомиловском тракте в деревне Фили была отреставрирована «Кутузовская изба» (построенная в 1887 г. точная копия сгоревшей в 1868 г. избы крестьянина Фролова, где проходил знаменитый совет в Филях), а рядом с ней музей-часовня — первый в России музей в честь М. И. Кутузова.
Большие мемориальные работы были проведены на Бородинском поле, что находилось тогда, в 1912 г., в Мо-
жайском уезде Московской губернии. На добровольные пожертвования был создан музей «На поле Бородинском»; потомки солдат и офицеров тех полков, что сражались здесь 7 сентября 1812 г., воздвигли им свои памятники. Не забыты были и павшие воины неприятеля — над их братской могилой был насыпан курган, на вершине которого был установлен памятник-обелиск с белым наполеоновским орлом на оконечности шпиля1.
Однако подлинная слава к героям Отечественной войны пришла только в советское время. С 1962 г., когда в стране был торжественно отмечен 150-летний юбилей 1812 г., Москва стала главным мемориальным центром памяти этого выдающегося события.
18 октября 1962 г. рядом с «Кутузовской избой» было торжественно открыто величественное здание музея-панорамы «Бородинская битва», где навечно разместилось бессмертное полотно Рубо. Здания «Кутузовской избы» и панорамы стали как бы центром, вокруг которого постепенно стали восстанавливаться дорогие народам России реликвии героического прошлого. ,В 1958 г. у избы был открыт памятник-бюст М. И. Кутузова работы известного советского скульптора Н. В. Томского. Деньги на памятник собирали еще в 1912—1916 гг., но разразившаяся первая мировая война помешала осуществлению этого замысла. В 1973 г. Н. В. Томский соорудил величественный конный памятник М. И. Кутузову, над которым он трудился почти 30 лет. Памятник установлен перед зданием музея-панорамы «Бородинская битва». Цоколь памятника обрамляют 26 фигур, изображающих участников Отечественной войны — унтер-офицеров, солдат, партизан, генералов-полководцев.
Нынешний облик всего этого комплекса вокруг музея- панорамы «Бородинская битва» в начале Кутузовского проспекта Москвы сегодня невозможно представить без Три-
В 1975 г. эту могилу посетил президент Французской республики Валери Жискар д’Эстен; в память об этом визите на обелиске осталась небольшая меднай дощечка.
умфальной арки в честь возвращения из заграничного похода героев 12-го года.
Эта арка, которая была первоначально сооружена в 1834 г. по проекту выдающегося русского архитектора О. И. Бове при въезде на Тверскую (ныне ул. Горького) улицу у Белорусского вокзала, а в 1936 г. в связи с реконструкцией Москвы была разобрана, 6 ноября 1968 г. была заново открыта при въезде в Москву со стороны Смоленска, на Поклонной горе.
И глубоко символично, что неподалеку от комплекса музея-панорамы «Бородинская битва», всего в нескольких сотнях метров от Триумфальной арки, там же, на бывшей Поклонной горе, сооружается величественный «Мемориал Победы» в другой Отечественной войне, Великой Отечественной 1941 —1945 гг.
6 сентября 1987 г. на Бородинском поле под Можайском в присутствии руководителей партии и правительства состоялись торжественный митинг и красочное театрализованное представление в честь 175-летия Бородинской битвы.
Торжествам предшествовали большие реставрационные работы на поле: была восстановлена точная копия главного монумента битвы и могила генерала П. И. Багратиона, сооруженные еще в 1839 г. Проведена полная реставрация бывшего Спасо-Бородинского женского монастыря, обновлены надписи на многих памятниках, установленных в 1912 г. потомками доблестных участников битвы.
Всенародное празднование 175-летнего юбилея Бородинской битвы еще раз подтвердило пророческие слова героя Отечественной войны 1812 года генерала Я. П. Кульнева: «Герой, служащий Отечеству, никогда не умирает и оживает
в потомстве».
Литература для дополнительного чтения
Абалихин Б. С. Героическая эпопея народного подвига.
М„ 1987.
Бородино: 1812 год: Альбом.— М., 1987.
Бородинская панорама: Путеводитель.— М., 1985.
Герои 1812 года.— М., 1987., •
Глинка В. М., Помарнацкий А. В. Военная галерея
Зимнего Дворца.— Л., 1981.
Глинка Ф. Н. Письма русского офицера.— М., 1985.
Давыдов Д. Военные записки.— М., 1982.
Дневник Александра Чичерина, 1812—1813 гг.— М., 1966.
Дурова Н. А. Избранное.— М , 1984.
Жилин П. А. Фельдмаршал М. И. Кутузов.— М., 1987.
Клятву верности сдержали: 1812 год в русской литературе Сост.
В. Н. Балязин, С. Р. Серков.— М., 1987.
Кузнецов А. А. Ордена и медали России.— М., 1985.
Манфред А. 3. Наполеон Бонапарт.— М., 1986.
Мелентьев В. Д. Кутузов в Петербурге.— Л., 1986.
Недаром помнит вся Россия / Сост. И. А. Езерская, Ю. Ф. Прудников: Альбом.— М., 1986.
«...Отпустил я вечно на волю...» // Новый мир.— 1987.— № 8.
Раковский Л. И. Кутузов.— Л., 1986.
Ростунов И. И. Отечественная война 1812 года.— М., 1987.
Смирнов А. А. Москва — героям 1812 года.— М., 1981.
и р о т к и н В. Г. Дуэль двух дипломатии' Россия и Франция в 1801—1812 гг.— М., 1966.
В.Г.Сироткин ОТЕЧЕСТВЕННАЯ
ВОЙНА 1812 ГОДА
От автора 3
Глава IДипломатическая дуэль
кануна войны7
Глава IIОт Немана до Смоленска29
Планы сторон31
Начало войны37
Глава IIIНазначение М.И.Кутузова
главнокомандующим73
Бородинская битва85
«С потерей Москвы не потеряна Россия »133
Глава IVНаполеоновская
пропаганда в 1812 году157
Партизанская война170
Народное ополчение187
Глава VКонтрнаступление
русской армии199
Изгнание захватчиков209
Заключение 249
Литература для дополнительного чтения254
Учебное издание
Сироткин Владлен Георгиевич
ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ВОЙНА 1812 года
Зав. редакцией
А. И. CAMCOIЮВРедактор
Е. Л. КОСАРЕВА
Фотограф
А. В. ЛОМ АН ЦО В
Художественный редактор
М. Я. ТУРБОВСКОЙ
Технический редакторН. Т. РУДНИКОВАКорректор
И. Н. ПАНКОВА
ИБ № 10044
Сдано в набор 22.04.87. Подписано к печати 26.01.88. А05620. Формат 70хЮ0’/32.
Бум. офсетная № 1. Гарнит. академ. Печать офсетная. Усл. печ. л. 10,04-1-0.16 ф.
Усл. кр.-отт. 42.25. Уч.-изд. л. 12,49 + 0,25 ф. Тираж 100 000 экз. Заказ № 1669.
Цена 1 руб.
Ордена Трудового Красного Знамени издательство «Просвещение» Государственного комитета РСФСР по делам издательств, полиграфии и книжной торговли. 129846,
Москва, 3-й проезд Марьиной рощи. 41.
Отпечатано с диапозитивов ордена Трудового Красного Знамени ПО «Детская книга» Росглавполиграфпрома Государственного комитета РСФСР по делам издательств, полиграфии и книжной торговли. 127018, Москва, Сущевский вал, 49; на Калининском ордена Трудового Красного Знамени полиграфкомбинате детской литературы им. 50-летия СССР Росглавполиграфпрома Госкомиздата РСФСР. 170040, Калинин, проспект 50-летия Октября, 46.
1 Люнет — тип полевого укрепления с двумя и более углами
102 и открытым въездом.
1 На самом деле Богарне, отправившийся на разведку при первых известиях о рейде русской конницы, попал в один из полков дивизии Дельзона в окружение русских гусар. Они не смогли пробить каре французской пехоты, и Богарне благополучно выпу- 116" тался целым и невредимым из этой переделки.
2 Теперь — Садовое кольцо.