Выдающиеся шахматисты мира

ВЫДАЮЩИЕСЯ ШАХМАТИСТЫ МИРА

Б С. ВАЙНШТЕЙН

МЫСЛИТЕЛЬ

МОСКВА «ФИЗКУЛЬТУРА И СПОРТ» 1981

ББК 75.581 В 14

Вайнштейн Б. С.

В 14 Мыслитель.— М.: Физкультура и спорт, 1981. —287 с., ил., портр., факс.— (Выдающиеся шахматисты мира).

Книга доктора экономических наук и шахматного литератора Б. Вайнштейна посвящена второму чемпиону мира Эм. Ласкеру, удерживавшему высокий титул в течение 2 7 лет. Автор обстоятельно прослеживает все этапы его необыкновенной спортивной карьеры, показывает его не только как шахматиста, но и как ученого-философа и математика. В книге приводятся 108 партий Эм. Ласкера, из них 47 прокомментированы таким образом, что каждая представляет собой как бы новеллу из жизни великого шахматиста.

Книга предназначена для высококвалифицированных шахматистов.

в S^ 1*9-814202000000ББК 75.581

009(01)-817АОЛ

(С Издательство «Физкультура к спорт», 1981 г.

ВВЕДЕНИЕ

Сегодня, начиная повесть о великом шахматном мыслителе, я снова и снова вспоминаю картину триумфа, которым завершилась карьера Эмануила Ласкера. Прошло 45 лет с того мартовского дня, прошла целая жизнь, а я вижу все это отчетливо и ясно, будто яркий, цветной сон.

Громадный вестибюль Музея изящных искусств им. А. С. Пушкина. Покрытая ковром парадная дворцовая лестница, ведущая с галереи вниз, и множество застывших в ожидании людей. И вот на лестнице появляется невысокий пожилой человек. С плащом, перекинутым через руку, он спускается легкой неторопливой походкой. Народ на лестнице расступается, и по этому проходу он плывет, как ладья меж берегов. Волна радости сопровождает его:

— Ласкер, браво!

— Спасибо, Ласкер!

Он улыбается, но уголки губ, как и концы усов, слегка опущены вниз, и это придает улыбке привкус грусти. Он идет, принимая радость окружающих, собирая ее, как в фокус сферического зеркала, и отражая обратно с умноженной силой. И чувствуется, что именно этот пожилой мудрец — подлинный герой турнира.

Как раз тогда, как мне кажется сегодня, я понял, что Ласкер раздвинул временные границы интеллектуальной силы человека. Если он до конца жизни сумел сохранить всю свою духовную силу, значит, каждый из нас сможет и через 50 лет жить не как угасающий, дряхлый старик, но как юноша, возмужавший в борьбе, до конца раскрывая всю полноту своих дарований в труде, в науке, в шахматах.

...Ласкер только что закончил свою последнюю в турнире партию — с гроссмейстером В. Пирцем. В какой-то момент он бросил на него быстрый взгляд с оттенком недоумения и даже строгости. Это могло бы означать: «В какую-то странную игру вы со мной играете, молодой человек. Не слишком ли много вы позволяете этому дерзкому коню? Уж не думаете ли вы, что старый Ласкер ни на что не способен?» Затем, откинувшись на спинку стула, Ласкер почти что сбоку, как бы в профиль, посмотрел на доску, желая, быть мо-

жет, глубже проникнуть в позицию, глядя на нее со стороны. И после некоторого раздумья — внезапная жертва качества, рассчитанная в сложных вариантах на десяток ходов вперед, чуть ли не до мата! И Пирц, который на 39 лет моложе Ласкера, так и не успев, наверное, понять толком, что произошло, с удивлением и восторгом произносит: «Сдаюсь...»

Между тем Ласкер приближается и проходит почти рядом со мной. Я в то время еще не был знаком с ним, но обращаюсь к нему и говорю негромко:

— Долгой вам жизни, Эмануил.

Мне хочется думать, что он слышал.

Не раз впоследствии я пытался постичь тайну Ласкера, тайну многолетней интенсивности его могучего интеллекта. Я стремился понять содержание и сущность его неиссякаемой шахматной силы, раскрыть психологическую подоснову его неповторимых успехов...

И вот я получил возможность написать эту книгу. Удался ли мой замысел? Достиг ли я цели — поделиться с читателем тем, что собирал много лет? Я знаю, что сделал немного, но сделал все, что мог...

Я многим обязан своим друзьям — мастеру Я. И. Нейштадту, международному мастеру А. М. Константинопольскому, гроссмейстеру Д. И. Бронштейну, профессору В. П. Малкину, которые по- товарищески строго прочли рукопись и помогли устранить в ней погрешности и ошибки. Хотелось бы также отдать должное памяти шахматистов старшего поколения — С. Н. Фреймана, Ф. И. Дуз- Хотимирского, И. Л. Майзелиса. Они были современниками Ласкера, и без их доброжелательных воспоминаний эта книга потеряла бы очень многое.

Б. Вайнштейн

«ЗДРАВЫЙ СМЫСЛ! В ШАХМАТАХ»

МИРОВОЗЗРЕНИЕ ЭМАНУИЛА ЛАСКЕРА

Эмануил Ласкер — первый из шахматистов нашего века, кто последовательно и логически строго изложил свое шахматное мировоззрение и, базируясь на нем, достиг успехов, которые никому не удалось повторить и, вероятно, никогда не удастся. Разумеется, мировоззрения самого по себе еще недостаточно для того, чтобы стать чемпионом мира, удерживать в борьбе это звание 27 лет и еще после этого более десяти лет оставаться в ряду сильнейших шахматистов мира. Требуются и такие качества, как природный талант и глубокие знания, владение техникой и огромное трудолюбие, объективная оценка партнеров и критическое отношение к самому себе, непреклонное стремление к победе и, быть может, какие-то иные, неведомые нам или еще не вполне изученные интеллектуальные и психологические качества. Но для Ласкера именно законченное мировоззрение было тем ядром, вокруг которого вращались и взаимодействовали все другие ком

поненты шахматной силы. Конечно, у Ласкера были предшественники. Сам он честь открытия принципов шахматной теории отдавал Стейницу. О своей победе над ним Ласкер сказал: «Мыслитель был побежден игроком». Это была благородная дань ушедшему чемпиону, но в действительности Ласкер, конечно же, не уступал ему как мыслитель и безмерно обогатил самобытную, но, мы сказали бы, одностороннюю логику Стейница.

Шахматная история знает и победу игрока над мыслителем, как это случилось в матче Ласкер — Капабланка. Но ведь то был игрок божией милостью, одаренный несравненной природной интуицией, который с улыбкой, без видимого напряжения мог рассчитать чуть ли не 20-ходовую комбинацию или, спасая безнадежную партию в жестоком цейтноте, сделать десяток единственных ходов, не переставая каллиграфическим почерком вести запись. Однако и этот Игрок никогда ни в одном турнире со дня своего появления на шахматной арене и вплоть до 1936 года не мог опередить Мыслителя.

Да, Стейниц поистине был основателем новой позиционной школы, и в этом его величие, признанное поколениями мастеров. Но мировоззрение Ласкера богаче, ибо, в отличие от теории Стейница, оно охватывает не только область логики и правила тождественных преобразований шахматных позиций, но также принципы комбинационной и психологической борьбы, в которых использование позиционных преимуществ, расчет и фантазия сочетаются с проникновением в замыслы партнеров.

Ласкер раскрыл существенное содержание комбинации, а именно — справедливое разрешение конфликта на шахматной доске. Он ввел понятие «мотивы комбинации», расширил мысль Стейница о том, что комбинация возникает лишь на основе объективно обусловленных предпосылок, провел границу между комбинацией, в которой воплощена сила интеллекта, и ловушкой, отражающей лишь хитрость и интригу.

Этим не исчерпывается богатство шахматного мировоззрения Ласкера. Если бы он владел только тонкостями позиционной и комбинационной игры, то стал бы сильным, в лучшем случае очень сильным мастером, но не достиг бы на долгое время вершин шахматной силы и славы. Ибо некоторые шахматисты не уступали ему в искусстве логической борьбы в рамках теории Стейница, а другие превосходили в комбинационной (счетной) игре.

Ласкер опередил два поколения шахматистов на 20—40 лет— он первый и в то время единственный понял значимость психологических факторов борьбы. Ценой позиционных уступок и материальных жертв, необычных и, казалось бы, нелогичных ходов он переводил позицию в хаотическое состояние, лишая партнера возможности оценить позицию или найти план на основе стандартных правил и критериев.

Он никогда прямо не писал и не говорил об этом, но анализ его партий с учетом ситуаций, в которых они протекали, а также некоторые его косвенные высказывания и намеки приводят к несомненному заключению, что он сознательно и планомерно применял приемы психологической борьбы, рассчитанные специально на данного партнера и даже на отдельную встречу.

В позиционной игре Ласкер, интерпретируя Стейница, выдвигал три принципа: играть по плану,стремиться к образованию слабостей в лагере противника и избегать слабостей, особенно долговременных, в своем лагере. Он демонстрировал на практике технические приемы использования слабостей, превращения позиционного преимущества в материальное, а в теории обосновывал этический закон обязательного перехода к атаке в зените преимущества. К числу слабостей он, следуя Стейницу, относил в первую очередь трудноустранимые дефекты пешеч-

ной структуры — сдвоенные, изолированные, отсталые и далеко продвинутые пешки. Даже излагая известные правила и методы оценки позиций, Ласкер находил новые, доходчивые слова. Особенно важным он считал ограничение подвижности фигур противника, создание в его лагере слабости отдельных полей или целых групп полей.

Соответственно Ласкер оценивал и позиционные преимущества, например проходные пешки (особенно защищенные проходные), расположение пешек в виде «фаланги», то есть рядом на одной горизонтали, что сохраняет возможности взаимной поддержки в атаке и обороне. Ласкер умел виртуозно использовать пешечное преимущество на фланге, отдаленном от королей,— обычно на ферзевом. Он подчеркивал важность «форпостов», то есть расположение сильной фигуры (лучше всего коня) на поле перед отсталой пешкой противника, где она не может быть эффективно атакована.

Излагая принципы теории, Ласкер уважительно относится к трудам своих предшественников и современников. В своем фундаментальном труде «Учебник шахматной игры» Ласкер часто ссылается на Капабланку, приводя целые партии с его комментариями, особенно он

подчеркивает закономерность и обязательность игры по плану. Ласкер обращается также к Нимцовичу, который внес большой вклад в теорию позиционной игры, впервые сформулировав принципы блокады, а также другие идеи, правила и приемы позиционной борьбы. Однако книги Капабланки «Моя шахматная карьера» и Нимцовича «Моя система» появились лишь в 20-х годах, тогда как Ласкер знал и использовал эти принципы и приемы в практической игре гораздо раньше. Именно знание тонкостей позиционной борьбы было основой его силы в первый период восхождения (примерно до 1908—1909 года). Но большинство партий он в этот период выигрывал не в середине игры, а в окончаниях. Крайне интересно — и это прошло как-то незамеченным в литературе о Ласкере,— что он никогда в книгах и в комментариях к партиям не приводил ни принципов, ни правил игры в окончаниях, кроме, быть может, самых тривиальных — поля соответствия, активная роль короля и т. п. Сам же он, по-ви- димому, разработал для себя методы и приемы игры в пешечных, ладейных и легкофигурных окончаниях. Он находил в практической игре поистине невероятные возможности выиграть, казалось бы, абсолютно равное окончание или спасти безнадежный эндшпиль. Если бы первенство мира разыгрывалось отдельно по стадиям партии, то

Ласкер наверняка был бы чемпионом мира по эндшпилю. Зато по дебюту он мог бы не попасть и в первую десятку. Ласкер избегал форсированных вариантов, особенно с такими их любителями, как Чигорин и Пи- льсбери. По-видимому, его многому научил опыт Стейница, который проиграл Чигорину по телеграфу обе партии (черными и белыми), начатые с заранее обусловленных позиций. Впрочем, у него был и свой опыт в партии с Пильсбери в Кемб- ридж-Спрингсе (1904). Как бы то ни было, именем Ласкера не назван ни один дебютный вариант (кроме так называемой защиты Ласкера в ферзевом гамбите и гамбите Эванса), как, впрочем, и именем Капабланки. Оба они предпочитали надежные, пусть даже несколько стесненные, позиции, лишь бы не втягиваться в серию единственных ходов, когда в любой момент возможен коварный выпад из-за угла. Защита Ласкера характерна для трактовки дебюта черными в то время. Цель его — упрощение позиции, профилактика против возможного давления белых.

Крайне интересно также, что Ласкер, излагая учение о позиционной игре, не особенно выделял принцип быстрого развития, хотя со времен Морфи и до гипермодернистов этот принцип считался аксиомой. Совсем курьезно звучат слова Ласкера о том, что его вклад в теорию позиционной игры заключается

в рекомендации развивать ко ней раньше слонов, как будто больше он ничего не внес! Во всяком случае, среди партий Ласкера, сыгранных белыми, практически нет таких дебютов, как шотландская и итальянская партии, королевский гамбит.

Впоследствии — в 40-х и 50-х годах — искусство подготовки форсированных вариантов, уходящих зачастую далеко в миттельшпиль, было доведено до невероятных высот. Ботвинник, а затем Бронштейн, Болеславский и другие советские и зарубежные гроссмейстеры буквально для каждого партнера в турнире заранее разрабатывали варианты или системы. Однако в наше время, хотя и есть еще немало любителей форсированных вариантов (и даже систем), все же преобладает дебютная доктрина Ласкера — Капабланки: эластично развивать дебют, не подвергая себя риску решить судьбу партии в форсированных вариантах, где один неточный ход может привести к катастрофе. Дебют до 12—15-го хода ведется неторопливо, партнеры располагают фигуры каждый в собственном лагере, на своих четырех горизонталях, а иногда и на трех, следуя заранее подготовленным системам . Затем на стадии перехода к миттельшпилю созревают планы сторон, ведутся маневры, которые нередко сменяются остры

ми осложнениями. Но, как и 80 лет назад, большинство партий завершается в эндшпиле.

В своем программном труде «Учебник шахматной игры» Ласкер много места отводит главному принципу позиционной игры — разработке и выполнению плана. С присущей ему научной добросовестностью и скромностью, постоянно ссылаясь на Стейница, Капабланку, Тарра- ша, Нимцовича, нс претендуя на приоритет, он высказывает свои глубокие соображения о планировании шахматной борьбы, о предпосылках при выборе плана. Всепроникающая логика Ласкера непроизвольно для читателя приводит его к мысли, что принципы планирования применимы и ко многим жизненным ситуациям.

«План обладает импонирующими нам широтой и глубиной замысла, постепенная реализация которого придаст позиции определенную структуру. К анализу какого-либо положения можно подходить или с целью найти содержащиеся в нем (объективные) возможности комбинации, или с целью создать план...»

Если бы человек был в состоянии представить себе миллионы возможных позиций, то он мог бы ограничиться лишь расчетом вариантов, не прибегая к помощи принципов и правил. «Однако голова создана не для того, чтобы заменять таблицы». Человеческий интеллект обладает удивительной способ

ностью создавать далеко рассчитанные планы, не рассматривая каждую возможность в отдельности... Но, добавляет Ласкер, составлять план уместно не в простых положениях, а в сложных, не поддающихся точному расчету. Конечно, сложность — понятие относительное, и каждый по-своему решает, когда следует воспользоваться своей способностью составлять планы, которой его одарила природа. И хотя в подтверждение этого Ласкер приводит, разумеется, лишь шахматные примеры, многое из сказанного им можно отнести также к системам управления, к планированию деятельности предприятий и структур более высокого уровня. Ведь шахматную партию можно рассматривать как модель целевой программы и оптимального управления ресурсами.

Анализируя партии матча на первенство мира Стейниц — Цукерторт, Ласкер указывал, что по шахматному дарованию Цукерторт превосходил Стейница . Исход матча он объясняет тем, что Стейниц базировался на принципах и играл по плану, тогда как Цукерторт порой искал комбинации там, где их не было и быть не могло. Цукерторт полагал (так же, как

другие современники), что комбинации и энергичные атаки в стиле Морфи появляются в результате внезапного и необъяснимого вдохновения. И Стейниц в юности, несомненно, придерживался такого же мнения. Он обыкновенно играл гамбиты и часто попадал в плохие положения. Примиряясь с неудачами, поскольку это считалось неизбежным при атаках, он стремился нападать во что бы то ни стало. Так Стейниц играл в течение многих лет и в этом отношении ничем не выделялся среди современников. Но в дальнейшем он понял, что нельзя сразу же искать комбинации: сначала следует стремиться получить те или иные преимущества, постепенно их накапливать, а лишь затем начинать поиск комбинации, прилагая к этому все умение и силу, ибо комбинация должна существовать, хотя бы она была глубоко замаскирована и скрыта.

Приводя четыре партии, проигранные Цукертортом (матч окончился со счетом +10—5=5 в пользу Стейница), Ласкер пишет: «Когда Цукерторт руководствуется планом, его игра по меньшей мере не уступает игре Стейница. В 4-й партии матча каждый ход Цукерторта целесообразен: согласованная игра фигур, объединенных для атаки на короля, — превосходна. Но как раз мощная концентрация сил для атаки на короля была старым, известным планом, который Цукерторту не

нужно было изобретать, а в тактическом выполнении этого плана он был мастером». В действительности поражение Цукерторта в матче в значительной степени было следствием его психологической неустойчивости и более слабой воли. Ласкер прекрасно понимал это, но о психологическом факторе борьбы никогда не говорил, не желая, видимо, раскрывать собственное главное оружие. Пояснив множеством красочных примеров свою концепцию о плане, Ласкер резюмирует: «Так разумный план делает нас героями, а отсутствие плана — превращает в малодушных глупцов».

Итак, в трактовку учения о позиционной игре, Ласкер внес немало нового, многое обобщил и систематизировал, но, в общем, не слишком далеко ушел вперед от своих предшественников — Филидора, Стейница и современников — Тар- раша, Шлехтера, Рубинштейна.

Но есть все же две черты, которые существенно отличают учение Ласкера. Первая из них — этическая. Как известно, Капабланка, Нимцович, Тар- раш, обосновывая свои идеи, приводили иллюстрации и доказательства главным образом, или даже исключительно, из личной практики. Уже в самих названиях книг: «Моя шахматная карьера», «Моя система», «Моя система на практике» — просвечивает шахматный эгоцентризм их авторов. Ласкер в своем учебнике приводит более

ста примеров позиционной игры, но среди них... лишь одну свою партию, к тому же проигранную им Пильсбери (Нюрнберг, 1896).

Вторая черта вытекает из мировоззрения Ласкера и является важнейшим элементом его концепции. Это — мысль о том, что на определенной стадии развития партии правила уступают место вдохновению, логика рождает интуицию, а расчет перерастает в творчество... Конечно, истоки такого понимания комбинации можно найти в партиях Морфи, а ряд формулировок и обобщений принадлежит Стейницу. Заслуга же Ласкера как мыслителя в том, что он в учение о комбинации ввел фундаментальное понятие сбалансированной позиции, равновесного положения («balance of position)». В этом случае, считает Ласкер, нельзя атаковать с намерением выиграть. Равные положения при правильной игре преобразуются снова в равные (сбалансированные) положения. Этими словами он интерпретирует известное в математике правило тождественных преобразований. Можно производить над тождеством любые корректные действия, и оно останется таковым. Лишь при нарушении равновесия сторона, обладающая преимуществом, имеет основания атаковать. Ласкер постоянно обращается к этическому закону, впервые сформулированному Стейницем: владеющий преи

муществом должен атаковать под угрозой потери своего преимущества.

Только тот, кто следует этому, может стать художником (в широком смысле этого слова), может стать творцом истинного.

Ласкер рассматривает комбинацию как кульминацию конфликта, подготовленную всей предшествующей планомерной и целесообразной борьбой партнеров. При этом он указывает на форсированный (неотвратимый) характер комбинации, а также на ее практичность, или, как мы сегодня сказали бы, экономичность, ибо она кратчайшим путем приводит к справедливому результату. «Форсирующие ходы оставляют в стороне невероятно большое количество кажущихся возможностей и концентрируют внимание (по крайней мерс в начале комбинации) на немногочисленных продолжениях, рассчитать которые под силу человеческому разуму».

Конечно, истинная комбинация предполагает наличие объективного преимущества, в ином случае это была бы мистика, а не логика. Но ведь далеко не всегда можно разглядеть, кто именно из партнеров обладает преимуществом, в чем оно состоит и каковы способы его реализации. И в этих случаях комбинация выступает не только как путь к победе (или ничьей), но и как доказательство объективного перевеса позиции.

Однако жизненные коллизии, говорит Ласкер, никогда нс разрешаются так бесспорно и однозначно, как шахматные. Может быть, поэтому «шахматы дают нам удовлетворение, в котором порой отказывает жизнь». Заметим, что строгая однозначность результатов в шахматах определяется тем, что результаты шахматной борьбы дискретны и исход данной партии логически не вытекает из предыдущих и не влияет на последующие, тогда как в жизни сегодняшняя победа нередко служит ступенькой к дальнейшим успехам, а в случае неудачи почти всегда сохраняется возможность изменить или поправить результат. И в этом смысле шахматы хотя в известной мере и аналогичны отдельным жизненным ситуациям, им не адекватны.

У подлинного творца идея комбинации возникает не случайно, не в результате беспорядочного перебора вариантов, а на основе непреложных объективных предпосылок, вытекающих из логики борьбы и из сложившейся обстановки. При этом несомненно, что в самом понятии «шахматная комбинация» присутствуют такие элементы, как логика, эстетика и фантазия.

Эти рассуждения Ласкера — не откровение, а, скорее, образный рассказ о комбинации. Да и вообще в учебнике наряду с оригинальными мыслями много ранее известных понятий и наблюдений. Но именно такое соче

тание и придает полноту мировоззрению Ласкера.

К вопросу о сущности комбинации шахматисты не раз возвращались и при жизни Ласкера и впоследствии. Достойно удивления, что даже крупнейшие авторитеты порой совершенно не упоминали о комбинации как средстве разрешения конфликтных ситуаций и наиболее эффективном методе шахматной борьбы. Например, Ботвинник ушел далеко в сторону от ласкеровской концепции, предложив несколько суховатое определение: «Комбинация — это форсированный вариант с жертвами». Ласкер как будто предвидел такую возможность и заранее на нее ответил: «Недостаточно знать, что комбинация состоит из ряда форсирующих ходов, надо понять причину, на основании которой мы заключаем, что в данной позиции кроется возможность (и необходимость) комбинации».

Возвращаясь к определению Ботвинника, можно сказать, что в нем отсутствует главное. Действительно, каждой комбинации присущи форсирующие ходы (во всяком случае в ее начале) и большинство комбинаций, как правило, связано с жертвами. И все же главное в комбинации— это ее идея, ее эстетическое воздействие, такие категории, как закономерность и эффективность. На языке логики это значит, что в определении Ботвинника даны лишь некоторые формально необходимые признаки

комбинации, но отсутствуют достаточные, существенные признаки. По аналогии можно утверждать, что произведение живописи — это прямоугольный кусок холста (или картона), покрытый красками. И правда, большинство картин имеют прямоугольную форму и написаны красками, но разве в этом сущность произведения живописи?

Комбинационная и позиционная игра — взаимно дополняющие элементы плана. Комбинации опровергают ложные ценности, а позиционная игра закрепляет и использует истинные. Шахматист, говорит Ласкер, подобен участнику диспута, который хорошо знаком с софистикой, но пользуется ею не для того, чтобы исказить проблему или запутать оппонента, но лишь для того, чтобы разоблачить софистические ухищрения ловкого противника и показать справедливость своих доказательств, в силе и логичности которых твердо убежден.

Наиболее важным и интересным звеном шахматного мировоззрения Эмануила Ласкера являются разработанные им принципы и методы психологической борьбы. Как уже отмечалось, сам он по этому вопросу высказывался очень мало, поэтому наши последующие соображения основаны не столько на его словах, сколько на анализе партий, а также его поведении в сложных турнирных и матчевых ситуациях. Возможно, все это покажется читателю

не очень достоверным и спорным. Что ж, пусть в этом случае он отнесется к нашей концепции как к гипотезе, которая поможет ему сформировать собственное мнение о Ласкере и его мировоззрении.

Шахматная партия по своей форме — логическая борьба, а по существу — модель совместного поиска истины. В безмолвном диалоге партнеры утверждают, доказывают и опровергают, но не словами, а действиями.

Поскольку исходные предпосылки взаимно приняты, порядок дискуссии строго формализован, а оба участника равноправны, то нет иного способа доказатьсвою истину, как приводить основательные доводы, предвидеть наиболее сильные и существенные возражения и быть готовым на них убедительно ответить.

Л. Фейербах писал: «Для доказательства необходимы два лица: мыслитель раздваивается при доказательстве; он сам себе противоречит, и лишь когда мысль испытала и преодолела это противоречие с самой собой, она становится доказанной».

В шахматах эта операция раздвоения реализована физически, чем в решающей степени и обусловлена привлекательность шахмат, их роль в интеллектуальной жизни личности и общества.

Ключ к пониманию психологического подхода Ласкера к шахматной борьбе лежит, на

наш взгляд, в предложенном им понятии «desperado» . Иногда фигура в силу сложившихся обстоятельств играет роль, которая полезна лишь противнику, например ограничивает подвижность своих фигур, или преграждает путь королю, который стремится задержать вражескую пешку, или лишает возможности создать ситуацию пата... В подобных случаях уничтожение вредного влияния такой фигуры хотя бы путем ее самоубийства может коренным образом изменить ход борьбы. Отсюда возникает дикое, с точки зрения «здравого смысла», стремление к самопожертвованию, проявляемое потерявшей всякую надежду фигурой. Она становится д ес п е р а д о, то есть одержимой амоком. Типичный пример дес- перадо — так называемая «бешеная» ладья, которая без защиты беспрерывно шахует вражеского короля и стремится только к гибели, поскольку самое ее существование не позволяет зафиксировать пат.

Ласкер приводит в учебнике ряд примеров десперадо. Один из наиболее любопытных — сенсационный финал партии По- пиль — Марко, обошедший 80 лет назад шахматную прессу.

Черный слон под страхом потери ладьи прикован к своему месту и атакован превосходящими силами противника. По

истине он — десперадо! Поэтому ценой своей жизни он должен создать максимальную угрозу, на которую способен, в данном случае — это угроза мата: Cd4— gl!!, и белые в лучшем случае теряют ферзя. Слон был готов к этому, но Марко не понял характера своего слона и сдал партию не сделав хода.

В такой трактовке не шахматист, а слон выступает в качестве субъекта борьбы: он сам логикой вынуждает игрока на крайнюю меру, а игрок становится лишь исполнителем объективно обусловленного действия.

Ласкер вообще широко применяет в учебнике прием аними- зации (одушевления) шахматных фигур, наделяя их характерами, вкусами и способностью действовать.

«Посмотрим,— говорит он,— на положение белой пешки f2 и черной g4. Пешка g4 следит за тем, чтобы белая пешка f2 не прошла безнаказанно через поле f3; если она станет на это поле (f2—f3), то черная пешка может ее взять. Так было в течение многих столетий. Затем появилось нововведение, и пешка получила право из исходного

положения сделать сразу двойной ход. Естественно, что стоявшая на страже пешка чувствовала себя обманутой, когда вражеская пешка проскальзывала мимо нее...

Вот, оказывается, откуда взялось правило «еп passant» — его потребовали обманутые пешки!

В другом месте Ласкер раскрывает тонкости позиции через переживания белого слона: «слон улыбается... слон хохочет...»

И это не балагурство, не баловство, нет. Это своеобразный прием оценки внутренней логики позиции, которую игрок изменить или насильственно разрешить не вправе. Так и герои литературных произведений, будучи наделены определенными характерами и поставлены в ту или иную ситуацию, уже не могут действовать по воле автора — они получили празо на самостоятельное существование, с учетом, конечно, непредсказуемости поступков отдельных личностей. Ведь Толстому жаль, до боли жаль было Анну Каренину, но он не в силах был изменить ее трагическую судьбу: «Мне отмщение и Аз воздам».

Возвращаясь, однако, к де- сперадо, заметим, что Ласкер подразумевал под этим термином гораздо больше, чем сказал в своей книге. Он и сам кое-что позаимствовал от шахматных фигур на началах, как сказал бы Н. Винер,— обратной связи.

Не столько (и не только)

его фигуры, сколько он сам, действовали в качестве деспе- радо, когда к этому принуждали обстоятельства. Поистине могуч тот шахматист, который уже в своем мировоззрении запрограммировал такую возможность, который в ходе борьбы издали видит такую необходимость, готовится к ней и в решительный момент внезапно для противника переводит позицию из логической категории в хаотическую. Сколько раз Ласкер шел ва-банк, понимая, что, оставаясь в сфере тождественных преобразований, он погибнет в безнадежной борьбе с трудностями, которые множатся подобно полкам воинов, вырастающих на поле, засеянном зубами дракона. Он рассчитывал на устойчивость своей нервной системы, на знакомые ему приемы борьбы в качестве десперадо, на свою способность к далекому расчету, а главное — на растерянность партнера, которому предстояло под неумолимое тиканье часов приспосабливаться к резкой перемене характера борьбы.

Так было по меньшей мере в трех партиях матча с Тарра- шем (1908), в последней партии матча с Шлехтером (1910), отчасти в партиях с Яновским (Кембридж-Спрингс, 1904), Иль- ин-Женевским и Дуз-Хотимир- ским (Москва, 1925)... Все эти партии Ласкер выиграл, с честью выйдя из испытаний, переломив столь безнадежные позиции, что любой другой мастер

не смог бы в них сделать даже ничью.

Ласкер доказал, что множество позиций, которые раньше считались проигрышными, можно успешно и активно защищать. Но для этого требуется, во-первых, напряженная счетная игра, во-вторых, вера в жизнеспособность позиции, в- третьих, умение в критический момент бросить на произвол судьбы слабый пункт и перенести борьбу на другой участок. Лишь теперь становится ясным, что именно такая манера борьбы была характерна для стиля Ласкера и что в этом было одно из его основных преимуществ, не понятое современниками.

Он, как никто, умел отклонять маятник шахматной борьбы вправо и влево, не выходя сам за пределы безопасности, но незаметно толкая в пропасть противника.

Несмотря на то что Ласкер в прямой форме действительно не говорил о своих взглядах на психологическую борьбу, он несколько приоткрыл их, излагая принципы игры в позициях равновесия. Такие позиции, говорил он, нельзя трактовать в том смысле, что в них отсутствует атака одной стороны из-за того, что она как бы уравновешена возможностями контратаки или активной защиты другой стороны. Операции здесь развиваются не так быстро и

интенсивно, как в позициях с явным преимуществом, но значение сбалансированных позиций весьма велико. Именно в них выявляется, насколько шахматист умеет идти, как по проволоке, вдоль тонкой линии равновесия.

«Кто не понимает языка таких позиций, не в состоянии подметить признаки, предвещающие великие события».

«В р а вных позициях зачастую возникает необходимость пойти на те или и ны е о с- л а б л е н и я». Эти слова Ласкера, произнесенные им как бы между прочим в 1925 году, вызвали бы возмущение у позиционных шахматистов начала века. Даже Капабланка и Нимцович, не говоря уж о Тарраше, не высказывали в своих учебниках ничего подобного.

Для Ласкера сознательный перелом сбалансированной позиции ценой создания слабостей в своем лагере — не лову- шечный прием, не способ перехитрить противника, а этический принцип. «Маэстро должен пойти на решительные действия с верой в конечный успех, пойти на смелый маневр, если полагает, что получит достаточную компенсацию, он должен пренебрегать ловушкой, если разобрался в ней и видит ее слабое место».

Можно заблуждаться, но не следует обманывать самого себя. Кто отважно проводит в жизнь свои взгляды, может, конечно, и

проигрывать. Но, поскольку он стремится понять причины своего поражения, оно послужит ему на пользу. Он постепенно становится мастером, знатоком, художником. Но у кого не хватает храбрости для активной защиты своих воззрений, тот теряет качества борца и приближается к закату.

Беспощадное время отнимало у Ласкера капля за каплей физическую выносливость — способность играть на предельном напряжении по восемь часов ежедневно, он уже не мог следить за тонкостями теории дебютов, но до конца жизни сохранил мужество и не отступил от своих воззрений. Поэтому Ласкер не знал заката.

Таким образом, гипотеза о том, что Ласкер руководствовался неведомыми для его современников принципами психологической борьбы и систематически применял их в своей практике, приобретает реальные очертания. Эта гипотеза была подтверждена и самим Ласкером, правда один лишь раз и то как- то робко, неуверенно, с некоторой даже застенчивостью.

Завершая учение о позиционной игре и комбинации, Ласкер пишет: «Теория в том виде, как она изложена выше, не охватывает все принципы борьбы». Значит, в мировоззрении Ласкера наряду с позиционной игрой, основанной на логике и плане, и с комбинационной, основанной на идее и расчете, было еще и третье измерение!

«Эти принципы я попытался изложить в своей философии. Но моя философия молода, ей всего 14 лет. Второе сочинение я написал в годы мировой войны, которые я как бы чудом прожил спокойно, хотя и впроголодь: таким образом, этому произведению всего лишь семь лет. Философские системы, способные переживать тысячелетия, в первую сотню лет своей жизни сравнимы с грудными младенцами. Хорошие вещи лишь постепенно завоевывают всеобщее признание, быстро созревающее и гибнет быстро.

Теория борьбы, которую предугадывали такие люди, как Маккиавели, Наполеон, Клаузевиц, сформулированная Стейницем для шахмат, мною изложена философски».

Ласкер считает, что его теория обобщает практику и соединяет в себе такие черты, как детерминированность и законченность, с областью истории — бытием и бесконечностью.

Надо сказать, что все авторы, которые писали о Ласкере, как правило, совсем не касались его теории борьбы или же упоминали о ней сдержанно и недоверчиво, отмечая лишь тот факт, что он был человеком многосторонней культуры — доктором философии, профессором математики... Вместе с тем, думали они,— ну что мог Ласкер дать философии или математике, сколько-нибудь сопоставимое с созданными им шахматными цен-

ностями? Не есть ли эта «философия» — просто хобби, чудачество, приносившее Ласкеру утешение в тяжелые времена, когда он жил впроголодь, не имея возможности заниматься шахматами?

Для суждения по существу о «философии борьбы» Ласкера надо обратиться к первоисточнику.

По мере того как формировалось шахматное мировоззрение Ласкера, он все больше задумывался над философскими аспектами шахмат. Всерьез он начал заниматься философией, по-видимому, в период между Кембридж-Спр ингсом (1904) и матчем с Маршаллом (1907).

В 1907 году опубликован первый труд Ласкера по философии — «Борьба». В хорошо знакомой ему шахматной фактуре мыслитель искал общие законы борьбы, которая, как он считал, лежит в основе жизни человека. Вместе с тем он стремился еще раз подтвердить фундаментальный характер шахмат, как модели многих типовых жизненных ситуаций.

Действительно, в наступивший период войн и революций борьбе, как форме развития общества, принадлежала видная роль. Однако Ласкер в силу своего воспитания и жизненного опыта, в силу профессиональных навыков шахматиста рассматривал преимущественно борьбу между личностями и борьбу личности с обществом. Лишь к концу жизни, пережив трижды крушение своих планов,

он начал понимать, что основная арена борьбы лежит в областях социально-политической и экономической, а отдельная личность, не осознавшая своей роли в социальном коллективе, столь же мало влияет на ход борьбы, как пешка а2 на разгромную атаку королевского фланга.

В дальнейшем Ласкер публикует еще четыре философские работы — в 1913, 1918, 1925 и 1940 годах. По мере течения времени видно, как изменяются его взгляды. Если в первой работе он кое-где приближается к концепции «сверхчеловека» — уж слишком заманчива такая роль для чемпиона мира, — то в последней, написанной на английском языке, речь идет уже не о борьбе людей, а об их общности. Книга называется «Община будущего».

Но и первая монография «Борьба», если рассматривать ее как введение в теорию игр, также представляет интерес. Разумеется, она была далека от современной Ласкеру теории математических игр, разработанной Дж. Нейманом, О. Моргенштерном, К. Шенноном, но все же в ней были некоторые оригинальные идеи, например классификация игр: игры равновесные и игры с перевесом. В равновесных играх партнеры имеют равные шансы на выигрыш, в играх с перевесом право первого хода дает преимущество одному из партнеров, в общем случае достаточное для победы. Лас-

кер, цитируя В. Арнса, приводит пример элементарной игры с преимуществом: партнеры по очереди называют числа, каждый раз увеличивая число, названное партнером, не более чем на 10. Победителем считается тот, кто, следуя этим правилам, назовет число 100. Легко видеть, что партнер, начавший с единицы, при правильной игре неизбежно выигрывает, называя последовательно 12, 23... 78, 89 и 100. Если же он начнет игру любым другим числом, то выиграет его противник, назвав 12 и далее 23, 34...

Возникает вопрос: к какой категории игр принадлежат шахматы? Равновесная это игра или же право первого хода дает преимущество, достаточное для победы (или по крайней мере повышающее вероятность выигрыша)? Теоретики старых времен считали, что первый ход дает заметное преимущество. В дальнейшем на основе многолетнего статистического анализа результатов мастеров между собой были выявлены две бесспорные тенденции: первая — увеличение относительного числа ничьих, вторая — перевес побед при игре белыми. На этом основании сегодня мы могли бы выдвинуть гипотезу, что вероятность выигрыша для белых превышает половину, но не намного. Однако вовременаСтей- ница и его последователей доминировала концепция о «позиции равновесия». Учение о равновесии было фундаментом всей

теории Стейница. Сильным доводом в пользу этой теории был и остается тот факт, что прямым анализом дебютов не удается доказать реальную возможность получения белыми явного перевеса, несмотря на сотни томов дебютных исследований и сотни тысяч рассмотренных вариантов.

Ласкер в первой своей работе стоит целиком на позициях Стейница, а высказываемые им собственные мысли и соображения текстуально близки к трудам Стейница.

Однако Ласкер на этом не останавливается и в дальнейшем обобщает закономерности шахматной борьбы, пытаясь интерпретировать их применительно к жизненным коллизиям и ситуациям. «Нам приходится не только штурмовать шахматные баррикады, но и атаковать твердыни, которые препятствуют нашему движению по жизненному пути» — таково резюме Ласкера. В этой связи он цитирует английского «натурфилософа» Т. Гексли — в вольном переводе это звучит приблизительно так: «Шахматы —это мир, в котором правила играют роль законов природы. В жизни мы играем против природы, но намерения противника скрыты для нас. Мы знаем лишь, что наш противник играет целесообразно, терпеливо и корректно. Мы знаем также, что он не простит нам ни одной ошибки, не сделает ни малейшей скидки на наше незнание...»

Этому аллегорическому изображению законов игры против природы Ласкер хотел придать научную форму, систематизировать и создать теорию борьбы.

В действительности, однако, люди, подобные Ласкеру, играли в те времена не против природы, а против среды, которая была к ним глубоко враждебна и далека от терпеливости и корректности. Поэтому жизненные построения Ласкера потерпели полное крушение уже в 1919 году, когда послевоенная инфляция сделала его нищим. Поскольку он был далек от понимания политической обстановки, то и гитлеризм настиг его неожиданно, лишив сразу крова и родины.

Ласкер полагал, что найденные им законы борьбы приложимы не только к шахматам. Он говорил, что не так важно поставить цель, как найти практические возможности к ее достижению. Пусть параллели между шахматами и жизненными ситуациями порой условны или тривиальны, сводясь к общим фразам, но из шахмат все же немало полезного можно извлечь и для науки и для жизни. Разумеется, это не «законы», а некоторые методы исследования и правила поведения.

Прежде всего надо сказать о теории игр: и Нейман и Шеннон широко использовали шахматы для примеров и даже для доказательства теорем. Как известно, фундаментальная теорема Цермело была впервые дока

зана для шахмат и лишь впоследствии обобщена Шенноном.

Таким образом, замысел Ласкера — использовать шахматы для научных исследований в других областях — был плодотворен, но для исполнения этого замысла время еще не настало. Да и Ласкер не обладал для этого необходимым экономическим образованием и социальным мировоззрением. Не следует забывать также, что и жизненный опыт Ласкера во всем, что лежало за пределами шахмат, был относительно невелик — ведь он начал работу над книгой, когда ему было около 35 лет. Возможно, он и сам понимал несовершенство своих построений.

Следующая философская работа Ласкера, вышедшая в 1919 году, была им названа «Die Philosophic des Undvollendbar». Как бы это поточнее перевести? Пожалуй, «Философия бесконечности». Эта книга впоследствии привлекла внимание А. Эйнштейна, поскольку Ласкер вступил в ней в полемику с творцом теории относительности.

Эйнштейн сам рассказал об этом в предисловии к книге д-ра Й. Ханнака «Эмануил Ласкер. Биография чемпиона мира» .

Альберт Эйнштейн Предисловие к книге д-ра И. Ханнана «Эмануил Ласкер.

Биография чемпиона мира»

Эмануил Ласкер несомненно был одним из самых интересных людей, с которыми мне довелось познакомиться в последние годы. Мы должны благодарить того, кто познакомил современников и будущие поколения с его биографией.

Мало у кого можно найти столь исключительное, как у Ласкера, сочетание независимости личности с горячим интересом ко всем крупным проблемам человечества. Сам я не шахматист и поэтому не могу судить о силе его мышления в той сфере, где опа проявилась в наивысшей степени,— в шахматах. Я должен даже признаться, что мне чужды присущие этой игре формы подавления интеллекта и дух конкурентности.

Я встретился с Ласкером в доме моего старого друга Александра Московски, и мы близко познакомились, обмениваясь мнениями и обсуждая различные проблемы во время совместных прогулок. Не раз в наших беседах мне принадлежала роль слушателя, ибо творческой натуре Ласкера было более свойственно излагать свои собственные идеи, нежели воспринимать чужие.

Несмотря на его жизнеутверждающее мировоззрение, я находил в его личности траги-

ческие черты. Необычайная мощь его ума, без которой нельзя быть шахматистом, всегда была связана с шахматами, и дух этой игры доминировал, даже когда речь шла о философских или общечеловеческих проблемах.

И все же мне казалось, что шахматы для него были скорее средством существования, нежели смыслом жизни. Подлинные его интересы были связаны с проникновением в науку, в красоп ее логических построений, красоту, покоряющую всякого, кто хоть раз испытал ее воздействие.

Матер иал ыюе бл а госостоя - ние Спинозы и его независимость базировались на шлифовке оптических стекол; в жизни Ласкера аналогичную роль играли шахматы. Но судьба Спинозы была счастливей, ибо его профессия оставляла свободным разум, тогда как шахматы столь прочно захватывают интеллект мастера, что его свобода и независимость не могут остаться незатронутыми. К такому выводу я пришел, беседуя с Ласкером и читая его философские книги. Из них более других заинтересовала меня «Философия бесконечности» — работа не только очень оригинальная, но и рисующая личность Ласкера во всей ее полноте.

Настало время пояснить, почему я ни устно, ни в печати не пытался опровергнуть критические замечания по поводу теории относительности (специаль-

ной). Я должен кое-что сказать об этом, поскольку в этой биографии можно прочесть некоторую критику в мой адрес, а именно в том месте, где упоминается философская монография Ласкера. Его острый, аналитический ум сразу установил, что краеугольным камнем всей теории относительности является постоянство скорости света (в пустом пространстве). Он ясно видел, что, как только принят постулат постоянства скорости света, относительность времени становится бесспорной, а это ему совсем не нравилось. Что же делать? Он попытался следовать примеру Александра Великого, который разрубил гордиев узел. Пытаясь разрубить проблему относительности, Ласкер высказал следующую идею:

«Никто не располагает непосредственной информацией о скорости света в пустом пространстве. Даже межзвездное пространство содержит некоторое, пусть минимальное, количество материи, это относится также и к вакууму, который люди в меру своих сил искусственно создают путем откачки воздуха. Кто же вправе отрицать, что в абсолютно пустом пространстве скорость света может быть бесконечной?»

На этот довод можно ответить примерно так: «Вполне справедливо, что никто не располагает непосредственной экспериментальной информацией о том, как распространяется свет в абсолютно пустом

пространстве. Но вместе с тем невозможно построить разумную теорию света, которая допускала бы, что наличие в пространстве минимального количества материи сколько-нибудь существенно влияет на скорость распространения света. Пока не сформирована такая теория, согласная с наблюдениями явлений оптики в п о ч т и пустом пространстве, ни один физик не примет предложенного ему способа развязывания гордиева узла и подождет, пока будет найден истинный способ. Мораль? «Сильный разум не может заменить искусных пальцев».

Однако мне очень нравится стремление Ласкера к независимости, к самоутверждению — столь редкое качество в поколении, где почти все интеллигенты принадлежат к категории приспособленцев.

Я рад, что читатели этого жизнеописания получат информацию о Ласкере, который был сильной личностью и вместе с тем мягким и дружелюбным человеком.

Что касается меня, то я буду благодарен этому неутомимому, независимому и скромному человеку за содержательные беседы, которые он мне подарил.

Принстон, октябрь 1952 г.

Эйнштейн подметил такие нюансы в характере Ласкера, о которых мы никогда не смогли бы узнать иным путем. Его неожиданная и тонкая аналогия со Спинозой многое объясняет в жизненной стратегии Ласкера. О Спинозе известно, что, оставшись после «великого отлучения и проклятия» еврейской общиной без средств к существованию, он стал изготовлять различные оптические стекла. Имея серьезную теоретическую подготовку в области математики и физики, Спиноза быстро овладел искусством шлифовки линз, которые отличались высоким качеством и охотно покупались.

То же можно сказать и о шахматных изделиях Ласкера: будучи великолепно отшлифованы, они отличались высоким качеством и охотно покупались. В какой другой сфере он мог бы получать по 500 рублей за партию, то есть за один день работы, как это было на турнире в Петербурге? Кто заплатил бы ему 11 000 долларов за трехнедельный матч на первенство мира в Гаване?..

Эйнштейн — великий прозорливец — сумел разглядеть никем не замеченные трагические черты в душевном облике Ласкера, увидел он и стремление Ласкера моделировать шахматным кодом конфликтные жизненные ситуации — психологические и общечеловеческие. Если бы Ласкер раньше вступил на эту дорогу и двигался по ней с

присущей ему активностью» он, возможно, пришел бы к крупным открытиям, аналогичным тем, которые позднее были сделаны основателями теории игр.

Что же касается «полемики» Ласкера с Эйнштейном, то эта поистине необычайная дуэль напоминает своим рисунком известную библейскую тему, неясно лишь, кто здесь Давид и кто Голиаф.

Шахматист подверг сомнению основной постулат специальной теории относительности, выдвинутой величайшим физиком всех времен! Более того, он защищал свой тезис в Математическом обществе против 14 оппонентов. Правда, Эйнштейн не был в их числе (он при жизни Ласкера не вступал с ним в открытые дискуссии, так как ему были чужды любые формы подавления интеллекта). Но когда в книге д-ра Ханнака проскользнули критические замечания, высказанные Ласкером по поводу постоянства скорости света, Эйнштейн решил раскрыть сущность своих доводов. Иначе читатель мог бы, чего доброго, подумать, что Эйнштейн согласен с Ласкером.

Слабость позиции Ласкера Эйнштейн разъясняет примерно так.

Если принять гипотезу об увеличении скорости света в абсолютно пустом пространстве, то надо показать, по какой траектории она возрастает по мере уменьшения количества ма-

терии. Если согласиться с тем, что скорость остается постоянной, пока в пространстве остается хоть сколько-нибудь материи, а после удаления из него последней молекулы (атома? электрона?) сразу происходит прыжок в бесконечность, то невозможно сформировать теорию света, согласующуюся с многочисленными наблюдениями и реальными фактами...

Эйнштейн, как бы между прочим (в скобках), высказывает тончайшее психологическое замечание. Оказывается, Ласкеру совсем не нравилось постоянство скорости света! И поскольку это ему было не по душе, следовательно, он считал себя вправе бороться и опровергать! Мятежный дух Ласкера не хотел смириться с априорной невозможностью полного познания вселенной.

Писатели-фантасты давно уже отказались от этого ограничения, хотя они не в силах даже вообразить, каким может быть механизм сверхсветовых скоростей. А Ласкер вступил в открытый бой за свою мечту, за мечту человечества, хотя и понимал неизбежность поражения.

ВОСПИТАНИЕ ХАРАКТЕРА

Характер личности в значительной мере определяется генетической информацией. Вместе с тем многие черты характера складываются в детстве и юности под

влиянием среды, прежде всего семьи, социальной группы, к которой принадлежит человек, города, где он живет. Именно с этих позиций для нас интересна среда, окружавшая Ласкера в дни его становления как личности.

Эмануил Ласкер родился 24 декабря 1868 года в небольшом городке Берлинхене в провинции Бранденбург, неподалеку от тогдашней прусско- русской границы.

Среди семи тысяч жителей этого городка были немцы, поляки, евреи. Глава многодетной семьи Адольф Ласкер, человек добрый, но не практичный, был кантором местной синагоги — должность не очень престижная и совсем малодоходная. Он и его жена жили мечтой дать образование сыновьям — старшему Бертольду и младшему Эмануилу. Образование? Для него нужно найти ключик, если не золотой, то хотя бы серебряный. Где же сыщет этот ключик бедная семья Ласкеров?

Многие стремились пробить себе дорогу... Но как? На каждую семью в Берлинхене было одно рабочее место, которое передавалось по наследству. Если отец портной, то один и только один из сыновей будет портным, а одна из дочерей, если, конечно, она «добрая госпожа» (то есть хорошая хозяйка) и хороша собой, может рассчитывать

на жениха, другим детям в Бер- линхене делать нечего.

И все же, собрав с помощью деда — раввина из соседнего городка — кое-какие деньги, Адольф Ласкер отправил старшего сына учиться в Берлин. Бертольд — юноша многосторонне одаренный, сыгравший столь важную роль в жизни своего младшего брата,— жил там впроголодь, давал грошовые уроки, годами носил одну пару ботинок, но упорно шел к своей цели, показывая Эмануилу пример настойчивости и стремления к знаниям. В числе многих талантов Бертольда было умение играть в шахматы и в карты.

И надо же было случиться, что две пожилые дамы, открыв небольшое кафе, пригласили Бертольда для привлечения посетителей быть, так сказать, «спарринг-партнером» для всех желающих сыграть в шахматы или в «скат» — модную в то время карточную игру. Заработок Бертольда в хорошие дни достигал целой марки (на русские деньги — около 50 копеек), и слух о столь сказочных заработках, разумеется, дошел до Берлин- хена. Семейный совет постановил отправить в Берлин и младшего сына, которому теперь его брат должен был оказывать помощь и покровительство.

Эману ил отличался необычайными способностями к математике. Семейное предание гласит, что восьмилетний мальчик в уме перемножал двузнач

ные числа... В Берлине он был принят в школу на два класса выше его однолеток.

Еще одна случайность, и Эма- нуил сделал первый шаг по дороге, которая привела его впоследствии к вершинам славы. Он заболел, и Бертольд, чтобы развлечь мальчика, научил его правилам шахматной игры и даже дал какую-то шахматную книгу. Эмануил быстро усвоил правила, а выздоровев, начал ходить в кафе, «подшефное» Бертольду. Там он проводил целые вечера, следя за игрой, а быть может, пытался и сам сыграть. Когда это стало известно в Берлинхене, родители, опасаясь вредного влияния шахмат на обучение мальчика, предписали Бертольду перевести Эмануила в школу, расположенную в другом конце Берлина. Но Каисса не могла допустить, чтобы Ласкер был отстранен от шахмат, и волею судьбы вышло так, что руководителем новой школы (реальная гимназия с основными предметами — математика, английский, французский) оказался профессор Кевитц — президент и чемпион местного шахматного клуба.

Нередко между юным Ласкером и Кевитцем происходили такие диалоги:

— Не хотите ли, герр Кевитц, сыграть со мной партию в шахматы?

— Делу время, потехе час. Сначала сделай уроки.

Профессор ставил математику на первое место. Но все же

не препятствовал юноше ходить в кафе и подрабатывать одну-две марки на покупку книг, а чаще — на ужин.

Кевитц сохранил для шахматного мира и впоследствии опубликовал задание по математике, предложенное в 1888 году выпускникам его гимназии, и в их числе Эм ан у ил у:

Найти наибольший конус, вписанный в сферу, и наименьший конус, описанный около сферы.

Найти общие касательные к эллипсу и концентрической гиперболе с одинаковой длиной осей.

Построить и тригонометрически решить треугольник с основанием с=273, высотой h = = 156; разность двух других сторон а — b = 91.

Найти частные дроби следующих алгебраических дробей: 7х2л-7х^-885х3— 11х24~5х+4

х3 — 9х2 ебх + 56(х — 1)1*

Кевитц свидетельствует, что всем учащимся понадобилось около 5 часов, чтобы справиться с заданием, наиболее трудным из всех, предлагавшихся за последние годы, тогда как Ласкер выполнил его за- 2 часа. По просьбе Эмануила профессор дал ему дополнительное задание по анализу циклоиды Диоклеса (х3+рх = q), которое также было выполнено.

В период обучения Ласкер совершенствовался в шахматной игре и, вероятно, заменял своего брата в кафе (где, судя по всему,

приходилось ему играть и в карты). Ставки были невелики, но от результатов зависела возможность сегодня поужинать, завтра купить учебник, а может, если посчастливится, накопить денег на ботинки. Не отсюда ли привычка будущего чемпиона мира играть каждую партию с предельным напряжением сил, со стремлением выиграть во что бы то ни стало? Впоследствии Ласкер в турнирах и матчах будет играть каждую партию так, будто это единственная и самая важная партия в его жизни.

При игре на ставку строго соблюдалось правило «тронул — ходи», а сделанный ход— будь то прямая подставка или грубейший зевок — никогда не разрешалось взять обратно. Отсюда чувство ответственности не только за партию в целом, но и за каждый отдельный ход. В партиях даже лучших мастеров начала нашего века мы порой встречаем грубейшие просмотры, тогда как у молодого Ласкера они крайне редки. Трудно вспомнить хотя бы один его «зевок», разве что против Бернштейна в Петербурге (1914), да и тот был просчетом на 3-м ходу после начала ошибочной комбинации...

В кафе попадались разные партнеры: одни заходили развлечься, имея возможность заплатить 50 пфеннигов или даже целую марку за удовольствие сыграть несколько партий, другие — более сильные — сами хотели выиграть, третьи просили

Эм. Ласкер. Апрель, 1890 г.

фору — пешку и ход, коня, а то и целую ладью .

Надо было серьезно и внимательно относиться к каждому партнеру, так как по внешнему виду не сразу угадаешь, кто есть кто. Нельзя позволить себе играть спустя рукава, иначе уплывут из рук столь драгоценные пфенниги.

Кто знает, может быть, уже тогда у Ласкера зародилось стремление понять своего партнера, проникнуть в его внутренний мир, предугадать манеру игры, склонности, сильные и слабые стороны... Сегодня в теории конфликтующих структур это называется «интроекция» — проникновение в замыслы противника, взгляд на арену борьбы нс только своими, но и его глазами, двусторонняя оценка позиций — шахматных и жизненных; отсюда — выбор своей стратегии и тактики с учетом вероятного поведения партнера, его психологического склада.

Все больше втягиваясь в колдовской мир шахматного искусства, Ласкер не прекращал занятий математикой и по логике своего интеллектуального развития должен был заинтересоваться философией. Многообразие интересов, широкий диапа-

зон — эти черты сохранились у Ласкера на всю жизнь. Он строил свою жизненную стратегию по модели сеанса одновременной игры на многих досках — шахматы, математика, философия, карты, общая теория игр и даже... драматургия. Поэтому его «позиция» в условиях тяжелой жизненной борьбы обладала несколькими точками опоры, была устойчива, позволяла сохранять равновесие даже в периоды тяжелых кризисов, когда другие мастера, балансировавшие лишь на одной точке опоры — на шахматах, погибали, подобно Шлехтеру, Шпильману, Тейхману, Барделебену и многим другим.

Вместе с тем Ласкер нс разбрасывался и в каждый данный период все силы отдавал достижению одной, главной цели. Ласкер был честолюбив, но не тщеславен, он стремился к славе и к материальному благополучию, он хотел иметь семью, а для этого нужно было завоевать известное положение в обществе. Впечатления детства в Берлинхене никогда не были им забыты, а накопленный опыт в Берлине учил его, что путь к вершине долог и суров, связан с лишениями и требует далекого расчета. Надо избрать дорогу — пусть длинную, но не безнадежную и двигаться по ней, опираясь на свой талант и собрав в кулак всю силу и волю. Впоследствии Ласкер скажет: «Верь, что возможность достигнуть цели реальна. И если после мно-

гих попыток ты не нашел дорогу,— продолжай искать».

Опираясь на шахматную модель, Ласкер задается вопросом, в каком направлении следует искать атаку. И отвечает: объект атаки — это слабость в позиции противника. Позиция сравнима с цепью, состоящей из многих звеньев, и кто стремится ее разорвать, должен найти самое слабое звено и туда направить свою силу.

Это правило, говорит Ласкер, выходит за пределы шахмат, оно базируется на знаменитом древнем суждении, всеобщность которого неоспорима, на представлении о «линии наименьшего сопротивления». Молния, поезд или разбитое войско движутся именно по этой линии. Но на шахматной доске в силу ее дискретности нет линий наименьшего сопротивления, а есть только пункты, поэтому у Стейница этот тезис трансформировался в принцип давления на слабые пункты.

«Логика, господствующая в мире, проявляется и в шахматах, поэтому самые успешные и решительные комбинации, как и далеко рассчитанные и глубоко задуманные атакующие планы, поистине чудесным образом связаны со слабыми пунктами».

Давление на слабые пункты! Сколько ассоциаций вспыхивает за этим образом... Не напоминает ли это вам испытание прочности конструкции под нагрузкой? Испытание до разрушения. Но если конструкция равнопроч

на и к тому же достаточно прочна, если реактивные силы не уступают активным, то конструкция устоит под нагрузкой, атака не принесет успеха: «Лбом стену не прошибешь», «Плетью обуха не перешибешь»...

Шахматная борьба сложней статических испытаний. В стремлении к успеху возможен и иной путь — динамичный: собрать все силы на решающем участке (даже ценой слабостей в других местах), а затем нанести удар, действуя при этом быстро и энергично, чтобы противник не успел использовать эти слабости.

Отсюда и стратегия Ласкера базировалась на идеях, гораздо более емких и плодотворных, нежели принципы давления на слабые пункты, — на идее о мотивах комбинации, имея в виду превосходство в подвижности, пространстве, коммуникациях («Война — это коммуникации» — Наполеон), и на идее о превосходстве в силах, эффективно взаимодействующих на главном направлении («Воюют не числом, а умением» — Су воров).

Ласкер в жизни избрал дорогу пусть длинную, но не безнадежную и двигался по ней, не жалея себя, работая на за- критических параметрах своей генетической интеллектуальной мощности. И не его вина, а скорее беда, что главную коллизию XX века он понял лишь к самому концу своей многогранной жизни, когда еще оставалось

время, чтобы понять, но уже поздно было что-либо исправить. Флажок упал...

Среди шахматной элиты Ласкера выделяла такая симпатичная черта его характера, как уважительное и дружелюбное отношение к людям. Почти для каждого у него находилось доброе, хорошее слово. (Как он отличается в этом отношении от тех гроссмейстеров, которые разжигают в себе неприязнь и даже ненависть к своим противникам, полагая, что такое психологическое состояние помогает одерживать победы.)

Сальве — «прекрасный шахматный учитель... Необычайно силен в защите... находит неожиданные и остроумные ресурсы... отличается здравым смыслом».

Рубинштейн — «обладает превосходным «чувством позиции», тем особым чутьем, которое характеризует подлинного шахматиста и с помощью которого он быстро и большей частью правильно оценивает положение. Уже это одно делает его выдающимся маэстро».

Бернштейн — «самобытный талант... он обладает редким даром находить оригинальные атаки».

Фрейман — «очень четко разбирается в сложных положениях».

Тартаковер и Дуз-Хотимир- ский — «отважно, иногда безумно идут в огонь там, где другие осторожно отступают: это стратегия гениальных юношей».

«Дурас и Видмар произвели революцию в шахматах, и М. И. Чигорин нашел в них достойных преемников».

Разумеется, не всем давал Ласкер столь щедрые оценки. Случались у него и трения, например с Таррашем и Капабланкой, но он никогда не был их инициатором. Причина была в его «непомерных» финансовых требованиях при организации матчей на первенство мира. Но ведь он стремился не только обеспечить себя, но и поднять престиж своей профессии. Перед ним стояли образы шахматистов, погибших в нищете, общественных больницах или просто умерших с голоду.

Если даже сложившиеся обстоятельства приводили Ласкера к конфликту, то он стремился уладить его при первой возможности, охотно шел на примирение.

После матча с Таррашем в 1908 году друзья хотели восстановить отношения между двумя крупнейшими шахматистами, но Тарраш сказал: «У меня для Ласкера есть только три слова— шах и мат».

Но уже в 1914 году в Петербурге Тарраш (по его словам) во время обеденного перерыва в 7-м туре финала обратился к Ласкеру с вопросом:

— Почему вы избрали разменный вариант испанской партии против Капабланки? Вы должны играть остро, на выигрыш.

— У меня не было выбора,— ответил Ласкер.— Вашей защите, примененной против Бернштейна и против меня, я решительно ничего не могу противопоставить (Тарраш выиграл черными испанскую партию у Бернштейна и получил выигрышную позицию против Ласкера.— 5. 5.).

Этот диалог показывает, что неприязнь между Ласкером и Таррашем к тому времени исчезла, и можно не сомневаться, что инициатива примирения исходила от Ласкера.

Ласкер был настоящим джентльменом в лучшем смысле этого слова. Если на турнире возникало недоразумение, спрашивали Ласкера, и его решение всегда было справедливо и принималось безоговорочно. Он понимал тонкости взаимоотношений, которые другим не всегда были доступны. Ботвинник — тогда еще не чемпион мира — рассказывает, что на турнире в Ноттингеме (1936) он отложил партию с Ласкером с шансами на выигрыш; при анализе ему показалось, что Ласкер может сделать ничью. Правда, лишь в том случае, если он записал единственный сильный ход.

Во время обеденного перерыва Ботвинник сказал Ласкеру, что он предлагает ничью, если Ласкер записал именно этот ход. Ласкер ответил, что он записал другой ход, но все же, по его мнению, ничья неизбежна. Тут Ботвинник понял, что предложение ничьей в такой

форме не вполне корректно, поскольку нарушается тайна записанного хода: становится ясным, что Ласкер не записал ход, который Ботвинник считает сильнейшим, а это облегчает анализ.

Ботвинник рассказывает далее, что он предложил Ласкеру свои карманные шахматы в доказательство того, что не будет анализировать позицию, но Ласкер отказался, заявив, что доверяет ему.

При доигрывании партия закончилась вничью. Оказывается, было два пути к ничьей: один из них был найден Ботвинником, а другой — Ласкером. Но с тех пор никто уже не предлагает ничью «при условии», что записан именно данный ход.

Если Ласкеру случалось проиграть партию, хоть это и нечасто бывало, он при обычном «экспресс-анализе» никогда не жаловался на свои «грубые промахи», не утверждал, что мог бы эту партию выиграть. Когда же проигравший ему партнер сетовал на свои ошибки — действительные или мнимые,— Ласкер не стремился его опровергнуть, а лишь кивал головой и дружелюбно улыбался, слегка опуская уголки губ.

Чувство юмора — фамильная черта семьи Ласкеров, оно в высшей степени было присуще как самому Эмануилу, так и его жене Марте Ласкер. О его остроумных репликах, о тонком вкусе, как, впрочем, и орассеян-

ности, сохранилось множество рассказов и анекдотов.

Однажды он приехал в Париж и по рекомендации одного из лондонских друзей остановился на частной квартире. Оставив у хозяйки весь свой багаж, он отправился, конечно, в кафе «Режанс» и там провел время до вечера. И тут обнаружилось, что Ласкер забыл адрес своей квартиры, даже название улицы. Ничего другого не оставалось, как переночевать у одного из знакомых шахматистов. Правда, тут же была дана телеграмма лондонскому приятелю с просьбой повторить адрес рекомендованной им квартиры.

На следующий день, не получив ответа из Лондона, Ласкер сообразил, что он в своей телеграмме не указал обратного адреса. Пришлось предпринять системное обследование парижских площадей и улиц. Был уже поздний вечер, когда Ласкер благодаря своей зрительной памяти все-таки нашел квартиру. И тут хозяйка вручила ему телеграмму из Лондона, которая была отправлена по ее собственному адресу!?

Английский переводчик книги д-ра Ханнака, рассказав эту историю, остроумно добавляет: «Лондонский приятель Ласкера, как видно, не принадлежал к числу шахматных мастеров комбинационного стиля. Иначе он догадался бы отправить ответную телеграмму в кафе “Режанс”».

Что же касается фрау Марты

Ласкер, верной подруги чемпиона мира в течение многих лет, то это была яркая и интересная личность. Об истории их дружбы и любви — речь впереди, а сейчас ограничимся рассказом об одной шутке.

Когда группа участников турнира в Нью-Йорке (1924) плыла в Соединенные Штаты, шахматисты постоянно общались между собой: играли в шахматы, вместе анализировали, беседовали. Фрау Марта снабдила в дорогу своего супруга нс только книгами, но и запасами продовольствия, в том числе вареными яйцами с ее собственной птицефермы. На каждом яйце была указана дата, когда его надлежало съесть, и, кроме того, какое-нибудь предписание, сообщение или совет. Каждое утро за завтраком коллеги, улыбаясь, спрашивали Ласкера:

— Итак, какие новости от вашей жены сегодня?

Тогда Ласкер смотрел на дату и с серьезным видом читал надпись на яйце: «Не забывай меня», или «Не кури слишком много!», или, наконец, «Отдай стюарду выстирать сорочку».

ЭТАПЫ ЖИЗНЕННОГО ПУТИ

Можно определенно сказать: юность Ласкера закончилась в тот день, когда он решился играть в побочном турнире (сегодня мы назвали бы его турниром кандидатов в мастера) 6-го конгресса Германского шахматного союза и тем самым принял

на себя обязательства взрослого человека, мужчины. Немало колебаний он испытал при этом: ведь он понимал, что профессия шахматиста означает отказ, пусть временный, от карьеры математика, которая складывалась так удачно. Вероятно, он говорил себе: я ведь не бросаю пока университет (но знал, что придется бросить), если плохо сыграю,— вернусь к математике (но знал, что возьмет 1-й приз).

Ласкер был уверен в своих силах. Где же и когда он так резко вырос в шахматах?

Биографы Ласкера не отвечают на этот вопрос, хотя о причинах, по-видимому, можно догадаться, сопоставив даты его поступления в школу и окончания. Эмануил был принят в школу на два класса выше своих сверстников, а на выпускной экзамен, где он так отличился, пошел в 1888 году, когда ему было уже почти 20 лет. По свидетельству профессора Кевитца, другие абитуриенты были в возрасте 16—17 лет. Не значит ли это, что по меньшей мере три- четыре года были отданы шахматам? В эти годы Ласкер познакомился за доской с берлинской шахматной молодежью и с мастерами. Вероятно, он играл на ставку в кафе «Кайзерхоф», своего рода берлинским аналоге кафе «Режанс». Мы знаем, что Ласкер, обучаясь в университете, не мог давать уроки, так как не имел приличной одежды, а значит, не имел регулярного заработка — стипендий студен-

там тогда не давали. Шахматы были для него пищей в буквальном и переносном смысле.

Побочный турнир, состоявшийся летом 1889 года в Брес- лавле, строго говоря, не был первым состязанием Ласкера. Незадолго до этого он сыграл в турнире, устроенном в кафе «Кайзерхоф», и выиграл все партии, взяв 1-й приз, который пришелся ему очень кстати.

С большими надеждами Ласкер начал играть в «кандидатском» турнире и действительно легко победил в предварительной группе, сделав всего две ничьи в девяти партиях. Не столь удачно сложились дела в финале. Ласкер набрал всего 4 очка в шести встречах, но и этого оказалось достаточно, чтобы разделить 1-е место с Файер- файл ем, у которого он выиграл решающую партию черными .

Следующий шаг на жизненном пути Ласкера — турнир в Амстердаме (1889), не бог весть с каким сильным составом, но все же международный: Берн — 7 очков из 8, Ласкер — 6 (проиграл ван Флиту, сделал ничьи с Берном и Мэзоном), Мэзон — 5г/2, ван Флит — 5, Гунсберг — 4, Бауэр—3V2...

Ласкер здесь выиграл блестящую партию у Бауэра. Он пожертвовал двух слонов, одного за другим, чтобы разрушить прикрытие черного короля; партнеру пришлось отдать ферзя,

но он получил за него еще и ладью — казалось бы, достаточная компенсация. Однако идея комбинации Ласкера была не только в жертве двух слонов, но и в заключительном, 22-м ходе: Ласкер выигрывал еще одну фигуру. Эта партия подняла его престиж в шахматном мире больше, чем победа в каком-нибудь крупном турнире. Она до сих пор демонстрируется как открытие, как эталон атакующей комбинации, которая ранее нс встречалась в партиях мастеров.

Возвратившись в Берлин, Ласкер выиграл небольшой матч у Курта фон Барделебена — мастера международного класса, известного аналитика и литератора. На его счету были высокие результаты в Нюрнберге (1883), Франкфурте-на-Майне (1887), Брэдфорде (1888). В дальнейшем в матчах Барделебен победил Тейхмана и сыграл вничью с Блэкберном.

После победы над Барделебе- ном Ласкер встретился с Жаком Мизесом — молодым шахматистом, который впоследствии стал гроссмейстером. Крупный успех в этом матче (4-5=3) выдвинул Ласкера в первые ряды германских шахматистов.

Ласкер убедился в своей силе, но уже тогда понимал, что профессионал средней руки никогда не сможет создать себе материальную базу для нормальной, обеспеченной жизни, он видел, что к шахматистам зачастую относятся как к людям

второго сорта, вроде скоморохов, свадебных музыкантов... Жизнь давала слишком много примеров нищеты и гибели стареющих профессионалов, и Ласкер твердо решил искать путь к высшему положению в мировой шахматной иерархии. А если так, ему в Германии больше нечего делать — до матча с Тарра- шем он еще не дорос, а других соперников победил.

И вот Ласкер в 1890 году отправляется в Англию и начинает там разведку боем. В Лондоне он встретился с Генри Бердом, вторым по силе шахматистом страны, который с почетным результатом закончил (правда, 24 года назад) матч с самим Стейницем. Ласкер победил его с огромным преимуществом: + 7—2=3. Выиграл он еще два матча по пять партий: у сильного любителя Миниати и известного австрийского мастера Б. Энглиша .

В следующем году предстояло открытие Всемирной выставки в Лондоне. Популярность Ласкера настолько возросла, что его пригласили участвовать в ней в качестве не то гида, не то экспоната в германском павильоне. Он должен был играть в шахматы с посетителями. Предложили хорошие деньги, да и заманчиво было пожить в Лондоне, испытать свои силы в борьбе с серьезными против

никами, и прежде всего с Джозефом Блэкберном.

План Ласкера удался, и в 1892 году его пригласили, вопреки английским традициям, в турнир Британского шахматного союза. Блэкберн возражал против участия иностранца, только что приехавшего в Англию, и в знак протеста отказался играть в турнире. Ласкер занял 1-е место с великолепным результатом: 9 очков из 11. Позади остались Мэзон, Ломан, Берд, Локок, Фентон, Ли и другие.

Теперь Блэкберн уже не мог уклоняться от встречи, и через месяц Ласкер был приглашен в двухкруговой турнир с участием четырех сильнейших английских шахматистов.

Снова пьянящее 1-е место, и, самое главное,— в обеих партиях он победил Блэкберна, который, в свою очередь, выиграл все остальные партии и отстал от Ласкера всего на пол-очка. Редкий результат в турнире!

Месяца не прошло, как начался матч Ласкера с Блэкберном (1892). Многолетний лидер английских шахмат, победитель и призер 12 международных турниров, участник трех матчей со Стейницем не смог выиграть ни одной партии из десяти: +6=4 в пользу Ласкера — таков результат матча! Вслед за тем он опять разгромил Берда, выиграв все пять партий!

Итак, у Ласкера оставались во всем мире три соперника мирового класса — Тарраш в Германии, Чигорин в России и

чемпион мира Стейниц в Америке. Вероятно, Ласкер предвидел, что Тарраш не захочет играть с ним матч. Много ли чести было ему, победителю трех крупных турниров, в которых он проиграл лишь одну партию, тягаться с внезапно появившимся на арене юношей. И все же Эмануил послал вызов д-ру Зиг- берту Таррашу, но, как и предполагал, получил отказ и в не очень уважительной форме: «Молодой человек должен сперва доказать победами в крупных международных турнирах, что он имеет право играть с таким человеком, как я».

Биографы Ласкера, и не только они, осуждают Тарраша за это заявление. Тарраш, говорят они, высокомерен и самовлюблен. Однако же бывают в жизни ситуации, когда недружелюбный человек говорит неприятные вещи в невежливой форме, а по существу он прав. Быть может, именно в этом смысле и следовало бы прочесть ответ Тарраша?

Необходимость крупных успехов, разумеется, была ясна самому Ласкеру, и такие успехи, судя по всему, входили в его далеко идущие планы. Какое же решение он теперь примет? «Молодой человек» верит в свои силы и отправляется... в Америку, имея в виду подготовить обстановку для матча на первенство мира с Вильгельмом Стейницем... Он изъездил Америку вдоль и поперек, завоевывая признание и популярность,

читая лекции, давая сеансы, играя гастрольные партии.

К концу 1893 года Ласкер достиг, как говорят в наше время, «пика» спортивной формы. Он выиграл в Гаване матчи у сильных кубинских шахматистов Гольмайо и Васкеза, а на турнире в Нью-Йорке победил всех 13 конкурентов, опередив ближайшего — Альбина на 4Уз очка, далее были Дельмар, Ли и Шовальтер — по 8, Хэнем — 7 %, Пильсбери — 7. Столь сенсационный результат очень импонировал американцам — любителям рекордов. Кроме того, он выиграл матч (1892) у Джексона Шовальтера— одного из сильнейших шахматистов Нового Света (если не считать, конечно, Стейница) с крупным счетом +6—2=2.

Теперь у Ласкера появилась реальная возможность организовать матч со Стейницем. Вызов был послан в августе 1893 года и принят чемпионом мира. Играли на ставку 5000 долларов. Это условие требуется пояснить. Дело в том, что еще со времен Морфи (и даже раньше) повелось, что соперники в матче как бы заключают между собой пари на определенную сумму. Каждый вносит за себя залог, а по окончании матча вся сумма передается победителю. В дальнейшем сильные шахматисты не ставили свои деньги, а за них вносили залог клубы, шахматные союзы или чаще всего — меценаты. После матча залоговую сумму возвращали побе

дившей стороне, а выигрыш делили между шахматистом и его поручителями в определенной пропорции. Бывало и так, что часть призового фонда, независимо от результата, заранее передавалась в качестве гонорара за участие одному из участников (например, чемпиону мира), а уже оставшаяся сумма делилась между выигравшим и проигравшим. Но в конце прошлого века формально матч играли как бы на заклад самих партнеров. Так, перед матчем со Стейницем Ласкер писал: «...неужели я рискнул бы пятью тысячами долларов и моей шахматной репутацией, если бы не надеялся победить? Я прекрасного мнения об искусстве Стейница, знаю, что мне будет трудно отвоевать у него звание чемпиона мира, которое он с такой честью защищает более четверти века. Я сделаю все возможное, и будущее покажет, достаточно ли будет этого, чтобы выйти победителем».

БОРЬБА ЗА МИРОВОЕ ПЕРВЕНСТВО

Современники Ласкера, а за ними и историки шахмат по-разному оценили сущность борьбы в этом матче и его результаты. Иные считали, и таких немало, что это была легкая прогулка для молодого человека, поскольку одряхлевший чемпион уже не был способен к серьезному сопротивлению. Конечно, фактор возраста играл известную роль в матче, но не решающую. До-

статочно сказать, что «старик» Стейниц и после матча был первым в турнире американских мастеров; более того — в Петербурге (1895/96) он занял 2-е место, причем единственный выиграл микроматч у Пильсбери, тогда как победитель турнира Ласкер проиграл матч Пильсбери со счетом +1—2=3.

Согласно другой версии, Стейниц, творец позиционной логической школы в теории шахмат, встретился с противником, который и сам полностью овладел этой теорией и готов был бороться с чемпионом «на его территории». Действительно, Ласкер как мыслитель на определенной стадии развития превзошел Стейница, но для этого потребовались не дни и недели, а годы и десятилетия. Мировоззрение Ласкера сложилось в 1907— 1914 годах, а в 25 лет он был далек от широких обобщений. Он уже много знал о теории Стейница, но еще не все умел.

Можно было предполагать, что Стейниц, как пророк новой школы, займет крайне фанатичную позицию, будет уходить в глухую защиту, приглашая атаковать, жертвовать, взламывать оборону... Ничего этого не произошло. Чемпион мира встретил молодого соперника во всеоружии здравого смысла. о

Матч начался в Нью-Йорке 15 марта 1894 года. В 1-й партии Ласкер пересчитал Стейница, вернее сказать — перехитрил.

Черные, которыми играл чемпион мира, только что пошли

..е5, имея в виду размен чернопольных слонов, но Ласкер неожиданно отошел слоном на еЗ, предлагая взять пешку Н4. Однако в этом случае белые ответили бы 17. Фg4 с неприятными угрозами 18. g3 и далее ЛЫ : h7 и ФgЗ : g64-. Если же 17...Kpf7, то 18. Ф15+ Cf6 19. Сс5! Стейниц не взял пешку, а рокировал, но затем ему пришлось сыграть Kg6—(4, и после размена у черных появилась оторвавшаяся от тыловых баз пешка на f4. Конечно, здесь у черных далеко еще не проигранная позиция, но Стейниц, «невидимому, не желал довольствоваться ничьей» (М. Чигорин) и допустил две неточности кряду— на 34-м и 35-м ходах. Пешка 14 была съедена на 41-м ходу, после, можно сказать, основательной подготовки. Затем, надвигая пешки королевского фланга, Ласкер выиграл качество.

Во 2-й встрече уже Стейниц продемонстрировал классическую атаку (см. диаграмму).

Разумеется, белые здесь отдали ладью за слона g6 и после трех очевидных ходов получили за нее дополнительно фигуру и пешку: 27. Л : g6 Кр : g6 28.

Ф15+ Kpf7 29. Ф : h5+ Kpg8 30. Ф : c5.

В 3-й партии снова была испанская. Ласкер применяет одну из своих замечательных стратегических идей, связанных с прорывом f4—f5, захватывает для коня пункт еб, а затем, прорвавшись по линии «а», выигрывает фигуру уже на 25-м ходу. Стейниц с юношеским пылом бросает своего ферзя в отчаянную контратаку и наводит тем немалую панику на не успевшего рокировать белого короля. Был момент, когда он мог достичь ничьей, но и упустив эту возможность, Стейниц еще сопротивлялся до 52-го хода.

Четвертый поединок Стейниц начинает итальянской партией. Ласкер черными атакует короля, не останавливаясь даже перед жертвой фигуры.

аЗ К : еЗ 15. fe Ch4+ 16. g3 Cg4 17. О—0 Фе8. Пока ферзь передвигается на более удобную позицию, Стейниц успевает взять коня: 18. ab ФЬ5 19. К : d5 Л : 13 20. № Л : 14 (неутомимая ладья стремится все взять, но...) 21. ФЬЗ+ Л17 22. Л : 17 Ф : 17 23. Са2 Ф : ЬЗ 24. С : Ь3+ Кр18 25. gh.

И вот результат — окончание с лишней пешкой у белых, но чего она стоит! У Стейница две пары сдвоенных, к тому же изолированных пешек, правда есть и защищенная проходная... Неужели этот эндшпиль можно выиграть? Оказывается, можно!

Черные сдались...

Следующие две встречи закончились вничью, в обоих случаях в финальной позиции у Стейница было по лишней пешке. Не похоже, что «молодой» Ласкер легко одолевает «престарелого» чемпиона мира...

7-я партия началась в нервной обстановке. Если допустить, что у Ласкера были надежды на быструю победу в матче, то к этому моменту стало очевидно, что они не сбываются. Необходимо было подобрать ключ, чтобы обнаружить слабые стороны в

игре Стейница. Их нет ни в стратегии, ни в тактике. Где же они? В психологии? И вот при переходе от дебюта к миттельшпилю Ласкер бросается в психологическую атаку.

черные последним ходом вместо Kg6—h8 сыграли 21...Л18, то последовало бы: 22. Ь4 Ле4 23. Ь5 Л : с4 24. hg, и теперь в случае 24...fg возможно 25. Фб5+, если же взять пешкой «Ь», то решает 25. Ле1 Ф68 26. Лegl с сильной угрозой 27. ФЬ2.

Далее, по крайней мере в трех местах, черные могли сыграть лучше и, вероятно, отбивали атаку, но Стейниц все время делал что-то нс то, запутался в осложнениях и проиграл.

Здесь белые сыграли 14. g4, и на 14...Ле8 ответили 15. g5. Стейниц, естественно, взял коня — 15...С : d5, а Ласкер, как пишут в таких случаях комментаторы, допустил просмотр: взял на d5 нс пешкой, а ферзем и потерял две пешки.

Конечно, без двух пешек играть не сладко, но ведь и на h8 стоит не конь, а лишь четверть коня — он контролирует оттуда всего два поля, тогда как в другом варианте мог бы стоять на е5 и контролировать все восемь.

Почему он ускакал так далеко? Да потому, что если бы

ФЬ2 Ф67 42. Фgl+ d4 43. Фg5+ Ф65 44. Л15 Ф : 15 45. Ф : 15+ Kpd6 46. Ф16+. Черные сдались.

Если чисто шахматные поражения Стейниц переносил мужественно, вновь полностью мобилизуясь в следующей партии, то психологическое поражение повлияло на него сильно. Рухнули какие-то системные связи в его оборонительных методах и правилах. После этой партии Стейниц проиграл еще четыре партии кряду!

Казалось, все кончена, даже самые горячие поклонники Стейница, искренне уверенные в его превосходстве и провозглашав-

шие его непобедимым, даже и они отчаялись. Но Стейниц проявил величие духа. Сделав ничью в 12-й партии, он в следующей встрече черными в разменном варианте испанской партии искусно использовал силу своих двух слонов в сочетании с давлением по линии «с», выиграл пешку, а вскоре и вторую. «Ласкеру пришлось отдать коня за пару пешек, но это не помогло, и на 55-м ходу Стейниц наконец услышал долгожданное слово «сдаюсь». В 14-й партии Стейниц превосходно разыграл дебют. Затем угрозой прямой атаки вынудил ход 17—15, создавший черным «пожизненную» слабость на еб, и, играя на этой слабости, предпринял комбинацию, которая завершилась поначалу, правда, не так уж многим — парой пешек за качество. Вместе с тем выяснилось, что пешки черных разрозненны и слабы; вскоре Ласкер потерял еще одну, после чего три белые пешки победоносно пошли в ферзи.

Так могучий дуб, пораженный молнией и переживший расцвет своей жизни, впивается корнями в землю, противоборствуя ударам, и погибает стоя...

Однако затем Ласкер в хорошем стиле выиграл две партии, и счет стал 9 : 4. И снова Стейниц собрался с силами: в 17-й встрече из ничего он создал атаку на ферзевом фланге, а после размена ферзей его позиционный зажим по линии «с» стал нестерпим... Заключительный

ход 51... 15! достойно венчал игру первого чемпиона мира в этом матче.

Следующая партия протекала с преимуществом Ласкера, но Стейницу в легкофигурном окончании удалось сделать ничью.

Развязка наступила в 19-й партии. В какой-то момент Стейниц отдал качество, не получив за него даже пешки. Он не был к этому вынужден, но, по-види- мому, его психологические ресурсы были уже исчерпаны.

Это было 26 мая 1894 года. Опираясь на свою палку, Стейниц с трудом поднялся с кресла и провозгласил троекратное «ура» в честь нового чемпиона мира... Впоследствии далеко не все проигравшие чемпионы следовали его примеру.

Ласкер выиграл матч со счетом + 10—5—4. Однако и этот убедительный результат не убедил Тарраша, который тогда во многом формировал общественное мнение в шахматном мире.

«Только с чувством глубокого сожаления,— писал он, — можно рассматривать последние партии матча. Если уже в первых партиях, особенно в 7-й, не

видно обычной силы старого маэстро, то позднейшие все более и более дают повод к сравнению их с последними партиями Цу- керторта, который на закате жизни совершенно утратил все присущие ему черты — силу, изобретательность, инициативу, уверенность...»

Сколько сарказма в этих словах! За ними чувствуется и зависть к Ласкеру, и сожаление о том, что это не он, не Тарраш, стал чемпионом мира; ему ведь предлагали сыграть матч со Стейницем несколько лет назад, а он отказался... Но по существу Тарраш, конечно, прав: 7-я партия сложилась очень странно, а в последних партиях игра Стейница большей частью вызывала сожаление. Ласкер, разумеется, в этом ничуть не виноват, он боролся с полной отдачей, играл с каждой партией все сильнее, и победа его вполне заслуженна. Но свое превосходство над сильнейшими шахматистами мира ему еще предстояло доказать...

Закончилась ли на этом борьба Ласкера со Стейницем? Фактически, конечно, да, но многие считали, что реванш еще возможен. Не только Тарраш, но и другие известные мастера, анализируя партии, видели, что Стейниц нередко делал ошибки, которые выходили за пределы, допустимые для шахматистов его класса. Они не видели лишь того, что и Ласкер тоже ошибался, правда реже Стейница; но дело не в том, кто из них,

где и сколько раз ошибся, а в том, что Ласкер замечал промахи противника и использовал их, делая очевидными для всего шахматного мира, а Стейниц не всегда улавливал, в чем неточность Ласкера, в силу чего и игра Ласкера выглядела почти безошибочной.

Очень тонко и справедливо сказал о нем после матча Бар- дел ебен: «Ласкер не постиг всю глубину концепции Стейница, но он компенсирует это необычайно строгим самоконтролем и расчетом. Его игра почти безошибочна, и в этом главная причина его победы. Не менее значительная черта стиля Ласкера— его искусство защищать сомнительные позиции, постоянно ставить перед противником трудные задачи, тогда как другие шахматисты в столь плохих позициях падают духом и делают ошибки, ускоряющие конец. Стиль Ласкера не особенно агрессивен. Его комбинациям недостает блеска, но в понимании позиции — основа его силы. В защите он гораздо сильнее, чем в атаке. Зная это, он атакует, когда преимущество очевидно и значительно или же когда его позиция настолько сомнительна, что пассивная защита не оставляет никаких шансов».

Это последнее замечание и разъясняет поведение Ласкера в 7-й партии. Во многих отношениях ее можно рассматривать как предшественницу 10-й партии в матче с Шлехтером.

А что же Стейниц? Он не был морально разбит и в Гастингсе (1895) сыграл на уровне элиты, всего лишь на два места отстав от Ласкера. Их встреча в этом турнире была не похожа на матчевые партии.

Ласкер играл раскованно и непринужденно, а Стейниц демонстрировал полное пренебрежение к принципу развития. После 21-го хода у него была всего одна (!) развитая фигура— слон... на d7, но зато в его позиции не было пешечных слабостей. Сделав свой последний ход 21...Кс8, он как бы бросил вызов Ласкеру: атакуйте, молодой человек, вы, говорят, умеете жертвовать двух слонов, чтобы разрушить прикрытие короля, что ж, попробуйте, у вас есть хороший случай... Но Ласкер не торопился.

22. Ф62 Ксе7 23. с5 g6 24. ФсЗ 15 (теперь пора!) 25. К : е5 de 26. Ф: е5+ К16 27. Cd4 1g 28. hgC : g4 29. Фg5 Фd7 30. С : 16+ Kpg8 31. Cdl Ch3+ 32. Kpgl К : d5 33. C : d8, и белые с лишней фигурой форсировали мат.

Следующая встреча Ласкера со Стейницем произошла в Пе

тербурге (1895/96), и там успех сопутствовал молодому чемпиону — он выиграл матч из шести партий со счетом +3—1=2. Однако Стейниц занял в турнире 2-е место, оттеснив победителей Гастингса Пильсбери и Чигорина, что пробудило у его сторонников и у него самого новые надежды.

Решено было матч-реванш организовать в Москве. Видимо, московские шахматисты рассудили, что если в Петербурге был организован первый в России международный турнир, то почему бы не организовать в Москве (с помощью меценатов, разумеется) первый в России матч на первенство мира?

Матч-реванш начался в ноябре 1896 года на тех же условиях, что и первый матч,— до десяти выигранных партий. Стейниц начал борьбу итальянской партией и уже на 10-м ходу пожертвовал фигуру. Задержав рокировку черных, он выиграл сначала одну пешку, потом вторую и, наконец, даже третью. После размена ферзей Стейниц имел в эндшпиле хорошие шансы на ничью, но упустил момент забрать пешку «а»— последнюю пешку черных на ферзевом фланге — и проиграл. Такой же результат был в двух следующих встречах... После десяти партий счет дошел до 7 : 0 (без зачета ничьих). Матч игрался с большими перерывами — иногда до недели, закончился он лишь 14 января 1897 года с результатом + 10—2=7.

После этого Ласкер сыграл со Стейницем еще только две партии в Лондоне (1899). В 1-м круге он предложил ему ничью при полной доске фигур уже на 24-м ходу, а во 2-м выиграл прямой атакой, жертвой двух фигур разрушив пешечное прикрытие неприятельского короля...

Такова история борьбы двух величайших шахматистов. Общий счет их встреч +26—8=12. Перевес Ласкера в процентах велик, но ни один шахматист за всю его долгую жизнь не выиграл у него столько партий! Даже Капабланка выиграл только шесть.

... В 1900 году в Нью-Йорке в доме общественного призрения скончался Вильгельм Стейниц— основатель «новой школы». XX век был не для него. Этому столетию нужны были другие лидеры.

В жизни Ласкера начинался новый этап — эпоха Больших турниров: Гастингс, Петербург, Нюрнберг, Лондон, Париж...

БОЛЬШИЕ ТУРНИРЫ

В августе 1895 года начался грандиозный турнир в Гастингсе. Участвовали 22 шахматиста. Среди них Чигорин, Стейниц, Яновский, Шлехтер, Тейхман, Блэкберн, Шиффере...

За три тура до конца турнира лидировал Ласкер, на полочка отставал Чигорин и еще на пол-очка никому дсселе неведомый молодой американец Гар

ри Нельсон Пильсбери, которому было тогда лишь 22 года. Американец выиграл все три оставшиеся партии и занял 1-е место, Чигорин остался вторым, а Ласкер, потерпев на финише досадное фиаско в партии с Таррашем, оказался лишь на 3-м месте.

Встреча эта сложилась драматически. Была разыграна испанская партия. Пешечная структура приобрела контуры разменного варианта, как вдруг Ласкер двинул своего короля через d7 на сб, словно в насмешку над своим ортодоксальным противником. После 21-го хода позиция была такой:

Здесь и в дальнейшем ход Ь2—Ь4 выглядел очень сильно, но Тарраш почему-то отказался от него. К 40-му ходу у Ласкера в эндшпиле появились шансы на выигрыш, но ничья у белых еще была. Тарраш, однако, избрал неправильный план, а Ласкер в ответ... тут же допустил ошибку и в итоге проиграл.

Оба соперника могли быть довольны своим результатом: Ласкер опередил Тарраша на полтора очка, зато Тарраш победил его в личной встрече. Впро-

чем, эти же обстоятельства могли быть поводом и для недовольства обоих. Тарраш, например, не упустил случая метнуть в чемпиона мира одну из своих отравленных стрел: «Третий призер — Ласкер в первый раз доказал, что он очень сильный игрок. Все его предыдущие успехи были выше всякой меры раздуты беспримерной рекламой».

Не прошло и трех месяцев после окончания гастингского турнира, как начался первый в истории шахмат международный турнир в России. Пусть раньше у нас никогда не было таких турниров, но уж когда петербургские финансисты взялись за дело, то устроили нечто грандиозное. Организаторы турнира хотели решить сразу несколько задач, и прежде всего дать возможность надежде и гордости русских шахмат — Михаилу Ивановичу Чигорину подтвердить свой успех в Гастингсе и снова вступить в борьбу за первенство мира.

Но из всех задач, поставленных перед собой организаторами, блестяще была решена лишь одна — развитие шахматного движения в России, выход русских шахматистов на международную арену. Если в конце XIX века всего два мастера представляли Россию в международных соревнованиях, то в 1909 году таких мастеров было уже десять. В Петербурге и Москве, в Лодзи и Варшаве, в Самаре и Киеве, во многих губернских городах возникли шахматные

кружки, общества, появились периодические шахматные издания, а также отделы в газетах и журналах.

В турнир были приглашены только Ласкер, Чигорин, Пиль- сбери, Стейниц и Тарраш, но мюнхенский доктор не смог (или не захотел?) после Гастингса еще на полтора месяца оторваться от врачебной практики. Оставшиеся четыре участника должны были сыграть между собой по шесть партий, всего, таким образом, получалось 18 туров, что приближало условия борьбы к матчам на первенство мира.

Чигорину родные стены не помогли: он, правда, выиграл матч у Стейница со счетом +3— 2=1, но зато проиграл, хоть и с минимальным счетом, Пиль- сбери и крайне неудачно сыграл против Ласкера. В результате Чигорин занял последнее место.

О причинах этой неудачи немало было написано, но скорее всего Чигорин просто перегорел, затратив массу энергии на организацию турнира. Надо сказать, что и петербургская пресса порой в недопустимом тоне критиковала его игру.

После первой половины турнира лидировал Пильсбери, Ласкер отставал от него на очко. Особенно неприятно было Ласкеру, что он проиграл Пильсбери две партии из трех, а 3-я окончилась вничью.

В 10-м туре, однако, произошел коренной перелом: Ласкер блестяще разгромил Пильсбери,

после чего у него открылось второе дыхание и он финишировал первым с отрывом в 2 очка! Пильсбери же занял лишь 3-е место. Во второй половине турнира он не выиграл ни одной (!) партии, а проиграл целых пять...

Мы не знаем, какую оценку дал Тарраш результатам петербургского турнира, признал ли он наконец моральные права Ласкера на титул чемпиона мира или, быть может, скептически сказал: «Меня-то в Петербурге не было, а в личных встречах счет 1 : 0 в мою пользу». (Но и этот перевес был им через несколько месяцев уже утрачен.)

В серии «самоутверждающих» турнирных выступлений Ласкера после завоевания мирового первенства точка (или, вернее, восклицательный знак) была им поставлена в Нюрнберге в июле 1896 года. Здесь он вел открытую и смелую борьбу. И хотя Ласкер проиграл Пильсбери, Яновскому и в последнем туре Харузеку, он все же занял 1-е место, на очко впереди второго призера Мароци! Позади остались Пильсбери, Тарраш (проигравший Ласкеру любопытный коневой эндшпиль), Яновский, Стейниц, Вальбродт, Шлехтер, Чигорин, Шиффере, Блэкберн, Харузек... Это был триумф.

После насыщенных событиями трех лет в шахматной деятельности Ласкера наступил перерыв примерно на два с половиной года. У него было время оглянуться на пройденный путь

и с присущей ему самокритичностью проанализировать свои успехи и некоторые частичные неудачи. Чем он побеждал соперников, нс уступавших ему зачастую ни талантом, ни знаниями? Владел ли он уже позиционной теорией Стейница? Обладал ли в полной мере мировоззрением, в котором сочетались бы позиционный, комбинационный и психологический элементы? На эти вопросы не было однозначного ответа: слишком уж по-разному складывалась борьба, особенно в турнирах, где успех зависит не только от результатов собственной партии, но и от результатов других. В целом все же можно было усмотреть некоторые тенденции в игре Ласкера, прежде всего его стремление к эндшпилю, желательно с ладьями и легкими фигурами. Такие окончания он разыгрывал виртуозно, и поэтому уже с дебюта стремился накопить преимущества для перехода в эндшпиль .

При форсированной игре Ласкер очень точно рассчитывал варианты и, как правило, дальше своих партнеров. И промахи в игре партнеров (потери пешек, качества) — это не одноходовые «зевки», а неточный расчет форсированных маневров. Ласкер заботливо относился к

своей пешечной структуре, и если ослаблял ее, то лишь при шансах на прямую атаку или в конкретном варианте для получения материального преимущества. Что касается комбинаций, то в этот период они у Ласкера сравнительно редки. Его преимущество в логике было столь велико, что он мог побеждать, не прибегая к комбинационному решению партий.

Ласкер избегал острых дебютов, предпочитая испанскую партию и ферзевый гамбит. Королевский гамбит он, например, не играл ни разу, гамбит Эванса — один раз при игре не глядя на доску в Нью-Йорке, итальянскую партию — тоже один раз. Часто играл он французскую защиту, несколько реже сицилианскую. В его практике зарегистрировано шесть партий, сыгранных сицилианской защитой, в которых Ласкер набрал 5% очков.

Эхо петербургского турнира достигло Англии и Франции. В Лондоне в июне — июле 1899 года шахматисты провожали XIX столетие, а в Париже в мае — июне 1900 года во время Всемирной выставки уже встречали XX век. На капитанском мостике шахматного корабля, пересекавшего границу двух столетий, гордо стоял молодой человек из захолустного Бер- линхена...

В Лондоне 14 человек играли в два круга, пятнадцатый участник Тейхман выбыл после четырех туров. Начало турнира

сложилось для Ласкера не очень удачно — в первых двух турах он сделал ничьи. Зато в 3-м туре он белыми развил сильнейшую атаку против Ли, король которого метался по всей доске от Ь8 до g4, где и капитулировал под угрозой мата.

В следующем туре, наоборот, король его противника Блэкберна 44 хода сохранял полную неподвижность. Лишь на 45-м ходу он переместился с е8 на е7, но Ласкер как будто этого только и ждал — тут же сдался, так как у него в этот момент была только ладья за ферзя с пешкой. Некоторые комментаторы считали, что он просмотрел потерю ферзя, хотя в действительности это была пусть не сложная, но изящная комбина

ция Блэкберна.

Ход белых, грозит перевод ферзя на линию «h», а пункт hl защитить трудно. Ласкер сыграл 31. 13, последовало: 31... ЛЫ+ 32. Кр : hl С : g3 33. K:g3 Kf2+ и 34...K:dl.

С двумя очками после четырех туров, имея впереди себя Пильсбери, Яновского и Маро- ци, другой на его месте мог бы пасть жертвой досады и сомне-

ний. Но Ласкер по-иному решил свою задачу: он в 1-м круге сделал еще только две ничьи и уже на промежуточном финише опередил соперников на очко! Во 2-м круге он резко пошел в отрыв, выиграл 11 партий, победив всех трех конкурентов, и без поражений финишировал, набрав 22% очка — на 4% очка впереди ближайших Пильсбери, Яновского и Мароци. За ними остались Шлехтер, Блэкберн, Чигорин...

В Париже Ласкер лидировал с начала и до конца. Единственный проигрыш Маршаллу не повлиял на его турнирное положение, он выиграл 13 партий из 16 и с 14% очками опередил второго призера Пильсбери на 2 очка. За ними следовали Мароци, Маршалл, Берн, Чигорин, Марко, Мизес, Шлехтер.

Впрочем, «очковые» результаты многих участников в этом состязании были искажены необычным правилом: устроители турнира постановили переигрывать ничьи, и в зачет шел второй результат. Ласкеру пришлось переигрывать всего дважды: с Чигориным он повторил ничью, а у Марко выиграл. Кому повезло, так это Мизесу: он переигрывал пять партий и получил 4 очка. В результате у него оказалось 10 очков, что позволило ему разделить 7—9-е места с Марко и Шлехтером, тогда как, если бы в зачет шли первые результаты, он занял бы лишь 12-е место!

Надо признать, что борьбу с

«ничейной смертью» французы начали, пожалуй, несколько преждевременно: всего-то в турнире было 28 ничьих в 136 партиях. С этим вполне можно было примириться, хотя не исключено, что в XXI веке наши потомки к этому вопросу, быть может, и вернутся: ведь уже сейчас в сильных турнирах шесть — семь партий из десяти кончаются миром.

В обоих турнирах участвовали восемь шахматистов гроссмейстерского класса — Ласкер, Пильсбери, Яновский, Чигорин, Мароци, Шлехтер, Шо- вальтер и Мэзон. В Лондоне, кроме того, были Стейниц и Блэкберн, а в Париже — Маршалл и Мизес. Мы составили сводную таблицу, в которую включили результаты 8 участников обоих турниров между собой. При этом ничьи парижского турнира зачтены без переигрывания (см. таблицу).

Таблица эта довольно точно отражает соотношение сил ведущих шахматистов планеты (за исключением Тарраша и Маршалла) на рубеже двух веков (например, количественная оценка силы Ласкера — 18 из 24, или 86%). Несомненно, в то время Пильсбери был ближайшим к Ласкеру, а Мароци, Шлехтер и Яновский стояли примерно на одном уровне.

Ни один из чемпионов мира, даже Стейниц в период высшего расцвета, не демонстрировал столь ярко творческое и спортивное превосходство, как Лас-

Лондон, 1899

Париж, 1900

1

2

3

4

5

6

7

8

Очки

1

Ласкер

X

21/2

272

27а

272

27а

272

3

18

2

Пильсбери

72

X

2

27г

2

2

3

172

137а

3

Мароци

7 2

1

X

172

2

172

2

272

11

4

Шлехтер

V2

72

172

X

1

2

272

27а

Ю7,

5

Яновский

72

1

1

2

X

2

1

272

10

6

Чигорин

72

1

172

1

1

X

272

172

9

7

Мэзон

72

0

1

72

2

72

X

2

673

8

Шовальтер

0

17г

72

7а

72

17г

1

X

571

кер в эти годы. Партии его были сильны и своеобразны. Наряду с чисто позиционными победами и филигранными эндшпилями у него были и хорошо рассчитанные комбинации. Например, в Лондоне партия со Стейницем удостоилась приза за красоту, красивые атаки удались ему против Ли (дважды — в 3-м и 26-м турах) и Чигорина. В Париже в первую очередь хороша его партия с Мароци. Вызывает восхищение также замечательный позиционный маневр Ласкера в сравнительно простой позиции с Пильсбери, приведший к окончанию, которое он выиграл лишь на 75-м ходу, но это была закономерная победа. Сходное окончание (конь и две пешки против слона) он выиграл в 87 ходов и у Марко. В некоторых эндшпилях (например, в партии Янов

ский — Ласкер) беспомощность его партнеров поражает, но эта беспомощность — просто показатель различного класса.

Его превосходство в окончаниях подавляло психологически, и не только аутсайдеров. Пильсбери сдал партию, которую сегодня пытались бы защи

щать многие мастера.

Здесь можно сделать ничью, отдав слона за две пешки, и такая возможность не столь уж нереальна. Даже если разме-

нять слона на коня и удачно расположить короля, то также есть ничейные позиции в ладейном эндшпиле против пешек «а» и «Ь». Наконец, и легкофигурное окончание (при размене ладей) таит в себе немало тонкостей. Но Пильсбери играть такие позиции против Ласкера считал делом безнадежным. А быть может, он просто не хотел тратить время и переигрывать эту партию в случае ничьей?..

НАУКА И ЖИЗНЬ

Не у каждого хватило бы силы воли, чтобы после столь блистательных побед, когда исполнились самые смелые мечты в шахматах, отказаться на четыре года от участия в состязаниях и вспомнить о своих обязательствах перед математикой и философией. Между тем именно так поступил Ласкер. Получив материальную возможность, он возвратился в Эрлангенский университет, который ранее вынужден был оставить из-за отсутствия средств. Окончив его, он в январе 1902 года с большим успехом защитил докторскую диссертацию.

Профессора университетов в то время еще не делали скидок на знаменитость студентов, и полученная им ученая степень означает, что Ласкер действительно был талантлив и трудолюбив. Его работа впоследствии была оформлена в виде книги, и, как указывает биограф Ласкера, она послужила основой

дальнейших интересных исследований.

К этому же периоду — между Парижем и Кембридж-Спрингсом — относятся и некоторые события его личной жизни, о которых мы знаем (правда, очень мало) из писем и воспоминаний, опубликованных после его смерти.

В письме, адресованном своей близкой знакомой, Ласкер писал по поводу защиты им докторской диссертации: «Профессор Нёзер и его коллеги отнеслись ко мне необычайно дружески при прохождении диссертации, а декан даже заставил меня покраснеть, сказав, что он считает честью для университета присудить мне ученую степень...»

Ласкер прожил в этом небольшом университетском городке около двух лет, занимаясь математикой и ведя беззаботную студенческую жизнь, хотя ему было уже за тридцать. Он любил ходить в театр, встречался со своей подругой — молодой актрисой. Во время прогулок он просил ее разыгрывать сцены из его любимых пьес. Можно пофантазировать и представить себе, что Эмануил подавал реплики за других персонажей разыгрываемых сцен. Ведь впоследствии вместе со своим братом Бертольдом он написал пьесу,, известие о постановке которой он получил в 1925 году в Москве во время партии с К. Торре.

В своих записках, переданных 40 лет спустя биографу

Ласкера, эта актриса рассказывает, что Ласкер обладал великолепным чувством юмора.

«Наш хозяин,— рассказывает она,— большой любитель шахмат, часто играл с одним напыщенным старым глупцом, который воображал себя очень сильным шахматистом. Как видно, ему никогда не попадались на глаза фотографии чемпиона мира. И вот однажды они сели играть с Ласкером. Ход за ходом он поучал Эмануила, как надо играть, и разъяснял молодому человеку его ошибки и промахи. Чемпион мира с серьезным выражением лица выслушивал поучения этого чудака.

— Теперь, молодой человек, вы теряете фигуру. Боюсь, что вам еще многому придется поучиться.

Ласкер склонил голову и с прекрасно разыгранным грустным выражением ответил:

— Великий боже, я, кажется, после этой фигуры теряю еще одну!

И, когда его противник торжественно забрал обе фигуры, Эмануил печально опустил голову и скромно сказал:

— Какая неожиданная удача! Как-то случайно вы получаете мат в три хода.

И под взрыв всеобщего хохота он показал мат в три хода своему партнеру. Но старый глупец, когда ему сказали, что он играл с чемпионом мира, не понял шутки и пришел в гневное состояние...»

Получив ученую степень, Ласкер вернулся в Берлин и там, в доме Людвига Метцгера, редактора одной берлинской газеты, встретился с Мартой Кон. В этом доме по воскресеньям собирались писатели, артисты, художники и особенно музыканты. Однажды фрау Метцгер сказала своей подруге Марте:

«— Сегодня у нас будет необычный гость, с которым вам будет интересно познакомиться. Это молодой профессор математики и к тому же чемпион мира по шахматам.

— Какая скука! Я ничего не понимаю в математике и еще меньше в шахматах.

В этот момент подошел Ласкер, которого она мне и представила. Он выглядел очень застенчивым. Когда же я собралась уходить, он спросил, можно ли будет нам встретиться снова.

— Приходите к нам на чай в понедельник, мой муж будет рад познакомиться с вамп.

— Вы замужем? — спросил он с удивлением.

Я объяснила, что мой муж перенес тяжелую болезнь и теперь инвалид, но ему нравится быть среди людей и он охотно будет встречаться с вами».

«Однажды, — рассказывает далее Марта,— мы уговорились погулять в Тиргартене, и, когда я пришла, Ласкер уже был там и очень обрадовался, увидев меня. Двинут пять мы гуляли, весело беседуя, как вдруг он остановился и сказал, что должен немедленно идти домой.

Причину он объяснит позднее. И он удалился почти бегом, а я была сильно раздражена, оставшись одна в центре парка. И хотя мой муж убеждал меня, что к такому человеку нельзя подходить с обычной меркой и он несомненно все мне объяснит, я разозлилась и решила больше с ним не встречаться. Несколько дней спустя он неожиданно появился и положил на стол объемистую рукопись.

— Это ваша работа, — сказал он.

— Моя? Что вы имеете в виду?

— Да, ваша и только ваша. В тот день, когда мы встретились, я был так счастлив, что внезапно решил математическую задачу, над которой бьюсь вот уже много лет. Это было озарение. Я просто должен был ринуться домой и переложить это на бумагу. Я понимаю, что вам показалось грубостью мое бегство, но прошу вас, смените гнев на милость! Что мне оставалось делать?

Эмануил был частым и желанным гостем в нашем доме. Однажды он сказал, что вскоре должен поехать в Америку, но перед тем он хотел бы, чтобы я познакомилась е его матерью, которой он много рассказывал обо мне.

Я охотно встретилась с ней, и она была очень добра ко мне. Когда мы познакомились, Эмануил сказал:

— Мне хочется, чтобы два человека, которых я люблю

больше всех на свете, были друзьями.

Никогда раньше он не проявлял столь ясно свои чувства, и я была так смущена этим, что постаралась обратить в шутку его слова:

— Если бы он хорошо знал меня, то, вероятно, послал бы к черту, вместо того чтобы представить своей матери.

— О, нет,— возразила она без улыбки. И добавила очень серьезно: — Эмануил точно знает, что он хочет сказать, и говорит только то, что думает.

Через неделю Эмануил уехал в Америку, а четыре месяца спустя его брат Бертольд сказал нам, что их мать скончалась...»

Марта Кон, урожденная Бамбергер, была дочерью главы крупного банкирского дома. Дедом Марты со стороны матери был Джакомо Мейербер — известный композитор. В 19 лет Марта вышла замуж за Эмиля Кона — владельца фабрики музыкальных инструментов. Будучи поражен неизлечимой болезнью, он стоически переносил ее и сохранял интерес к жизни. В первый год брака у них родилась дочь Лотта. К этой дочери, которая, выйдя замуж, уехала в Америку, Ласкер с женой и отправились 35 лет спустя из Советского Союза.

Прошло еще немало времени, пока Ласкер смог жениться на Марте . Она была его верным

другом и спутником в течение сорока лет...

Шахматисты старшего поколения, наверное, помнят, как на московских турнирах 1935 и 1936 годов она сидела в зале, несколько поодаль от игроков, и от звонка до звонка что-то вязала, изредка подходя к столику Ласкера и иногда передавая сигару. Он брал сигары только из ее рук.

Итак, в Берлине в 1902 году солнце ярко светило Ласкеру: шахматные триумфы, диплом профессора, надежды на личное счастье... Но для полноты счастья ему не хватало материальной базы, которая по-прежнему была неустойчива. Правда, начиная с матча на первенство мира Ласкер заработал примерно 50 тысяч марок, и этих денег при скромной жизни могло хватить лет на десять. Но что потом? Пока ты чемпион мира, пока ты молод и силен — будут турниры, матчи, гастроли, сеансы; но ведь и для чемпионов судьба не делает скидок, лишь недавно в нищете умер брошенный всеми Стейниц...

И Ласкер уезжает в Америку, где предпринимает издание журнала «Lasker’s chess magazine». Понимал ли он, насколько ненадежна эта затея, насколько шатки доходы и огромны труды, связанные с такого рода изданием? Разумеется, понимал, это — несомненно. Но он рас- вестись с больным мужем. Поэтому они поженились лишь после смерти Э. Кона.

считывал на помощь друзей, которые в свое время не пожалели денег, чтобы организовать его матч со Стейницем, и сейчас оставались горячими шахматными патриотами Америки, а Ласкера считали наполовину своим.

Среди них интересна фигура профессора И. Райса. Этот страстный любитель шахмат (и довольно состоятельный человек) придумал в королевском гамбите вариант, которому очень хотел дать свое имя: 1. е4 е5 2. f4 ef 3. Kf3 g5 4. h4 g4 5. Ke5 Kf6 6. Cc4 (пока гамбит Кизер иц- кого) 6...d5 7. ed Cd6 8. 0—0 — это и есть гамбит Райса.

Это маловажное изобретение было бы давно забыто, если бы Райс не организовал (за хорошие деньги, конечно) матч Ласкера с Чигориным, все партии которого по условию начинались с позиции, возникающей после 15-го хода белых: 8. . .С : е5 9. Ле1 Фе7 10. сЗ f3 11. d4 Ке4 12. Л : е4 Ch2+ 13. Кр : h2 Ф : е4 14. g3 0—0 15. Cf4.

Ласкер играл во всех партиях белыми, выступая в непривычной для себя роли защитника форсированного варианта с

некорректной жертвой качества. Чигорин же чувствовал себя в лабиринтах королевского гамбита, как Тезей. В первых трех партиях он играл 15. . .сб, а Ласкер каждый раз отвечал по- новому. В этой серии партнеры выиграли по одной партии, а третья закончилась вничью. Затем Чигорин дважды избирал 15. . .Ле8: одну партию выиграл, в другой была ничья. Заключительная встреча, в которой черные продолжали 15. . ^g6, завершилась вничью на 40-м ходу. Общий счет +2—1=3 в пользу Чигорина, но не в пользу изобретателя гамбита, поскольку черные вовсе не обязаны принимать жертву на 8-м ходу, а могут просто рокировать, переходя в известный и к тому же выгодный для них вариант гамбита Кизерицкого.

Гамбит Райса в турнирах никогда больше не встречался, но все же Райс достиг своей цели — его имя осталось в шахматной истории.

Возвращаясь, однако, к журналу, заметим, что нерентабельность его легко было заранее предвидеть. Журналы в то время жили недолго (кроме нескольких очень солидных, таких, как «British chess magazine», «Deutsche Schachzeitung», «Wiener Schachzeitung»). Даже журнал Стейница просуществовал лишь шесть лет.

Надо сказать, что Ласкер сделал все, чтобы поддержать здоровье и жизнь своего детища. Он избегал сухого тона и ака

демичного стиля, присущего комментатор ам др угих жур налов; раскрывая планы соперников и указывая неточности, допущенные при их реализации, Ласкер стремился к глубине и точности анализов. Сумел привлечь он к участию в журнале и великого Сэмюэля Лойда...

Если бы переиздать журнал сейчас, то тираж его мог быть примерно в тысячу раз больше, чем в то время. Но тогда платежеспособный спрос был невелик, и от журнала в настоящее время остались лишь два годовых комплекта — величайшая библиографическая редкость, не знаю, есть ли в Советском Союзе хоть один экземпляр.

И все же для Ласкера издательская деятельность была полезна в качестве подготовки к предстоящей шахматной борьбе. Дело в том, что после больших турниров 1899—1900 годов и впечатляющих успехов Ласкера популярность шахмат значительно возросла и в Америке и особенно в Европе. В обстановке интенсивного развития торговли и культурных связей выяснилось, что шахматные турниры можно использовать как эффективное и относительно недорогое средство рекламы. Началось с того, что администрация рулетки в Монте-Карло ежегодно устраивала турниры, приглашая лучших мастеров. Это были как бы неофициальные открытые первенства Европы. Затем эстафета рекламы отелей, курортов и игорных домов была принята в

Остенде, Сан-Себастьяне, Карлсбаде, Баден-Бадене *. Надо к этому добавить, что и доныне различные курорты и фирмы выступают в качестве устроителей турниров.

Ласкер не играл в европейских турнирах после Парижа (1900) до Петербурга (1909), но внимательно присматривался к ним, понимая, что в этих турнирах появляются и вырастают его потенциальные конкуренты. Благодаря журналу он поддерживал связи с европейскими шахматными кругами, получал информацию о партиях, знакомился с манерой игры, сильными и слабыми сторонами Шлехтера, Пильсбери, Тарра- ша, Яновского, не раскрывая при этом своих карт.

В Америке не устраивались крупные международные соревнования в течение 15 лет — после турнира в Нью-Йорке (1889). И вот в 1904 году американские шахматные меценаты (или, как их называли, «спонсоры») нашли наконец правильный способ использования своих долларовых ресурсов и решили организовать большой турнир в Кембридж-Спрингсе (Пенсильвания). Приглашение приняли все сильнейшие шахматисты, кроме Мароци и Тарраша.

Ласкеру это приглашение было не ко времени, поскольку после четырехлетнего перерыва

♦ Первый курортный турнир в Баден-Бадене состоялся еще в 1870 году. Здесь имеется в виду турнир 1925 года.

он утратил форму («практика» в гамбите Райса мало способствовал а ее восстановлен ию). Однако отказаться Ласкер не мог — среди устроителей были влиятельные люди, которым он был многим обязан в период своего восхождения.

Старт сложился для Ласкера неудачно: он проиграл Шлехте- ру, а затем и Пильсбери. Однако его многочисленные поклонники не унывали, зная, что Ласкер по ходу турнира, а особенно на финише, компенсирует привычные для него стартовые потери. И если бы в Кембридж- Спрингсе шла борьба за 1-е место, Ласкер, вероятно, подключился бы и сказал свое слово. Но турнир получился совершенно необычный: никакой борьбы за 1-е место не было, просто Маршалл выигрывал все партии подряд. В таблице, правда, у него зафиксированы четыре ничьи, но две из них он сделал уже под конец, когда был абсолютно недосягаем для конкурентов. В этих условиях Ласкеру ничего не оставалось, как бороться за 2-е место. Это также потребовало предельного напряжения сил, поскольку Яновский был в ударе и перед последним туром, в котором они встречались, опережал Ласкера на целое очко.

Партия с Яновским в Кемб- ридж-Спрингсе — предшественница многих других психологических побед Ласкера. После небрежно разыгранного дебюта Ласкер «провоцирует» Яновского

на жертву слона. Но жертва эта была вполне корректна и при правильном ведении атаки могла бы, вероятно, привести к победе. Яновский до определенного момента играл хорошо, а Ласкер кое-где допустил неточности. Но в критический момент Яновский ошибся и в отчаянии пожертвовал ферзя. Избежав хитрой ловушки на 35-м ходу, Ласкер заставил партнера сложить оружие,

В результате они с Яновским разделили 2—3-е места, на 2 очка отстав от Маршалла. Конечно, это не тот успех, на который мог рассчитывать победитель Нюрнберга, Лондона, Парижа и Петербурга, но и провалом это никак не назовешь.

В активе Ласкера в этом турнире была еще превосходная партия с Непиром, о которой американский мастер сказал, что, несмотря на проигрыш, это лучшая партия в его жизни...

Победа Маршалла в Кембридж-Спрингсе — высшее достижение в его шахматной карьере — вызвала патриотические эмоции у американцев и послужила толчком для организации его матча с Ласкером.

Наступила эпоха Больших матчей. В 1907—1910 годах было сыграно пять матчей на первенство мира!

БОЛЬШИЕ МАТЧИ

Первый матч на первенство мира после того, как Стейниц в 1896/97 году проиграл свой матч-реванш, состоялся между

Ласкером и Маршаллом лишь в 1907 году. Победа Ласкера вовсе не была такой легкой, как может показаться на первый взгляд.

Фрэнк Маршалл был своеобразным шахматистом — остроумным и бесстрашным, любителем осложнений и рукопашных схваток. В его характерном облике мне всегда виделись черты индейца. Да и в шахматной борьбе он нередко наносил комбинационные удары, неожиданные и острые, как броски томагавка, а хитрые ловушки завершал пущенной из засады отравленной стрелой.

Маршалл принадлежал к высшей шахматной элите. После победы в Кембридж-Спрингсе с феномен ал ь ным р ез ул ьт атом + 11—0=4 (или 87%) он в 1905 году занял 1-е место в Схе- венингене, а на следующий год— в Нюрнберге.

Таким образом, матч сулил красивую борьбу, хотя мало кто сомневался в победе чемпиона мира. Был, правда, еще один фактор, который присутствовал как бы за сценой, но вызывал огромный интерес в шахматном мире,— соперничество Ласкера и Тарраша. Дело в том, что Тар- раш незадолго до этого (1905) победил Маршалла в матче с разгромным счетом +8—1=8. Для Ласкера, конечно, было вопросом престижа не только выиграть у Маршалла, но и превзойти результат Тарраша.

Условия матча были близки к современным: до восьми

выигрышей без ограничения числа партий. Соперники за время матча совершили кольцевое турне по городам Соединенных Штатов, начав и закончив состязание в Нью-Йорке. Видимо, это было вызвано соображениями финансового порядка. В этом были известные неудобства, но на каждый переезд отводилось несколько дней — до недели.

Уже в 1-й партии Ласкер показал, что готов бороться на привычной для претендента почве осложнений и острых схваток. Попытку Маршалла атаковать при неразвитом ферзевом фланге он отразил, проведя «маленькую комбинацию» с временной жертвой фигуры, а затем перевел игру в окончание, которое довел до победы с такими изяществом и тонкостью, что нс оставил сопернику ни малейшего шанса.

Маршалл только что сыграл 13. f3, желая спугнуть резвого черного мустанга. Мустанг, однако, остался на месте; Ласкер ответил 13. . Je 14. fe d4!, и выяснилось, что черные не могут сохранить лишнюю фигуру, например: 15. Cd2 Cg4 16. Фс1

Л12 17. Cg5 Л : g2+ 18. Кр : g2 Ch3+ и 19. . .Ф12.

2-я партия была еще интересней: Маршалл снова атаковал и, по-видимому, в какой-то момент мог выиграть.

Встречу эту комментировали впоследствии Яновский, Шлсхтер, Тсйхман, Тарраш, Хоффер и многие другие. Все соглашались, что 19-м ходом Маршалл упустил выигрыш.

Здесь Маршалл преждевременно сыграл 19. . ^g8, по мнению комментаторов, следовало пойти 19. . .Kd2. Мне лично кажется, что выигрыш был упущен несколько ранее . Как бы то ни было, Ласкер отразил атаку, остался с лишней пешкой и, превосходно проведя окончание, выиграл на 52-м ходу.

Следующий поединок — это замечательный пример мастерства претендента и психологического превосходства чемпиона мира. В ферзевом гамбите Ласкер применил свою, так называемую разгружающую, систему с ходом Kf6—е4, создав в лагере белых слабую пешку сЗ, но Маршалл, в свою оче-

редь, сосредоточил небезопас

ные для черных силы на королевском фланге. Затем, делая вид, что он нс в состоянии защитить слабую пешку, Маршалл ставит дьявольскую ловушку.

былбылПоследний ход белыхПоследний ход белыхФГ5. Ласкер, естественно, взял на d4 и после 29. ed, вероятно, протянул руку, чтобы взять наконец обреченную пешку сЗ... Но тут он вдруг заметил, что на 29. . .Л : сЗ последует 30. Ф : с8+П Л : с8 31. Л : с8+ Kph7 32. ЛЬ8+1 Кр : h8 33. К : f7 — шах и, можно сказать, мат. Вот это был бы финал!

был

был

Последний ход белых

Последний ход белых

Почему я полагаю, что Ласкер не сразу разглядел комбинацию? Если бы он видел ее, то не стал бы сразу брать пешку d4, а сначала сыграл бы g7—g6.

Делать нечего, Ласкер не берет на сЗ, а играет 29. . .Ке4. Однако у Маршалла на случай, если первая ловушка не пройдет, была подготовлена запасная. Ласкер ее видел и «попался»: 30. К : f7! Л : f7! 31. Ф : с8+ Л18.

Тарраш по этому поводу саркастически заметил: «Многие комментаторы ставят к ходу

. .Ке4 один или два восклицательных знака. В действительности это была ошибка, упускающая хорошо подготовленную победу. Правильный путь к выигрышу такой: 29. . .g6 30. ФdЗ Ке4 31. ЛЬЗ 16 32. К : g6 Kpg7, и конь теряется ввиду угрозы 33. . .Ф : f4+». По-види- мому, Тарраш прав.

В партии черные жертвой качества получили известные шансы на атаку, но при правильной защите наиболее вероятным исходом была бы ничья. Однако партия закончилась по- иному. Раздосадованный Маршалл — его отравленные стрелы дважды не поразили цель — через 10 ходов в ничейном положении сделал ничем не оправданную попытку насильственно изменить ход борьбы, но был начисто опровергнут и сдался под угрозой мата.

В трех следующих партиях боевой дух соперников несколько упал. 4-я и 5-я встречи закончились вничью на 40-м ходу, а в 6-й для этого потребовалось всего лишь 20 ходов. То была последняя партия перед отъездом из Нью-Йорка в Филадельфию, и Ласкер предложил ничью, хотя стоял несколько лучше.

О 7-й партии Ласкер впоследствии рассказал сам:

«Дебют, избранный мной, не выгоден для черных. Его применяет д-р Тарраш и другие, однако в моем анализе, опубликованном в журнале (имеется в виду «Lasker’s chess magazine».—

Б. В.У я указал не недостатки дебюта, и Маршалл во многих случаях следовал моим рекомендациям.

Я применил его просто как эксперимент, поскольку позиция черных представляется мне не слишком уж тяжелой. Во всяком случае, в матчах я всегда стремлюсь не повторять один и тот же вариант, ибо считаю, что психологический импульс — важное условие успешной атаки. Для решения теоретических вопросов нет ничего более убедительного, чем испытание в практической игре».

Вот этот вариант: 1. d4 d5 2. с4 еб 3. КсЗ с5 4. cd ed 5. Kf3 Кеб 6. Cg5 Се7 7. С : е7 Kg : е7 8. de Фа5.

Ласкер так поясняет этот ход: «Я имел возможность продвинуть пешку «d», как рекомендует д-р Тарраш, но это показалось мне азартным. Белые в этом случае легко могут получить сильную позицию, тогда как у черных нет благоприятных перспектив: 8. . .d4 9. Ке4 0—0 10. еЗ de 11. Ф : d8 ef+ 12. Кр : f2 Л : d8 13. Сс4 с угрозой 14. Kd6. Белые великолепно развиты».

Неужели Ласкер рискнул сыграть заведомо некорректный вариант, чтобы доказать свою правоту в полемике с Таррашем? Как-то на него не похоже, видимо, у него была иная цель... Любопытно, что в матче на первенство мира между ними, который состоялся через полтора года, Тарраш ни разу (I) не на

чал партию ходом ферзевой пешки, а сам в ответ на 1. d4 не применял предложенный им «выгодный» для черных вариант.

Что же касается 7-й партии матча Ласкер — Маршалл, то она завершилась вничью на 49-м ходу после довольно-таки скучной игры. Зато в следующей встрече филадельфийцы были вознаграждены. Маршалл в защите Мак-Кэтчона остроумным маневром перехватил в дебюте инициативу и уже на 17-м ходу мог выиграть.

Достаточно было черным сейчас пойти слоном на do — ход, не слишком глубоко спрятанный,— и после 18. Ф : а7 Феб! 19. сЗ К : а2+ 20. КрЫ К : сЗ+ 21. be С : 13 22. С: 13 Ф : 13 23. d5 Л : d5! получался такой эндшпиль, что и сам Ласкер его бы не спас.

Маршалл вместо этого продвинул слона на одну клетку дальше — на е4, не заметив нехитрого защитительного маневра 18. Kei. Пришлось разменять слонов, затем ферзей. Получившуюся позицию Ласкер выиграл в затяжном окончании. Такую цену заплатил Маршалл за

свою, казалось бы небольшую, неточность.

Затем последовала серия из трех «разъездных» ничьих в Вашингтоне, Балтиморе и Чикаго. Кризис наступил в Мемфисе. Ласкер перешел в решительное наступление и выиграл три партии кряду. Маршалл был деморализован, потерял надежду победить — не то что в матче, но, похоже, даже в одной партии. Вот характерный пример (14-я партия): 1. е4 еб 2. d4 d5 3. КсЗ Kf6 4. Cd3 с5 5. Kf3 с4 6. Се2 de 7. Ке5 Cd6 8. 0—0 аб 9. К : с4 h6 10. f3 ef 11. С : 13 С : h2+.

Трудно понять, на что рассчитывал Маршалл, жертвуя фигуру на ровном месте. Усталость и безнадежность... В этой партии он сдался уже на 21-м ходу.

Матч закончился в Нью- Йорке 8 апреля. Всего было сыграно 15 партий со счетом +8—0=7. Итак, результат Тар- раша был перекрыт!

Теперь для Ласкера наступила горячая пора — матч с Таррашем, затем с Яновским, турнир в Петербурге и снова матчи с Шлехтером и Яновским.

МАТЧ С Д-РОМ ТАРРАШЕМ

Этот матч был наиболее серьезным и самым ответственным испытанием мировоззрения Ласкера, его шахматной силы с того дня, как он выиграл решающую партию за 1-й приз у Липке в Бреславле. Бороться с Тарра- шем было намного труднее, чем со Стейницем 14 лет назад.

Мюнхенский врач д-р Зиг- берт Тарраш — несомненно одна из крупнейших фигур в шахматах конца XIX — начала XX века. Смолоду он отличался комбинационным дарованием, но не только оно послужило основой его успехов и авторитета в шахматном мире. Тарраш глубоко изучил и воспринял взгляды Стейница, пропагандировал их в превосходно написанных книгах и комментариях и требовал — да, требовал! — их педантичного соблюдения.

Как многие апостолы, он святостью своей превзошел пророка. Отсюда и его репутация строгого блюстителя правил, превращенная впоследствии в ярлык «догматика». Но разве под силу было бы «догматику» шесть раз занимать первые места в крупнейших международных турнирах, причем в четырех из них он не проиграл ни единой партии?!

За три года до матча с Ласкером он разгромил Маршалла, а в 1907 году завоевал 1-е место в Остенде — впереди Шлехте- ра, Яновского, Маршалла, Берна, Чигорина.

Тарраш искренне любил шахматы и говорил, что ценит качество партии выше, чем результат. Нередко свои суждения о шахматной стратегии он высказывал в острой, афористической форме: «Одна фигура стоит плохо — вся партия стоит плохо», «Ошибки в шахматах не ходят в одиночку»...

Он был не чужд юмора. На одном турнире, где Тарраш был распорядителем, ему передали, что в зале уснул один из зрителей. Тарраш вышел на сцену, посмотрел на скучные позиции, на медлительную, вялую игру участников турнира и сказал по поводу уснувшего зрителя:

— Да, это — справедливый критик.

Чемпион Англии Дж. Уинтер пишет о Тарраше: «Я встретился с ним на турнире в Гамбурге. Он оказал мне честь, просидев три часа на моей шляпе, когда мы анализировали сыгранную партию. Я считал, что моя шляпа стала как бы короною, и с тех пор никогда не носил другую».

Была, однако, у Тарраша и такая черта характера, как необычайная самоуверенность, доходившая до высокомерия и кичливости; стремление подавить волю партнера и запугать его еще до начала борьбы. Психологи знают, а Ласкер, надо думать, и сам разглядел, что за этим обычно скрывается — сознательное или подсознательное — чувство неуверенности и боязнь неудачи.

Тарраш был на шесть лет старше Ласкера и к моменту матча отчасти уже утратил способность к быстрому счету, но по- прежнему слыл лучшим теоретиком, знатоком дебютов, законодателем методов позиционной борьбы. Матч начался в Дюссельдорфе 17 августа 1908 года. После долгих переговоров были согласованы финансовые условия. Ласкер потребовал 7500 марок за сам факт своего участия — большие деньги. Кроме того, был установлен призовой фонд в размере 6500 марок, из которых победитель получал 4000, а побежденный — 2500 марок. То же соотношение, что и в Багио, только суммы раз в сто поменьше.

Матч начался при небывалом интересе публики (и не только шахматистов). Число зрителей на некоторых партиях достигало двух тысяч! Это 70 лет назад!

Проследим внимательно ход борьбы в матче.

1-я партия. Ласкер играет разменный вариант испанской партии. Обманутый этим показным миролюбием, Тарраш допускает одну-две крохотные неточности, и Ласкер получает некоторый позиционный перевес, но пока, вероятно, в рамках ничьей. Ласкер, глубоко затягиваясь своей традиционной сигарой и демонстрируя готовность играть хоть три дня, зажимает черных по всем стейницевским правилам, но все же партия не выходит еще за пределы ничьей. Остается всего по ладье и лег-

кой фигуре при шести пешках у каждого партнера, и здесь на 32-м ходу Тарраш мог форсировать ничью, двинув вперед сдвоенную пешку. Упустив этот шанс, он попал в безнадежную позицию и сдался на второй день игры на 55-м ходу.

2-я партия. Тарраш в испанской партии получает по дебюту превосходную позицию. Чувствуя, что дела плохи, Ласкер «зевает» пешку. Но нс просто подставляет, а делает какой-то странный рывок конем, после чего Тарраш может спокойно отдать слона за пешку и тут же отыграть фигуру, оставаясь с лишней пешкой. Но, боже мой, сколь ничтожна была пешка!

Здесь Ласкер сыграл 14. . . Kg4. «Просто зевок»,— комментирует Л. Хоффер. А был ли какой-нибудь хороший ход? Тарраш на этот «зевок» отвечает 15. С : g7. «Этот сильный ход черные, должно быть, просмотрели». Вряд ли, очень сомнительно, чтобы Ласкер просмотрел его. Да и ход-то 15. С : g7, похоже, не самый сильный. Один знакомый гроссмейстер говорит, что на 14. . .Kg4 не задумываясь ответил бы 15. К15.

Если кто в этой позиции чего- нибудь и просмотрел, так это, вероятно, Тарраш, когда не увидел следующего хода черных — 15. . .К : 12. Здесь он в погоне за синицей в небе выпускает из рук журавля. Разумеется, все шансы на победу Тарраш получил бы, сыграв 16. Ф64! с разгромной атакой, например: 16... Kg4 17. К15 16 18. h3 Ke5 19. ЛеЗ. Он же продолжает 16. Кр : 12 Кр : g7 17. К15+ Kph8 18. Фd4+^6 19. Ф : а7. Нет, чемпионы мира не берут подобных пешек! К 30-му ходу позиция белых стала совершенно безнадежной.

3-я партия. Дебют один к одному из «Информатора» вплоть до 13. КП (1. е4 е5 2. К13 Кеб 3. СЬ5 аб 4. Са4 К16 5. 0—0 Се7 6. Ле1 Ь5 7. СЬЗ d6 8. сЗ Ка5 9. Сс2с5 10. d4 Фс7 И. Kbd2 Кеб 12. ЬЗ 0—0 13. КН). Затем Ласкер жертвует пешку за атаку. Правда, лишняя пешка черных сдвоенная и изолированная, но она оказалась долговечной и даже прошла в ферзи. Ласкер мешкает, пропускает момент кульминации и позволяет Таррашу перейти в решительную контратаку. Счет становится 2:1.

4-я партия. Типично ласке- ровская партия,быть может наиболее характерная за всю его шахматную карьеру. Рихард Ре< ти посвятил ей целую новеллу в своей книге «Новые идеи в шахматах» . Читатель получит под

линное эстетическое наслаждение, разыгрывая эту партию под аккомпанемент примечаний Рети .

После четырех партий соперники переезжают из Дюссельдорфа в Мюнхен, где Тарраш вправе был бы ожидать помощи родных стен. Однако этого не происходит,

5-я партия. До 15-го хода включительно — повторение 3-й встречи. Тарраш не видит причин уклоняться, а Ласкер, оказывается, подготовил усиление — сыграл 16. Cg5 вместо 16. Kg3. Тарраш сразу же допускает две неточности кряду, и уже к 22-му ходу план Ласкера увенчивается стратегическим продвижением пешки на е5.

Партия черных отсюда пошла под откос, и Тарраш сдался на 38-м ходу.

После пяти испанских партий Ласкер решает сменить дебют и в следующей встрече переходит на французскую защиту, но получается это у него не очень удачно.

6-я партия. Уже в дебюте Ласкер допускает элементарную неточность — не делает превентивный ход 6. . .h6, тем самым позволяя Таррашу напасть с g5 слоном на ферзя. Попав в полосу затруднений, он так и не смог их преодолеть до конца. В окончании у него было три пешечных «островка» против агрессивной и прочной белой цепи.

Здесь Тарраш мог форсированно выиграть: 42. d5! ed 43. еб Ла1 44. Л : с4 Ьс 45. Cf3, и черные должны отдать ладью за

пешку. Но столь своеобразный ход, как 42. d5, не укладывается в сознании Тарраша, он играет 42. Kpf4, и после 42. . . Л : сЗ 43. d5 ed 44. С : d5 Лс1 45. С : с4 be 46. еб сЗ дело кончается ничьей.

7-я партия. Тарраш следует примеру противника и тоже избирает французскую защиту. В варианте Мак-Кэтчона Ласкер обычное 5. е5 заменяет ходом 5. Cd3. Тарраш почему-то не отвечает сразу 5. . .с5, а сначала разменивает пешки, после чего 6. . .с5 становится уже не так сильно. Ласкер, забрав пешку с5, так и не возвратил ее до конца поединка. Для победы в сложном эндшпиле ему, правда, понадобилось 76 ходов, но он нс пожалел труда и довел счет до 5 : 1.

8-я и 9-я партии заканчиваются вничью, а 10-ю в отличном стиле выигрывает Тарраш.

После неточного хода Ласкера 23. . ^d8 (Шлехтер рекомендовал 23. . .Ф : с4, и если 24. СЬ6, то 24. . .g6 25. Л : е4 Ф : с4) последовало: 24. Лed2 Ле5 25. Ch6! Фg6 (в случае 25. . .Ф : Ь6 последует 26.

Ф : е5) 26. Cf4 Леб, и черные потеряли пешку d6.

Борьба в матче теперь приобретает нервозный характер. 11-ю партию выигрывает Ласкер в 28 ходов, а в 12-й он в дебюте четырех коней допускает элементарную перестановку ходов (вместо 5. . .0—0 играет 5. . .d6), и вскоре партия переходит в окончание, которое практически уже невозможно спасти.

13-я партия. Впервые в матче Ласкер начинает игру ходом 1. d4. Тарраш в ответ избирает свою фирменную защиту и на 25-м ходу жертвует пешку. Вряд ли он имел в виду конкретную комбинацию, скорее всего просто хотел осложнить борьбу, но из этого ничего хорошего не получилось.

Теперь лишь очко отделяет Ласкера от победы в матче, но Тарраш не теряет присутствия духа и в 14-й партии был близок к успеху.

Как указал С. Алапин после партии, белые могли здесь выиграть путем 60. ЛаЗ: если 60. . .Крсб, то сразу решает 61. Ла7, а в случае 60. . .КрЬ8 последует 61. Cf4+ Крс8 62. Ла7 Л : а7 63. Ьа.

Тарраш же сыграл 60. gf и безуспешно пытался выиграть до 119-го хода, почти исчерпав лимит правила 50 ходов — последнее взятие пешки было на 73-м ходу.

В 15-й партии некоторое преимущество на стороне Ласкера, но Тарраш точной защитой добивается ничьей.

Развязка наступает в 16-й партии, которая игралась 30 сентября. После 10-го хода белых в дебюте четырех коней Ласкер мог поменять легкие фигуры и получить вполне приемлемую позицию, которая, вероятно, привела бы к ничьей. Он же решается на переход к запутанной борьбе, когда неизвестно, на чьей стороне преимущество и в чем оно заключается. Предполагали, что Ласкер заранее подготовил этот вариант, но это маловероятно — он не любил в дебютах форсированные варианты.

10. . .Ке5 11. f4 Сс5 12. С : f6 Ф : f6 13. fe Ф : е5 14. Ксе2 Cg4! 15. Л13 С : f3 16. gf fa 17. ФйЗ сб 18. Сс4+ Kph8 19. КрЫ Ь5 20. СЬЗ fe 21. Ф : е4 Ф : е4 22. fe ЛаеЗ 23. К : сб

Л : е4 24. Kg3 Лее8 25. Лdl ЛГ2 26. Kd4 С : d4. Белые сдались.

В борьбе Ласкера с Тарра- шем был еще один драматический эпизод — на турнире в Петербурге (1914). О нем мы расскажем позднее, а сейчас остается сказать, с некоторым нарушением хронологического порядка, несколько слов о «матч- реванше», состоявшемся в 1916 году. Этот матч заключен нами в кавычки, и это неспроста. Он происходил во время войны, когда, в общем-то, Германии было не до шахмат. По свидетельству самого Ласкера, он жил в то время впроголодь, и для него такое соревнование, как видно, было средством заработать хоть немного денег (экстра-гонорары он тогда не получал). Материальное положение Тарраша, как врача, вероятно, было получше, но класс его как шахматиста к этому моменту снизился. Играли шесть партий. 1-я после взаимной разведки закончилась вничью, остальные пять выиграл Ласкер .

На этом завершилась борьба Ласкер — Тарраш, которая продолжалась более 20 лет и дала шахматному искусству столько неповторимых партий. Всего Ласкер с Таррашем сыграл 30 партий, из них выиграл 18, проиграл только четыре (три в матче и одну в Гастингсе) и восемь закончились вничью.

БОРЬБА С ЯНОВСКИМ

Давид Маркелович Яновский — один из наиболее ярких представителей ордена странствующих шахматистов. Трасса его турниров и матчей прошла по всей Европе — Париж, Лондон, Берлин, Вена, Петербург, Гастингс, Лейпциг, Нюрнберг, Монте-Карло, Остенде, Сан-Себастьян, Прага, Карлсбад, Мюнхен... будто он в жизни пытался экспериментально решить известную из теории графов «задачу коммивояжера» — по кратчайшему маршруту объехать все города, побывав в каждом из них только один раз.

Представляет ли себе наш современник, насколько тяжело было жить в те годы шахматисту-профессионалу? Отсутствие твердого заработка, ежедневная игра, скептическое отношение окружающих, вплоть до презрения («Шахматист? А разве за это платят?», «Шахматист? Это вроде бродячего музыканта, что играет на свадьбах?»). Грошовая оплата по милости и по настроению богатого попечителя. Отчаянная борьба в турнире за каждое очко, как за реальное воплощение куска хлеба . И в то же время беззаветная любовь к шахматам, готовность жить ради них, даже с малопривлекатель-

ной перспективой умереть в нищете. Вечные скитальцы! Такова судьба Шпильмана, Рети, Пильсбери, Шлехтера, Яновского, да и многих других, не столь известных...

Яновский пробился в большие шахматы, когда ему уже было под тридцать. Зенит его славы пришелся на рубеж двух столетий: пять первых призов в больших турнирах — так начался для него XX век!

Заняв в Лондоне (1899) 2-е место, хотя и позади Ласкера на 42/2 очка, он послал ему вызов. Но матч состоялся только через 10 лет. Дорогу Яновскому перешел сначала Маршалл, а затем Тарраш. Да и вообще этот матч, наверное, никогда бы не состоялся, если бы у Яновского не появился в Париже горячий поклонник — Пьер Нардус. Он помог ему организовать матч с Маршаллом (1908), и ожидания попечителя не были обмануты: Яновский убедительно выиграл со счетом +5—2 3. После этого Нардю готов был финансировать и матч на первенство мира, но, рассудив, что Ласкер слишком дорогой партнер, он, как человек деловой, весной 1909 года решил сначала проверить своего протеже в короткой серии партий, а уж затем, в случае успеха, устроить, не щадя затрат, и настоящий матч из 10 партий.

Надо сказать, что у Нардуса были основания сомневаться: Яновский неудачно играл в турнирах против Ласкера, он побе-

дил его лишь раз — в Нюрнберге (1896), а проиграл партий пять, в том числе и решающую партию за 2-й приз в Кембридж-Спрингсе. Но майское солнце в Париже сулило Яновскому удачу.

В 1-й партии Ласкер избрал трудную защиту в дебюте четырех коней и попал под сильную атаку. На 26-м ходу Яновский, по-видимому, мог получить решающее преимущество.

Он, разумеется, видел, что на 26. Сс5 fe 27. С : е4+ есть ход 27. . .Cf5 и далее 28. С : 18 С : f8 29. С : а8 Ф : а8 30. Ф : е5 Фс8 31. ЛИ с неясной позицией, но, вероятно, не заметил сильного хода 30. g4, после чего слон должен уйти до того, как черный ферзь прикроет поле вторжения d7.

В этом случае игра складывалась явно в пользу белых.

Назавтра раздосадованный Яновский черными пожертвовал качество за пешку и, расположив коня на d4, сильно теснил противника. Не так-то просто выиграть у Ласкера, тем более имея коня за ладью, но Яновский на 77-м ходу блистательно разрешил эту задачу. После того

как он в позиционном стиле выиграл и 3-ю партию, вопрос о матче был решен.

Теперь Ласкеру ничего не оставалось, как для спасения престижа применить крайнее средство — разменный вариант испанской партии. Дебют этот был изучен в то время вдоль и поперек, как в наше время сицилианская защита, и лишь Ласкер какими-то одному ему известными чудодейственными приемами ухитрялся получать в нем преимущество, исчисляемое, правда, долями процента.

Но эта партия развивалась нестандартно. Начать с того, что, разменявшись на сб, Ласкер не пошел 5. d4, чтобы получить обычное испанское преимущество на королевском фланге «четыре против трех», а сыграл 5. КсЗ. Затем после 5. . .Сс5 6. d3 Фе8 он предложил рискованный размен слонов — 7. СеЗ С : еЗ. Оба партнера рокировали в длинную сторону, и в последующей стадии маневров хладнокровие и логика Ласкера взяли верх над эмоциональными порывами Яновского. К 40-му ходу все было кончено.

Результат этой короткой серии (2 : 2) вдохновил и Яновского, и его богатого попечителя. Через пять месяцев в Париже начался официальный матч на первенство мира.

В 1-й партии была разыграна снова испанская, но не разменный вариант, а вариант 4. Са4 Kf6 5. 0—0 Се7 6. Ле1 d6 и лишь теперь 7. С : с6+. Янов-

ский здесь сразу же допустил неточность: 7. . .Ьс 8. d4 Kd7?, но затем упорной защитой сумел нейтрализовать инициативу белых, и после троекратного повторения позиции на 48-м ходу была зафиксирована ничья. На этом успехи Яновского и закончились. Он проиграл четыре партии кряду, в том числе белыми дважды дебют четырех коней, а черными — злополучный для него разменный вариант испанской.

Однако 6-й встречей Яновский мог быть доволен.

Ласкер в этой позиции неожиданно сыграл 17. . .Фе7, на что последовало 18. Kdf5 gf 19. К : f5 Феб 20. К : g7 Кр : g7 21. е5, и вскоре черные проиграли. Несмотря на это, матч уже был выигран чемпионом мира. Даже если бы Яновский победил в оставшихся четырех партиях, то и тогда общий счет был бы только ничейным. Но этого не произошло. В следующей затяжной партии Яновский вяло защищался и сдался на 63-м ходу, 8-я встреча быстро закончилась вничью, а последние две партии Ласкер снова выиграл. Итак,

матч закончился полным фиаско Яновского!

Через год удалось организовать второй матч (Берлин, 1910). Учитывая опыт матча Ласкер — Шлехтер (Вена — Берлин, 1910), в котором из десяти партий было лишь две результативных, условились на этот раз играть до восьми выигрышей без зачета ничьих и без ограничения числа партий. Напомним, что в матче до шести выигранных партий Алехину с Капабланкой пришлось играть 34 партии. Ласкеру же потребовалось всего III

Уже в стартовой партии Яновский на ровном месте зевнул фигуру.

Здесь черные сыграли 19. . . Лd6, а Ласкер хладнокровно взял ладьей слона d5. . .

Несмотря на этот удар, Яновский не дрогнул. Во 2-й партии он упорно вел защиту и добился ничьей на 45-м ходу, в следующей встрече для такого же результата ему, правда, понадобилось сделать уже 100 ходов. Однако в 4-й партии Яновский, пытаясь без достаточных объективных предпосылок создать атаку на черного короля, просмотрел элементарный тактический удар.

Наконец, в 5-й партии претендент был близок к победе после того, как Ласкер сделал ход 13. КсЬ5.

Этот азартный выпад открыл партнеру прекрасные возможности для атаки. Последовало 13. . .Kf5 14. Лс1 К : еЗ 15. fe Ф : еЗ + . Было похоже, что белые здесь недолго продержатся. Не прошло, однако, и 5 ходов, как Яновский допустил неточность, и Ласкер жертвой качества повернул ход борьбы в свою пользу. В следующей встрече Яновский сделал еще одну ничью — последнюю в матче, а затем проиграл четыре партии кряду. Преимущество чемпиона мира достигло 7 очков. И в этот момент Ласкер предложил королевский гамбит — один из немногих (если не единственный) случаев в его жизни. В дальнейшем он вел партию не по лучшему пути, оставляя все время Яновскому шансы на ничью. Но тот избегал атакующих продолжений и отклонял возможности упростить позиции. Наконец, на 26-м ходу он допустил самоубийственную ошибку и уже через 4 хода пожал руку Ласкеру, поздравив чемпиона мира с победой.

«ПРОБЛЕМА ШЛЕХТЕРА»

Многогранность таланта Ласкера наиболее полно проявилась в борьбе с плеядой талантливых соперников. «Скажи мне. кого ты победил, и я скажу, кто ты». Максимум напряженности выпал на 1907—1910 годы: в течение четырех лет — пять (!) матчей на первенство мира (62 партии) да еще турнир в Петербурге! Беспримерная в истории шахмат нагрузка на чемпиона мира! В наше время матчи на первенство мира играются гораздо реже.

Среди претендентов на матч были для Ласкера относительно легкие соперники, были и трудные. Но самой сложной для него несомненно оказалась «проблема Шлехтера». Матч с ним — эти полные напряжения пять недель в начале 1910 года — едва не разрушил все, что Ласкер созидал в течение 20 лет.

После побед над Маршаллом, Таррашем, Яновским, после 80процентного результата в Петербурге в расцвете славы и в блестящей спортивной форме пришел Ласкер к матчу с Шлех- тером. Тем удивительнее было его начало... В 1-й партии Шлех- тер белыми избрал дебютный вариант, которым сам Ласкер лишь два месяца назад черными выиграл у Яновского. Однако Шлехтер надолго овладел инициативой в эндшпиле, выиграл пешку, затем вторую...

«Немногие из шахматистов унесли бы ноги в такой ситуа-

ции»,— восхищенно заметил современник матча Хоффер. Но Ласкер унес!

И в следующей встрече Шлех- тер подготовил новинку. Правда, впоследствии оказалось, что этой «новинке» в то время уже было добрых 30 лет; таков возраст многих «новинок» и в наше время. Так или иначе, Ласкер снова попал в тяжелое положение и вынужден был единственными ходами добиваться ничьей.

Кто же такой был этот счоль трудный для Ласкера партнер? Что позволило ему доминировать в течение почти всего матча и почему он все же не смог одержать победу?

Будучи на шесть лет моложе Ласкера, Карл Шлехтер начал выдвигаться в число ведущих шахматистов лишь в конце прошлого столетия, когда Ласкер был уже чемпионом мира. Первые годы нового века принесли Шлехтеру серию крупных успехов: Мюнхен (1900), Монте- Карло (1901, 1904), Кобург (1904), Остенде (1906, 1907), Стокгольм (1906), Копенгаген (1907), Вена и Прага (1908).

Шлехтер был очень одаренным шахматистом, блестящим

знатоком дебютов, автором нескольких систем, сохранивших значимость до нашего времени. Будучи редактором отдела партий в наиболее авторитетном шахматном журнале того времени «Deutsche Schachzeitung», он был в курсе всех новостей шахматного мира; основой его шахматной силы было глубокое проникновение в сущность системы Стейница — Ласкера.

В те годы теория Стейница еще не стала общим достоянием. Поэтому мастера, владевшие ею в совершенстве, без особого труда достигали отличных турнирных успехов, побеждая более слабых противников, а между собой делая по преимуществу ничьи. «Так возник особый стиль того времени,— говорит Рети,— малоинициативный и сводящийся главным образом к подстереганию позиционных ошибок у противников, плохо усвоивших систему Стейница. Эта манера почти нивелировала индивидуальное дарование талантливейших шахматистов той эпохи, к числу которых относится и Шлехтер».

И сам Ласкер за четыре года до матча дал Шлехтеру аналогичную оценку. Высоко в целом оценивая его дарование, он сказал: «Шлехтер слишком ценит спокойную жизнь, не наделен достаточным темпераментом и, по-видимому, не способен на решительное усилие воли, чтобы вырвать из рук другого мировое первенство». Однако уже после первых двух партий матча Лас-

кер отозвался о нем по-иному: «Если бы стратегию Шлехтера соединить в должной мере с силой инициативы, то был бы достигнут совершенный стиль и Шлехтер был бы непобедим». При этом Ласкер сказал, что у всякого шахматиста есть какая- нибудь слабость, вытекающая или из недостатка смелости, или из ее излишка, или, наконец, из неточности расчета. «В дальнейших восьми партиях моей задачей будет разрешить проблему Шлехтера».

Решить «проблему Шлехтера» Ласкеру, однако, не удалось. Ее решил (в пользу Ласкера) сам Шлехтер. Он был типичным интеллигентом тех лет, человеком высокой культуры, огромных знаний, умевшим анализировать и обобщать. Тип в извест

ной мере интернациональный, неважно, что он жил в Германии, и у нас, в России, в то время таких было немало. И, подобно многим русским интеллигентам, он наряду с массой достоинств обладал одним существенным недостатком — был неудачник. Такие люди опаздывают на поезд на полминуты; в марафонском беге, пройдя всю дистанцию первыми, проигрывают на финише 0,1 секунды; в лотерее номер их билета лишь на единицу не сходится с номером билета, выигравшего сто тысяч... Даже фамилия Шлехтера происходила от слова «schlechl» — «плохой», что можно перевести и как «неудачливый».

В молодости я слышал от современников Шлехтера, что ему, человеку деликатному и скромному, была присуща какая-то неуверенность в себе, чрезмерная уважительность к другим, страх перед сильными... Быть может, остатки юношеского комплекса неполноценности? Не случайно все его успехи в перечисленных турнирах (кроме Остенде) были или 2-е место или дележ первых двух мест. Девять матчей сыграл Шлехтер в своей жизни, и восемь из них закончились вничью!

Тем не менее Шлехтер отлично подготовился к борьбе с Ласкером, понимая, наверное, что этот матч — единственный шанс в его жизни. Понимал это и Ласкер, который, предвидя серьезную опасность, сделал все, чтобы оградить свои интересы:

короткая дистанция матча — всего десять партий и еще одно дополнительное условие, о котором речь впереди, казалось, делали невозможной победу претендента.

Первые две партии, как было сказано, закончились вничью, в обеих перевес был на стороне Шлехтера. Следующая партия до 11-го хода шла по тому же пути, что и 1-я, но Шлехтер первым не выдержал напряжения и свернул на «нехоженую тропу . сыграв 11. ФбЗ вместо И. Ф13. Этимон, правда, не усилил свою позицию и уже на 26-м ходу счел за лучшее пойти на повторение ходов. И в 4-й партии Шлехтер повторил дебют 2-й, но затем отказался от «новинки», которая принесла ему преимущество, и сыграл более привычно. В какой-то момент Ласкер мог выиграть качество, но, учитывая, что взамен черные получали сильную проходную, он уклонился от этого. В дальнейшем партия лишь слегка «покачивалась на весах» и без всяких осложнений закончилась вничью.

Зато 5-я партия протекала остро. Сразу же после того, как борьба прямо из дебюта перешла в эндшпиль с тяжелыми фигурами, Шлехтер пожертвовал пешку, а затем и вторую в надежде запугать черного короля, который сначала рокировал, а затем (надо думать, не от хорошей жизни) перебрался с g8 на с7. Когда у партнеров оставалось только по ферзю и ладье, Лас

кер продвинул свои лишние проходные пешки на с4 и d5 и вполне мог рассчитывать на победу- И тут в остром цейтноте он ошибся...

Ласкер сыграл здесь 54. . . Фс5, на что «робкий» Шлехтер ответил 55. Фаб! Последовало 55. . .ЛЬ8 56. Ла7+ Kpd8 57. Л : g7 ФЬ6 58. ФаЗ Крс8, и после очевидного 59. Ф18+ черные сдались.

Этой драматической партией Шлехтер как бы простился с Веной — партнеры переехали в Берлин. После четырехдневного перерыва состоялась 6-я встреча. Ласкер в ней играл по всем правилам искусства: сначала приоткрыл неприятельского короля, затем поставил своего слона на угрожающую позицию, наконец, образовал у черных отсталую пешку с7 и комбинационной угрозой выиграл центральную пешку. Однако Шлехтер мастерски защищался и отстоял свою позицию в весьма интересном окончании.

В следующей партии, отчаявшись сломить сопротивление противника в испанской партии, Ласкер перешел на сицилианскую защиту. Этот дебют он ни

разу не применял ни в матче с Яновским, ни в петербургском турнире, ни в матче с Таррашем и, по-видимому, считал крайним средством.

В варианте дракона Ласкер допустил небольшую неточность, после чего Шлехтер смело пошел на осложнения. Он пожертвовал фигуру, приобретя за нее сначала две пешки, а затем и еще одну. Правда, две из них были изолированные по линии «с», вато третья, защищенная слоном с ЬЗ, стояла на еб, готовая при случае продвинуться на е7 со вскрытым шахом. Однако Ласкер сумел все-таки создать контригру соединенной атакой слона и коня, и партия закончилась вечным шахом.

А до конца матча оставалось всего три партии...

8-ю партию играли три дня, хотя она продолжалась всего 36 ходов. Все попытки Ласкера получить перевес были безуспешны. После двух дней игры встреча была опять отложена. При доигрывании был сделан всего один ход, и этим же утром, 5 февраля, началась 9-я партия. Только выиграв два оставшихся «раунда», Ласкер мог добиться победы в матче; легко понять, сколь напряженной была борьба. Разумеется, Ласкер снова избрал сицилианскую, ибо в испанской партии он уже не надеялся получить преимущество.

Любопытно, сознайтесь, как наши предки разыгрывали сицилианскую защиту 70 лет назад: 1. е4 с5 2. Kf3 Кеб 3. d4 cd

К : d4 К16 5. КсЗ е5. Вот так! Этот ход долгое время считался очень плохим (слабость на d5!), затем с легкой руки М. Найдор- фа и И. Болеславского он вошел было в моду, а сейчас вновь признан не очень хорошим.

В этой встрече впервые в матче Ласкер получил реальные шансы на победу, но все-таки ошибся и опять после трехдневной борьбы вынужден был согласиться на ничью.

Итак, оставалась только одна партия. Шлехтеру, чтобы победить, достаточно было ничьей... Об этой партии много написано. Критическая позиция, в которой Шлехтер в погоне за выигрышем упустил ничью, публиковалась, вероятно, сотни раз; но я, признаться, долго не мог понять, почему Шлехтер так стремился выиграть, когда ничья давала ему звание чемпиона мира.

«Навсегда останется загадкой...» — писал по этому поводу один из комментаторов. Однако разгадка оказалась не столь уж сложной и таинственной.

Матчи, как известно, играются либо на большинство из заранее обусловленного числа партий, либо до выигрыша определенного числа встреч. В матчах на первенство мира применялась и та и другая система, но обычно чемпион мира получал дополнительную привилегию — в случае ничьей он сохранял свое звание. Позднее чемпион мира в случае проигрыша мог требовать также матч-ре-

ванша. Во времена Ботвинника, например, чемпион мира имел и то и другое право. Что же касается матча Ласкер — Шлехтер, то было условлено, что претендент получает звание чемпиона лишь в случае победы с перевесом не менее чем в 2 очка. Это условие было принято Шлех- тером, поскольку предполагалось, что матч будет играться на большинство из 30 партий. Однако финансовую сторону полностью обеспечить не удалось, и пришлось ограничиться только десятью партиями. А условия-то остались прежними...

Как бы высоко ни оценивал свои силы Шлехтер (а он был человек скромный), победить Ласкера на столь короткой дистанции с преимуществом в 2 очка казалось ему поначалу делом совершенно невероятным. Но в ходе борьбы он, судя по всем}, уверовал в себя, каждую партию играл спокойно и сильно; хорошо проведенная атака в 9-й партии еще более повысила его оптимизм, и в последней встрече он решил победить во что бы то ни стало.

Одного он не понял. Ласкер, выдвигая свое, как он сам понимал, несправедливое условие, лишь защищал собственные финансовые интересы — матч игрался на ставку. Поэтому при победе с перевесом в очко Шлехтер в глазах шахматного мира все равно был бы чемпионом, даже не получив это звание официально, и неизбежно возник бы вопрос о повторном матче.

До конца жизни (а он был не за горами) Шлехтер не мог простить себе ошибку, случившуюся в партии, и критическая позиция стояла перед его глазами. «Почему я сразу не сыграл 38. . . ФЬ4+? Как я не увидел, что после размена ладей смогу дать шах и взять ладью с8?» — спрашивал, быть может, он себя, умирая с голоду в Берлине в 1918 году.

ПОЕДИНКИ С ПИЛЬСБЕРИ

Подводя итоги периоду Больших матчей (1907—1910), надо признать, что самым серьезным и трудным для Ласкера был его первый матч с Таррашем, а наименее удачным — поединок с Шлехтером, где Ласкеру, чтобы сравнять счет, пришлось приложить максимум усилий. Но на общем фоне эта относительная неудача была лишь эпизодом, престижным и радостным для Шлехтера, досадным для Ласкера; вопрос же о мировом первенстве все равно не мог быть решен в столь коротком состязании, в котором к тому же оба соперника проявили больше технического мастерства и верности доктрине Стейница, нежели

изобретательности и комбинационного блеска.

Вместе с тем в рамки формализованной, процедурной борьбы на первенство мира не попал, пожалуй, наиболее интересный и перспективный шахматист того времени — американец Гарри Нельсон Пильсбери, который во многом превосходил других соперников Ласкера, а кое в чем и его самого. Полная драматизма борьба между ними продолжалась более 10 лет—на территории Америки, Англии, России, Франции, завершившись снова в Америке. Общий счет их встреч +5—5=4. Это равенство в известной мере знаменательно.

Что же позволяло молодому шахматисту на равных бороться с мудрым и опытным шахматным философом, игроком исключительной практической силы? Прежде всего исключительный природный талант; правда, не столь разносторонний, как у Ласкера, но специфически игровой — быстрая реакция, интуиция, расчет, колоссальная фантазия, профессиональная память... Какие генетические факторы приводят к появлению таких шахматных феноменов несколько раз в столетие, над этим пусть ломают головы ученые. Мы же просто констатируем факт, что превосходство Пильсбери в этой области было всегда ощутимо. Он стоит в одном ряду с такими шахматистами «от бога», как Морфи, Капабланка, Таль, Фишер и, быть может, Каспаров...

Шахматные способности Пильсбери были многообразны: он легко играл не глядя на доску (ему принадлежал рекорд — 22 партии!), шутя решал задачу — обойти всю доску ходом коня и закончить маршрут на заранее указанном поле, превосходно играл в сеансах, гастрольных партиях. Он очень быстро овладевал техническими приемами шахматной борьбы, а под конец жизни значительно усилился и в эндшпиле. Пиль- сбери жил только для шахмат, убивал себя неумеренными нагрузками. Подобно комете, он прочертил яркий след на шахматном горизонте и рано сгорел.

Пильсбери ничего не написал о шахматах, мы мало знаем о его семье, образовании, воспитании, но известно, что он был одним из первых, кто разрабатывал и применял на практике не только форсированные варианты, но и цельные, глубоко продуманные системы развития. В числе их «каменная стена», кем- бридж-спрингская система, королевское фианкетто в испанской партии. Значение систем развития было понято гораздо позднее. Дело в том, что при формировании плана наибольшие трудности возникают зачастую не в дебюте или в миттельшпиле, а при переходе от первой из этих стадий ко второй. Эта проблема была в те времена теоретически совершенно не разработана, а на практике решалась по-разному. Многие выдающиеся «теоретики» (в смысле — знатоки дебютных

вариантов) не могли достичь сколько-нибудь значительных успехов именно потому, что разменивали свой творческий потенциал на дебютные варианты, доводя их (говоря языком «Информатора») до уровня „ или 7, забывая при этом, что от такого знака до выигрыша партии примерно такая же дистанция, как от прогноза урожая до полных закромов. Другие вообще не обращали внимания ни на дебюты, ни на системы развития, довольствуясь применением нескольких прочных, хотя бы и стесненных вариантов.

Между тем система развития в отличие от форсированного варианта как раз и позволяет переходить от дебюта к середине игры уже с определенным планом или с набором альтернативных планов в зависимости от действий противника.

Что касается Ласкера, то его отношение к дебютным системам было довольно своеобразно: о н не столько создавал свои системы, сколько искал (и н а х о д и л!) эффективные средства б о р ь б ы с чужими.

Официальный матч между Ласкером и Пильсбери, к сожалению, не состоялся, но 14 поединков между ними содержат бесценный клад идей, замыслов, комбинаций и тонкостей логической борьбы.

Впервые Ласкер встретился с Пильсбери на турнире в Нью- Йорке (1893), том самом, где он выиграл все партии. 20-лет

ний американец стойко держался до 45-го хода.

Здесь Пильсбери мог сделать ничью по меньшей мере двумя способами: 45. . .Cf8 или 45. . .Ф§7. Он же, не заметив витавшей в воздухе угрозы жертвы слона, избрал третий путь — 45. . .Kpg7, и неожиданно выяснилось, что после 46. С : g5! fg 47. f64-! черные не могут взять пешку из-за потери ферзя. Последовало еще: 47. . .Kpg8 48. ФЬ6 ФГ7 49. Ф : g5+ Kph8 50. Ф15 Cf8 51. g5, и белые пешки задушили черного короля.

Следующая встреча состоялась через два года в Гастингсе (1895). Пильсбери в испанской партии на 3-м ходу сыграл g7— g6. Ласкер, хотя и мог ожидать, что Пильсбери применит эту систему, оказался к ней не вполне подготовленным — допустил сначала позиционную неточность, а затем, просчитавшись, потерял пешку. В свою очередь, и Пильсбери ошибся дважды: сначала на 29-м ходу в цейтноте (контроль в то время был на 30-м ходу), а затем на 32-м (уже без цейтнота) и в итоге проиграл. Как гласит восточная мудрость:

«Ошибается плохо тот, кто ошибается последний».

Через полгода в Петербурге жребий свел соперников уже в 1-м туре. Пильсбери черными играет русскую партию. Ласкер не лучшим образом разыгрывает дебют и неосторожно приоткрывает своего короля.

Пильсбери смело жертвует коня — 17. . .Ke : d4, и хотя Ласкер не хочет его брать, а играет 18. Ф61, конь приносится в дар вторично: 18, . .Л : el 19. Ф : el К : f3I Теперь вконец зарвавшегося коня приходится взять: 20. Кр : f3 f4! 21. Фс11, и после форсированного маневра 21. . .Ке5+ 22. Кре2 Фg4+ 23. Kpd2 Ф : dl+ 24. Кр : dl К : d3 черные в придачу к колоссальному преимуществу в развитии получают еще и две пешки.

Игру Пильсбери в этой партии иначе, как артистической, не назовешь!

В следующем круге вариант «Рио-де-Жанейро» испанской партии * постепенно переходит в примерно равный эндшпиль.

♦ Ныне называемый в теории берлинской защитой.

Строго говоря, шансы здесь скорее на стороне белых, но Ласкер, коль скоро дело дошло

до эндшпиля, считает своим моральным долгом искать выигрыш. И он ходом 21. . .а5 отправляет пешку «а» на штурм ферзевого фланга. Однако выясняется, что и Пильсбери уклоняется от ничейных вариантов, не признавая монополию Ласкера на победы в любых окон

чаниях.

В ответ на 29. . .g6 он двигает пешку вперед, имея в виду отвлечь черного короля, отдать пешку и за это время образовать две связанные проходные на ферзевом фланге. Этот план Пильсбери удается реализовать, но и Ласкер забирает все пешки королевского фланга и вот-вот двинет свои пешки в ферзи. Все висит на волоске... Но белые пешки, поддержанные конем, рань-

me достигают заветной цели! «Оба играли в настоящие шахматы, но счастье оказалось на стороне Пильсбери»,— эпически заключает профессор Н. Ди- вински в своем превосходном периодическом издании «Шахматный мир за 80 лет».

В 3-м круге — вновь русская партия, но в более осторожной трактовке. Как известно, в этом дебюте белые удерживают лишний темп, дарованный им правом выступки, по крайней мере на 6 ходов, а то и дальше. Но в этой партии был установлен абсолютный рекорд симметрии: до 31-го хода!

Белые (Ласкер) пошли 31. 14, и черные использовали слишком активное положение неприятельского короля, ответив 31. . . f5 с шахом! Теперь белые потеряли свой лишний темп, и партнеры согласились на ничью, как будто только этого и ждали.

Партия Пильсбери — Ласкер, сыгранная 4 января 1896 года в 10-м туре турнира в Петербурге, вошла в сокровищницу мирового шахматного искусст-

* Выходит в Австралии небольшим тиражом.

ва. Она лучшая из всех когда- либо сыгранных Ласкером *.

Как известно, после этого поражения Пильсбери впал в шоковое состояние: из восьми оставшихся в турнире партий он проиграл пять (все три Стейницу и две Чигорину), хотя с Ласкером обе партии закончились вничью . Более того, в обеих он имел известное преимущество, а в одной даже реальные шансы на выигрыш.

Здесь Ласкер сыграл 21. С : Ь6, но что последовало: 21. . . ab 22. ФеЗ Kd4 23. Л61 К : е2+. По мнению Стейница и самого Пильсбери, сильнее было 21. . . Ф : Ь6 22. ФеЗ Kd4, и если 23. fe, то 23. . .Л : (4, и черные выигрывают. Кроме того, вместо 23. . .К : е2+ они указывают за черных ведущий к выигрышу вариант: 23. . .К : f5 24. ФеЗ Л : dl 25. С : dl Феб 26. КеЗ Лd8 27. Се2 ЛdЗ 28. С : d3 ed.

Однако в партии Пильсбери прошел мимо этих возможно-

стей. На 41-м ходу он уклонился от повторения ходов и сделал последнюю попытку получить преимущество в эндшпиле, но Ласкер был точен, и партия завершилась вничью.

И, наконец, в последней встрече между ними в этом турнире уже к 20-му ходу возник любопытный эндшпиль.

Пильсбери в течение 30 ходов пытался его выиграть, но это ему оказалось не под силу. Ласкер, если бы у него были белые, вероятно, одержал бы здесь победу...

Моральный реванш Пильсбе- ри взял в том же 1896 году в Нюрнберге, где Ласкер занял 1-е место. Пильсбери рассчитал там великолепную 15-ходовую комбинацию, которая завершалась матом. Ласкер, правда, разгадал ее, отдал ферзя за ладью

и слона, но партию спасти смог.и слона, но партию спасти смог.не

и слона, но партию спасти смог.

и слона, но партию спасти смог.

Пильсбери начинает решительные действия: 21. f5! gf 22. Kf4 h4 23. Ла1 Ce7 24. Л : a4!! (отвлечение слона от защиты пункта еб, который в позиции на диаграмме был защищен избыточно) 24. . .С : а4 25. Ю : еб fe 26. К : еб.

26. . .Cd7. Ласкер отдает ферзя! Попытка сохранить его привела бы к катастрофе, например: 26. . .Фс8 27. Ф : f5 Феб 28. Cg5! Ф : Ь6- 29. d4 ФЬ4 30. Ф17+ Kpd7 31. С : е7 Ф : е7 32. Кс5- Kpd8 33. К : Ь7+ Kpd7 34. Кс5+ Kpd8 35. Ф : d5-r, и белые дают мат.

За эту партию Пильсбери получил специальный приз, пожертвованный «самим» А. Ротшильдом.

Партия в Нюрнберге сравняла счет многолетней борьбы: у обоих соперников теперь было по три победы при трех ничьих; равенство продержалось три года, до турнира в Лондоне (1899). В 1-м круге этого состязания позиция американца была похуже, но он нашел «маленькую комбинацию» и форсировал вечный шах. Зато во 2-м круге Ласкер классически разыграл окон-

чание, где у него было ему одному ведомое преимущество...

Если в Лондоне Ласкер выиграл в 75 ходов, то в Париже (1900) ему для этого потребовалось уже «всего» 60. Соперники разыграли гамбит Стаунтона, который можно трактовать двояко: и как подготовку прямой атаки, и как чисто позиционный дебют. Такая альтернатива возникла у чемпиона мира уже к 14-му ходу при переходе в миттельшпиль.

Сейчас напрашивается g2— g4—g5; черные отстали в развитии, кроме того, положение их короля ненадежно,— вероятно, Пильсбери долго не продержался бы. Но Ласкер решил атаковать «малой кровью», не двигая пешку. Пильсбери защитился от непосредственных угроз, но белые сохраняли заметное преимущество. К 22-му ходу сложи

лась следующая позиция:

Здесь Ласкер задумал гениальный по своей логике план, начинающийся парадоксальным ходом 22. КЫ!! Идея его заключается в том, чтобы, сочетая угрозы королю с маневрами коня, перебросить его на ферзевый фланг и уничтожить пешку Ь7 (хотя бы ценой сдвоения своих пешек королевского фланга). Тактически же план основан на том, что немедленное 22. . .е5 невозможно из-за 23. de Л : е5 24. ЛГ7 Ле7 25. Л : g8+. Если же 23. . .Лае8, то 24. Kd2 Л : е5 25. Kf3, и получается та же позиция, что в партии.

Последовало: 22. . .Лае8 23. Kd2 е5 24. de Л : е5 25. Kf3 ЛеЗ (как указывает В. Зак, на 25. . . Л5е7 белые выигрывали путем 26. Kg5 Себ 27. Ле1!, и у черных нет защиты от угрозы 28. Л : еб и 29. Kf7X или 28. ЛgeЗ) 26. Kg5 Л : g3 27. hg h6 28. Ю7+ Kpg7 29. Kd6 Ле7 30. К : Ь7, и ферзевый фланг черных оказался на грани гибели.

Следующая партия была сыграна экспромтом в Аугсбурге в августе 1900 года с ускоренным контролем — 30 ходов в час. Строго говоря, она относится к категории «легких» партий и не подлежит включению в официальный зачет, но в то время еще не было рейтинга, а партия очень интересна. Ласкер предложил королевский гамбит, чего он в серьезных партиях никогда не делал (кроме тематического матча с Чигориным гамбитом Райса). Пильсбери играл пре-

восходно и завершил партию как раз в тот момент, когда было сделано 30 ходов.

Но и после этой победы за американцем оставался долг. Его Пильсбери погасил уже в Америке, выиграв у Ласкера в Кембридж-Спрингсе (1904), о чем читатель знает из главы «Большие турниры».

ПЕТЕРБУРГ

Шахматные турниры в то время происходили не часто, и каждый из них имел свое лицо. Это теперь не проходит и месяца без того, чтобы в Бевервейке или Рейкьявике, в Сочи или Тилбурге, в Бугойно или Монреале не начался очередной международный турнир. А в начале века — один-два турнира в год; не удивительно, что каждый привлекал внимание «всего» шахматного мира, который, правда, был раз в десять (или в сто?) менее обширным, чем сейчас.

Турнир в Петербурге 1909 года стал не только прекрасным шахматным праздником, но и крупным общественным событием. В годы жестокой полицейской реакции после революции

1905 года российская интеллигенция находила в шахматах некую отдушину. Других легальных форм общения в то время не существовало. Шахматные общества и собрания функционировали во многих губернских городах; это была среда, в которой зародилось и развивалось отечественное шахматное движение. Любопытно с этой точки зрения прочесть список «жертвователей» этого турнира; да-да, именно жертвователей, ибо он был организован на деньги, собранные по подписке, кроме того, некоторые участники турнира, не имея денег на билет до Петербурга, были вынуждены воспользоваться средствами, также собранными по подписке. В списке мы видим общества и клубы Лодзи, Казани, Ташкента, Варшавы, Семипалатинска, Виль- ны, Ревеля, Дерпта, Гельсингфорса, не говоря, разумеется, о Москве и Петербурге. Среди отдельных жертвователей находим знакомые имена: А. Хардин — глава Общества любителей шахматной игры в Казани, партнер по шахматам В. И. Ленина; В. Белавенец — отец Сергея Белавенца, талантливого мастера, чемпиона Москвы, погибшего на фронте в 1941 году; профессор Б. Коялович — известный математик, участник многих турниров; князь П. Шер- вашидзе ; В. Крогиус — отец

Международный шахматный конгресс в память М. И. Чигорина. Петербург^ 1909 г.Международный шахматный конгресс в память М. И. Чигорина. Петербург^ 1909 г.будущего гроссмейстера... Есть и курьезы в списке жертвователей: «18 юнкеров Михайловского артиллерийского училища — 1 р. 80 коп.», то есть по 10 копеек с человека!?

Международный шахматный конгресс в память М. И. Чигорина. Петербург^ 1909 г.

Международный шахматный конгресс в память М. И. Чигорина. Петербург^ 1909 г.

Профессор И. Райс из Америки пожертвовал 100 рублей, барон А. Ротшильд — 200 рублей на призы за красоту, которые достались Шлехтеру и Фор- гачу. Крупную сумму — 300 рублей пожертвовал Н. Терещенко, участник Всероссийского турнира любителей, проходившего одновременно с международным турниром. Он занял в нем 9-е место и получил приз— 20 рублей...

Турнир собрал 12 зарубежных и 7 русских шахматистов.

Лидеры этих двух групп — Ласкер и Рубинштейн — и стали победителями турнира после крайне напряженной борьбы.

Ласкер в 1-м туре сделал ничью с Шлехтером, затем выиграл у Форгача, но в 3-м туре проиграл Рубинштейну. Потом он начал серию побед, но и Рубинштейн, в свою очередь, выигрывал все партии. Так они шли с интервалом в 1 очко, как вдруг Рубинштейн проиграл Дуз-Хотимирскому. Этот талантливый юноша пытался бороться с Рубинштейном на позиционной основе и попал, естественно, в безнадежное положение. После этого он махнул рукой на все правила и начал блефовать. Его изобретатель-

ность была вознаграждена, и Дуз-Хотимирский отпраздновал сенсационную победу. Ласкер благодаря этому догнал Рубинштейна, а вскоре и обогнал его на пол-очка. Но з 16-м туре неожиданно и сам проиграл Дуз-Хотимирскому! Пришлось Ласкеру в последнем туре любой ценой выигрывать у Тейх- мана, что ему и удалось сделать, а Тартаковер, на его счастье, устоял против Рубинштейна. Таким образом, лидеры пришли к финишу, как тогда говорили, «ех aequo» — наравне.

Ласкер в турнирном сборнике очень одобряет игру Тарта- ковера в последнем туре и объясняет, как тот мог даже выиграть. Приводит сначала длинный вариант, а затем пишет: «Партия черных разрушается, в то время как белые продвигают свою пешку до аб, ставят ладью на Ь8 и переводят короля через е5 и d4 на с5 и через а4 или Ь5 вводят в игру». Но где уж там будущему гипермодернисту было проводить столь сложные планы (ему тогда было 22 года) — вести пешку, переводить короля, проникать на ферзевый фланг... Он и так, наверное, не помнил себя от радости, что сделал ничью с «великим Акибой».

Рубинштейн в этом турнире ни в чем не уступал Ласкеру. Уже тогда он разрабатывал стройные системы, позволявшие ему логично и последовательно переходить от дебюта к середине партии, Более того, Нимцо-

вич справедливо писал о нем: «Характерной чертой Рубинштейна мы считаем колоссальную длину плана, который служит у него логическим мостом, ведущим от дебюта к эндшпилю».

Ласкер с присущей ему объективностью и глубиной подметил один из элементов стратегии Рубинштейна: «Это первый мастер, который уделил должное внимание напряжению, возникающему при наличии двух взаи- моатакующих пешек. Он показал, что первоначальное построение партии и последующее ее течение объясняются именно этим напряжением».

Не удивительно, что вскоре после турнира возник вопрос о матче Рубинштейна с Ласкером на первенство мира. В журнале «Wochenschach» за сентябрь 1912 года было опубликовано сообщение на эту тему, в котором шла речь о финансовых условиях. Несмотря на многие трудности, матч мог бы состояться, если бы... Если бы не появился Капабланка, если бы не катастрофическая неудача Рубинштейна в Петербурге в 1914 году, если бы не началась мировая война...

Возвращаясь к турниру, отметим, что Ласкер дал ряд превосходных партий, например с Видмаром, Тейхманом, Дура- сом, Коном. Были, правда, и трудные для него поединки — с Бернштейном и Фрейманом; Ласкер, надо отдать ему должное, очень точно и объективно

не предвещало беды.не предвещало беды.чточто

не предвещало беды.

не предвещало беды.

что

что

прокомментировал их в турнирном сборнике.

Турнир в Петербурге удался на славу. Ласкер после него завоевал огромную популярность в России благодаря своему личному обаянию и превосходной игре.

Для Ласкера в слове «Петербург» всегда сочетались такие понятия, как «испытание» и «триумф». Город на Неве ему особенно памятен тремя крупными международными турнирами. Ласкер единственный играл во всех трех и в каждом вступал в единоборство с новым грозным соперником: в 1895-м это был Пильсбери, в 1909-м — Рубинштейн, а в 1914-м — Капабланка. Каждый раз возникали критические ситуации (мы знаем о них), но никогда испытание воли, характера и мастерства не было столь жестоким, как в 1914 году. Впервые Ласкер встретился с турнирным бойцом, который явно не уступал ему в позиционной игре, превосходил в быстроте и точности расчета и, кроме того, не был подвержен психологическим эмоциям. Правда, у Капабланки в то время был один существенный недостаток— он не отличался строгим соблюдением спортивного режима, что порой отражалось на результате партий.

Формула петербургского турнира 1914 года была своеобразной: сначала из 11 участников по результатам общего турнира отбирается лучшая пятерка, которая затем играет в двухкруго

вом турнире. Эту формулу много критиковали, но в ней содержится рациональная идея — освободить результаты турнира от влияния аутсайдеров, свести борьбу к соревнованию сильнейших. Идея эта, однако, была нарушена, а вернее разрушена, условием, что окончательный результат определяется по сумме очков в общем и финальном турнирах. 4

И действительно, когда завершился общий турнир, оказалось, что из десяти встреч финалистов между собой только две были результативными — Алехин выиграл у Маршалла и проиграл Капабланке, все же остальные партии закончились вничью.

Тяжелым ударом для Ласкера был проигрыш Бернштейну. В испанской партии черными чемпион мира хорошо защитился и затем перешел в контратаку. После 35-го хода белых ни

Вдруг Ласкер играет 35. . . ФН2? «Галлюцинация! — восклицает Тарраш.— Черные могли, сыграв 35. . .Ф§3, еще более усилить свою позицию и, вероятно, выиграть».

Последовало: 36. К : еб Ла2 37. Ле2 Ла1 + 38. Kpf2 fe 39. Фg6 Фс7 40. Ф : е6+. Преимущество перешло к белым, и Бернштейн точной игрой довел партию до победы.

За два тура до конца общего турнира Ласкер едва не проиграл еще и Таррашу, но спасся этюдным маневром в пешечном эндшпиле. Впоследствии много говорили и писали о том, что будто бы в этот момент для Ласкера возникла угроза не попасть в финальную группу. Это неверно. Общий турнир завершился с результатами: Капабланка — 8 очков, Ласкер и Тарраш — по 6 %, Алехин и Маршалл — по 6, Бернштейн и Рубинштейн— по 5. Поэтому, даже если бы Ласкер проиграл Таррашу, у него было бы 6 очков и он все равно попадал в пятерку. Разумеется, в этом достаточно гипотетическом варианте он не смог бы в финале догнать Капабланку, но ведь и так его шансы на 1-е место были достаточно проблематичными, чтобы не сказать безнадежными. Отыграть полтора очка в восьми партиях (для дележа 1-го места), не говоря уже о 2 очках для чистой победы,— кто бы мог в это поверить?!

В 1-м круге финального турнира Ласкер в труднейшей 100- ходовой партии добился ничьей против Капабланки, но все остальные встречи выиграл и отставал на промежуточном финише от Капабланки уже только на очко. Теперь судьба 1-го

приза решалась в личной встрече... Эта этапная партия завершилась, как известно, победой Ласкера, который наконец-то сравнялся с Капабланкой. Каждому оставалось сыграть по две партии: с Таррашем и Маршаллом. Капабланка, раздосадованный поражением, проиграл белыми Таррашу, а Ласкер сделал с ним ничью. У Маршалла же они оба выиграли.

Таким образом, Ласкер сумел сделать невозможное: не только догнал Капабланку, но и опередил его на пол-очка!

Анализируя сыгранные Ласкером партии, Тарраш, который так остро и язвительно критиковал его в прошлом, на этот раз коренным образом пересмотрел свою оценку. В турнирном сборнике он писал по поводу партии Маршалл — Ласкер из 5-го тура: «Ласкер опять дал великолепную партию. Черными в дебюте ферзевых пешек он играл не «по правилам» (это была ни более ни менее как староиндийская без хода g7—g6.— Б. В.), в «сверхсовременном» стиле, остро на выигрыш. Ласкер сильно рисковал! Он был в тяжелом положении. Но таков его стиль. Его противники играют объективно правильно и получают хорошие позиции, но, странным образом, Ласкер никогда не проигрывает. Никто ке вправе упрекнуть его за искусство играть в таком стиле. Мы

должны лишь снова и снова ему удивляться».

«Ласкер получил,— продолжает Тарраш,— за свое участие в турнире громадную сумму — 4000 рублей. Я нахожу ее не слишком высокой (разрядка Тарраша.— Б. В.). Кто еще смог бы играть такие партии! Меценаты не бросают денег на ветер, и если Ласкер впредь будет играть как в этом турнире, то он заслуживает больших, гораздо больших гонораров».

Таким был «догматик» Тарраш. Он отказался играть матч с молодым человеком, не признал Ласкера чемпионом, когда тот победил Стейница, да и после Гастингса его оценка «сильный игрок» была иронична, если нс язвительна; Тарраш не мог понять причину своего поражения в матче с Ласкером на первенство мира и говорил о внушении, гипнозе... и вместе с тем он откровенно высказал свое восхищение Ласкером, когда наконец понял, в чем заключается его уникальное дарование.

...Началась война. Тяжелое испытание жизнеспособности шахмат и шахматистов. Нет больше в Европе турниров и матчей, турнир в Мангейме прерывается за несколько туров до конца из-за начала военных действий. Шахматная жизнь замирает, а профессионалы и «кафе- шпилеры» обречены на вымирание. Правда, в 1915 и 1916 годах Тарраш играет матчи с Мизесом, правда, в 1936 году орга

низуется матч между Ласкером и Таррашем... Из шести партий!

В 1917 году Ласкер выезжает из Берлина на гастроли в Будапешт, но как незначительно это событие по сравнению с тем, что было в довоенные годы... Ласкер философски (в буквальном смысле) переносит трудности военного времени: живет впроголодь, занимаясь философией и работая над книгой.

Но даже в такой нс располагающей к шахматам обстановке удается организовать соревнование четырех гроссмейстеров. Это были умирающий от голода Шлехтер, потрясенный военными поражениями Тарраш, русский подданный Рубинштейн и Ласкер.

Берлин. Мрачная осень 1918 года, конец войны недалек, а исход ее слишком очевиден... Это напоминало турнир на том берегу Стикса. Все как прежде — чемпион мира и три претендента, испанская, итальянская, атака Шлехтера — Рубинштейна, ладейные эндшпили, разноцветные слоны... Но борьба не та, и игра тоже не та. Двухкруговой турнир теней, черно-белые кадры в цветном фильме...

За победу боролись Ласкер и Рубинштейн. Оба они прошли турнир без поражений, но против Тарраша Ласкер набрал на пол-очка больше и в итоге занял 1-е место.

Лишь через два года постепенно началось восстановление

шахматных связей, и тотчас же вновь возник вопрос о мировом первенстве.

ИГРОК ПРОТИВ МЫСЛИТЕЛЯ

Американские шахматные звезды систематически вспыхивают над Европой, озаряя горизонты Старого Света блеском невиданной яркости. Судьба избрала Капабланку преемником Морфи и Пильсбери, предшественником Решевского и Фишера.

Карьера его началась в Америке, когда ему было 19 лет. Это была серия успехов в небольших турнирах и гастрольных партиях. А после сокрушительной победы в матче с Маршаллом Капабланка был приглашен в виде исключения в гроссмейстерский турнир в Сан-Себастьяне (1911), куда допускались лишь шахматисты, взявшие в турнирах прошлого десятилетия как минимум два четвертых приза. Это были: Тарраш, Мароци, Рубинштейн, Видмар, Маршалл, Бернштейн, Нимцович, Шпильман, Дурас, Тейхман, Яновский, Шлехтер и Берн.

Приглашение Капабланки встретило возражение со стороны Нимцовича и Бернштейна, но вскоре они вынуждены были изменить свое мнение. Как известно, Капабланка занял в этом турнире 1-е место, а за партию против Бернштейна получил приз за красоту. В этой партии, игравшейся в 1-м (!) туре, он смело (быть может, даже слиш

ком смело) пожертвовал коня и на 36-м ходу дал мат пешкой!

В конце того же 1911 года Капабланка вызвал Ласкера на матч. Ласкер согласился, но, так же как и в матче с Шлехте- ром, выставил условие о перевесе претендента в 2 очка. Капабланка был возмущен и послал Ласкеру открытое письмо, в котором написал, что чемпион мира обязан защищать свое звание на тех же условиях, на которых он его завоевал. Насколько справедливо было это требование, трудно сказать, ибо уже на нашей памяти условия матчей на первенство мира менялись не раз. Этот спор можно было решить путем переговоров, но Капабланка в письме допустил выражение, а вернее сказать одно слово, которое Ласкер счел для себя оскорбительным, и переговоры были прерваны.

Впервые чемпион мира и претендент встретились на турнире в Петербурге в 1914 году. Ласкер в те дни дважды высказывался в печати о Капабланке. До турнира он писал:

«Капабланка исключительный по силе игрок. В игре Капабланки чувствуется воля, твердая воля к победе, а такая твердая воля обладает творческой силой. Он верно и точно рассчитывает, и он усвоил умение, которое стоит выше простого расчета и граничит с интуицией.

Но в его стиле обнаруживается один совершенно неискоренимый недостаток. Капабланка в

жизни хороший спортсмен и плохой мыслитель. В его игре одинаково резко бросаются в глаза то же достоинство и тот же недостаток. В его стиле незаметно ни следа общего, скажем философского, понимания положений на шахматной доске. Различие то же, что между фотографом и художником... Если бы шахматы исчерпывались расчетом, то превзойти Капабланку было бы невозможно... Но поскольку древняя шахматная игра сохранила жизнеспособность, то, очевидно, в ней имеется и умозрительное содержание. И тогда Капабланку можно и даже очень не трудно превзойти».

Это «не трудно превзойти» — своего рода вызов, а быть может, и психологическое давление. Однако Капабланка был непроницаем для такого рода нажимов. В общем турнире он, как известно, обогнал Ласкера на полтора очка, а в партии между ними, которая в конце концов закончилась вничью, позиция Ласкера одно время выглядела довольно сомнительно.

Накануне финального двухкругового турнира Ласкер выступил вторично и в статье «Перед решительной борьбой», опубликованной в газете «Речь», писал:

«Стремительный Капабланка одержал целый ряд блестящих побед и теперь стойт впереди всех. Нужно иметь при этом в виду, что Капабланке отнюдь не благоприятствовало слепое

счастье... Нет, нужно признать без оговорок,— Капабланка заслужил свой блестящий успех. Он показал себя хорошим игроком. Теперь ему представляется случай показать, умеет ли он сохранять приобретенное преимущество».

Сам Капабланка полностью разделял мнение Ласкера о своей шахматной силе. Его оценка была такова:

«Окончания партий разыгрывались мной безупречно, изобретательность достигла апогея, блестящие комбинации и замыслы стали обычным явлением. Дебюты я стал разыгрывать лучше и, по-видимому, ни в одной стадии партии не имел серьезных недостатков». (Не страдал он, как видно из этой характеристики, и недостатком самоуверенности.)

После турнира на заключительном банкете состоялось примирение между Ласкером и Капабланкой. Матч между ними теперь казался делом решенным, но... тут началась война.

...Переговоры о матче возобновились лишь в 1920 году, но Ласкер явно не хотел играть, чувствуя себя неподготовленным. Он даже заявил, что отказывается от звания чемпиона в пользу Капабланки. Разумеется, шахматный мир не мог с этим согласиться, как и сам Капабланка.

После войны жизнь Ласкера стала еще более тяжелой. В буре инфляции погибли все сбережения, вновь появился приз-

рак бедности, преследовавший его с детства. Прочное, казалось бы, здание материального благополучия, которое Ласкер и его супруга строили столько лет, рассыпалось в прах. Покупательная сила марки упала. Тысяча марок стоила меньше довоенного пфеннига. Доллар и только доллар царил в разоренной Германии. Поэтому, когда Ласкеру предложили И ООО долларов за матч с Капабланкой, он согласился играть. Ласкер чувствовал, что ему не победить Капабланку, но не мог отказаться ни по моральным, ни по материальным соображениям.

Матч начался в Гаване в марте 1921 года. Не хочется рассказывать о нем партия за партией. Грустно вновь переживать конфликт между необходимостью борьбы и неизбежностью поражения. Разумеется, победа молодости — это закон развития. Но ведь Ласкер в свои 52 года далеко еще нс был стариком, он доказал это, но уже после матча.

Шансы были неравными. Во- первых, Ласкер был растрени- рован и не имел времени на подготовку к матчу, тогда как Капабланка был в блестящей форме; во-вторых, климат Гаваны был для чемпиона мира непривычен; в-третьих, Капабланка у себя на родине чувствовал всеобщую поддержку, а Ласкера поддерживала только поехавшая с ним в Гавану супруга.

Шансы были неравными, но Ласкер мужественно боролся,

Общая картина почти во всех партиях была одинакова: по дебюту Капабланка получал преимущество, ибо Ласкер этой стадии никогда нс придавал большого значения, затем Ласкер изобретательной и точной защитой достигал примерного равновесия. Капабланка играл безупречно и безошибочно, но не пытался сам переходить в атаку. Первые четыре партии, которые протекали по этой схеме, закончились вничью. Но в 5-й встрече Ласкер допустил грубый просмотр...

Снова последовала серия из четырех ничьих, и снова Капабланка не делал ни малейших попыток осложнить игру или усилить позиционный прессинг. Зато в 10-й партии кубинец начисто переиграл Ласкера. Эта партия, по словам самого Капабланки,— лучшее его достижение в матче. Аналогичную оценку дал партии и Ласкер: «Стиль Капабланки выше всяких упреков».

Оставаясь теоретиком и психологом борьбы даже в самые трудные минуты, Ласкер дал впоследствии тонкое объяснение результатов этой партии, а отчасти и всего матча:

«Существует общий закон, что утомленный человек обнаруживает в первую очередь те недостатки, которые он едва успел преодолеть. В течение долгого времени разыгрывание равных позиций представляло для меня крайние трудности. Такие позиции нс возбуждали моей фан-

тазии, так как не давали повода к решающим комбинациям и утомляли меня. Я полагаю, что состояние усталости в таких положениях и приводит меня к тяжелым ошибкам. Я не в силах бороться с усталостью, так как причина ее чисто физического характера: жара и ослепляющий блеск апрельского солнца Гаваны».

Все это так, но сказать, что причина поражения только в блеске апрельского солнца, было бы необъективно. Да и сам Ласкер, проиграв Капабланке 11-ю партию, по достоинству оценил игру своего противника. «Всю партию,— говорит Ласкер,— мой партнер провел энергично и вместе с тем осторожно, нащупывая прочные позиции, из которых можно было бы nepefiTK в атаку. Я также играл эту партию недурно, за исключением последней части. Тут силы мне изменили (41. . .Ла4??— Б. В.),— очевидно, под действием климата. Однако этим я вовсе не желаю умалять заслуги Капабланки. Он заставлял меня решать задачи, достаточно трудные, чтобы сломить силы любого утомленного шахматиста».

После двух ничьих Ласкер получил в 14-й партии по дебюту явное преимущество и шансы на атаку. И тут произошло нечто непонятное. Вместо того чтсбы следовать этическому закону обязательной атаки — важнейшему элементу его мировоззрения, Ласкер начал бесцель

но передвигать фигуры, причем каждым ходом не далее чем на одну клетку, как будто боясь подставить их случайно под удар. Вот серия его ходов с 19-го по 29-й: Kpgl—hl, h2—h3, Ле1—dl, ЛП—el, Ле1—e2, Лdl—fl, Kphl—gl, ЛП—f2, Л?2—f3, f4—f5 и в заключение Kpgl—h2??

По поводу этой партии Ласкер писал: «Партия складывалась для меня хорошо. Но к исходу четвертого часа (контроль был 2 часа на 30 ходов.— Б. В.) я был почти истощен и несколькими явными промахами уничтожил весь свой стратегический план. Как сквозь туман смотрел я на шахматную доску, и голова у меня подозрительно болела».

Обо всем этом можно было бы и не говорить. Понятно, что у стареющего чемпиона после изнуряющей борьбы может заболеть голова. Ведь Стейницу было под шестьдесят, когда он проиграл Ласкеру, вероятно, и он мог бы пожаловаться на недомогание. Но дело все в том, что Ласкер нс был и не чувствовал себя стариком. Он в полной мере сохранил свой интеллектуальный и спортивный потенциал, и если бы матч состоялся, скажем, на год позже, он мог бы сложиться по-иному. Разумеется, победа Капабланки и в этом случае не была бы исключена, так как недостаток, отмеченный Ласкером в 1914 году,— гипертрофия значимости расчета и чрезмерный практицизм —

еще не развился в нем до такой степени, как в 1927 году — в матче с Алехиным.

Что же касается борьбы Ласкера с Капабланкой, то она отнюдь не была закончена в Гаване. Полученные Ласкером доллары дали ему возможность подготовиться к новому взлету...

Они вновь встретились через три года после матча в гроссмейстерском турнире в Нью-Йорке. В 1-м круге Ласкер набрал 7 Уг (!) очков из 10 и далеко оторвался от Капабланки, который проиграл Рети и сделал шесть ничьих. Правда, 2-й круг Капабланка провел блестяще: он победил Ласкера и набрал 8 ¥2 очков! Но ему так и не удалось приблизиться к Ласкеру,

который, помимо проигрыша Капабланке, сделал только одну ничью и выиграл остальные восемь встреч.

Капабланка, однако, писал после турнира, что Ласкер в Гаване играл лучше, чем в Нью-Йорке, а победил он главным образом потому, что молодые мастера играли ниже своей силы. Игра Ласкера, по мнению чемпиона мира, не отличалась разнообразием, а если бы шахматный мир пожелал увидеть действительно хороший матч, то следовало бы организовать встречу между Ласкером и Алехиным. О матч-реванше, по его мнению, не могло быть и речи, а между тем именно это и был бы хороший матч.

В следующем году Ласкер с Капабланкой вновь встретились, па этот раз в Москве. Жребий свел их уже в 1-м туре, но они не были расположены рисковать и быстро согласились на ничью .

Надо еще сказать о турнире, в котором Ласкер не участвовал по прихоти своего давнего соперника. После относительных неудач кубинца в Нью- Йорке (1924) и Москве (1925) сторонники Капабланки (и он сам) хотели восстановить его репутацию как турнирного бойца. Было решено организовать шестерной турнир претендентов на первенство мира, в котором каждый с каждым играл бы по четыре партии. Выбором участников

фактически дирижировал Капабланка, под его влиянием были приглашены кроме Алехина, кандидатура которого была бесспорна, Нимцович, Видмар, Щпильман и Маршалл. Было оговорено, что занявший 1-е (или 2-е — за Капабланкой) место в турнире приобретает преимущественное право на матч с чемпионом мира.

Шахматному миру было совершенно ясно, что по крайней мере последние три участника не имели ни малейших прав претендовать на первенство мира, равно как не имели и шансов на высокое место в турнире. В то же время не был приглашен Ласкер, который во всех турнирах, где они играли вместе, был впереди Капабланки; Рети, имевший неосторожность выиграть своим дебютом у Капабланки в Нью-Йорке в 1924 году; а также Рубинштейн — единственный гроссмейстер, имевший в то время против Капабланки лучший счет в личных встречах. Ласкер был глубоко оскорблен таким подбором участников и тем, что он нс попал в число приглашенных. По этой ли причине или по другой Ласкер на долгие годы отошел от шахмат и возвратился к ним лишь в 1934 году.

Следующая встреча извечных соперников состоялась опять в Москве через 10 лет, когда Капабланка выступал уже в качестве экс-чемпиона. И в турнире и в личной встрече успех сопутствовал Ласкеру, которого

по справедливости считали моральным победителем грандиозного турнира.

Любопытная реплика была опубликована в московском журнале «Шахматы»:

«Шахматы никогда не достигнут апогея, следуя путем науки. Уже теперь гроссмейстеры, чтобы добиться победы, пользуются не только техническими приемами, но учитывают и психологическую сторону игры. Сделаем поэтому новое усилие и при помощи фантазии превратим борьбу техники в борьбу идей!» ’

Под этим высказыванием стояла подпись Капабланки, а иначе можно было бы подумать, что оно принадлежит Ласкеру.

МОСКВА

Трудно сегодня восстановить, из каких фрагментов сложился в моем представлении праздничный узор московского турнира 1925 года. Самому мне нс удалось тогда попасть в роскошный зал ресторана «Метрополь», где ежедневно полторы тысячи счастливцев наблюдали за борьбой шахматных титанов, но я был на улице во время 1-го тура, видел наряд конной милиции, оберегавший Ласкера и Капабланку от напора московских любителей шахмат.

Я помню впечатления забегавшего к нам иногда Дуз-Хо- тимирского (он жил неподалеку в доме страхового общества «Россия», что на Сретенском

бульваре) о Карлосе Торре — первом мексиканце в европейских турнирах. Он приехал в морозную страну антиподов налегке, в летнем пальтишке и необычных для нас больших очках — под стать нынешней моде... Помню фильм «Шахматная горячка», в котором кумир москвичек — элегантный Капабланка превратил ненавистницу шахмат в их страстную поклонницу. «Вот что наделали рассказы чемпиона» — гласил один из титров этого фильма, разумеется немого...

В дни турнира мы по-настоящему поняли, сколь популярны и любимы шахматы в Москве, в России. Конечно, здесь был и элемент сенсации. Еще бы! Москвичи впервые увидели знаменитых гроссмейстеров — Тар- таковера, Рети, Шпильмана, Рубинштейна, не говоря уж о чемпионах. Но это была не минутная вспышка моды, а проявление устойчивой симпатии и уважения, ибо шахматы у нас всегда ассоциировались с развитием интеллекта, со свободой мысли.

В турнире участвовали девять советских мастеров, почти все с дореволюционным стажем, сильнейший из них — Романовский — занял 8-е место. Московский турнир послужил импульсом для интенсивного развития шахмат в нашей стране. Показательно, что всего через 10 лет из десяти советских участников II Московского международного турнира уже только четверо представляли старшее

поколение, остальные пришли в шахматы после 1925 года.

Ласкер с большим подъемом начал турнир и в первой его половине далеко опередил Капабланку, проигравшего Берлинскому и Илыш-Женевскому. Стартовые победы над Романовским, Ейтсом и Рубинштейном вывели Ласкера в число лидеров. После 11-го тура у него было 8 очков из десяти партий, БоГОЛЮбоВ ИМСЛ 8/2, но из 11, на 3-м месте держался Торре — TVg из 10. Однако в 12-м туре произошло беспрецедентное событие: Ласкер черными получил против Торре подавляющее преимущество, затем на 21-м ходу упустил форсированный выигрыш, на 23-м не перешел в лучшее окончание, а своим следующим ходом дал возможность мексиканцу провести замечательную комбинацию, которую по справедливости следовало бы назвать «чертовой мельницей»!

Очевидцы рассказывали, что во время партии, когда Торре раздумывал над своей тяжелой позицией, посыльный положил перед Ласкером телеграмму. Фрау Марта сообщала, что написанная им вместе с братом Бертольдом пьеса «О Человеке эта повесть» («Vom Menschen die Geschichte») скоро должна пойти на сцене. Всегда сдержанный на людях, Ласкер тут не в силах был скрыть свою радость. Эта пьеса была плодом семилетней напряженнейшей работы и раскрывала его «философию нерав- новесности». Надо еще добавить,

что с помощью жены Бертольда — поэтессы Эльзы Ласкер - Мюллер она была переложена на стихи.

В этот декабрьский день в «Метрополе» Ласкер, наверное, пережил счастливейшие минуты своей жизни. Он отошел от доски и взволнованно рассказывал своим друзьям о радостном событии. Это был единственный случай в его жизни, когда он изменил своему железному правилу — не отвлекаться от турнирной партии, не рассеивать свое внимание. Когда ему сказали, что Торре сделал очередной ход, Ласкер подошел к доске... и допустил три серьезные ошибки кряду!

После этой партии Ласкер стал неузнаваем. Он попал в безнадежное положение против Дуз-Хотимирского и, хотя выиграл эту партию, вскоре проиграл Левенфишу окончание, которое мог бы спасти; затем с Тартаковером сделал ничью в 17 ходов. На финише еще две ничьи с аутсайдерами Земи- шем и Готгильфом (в 18 ходов)... Стало ясно, что Ласкер находится во власти каких-то нешахматных переживаний и отказался от борьбы за победу в турнире. Но и достигнутый им результат — 2-е место впереди Капабланки и всей плеяды лучших гроссмейстеров — все рассматривали как крупнейший успех.

Конечно, Ласкеру не просто было соперничать с Боголюбовым, который дважды был чемпионом страны, отлично знал

сильные и слабые стороны всех советских участников. Он сделал с ними только две ничьи, победив во всех остальных партиях. Ласкер же потерял в этих девяти встречах 2% очка, а Капабланка — даже ЗУг!

По окончании турнира многие предполагали, что Боголюбов вызовет Капабланку на матч, но он этого не сделал, так как панически боялся кубинца и проигрывал ему во всех турнирах, в том числе и в московском. Общий результат их встреч +5= 2 в пользу Капабланки.

Поскольку Боголюбов в то время явно не хотел бороться за чемпионский титул, было бы логично организовать матч между Капабланкой и Ласкером, который в турнирах трижды становился выше него. Однако Ласкер не вызвал Капабланку, хотя и не оставлял мысли о реванше. Он считал, что такой матч должен организовать шахматный мир, если для него — для шахматного мира — такая встреча представляет интерес.

...Но что такое шахматный мир? Международной шахматной организации тогда еще не было, меценатов стало меньше. Усилилось влияние национальных шахматных союзов — голландского и американского. Советская шахматная организация еще только завязывала международные контакты. В конечном счете возможность матч-ре- ванша зависела только от Капабланки, а он этого не хотел. И в этой обстановке Ласкера не

пригласили в нью-йоркский турнир 1927 года...

А подбирали участников турнира те самые люди из ведущих американских шахматных кругов, которые в 1924 году после его триумфа говорили: «Ласкер в свои 56 лет является первым турнирным бойцом в мире. Он играет еще более смело, и богатство его идей только увеличилось по сравнению с прошлым. Его многочисленные друзья в Соединенных Штатах преисполнились гордости, хотя успех его и не так уж неожидан, ибо, в конце концов, Ласкер остается Ласкером». Где же были его многочисленные друзья, когда формировался состав турнира 1927 года? Организаторы турнира в ответ на критику общественности выступили с бестактным объяснением в печати, чем довершили нанесенное Ласкеру оскорбление. Он решил закончить свою шахматную деятельность.

Примерно в это время издается его фундаментальный труд «Учебник шахматной игры», он публикует свои философские работы, изучает японскую игру го, интересуется карточными играми, особенно бриджем.

Эти увлечения Ласкера не следует рассматривать как некое чудачество. Сегодня игра го вышла за пределы Японии; в нашей стране, как и в ряде других европейских государств, есть немало ее любителей. Это игра на захват пространства. На доске размером 19x19 име

ется 361 точка пересечения, на которых партнеры поочередно расставляют камни (фишки) — у черных 181, у белых 180 камней. По окончании игры производится подсчет захваченной территории.

Японские мастера дают популярное объяснение принципа и цели этой игры: «Воспринимайте доску как обширную целинную землю, куда прибыли два пионера и начали огораживать участки, которыми они хотели бы завладеть. Ваш соперник, как и вы, хочет захватить наилучшие участки земли, и на этой почве возникает борьба между вами. Территория обеих сторон должна быть полностью огорожена, и процесс окончательного определения границ составляет конечную стадию партии».

Захват пространства и расширение коммуникаций играют большую роль и в шахматах. Мастера го полагают, что можно найти некоторую общность технических приемов захвата пространства в го и шахматах.

Что касается бриджа , то это вопрос деликатный. Дело в том, что в карты в большинстве случаев играют на деньги. Но наряду с игрой на деньги у нас играют в спортивный бридж и спортивный преферанс. Как бы ни относиться к этим играм, нельзя забывать, что вся теория вероятности зародилась из

азартных игр; шевалье де Мере — профессиональный игрок в кости на заре теории вероятности был, как известно, консультантом Паскаля и д’Аламбера.

В наше время теория игр, направленная на поиск оптимального поведения в конфликтных ситуациях, особенно в условиях неопределенности, является одной из прогрессивных и практически важных отраслей математики и логики, она связана с теорией управления, и в ней возникают проблемы, граничащие с философией. Шахматы — одна из эталонных игр этой теории, но и карточные игры ей не чужды.

Любителям спортивного преферанса известны некоторые приемы исчисления вероятностей и математических ожиданий в этой игре и вытекающие отсюда рекомендации оптимального поведения. Аналогичные приемы и рекомендуемые действия существуют и в бридже, только более разветвленные и сложные. Бридж сложнее преферанса, он приближается к винту, игре весьма распространенной среди чиновничества во времена Чехова («Большой шлем»).

Таким образом, интерес к го и бриджу имел отношение к общей теории борьбы, которую

Ласкер сегодня, возможно, назвал бы теорией игр.

Ласкер изучал борьбу во всех ее формах. Единственное, чего он избегал, это изучения социальной борьбы. Он придерживался прогрессивных взглядов, но всегда стремился уйти от политики. А она приходила к нему. В первый раз послевоенная инфляция в Германии уничтожила его сбережения, с таким трудом собранные призами в турнирах и матчах. А в 30-е годы, пока Ласкер изучал теорию борьбы на примере шахмат, го и бриджа, нарастающая грязно-коричневая волна гитлеризма захлестнула Германию, угрожая уже не только материальному благополучию, но самой чести и жизни неарийца Эмануила Ласкера и его жены.

Им пришлось покинуть Германию, и Ласкер волей-неволей вернулся к шахматам. Он был приглашен к участию в большом международном турнире в Цюрихе (1934). В первом же туре произошла сенсация — 65-летний Ласкер, играя черными против Эйве, принял вызов на сложную расчетную игру! В критический момент, когда потеря его ферзя была неминуемой, вдруг оказалось, что эта жертва была задумана Ласкером, входила в его расчет... а черные кони «под шумок» опутали матовой сетью белого короля.

Ласкер хорошо шел в первой половине турнира, но затем не устоял, проиграл четыре партии и в итоге остался на 5-м

месте, правда впереди Нимцовича, Бернштейна, Штальберга и швейцарских мастеров.

Грандиозный московский турнир 1935 года не ярким, но теплым светом закатного солнца озарил всю жизнь Ласкера. Все понимающая добрая грусть наполняла весь его облик; он играл, с мудрой улыбкой поглядывая на усилия партнеров получить преимущество и победить старого Ласкера. Никому это так и не удалось — ни Флору с его мягкими, тигровыми лапами, ни жесткому, как программа ЭВМ, Ботвиннику, ни отчаянным ребятам из советской молодежной «бригады», ни зарубежным теоретикам.

Регламент этого турнира был немного полегче, чем в Цюрихе, играли «всего» семь часов с перерывом на час. Ласкеру на время перерыва была предоставлена отдельная комната для отдыха.

Центральным событием турнира стала встреча Ласкера с Капабланкой. Этот баловень судьбы прямо из дебюта попал в полосу затруднений да так и не смог надежно защититься. Ласкер пожертвовал слона, затем, выиграв ферзя, перевел партию в окончание с ферзем за ладью и коня. Час перерыва он пролежал пластом в комнате отдыха, а затем играл, не пытаясь улучшить позицию, а только избегая повторения ходов. На следующий день Капабланка сдал партию.

Флор в партии с Ласкером

белыми по всем правилам предпринял осаду изолированной пешки «d», когда же эта пешка двинулась вперед и разменялась,— настроился атаковать слабую пешку «е».

Однако Ласкер легким уколом 26. . .Ь4 дал понять молодому человеку, что пора прекратить эти игры со старым львом, и Флор уже через 2 хода предложил ничью.

Ботвинник белыми в принятом ферзевом гамбите получил бесспорное преимущество (белыми он всегда получал преимущество), а затем пошел на счетную игру, где Ласкеру полагалось бы ошибиться. Но Ласкер не склонен был ошибаться, а перевел партию в эндшпиль, в котором продемонстрировал классическую игру и получил ясное преимущество. Однако у него в тот день, видимо, не было настроения выигрывать...

Впоследствии Ботвинник обстоятельными анализами показал, что там вроде бы и не было выигрыша, но во время партии ни участники, ни зрители (в их числе автор этой книги) не сомневались, что преимущество Ласкера было очень велико.

Одна из центральных партий международного турнира 1936 г. в Москве Эм. Ласкер — М. БотвинникОдна из центральных партий международного турнира 1936 г. в Москве Эм. Ласкер — М. БотвинникЧто же получается: Ласкер ни в одной партии не имел худшей позиции? Как-то на него это не похоже... Да, пожалуй, против Шпильмана он стоял сомнительно.

Одна из центральных партий международного турнира 1936 г. в Москве Эм. Ласкер — М. Ботвинник

Одна из центральных партий международного турнира 1936 г. в Москве Эм. Ласкер — М. Ботвинник

Во время 8-го тура, когда игралась партия Шпильман — Ласкер и черные с трудом выкарабкивались из тяжелого положения, автор этой книги был в пресс-бюро. После 36-го хода черных я сказал, взглянув на положение:

— Сейчас Шпильман пойдет 37. Kpd3, и если 37. . .Л : а5, то 38. Кс2+ КрЬ5 39. Л : а5+ Кр : а5 40. Kpd4. Шпильман

выиграет пешку d5, и в эндшпиле у него будет лишняя пешка.

Сергей Белавенец, стоявший рядом, согласился:

— А пожалуй, ты прав.

В это время демонстратор принес ход 37. Кс2+. Последовало: 37. . .КрсЗ 38. КеЗ СЬ5+ 39. Kpel d4 40. Лс1 + Kpd3

Лdl + КрсЗ, и партнеры согласились на ничью. Не было выигрыша и в варианте 41. . . Кре4 42. Кс2 d3 43. f3+! Кре5 44. КЬ4 Лd6 45. аб.

Я написал заметку в турнирный бюллетень (газета «64» в то время еще не выходила), озаглавив ее «Шпильман мог выиграть у Ласкера», но Бе- лавенец изменил название, придав ему вопросительную форму.

Затем мне передали, что в венгерском шахматном журнале Шпильман признал, что он надеялся на победу, но выигрыша за доской не нашел, как не нашли его потом и аналитики. «Партию анализировали все мастера, вся Москва, но никто не мог найти форсированного выигрыша».

Как же так, думал я, ведь форсированный выигрыш мною найден, неужели Шпильман не читал бюллетень турнира? К тому же и в «Wiener Schachzei- tung» за 1935 год также был приведен «мой вариант» с примечанием, что черные проигрывают. Правда, там указывалось, что черным в ответ на 37. Kpd3 следует не сразу брать пешку, а сыграть 37. . .Са4 38. Лс1 Л : а5 39. Кс6 + С : сб 40. Л : сб Ла2 41. ЛГ6 Крс5, и тогда они могут бороться за ничью.

В турнирном сборнике, вскоре вышедшем, партии были прокомментированы таким надежным аналитиком, как И. Рабинович. Я с гордостью прочел примечание к 37-му ходу: «Здесь,

как указал Б. Вайнштейн, белые могли выиграть». Далее приводились мои варианты. Я показывал это место в турнирном сборнике всем, кто соглашался меня слушать. Но вот в 1963 году вышла небольшая, но содержательная книга В. Зака «Ласкер». Автор рассматривает это окончание и предлагает на 40. Kpd4 ответить 40. . . КрЬ5!, после чего, по его мнению, достижение выигрыша становится весьма проблематичным, например:

Кр : d5 Сс6+ 42. Kpd6 С : g2 43. f4 Се4 44. КеЗ КрЬ4 45. Кре7 КрсЗ! 46. Кр : f7 Kpd3 47. Kg4 Кре2 48. Kf6 Kpf3!;

КеЗ Kpc6 42. К : d5 Kpd6 43. Kf6 Cf5 44. g4 Cc2 45. f4 Kpe6 46. g5 (если 46. Ke4, to 46. . .f6!) 46. . .Kpf5! 47. Kpe3 h6;

Kpe5 Kpc5 42. f4 Ca4! (не допуская белого коня на d4) 43. КеЗ d4.

Должен сказать, что своим анализом Зак изрядно меня озадачил, и я рекомендую читателям самостоятельно заняться решением проблемы: «Мог ли Шпильман выиграть у Ласкера?»

Кстати, мне представился случай узнать мнение самого

Ласкера по этому вопросу, но я им, к сожалению, не воспользовался.

Я познакомился с Ласкером в тридцать шестом году в день банкета по поводу окончания московского международного турнира. «Банкет» получился довольно унылый, Ласкер был огорчен своей неудачей. Ботвинник оказался «лишь» вторым, а победитель — Капабланка отсутствовал. Ласкер лишь пригубил бокал вина, а Ботвинник к своему бокалу даже нс прикоснулся.

Меня представил Я. Рохлин.

— О! —сказал Ласкер, услышав мою фамилию.— Еще один Вайнштейн . . .

Как видно, Ласкер вспомнил С. О. Вайнштейна, сильного ленинградского шахматиста, который одно время был председателем Всероссийского шахматного союза и издателем журнала «Шахматный листок».

— Да-да,— находчиво ответил Яков Герасимович,— у нас есть еще много Вайнштейнов.

Он непринужденно говорил по-немецки, и я ему в этот момент позавидовал, но все же пробормотал, путая немецкую и английскую речь:

— Aber I am not a dangerous Weinstein of yours. (Однако я нс принадлежу к числу опасных для вас Вайнштейнов.)

Я хотел напомнить Ласкеру слова, сказанные им в 1914 году: «В России только два «Штейна» для меня опасны». Он имел в виду Рубинштейна, которому

проиграл в 1909 году, и Бернштейна, победившего его в 1914-м. По-немецки же здесь получалась игра слов: «В России у меня есть только два камня (Steine) преткновения».

Поняв мой намек, он улыбнулся и оглядел меня, как бы убеждаясь, что я ему действительно нс опасен.

Тут бы мне и спросить Ласкера, согласен ли он с моим анализом окончания его партии с Шпильманом, но я в тс времена был робок и более с ним не заговаривал.

Итак: 6 побед, 13 ничьих и ни одного поражения, 12% очков, чистое 3-е место, всего на пол-очка позади победителей турнира Ботвинника и Флора и на столько же впереди Капабланки.

ВЕЧЕРНИЕ ЗОРИ

Таким был финал шахматной карьеры Эмануила Ласкера. В его официальном послужном списке, правда, значатся еще турниры в Москве и Ноттингеме (оба — 1936-й), но это уже сумерки, о них нечего сказать. Ласкер играет в силу хорошего гроссмейстера, но дележ 7—8-го мест в Ноттингеме или 6-е место в Москве — разве это результаты для него? И если эти турниры заслуживают упоминания, то лишь потому, что в Ноттингеме была сыграна последняя турнирная партия Ласкера (с английским мастером Алек-

Во время встречи Эм. Ласкера и его жены на Белорусском вокзале в Москве. Справа — ответственный секретарь Всесоюзной шахматно-шашечной секцииВ. Е. ЕремеевВо время встречи Эм. Ласкера и его жены на Белорусском вокзале в Москве. Справа — ответственный секретарь Всесоюзной шахматно-шашечной секцииВ. Е. Еремеевсандером). Она, кстати, приведена в этой книге.

Во время встречи Эм. Ласкера и его жены на Белорусском вокзале в Москве. Справа — ответственный секретарь Всесоюзной шахматно-шашечной секции

В. Е. Еремеев

Во время встречи Эм. Ласкера и его жены на Белорусском вокзале в Москве. Справа — ответственный секретарь Всесоюзной шахматно-шашечной секции

В. Е. Еремеев

С турнирами покончено, но жизнь продолжается; до смерти оставалось еще почти шесть лет, из них около полутора были прожиты в Советском Союзе. Этот шаг Ласкера не был случайным или необдуманным. Например, в журнале «Шахматы в СССР» (1935, №5, стр. 96) мы читаем: «Эм. Ласкер выступал с докладами о московском международном турнире в Австрии, Швейцарии, Голландии. Всюду он заявлял о своем категориче-

ском решении поселиться на несколько лет в СССР».

Ласкер с женой остановили свой выбор на Москве. Он занял престижное положение в кругу ученых как сотрудник Института математики Академии наук СССР, а также был зачислен тренером сборной команды СССР. Однако уже осенью 1937 года Ласкер уехал в США...

Трудно сказать, что его к этому побудило. В Москве он не знал материальных забот, а его интеллектуальная жизнь была полнокровна и интересна. С дру-

гой стороны, жизненный уклад и отношения между людьми были для него непривычными. Я помню его речь на банкете после окончания турнира 1936 года. Перед ним стоял бокал вина, он отпил небольшой глоток и сказал: «Я не умею еще говорить по-русски. Я изучаю этот язык, но он очень труден, и к нему надо долго привыкать». Он говорил очень медленно, по два- три слова, а затем умолкал. Смысл его речи был такой, что не только изучать незнакомый язык, но и играть в турнире было для него не легко. По-видимому, он переживал победу Капабланки, ведь он проиграл ему партию, и кубинец наконец сравнял счет турнирных партий. Ни к чему был Ласкеру этот турнир...

Возвращаясь к его отъезду, следует сказать, что биограф Ласкера называет этот шаг роковой ошибкой. Он приводит в этой связи воспоминания фрау Марты, опубликованные после смерти Ласкера:

«Это было в жаркий московский день в августе 1937 года. Под вечер мы с Эмануилом отправились на нашу ежедневную прогулку в большой парк, расположенный неподалеку от нашего дома. Мы сели на скамью, молчаливые и не склонные к раздумью.

Неожиданно Эмануил сказал:

— Итак, дорогая, время проходит, мы стали совсем старыми. Тебе в ноябре будет семьдесят.

Что я могу подарить тебе к дню рождения? Не думай о деньгах. Столь исключительное событие следует достойно отметить, какова бы ни была цена.

— Хорошо,— ответила я без колебаний.— Если можно — поедем в Америку.

— Решено,— сказал Эмануил.

И мы оба были счастливы мыслью, что еще раз увидим семью моей дочери и многих наших старых друзей. Моя дочь в это время была в Амстердаме, и мы предложили ей там и встретиться, чтобы вместе проделать морское путешествие».

Так жена Ласкера объясняет их отъезд, но для него самого это был скорее предлог, чем причина. Прав биограф Ласкера, называя этот шаг роковым. Далее фрау Марта пишет:

«Мы покинули Россию в октябре, взяв с собой мало вещей, поскольку рассчитывали возвратиться в феврале. Мы даже взяли обратные билеты, а московский дом оставили на попечение Юлии — нашей домашней работницы. Мы радостно отправились в путешествие, но судьба распорядилась по-иному.

В Голландию мы ехали кружным путем, через несколько стран, чтобы миновать нацистскую Германию. Когда мы наконец приехали в Чикаго, то замечательно провели время с внуками, а Эмануил закончил книгу «Мировоззрение игрока». В Чикаго я отпраздновала также свое 70-летие.

Вскоре Эмануил отправился в Нью-Йорк, чтобы дать сеанс одновременной игры и прочесть лекцию в Колумбийском университете. Я присоединилась к нему спустя одну-две недели, но тяжело заболела гриппом. Сдало сердце, и пришлось лечь в больницу. Мы отложили наше возвращение, чтобы я смогла перенести дальнюю дорогу, но оказалось, что я никогда не смогу. Доктора решительно заявили, что путешествие мне противопоказано. Итак, мы примирились с мыслью, что наступил конец нашим скитаниям. Мы решили остаться в Нью-Йорке и послали за нашей мебелью. Так Америка стала последним пристанищем в жизни Ласкера».

Нео сладко жилось Ласкеру в Нью-Йорке. Его могучий интеллект сохранял работоспособность, но его быстро подкосили насущные заботы. Ласкеру было за семьдесят, а приходилось выступать в сеансах, разъезжать по разным городам, читая лекции... Однажды, когда он отправился в Бостон, чтобы дать там сеанс одновременной игры, фрау Марта обнаружила, что он оставил дома свой пиджак, в котором были и деньги и паспорт. Она догнала его уже на станции метро:

— Куда это ты отправляешься в таком виде?

Ласкер спокойно ответил, что у него в кармане брюк хватит денег, чтобы доехать до Бостона, а там ему заплатят за сеанс.

— Но не можешь же ты показаться на людях в рубашке с короткими рукавами! — воскликнула Марта.

— Почему бы и нет? — возразил Эмануил.— Сегодня жаркий день. А кроме того, я всегда могу взять у кого-нибудь на время пиджак. Это нс отразится на качестве партий.

Надо отдать должное спокойствию и юмору Ласкера, но все же не для него были такие поездки.

В таких делах и заботах проходили последние дни Ласкера. Нужда юных дней настигла его спустя полстолетия за океаном, но все же он не утратил ни нажитой за эти годы мудрости, ни органически присущей ему энергии. В Нью-Йорке в 1940 году был опубликован его последний философский труд «Община будущего», в котором он отходит от концепции беспощадной жизненной борьбы и говорит про общество без конкуренции. По свидетельству Марты, в эти дни он задумал написать еще и учебник по математике.

Врач, лечивший Ласкера, сказал о нем: «Он сильно болен, но это болезнь тела, а не духа». До самого конца Ласкер сохранял оптимизм, силу духа и даже юмор. Однажды, вернувшись домой после сеанса, он рассказал жене с веселым смехом:

— Присутствующие пожелали узнать, сколько мне лет. Я сказал — 52. И правда, я чувствую себя так же хорошо,

как и 20 лет назад, значит, мне только 52.

«Я ничего ему на это не ответила,— пишет Марта,— но сердце мое обливалось кровью, и я только одного хотела, чтобы он этого не заметил».

Через несколько дней — 24 декабря — отмечался его день рождения. Друзья один за другим приносили ему в подарок сигары. Кто-то пошутил:

— Теперь вы обеспечены сигарами до следующего дня рождения.

— Если я буду курить по три штуки в день,— ответил он,— то сигар хватит на пять месяцев и 18 дней.

Но выкурить все сигары ему не довелось. Эман у ил Ласкер прожил только три недели после дня своего 72-летия. Он умер 13 января 1941 года. В этот день к нему пришел Р. Файн с женой, но Ласкер уже не мог говорить, он лишь приветствовал их движением руки. Когда гости ушли, Марта услышала, как Эмануил прошептал: «Король шахмат...»

Так завершилась внешне сложная и противоречивая, но внутренне логичная и последовательная жизнь Эмануила Ласкера. И сегодня, присматриваясь к ней издали, мы видим такие черты, которыми хотели бы и сами обладать, сообразуясь, конечно, со своей индивидуальностью и с конкретной жизненной обстановкой.

Ласкер, будучи строгим контролером своих шахматных партнеров, был беспощаден и к самому себе, требуя от себя предельной реализации генетически присущего ему интеллектуального потенциала, будь то шахматы, математика, философия или даже бридж. Безмерное трудолюбие отличало Ласкера в каждом деле, за которое он брался, но он был далек от традиционных, я сказал бы бюрократических, форм труда. В поисках элементов новизны, путей разрешения конфликтов ок шел в глубину, разбирался в деталях, пока не доходил до истины, пусть относительной, но более точной по сравнению с общим уровнем.

Это особенно заметно в области индивидуальной подготовки к матчам и к отдельным партиям, в психологической трактовке шахмат, в умении в критических ситуациях резко изменять характер шахматной борьбы.

Автор этой книги был младше Ласкера на 40 лет, а сейчас он стал старше его и все же до сих пор считает Ласкера одним из своих учителей. Каждому из нас, вероятно, случалось попадать в какой-то замкнутый цикл деятельности, когда однообразная, а быть может, бесполезная работа тянется от понедельника до субботы, а затем в тех же узких рамках повторяется вновь. И всякий раз, когда удается рез-

ко изменить режим, даже ценой, казалось бы, необъяснимых, странных поступков,— невольно вспоминаешь Ласкера с его прыжками в неизвестность из логичных, но тяжелых позиций.

Бывает и так, что сталкиваешься один на один с непосильной задачей, от которой можно, пожалуй, уйти или по крайней мерс отойти в сторону. Ласкер в таких случаях нс страшился опасной встречи.

С Ласкера хочется брать пример доброты и дружелюбного отношения к людям. Мы особенно ценим это качество в нем, поскольку нам самим проявить его порой бывает так трудно!

Вот, например, как Ласкер, несмотря на долгие годы неприязни к Капабланке (к слову сказать, взаимной), отозвался о нем как о шахматисте и чемпионе мира:

«Партии Капабланки ясны, логичны, сильны. В них нет ничего скрытого, искусственного или вымученного. Мысль его сквозит из его ходов, даже когда он хочет схитрить. Идеи его хотя и прозрачны, но отнюдь не банальны и зачастую глубоки.

Глубина игры Капабланки — глубина математика, а не поэта. У него душа римлянина, а не грека.

Капабланка заслуживает звания чемпиона мира. В его стиле сочетаются аккуратность и изобретательность, логичность и энергия. В любой борьбе он будет сражаться с честью...»

В свою очередь и Капабланка, пусть даже после смерти Ласкера, ответил своему бывшему сопернику словами искреннего уважения и, я сказал бы, признательности.

В лекции по радио, прочитанной им незадолго до кончины, он называл бывшего чемпиона мира не иначе как «великий Ласкер». «Никто из великих шахматистов,— говорил он,— не был настолько непонятен для преобладающего большинства любителей и даже для маэстро, как великий Ласкер».

...Обоих нет ныне среди живущих, но память их очищена от взаимных упреков и мелких недоразумений. «Мертвые бо сраму не имут».

Будучи доброжелательным, Ласкер в то же время был далек от этакой стариковской сердобольности. Он при всех обстоятельствах сохранял принципиальность, объективность, а подчас и строгость.

Выступая в Ленинграде 6 января 1936 года, он сказал по поводу матча Алехин — Эйве:

«Мир всегда выносил поспешные оценки, когда случалось что-нибудь неожиданное, не отвечающее установившимся симпатиям».

Так было, по мнению Ласкера, после победы Стейница над Андерсеном, повторилось это и теперь (в 1936 году).

«Многие пытаются объяснить поражение Алехина таким образом, что его превосходство все же остается несомненным».

Так ли это?

«Каждое поражение — ценный урок для проигравшего. Кто не проигрывает, тот не двигается вперед. Это железный закон, спр аведл ивый дл я всего живого... Перед Алехиным поэтому стоит задача — учесть уроки своего поражения, и тот ему не друг, кто хочет его уговорить, будто это поражение меньше им заслужено, чем прежние его победы».

Далее Ласкер прямо указал, к каким позициям Алехин оказался плохо подготовлен, и Алехин, надо сказать, в матч-ре- ванше учел его советы.

Заключительные слова Ласкера хотя по форме адресованы Алехину, но содержат мысли более широкого содержания:

«Жизненный путь шахматного мастера — это путь борца, жизнь со взлетами и падениями. В хорошие или плохие дни он одинаково должен уметь сохранять хорошее расположение духа и чувство юмора. Если ему

удастся выйти из трудного положения путем напряжения всех сил, он может гордиться. Но если он выиграл без усилий, он ничего особенного не достиг, ему помогли обстоятельства или случай».

В жизни Ласкера по крайней мере дважды было так, что внезапно рушилось здание, которое он строил долго, не щадя сил; но он стойко переносил тяжелые испытания, не поддавался депрессии и начинал новый этап нс как разочарованный неудачник, а как творец, по-мужски владеющий своими чувствами.

Многое еще можно было бы сказать о философских взглядах Ласкера, о различных эпизодах его жизни, о его пребывании в России, но все же для нас наиболее важным представляется шахматное творчество Эма- нуила Ласкера; к более глубокому рассмотрению его на материале избранных партий мы сейчас и переходим.

ИЗБРАННЫЕ ПАРТИИ

Более 500 партий сыграл Эма- нуил Ласкер в турнирах и матчах, сверх того сохранились записи около сотни его гастрольных и сеансовых встреч. Какие же партии выбрать для книги из этого огромного и поистине бесценного наследия, какими принципами руководствоваться при их отборе?

Мы стремились прежде всего найти партии, в которых основные черты его творчества выразились наиболее рельефно и ярко. Хотелось также, в меру возможности, показать современников Ласкера, в борьбе с которыми раскрывались его талант и мировоззрение. Кроме того, желательно было охватить все крупнейшие соревнования, где он побеждал, а порой и терпел неудачи...

Исходя из этого, было отобрано около полусотни партий. К ним добавилось несколько, прокомментированных самим Ласкером. Этого показалось мало, а так как дальнейшие возможности были ограничены размером книги, решено было добавить еще примерно столько же партий Ласкера без коммента

риев. При этом мы исходили из того, что далеко не все эти партии известны советскому читателю.

Конечно, немало интересного осталось за пределами книги, но приводимая информация в целом дает достаточно полное представление о творчестве Ласкера, о его роли и месте в истории шахмат.

Теперь о главной трудности, с которой, пожалуй, пришлось столкнуться автору,— это вопрос о содержании комментариев. Дело в том, что за 90 лет в качестве комментаторов выступали не менее 90 крупных и крупнейших шахматистов и аналитиков. Если говорить о современниках, то это были 3. Тар- раш, К. Шлехтер, М. Чигорин, Р. Тейхман, Ф. Маршалл, Г. Марко, Д. Яновский, К. Бар- дел ебен, Л. Хоффер... В 20-х годах к ним присоединились А. Алехин, опубликовавший блестящие анализы к партиям турнира в Нью-Йорке 1924 года; Е. Боголюбов, добросовестно и тщательно прокомментировавший партии московского турнира 1925 года; Р. Рети, в примеча-

ниях к 4-й партии матча Ласкер — Тарраш (1908) впервые проникший в глубины психологического подхода Ласкера к шахматной борьбе; С. Тарта- ковер, построивший изложение идей и вариантов целого дебюта — защиты Алехина— на партии Ласкер — Тарраш...

Позднее партии Ласкера привлекали внимание М. Ботвинника, которому принадлежит, например, подробное описание и анализ их встречи из московского турнира 1935 года; И. Рабиновича, прокомментировавшего все партии этого турнира, причем, по его словам, над партиями Ласкера он работал особенно внимательно и глубоко. Значительный вклад в анализ творчества второго чемпиона мира был также внесен В. Заком в его книге «Ласкер» (М., 1963).

Каждый серьезный комментатор, будь то соперник Ласкера или наблюдатель со стороны, по-своему трактуя его творчество и объясняя конкретные ходы, находил в его игре новые своеобразные черты, обогащая этим наше понимание шахмат и позволяя глубже проникнуть в «тайну Ласкера».

Так что же — собрать и систематизировать все эти комментарии и сделать из них раздел партий? Нет, такое решение, наверное, не получило бы признания со стороны шахматистов. Автор избрал другой путь.

№ 1. Дебют БердаЛаскерБауэр

Амстердам, 1889

Это была первая партия, в которой Ласкер выступил не только как борец, стремящийся к победе, но и как художник. В те времена, когда «новая школа» Стейница еще только прокладывала себе дорогу, когда шахматисты воспитывались на партиях Морфи и Андерсена, Цукерторта и раннего Стейница, не так легко было удивить шахматный мир новой комбинацией. Именно это удалось Ласкеру и сразу же придало его облику черты, которые в глазах современников резко выделили его среди других «молодых людей», таких, как Липке, Файер- файль, тот же Бауэр и другие.

12—14

Первый и последний случай применения Ласкером дебюта Берда.

. . .d7—d5

е2—еЗ Kg8—16

Ь2—ЬЗ

Ласкер не скрывает, а, скорее, подчеркивает свой план прямой атаки на короля. Однако черные могли здесь ответить 3. . .d4 и надолго задержать осуществление агрессивных замыслов партнера.

. . .е7—еб

Сс1—Ь2С18—е7

СП— d3Ь7—Ь6

Kgl—13Сс8-Ь7

КЫ—сЗKb8—d7

0—00—0

КсЗ—е2с7—с5

заза

за

за

Ласкер продолжает концен

трацию сил для атаки; партнеру уже пора было бы это заметить и отреагировать. Например, путем 9. . .Кс5, пользуясь тем, что слону d3 некуда отступить.

Ке2—g3Фd8—с7

Kf3-e5Kd7:e5

Cb2 : е5Фс7—сб

Ф31—е2а7—аб

Kg3—h5. . .

Черные не могут уклониться от размена коней. Если 14. . . h6, то 15. С : 16С : 16 16. К : 16+ gf 17. Фg4+ Kph8 18. ФЬ4 Kpg7 19. Л13 Л138 20. ЛgЗ+ Кр18 21. Ф : h6+. Если же 14. . .d4, то 15. С : 16 С : 16 16. Фg4 Kph8 (16. . .е5 17. Се4) 17. Л13 Лg8 (17. . .de 18. К : 16 gl 19. ФН4) 18. С : h7 Лgd8 19. ФЬЗ Се7 20. Се4.

. . .К16 : h5

Cd3 : h7+!Kpg8 : h7

Фе2 : h5+Kph7—g8

Ce5 : g7!!. . .

Своеобразная трактовка преимущества двух слонов — оказывается, их можно пожертвовать одного за другим, чтобы увидеть неприятельского короля обнаженным, как героя андерсеновской сказки (хотя Адольфу Андерсену и случалось «расска

зывать сказки» за шахматной доской, здесь имеется в виду его знаменитый однофамилец — Ганс-Христиан Андерсен).

. . . Kpg8 : g7

ФН5—g4+ Kpg7—h7

ЛИ—13 еб—e5

Л13—h3+ Феб—h6

ЛИЗ : h6+ Kph7 : h6

Фg4—d7!. . .

Если бы не этот заключитель

ный двойной удар, то вся комбинация была бы некорректна, поскольку у черных сейчас есть

компенсация: ладья и два слона

ферзя и две пешки.

. . .Се7—16

Ф37 : Ь7Kph6—g7

Ла 1—11Ла8—Ь8

ФЬ7—d7Л18—d8

Ф67—g4+Kpg7—18

14 : е5Cf6—g7

e5—ебЛЬ8—Ь7

Фg4—g617—16

ЛИ : 16+Cg7 : 16

Фg6 : 16+Kpf8—е8

Ф16—h8+Кре8— е7

ФН8—g7+.

Черные сдались.

Была ли вся комбинация до

конца рассчитана Ласкером? Вероятно, да. Во всяком случае, такой расчет в пределах возможностей сильного гроссмей

стера, поскольку ответы черных почти все предопределены. Но если Ласкер действительно все до конца рассчитал, зачем тогда он сделал 13-й ход? Ведь комбинация проходила и при ферзе на dl, а сыграв 13. Фе2, он предоставил Бауэру возможность ответить 13. . .JIld8, 13. . . Ке4 или 13. . .Kd7. Конечно,

неприятно для черных было 14. СЬ5, но это уже совершенно другая игра. Жертва на h7 и сто лет назад была не внове, но дело-то в том, что без жертвы второго слона вообще выигрыша не было! А до Ласкера двух слонов кряду в подобной ситуации никто не жертвовал. Ровно через 25 лет на турнире в Петербурге (1914) у Ласкера сыскался последователь, и кто же? Доктор Зигберт Тарраш! И кому же он жертвовал двух слонов? Гипермодернисту Арону Нимцовичу. В сложнейших вариантах Тарраш гнал белого короля через всю доску и заматовал его где-то на с7! И не получил тогда Тарраш первый приз за красоту только потому, что у его комбинации была знаменитая предшественница...

№ 2. Испанская партия

ЛаскерСтейниц

7-я партия матча на первенство мира, Нью-Йорк, 1894

е2—е4е7—е5

Kgl— f3КЬ8—сб

СП—Ь5d7—d6

d2—d4Cc8—d7

KM—c3Kg8—e7

Стейниц в четвертый раз

применяет в матче свою защиту. В 1-й и 3-й партиях Ласкер продолжал 6. Сс4 с последующим маневром ферзя на g3 и выиграл, а в 5-й встрече черные получили преимущество. Хотя Ласкеру и удалось свести ту партию вничью, сейчас он решил избрать иное построение.

Сс1—еЗ

Ф61—d2

0—0—0

СЬ5—е2

Ke7-g6Cf8—е7а7—абе5 : d4Ke7-g6Cf8—е7а7—абе5 : d4Если черные рокируют, то белые захватывают инициативу

Ke7-g6Cf8—е7

а7—абе5 : d4

Ke7-g6Cf8—е7

а7—абе5 : d4

в центре: 10. de К : е5 И. К : е5

К : е5

12. 14.

10.

К13 : d4

Кеб : d4

11.

Фd2 : d4

Ce7—16

12.

Фd4—d2

Cd7— c6

13.

КсЗ—d5

0—0

14.

g2—g4

...

Конечно, этот

ход не ведет

сразу к проигранной позиции, но никакими логическими сооб

ражениями объяснить его невозможно. Здесь хорош был план, связанный с 14. g3 и 15. h4.

Быть может, Ласкер, столкнувшись с прочной и устойчивой игрой Стейница в матче, решил применить психологическое воздействие и этим антипо-

зиционным ходом вызвать раздражение основателя «новой школы», лишить его равновесия?

. . . Л18—е8

g4—g5 Себ : d5

Фd2 : d5 . . .

Неужели Ласкер зевнул пешку? Почему не 16. ed? Вероятно, он рассчитал далекий вариант: 16. . .Ле5 17. Ф62 С : g5 18. 14 Л : е4 19. fg Фе7 20. ЛбП Л : еЗ 21. Сс4 Л!8 22. Ь4 Ле4 23. h5 Л : с4 24. hg hg 25. Ле1 Ф68 26. Лegl, ведущий к выгоде белых, и полностью на него положился.

Вряд ли в этот момент кто- нибудь мог предвидеть в этом варианте 21-й ход Стейница...

...

ФЙ5—d2

f2—f4

14 : g5

Лdl—II

21. Ce2—c4

Ле8—e5 C16 : g5 Ле5 : e4 Ф68—e7 Ле4 : e3 Kg6—h8!Ле8—e5 C16 : g5 Ле5 : e4 Ф68—e7 Ле4 : e3 Kg6—h8!Никому, кроме Стейница, не пришел бы в голову такой ход, а ведь он был запланирован издали — сразу же после 16. Ф : d5! Этот «неэстетичный» ход должен был привести черных к победе, а в действительности — такова жизнь — конь 20 ходов простоит на Ь8 и станет свидетелем капитуляции.

Ле8—e5 C16 : g5 Ле5 : e4 Ф68—e7 Ле4 : e3 Kg6—h8!

Ле8—e5 C16 : g5 Ле5 : e4 Ф68—e7 Ле4 : e3 Kg6—h8!

Ь2—Ь4с7—сб

g5—g6d6—d5

g6 : h7+Kpg8 : h7

Cc4—d3+Kph7—g8

h4—h5. . .

Пешка в одиночку идет в атаку на короля, коня и двух пехотинцев! Самое поразительное, что ей удается проникнуть во вражеский тыл.

. . .Ла8— е8

h5—h6g7—g6

h6—h7 (шах!) Kpg8—g7

Kpcl—bl. . .

Этот ход был не очень нужен, так же как и следующий. Можно было, не теряя времени, сыграть 29. ФЬ2.

. . .Фе7—е5

а2—аЗсб—с5

Ф62— 12с5—с4

32. Ф12—Ь432. Ф12—Ь4. . .17— 16

32. Ф12—Ь4

32. Ф12—Ь4

Сильно было 32. . .Кр18.

Cd3— 15 Kpg7—17 А почему не 33. . ^g3?

ЛЫ—glg6 : f5

Самоубийство. Теперь ладья проникает на g8, взаимодействуя с пешкой-десперадо. Черным ничего не угрожало (35. ФЬ6 ЛgЗ!), возможно было 34. . . d4.

ФЬ4—h5+ Kpf7— е7

Лgl—g8 Кре7—d6

ЛИ : 15 Феб—еб

Лg8 : е8 Феб : е8

Л15 : 16+ Kpd6—с5

ФЬ5—Ь6 ЛеЗ—е7

ФЬ6—Ь2 Фе8—d7

Или 41. . ,Ф68 42. Ф12+.

ФЬ2—gl+ d5—d4

Фgl— g5+ ФЙ7—d5

Л16— 15 ФЙ5 : 15

Фg5 : 15+ Kpc5—d6

Ф15— 16+.

Черные сдались.

Если бы черные на 23-м ходу взяли пешку, то попали бы под сильную атаку: 23. . .hg 24. h5 g5! 25. h6 g6 26. h7+ Kpf8 (26. . .Kpg7 27. ФЬ2!) 27. C : f7|

№ 3. Испанская партия

ЛаскерСтейниц

9-я партия матча на первенство мира,Филадельфия, 1894

После драматической 7-й партии Стейниц проиграл и следующую, допустив просмотр в несложной позиции. На этом завершилась нью-йоркская серия, которая дала перевес Ласкеру в 2 очка.

Противники перебрались в Филадельфию, где им предстояло сыграть три партии. Неделю перерыва Стейниц, как видно, использовал для подготовки

нового варианта в защите, наз-

впоследствиивпоследствииванной нем.

впоследствии

впоследствии

е2—е4

Kg 1—13

СП—Ь5

КМ—сЗ

СЬ5—с4 Новинка №

его имеет—е5КЬ8— сб d7—d6 а7—абСс8—еб1 — в отличиеего имеет—е5КЬ8— сб d7—d6 а7—абСс8—еб1 — в отличиеот четырех предыдущих нечетных партий черный слон не ограничился скромным полем d7, а вышел на более активную

его име

ет—е5

КЬ8— сб d7—d6 а7—аб

Сс8—еб1 — в отличие

его име

ет—е5

КЬ8— сб d7—d6 а7—аб

Сс8—еб1 — в отличие

позицию, предлагая размен своему белому коллеге.

Сс4 : еб f7 : еб

d2—d4 е5 : d4

Kf3 : d4Кеб : d4

Фdl : d4Kg8—e7

Cel— g5Ke7—сб

Новинка № 2, интересная по замыслу, но, в общем-то, безопасная для белых. Ферзей, видимо, надо менять, иначе (например, при И. ФеЗ) черные ответят 11. . .Се7, затем роки

руют, занимая ладьей полуоткрытую линию «Г».

И. Cg5:d8Кеб : d4

0—0—0!. . .

Лучший ход, который Стейниц должен был предвидеть при подготовке варианта. Не то чтобы длинная рокировка дает белым преимущество, но она практически нейтрализует его новинку.

. . .Kd4—Ь5

В духе «новой школы» было бы 12. . .Л : d8 13. Л : d4 Се7. Однако шахматный законодатель не считает для себя обязательными законы, установленные им для других. Кроме того, как отметил М. Чигорин, черные могли бы сыграть 12. . ,с5 13. Cg5 Се7 14. СеЗ 0—0, после чего у них приемлемая игра. Но Стейниц, как видно, хотел большего.

КсЗ : Ь5 аб : Ь5

Cd8 : с7Ла8 : а2

Что же получилось? У черных сдвоенные изолированные пешки, но зато их ладьи захватывают единственную открытую вертикаль. Интересна была бы попытка «отловить» вражеского слона путем 14. . .Лаб. Для его спасения белым пришлось бы в какой-то момент продвинуть пешку на е5. Дело могло бы кончиться гибелью белой пешки

«е», но эта возможность прошла за кулисами, поскольку Стейниц избрал иной план.

Сс7—Ь6 Cf8—е7

с2—сЗ Кре8—17

Ортодоксальная игра на скорейший захват линии. А можно было бы намекнуть белым, что

их король расположен на полуоткрытой вертикали «с» не слишком-то надежно — 16. . .

Ла4 17. 13 Ь4.

Kpcl—с2ЛЬ8—а8

Крс2—ЬЗЛа2—а4

12—13Ла8—аб

СЬб—d4g7—g6

Стейниц уходит в глухую защиту. Через несколько ходов

он пожалеет, что не продвинул сейчас пешку сразу на два поля.

Лdl—d3Kpf7—е8

ЛЫ— dl . . .

. . . еб—е5

Недостатки этого хода очевидны: появляется отсталая пешка d6, а поле d5 отдается в распоряжение белой ладьи. Но дело в том, что рано или поздно без этого продвижения все равно не обойтись. Черный король должен поддержать пешку d6 и пешки на линии «Ь», а у него для этого нет хороших полей. На

. .Kpd7 возможно 23. Се5 с угрозой Се5 : d6.

Cd4—еЗКре8—d7

СеЗ—с5Ла4—al

Лdl—d2Kpd7— еб

Сс5—аЗ!g6—g5

В этот момент Стейниц, наверное, с сожалением вспомнил о своем 20-м ходе... Если бы он тогда сыграл g7—g5, то теперь после g5—g4 трудно было сказать, чем закончилась бы эта партия.

ЛdЗ—d5Лаб—Ь6

КрЬЗ—Ь4 . . .

Обратите внимание на эффективное взаимодействие белых фигур и полную разобщен ноет ь черных — одна ладья мечется в безнадежных попытках защитить пешку Ь5, другая бездействует в неприятельском тыл\, слон же с грустью смотрит на отсталую пешку.

Казалось бы, еще несколько минут «глухой» защиты, и черным конец. Но поразительна жизнеспособность стесненных позиций, даже когда они выглядят почти безнадежными. И вот внезапно просыпается «бородач» Стейниц и говорит себе: «Что же ты забыл свое правило — на фланговую атаку отвечать

контрударом в центре? Пора, давно пора атаковать цепочку белых пешек!»

. . .g5—g4!

Этот фланговый удар в действительности направлен против пешки е4.

КрЬ4—а5. . .

Ласкер по инерции продолжает проводить свой план, не замечая, что в него надо внести коррективы в связи с изменившейся на правом крыле обстановкой. Впоследствии он сам указал на эту единственную неточность. Следовало играть 29. fg Ле1 30. Краб Cd8 31. Л : Ь5 Ла6++ 32. КрЬ4 Л : е4+ 33. КрЬЗ. Избранное им более спокойное продолжение сохраняет за черными контршансы благодаря разнице в один темп по сравнению с указанным вариантом — 29. . .Ла6+ 30. Кр : Ь5 ЛМ 31. fg Ле1. Положение белого короля становится неуютным — 32. h3 Л : е4, но и в этом варианте преимущество за белыми.

. . .ЛЬб—аб+

Краб : Ь5 h7—h5 Увы, Стейниц прошел мимо сильнейшей возможности, и дальнейшая игра, как теперь модно говорить,— дело техники. Но, говоря так, порой забывают, что нынешняя техника в значительной мере построена на ласкеровских окончаниях, что он-то и есть один из неутомимых исследователей этой «техники».

Окончание совсем не простое. От белых требуется дистрибу

тивное внимание на высшем уровне: все надо помнить, все подмечать, ибо эту часть партии Стейниц проводит в полную силу. Прежде всего необходимо нейтрализовать опасную тыловую ладью. Когда же вторая черная ладья обходным путем прорвется к пешке «Ь»,— отдать эту пешку не на 2-й горизонтали, а на 4-й, чтобы уберечь пешку Ь2. Затем желательно черную проходную перевести с линии «Ь» на линию «g», чтобы белый слон мог контролировать поле превращения. И при всем том надо еще забрать вторую пешку «Ь» и атаковать отсталую, но живучую пешку d6...

Таково несложное «дело техники». . .

Лd2—dlЛа1 : dl

Лd5 : dl g4 : f3

g2 : f3Лаб—aS

Этой ладье требуется 3 хода, чтобы напасть на пешку, а той, ныне усопшей, достаточно было всего одного.

КрЬб—Ь6Ла8—g8

КрЬб : Ь7Лg8—g2

h2—h4!Лg2—h2

Kpb7—сбCe7 : h4

Лdl : d6+ Креб—f7 Теперь у белых две лишние пешки, но черная проходная вскоре устремится к заветной цели.

Крсб—d5 Ch4— f6

Если 39. . ^d2+, то 40. Кр : еб Cg3 41. f4 Л : d6 42. С : d6 h4 43. Сс5 h3 44. Cgl, и

белые легко выигрывают (Ласкер).

Лбб—d7+ Kpf7—g6

Kpd5—ебh5—h4!

Лd7—dlh4—h3!

Лdl—gl4- ЛЬ2—g2

He спасало и 43. . .Cg5 из-за 44. Ce7 Лg2 45. Л : g2 hg 46. Cc5.

Лgl : g2+h3 : g2

Ca3—c5Cf6—d8

b2—b4Kpg6—g5

Kpe6—d7Cd8— f6

b4—b5Kpg5—14

b5—b6.

Черные сдались.

Ласкер считает эту партию лучшей из сыгранных им в матче со Стейницем. Действительно, он не сделал ни одной ошибки и, действуя строго в рамках позиционной школы, победил, использовав ничтожные промахи соперника.

Объективности ради приведем и лучшую партию Стейница в этом матче, а читатель пусть судит, которая из них лучше.

Л» 4. Итальянская партияЛаскерСтейниц

17-я партия матча на первенство мира,Монреаль, 1894

Эта партия началась при счете +9—4 в пользу Ласкера. Лишь 1 очко отделяло его сейчас от шахматной короны. Никто не сомневался в исходе матча, и меньше всех сам Стейниц. И все же он боролся! Боролся не ради табели о рангах, но для шахмат, для искусства! И вот доказательство — заключительная позиция этой партии.

Белые сдались?! Ласкер сложил оружие при полном равенстве сил, причем форсированного выигрыша за черных на первый взгляд не видно. В матчах на первенство мира такого никогда не бывало, ни до, ни после... В чем же дело? Главный вариант — 52. Kg3 fe+53. К : е4 Cf5. Можно, конечно, вместо взятия пешки уйти королем на d2 и играть без пешки еще ходов двадцать, но все равно на ничью нет шанса даже одного на тысячу.

Ласкер сдался вовремя, достойно и благородно. Я представляю себе, как он встал, развел руками и сказал: «Поздравляю вас, герр Стейниц, это — колоссально, ведь я не сделал ни одной ошибки, а должен сдаться!»

е2—е4е7—е5

Kgl— f3КЬ8—сб

СП—с4Cf8—с5

d2—d3Kg8— f6

КЫ—c3d7—d6

Итак — итальянская партия, редкий случай в практике Ласкера, причем первый раз в жизни он играет ее белыми. В дальнейшем он повторит этот дебют белыми еще только раз и с тем

Cc8—e6Себ—d7 c5 : b4Л18—c8Cc8—e6Себ—d7 c5 : b4Л18—c8

Cc8—e6

Себ—d7 c5 : b4

Л18—c8

Cc8—e6

Себ—d7 c5 : b4

Л18—c8

же партнером. А черными, заметим кстати, он за всю свою практику играл итальянскую партию 14 раз: победил в 8 партиях, в четырех сделал ничьи и только две проиграл. Кому же? Стейницу через полтора года после этого матча в Петербурге!

Сс1—еЗСс5—Ь6

Фdl—d2Кеб—а5

Сс4—Ь5+с7—сб

СЬ5—а4СЬ6 : еЗ

f2 : еЗ

Первое впечатление: черные «потеряли темп». Если Стейниц хотел менять слонов на еЗ, то он мог это сделать сразу на 6 м ходу, не оставляя к тому же выбора партнеру, чем взять слона — пешкой или ферзем. Но потеря темпа взята в кавычки, поскольку в этом варианте дебюта — спокойном и маневренном — темпы особой роли не играют. Что же касается взятия на еЗ пешкой, то этого Стейниц, вероятно, и не хотел, опасаясь атаки по линии «Ь, в общем-то безобидной, но неприятной. Теперь же, поскольку план белых определился, Стейниц мгновенно среагировал: уничтожить белого слона и, не теряя времени, наступать на ферзевом фланге.

10.

b7—b5

11.

Ca4—b3

Ф38—b6

12.

0—0

K16-g4

13.

Ла1—el

17—16

14.

h2—h3

Kg4—h6

15.

Kc3—e2

Ka5 : b3

16.

a2 : b3

0—0

17.

Ke2-g3

a7—a5

d3—d4

Ласкер отступил от объективно лучшего плана. Он должен был продолжать концентрацию сил на правом фланге: Л12, ЛеП, Kh4, Kf5 и т. д., сообразуясь, разумеется, с действиями партнера. В случае, например, g7—g6 появляется объект для атаки — пешка f6; если и она пойдет вперед,— оживет пешка еЗ.

Теперь же черные, конечно, на d4 брать не будут, а белым тоже этой пешкой нельзя брать, иначе обе пешки «е» будут мертвы. Потеряв план, Ласкер играет в дальнейшем по принципу

«ход на ход», отражая прямые

угрозы,— а их не очень много, ибо на доске царит внешнее спокойствие.

. . . Kh6— f7

Ф62—12Ла8—а7

Ле1—dlа5—а4

ЬЗ—Ь4ФЬб—с7

Kf3—elсб—с5!

Белым невыгодно разменивать пешки на с5. Однако пешка

Ь4 атакована, поэтому ферзь дол

жен вернуться.

Ф12—d2

d4—d5

Лdl—al

®d2 : b4

ФЬ4—d2 Фс7—с4

Стейниц сформировал позицию, как на показательной лекции: он безраздельно завладел линией «с», пешки расположены на черных полях, слон контролирует важную диагональ, пеш-

ка же

«а» того и

гляди двинется

вперед

28.

"ЛП—12

K17-g5

29.

Фd2-dЗ

Ла7— с7

30.

ИЗ—Ь4

Kg5—17

31.

Ф63 : с4

Лс7 : с4

32.

Л12—d2

g7—g6

33.

Kpgl-12

К17—d8

Конь прицеливается к полям

а5 и с5.

34.

Ь2—ЬЗ

Лс4—с7

35.

Л62—dl

Kd8—Ь7

36.

Лdl—Ы

Kpg8—17

37.

Кр12—е2

Лс8—з8

38.

Кре2—d2

КЬ7—а5

39.

Kpd2-d3

Н7—Ь5

40.

Ла1—а2

Лз8—з7

Поставив ладью на защищенное поле, черные уже угрожают взять пешку ЬЗ (41. . .ab 42. cb К : ЬЗ 43. Л : а7 Кс5+ и 44. . .Л : а7), поэтому прихо

дится или ее продвинуть, или

разменяться на з4. Ласкер выбирает первое.

41.

ЬЗ—Ь4

Ка5—с4

42.

Kei—13

Ла7—а8

43.

K13-d2

Кс4—Ь6

44.

ЛЫ—11

Ла8—с8

45.

Kd2—Ы

Кр17—е7

46.

с2—сЗ

КЬ6—с4

47.

Ла2—12

-..

Ласкер решился на ход с2— сЗ, чтобы пропустить ладью с а2 для атаки королевского фланга черных, однако эта попытка опровергается «маленькой ком

бинацией». Лучше было пойти ладьей на 12 30 ходов назад!

. . .Кс4—аЗ!

Kg3—е2 КаЗ : Ы

ЛП : Ы

На 49. Л : 16 последует 49. . .Л : сЗ+ с матом.

. . .Cd7—g4

ЛЫ—clЛс7—с4

Грозит 51. . .С : е24- и 52... Л : Ь4.

Лс1—с2 16—15

Белые сдались.

Не рано ли? Нет, не рано. После примерного 52. Kg3 1е+ 53. Kpd2 Л18 54. Л : 18 Кр : 18 им нужно, во-первых, заботиться о пешке d5, на которую вскоре нападет слон (Cg4—с8—Ь7); во-вторых, охранять пешку сЗ, атакуемую ладьей; в-третьих, контролировать поле вторжения черной ладьи (Лс4—с8—f8—12), да к тому же еще не пропускать вражеского короля к пешкам g2 и Н4!

Допустим, белые решили все эти проблемы, построив оборону типа Kpel, Лd2, Ке2. Тогда пешка «а», подкрепленная ладьей, решает партию.

Партия игралась три дня, и варианты, надо думать, были рассмотрены дома.

№ 5. Ферзевый гамбитПильсбериЛаскер

Петербург, 1896

Семь недель продолжался четверной матч-турнир в Петербурге, начавшийся 13 декабря 1895 года. Когда миновало три

круга из шести, казалось, что Пильсбери повторит свой гастингский триумф. Он выиграл все три партии у Чигорина, два с половиной очка набрал против Ласкера и, хотя проиграл Стейницу, все же шел первым на очко впереди Ласкера.

Многим тогда, наверное, вспоминался скептический отзыв Тарраша о новом чемпионе мира из статьи, посвященной гастингскому турниру: «Третий призер Ласкер в первый раз доказал, что он очень сильный игрок. Все его предыдущие успехи были раздуты беспримерной рекламой выше всякой меры» («Frankfurter Schachblatt», 1895).

Что же он докажет теперь в Петербурге?

И вот в самом начале нового, 1896 года состоялась встреча между Ласкером и Пильсбери. Более девяноста лет прошло с того дня, и вряд ли уже найдется человек, который воочию видел эту партию, а порой чудится, что все это было только вчера...

d2-d4d7—d5

с2—с4е7—еб

КЫ—сЗ Kg8— f6

Kgl— f3c7—c5

Итак, снова этот «Бюндфа- ден-вариант» (правда, с проме

жуточными ходами Kg8—f6 и Kgl—f3), не знаю даже как перевести — «шнурок», «ниточка»? Нет, пожалуй, «веревочка» в смысле «как веревочке ни виться...». Стандартный сценарий таких партий был разработан уже в те времена до тонкости: сейчас появится изолированная пешка, ее будут атаковать в лоб и с флангов, по диагонали и по вертикали, даже с тыла; перед ней на поле d4 будут бродить белые кони, слон, а иногда заглянет и ферзь... После всего этого позиционный перевес белых окажется недостаточным для победы и где-нибудь на 58-м ходу на бланке появится унылая запись: «Remis».

Cel—g5 . . .

А вот и нет! Юный американец любит открытые линии и фигурную игру, он согласен потерять темп, чтобы направить партию в нужное русло.

. . . с5 : d4

Odl : d4 КЬ8—сб 7. 0d4—h4 Cf8—е7 8. 0—0—0 . . .

Этот ход современники называли рискованным. В духе варианта было бы 8. cd ed 9. JIdl. Правда, белым придется затратить время на развитие королевского фланга, и дебютного преимущества у них нет. Если же сыграть 8. еЗ, то неприятно 8. . .ФЬ6, после чего нужно тратить темп на защиту пешки Ь2, а на королевском фланге атака, пожалуй, не сразу получается, например: 9. ЛЫЬб! 10. Cd3dcll.C:c4 0-0

12. С : h6 gh 13. Ф : h6 Фс5. Стало быть, риск здесь не в длинной рокировке, как в отдельном ходе, а в том, что все это входило в рискованный стратегический план Пильсбери.

. . .Фd8—а5

е2—еЗСс8—d7

Kpcl— bl h7—h6!

С виду простой, но, по существу, блестящий ход. Белого ферзя просят постоять на Ь4 или же разменять слона на коня и тем самым вывести черного слона на идеальную для атаки и обороны позицию.

с4 : d5 еб : d5

Kf3—d40—0

Cg5 : f6 Ce7 : f6

ФЬ4—h5. . .

Пильсбери, упоенный двумя победами над чемпионом мира в этом турнире, вынашивает планы атаки на короля. Наш современник наверняка сыграл бы здесь 14. ФgЗ.

. . .Кеб : d4

еЗ : d4Cd7—еб!

Этот слон, как подсадная

утка, так и просит, чтобы его прогнали путем f2—f4—f5, тогда и пешечная атака g2—g4, h2—h4, g4—g5 может стать реальной и опасной. На что же рассчитывает Ласкер?

f2— f4Ла8— с8

f4— f5Лс8 : сЗ

f5 : еб . . .

Даже сейчас, попав в критическое положение, Пильсбери не помышляет о ничьей. Он мег бы просто взять ладью и на 18. . .Ф : сЗ ответить 19. ФГЗ, Черные оставались бы без качества, а две лишние пешки на разных флангах вряд ли сулили им реальные шансы на победу

Но Пильсбери рассудил, что у черных ладья под ударом и король попал в зону опасного напряжения, а развития атаки не видно.

. . . ЛсЗ—аЗ!

Новизна и острота комбинации Ласкера, конечно, не в тривиальной жертве на сЗ, а именно в этом ходе, который, вероятно, был для соперника неожиданным. Иначе вместо продвижения пешки он предпочел бы 17. ФГЗ.

Теперь помимо продолженье в партии возможны следующие варианты: 19. е7 Ле8 20. Ьа ФЬ6+ 21. Крс2 Лс8+ 22. Kpd2 С : d4 23. е8Ф+ Л : е8 24. CdJ Фа5+ 25. Kpcl Лс8+ или 19 Ьа ФЬ6+ 20. Kpal С : d4-F 21 Л : d4 Ф : d4+ 22. КрЫ fe 23. Се2 Фе4+ 24. Кр ш Лс2

еб : f7+ ЛГ8 : 17

Ь2 : аЗ Фа5—Ь64-

СП—Ь5. . .

Относительно лучший хсд В случае 21. Крс2 черные продолжают 21. . .Лс7+ 22. Kcd2 Ф : d4- 23. Cd3 Лс2-Ь. '

. ..ФЬ6:Ь5+

КрЫ—alЛГ7-с7

Ласкер, будучи в цейтноте, упустил простой выигрыш — 22. . .Фс4 23. Л62 ФсЗ+. При другом ответе соперника черные выигрывали пешку d4. Любопытно, что ни в книге Ф. Рейн- фельда «Шахматная карьера д-ра Ласкера», ни в ^превосходной монографии д-ра Й. Ханнака эта, указанная самим Ласкером, возможность не упомянута.

Лс11—d2 Лс7—с4

ЛМ—dl Лс4—сЗ 25. ФЬ5—f5 ФЬ5—с4 26. Kpal—Ь2 . . .

В результате допущенной черными на 22-м ходу неточности здесь, как указал Ласкер, белые могли, по-видимому, сделать ничью: 26. Kpbl Л : аЗ 27. Фс2 ЛсЗ 28. ФЬ2 Ь5! 29. Лс2! С : d4 30. Л : сЗ С : сЗ 31. ФЬЗ Фе4+ с вечным шахом. В случае же 29. Лс1 белые могли проиграть. Например: 29. . . Л : cl- 30. Ф : cl Ф : с1+ 31. Кр : с 1 Cg5.

. . . ЛсЗ : аЗ

Ф15—е6+ Kpg8—h7

Kpb2 : аЗ . . .

На 28. КрЫ последовало бы 28. . .С : d4 29. Ф{5+ g6 30. Фd7+ Cg7.

. . . Фс4—сЗ+ 29. КраЗ—а4 Ь7—Ь5+ 30. Кра4 : Ь5 ФсЗ—с4+ 31. Kpb5—а5 Cf6—d8+ Белые сдались.

Эта партия стала этапной в жизни Ласкера. Сам он считал ее лучшей из когда-либо им сыгранных. Берн сказал, что Ласкер начиная с 17-го хода провел одну из красивейших комбинаций всех времен. Барделебен и другие авторитетные критики после этой партии изменили свое мнение о Ласкере, они перестали говорить, что его стиль не особенно агрессивен, а комбинациям не хватает блеска.

№ 6. Ферзевый гамбитПильсбери Ласкер

Цембридж-Спрингс, 1904

Прошло восемь лет, и те же противники вновь встретились. Всего восемь лет, однако многое изменилось за эти годы. Ласкер после триумфальных побед в Лондоне (1899) и Париже (1900) всеми был признан первым шахматистом планеты. Если кто и мог в то время соперничать с ним, так это Тарраш, но никак уже не Пильсбери, подкошенный смертельным недугом. И в Кембридж-Спрингсе — на первом в истории шахмат крупном американском турнире — Пильсбери был далек от борьбы за 1-е место. Однако его партия с Ласкером стала украшением турнира.

Пильсбери повторил дебют

партии в Петербурге, но на 7-м ходу круто изменил ход борьбы. Можно представить себе, как день за днем, год за годом готовил он ошеломляющую новинку, анализируя в деталях различные возникающие на доске ситуации... Найдя эту идею, может быть сразу же после петербургского поражения, он не применил ее ни разу, с терпением индейца ожидая встречи с Ласкером.

И вот...

d2-d4d7—d5

с2—с4е7—еб

КЫ—сЗKg8— f6

Kgl — f3c7—c5

Cel—g5 c5 : d4

Фdl : d4Kb8—c6

Cg5 : f6

Оказывается, после обмена ферзей (7. . .К : d4 8. С : d8) черный конь хотя и съедает белую ладью (8. . .Кс2+ 9. Kpdl К : al), но и сам погибает, окруженный врагами (10. Сс7 de 11. е4). У черных теперь нет ничего лучшего, чем 11. . . КЬЗ 12. ab cb 13. Сс4, и белые получают двух коней за ладью с пешкой.

В другом варианте — 7. . .

К : d4 8. С : d8 К : 13+ 9. gf Кр : d8 10. cd ed 11. К : d5 — у белых получается лишняя центральная пешка. Поэтому Ласкер решается на сдвоение пешек.

. . . g7 : 16

Фd4—h4d5 : с4

Ла1—dlСс8—d7

е2—еЗКеб—е5

Впоследствии Ласкер напишет, что черным следовало играть 10. . .15 и, несмотря на сдвоенные пешки, они стоят не

плохо, так как имеют двух слонов и хорошее развитие. Естественное продолжение здесь, по мнению Ласкера, И. Ф§3 h5 12. С : с4 h4 13. Ф14 Лg8 14. Кеб К : еб 15. Ф : е5 аб 16. 0—0 Лс8. Черные могли бы, говорит в заключение Ласкер, обой-

роля рокировкипозицию черных.. . .0—0Фс4—d3КсЗ—е4роля рокировкипозицию черных.. . .0—0Фс4—d3КсЗ—е417. Ке4—d6+ Не лучше ли нить опасного коня? Нет. После17. Ке4—d6+ Не лучше ли нить опасного коня? Нет. После

роля рокировкипозицию черных.

. . .

0—0

Фс4—d3

КсЗ—е4

роля рокировкипозицию черных.

. . .

0—0

Фс4—d3

КсЗ—е4

17. Ке4—d6+ Не лучше ли нить опасного коня? Нет. После

17. Ке4—d6+ Не лучше ли нить опасного коня? Нет. После

ти эти осложнения, играя 6. . . Се7.

Конечно, могли бы. Это было возможно и в Петербурге. Но ведь Ласкер, играя с Пильсбе- ри, ни там, ни здесь не ставил себе задачу избегать осложнений. Что же касается приводимых Ласкером вариантов, то они не носят форсированного характера, и сегодня, спустя 75 лет, анализировать их, пожалуй, нет смысла. Не исключено, что Пи- льсбери предвидел эти варианты. Во всяком случае, он выиграл психологический поединок, вызвав уже в дебюте тревогу и неуверенность партнера.

Kf3 : е5 16: е5

ФЬ4 : с4Фd8—Ь6

СП—е2. . .

Пильсбери отдает пешку Ь2 ради быстрого развития. Дальнейшими тонкими маневрами ему

удается лишить вражеского ко

и расшатать

ФЬ6 : Ь2

Ла8—с8

Лс8—с7

С18—е7

Кре8—18 было разме-

. .С : d6 18. Ф : d6 ФЬ6 19. Ф : е5 0—0 20. Фg5+ положение черных также было бы катастрофическим. Если же 19... Лg8, то возможно 20. Лd6 Фс5 21. Ф : с5 Л : с522. Лfdl Лс7 23. Л : d7 Л : d7 24. СЬ5.

Kd6—с4ФЬ2—Ь5

12—14е5 : 14

ФdЗ—d417—16

0d4 : 14ФЬ5—с5

Кс4—е5Cd7—е8

Ке5—g416-15

Ф14—h6+Kpf8—17

Критическая позиция. Возникли мотивы для ее разрешения комбинационным путем: противостояние ладьи и короля на одной вертикали, слабость пешки и поля еб, возможность шаха конем с е5, ограниченный до крайности черный король. Вместе с тем белым нельзя медлить. При своем ходе Ласкер мог бы, например, сыграть Се8— Ь5 и, чего доброго, ушел бы от непосредственных опасностей.

Се2—с4!!. . .

Замечательное решение. Если черные берут слона, то теряют ферзя за две фигуры. Между тем грозит ЛИ : 15+ и ФЬ6 : еб+. Отразить обе угрозы невозможно. Ласкер выбирает меньшую из двух бед, но и она оказывается достаточно велика.

. . .Лс7—сб

ЛИ : 15+ Фс5 : 15

Лdl—И Ф15 : 11 +

Kpgl : И Ce8-d7 29. ФЬ6—h5+ Кр17—g8 30. Kg4—е5.

Черные сдались.

№ 7. Испанская партияВинавер Ласкер

Нюрнберг, 1896

«На свете странного немало...» Эти слова из романса 20-х годов нередко вспоминаются, когда речь идет о шахматах. Но столь удивительного события, как появление Шимона Винавера на шахматной арене, насколько мы знаем, ни до, ни после никогда не происходило.

Молодой варшавский коммерсант приехал в Париж по торговым делам. Это было в 1867 году. Он зашел в кафе «Режанс», увидел, что там играют в шахматы, сыграл сам и... был приглашен в международный турнир, который на днях должен был начаться. Никому не известный коммерсант занял в нем 2-е место...

Винавер — первый представитель России на международном шахматном горизонте. Но он оказался даже не звездой, а кометой: после триумфального парижского дебюта Винавер принял участие лишь в турнире в Баден-Бадене (1870) и исчез после этого на целых семь лет! Вновь он объявился только в Лейпциге (1877), а затем в 1878 году — в Париже. И вновь сенсация: дележ 1-го места с Цукертортом впереди Блэкберна, Берда, Андерсена и других. После этого серия успехов в турнирах: Берлин (1881), Вена (1882), Нюрнберг (1883) и... снова исчезновение на девять лет.

Винаверу принадлежит вариант французской защиты, который ныне носит название «система Нимцовича»: 1. е4 еб 2. d4 d5 3. КсЗ СЬ4 4. е5 с5 5. аЗ С : сЗ+ 6. Ьс Ке7. Много лет спустя сторонники этого варианта во главе с М. Ботвинником заставили белых более критически оценить 3. КсЗ, и теперь равноценным считается непритязательное 3. Kd2.

Творческие пути Винавера и Ласкера пересеклись только один раз — в 1896 году в Нюрнберге. Разыгрывая эту партию,

не забывайте, что Винавер был

старше

Ласкера

на 30 лет.

1.

е2—е4

e7—e5

2.

Kgl-f3

Kb8—c6

3.

Cfl—Ь5

Kg8— f6

4.

0—0

Kf6 : e4

5.

d2—d4

Cf8—e7

6.

Odl—е2

Ke4—d6

7.

Cb5 : сб

Ь7 : c6

8.

d4 : e5

Kd6—b7

9.

Kf3—d4

0—0

10.

Kbl—c3

*..

Лишь здесь Винавер отклонился от рекомендуемого современной теорией продолжения 10. Лdl. Но и 10. КсЗ встречается в наше время (иногда с перестановкой ходов — 10. Лdl Фе8 И. КсЗ).

. . . Се7— с5

Kd4— f5 . . .

Винавер известен был тем, что не готовился к турнирам. И если он до сих пор играл хорошо, то лишь благодаря своему удивительному пониманию шахмат, своей редкой интуиции. Но этот ход уже не из лучших. Не

то чтобы это просмотр или промах, просто маневр коня слишком обнажает прямолинейные замыслы белых: атака на короля тяжелыми фигурами. Обычно в этом варианте черные сталкиваются с трудностями в развитии, например: IL JIdl С : d4 12. Л : d4 d5 13. ed cd 14. Ь4! Теперь же, после очевидного ответа, черные получают игру с богатыми контршансами.

. ..d7—d5!

Фе2—g4Сс8 : 15

Фg4 : f5ЛГ8—е8

Cel—f4Сс5—d4!

Возникает реальная угроза пешке е5 в связи с намечаемым маневром КЬ7—с5—е4 — линия «е» будет перекрыта, а пешка атакована дважды (после g7— g6 ферзь вынужден будет уйти).

ЛИ—elКЬ7—с5

Ла1— dl. . .

Маневр КсЗ—dl и с2—сЗ запаздывает ввиду варианта, указанного в предыдущем примечании.

. . .Cd4 : сЗ

Ь2 : сЗФd8—с8!

Ответственное решение. Ласкер предлагает размен ферзей, будучи уверен, что Винавер на это не пойдет, поскольку он

задумал атаку на короля. Тогда ферзь пойдет на охоту за беззащитными пешками ферзевого фланга белых, оставив своего короля на попечение коня. Это— игра ва-банк. Но она основана на логике и на уверенности Ласкера, что противник нс пересчитает его в завязавшихся осложнениях. Винавер принимает вызов.

ФГ5—Ь5Фс8—аб!

Ле1—еЗФаб : а2

Лdl—clФа2—с4

Получив проходную пешку, Ласкер озабочен теперь лишь тем, чтобы построить оборону своего королевского фланга.

ЛеЗ— f3

Оттеснив ладью на cl, Ласкер заметно снизил атакующий потенциал противника. Если бы, к примеру, ладья сейчас стояла на dl, то проходило 21. Ch6 Кеб 22. ЛgЗ.

. . .Кс5—еб

Cf4—d2Ле8—е7

ЛГЗ—ЬЗФс4—е4

f2—f3 . . .

Это уже похоже на промах. Ферзь и после f2—f4 пошел бы на g6, поэтому не было надобности тратить столь драгоценное здесь время на постепенное движение этой пешки.

. . .Фе4—g6

ФЬ5—h4Ле7—d7

f3—f4Фg6—е4!

g2—g4. . .

По мнению Тарраша, лучшим продолжением атаки было 27. ЛdЗ, затем Лс1—el и лишь после этого пешечный штурм.

. . . Кеб— f8!

Защищая пункт h7 и не допуская пока f4—f5.

ФЬ4— f2а7—а5

Час настал!

ЛЬЗ—еЗФе4—с4

14— f5а5—а4

Пренебрегая завоеванием еще одной пешки, черные немедля продвигают свою проходную. Ей осталось только 3 хода, чтобы стать королевой. Разумеется, это нервирует партнера...

Лс1—П . . .

Не лучший ход. Правда, ничего не давало 31. еб fe 32. fe К : еб, поскольку грозит Фс4 : g4+ и Фg4 : еб, но можно было попробовать 31. НЗ.

. . .а4—аЗ

ЛеЗ—elаЗ—а2

h2—ЬЗсб—с5

Kpgl—h2. . .

Если 34. еб fe 35. fe, то черные просто берут пешку конем.

. . .d5—d4

ФГ2—f3 . . .

Попав в тяжелое, можно сказать безнадежное, положение, Винавер проявляет исключительную изворотливость.

. . .с7—сб!

Пешку брать нельзя — черные ставят ферзя...

е5—еб f7 : еб

f5 : ебKf8 : еб

Ф13 : сбЛ67—а7

Ле1— al. . .

Ласкер сделал по меньшей мере 7 превосходных ходов и реализовал свой стратегический план. Как же теперь выиграть? 39. . .de ничего не дает из-за 40. С : сЗ. Ласкер проникает в лагерь белых через другие ворота.

. . . Ла8— f8

Л fl—elКеб—d8

Феб—Ь6. . .

Интересно было бы поглядеть, как выигрывают черные в случае 41. Фе4. Теперь задача упрощается.

. .. Ла7—f7

Cd2—g5Л17— f2+

Kph2—g3Фс4 : c3+

Белые сдались. На 44. Kph4 следует мат в 3 хода.

№ 8. Венская партия СтейницЛаскер

Лондон, 1899

е2—е4е7—е5

КЫ—сЗKg8—f6

f2—f4d7—d5

d2—d3. . .

Уже в те времена, приезжая на большой турнир, мастера готовили дебютный репертуар. Стейниц привез в Лондон вариант венской партии с ходом 4. d3 вместо более употребительного 4. fe. Однако в экспресс - анализе 1899 года Г. Марко указал, что это продолжение применил Фентон против Блэкберна еще в 1871 году. Оказывается, и тогда теоретики все знали. Знал это, вероятно, и Ласкер, так как он в ответ на «новинку» экс-чемпиона избрал простой и хороший план развития. Впрочем, впоследствии Ласкер улучшил этот вариант и против Шпильмана в Петербурге (1909) играл 4. fe.

. . . КЬ8—сб 5. 14 : е5 Кеб : е5

d3—d4 Ке5—g6 7. е4 : d5 . . .

Здесь напрашивалось 7. е5 как это рекомендовано в дебютном руководстве П. Биль- гера), но в этом случае черные получали хорошую игру после 7. . .Ке4 8. К : е4 de 9. Сс4 с5 10. сЗ cd 11. cd Cb4+.

. . . Kf6 : d5

КсЗ : d5 Фd8 : d5

Kgl— f3 Cc8-g4

Cfl—e2 0—0—0

c2—c3 . ..

Рокировать здесь нехорошо ввиду H...C:f3 12. С : f3 Ф : d4+ 13. Ф : d4 Л : d4 14. сЗ Лd8 15. Cg4+ КрЬ8. Теперь, как указывает Зак, не проходит 16. Л : f7 Ке5 17. Л{4 Сс5+ 18. Kpf 1 К : g4 19. Л : g4 ЛЫ8+.

. ..Cf8—d6

0—0ЛЬ8—е8

h2—h3Cg4—d7

Kf3—g5. . .

Позиционная ловушка, поставленная в расчете на импульсивное 14. . . f6. Тогда последует 15. Cf3 Фg8 16. Ке4, что значительно улучшит позицию белых. Впрочем, с точки зрения теории Стейница, она и сейчас не так уж плоха, даже после сильного ответа черных.

. . .Kg6—h4

Kg5— f3 . . .

Все комментаторы, анализировавшие эту позицию на протяжении вот уже 80 лет, отвергают здесь продолжение 15. Cf3 ввиду 15. . .К : f3+ 16. К : 13 СЬ5 17. Ле1 Cg3. Однако этот вариант вовсе не форсированный. В ответ на 15. . .К : f3+ можно взять не конем, а ферзем. Правда, в этом случае после размена ферзей черная ладья попадает на е2 и слон cl не имеет удобных полей для развития.

Теперь же Ласкер решает партию далеко рассчитанной комбинацией.

. . . Kh4 : g2!!

К этому ходу почти все комментаторы ставят не меньше

двух восклицательных знаков, и мы присоединяемся к боль

шинству.

Kpgl : g2 Cd7 : h3+

Kpg2-f2 . . .

«Легко видеть» (теперь!), что взятие слона приводит к мату: 17. Кр : h3 ФЬ5+ 18. Kpg2 Ф§4+ 19. КрЫ (19. Kpf2 ФgЗx) 19. . .ФНЗ+ 20. Kpgl ФgЗ+ 21. Kphl, и теперь решает маневр Ле8—е4—g4.

. . .f7— f6

Можно было бы взять ладью, но ход Ласкера красивее и силь

нее.

ЛП—glg7—g5

Эту пешку приходится взять, иначе трудно найти защиту против g5—g4.

Cel : g5 f6 : g5

Лgl : g5Фd5—e6

Фdl— d3Cd6— f4

Ла1—hl. . .

Ладье g5 некуда бежать. Если 22. ЛН5, то 22. . ^g4 23. Kh4 Л : e2+, в случае 22. Лg7 следует 22. . .Cf5, а на 22. Лgl ответ очевиден — 22. . .СеЗ+.

. . . Cf4 : g5

Kf3:g5Феб—f6+

Се2— f3Ch3— f5

25. Kg5 : h726. Ф63—b525. Kg5 : h726. Ф63—b5Ф16—g6 c7—c6Ф16—g6 c7—c6Как-то между грозили дать мат и т. д.).

25. Kg5 : h7

26. Ф63—b5

25. Kg5 : h7

26. Ф63—b5

Ф16—g6 c7—c6

Ф16—g6 c7—c6

27. ФЬ5—а5

делом белые (27. С : Ь7+Ле8—е7делом белые (27. С : Ь7+Ле8—е728. ЛЫ—h5

делом белые (27. С : Ь7+

Ле8—е7

делом белые (27. С : Ь7+

Ле8—е7

29. ЛЬ5—g5

30. Kpf2—g3 Белые сдались.

Cf5—g4 Фg6—с2+ Cg4 : f3Cf5—g4 Фg6—с2+ Cg4 : f3Партия получила приз за

Cf5—g4 Фg6—с2+ Cg4 : f3

Cf5—g4 Фg6—с2+ Cg4 : f3

красоту — один из четырех при

зов такого ранга, полученных Ласкером за его жизнь.

В этой партии мы находим объективную предпосылку для комбинации — подавляющее превосходство в развитии и лучшее расположение фигур черных. Тактическим поводом послужил неудачный маневр Kf3— g5—f3 — это не только потеря двух темпов, но и роковая (на один лишь ход!) утрата контроля за полем h4, к которому давно присматривался черный конь. Возникает вопрос: а как же следовало играть белым вместо 14. Kg5? Л. Рельштаб указывает, что на проявление активности путем 14. с4 последовало бы 14. . .ФН5 15. Ке5 ФЬ4 16. К : d7 ФgЗ 17. ФdЗ ФН2+ 18. Kpf2 Cg3+ 19. Ф : g3 Л : е2+. Вариант не форсированный, но дающий представление о слабых местах позиции белых. И все же нельзя сказать, что партия в этот момент была уже Стейницем проиграна. Наиболее целесообразным представляется 14. Cd3, хотя и в этом случае белые испытывают трудности из-за слабости черных полей на королевском фланге. Возможно было 14. . .16 или 14. . с5.

№ 9. Защита Каро-КаннЛаскер Ли

Лондон, 1899

Фрэнк Ли — английский шахматист, участник нескольких международных турниров— играл для своего времени хорошо, но неровно. В Нью-Йорке (1893), например, он разделил 3-е место, вслед за Ласкером и Альбиным, а в Лондоне (1899) был только 12-м, едва набрав «Meister-dritteb— 9^ очков из 27. Однако отдельные партии Ли проводил очень сильно. Так, в Лондоне он сумел выиграть у Чигорина и сделал ничьи с Ма- роци и Блэкберном.

В истории шахмат Ли, правда, оставил след не своими победами, а двумя прекрасными партиями, которые он в Лондоне проиграл Ласкеру.

1.

е2—е4

c7—сб

2.

d2—d4

d7—d5

3.

КЫ—сЗ

d5 : e4

4.

КсЗ : е4

Cc8— f5

5.

Ke4-g3

Cf5—g6

6.

Kgl— f3

Kb8—d7

7.

Ь2—h4

h7—h6

8.

Cfl—d3

Cg6 : d3

9.

Фdl : d3

Kg8— f6

10.

Cel—d2

e7—e6

И.

0—0—0

Ф38—c7

12.

ЛЫ—el

0—0—0

13.

ФЗЗ—b3

Cf8—d6

14.

Kg3-e2

...

Чемпион мира

играет с од-

ним из

аутсайдеров турнира, но

он совершенно чужд стремлению быстро захватить преиму-

щество, переиграть партнера в дебюте или подавить его волю

иным каким-либо скороспелым способом. Ласкер играет спокойный вариант, и мы видим, что армия белых строго соблюдает «нейтральную полосу».

Ли первым пересекает границу, но, пожалуй, преждевременно. Имело смысл заранее перевести короля на Ь8. Была и другая неплохая возможность — 14. . .Ке4, чтобы сначала выманить слона на еЗ, а уж затем играть Kd7—f6—g4.

. . .Kf6—g4

Ле1— flKd7—f6

ФЬЗ—a4Kpc8—b8

c2—c4Фс7—e7

Черные хотят освободить поле для слона, не замечая, что ферзь на е7 будет расположен плохо. Но уже следующий ход белых «отрезвляет» ферзя и заставляет вернуться обратно. Не проходило сейчас также 17. . .е5 из-за 18. с5 Се7 19. de К : е5 20. К : е5 Ф : е5 21. Cf4. Самым подходящим было, пожалуй, 17. . .с5.

Ке2—сЗФе7—с7

g2—g3Фс7—с8

Сейчас уже 19. . .с5? было нехорошо ввиду 20. КЬ5.

Ь2—Ь4!. . .

А теперь пешке сб вообще не суждено двинуться вперед.

. . .еб—еб

d4 : еб Kg4 : еб

Cd2—еЗКеб : с4

Ввиду угрозы 23. Л : d6 и 24. К : еб у черных не было времени защититься от шаха. В случае же 22. . .К : 13 Ласкер играл бы 23. Ф : а7+ Крс7 24. Cb6+ Kpd7 25. С : d8 Л : d8 26. сб.

СеЗ : а7+ КрЬ8—с7

Л61—d4 Ь7—Ь5

Ли, конечно, видел, что Ласкер пожертвует фигуру, другого хода у белых, по сути, не было — не уходить же ферзем на с2? С другой стороны, и черные практически вынуждены играть Ь7—Ь5, поскольку 24. . .Ф15 не проходит из-за 25. Л : с4 ФЛЗ 26. Cb6+! Kpd7 27. Л61 с последующим Лс4— d4 или СЬб : d8.

Дальше идет форсированный вариант, в результате которого белые отыгрывают коня и остаются с двумя лишними пешками.

КсЗ : Ь5+ сб : Ь5

Фа4 : Ь5Кс4—аЗ

ФЬ5—аб + Крс7—Ь7+ 28. Са7—сбCd6 : сб

Ь4 : сбЛ68 : d4

Kf3 : d4Фс8—d8

31.

с5—сб+

Kpb7—с8

32.

Фа5—а8+

Крс8—с7

33.

Фа8—а7+

Крс7—d6

34.

Фа7 : аЗ+

Kpd6—d5

35.

ЛП—dl

Фd8—Ь6

36.

Kd4—13+

Kpd5—еб

37.

ФаЗ—d6+

Креб—15

38.

Фd6—d3+

Kpf5-g4

39.

К13—е5+.

Черные сдались. На 39. . .

КрНЗ следует 40.

ЛМ+ и 41.

Ф13Х.

В том же турнире Ласкер черными сыграл с Ли еще одну партию, которая после 37-го хода белых Фе1—еЗ пришла к следующему положению.

Ласкер завершил партию далеко рассчитанной комбинацией.

. . . Л67 : d4

пошел.Ф15—g4+Фg4—g2+Фg2-gl +c4—c3+!Фgl : 12+ e4—e3Kpg8—g7Kpg7—h6Cb7— c8!пошел.Ф15—g4+Фg4—g2+Фg2-gl +c4—c3+!Фgl : 12+ e4—e3Kpg8—g7Kpg7—h6Cb7— c8!

пошел.

Ф15—g4+

Фg4—g2+

Фg2-gl +

c4—c3+!

Фgl : 12+ e4—e3

Kpg8—g7

Kpg7—h6Cb7— c8!

пошел.

Ф15—g4+

Фg4—g2+

Фg2-gl +

c4—c3+!

Фgl : 12+ e4—e3

Kpg8—g7

Kpg7—h6Cb7— c8!

сЗ : d4 . . .

Один из мотивов комбинаций — белые не могут ни закрыться ферзем от шаха, ни взять ферзем на d4 ввиду К14— е2+. Любопытно, что в партии этот конь лишь угрожал, он

так никуда и не

. . .

Kpgl-fl

Kpfl—el

Kpel—d2

ФеЗ : сЗ

Kpd2—dl

Cc2—b3+

d4—d5+

ФсЗ—el

Белые сдались. Красивый финал!

По окончании партии Ласкер сказал, что всю эту комбинацию с единственным заключительным ходом СЬ7—с8 он

рассчитал, когда еще жертвовал качество на d4.

В своих примечаниях Марко ставит два восклицательных знака к ходу 37. . .Л : d4, однако Тарраш не упустил случая указать, что другой путь был короче: 37. . .<5g4+ 38. Kpfl Фg2+ 39. Kpel Фgl + 40. Kpd2 Kg2 41. Фе2 еЗ! 42. fe Cf3!!, и белые должны сдаться.

Поэтому два восклицатель» ных знака следует адресовать ходу 42. . .Cf3.

Что ж, приведенный Тарра- шем вариант действительно короче и красивее.

№ 10. Дебют ферзевых пешек

БлэкбернЛаскер

Лондон, 1899

d2—d4d7-d5

Kgl— f3 Kg8— f6

e2—e3e7—e6

Cfl—d3Kb8—d7

КЫ—d2Cf8—d6

В те времена нередко играли 1. d4 без последующего с2— с4. В данной партии Блэкберн

имеет в виду атаковать пешку d5 с другой стороны, и в этом смысл ходов СП—d3 и КЫ—d2. Пешке же «с» отведена роль поддержки белого центра.

Сейчас белые подготовили почву для продвижения еЗ—е4

и нс могут медлить, так как построение симметрично и у черных также все готово для еб—с5.

6.

еЗ—е4

d5 : е4

7.

Kd2 : е4

Ь7—Ь6

8.

0—0

Сс8—Ь7

9.

Ке4 : d6+

с7 : d6

10.

ЛИ—el

0—0

11.

Ccl-g5

Фd8-c7

12.

с2—сЗ

Л18—е8

13.

Cd3—Ь5

...

С прозрачным

намерением

сдвоить

черные пешки по ли-

НИИ «1».

13.. . .

СЬ7—сб

14.

СЬ5 : сб

Фс7 : сб

Ф81—d3Ь7—h6

Cg5—h4

Если бы Блэкберн предвидел

печальную участь отступившего слона, он немедля взял бы на 16.

. . .Ла8—с8

Ла1— diKf6-d5

Ch4—g3

Слон убеждается, что ему нечего делать на этой, теперь

уже опустевшей, диагонали, и быстро «устраивается» на новую работу.

. . . Ь6—Ь5

№3—d2Kd7—Ь6

а2—аЗа7—а5

Лdl—clа5—а4

Что предпринять белым против угрожающего пешечного штурма g7—g5 и 17—15?

h2—h4

Все же 22. 14 выглядело более естественно.

22.

...

f7— f5!

23.

Cg3—Ь2

Феб—d7

24.

ФdЗ—g3

f5— f4

25.

ФgЗ—d3

еб—e5

26.

сЗ—с4

b5 : c4

27.

Kd2 : с4

...

Маятниковым движением ферзя белые вызвали огонь на себя (15—14 и еб—е5). По-видимому, это входило в планы Блэкбер

на — сейчас грозит 28. К : Ь6 с последующим d4 : е5, а также сразу 28. de. И все же преимущество пока на стороне черных— белый слон вне игры, король не имеет «форточки», а у черных сильные пешки в центре.

Этический закон требует сейчас от черных атаковать под угрозой потери преимущества. С нашей точки зрения, наиболее привлекательным является 27... Феб и далее 28. Kd2 Ф : cl 29. Л : cl Л : с1+ 30. КП ed или 28. КеЗФ : cl 29. Л : cl Л : с1 + 30. Kdl ed 31. КрП Кс4 32. Ф : d4 К : Ь2 33. Ф : d5+ Kph8.

В первом варианте черные выигрывают ввиду угрозы Ле8— el, во втором они сохраняют преимущество. Ласкер отказался от этого продолжения, поскольку есть третий вариант: 28. К : Ь6 Ф : cl 29. ФП!! Правда, и в этом случае, как показал Марко, возможно 29. . .Ф : el 30. Ф : el К : Ь6, и у черных две ладьи за ферзя; кроме того, слон на Ь2 по-прежнему заперт, а 1-я горизонталь требует постоянной заботы.

Однако Ласкер избрал более н адежное п р одол жен ие.

сит исход всей партии, все ходов сходятся ственном ходе!сит исход всей партии, все ходов сходятся ственном ходе!ФdЗ—flЛс1 : с4Лс4—с2Ле1—clФdЗ—flЛс1 : с4Лс4—с2Ле1—clПосле всех этих зывается, черные не выигралиПосле всех этих зывается, черные не выиграли

сит исход всей партии, все ходов сходятся ственном ходе!

сит исход всей партии, все ходов сходятся ственном ходе!

ФdЗ—fl

Лс1 : с4

Лс4—с2

Ле1—cl

ФdЗ—fl

Лс1 : с4

Лс4—с2

Ле1—cl

После всех этих зывается, черные не выиграли

После всех этих зывается, черные не выиграли

Tl. . . .e5—e4

Оказывается, коня брать нельзя: 28. К : Ь6 Л : cl 29. Л : cl ed 30. К : d7 d2! Если же 28. Л : е4, то 28. . .Л : е4 29. Ф : е4 Феб (Ь5).

Вот от такой тонкости зави

30 на этом един-

КЬ6 : с4

Лс8—Ь8

Kpg8—h8 Фd7—g4

красот, ока-

даже пешки, и им приходится начать прозаическую охоту за пешкой «Ь», которая когда-то

неосмотрительно продвинулась сразу на два поля. Такова жизнь!

f2— f3Фg4:h4

f3 : e4Ле8:e4

Лс2—c8+ЛЬ8:c8

Лс1 : c8+ Kph8—h7

ФП—blKd5— f6

d4—d5!. . .

С «легкой» угрозой 38. Ле8. Сразу 37. Ле8 не проходит из-за 37. . .d5.

. . .g7-g6

Лс8—с7+ Kph7—h8

Тонко сыграно! Отступи король на g8, на следующем ходу черная ладья нс смогла бы пойти на е2.

Лс7—clЛе4—е2

Kpgl—hlKf6—g4

Лс1—с8+ Kph8—g7

Лс8—с7+ Kpg7— f6

Белые сдались.

№ 11. Венская партия

ЧигоринЛаскер

Лондон, 1899

Партии этого турнира мало известны советским шахматистам. Турнирные сборники, как легко догадаться, на русском языке не издавались, лишь отдельные партии были опубликованы лет восемьдесят назад. Кто знаком с ними? Наши возможности тоже, в общем-то, ограничены объемом книги. Но все же мы приводим четыре партии Ласкера с примечаниями и еще десять — сокращенной нотацией в конце книги.

«Ласкер выступал в этом турнире не только как чемпион мира, но как «сверхчеловек» шахматного искусства»,— пишет его биограф д-р Ханнак. Посмотрим, каковы же были вершины шахматного искусства в то время, а для сохранения колорита эпохи воспроизведем примечания Георга Марко из «Wiener Schachzeitung» (1899).

е2—е4 е7—еб

Фdl—е2КЬ8—сб

Д-р Тарраш играл в матче против Чигорина 2. . .с5 и в одной из легких партий 2. . . Се7. Ход в партии применен Тейхманом против Чигорина (Гастингс, 1895). Лучший ответ, по мнению Шлехтера, 3. f4.

КМ—сЗеб—е5

g2—g3. . .

Позиция свелась к одному из вариантов венской партии с лишним ходом белых Ф61—е2. Но в этом нет преимущества, по-

скольку

ферзь

препятствует

естественному развитию коня

«g» на 4.

е2.

Kg8—16

5.

Cfi-g2

Cf8—c5

6.

d2—d3

d7—d6

7.

Cel—g5

h7—h6

8.

Cg5 : 16

...

До этого момента игра раз-

вивалась нормально. Теперь же белые безосновательно предо

ставляют противнику двух слонов. Предпочтительнее было 8. СеЗ!

. . . Фd8 : f6

КсЗ—d5 Ф{6—d8

с2—сЗ Кеб—е7

Kd5:e7 Фd8 : е7

Теперь если кто и может выиграть партию, то только черные. Белый слон расположен

пассивно, и к тому же чер

ные опередили партнера в раз

витии.

12. 0—0—0

Cc8—d7

13.

12—14

0—0—0

14.

Kgl-13

Cd7—c6

15.

ЛЫ—fl

17—16

16.

Kpcl—bl

ЛЬ8—e81

17.

f4—15

...

Вместо 15. JThfl белым следовало без промедления играть f4—f5. Теперь же они вынуждены сделать этот ход ввиду угрозы 17. . .ef с последующим d6— d5, и у черных лучшая пешечная структура, а избежать этого путем 17. fe нельзя, так как после 17. . .fe возможность d6— d5 возобновляется.

. . .Себ—а4

Лdl—clКрс8—Ь8

Kf3—d2 а7—аб

Cg2—13Сс5—а 7

h2—h4?

Сыграв здесь 21. Фе1, белые могли бы перевести слона на dl для защиты ферзевого фланга.

. . . Лd8—с8

Kd2—с4Ле8—d8

Кс4—еЗСа4—е8!

Лf 1— dl

У белых оставалась возмож

ность сопротивления путем, например, ЛИ—gl, затем g3—g4— g5 и т. д.

. . . Се8—f7

сЗ—с4

Поскольку черные пока не могут играть d6—d5, сделанный белыми ход ведет лишь к дальнейшему ослаблению их позиции. Это становится ясным в

связи с 26-м и 29-м ходами черных.

. . .с7—сб

Лс1—с2Са7—d4

Лdl—clФе7—с7

КеЗ—dlФс7—а5

Kdl—сЗЬ7—Ь5!

Ь2—ЬЗЛd8—d7

с4 : Ь5

Шлехтер предложил здесь 31. Фе1 с последующим КсЗ—е2. Ход в партии способствует атаке противника по линии «а».

. .. аб : Ь5

КсЗ—d5КрЬ8—Ь7

g3—g4 Лd7—d8

34. Kd5—e7

. . . Cf7 : b3f

Ke7 : c8

Ha 35. К : c6 черные выигрывают путем 35. . .Л : сб и 36. . .ФЬ4.

. . .Л68 : с8!

Фе2—d2Фа5—аЗ

Лс1— hlЛс8—а8

ЛЫ— h2СЬЗ : а2+Н

Лс2 : а2ФаЗ—Ь3+

КрЫ—cl

На 40. ЛЬ2 черные выигрывают путем 40. . .С : Ь2 41. Ф : Ь2 Ф : d3+ и т. д.

. . . Ла8 : а2

Фd2 : а2Cd4—еЗ+

Фа2—d2ФЬЗ : d3

Белые сдались.

Итак, мы видим, что в XIX веке играли так, как дай бог в двадцатом, да и коммен

тировали хоть и кратко, но понятно и убедительно.

Более поздние комментарии — 1961 года принадлежат В. Заку, который, в общем, следует логике Марко, но в одном месте поправляет его: «На рекомендуемое Марко 31. Фе1... последовало бы 31. . .Ьс 32. de ЛЬ7, и теперь уже конь прикован к полю сЗ навсегда ввиду угрозы жертвы ладьи на ЬЗ».

Это замечание вполне справедливо, кроме лишь того, что 31. Фе1 рекомендовал не Марко, а Шлехтер.

Зак, таким образом, показал, что уже к 30-му ходу белых, а точнее — после их 25-го хода, сложились предпосылки для решающей атаки. Надо к этому добавить, что Ласкер был в некотором роде в долгу перед Чигориным — он проиграл ему в Гастингсе окончание с двумя слонами против двух коней. Правда, Ласкер изрядно отыгрался в Петербурге и в Нюрнберге, но все же честь двух гастингских слонов, которые капитулировали перед двумя конями, требовала отмщения.

В Лондоне Чигорин снова на 8-м ходу демонстративно разменивает своего слона на коня; Ласкер, избравший французскую, подготовил специально для этой встречи сильное возражение, а затем продемонстрировал преимущество двух слонов, один из которых таранил крепостйые сооружения — Cf7 : ЬЗ : а2, а другой вел кинжальный огонь по главной диагонали d4—al.

Турнир был двухкруговой, вторую партию у Чигорина Ласкер тоже выиграл — она приведена в сокращенной нотации. Всего Ласкер сыграл с Чигориным в турнирах 13 партий с общим счетом +8—1=4 и матч гамбитом Райса +1—2=3. Чигорин был старше Ласкера лет на пятнадцать, и все эти встречи пали на заключительный период его жизни (1894—1900).

№ 12. Ферзевый гамбитБерн Ласкер

Париж, 1900

Амос Берн — один из лучших английских мастеров конца прошлого и начала нынешнего века. В Париже, хотя ему было уже за пятьдесят, он полностью сохранил силу и занял 5-е место — впереди Чигорина, Марко, Мизеса и Шлехтера. Комментируемая партия была сыграна в 4-м туре, после того как Ласкер выиграл три партии кряду.

Эту партию мы рекомендуем сначала просто разыграть, а затем вернуться и уже разбирать,

читая

примечания.

1.

d2—d4

d7—d5

2.

с2—с4

е7—еб

3.

КМ—сЗ

Kg8— f6

4.

Kgl-f3

с7—с5

5.

с4 : d5

с5 : d4

6.

Фdl : d4

Kf6 : d5

7.

е2—е4

. . . Kd5 : сЗ

Od4 : d8+ Кре8 : d8

Ь2 : сЗCf8—с5

Kf3—е5Kpd8—е7

Кеб—d3Себ—Ь6

Сс1—аЗ+ Кре7—е8

Kd3— ебКЬ8—d7

СП—Ь5СЬ6—с7

Кеб—d3а7—аб

16.СЬ5—а4Ь7—Ь5

17.Са4—ЬЗСс8—Ь7

18.f2—13Ла8— с8

19.

Kpel—d2

a6—a5

20.

Ла1—bl

Cb7—c6

21.

Cb3—c2

f7— f6!

22.

g2—g3

Kpe8—f7

23.

Kpd2—e2

g7—g5

24.

g3—g4

h7—h5!

25.

h2—h3

Cc7—b8

26.

Ca3—b2

Kd7—b6

27.

Kd3—c5

Cc6—e8

28.

Kc5—b3

Kb6—c4

29.

Cb2—cl

h5 : g4

30.

f3:g4

Cb8—e5

31.

Kb3—d4

31.. . .

Се5 : d4

32.

сЗ : d4

Кс4—аЗ!

33.

Cel : аЗ

Лс8 : с2+

34.

Кре2—d3

Лс2 : а2

35.

СаЗ—d6

Ь5—Ь4

36.

ЛЫ—cl

Се8—Ь5+

37.

Kpd3—еЗ

Kpf7—g6

38.

Лс1—с5

Ла2—аЗ+

39.

КреЗ—f2

Cb5—d3

40.

ЛЫ—el

ЛЬ8 : ЬЗ

41.

Лс5—с7

ЛаЗ—а2+

42.

Kpf2—gl

ЛЬЗ—Ь4

43.

е4—е5

ЛЬ4 : g4+

44.

Kpgl-hl

Cd3—е4+

Белые сдались.

Попробуем проследить логические связи между пятью ключевыми моментами этой партии, изображенными на диаграммах.

Берн применил новинку — 7. е4. Вместо этого, по Стейницу, надлежало менять коней на d5, и черные получали изолированную пешку на открытой линии. Берну эта стандартная идея пришлась, видимо, не по душе. Он решил оставить черного короля без рокировки и тем самым сделать его помехой для развития собственных фигур. Изолированная пешка «с» в собственном лагере его не смущала, он надеялся, что до нее дело не дойдет.

По современным воззрениям, изолированная пешка если и слабость, то лишь в глубоком эндшпиле, а в середине игры от нее есть и польза — открыты соседние линии. В данном случае одна вертикаль доступна обеим сторонам, а вторая — только белым. Оптимальная стратегия белых в этой ситуации для нас

ясна: как можно скорее занять линию «d», пользуясь тем, что черный король загораживает дорогу своей ладье. Затем желательно поставить слона на еЗ и продвинуть пешку на с4, чтобы зафиксировать объект атаки на открытой линии «Ь». Поэтому Ласкер прежде всего захватывает диагональ gl—а7, чтобы не допустить белого слона на еЗ. Черному королю, правда, приходится ерзать по маршуту d8—е7—е8—17, пока он не находит надежного пристанища на 17, но органическая слабость белых — пешка сЗ — остается.

Берн эту часть партии играет без плана — ладья al так и нс вышла на открытую линию, тогда как Ласкер, действуя крайне осмотрительно и аккуратно, успевает к 17-му ходу полностью развить легкие фигуры, а затем путем 18. . .Лс8 напоминает партнеру о пешке сЗ.

Все это было бы для Берна нс смертельно, но он допустил тактический промах — добровольно увел слона с ЬЗ на с2 и тем самым, сняв удар с пешки еб, позволил Ласкеру сыграть 17—16! Конечно, черные сами могли согнать слона с ЬЗ, продвинув пешку на а4, но тогда белые фигуры получали в свое распоряжение поле Ь4 и к тому же становилось возможным при случае сЗ—с4, поскольку пешка а4 была бы под ударом белого слона. Как видно, в этот момент вместо СЬЗ—с2 следовало сыграть Ь2—Ь4, захватывая рубежи на королевском фланге.

В последующей стычке пешек Ласкер захватил инициативу превосходным стратегическим ударом 24. . .h5! Возникла перманентная угроза h5 : g4, которая будет особенно реальной, если в какой-то момент ладья hl останется незащищенной. Тогда на g4 придется брать пешкой «Ь, после чего возникнет еще одна органическая слабость — на ИЗ. Надо к этому добавить, что «сфера влияния» слона сб проходит через пешку е4 и достигает ладьи Ы.

Что касается хода 23. . .g5, то цель его — ограничить активность коня d3. Оказывается, этот конь не может прыгнуть на с5 ввиду 24. . .Cd6! 25. К : d7 С : аЗ 26. КЬ6 ЛЬ8, и конь пойман. Далее Ласкер демонстрирует филигранную игру на обоих флангах. Переведя коня через Ь6 на с4, он оттеснил слона на с 1, на какой-то миг нарушив связь белых ладей. Именно в этот момент последовало h5 : g4. Затем черный слон, ожидавший этого момента 20(1) ходов, напал наконец на слабую пешку сЗ. Белый конь прикрыл ее своим телом и. . . тогда Ласкер разрешил коллизию тактическим ударом Кс4—аЗ!!

Возникает вопрос: не лучше ли было белым вместо СЬ2—cl сыграть СЬ2—al? Нет, не лучше. На это был заготовлен ответ 29. . .КаЗ 30. ЛЬс1 hg 31. fg Cf4 32. Kd2 Ь4. Ну, а после того, как погибла пешка а2 и черные пешки пошли вперед, пришлось перебросить все силы

для борьбы с ними, и сказалась слабость на h3. . .

А как же пешка сЗ? Она уцелела и даже в некотором роде пошла на выдвижение — стала пешкой d4, хотя погибли те, кто за нее сражался...

«Се sont les echecs» («Таковы шахматы»).

№ 13. Ферзевый гамбитЛаскер Мароци

Париж, 1900

Первую весну XX века Ласкер начал с турнира в Париже, выиграв в 1-м туре у Шлехтера, которого он «пересчитал» в любопытной фигурной атаке. Ровно 30 ходов понадобилось ему, чтобы победить затем Дидье, и в 3-м туре еще быстрее был разгромлен Мизес. Партия с Берном, как мы видели, хотя по записи и растянулась на 43 хода, фактически была закончена на 10 ходов раньше.

И вот в 5-м туре Ласкер встретился с одним из основных соперников — Гезой Мароци. Они были почти ровесники, но Мароци начал выдвигаться гораздо позднее. Хладнокровный и трудолюбивый, хорошо знающий дебюты, он стойко держал позицию и отличался блестящими счетными способностями. В турнирах Мароци играл ровно и продержался в группе ведущих гроссмейстеров около четверти века.

Мароци до глубокой старости сохранил ясность ума. Бывая часто на турнире претендентов в Будапеште в 1950 году, он

Встреча Эм. Ласкера с Г. МароциВстреча Эм. Ласкера с Г. Мароцитретья встреча.d7—d51.d2—d42.с2—с4е7—еб3.КЫ—сЗKg8—164.Kgl-f3d5 : с45.е2—еЗс7—с56.Cf1 : с4а7—абтретья встреча.d7—d51.d2—d42.с2—с4е7—еб3.КЫ—сЗKg8—164.Kgl-f3d5 : с45.е2—еЗс7—с56.Cf1 : с4а7—абМароци трактует дебют по Стейницу (в его матче с Цукер-Мароци трактует дебют по Стейницу (в его матче с Цукер-здраво судил о происходящем, а одна из партий с его превосходными комментариями была даже опубликована в журнале «Шахматы в СССР». С Ласкером он впервые скрестил оружие в Лондоне (1899): в первой партии — ничья, во второй Мароци на гладком месте зевнул качество. В Париже состоялась их

Встреча Эм. Ласкера с Г. Мароци

Встреча Эм. Ласкера с Г. Мароци

третья встреча.

d7—d5

1.

d2—d4

2.

с2—с4

е7—еб

3.

КЫ—сЗ

Kg8—16

4.

Kgl-f3

d5 : с4

5.

е2—еЗ

с7—с5

6.

Cf1 : с4

а7—аб

третья встреча.

d7—d5

1.

d2—d4

2.

с2—с4

е7—еб

3.

КЫ—сЗ

Kg8—16

4.

Kgl-f3

d5 : с4

5.

е2—еЗ

с7—с5

6.

Cf1 : с4

а7—аб

Мароци трактует дебют по Стейницу (в его матче с Цукер-

Мароци трактует дебют по Стейницу (в его матче с Цукер-

тортом) — принятый гамбит и подготовка расширенного ферзевого фианкетто. Однако для борьбы с Ласкером план этот несколько примитивен. Лас

кер энергично пресекает попытку Ь7—Ь5, и черным приходится ограничиться простым фианкетто (Ь7—Ь6 и Сс8—Ь7 вместо а7— аб, Ь7—Ь5 и Сс8—Ь7), сильно стесняя этим своего ферзя. С этого начинаются трудности

черных — см. их ходы, а затем 15-й 7.а2—а4

0—0

еЗ : d4

Cel —еЗ

11-й и 12-й и 16-й.КЬ8—сб с5 : d4 Cf8—е7 0—0Ф68—а511-й и 12-й и 16-й.КЬ8—сб с5 : d4 Cf8—е7 0—0Ф68—а5Ф61—е2

11-й и 12-й и 16-й.

КЬ8—сб с5 : d4 Cf8—е7 0—0

Ф68—а5

11-й и 12-й и 16-й.

КЬ8—сб с5 : d4 Cf8—е7 0—0

Ф68—а5

12.13.14.12.13.14.ЛИ—dlЛа1—clК13—е5ЛИ—dlЛа1—clК13—е5Л18—d8

12.

13.

14.

12.

13.

14.

ЛИ—dl

Ла1—cl

К13—е5

ЛИ—dl

Ла1—cl

К13—е5

Кеб—Ь4

Kf6-d5

Белые развиты гармонично —• они непосредственно контролируют почти все поля 5-й горизонтали, а силовые линии их фигур проникают и на 6-ю, кроме этого, уже назревает комбина

ционная атака в центре и на королевском фланге. У черных

все еще не развит слон, да и позиция ферзя неудачна. Сейчас вместо 14. . .Kd5 необходимо было 14. . .Cd7 и 15.. .Се8, но

Мароци, как видно, потерял нить борьбы.

15. Сс4—ЬЗЛ68—18

Фа5—d8Ь7—Ь6Фа5—d8Ь7—Ь616. КсЗ—е417.12—1416. КсЗ—е417.12—14СеЗ—d2Сс8—Ь7

Фа5—d8

Ь7—Ь6

Фа5—d8

Ь7—Ь6

16. КсЗ—е4

17.12—14

16. КсЗ—е4

17.12—14

Ке4—g3Ла8—с8

Продвижение 12—14 должно было насторожить черных. Ясно ведь, что пешка захочет пойти и

дальше, поэтому обязательно надо было ее притормозить путем g7—g6.

14—15!Лс8 : cl

Лdl : cl еб : 15

Kg3 : 15Се7—16

Cd2 : Ь4!

Блестяще! Один слон устраняет сразу двух коней. Нельзя

же, на самом деле, считать здесь конем фигуру, расположенною (после 23. . .К : Ь4) на Ь4?

. . .Kd5 : Ь4

Ке5 : 17!Л18 : 17

Фе2—еб . . .

Комбинация Ласкера далеко не очевидна. Ведь черные фигуры вроде бы могут перекрыть мощный силовой вектор на диагонали а2—g8; но нет, поле d5

оказывается для них слишком скользким: 25. . .Kd5 26. Kd6 Фе7 (d7) 27. Ф : 17+ Ф : 17 28. К : 17 Кр : 17 29. Лс7+ или 25. . .Cd5 26. С : d5 Ф : d5 27.

Лс8+ Cd8 28. Ке7т.

. . .Kpg8—h8

Феб : 17Cf6 : d4+

Kpgl—hlKb4—d3

Лс1—11Cb7:g2+

Kphl : g2Ф68—g5+

Kpg2—h3. Черные сдались.

Ласкер сыграл с Мароци еще две партии в Нью-Йорке (1924) и в обеих победил. Общий счет

их встреч +4—0=1.

№ 14. Сицилианская защита

ЛаскерНепир

Кембридж-Спрингс, 1904

Маэстро У. Непир не бог весть как удачно сыграл в тур-

нире — едва набрал «майстер- дритль», то есть треть максимально возможного числа очков. Но его партия с Ласкером считается одной из наиболее тонких, живых и остроумных в шахматной истории. И сегодня она выглядит так, будто лишь вчера была сыграна гроссмейстерами комбинационного стиля. А какое раздолье в ней для комментаторов, среди которых можно назвать лучших аналитиков своего времени, таких, как Рети и Рельштаб.

е2—е4с 7—с5

КЫ—сЗКЬ8—сб

Kgi-f3g7-g6

d2—сНс5 : d4

Kf3 : d4Cf8—g7

Cel —e3d7—d6

h2—h3. . .

Как понимать этот ход? Как элемент дебютной стратегии, направленной на блиц-атаку королевского фланга, или как стремление завязать счетную игру в неясной обстановке? Подождем с окончательным суждением еще несколько ходов.

. . . Kg8— f6

g2—g40-0

Непир демонстрирует по меньшей мере бесстрашие; кроме того, готовность следовать правилам Стейница. Он рокирует под атаку, считая, что скороспелый фланговый натиск будет опровергнут контрударом в центре.

g4—g5Kf6—е8

h3—h4 Ke8—c7

f2— f4 ...

На дебютную стратегию это не похоже. Ласкер скорее предпринимает психологическую атаку, на которую сейчас можно ответить или в позиционном ключе — 11. . .С : d4 12. С : d4 d5, или принять ВЫЗОВ. К удовольствию трех поколений зрителей Непир избрал «дуэль на рапирах».

. ..е7—е5!

Kd4—е2d6—do

Здесь Непир вроде хватил через край. Современники, как и многие позднейшие комментаторы, считали, что сначала надо было сделать консолидирующий ход 12. . .Cg4. Однако это мнение было опровергнуто В. Заком, который указал замечательный план: 13. f5! gf 14. ef С : f5 15. Kg3 Себ 16. Cd3 d5 17. ФЬ5 e4 18. Kc : e4 de 19. К : e4!

Вместо 12. . .d5 и 12. . .Cg4 он предложил 12. . .ef 13. К : f4 Ke5. «Непир в своем расчете превзошел предел человеческих возможностей, но все же рассчитал недостаточно далеко»,— с сожалением пишет Рети, проявляя тайную симпатию к ходу d6—d5. . .

е4 : d5Кеб—d4

Ке2 : d4Кс7 : d5

Неприятнейшая неожиданность. Если теперь 15. К : d5, то 15. . .ed!, и черные перехватывают инициативу.

Kd4— f5 . . .

Ласкер на высоте. Теперь вскипает смерч новых осложнений, но, как видно, Непир нс захвачен врасплох.

. . . Kd5 : сЗ 16. Фdl : d8 Л18 : d8 17. Ю5—е7+ . . .

Нельзя брать слона g7 ввиду 17. . .Kd5 18. 0—0—0 Cg4. У белых под ударом слон и ладья, а конь никуда не может убежать.

. . . Kpg8—h8

Король спокойно уходит в угол, поскольку конь на сЗ «табу», например: 18. be ef 19. Cd4 С : d4 20. cd Ле8. Если же белые сначала возьмут слона с8, чтобы затем без помех забрать коня сЗ, то последует 18. . . Kd5! и им не защитить вес свои слабые пункты и слабые пешки.

Но у Ласкера на уме совсем иное.

h4—h5 . . .

Теперь выясняется, что белые грозят 19. hg fg 20. К : g6+ Kpg8 21. Сс4+ Kd5 22. С : d5+ Л : d5 23. Ке7+- Попытки парировать эту угрозу путем 18. . .

Kd5 или 18. . . Cf8 опровергаются посредством 19. К : d5 Л : d5 20. Сс4 и соответственно 19. hg С : е7 20. Л : h7+ Kpg8 21. be. Если же 18. . .gh, то, очевидно, 19. 15.

. . . Лd8—е8

СеЗ—с5 . . .

Положение черных выглядит крайне тревожно. Играть 19. . . ef нехорошо ввиду 20. hg fg 21. Сс4 с угрозой 22. К : g6x.

. . . g6 : h5!

Это и есть расчет на грани человеческих возможностей, о котором говорил Рети. Снова белые не могут брать коня: 20. Ьс Cf8 21. СЬ5 Л : е7 22. С : е7 С : е7, и, несмотря на потерю качества, черные благодаря сильному слону и разбитым белым пешкам стоят никак не хуже.

Попытка сыграть здесь 19. . . ef приводила лишь к перестановке ходов: 20. Сс4! gh. После 19. . .ef ни белые, ни черные не могли уклониться от продолжения, случившегося в партии, например: 20. hg fg 21. Сс4 Cf5 22. Cf7 Ке4 или 22. be Лас8 23. Cf7 Л : с5 24. С : е8 Ле5+ 25. Kpf2 Л : е7 26. Лае1 Лс7. В свою очередь, и черным нельзя вместо 20. . .gh играть 20. . .Cf5 ввиду 21. С : f7 Л : е7+ 22. С : е7 Kd5 23. С : d5 Ле8 24. 0—0—0 Л : е7 25. h6 Се5 26. ЛЬе1 Cg4 27. Cf3. Варианты эти указаны Заком спустя 60 лет после того, как была сыграна партия... Видел ли их Ласкер? А Непир? Хотелось бы думать, что да.

Cf 1—с4 е5 : f4 На 20. . .Себ 21. С : еб fe 22.

be Cf8 у белых был выбор: или перейти в лучший эндшпиль после 23. Л : h5 С : е7 24. С : е7 Л : е7 25. fe Лс8 26. 0—0—0

Л : сЗ 27. g6, или же продолжать атаку — 23. Cd6! С : е7 (если 23. . .ef, то все

равно 24. Се5+ Cg7 25. Cf6!) 24. С : е5+ Kpg8 25. Л : h5 Лad8 26. Кре2 Cf8 27. ЛаМ Л67 28. Kpf3.

Таким образом, Непир правильно поступил, сыграв 20. . . ef.

Сс4 : f7

Cf7 : е8

23. Ла1—Ы

Kpel—fl

КсЗ—е4 Cg7 : Ь2 СЬ2—сЗ+ Сс8—g4КсЗ—е4 Cg7 : Ь2 СЬ2—сЗ+ Сс8—g4Кажется, что угрозы овладевших полем боя черных фигур неотразимы, хотя у них уже не хватает целой ладьи. Грозит 25. . .Kd2+, 25. . ,Kg3+, 25. . .К : с5, 25. . .Л : е8. . . К сожалению, почти все угрозы исходят от одного и того же коня, а он не может раздвоиться подобно герою «Чертовой мельницы» . Ласкер ловко использует «неделимость» этого коня

КсЗ—е4 Cg7 : Ь2 СЬ2—сЗ+ Сс8—g4

КсЗ—е4 Cg7 : Ь2 СЬ2—сЗ+ Сс8—g4

и, возвращая лишнюю ладью,

продолжает прямую атаку.

Се8 : h5 Cg4 : h5

ЛЫ : h5Ке4—g3

Kpfl—g2Kg3 : h5

ЛЫ : b7 a7—a5

29. ЛЬ7—b3

30. ЛЬЗ—h3

Kpg2— f3

Kpf3 : f4

Kpf4— f5

34.a2—a3

35. Cc5—e3.

СсЗ—g7 Kh5-g3 Ла8—аб Kg3-e2+ Ke2—сЗ КсЗ—a4СсЗ—g7 Kh5-g3 Ла8—аб Kg3-e2+ Ke2—сЗ КсЗ—a4Черные сдались, ибо не видно защиты от тематического удара g5—g6.

СсЗ—g7 Kh5-g3 Ла8—аб Kg3-e2+ Ke2—сЗ КсЗ—a4

СсЗ—g7 Kh5-g3 Ла8—аб Kg3-e2+ Ke2—сЗ КсЗ—a4

№ 15. Дебют четырех конейЯновскийЛаскер

Кембридж-Спрингс, 1904

На ход этой партии, игравшейся в последнем туре, наложила отпечаток своеобразная психологическая обстановка, сложившаяся на турнире в этот момент: Маршалл — 121/2 очков, Яновский— 11, Ласкер — 10, Марко — 8. Итак, Маршаллу 1-е место уже обеспечено, и он действительно чуть ли не в дебюте предложил ничью Чигорину. Яновский при выигрыше или ничьей займет чистое 2-е

место, если же проиграет — будет дележ 2-го и 3-го мест. А Ласкера уже никакая сила не может отбросить дальше 3-го места.

Ласкер оценивает ситуацию с точки зрения своего противника — ничья для него весьма желательна, так как в этом случае он будет вторым впереди Ласкера, да и в денежном отношении есть немалая выгода. С другой стороны, для Яновского, конечно, очень заманчиво выиграть у чемпиона мира, но без чрезмерного риска.

Поэтому Ласкер намечает такой план: на первых же ходах, пока еще партнер не определил свою стратегию, допустить какое-нибудь отклонение от логического дебютного построения, предоставить Яновскому возможность атаковать, а затем в подходящий момент перейти в контратаку.

е2—е4 с 7—еЗ

Kg 1—13 КЬ8—сб

КЫ—сЗ Kg8— 16

Итак, дебют четырех коней — простейший путь к ничьей.

СП—Ь5 Cf8—с5

Довольно прозрачная приманка. Здесь белым полагается рокировать и после ответной рокировки брать пешку е5. А почему бы не взять пешку сразу? «Пусть я не рокировал,— рассудил Яновский,— но и Ласкер нс рокировал, а ведь я первый захвачу линию «е», да еще с шахом. Решено».

Kf3 : еЗ Кеб : е5

d2—d4 СсЗ—d6

f2— fl Ke5—g6

Этот маневр коня в связи со следующим ходом — новинка Ласкера. Теория рекомендовала отходить конем на сб, что приводит к разменам, например: 7. . .Кеб 8. еЗ СЬ4 9. d5 Ке4 10. Od3 К : сЗ И. be Се7 12. de d: 13. Ф : d8+ С : d8.

е4—еЗс7—сб

СЬЗ—с4. . .

В своих превосходных комментариях к этой партии Зак пишет, что это отступление — психологическая победа Ласкера. Ему в дальнейшем все равно \ дается вызвать серьезные осложнения, но в значительно более выгодной для себя обстановке. Следуя рекомендации Тар- раша, Зак считает, что вместо 9. Сс4 необходимо было 9. ed. и черным трудно было бы найти мало-мальски удовлетворительную контригру. Это мнение Зак подкрепляет вариантами, которые доводит до 17-го хода. «И тем удивительнее,— заключает он,— что Яновский, находившийся в расцвете творческих сил, всегда стремившийся к инициативе, не останавливаясь ради этого даже перед материальными жертвами, стремясь в этой партии к ничьей, предпочел «спокойную жизнь», прозаически сыграв 9. Сс4».

. . .Cd6—с7

еЗ : f6 Фd8 : f6

0—0d7—d5

Cc4 : d5 . . . Вернемся теперь к позиции после 8-го хода черных и поста-

раемся понять ход мыслей Яновского. Видел ли он возможность 9. ed? В этом нельзя сомневаться. Он начал считать варианты, допустим, дошел до 17-го хода (а варианты достаточно разветвленные, и считать их на 8—9 ходов вперед не очень-то просто) и подумал: «Ласкер применил новинку, наверное, у него там что-то подготовлено; так не лучше ли мне сделать ясные три хода и пожертвовать слона на d5? Там план атаки мне хорошо знаком, черный король застрянет на е8 надолго, пешечное прикрытие в центре полностью уничтожено, такие атаки я проводил не раз, как-нибудь не проиграю...»

Конечно, он понимал, когда отходил слоном на с4, что будет жертвовать его на d5 через 3 хода. И к чести Яновского надо сказать, что он был абсолютно прав в данный момент.

. . . сб : d5

КсЗ : d5 Ф16—d6

Ф61—е2+ Kg6—е7 Яновский считал 14. . .Кр18

лучше.

ЛИ—elСс7—d8

с2—с4 17—16

Тарраш считал, что путем

16 . .Себ черные получали достаточную защиту: 17. К : е7 С : е7 18. d5 Cd7 19. Cd2 Kpf8! 20. аЗ Ле8 21. СЬ4 Ф16 и т. д. («und so welter»). Однако этот вариант можно продолжить — 22. Фd2.

Лобовая угроза Ле1 : е7 и Ла1—el в сочетании с некоторыми косвенными угрозами позволяет белым поддерживать напряжение. Размен на Ь4, разумеется, не в пользу черных. Вряд ли здесь можно удержать партию.

Да и в самом варианте, предложенном Таррашем, Яновский указал усиление за белых: 19. Ь4 Ф : Ь4 20. ЛЫ Фс5+ 21. СеЗ Фd6 22. Cd4 Ь6 23. с5! Ьс 24. Се5 с выигрышем. Следовательно, до этого момента Ласкер вел защиту точно.

Cel—d2 а7—а5

Фе2—Ь5+ g7—g6

с4—с5! Фбб—аб

По поводу этого хода мнения расходятся. Зак считает, что 19. . .Феб легко отбивало атаку. Яновский с этим не согласен и приводит вариант: 19. . . Феб 20. К : е7 С : е7 21. Фе2 Фс7 22. 15 Kpd8 23. С14 Фd7 24. ФеЗ Ле8 25. d5, и белые, как полагает Яновский, должны выиг-

рать. Вероятно, он прав. Ласкер долго обдумывал свой ход 19. . .Фаб — слишком уж горячая точка с7 появлялась на доске, слишком привлекательная для белого коня. Но выбора, в общем-то, не было.

ФЬ5—Ьб! Сс8—еб

Критическая позиция. Здесь возможны четыре продолжения. Самое заманчивое из них и самое очевидное 21. К : 16+ ведет к проигрышу, как будет видно из продолжения в партии.

Сам Яновский считал, что следовало играть 21. Фg7 С : d5 22. Ф : h8+ Kpd7 23. Ф : h7, но Зак продолжает этот вариант — 23. . .ФбЗ! 24. Лadl Ф15, и небольшой материальный урон черных с лихвой компенсируется хронической слабостью белых полей в лагере противника.

Тарраш предложил 21. К : е7 С : е7 22. d5 0—0—0 23. Л : ебС : с5+ 24. КрЫ ФбЗ 25. С : а5 и 26. Фg7 с сильной атакой белых. Однако Зак улучшает за черных и этот вариант: 22. . .С : d5 23. Л : е7+ Кр : е7 24. Фg7+ Cf7! 25. Ле1 + Kpd7 26. Ф : 17+ Крс8 27. СсЗ КрЬ8 28. С : 16 Лс8 29. Се5+ Кра7 30. Ф : h7 Феб.

Недостаток этого варианта в том, что он слишком длинный, возможны всякие отклонения, которые лежат за пределами реальных возможностей расчета за доской.

Чигорин предложил 21. КЬб! С17 22. Фg7 Лg8 23. Ф : 16. Если же 21. . .Кр17, то 22. Л : еб К15 23. ФЬЗ Кр : еб 24. ФЬЗ+ Кре7 25. Ле1+ Кр18 26. К : а8 Ф : а8 27. Феб h5.

Однако и здесь у черных имеются возможности обороны и контратаки. Как видим, положение очень сложное. Не удивительно, что Яновский, в конце концов, избрал самый простой ход: взял пешку с шахом, а там, наверное, решил — посмотрим...

Kd5 : 16+ Кре8—17

К16—е4 Ке7—15!

Теперь, после того как король спрятался, а конь занял угрожающую позицию, Ласкер переходит в контратаку.

ФЬб—h3Cd8—е7

Cd2—сЗСеб—d5

g2—g4К15—h4

Ke4—d6+ Kpl7—18

Ле1 : е7 . . .

Яновский, видя крушение своих надежд, решается отдать ферзя. Но и в случае 27. Кр12 g5 28. lg Kg6 29. ФН6+ Kpg8 держать позицию белых было невозможно.

. . .Kh4—13+

ФЬЗ : 13Cd5 : 13

Ле7—17+ Кр18—g8

d4—d5 С13 : d5

Л17—g7+ Kpg8—18

Ла1—elФаб—сб

Ь2—Ь4Ла8—d8

СсЗ—d4Ла8 : d6

с5 : d6 . . .

Яновский приглашает черного ферзя на с2, на что он ответил бы 36. Ле8+! Кр : еЗ 37. р7+, и белые выигрывают... Однако Ласкер сыграл

. . .Cd5—Ы

Белые сдались.

Из этой партии видно, что для успеха нужно заранее запрограммировать себя на определенную цель и подчинить этой цели свои шахматные планы: ничья — так играть на ничью, атака — так атаковать! Психологические колебания во время партии не позволяют проявить волю и, возможно, отражаются на точности расчета.

Что же касается примечаний Тарраша, Яновского и Чигорина, то все они проглядели возможность усиления защиты за черных, указанную в 1961 году В. Заком: 18. . .Kpf8! (вместо 18. . .g6), и атака белых заходит в тупик.

№ 16. Французская защитаЛаскерМаршалл

2-я партия матча на первенство мира, Нью-Йорк, 1907

Логическая схема этой партии довольно обычная для Лас

кера — небрежно разыгранный дебют, готовность к рискованным осложнениям, приглашение противника к атаке. В самый критический момент, когда надо думать о спасении, Ласкер берет какую-то жалкую пешку, подвергая короля, да и ферзя, неслыханным опасностям. Но именно в этот момент Маршалл, уже предвкушающий верную победу, неожиданно сталкивается с филигранной защитой. То ли на радостях, то ли с досады он допускает две-три мелкие неточности, ну, право же, несущественные. А к 30-му ходу как-то сам собой получается размен ферзей, а пешка у черных осталась лишняя. Правда, в окончании у Маршалла есть свои контршансы, и требуется еще 20 ходов, чтобы они иссякли.

Партия закончена, а через десять недель и матч закончен с нулевым для Маршалла счетом. Наступает стадия «post mortem»: Тейхман, Яновский, Шлехтер, Тарраш доказывают вариантами чуть ли не на 20 полуходов, что у Маршалла в этой встрече был выигрыш. Но у Ласкера — свое мнение на этот счет: выигрыш был, но путь к победе комментаторами указан неверно...

е2—е4 е7—еб

d2—d4 d7—d5

Kbl—c3 Kg8-f6 4. Cf 1—d3 . . .

Этот ход в практике мастеров встречается очень редко. И хотя белые в этом матче достигли стопроцентного результата,

выиграв все три партии, сказать, что ход этот не очень хороший,— значит дать ему слишком высокую оценку. Он просто плох. Достаточно сказать, что в монографии П. Кереса «Французская защита» и в других теоретических руководствах он вообще не упоминается, хотя был применен самим Ласкером и даже в матче на первенство мира. Правда, Ласкер никогда не рекомендовал выводить слонов раньше, чем коней...

с7—с5!

е4 : d5 . . .

И это продолжение, как доказывает Маршалл, не из лучших. В последующих партиях Ласкер играл 5. К13.

5.

...

с5 : d4!

6.

Cd3—Ь5-г

Сс8—d7

7.

СЬ5 : d74-

Фd8 : d7

8.

d5 : еб

Фd7 : е64-

9.

КсЗ—е2

КЬ8—сб

10.

Kg 1-13

С18—Ь4+

11.

Cel—d2

0—0—0

12.

0—0

...

«Даже беглого взгляда на доску достаточно, чтобы убедиться в заметном преимуществе черных. И это во французской защите! И это против чемпиона мира!» (Яновский).

. . .ЛН8—е8

Ке2—14Феб—g4

Небольшая неточность. Следовало сразу отойти на 15.

h2—h3Фg4—15

Kf4—d3 . . .

«Позиция белых настолько плоха, что трудно найти другой ход»,— горестно замечает Яновский. Если, например, 15. Ле1, то возможно 15. . .g5 с сильной атакой.

. . .СЬ4 : d2

Ф61:б2К16—е4

Ф62—14Ф15—d5

Ласкер, естественно, стремится разменять ферзей, чтобы ослабить надвигающуюся атаку. Маршалл, избегая размена, готов пожертвовать пешку, что в сложившейся обстановке целесообразно. Попутно выясняется, что маленькая неточность черных на 13-м ходу повлекла за собой немалые последствия. Если бы сейчас белая пешка стояла на h2, то белые не могли бы на 19-м ходу брать пешку g7 ввиди 19. . ^g8 и 20. . .Л : g2+.*

Ф14—g4+17—15

Фg4 : g7 . . .

Итак, Ласкер взял «синицу» на g7, предоставив сопернику возможность проявить свою си-

лу в прямой атаке. Некоторые соврем ей ники пол агал и, что Ласкер не видел хода 19. . .Kd2, но это представляется маловероятным. Он видел, что атака черных сильна, но, судя по всему, не нашел за них форсированных вариантов на выигрыш и решил перейти на 10 ходов в тяжелую оборону. Впрочем, у него не было большого выбора.

Мог ли Маршалл избежать потери пешки? Мог, конечно,—■ для этого достаточно было закрыться ферзем от шаха. Но он, как и Ласкер, не в силах был до конца посчитать варианты, просто интуитивно понимал, что атака стоит пешки. Непонятным остается пока лишь одно: почему он все же не пошел 19. . . Kd2? Мы к этому еще вернемся.

. . .Ле8—g8

Фg7—h6. . .

Если бы белые теперь взяли и вторую пешку, то 20. . . Kd2 было бы смертельно. Сейчас черные могли продолжать 20. . .Лбб 21. Ф14 Л^б, но на это есть защита — 22. КН4.

. . .Ке4—d2

ФИ6 : d2Фd5 : 13

g2-g3. . .

Единственный, но вполне достаточный ход. В случае 22. Kf4 черные выигрывали: 22. . . Л : g2+ и 23. . ^g8.

. . .Н7—Ь5

Фй2— f4Ф13—d5

ЛИ—elЛЙ8—е8

Дальнейшее движение пешки бесполезно: 24. . .h4 25. Ф : h4 ЛЬ8 26. ФГ6 Л : ИЗ 27. Фе6+ Ф : еб 28. Л : еб ЛбЬ8 29. Лае1,

и белые выигрывают. Ошибкой было бы в этом варианте 26. Kf4 из-за 26. . .Ф17 27. Фg5 Лdg8.

Ле1 : е8+ Лg8 : е8

Ла1—elЛе8—е4

Размен ладей и диверсия коня на ферзевом фланге к добру не приводили: 26. . .Л : е1+ 27. К : el КЬ4 28. аЗ d3 29. cd (но не 29. ab? d2!) 29. . .К : d3 30. Фd2.

ФГ4—g5Кеб—Ь4

Ле1 : е4 f5 : е4

Фg5 : d5КЬ4 : d5

Маршалл перешел в окончание с минус-пешкой, но этот эндшпиль объективно не безна

дежен. Хуже было бы при размене ладей брать на е4 ферзем: 28. . .Ф : е4 29. К : Ь4 Фе1+ 30.

Kpg2 Ф : Ь4 31. Ф : f5+.

Kd3—с5е4—еЗ

Кс5—d3Ь5—h4

g3 : h4Крс8—d7

Kpgl—flKpd7—еб

Kpfl—e2 e3 : f2 Здесь черные, пожалуй, по

торопились. Больше шансов на ничью давало 34. . .Kpf5 35. Kpf3 ef и 36. . .КеЗ.

Кре2 : f2Креб—f5

Kpf2— f3Kd5— f6

Kd3—c5b7—b6

38. Kc5—d3

Интересны маневры этого коня — сначала он сбегал с d3

на с5, чтобы вызвать продвижение е4—еЗ, а сейчас повторил тот же бросок, чтобы расстроить черную мини-фалангу на ферзевом фланге.

. . .Kf6—Ь5

Kd3—clKh5—16

Kcl—e2Kpf5—e5

Ke2—g3 . . .

Белые подготовили марш ладейной пешки до 6-й горизонтали. Черные в противовес этому решили отправить коня в рейд на ферзевый фланг соперника, чтобы попытаться там приобрести хоть пешку.

. . .К16—d5

h4—h5Kd5—еЗ

Маршрут для конского набега Маршалл выбрал не вполне удачный. Лишь на какой-то миг конь оказался по соседству с вражеским королем и под защитой пешки d4, но Ласкер использует этот момент, чтобы ее разменять.

h5—h6Кре5— 16

с2—сЗ! КеЗ—dl

К сожалению, не проходит 44. . .de 45. Кр : еЗ cb из-за 46. Ке4+ и 47. Kd2. Именно с этой

целью Ласкер сначала продвинул пешку до h6, отвлекая черного короля на 16, чтобы конь мог дать шах с е4. Так не лучше ли было сыграть на 42-м ходу Kd5—Ь4?

сЗ : d4

Kg3—f5

47.d4—d5

Kdl : b2Kpf6-g6 Kb2—c4 Kc4—a5Kdl : b2Kpf6-g6 Kb2—c4 Kc4—a5Kpf3—e4

Kdl : b2

Kpf6-g6 Kb2—c4 Kc4—a5

Kdl : b2

Kpf6-g6 Kb2—c4 Kc4—a5

d5—d6Ka5—b7

Kpe4—d5Kb7—d8

d6—d7a7—a5

Kf5—e7+.

Черные сдались.

Так Ласкер выиграл 2-ю партию, самую опасную для него в матче с Маршаллом. А что же произошло на 19-м ходу? Почему Маршалл не сыграл Ке4—d2? Был ли там выигрыш?

Заметим прежде всего, что белые не могут не взять коня — у них под ударом ладья, а если она уйдет, то черные берут на 13 и продолжают Ле8—g8.

После 20. К : d2 Лg8 попытка сохранить ферзя приводит к сложной борьбе, которая в анализах складывается в пользу черных. Рассмотрим варианты, возникающие после 21. К14 Фбб:

22. Ф : Ь7 Ф : 14 23. Лаб1 Фg5 24. g3 Ке5 25. Ь4 Ф16 26. ФЬ5 Лg4, и черные выигрывают ввиду угрозы Лd8—g8, или 23. КЬЗ Фg5 24. g3 Ке5 25. Кс5 Лg7 26. Кеб К13+ 27. Kpg2 Л: Ь7 с выигрышем черных;

22. Ф17 Ф : 14 23. Фе6+ КрЬ8 24. Фе2 Лбе8 25. Фdl Л : g2+ 26. Кр : g2 Hg8+ 27. Kphl ФЬ4 28. Kph2 Ке5 с угрозой Ке5—g4 или 24. Лadl ®g5 25.

g3 HgeS 26. ФЬЗ ЛеЗ! 27. fe Ф : g3+ с угрозой мата в 2 хода.

Если белые вместо 23. Фе6+ играют 23. Лаб1, то следует 23. . .Л§6.

Ласкер в ответ на 19. . .Kd2 20. К : d2 Лg8 собирался жертвовать ферзя — 21. ФgЗ Л : g3 22. fg. Это видно из его полемики с Таррашем, который издал книгу о матче Ласкер — Маршалл. В августовском номере своего журнала «Lasker’s chess magazine» за 1907 год Ласкер рассматривает следующую позицию из этой партии.

Он пишет: «Тарраш обосновывает свое мнение о том, что после жертвы пешки g7 у Маршалла был выигрыш, на анализе, в котором допускает немало неточностей... Он считает, что эта позиция выиграна для черных, хотя после 30. Л12 КЬ4 31. Kcl d3 32. Л62 угроза а2—аЗ с последующим Л62 : d3 заставляет черных искать ничью посредством 32. . .Ле8 33. Kpf2 Л18+ и т. д. Все эти ходы форсированные, и в анализе допущена серьезная ошибка, особенно в связи с претензией Тар- раша доказать результат, прямо противоположный тому, что про

изошло в действительности». Это резкое замечание Ласкер не относит к книге Тарраша в целом. В заключение он пишет: «С другой стороны, в книге много интересных мест. Большинство анализов превосходно, мнения Тарраша обоснованны, а стиль его отличается живостью».

Добавим к этому, что позиция на диаграмме получилась в результате жертвы ферзя за ладью, коня и пешку — ту самую, которую Ласкер с такой удалью взял на g7. Тарраш в анализе отдает ферзя обратно за ладью и коня, зато черная пешка проскакивает до с2. Здесь, по мнению Ласкера, выигрыша нет, но, на наш взгляд, не исключено, что он был где-то раньше...

№ 17. Испанская партияЛаскерТарраш

1-я партия матча на первенство мира,Дюссельдорф, 1908

Первая партия накладывает определенный психологический отпечаток на весь ход матча, а порой и предрешает его результат. Начиная матч с Таррашем, Ласкер помнил его скептические отзывы, но хотел показать, что не будет горячиться, и поэтому избрал разменный вариант испанской партии.

Возраст этого дебюта едва ли не 500 лет, а то и больше. Такое завидное долголетие отчасти объясняется тем, что он содержит стратегическую идею, хоть и элементарную, но очень привлекательную.

Действительно, если в позиции, которая возникает после 7-го хода белых, снять с доски все фигуры, то получается выигрышное для них окончание.

Белые должны блокировать пешки ферзевого фланга и вести в ферзи «претендентку» — пешку «е». Нужно ли говорить, что выполнить этот план не очень-

то просто, как, впрочем, и все слишком простые планы.

Черные, располагая мощью

двух слонов, не должны допус

кать перехода в это окончание. Умело координируя их действия,

они могут перехватить инициативу и найти контршансы в фигурной игре. Что же касается сдвоенных пешек, то одна из них будет контролировать важное поле d4, а другая— поле d5.

Ласкер, понимая, в чем сила Тарраша и в чем его слабость,

решил вести такую игру, где он будет выступать в качестве стратега, а противнику будет отведена роль тактика.

е2—е4

Kgl— f3

Cfl—Ь5

Cb5 : сб

d2—d4

е7—е5 КЬ8—сба7—абd7 : сбе5 : d4Od8 : d4е7—е5 КЬ8—сба7—абd7 : сбе5 : d4Od8 : d4Odl : d4

е7—е5 КЬ8—сб

а7—аб

d7 : сб

е5 : d4

Od8 : d4

е7—е5 КЬ8—сб

а7—аб

d7 : сб

е5 : d4

Od8 : d4

Kf3 : d4 сб—c5

Kd4—e2Cc8—d7

В одном современном дебютном руководстве, специально посвященном испанской партии, приводится шесть партий, сыгранных разменным вариантом. Любопытно, что пять партий из шести выиграли черные, а в одной была ничья. Такова сила двух слонов в фигурной игре.

Ь2—ЬЗ. . .

Шлехтер, комментируя эту партию, предложил здесь 9. . . с4 10. Ьс Себ 11. Kd2Cb4 12. сЗ Са5 13. СЬ2 0—0—0 с хорошей игрой у черных.

Год спустя во всероссийском турнире 17-летний Алехин в партии с Берлинским последовал этому совету и сыграл 9. . .с4, но на 10. Ьс ответил не 10. . . Себ, а 10. . .Са4 11. сЗ 0—0—0. В завязавшихся осложнениях он пересчитал Берлинского и выиграл уже на 28-м ходу.

Вероятно, Тарраш видел возможность 9. . .с4. Не исключено, что он несколько робел перед Ласкером и хотел сохранить во всяком случае беспроигрышную партию.

. . . Cd7—сб

f2—f3 Cf8—е7

Cel— Ь2Ce7—16

Логически не оправданный отказ от «двухслоновой» тактики. Лучше выглядит 11. . .К16 и 12. . .0—0—0

СЬ2 : f6Kg8 : 16

КЫ—d20—0—0

0—0—0Лс18—d7

Ке2—14ЛЬ8—е8

Тарраш вынужден установить контроль над пунктом е5,

иначе туда проникнут шустрые белые кони. В случае, если бы черные захотели сейчас сдвоить ладьи, последовало бы 16. Kd3 Ь6 17. Ке5. Теперь же на 16. Kd3 Ь6 17. Кс4 можно ответить

. .СЬ7.

Kd2—с4Ь7-Ь6

а2—а4аб—а5

Лdl : d7 К16 : d7

ЛЫ — dlKd7—е5

Кс4 : е5 Ле8 : е5

Тарраш идет навстречу стремлению белых к разменам. Как видно, он был уверен, что ничья ему обеспечена как в ладейном эндшпиле, так и в легкофигурном. Но теперь ядро стратегического плана Ласкера, постепенно очищаясь от скорлупы ненужных ему фигур, приобрело реальные очертания. Этапы этого плана таковы:

намертво блокировать черные пешки ферзевого фланга,

по возможности придержать черного короля, не пропуская его через вертикаль «d»;

перевести своего короля на правый фланг;

продвигать пешки королевского фланга.

с2—с4 Ле5— е8

Микронеточность, одна из многих, допущенных Таррашем в этой партии. Сыграй здесь черные 21. . .Ле7, они могли бы на 22. Kh5 ответить 17—16, а затем, переведя слона на d7, проскочить королем по 8-й линии на другой фланг для противодействия белым пешкам.

K14-h5Ле8—g8

Лdl— d317—16

Kpcl—d2Себ—e8

Kh5—g3Ce8—d7

Kpd2—e3Лg8—e8

Kg3—h5Ле8—e7

Тарраш пришел к той позиции, о которой шла речь выше, но белый король уже успел перебраться на еЗ.

g2—g4 с7—сб

Теперь королю труднее пере

сечь простреливаемую линию

«d», например: 28. . .Kpd8 29. К14 Кре8 30. Kd5.

29.h2—h4

30.g4—g5

31. Kh5—g3

Kg3 : e4

Kpc8—c7 f6— f5 f5 : e4 Cd7—f5Kpc8—c7 f6— f5 f5 : e4 Cd7—f5Здесь Тарраш упустил тактический шанс: пользуясь тем, что

Kpc8—c7 f6— f5 f5 : e4 Cd7—f5

Kpc8—c7 f6— f5 f5 : e4 Cd7—f5

конь связан, он мог сыграть 32. . .Ь51, и скорее всего получалась бы ничья.

h4—h5 Ле7—d7

лаз—сзла?—di

КреЗ—f4 . . .

. . . Cf5—а?

Насколько прочна позиция черных в разменном варианте и насколько безопасна для них стратегическая идея противника — использовать пешечное преимущество на королевском фланге, видно из того, что даже теперь, после превосходной игры Ласкера и нескольких неточностей Тарраша, он все еще мог сделать ничью, разменяв легкие фигуры. Поистине приверженность к слону, стремление сохранить «маленькое качество» его погубило.

«Здесь надо было брать коня,— пишет Тарраш,— и получалось ясное ничейное положение». В доказательство он приводит длинные варианты, которые стоит посмотреть: 35. . .С : е4 36. Кр : е4 ЛЫ 37. ЛdЗ Л : h5 38. Kpf5 h6 39. 14 hg 40. Kpg6 ЛЬ4 41. fg b5 42. Kp : g7 be 43. be Л : c4 44. g6 Л : a4 45. ЛgЗ Лd4 46. Kph7 a4 47. g7 Л38 48. g8Ф Л : g8 49. Л : g8 Kpb6 50. Kpg6 Kpb5 51. Kpf5 a3 52. Kpe4 Kpc4, и черные «держат легкую ничью», не без юмора замечает Тарраш. Не так уж она легко

досталась, если потребовалось привести 17-ходовый вариант.

«Если же,— продолжает Тарраш,— вместо 42. Кр : g7 белые играют 42. cb, то 42. . .cb 43. ab КрЬб 44. Кр : g7 Кр : Ь5 45. g6 а4 46. Ьа+ Л : а4 47. ЛgЗ с4 48. Кр16 КрЬ4 49. g7 Ла8 50. g8Ф Л : g8 51. Л : g8 сЗ 52. Кре5 с2 53. Лс8 КрЬЗ.

Если же, наконец, 42. ЛсЗ,

то 42. . .Ьа 43. Ьа Лg4 44. Кр15 Л(14 45. g6 Kpd7».

ЛсЗ—еЗЛdl—Ы

Ке4—g3

Kpf4—е5 39.13—14

40.14—15

41.15—16

1<ре5 : 16

Kg3—15

g5—g6

ЛЫ—h4+ ЛЬ4—h3Kpc7—d8ЛЬЗ—h4 g7 : 16+Cd7—e8ЛЬ4—14 h7 : g6Л14—g4ЛЫ—h4+ ЛЬ4—h3Kpc7—d8ЛЬЗ—h4 g7 : 16+Cd7—e8ЛЬ4—14 h7 : g6Л14—g4h5 : g6

ЛЫ—h4+ ЛЬ4—h3

Kpc7—d8

ЛЬЗ—h4 g7 : 16+

Cd7—e8

ЛЬ4—14 h7 : g6

Л14—g4

ЛЫ—h4+ ЛЬ4—h3

Kpc7—d8

ЛЬЗ—h4 g7 : 16+

Cd7—e8

ЛЬ4—14 h7 : g6

Л14—g4

ЛеЗ : e8+ . . .

Комментарий в традиционном стиле: «Красивая жертва, достойно венчающая превосходно проведенную партию». (Однако после этой жертвы было сделано еще 9 ходов.)

Комментарий в современном стиле звучал бы примерно так: «Заслуживало внимания 46.

ЛgЗ, и черные должны сдаться».

46.

Kpd8 : е8

47.g6-g7

Кре8—d7

48. K15-h4

ag4 : g7

49. Kpf6 : g7

Kpd7—еб

50. Kh4— f3

Креб—15

51. Kpg7—17

Kpl5—е4

52. Kpf7-e6

Кре4—d3

53. Kpe6—d6

Kpd3—сЗ

54. Kpd6 : c6

КрсЗ : ЬЗ

55. Kpc6—b5. Черные сдались.

Рихард Рети

лучше многих

своих современников понимал Ласкера и глубоко ему симпатизировал. Под внешней рассудочностью и даже сухостью Ласкера он замечал в нем такие черты, как стремление к логической красоте и справедливому разрешению шахматных коллизий.

Комментарии Рети к 4-й партии матча Ласкер —Тарраш (1908), опубликованные в его книге «Новые идеи в шахматах», и поныне служат непревзойденным образцом этого жанра шахматной литературы, предметом благородной зависти других комментаторов.

Поскольку книга Рети на русском языке была издана более 50 лет назад и к тому же небольшим тиражом, она мало известна нынешнему поколению шахматистов. Воспроизводя сейчас новеллу (по-другому и не назовешь!) Рети об этой партии, мы надеемся, что читатель получит подлинное эстетическое наслаждение, познакомившись с замечательной партией и равно

ценными по классу комментариями .

№ 18. Испанская партия

ТаррашЛаскер

4-я партия матча на первенство мира* Дюссельдорф, 1908

1.

е2—е4

е7—е5

2.

Kgl-13

КЬ8—сб

3.

СП—Ь5

Kg8—16

4.

0—0

d7—d6

5.

d2—d4

Сс8—d7

6.

КЫ—сЗ

С18—е7

7.

ЛИ—el

е5 : d4

8.

К13 : d4

...

В сложившейся

позиции бе-

лые могут развивать свои фигуры на четырех-пяти линиях, тогда как в распоряжении черных только три-четыре линии. Поэтому они ищут возможности освободить игру посредством разменов.

. . .Кеб : d4

Ф61 : d4Cd7 : Ь5

КсЗ : Ь5

Теперь с обеих сторон следуют так называемые нормальные развивающие ходы.

. . .0—0

И.Cel— g5Ь7—Ь6

Cg5—h4Л18—е8

Ла1— dlKf6—d7

Конь на f6 стоит плохо — он ограничивает действия слона е7, который, в свою очередь, закрыл единственную открытую линию «е» для ладьи. К тому же черные не могут помешать бе-

лым овладеть полем d5. Этими соображениями, а также стремлением к дальнейшим разменам и вызван ход 13. . .Kd7.

Ch4 : е7Ле8 : е7

Ф64—сЗ . . .

Белые уже хорошо развиты, теперь они хотят перевести коня через d4 на 15.

. . .Ле7—е5!

Благодаря разменам черные до некоторой степени преодолели трудности. Однако один минус в их позиции еще остается — белые имеют в своем распоряжении две свободные линии для ладей, а у черных только одна, что создает им трудности в использовании обеих ладей. Как же выходит Ласкер из этого затруднения? Благодаря идее, в которой дилетант не найдет ничего любопытного, но которая покажется оригинальной и смелой знатоку. Он собирается ввести ладью в игру через поле е5, учитывая, что в середине доски ей не опасны никакие атаки, а сама она будет сильно стеснять ферзевый фланг противника.

Kb5—d4 Ле5—с5

ФсЗ—ЬЗ Kd7—Ь6 Конь необходим для поддержки ладьи, как это будет

видно из дальнейшего течения партии.

12—14. . .

Тарраш по трактовке позиции в данной партии уступает Ласкеру. Он не предпринимает никаких контрманевров, а делает лишь наиболее очевидные и само собой разумеющиеся ходы. Сейчас он отрезал ладье поле е5 для отступления, считая ладейный маневр Ласкера ошибочным. Но Ласкер, конечно, и не собирался, переводя ладью на с5, тотчас вернуть ее на линию «е».

. ..Ф68—16

ФЬЗ—13Ла8—е8

с2—сЗ а7—а5

Ласкер начинает атаку ферзевого фланга, имея в виду продвижение а5—а4—аЗ.

Ь2—ЬЗ . . .

Чтобы после а5—а4 окончательно запереть ладью ходом ЬЗ—Ь4. Если бы пешка оставалась на Ь2, то черные при ее продвижении на Ь4 могли бы взять на проходе.

. . .а5—а4

ЬЗ—Ь4Лс5—с4

Теперь у ладьи нет ни одного хода!

23.g2-g3

Тарраш защищает пешку f4, чтобы освободить от этой функции ферзя

. . .Ле8—d8

Ход, вскрывающий слабость ферзевого фланга белых и выявляющий силу ладьи на с4. Черные грозят теперь ходом с7— с5 не только ее освободить, но и прорвать ферзевый фланг противника. Осуществив этот план, черные получили бы преимущество ввиду слабости белых пешек.

Ошибочно сразу 23. , .с5 из- за контрудара 24. КЬ5!

Ле1—еЗ. . .

Ласкер переиграл противника, у которого нет никакой позиционной защиты против угрозы с7—с5. Поэтому Тарраш ищет комбинационное решение, которое, однако, не проходит, как и большинство вызванных отчаянием комбинаций. Мы увидим сейчас, что 24. ЛеЗ — необходимая подготовка к задуманной Таррашем комбинации.

...с7—с5

Kd4—Ь5с5 : Ь4

Лdl : d6 . . .

Этим ходом начинается комбинация.

. . . Лd8 : d6

е4—е5 . . .

Если бы ладья стояла в этот момент на el, то черные получили бы преимущество посредством 27. . .Фе7 28. К : d5 Л : сЗ.

. . . Лс4 : 14!!

Неожиданный ход, опровергающий комбинацию черных. Как бы белые ни играли, черные удерживают лишнюю пешку.

g3 : (4 ФГ6—go +

И белые выиграли благодаря пешечному перевесу на ферзевом фланге.

Что же нам нравится в этой партии? Для дилетанта в лучшем случае представляет интерес неожиданный ход 27. . .Л : f4. Но знаток с величайшим вниманием будет следить за столь же оригинальной, сколь и глубокой идеей Ласкера, который, чтобы освободиться из стесненного положения, перевел свою ладью на рискованную с виду позицию. И нам хочется, чтобы эта смелая идея восторжествовала над прозой.

Далее мы видим, как Тарраш начинает систематически теснить вторгнувшуюся ладью, и мы уже близки к мысли, что черные проиграют партию, которая завоевала нашу симпатию. Но тут на сцену выходит ладья d8, которая намерена нс только выручить другую ладью, но и разрушить позицию белых. Затем следует комбинация белых.

Драма приближается к кульминации. И когда все благополучно разрешилось (Лс4 : (4),

мы радуемся, что произошло чудо, что гениальный замысел, которому каждый педант предсказал бы печальный конец, все же восторжествовал над всеми догмами, над всеми правилами...

На этом кончается новелла Рети, но партия Тарраш — Ласкер продолжалась еще 13 ходов. Трактовка Рети борьбы дерзкой ладьи с «педантичными» белыми фигурами и пешками восхитительна, но шахматная фактура не всегда точна. Дело в том, что ход 15. . .Ле5 сделан не от хорошей жизни. Это не победный ход, а спасительный маневр. Ладья переходит на опасную позицию и принимает на себя все тяготы, связанные с атакой белых,— так Ласкер объясняет маневр Ле8—е5—с5.

Тарраш играл правильно до тех пор, пока следовал правилам логики, но задуманная им комбинация была ошибочна, он не предвидел отчаянный удар затравленной ладьи — десперадо.

Ход 24. ЛеЗ — подготовка к комбинации — был не из лучших. Можно было играть 24. ЛdЗ или еще проще — 24. е5 de 25. Л : е5. Тогда ход с7—с5 ничего не дал бы черным. В сущности, лишь 25-й ход Тарраша был серьезной ошибкой. «Я не могу понять,— пишет Р. Тейхман,— почему белые не сыграли 25. Ьс. Если черные ответят 25. . .de, то лишь теперь 26. КЬ5, и черные попадают в тяжелую позицию. Если же 25. . .Л : с5, то 26. ЛЫ Кс4 27. ЛedЗ, затем 28. Кс2 с намерением Кс2—еЗ—d5.

В этом случае шансы сторон примерно равны».

Тейхман не мог понять, а между тем объяснение найти не трудно. Тарраш завелся, ему важно было не уравнять партию и даже не выиграть ее, а поймать ладью, наказать ее за дерзость. По этой причине он на 22-м ходу сыграл ЬЗ—Ь4, чтобы полностью сковать ладью, тогда как в его распоряжении был ход 22. с4. Однако и в этом случае черные удерживали равновесие: 22. с4 ab 23. ab сб 24. Kf5 d5.

В заключение надо сказать, что и там, где Рети поставил точку, еще можно было сопротивляться, хотя положение уже тяжелое. Просто Тарраш допустил сразу серьезную неточность, уйдя королем на Ы, а потом на 34-м ходу зевнул пешку «е».

Приводим заключительную часть партии: 29. Kphl ФЫ + 30. Kpg2 Лd2+ 31. Ле2 Ф : а2 32. Л : d2 Ф : d2+ 33. Kpg3 аЗ 34. еб? Фе1+ 35. Kpg4 Ф : е6+ 36. 15 Фс4+ 37. Kd4 а2 38. Фdl Kd5 39. Фа4 К : сЗ 40. Фе8+ Kph7 41. Kph5 а1Ф. Белые сдались.

№ 19. Испанская партия ЛаскерТарраш

6-я партия II матча, Берлин, 1916

Эта партия — последняя в матче, проигранном Таррашем со счетом —5+0=1. Правда, этот разгромный результат неточно отражает подлинное соотношение сил. Тарраш почти во

всех партиях сначала получал хорошую игру или даже преимущество, а затем допускал промахи отнюдь не гроссмейстерского класса. Ласкер писал по этому поводу в книге, посвященной матчу: «Д-р Тарраш держит партию первые 10—15 ходов, а затем по мере приближения к концу играет как в тумане» *. В предыдущей партии он в этой позиции

сыграл 68. Kgl и после элементарного 68. . .К : е4! 69. Ф : 16+ Ке : 16 остался без пешки. Правда, здесь была некоторая тонкость: белые не могут просто забрать коня ферзем из-за прозаического 69. . .Kg3+. Надо жебылотак неудачно расставить фигуры и ходом 68. Kgl снять контроль с поля g31 Эта партия продолжалась до 102-го хода, зато 6-я — всего 18.

1.

е2—е4

е7—е5

2.

Kgl—f3

КЬ8—сб

3.

Cfl— Ь5

а7—аб

4.

Cb5—а4

Kg8-f6

5.

0—0

КГ6 : е4

6.

d2-d4

Cf8—е7

* Дословно: «... как будто на него накинули вуаль забвения».

ЛИ—elЬ7—Ь5

Тарраш пропустил обязательный ход 7. . . d5, после чего Ласкер имел в виду продолжать 8. К : е5 Cd7 9. с4 К : е5 10. de С : а4 11. Ф : а4+ Ь5 12. cb Фd7, и черные ничем не грозят.

Ле1 : е4 d7—d5

К13 : е5!

Ласкер не отступает ладьей из-за 9. . .е4, после чего черные чувствовали бы себя отлично.

. . . Кеб : е5

В случае 9. . .de конь продал бы свою жизнь за три фигуры и белые остались бы в итоге с двумя фигурами за ладью: 10. К : сб Фd6 11. К : е7 Ьа 12. К : с8.

Ле4 : е5 Ь5 : а4

КЫ—сЗСс8—еб

Ласкер считает здесь лучшим ходом И. . .сб (12. К : а4 0—0), и у черных за пешку есть известная компенсация в виде пары слонов. Теперь же белые находят элегантное комбинационное решение.

Фdl— h5!g7—g6

Не проходит 12. . .0—0 ввиду 13. К : d5 Cd6 14. Cg5 Фd7 15. К16+ и т. д.

ФИ5—13 Се7—16?

Здесь необходимо было 13. . . сб. Ласкер приводит следующее продолжение: 14. Ch6 аЗ 15. ЬЗ С16 16. Лае1 С : е5 17. Л : е5 Kpd7 18. Ка4 Ле8 19. Кс5+ Крс8 20. Cg5.

Позиция белых выглядит подавляюще, но прямого выигрыша пока не видно. Тарраш сде-

Эм. Ласкер во время одной из многочисленных гастрольных поездок по России»Эм. Ласкер во время одной из многочисленных гастрольных поездок по России»19091909г.г.лал свой ход, как видно, уже под «вуалью забвения», что позволило чемпиону мира форсированно завершить эту миниатюру.

Эм. Ласкер во время одной из многочисленных гастрольных поездок по России»

Эм. Ласкер во время одной из многочисленных гастрольных поездок по России»

1909

1909

г.

г.

Леб :d5!Себ : d5

КсЗ :d5Cf6-g7

Cel— g5!Фd8 : g5

Kd5 :c7+Kpe8—d8

Kc7 :a8.

Черные сдались.

№ 20. Испанская партия

ЛаскерТейхман

Петербург, 1909

Последний тур. Рубинштейн, выиграв три партии кряду, обогнал на пол-очка Ласкера, про-

игравшего в 16-м туре Дуз-Хо- тимирскому. Рубинштейн играет с юным Савелием Тартаковером, который впоследствии станет едва ли не самым популярным теоретиком и пропагандистом шахмат своего времени, а пока уже успел проиграть семь партий и с трудом держится на уровне 50 процентов.

Ласкеру предстоит борьба с Рихардом Тейхманом — своеобразным и тонким мастером. Его турнирное положение таково, что, победив Ласкера, он мог бы принять участие в дележе 3-го приза.

Тейхман старше Ласкера... на один день. Как и Ласкер, он начал свою шахматную карьеру в Берлине, затем переехал в Лондон. Однако его международный дебют состоялся в Лейпциге лишь в 1894 году, когда Ласкер уже был чемпионом мира. Медлительный юноша занял 3-е место среди 17 участников, опередив Блэкберна, Вальбродта, Яновского, Марко... Играл он также в Гастингсе, в Монте- Карло и во многих других турнирах. Тейхман мог бы достичь многого, если бы не его беспримерное миролюбие и флегматичность. Это о нем говорили, что все считают целью шахматной партии дать мат королю противника, а Тейхман считает, что цель заключается в том, чтобы сделать ничью. «Каким образом Тейхман все же сумел стать выдающимся мастером — загадка»,— отозвался о нем Шпильман, тот самый Шпильман, кото

рый за свою жизнь выиграл Тейхмана всего три партии, а

проиграл одиннадцать.

Таков был противник Ласкера в этой встрече.

1.

е2—е4

е7—е5

2.

Kgl-f3

КЬ8—сб

3.

СП—Ь5

а7—аб

4.

СЬ5—а4

Kg8-f6

5.

0—0

Cf8-e7

6.

Odl— е2

Ласкер решил увести парт

нера в сторону от знакомых ему вариантов с ходом 6. Ле1. Тонкость хода 6. Фе2, впрочем до

вольно прозрачная, заключается в том, что теперь, если черные рокируют, можно разменять коня сб и взять пешку е5, например: 6... О—0 7. С : сб de 8. К : е5 Ф64 9. Kf3, и нельзя брать пешку е4, так как после размена ферзей конь и слон черных будут стоять на одной вертикали.

. . .Ь7—Ь5

Са4—ЬЗd7—do

с2—сЗ0—0

d2—d4е5 : d4

Эта партия была прокомментирована Ласкером в турнирном сборнике. Ласкер писал по-немецки, а перевод для русского издания был сделан, как видно, наспех. В дальнейшем некоторые авторы его воспроизводили дословно. Это относится даже к книге В. Зака. Отсюда и появились такие примечания: «Если сразу 9. . .Cg4, то последует тоже Jldl и вариант текста» или в другом месте: «Опасно было предоставить черным поле d6 и являлся вопрос: удастся ли бе-

лым восстановить связь с пешкой еб посредством маневра 12—(4—15?...» Ласкер здесь ни при чем. Он превосходно владел литературным немецким языком.

сЗ : d4Сс8—g4

ЛИ—dld6—d5

е4—е5К16—е4

КЫ—сЗ Ке4 : сЗ 14.Ь2 : сЗ17—16

С этим продвижением, по мнению Ласкера, можно было не торопиться. Сейчас, как он считает, следовало сыграть 14. . . Ка5 и лишь на 15. Сс2 ответить 15. . .16. Впрочем, и тогда в этом ходе еще не было необходимости, поскольку белые пешки королевского фланга пока не готовы к штурму. К этому можно добавить, что и ход 14. . .Ка5 вовсе не обязателен. Лучше всего здесь, пожалуй, было 14. . . Ф67, чтобы подтянуть ладью ближе к центру.

Н2—НЗ. . .

Играя партию, Ласкер, вероятно, наблюдал и за соседним столиком, где шла борьба между Тартаковером и Рубинштейном. Венский мастер бесстрашно пошел в атаку на своего грозного соперника: 11. h3Ch5 12. g4Cg6 13. Ке5! — смелая, но здравая стратегия. Тут Ласкер, наверное, увидел шанс стать первым призером, если Тартаковер реализует свой перевес. И вот он, хотя и в иного рода позиции, повторяет энергичные ходы Тар- таковера.

. . .Cg4—h5

g2—g4 Ch5— 17

e5—еб. . .

«Ничьей не будет!» — как бы сказал Ласкер, разорвав связь этой пешки с тыловыми базами. Что суждено ей: погибнуть или стать участницей финальной комбинации?

. . .Cf7—g6

К13—Ь4Кеб—a5

He проходило 18. . .Ле8 ввиду 19. Ф13.

Kh4 : g6 h7 : g6

Казалось бы, белым не стоило разменивать своего атакующего коня на пассивно стоящего слона. Однако, как отмечает Ласкер, в случае 19. Сс2 С : с2 20. Ф : с2 Кс4 21. 14 Kd6 22. 15 Ке4 загромождались линии, по которым должна развиваться атака белых.

СЬЗ—с216—15

Kpgl— hlСе7—d6

g4 : 15Ф68—h4

Ha 22. . .gf белые ответили бы 23. ФЬ5!

Фе2— 13 g6 : 15

Лdl—gl. . .

Назревают комбинированные угрозы: с одной стороны, 25. Cg5, а с другой — 25. С : 15, и если 25. . .Ф16, то 26. Фg2.

. . .15—14

Лgl—g4ФЬ4—Ьб

еб—е7!. . .

Пешка с честью завершает свой монолог. Если теперь 26. . . Ле8, то 27. Ф : d5+ Kph8 28. Ф13. Если же...

. . . Cd6 : е7

Сс1 : 14 ФЬ6—еб

И черные сдались до хода 28. Л : g7+, «что,— как пишет переводчик примечаний в турнирном сборнике,— губит их игру немедленно». (У Ласкера: «...что сразу же разрушает позицию черных».)

Впрочем, Ласкер хотя и не сделал за доской ход 28. Л : g7+, но записал его, и по официальным данным заключительная позиция такова:

Тартаковер в своей партии удерживал преимущество до 32-го хода, но затем упустил его и к перерыву согласился на ничью. Таким образом, Ласкер и Рубинштейн разделили на турнире в Петербурге (1909) 1—2-е места. Это высший успех Рубинштейна за всю его шахматную карьеру.

Возвращаясь к Тейхману, заметим, что он сыграл с Ласкером в общей сложности пять турнирных партий и сделал всего лишь одну ничью, а остальные встречи проиграл.

№ 21. Дебют четырех коней

ЯновскийЛаскер

2-я партия матча на первенство мира,Париж, 1909

е2—е4е7—е5

Kgl—13КЬ8—сб

КЫ—сЗKg8— 16

СП—Ь5C18-b4

0—00—0

Дебют четырех коней не так уж безобиден, как может пока

заться на первый взгляд. Если бы, например, белые вместо рокировки сыграли 5. d3, то последовало бы 5. . .Kd4 6. Сс4 d5

7. ed Cg4 с превосходными шансами у черных. В наше время Кеб—d4 играют уже на 4-м

ходу.

d2—d3d7—d6

Cel—g5Cb4 : c3

Наступил момент, когда по

пытка продолжать симметричное развитие могла привести черных к катастрофе: 7. . .Cg4 8. Kd5 Kd4 9. К : Ь4 К : Ь5 10. Kd5 Kd4 И. Фd2 Фd7 12. С : 16 С : 13 13. Ке7+ Kph8 14. С : g7+ Кр : g7 15. Фg5+ Kph8 16. Ф16х. Конечно, черные на 11-м ходу должны играть с7—сб, но и тогда 12. К : 16+ в пользу белых.

Ь2 : сЗКеб—е7

СЬ5—с4. . .

Вообще-то, здесь полагается

сначала взять коня и сдвоить черные пешки. Но дело в том, что в серии из четырех партий, сыгранных между Ласкером и Яновским в мае того же года —

за пять месяцев до начала матча,— Яновский в 3-й партии сыграл именно 9. Сс4 и после 9.. .Себ 10. СЬЗ С : ЬЗ 11. ab

Ke7-g6Kg6— f4e5 : f4Ke7-g6Kg6— f4e5 : f4где вскоре и будетгде вскоре и будет12.13.14.15.16.12.13.14.15.16.Kh4—f3 h2—h3Ла1—ЫФ61—d2 g2: f3Kh4—f3 h2—h3Ла1—ЫФ61—d2 g2: f3

Ke7-g6

Kg6— f4

e5 : f4

Ke7-g6

Kg6— f4

e5 : f4

где вскоре и будет

где вскоре и будет

12.

13.

14.

15.

16.

12.

13.

14.

15.

16.

Kh4—f3 h2—h3

Ла1—Ы

Ф61—d2 g2: f3

Kh4—f3 h2—h3

Ла1—Ы

Ф61—d2 g2: f3

Kd7 12. d4 получил заметное преимущество. Ласкер попытался «замутить воду» — 12. . Л6 13. СеЗ Kg6, приглашая Яновского взять пешку е5 и дать шах ферзем.

Однако Яновский отказался от приглашения, хотя и в этом случае он, вероятно, мог выиграть, как показали последующие анализы. Он продолжал 14. ФdЗ, затем Kf3—d2, f2—f4 и, в конце концов, победил на 49-м ходу. Естественно, Яновский и сейчас повторяет вариант с 9. Сс4, но Ласкер направляет борьбу в иное русло.

9.

Kf3—114

Cg5 : f4

Итак, Яновский все равно разменял слона на коня и сдвоил пешки черных. По сравнению с вариантом 9. С : f6 gf 10. Сс4 вроде он даже выиграл темп — успел сыграть конем на h4. Но... И даже не одно «но», а целых два. У черных появился ДОТ на (4, а для штурма остались в целости все три пешки королевского фланга. Что же касается коня на h4, то выигрыша темпа здесь нет, ибо он «от греха» тут же должен вернуться в стойло,

съеден.

Сс8—g4

Cg4—Н5

Ь7—Ь6

Ch5 : f3

Kf6—h5

Шахматная структура партии прояснилась — борьба целиком перенесена на королевский фланг. Белые будут там ис-

кать свои шансы, оперируя ладьями по открытой линии «g», а черные при поддержке коня и ферзя будут аккуратно надвигать пешки, стремясь стеснить фигуры противника.

Психологические же мотивы борьбы Яновским, на мой взгляд, пока не поняты. Ласкер отказался от тактических осложнений и счетной игры. Он проводит стратегический план, основанный на форпосте f4, преимуществе подвижного коня по сравнению с бездеятельным белым слоном и пешечном превосходстве на королевском фланге... И хотя сейчас еще не видно конкретных путей выигрыша за черных, как говорится, игра уже сделана.

Реализация плана в этой партии — один из бриллиантов стратегии Ласкера в ювелирной тактической оправе!

Kpgl— h2Ф68—f6

ЛП^1Ла8—е8!

Ласкер подчеркивает свое полное равнодушие к ферзевому флангу, где белым некого, да и нечем, атаковать.

d3—d4 Kpg8—h8

ЛЫ—Ь5

Оригинальная, но несколько вычурная идея сдвоить ладьи обходным маневром. Этот же результат достигался путем Лgl— g2 и ЛЫ—gl.

. . .Ф16—Нб

ЛЬ5—g517—16

Лg5—g4g7—g6

С. Алании предложил здесь 22. . .15, что, однако, после 23. el Л : 15 24. Ле1 давало белым контригру по открытой линии. Поэтому Ласкер не отклоняется от своего плана зажима королевского фланга.

Сс4—(13Ле8—е7

сЗ— с 4Kh5—g7

На один только миг Яновский оставляет без защиты пешку 64, но Ласкер немедленно пользуется этим, чтобы перевести коня на более активную позицию, после чего белому слону ничего не остается, как бесцельно топтаться на месте.

Правда, белые могут взять сейчас эту ненавистную пешку 14, разменять ферзей и перейти в такое окончание: 25. Ф : 14 Ф : 14 26. Л : 14 Кеб 27. Лg4 К : (14 28. Л4gЗ Леб.

У белых две пары сдвоенных пешек, к тому же их пешечная структура разбита на четыре

островка, а у черных две воинственные фаланги. Вероятно, белые все равно проиграли бы, но

не так быстро.

с2—сЗKg7—еб

Cd3—П 16—15

Лg4—g2Л18—16

СП—d3g6—g5!

Грозит прозаическое 29. . .

Ф : h3+ и мат следующим ходом. Если же 29. el, то 29. . .

Ф : h3+ 30. Кр : НЗ ЛЬ6+ 31. Kpg4 ЛЬ4Х.

Лgl—hlg5—g4!

СаЗ—е2Кеб—g5

13 : g414—13

Лg2—g313 : e2

Белые сдались. «Как тяжело

пожатье каменной твоей десницы!»

Все же не ясно, нужно ли было Яновскому на 24-м ходу двигать пешку на с4? Не лучше ли было перейти к пассивной обороне, делая безразличные ходы вроде Ф32—cl—d2 или Лgl—g2—gl? Вероятно, в этом случае Ласкер избрал бы тот же стратегический план, что и в партии. Но сначала ему пришлось бы защитить пешку 14 ходом g6—g5, а лишь затем перевести коня на еб и ладью на 16.

№ 22. Отказанныйкоролевский гамбитЛаскерЯновский

11-я партия II матча на первенство мира, Берлин, 1910

Матч подходил к концу. Ласкеру оставалось сейчас лишь очко до победы.

В предыдущих матчах Ласкер всегда начинал партии хо-

ФН4—Ь5 ФЬ5—Ь5+ Kg8—е7 ФЬ5 : Ь2 + 0—0+ можно былоФН4—Ь5 ФЬ5—Ь5+ Kg8—е7 ФЬ5 : Ь2 + 0—0+ можно было

ФН4—Ь5 ФЬ5—Ь5+ Kg8—е7 ФЬ5 : Ь2 + 0—0+ можно было

ФН4—Ь5 ФЬ5—Ь5+ Kg8—е7 ФЬ5 : Ь2 + 0—0+ можно было

дом королевской пешки (кроме двух последних партий с Тарра- шем), а в ответ на 1. . .е5 2. Kf3 Кеб всегда играл испанскую или, если представлялась возможность, дебют четырех коней. Во II матче с Яновским Ласкер изменил репертуар: белыми четыре раза играл ферзевый гамбит и лишь один раз испанскую. И вот теперь при счете +7=3 он неожиданно для партнера

предложил королевский гам-

бит...

1.

е2—е4

е7—е5

2.

f2— f4

Cf8—с5

3.

Kgl-f3

d7—d6

4.

с2—сЗ

Сс8—g4

5.

d2—d4

...

При

этом продолжении игра

необычайно обостряется. В наше время считается лучшим 5. fe

de 6. Фа4+! Черный слон вынужден отступить на d7, и ферзь отходит на с2 с превосходной игрой у белых. Этот вариант был уже известен, когда игралась эта партия. Почему же Ласкер уклонился от сильного позиционного продолжения и бросился в дебри?

. . . Cg4 : 13

g2 : f3Ф68—h4+

Kpel—е2Cc5—Ь6

Здесь или ходом позже целесообразно было разменяться на d4. Черный слон в этом случае не был бы так жестко блокирован, а без него трудно организовать атаку на застрявшего в центре белого короля.

КЫ—аЗ17—15

КаЗ—с4f5 : е4

f4 : е5d6 : е5

Кс4 : е5КЬ8—сб

Ке5 : сб Ь7 : сб

Яновский мог сейчас бесплатно забрать пешку 13, да еще с шахом, но выясняется, что после 12. . .ef+ 13. Kpd3 у него возникали затруднения: защищая эту даровую пешку, можно было не успеть рокировать. Теперь же ему нужно как-то освободить слона и в то же время прикрыть короля. Яновский маневрирует одним ферзем, и,

надо признать, довольно ис

кусно.

Cfl— g2

Cel—еЗ

Кре2— f2

f3 : е4

Ф61—d2 Здесь позицию

упростить: 17. . .Ф : d2+ 18. С : d2 с5. Слон при этом освобождался, но можно ли сделать ничью — не ясно.

Kpf2—е2ФЬ2—Ь5+

Ф62—d3ФЬ5—h5+

Забавна дорога черного ферзя. Сначала он с шахами прошел на Ь2, а затем, прихватив пешку, тем же маршрутом и с теми же шахами возвратился обратно на h5.

Kpe2—d2 сб—с5

Наконец-то! Яновский действует логично и точно, теперь осталась только одна задача — найти хорошее место для коня и тогда...

Od3—с4+ Kpg8—h8

d4 : с5Cb6—а5

Ла1—flФЬ5—g4

Очень хитрый ход. Яновский не только нападает на слона — это обманная цель маневра, но еще и связывает пешку е4, обеспечивая для своего коня ключевое поле 15.

ЛЫ— gl. . .

. . .Ке7— f5!

ЛИ : f5ЛГ8 : f5

Kpd2—с2 . . .

Что же получилось? У черных качество за пешку, причем белые пешки очень слабы, а атака соединенными силами тяжелых фигур может стать крайне опасной. Сейчас только и требовалось, что сделать хороший развивающий ход 26. . .Ла{8, и сразу же возникали приятные варианты, начинающиеся ходом ЛГ5—f2+. Белые, вероятно, ответили бы 27. Ф64, но о проигрыше черных не могло быть и речи.

Вместо этого Яновский допускает непостижимый просмотр.

. . .Ла8—Ь8?

Cg2— fl . . .

Белые, защищая ферзя, тем самым развязывают пешку е4, которая теперь не на шутку грозит съесть ладью. К несчастью, они одновременно еще нападают на черного ферзя...

. . .®g4—h4

е4 : f5 . . .

Ласкер в этот момент, наверное с сожалением, посмотрел на партнера, который, видимо по инерции, еще дал шах, седьмой в этой партии...

. . . ФЬ4 : h2+

Лgl—g2ФН2—е5

СеЗ—d4.

Черные сдались.

, Мне думается, что Ласкер, испытывая симпатию к Яновскому, хотел дать ему возможность на финише матча выиграть королевский гамбит. Странная гипотеза, но это очень похоже на Ласкера.

№ 23. Испанская партия ШлсхтерЛаскер

5-я партия матча на первенство мира, Вена, 1910

По условиям матча пять из десяти партий игрались в Вене, остальные — в Берлине. Первые четыре партии закончились вничью, и Ласкеру, вероятно, очень не хотелось с пустыми руками приезжать в свой родной Берлин, где начиналась его шахматная карьера. С другой сторо-

ны, и Шлехтер, прощаясь с родной Веной, играл очень старательно. В дебюте партнеры разменяли все легкие фигуры, после чего наступила маневренная фаза, в которой Ласкер, постепенно пережимая Шлехтера, к 40-му ходу выиграл пешку. Однако при тяжелых фигурах о победе думать было еще рано. Оба короля были прикрыты ненадежно, особенно черный...

Этой партии суждено было войти в историю шахмат, как уникальной — чемпион мира сдался под угрозой мата в 3 хо

да.

Д-р Ханнак в посвященной Ласкеру монографии сохранил

для нас интересную экспресс- информацию об этой встрече. В газете «Krefelder Zeitung» от 13 февраля 1910 года —через три недели после окончания партии, когда впечатления были еще свежи,— были опубликованы комментарии мастера Теркаца, который присутствовал на игре и привел непосредственные высказывания Ласкера и Шлехтера. Мы воспроизводим эти при

мечания.

е2—е4е7—е5

Kgl— f3 КЬ8— сб

СП—Ь5Kg8—16

0—0d7—d6

d2—d4Cc8—d7

Kbl—c3

Настолько сильно влияние

чемпиона мира на своих современников, что даже его противник отказывается от рекомендуемого д-ром Таррашем продолжения 6. Ле1, которое вы

нуждает черных к размену на d4, и избирает излюбленный план д-ра Ласкера 6. КсЗ и 7. Cg5.

(Заметим по этому поводу, что дело здесь не только в том влиянии, которое оказывал Ласкер на современников. Шлехтер в 1-й и 3-й партиях играл6.Ле1, сохраняя известное дебютное преимущество, но обе эти партии закончились вничью. Здесь

же, видимо, он хотел посмотреть, как Ласкер будет защищаться против своей собственной системы. Что из этого получилось, мы сейчас увидим, но психологически Шлехтер одержал победу — в последующих партиях матча Ласкер в ответ на 1. е4 уже не отвечал 1. . .е5, а пере

шел на сицилианскую защиту.— Б. В.)

. . .08—е7

Cel—g5 0—0

d4 :еэКеб:е5

СЬ5 :d7Kf6:d7

Cg5 :e7Ke5:13+

Odl :f3Od8:e7

Что это: сражение или просто короткая стычка? Конечно, и эндшпиль может быть интерес

ным и поучительным, как это до

казывает настоящая партия, но покажется ли нам вкусным обед, если он от закуски переходит прямо к десерту?

Kc3-d5

Белые удерживают дебютное преимущество, поскольку они разменяли своего белопольного слона, который обычно бывает

заперт неприятельскими пешками.

... Фе7—d8

Ла1—dlЛ18—е8

ЛИ—elKd7—Ь6

Ф13—сЗ. . .

Заслуживало внимания 15.

КеЗ Ф§5 16. Ф(5 и т. д.

. . .КЬ6 : d5

Лdl : d5 . . .

После 16. ed Л : el+ 17. Л : el игра белых, по нашему мнению, предпочтительней.

16.. . .

ЛеЗ—еб

17.

лаз—аз

Ф88—е7

18.

лаз—g3

Леб—g6

Разумеется, не

18. . .15 вви-

ДУ 19.

ФЬЗ!

19.

Ле1—еЗ

ЛаЗ-еЗ

20.

Ь2—ЬЗ

Kpg8—18

21.

ЛgЗ : g6

Ь7 : g6

22.

ФсЗ—Ь4

с7—сб

23.

ФЬ4—аЗ

а7—аб

24.

ФаЗ—ЬЗ

Ле8—а8

25.

с2—с4

...

Белые стремятся агрессив-

ными

маневрами

ферзя рас-

строить пешечную

фалангу про-

тивника на ферзевом фланге и

создать там слабости в виде от-

сталых пешек.

. . .Лd8—d7

ФЬЗ—dlФе7—е5

Фdl—g4Kpf8—е8

Черные энергично играют это окончание и бесстрашно отправляют своего короля в путе

шествие а 1а Стейниц. Им надо при этом избегать размена ферзей, и тогда их дела будут з блестящем состоянии.

28. Фg4—е2

КреЗ—а8

29. Фе2—а2

Краз—с7

30.а2—аЗ

Л37—е7

31.Ь2—Ь4

Ь7—Ь51

32. с4 : Ь5

аб : Ь5

33.g2-g3

g6—g5

34. Kpgl—g2

Ле7—еЗ

35. Фа2—ai

17—16

36. Фа1—ьз

П. Липке указал в «Deutsche

Schachblattern», что здесь надо было сначала двинуть пешку — 36. а4 . (Это тот самый Липке, который 21 год назад в Брес- лавле, победив на 121-м ходу Файерфайля, открыл Ласкеру возможность выиграть турнир.— Б. В.)

. . .Фе5—еб

ФЬЗ—dlЛе8—h8

g3—g4Феб—с4

Если бы черные хотели предотвратить намеченную белыми атаку с жертвой пешки и связанные с этим осложнения, они могли путем 38. . .Ла8 с удобством этого достичь.

аЗ—а4. . ,

Венский маэстро находит удобный случай проявить свое искусство борьбы в острых позициях и начинает игру ва-банк,

принося в дар противнику цен

ную пешку.

. . .Фс4 : Ь4

а4 : Ь5ФЬ4 : Ь5

ЛеЗ—ЬЗФЬ5—аб

Ф61— d4ЛН8—е8

ЛЬЗ—ЫЛе8—е5

ФЬ4—Ь4Фаб—Ь5

Чемпион мира проявляет всю свою силу. Он с изумительным

искусством сочетает отражение угроз противника с контратакой. Разумеется, на 44. . .ЛЬ5 последовало бы 45. Фс4! (присматриваясь к полю f7), и если 45. . . Л : ЬЗ?, то 46. Ф : аб.

ФЬ4—elФЬ5—d3

ЛЫ—Ь4!сб—с5

ЛЬ4—а4с5—с4

Фе1—al . . .

Защита пешкипутем 48.f3

легко опровергается— 48...

Фс2+ и 49. . .Ф : а4.

. . .ФdЗ : е4+

Kpg2—Ь2Леб—Ь5

Фа1—а2!. . .

Грозило 50. . .Фе5+ с разменом ферзей.

.. .Фе4—еб+

Kph2—glФеб—el +

Kpgl—Ь2d6—d5

Ла4—а8Фе1—Ь4

Kph2—g2 ФЬ4—сб??

Обнажая ахиллесову пяту. Чемпион мира был в цейтноте, и этим объясняется его ошибка.

После партии д-р Ласкер указал продолжение 54. . .ЛЬ8 55. Фа7+ ЛЬ7 56. ФеЗ Ф66 с выигранной партией у черных. (По

мнению Шлехтера, лучше было

54. . .ЛЬ7.)

Фа2—аб!!. . .

«Так вот где таилась погибель моя». Теперь на 55. . .ЛЬ7 последует 56. Феб! (с красивой угрозой 57. Лс8х) 56. . .ЛЬ8 57. Ф17+ Крс8 58. Фе8+ и т. д. Д-р Ласкер сказал, что здесь, ответив 55. . .сЗ! 56. Лс8+ Kpd7 57. Л : с5 Л : сб, он ценой жертвы ферзя еще мог достичь ничьей.

. . .ЛЬ5—Ь8

Ла8—а7+ Крс7—d8

Ла7 : g7Фс5—Ь6

Фаб—аЗ Kpd8—с8 На 58. . .ФЬ4 следует 59. Фа7!, и двойная угроза мата решает.

ФаЗ—18+.

Черные сдались. На 59. . . Ф68 белые объявляют мат — 60. Фс5+ Фс7 61. Ф : с7х.

Надо отдать должное непринужденной манере комментирования Теркаца. Между строк можно прочесть его симпатию к Шлехтеру и радость по поводу того, что венская серия партий закончилась победой венского маэстро. Пожалуй, по нынешним нормам вариантов маловато, но ведь это — комментарии для

газеты, среди читателей которой не так много знатоков шахмат. Поэтому Теркац дает и столь элементарные варианты, как 18. . Л5? 19. ФЬЗ или 48...Фс2+ и 49. . .Ф : а4.

Вероятно, у внимательного читателя возник вопрос: неужели в комментариях к 55-му ходу Теркац цитирует «Песнь о вещем Олеге»? Нет, в оригинале он пишет: «Hier ist die Stelle, wo er sterblich ist» . Поскольку «Песнь о Нибелунгах» у нас не так популярна, как «Песнь о вещем Олеге», нами в виде исключения дан «вольный перевод».

№ 24. Славянская защитаЛаскерШлехтер

10-я партия матча на первенство мира,Берлин, 1910

Эта партия за многие годы проанализирована вдоль и поперек. Как в запутанных когда- то, а ныне заасфальтированных и освещенных кривоарбатских переулках, в ней не осталось ни одного неведомого уголка. Многочисленные комментаторы нам рассказали и доказали вариантами, что в дебюте вместо странного хода конем куда-то налево черные могли уравнять игру путем с7—с5, что на 12-м ходу Ласкер, если бы взял пешку сб, прихватив заодно ладью а8, сам рисковал остаться без фигуры. Нам известно, что Ласкер мог

по меньшей мере дважды спокойными ходами получить явное позиционное преимущество; он же выбирал какие-то странные продолжения — 15. g4, 19. Лgl, 23. Cg6, и не удивительно, что к 35-му ходу попал в безнадежное положение. Но тут Шлехтер, игравший до этого времени превосходно, видимо под влиянием галлюцинации, пожертвовал качество, вместо того чтобы выиграть простым ходом 35. . . Л68. Однако после этого Шлех

тер еще имел ничью, пока на 39-м ходу не дал ошибочный шах с hl.

Причины ошибок нам объясняют тем, что в напряженной и нервной обстановке даже Ласкер не мог сохранить полное хладнокровие и ясность мысли, не говоря уже оШлехтере. А волнение нарушает нормальный ход борьбы и у самых сильных шахматистов... Все это, быть может, и правда, но это не вся правда. И сегодня, в 1980 году, мы можем многое сказать об этой партии и о партнерах, опередивших свой век и не понятых до конца

современниками.

d2—d4d7—d5

c2—c4c7—c6

Kgl—13Kg8—16

e2—e3g7—g6

КЫ— c3Cf8—g7

Cfl— d3 0—0

Здесь надо сделать первую остановку. Все девять предыдущих партий матча были начаты ходом е2—е4. Ни в одной Ласкер не смог получить преимущества. И он понял, что в позици-

онной игре он не сможет победить Шлехтера, ибо Шлехтер лучше владеет этим оружием. Поэтому в 10-й партии Ласкер решил полностью отказаться от попыток получить позиционное преимущество. «Я должен,— сказал, видимо, себе Ласкер,— потянуть противника на себя, как я делал уже не раз. У Шлехтера дрогнут нервы, и он где-то просчитается». И для начала он отказывается от излюбленной испанской и переходит на ферзевый гамбит.

Однако тут он встретил противника, полностью подготовленного как психологически, так и профессионально. Сделанные в партии 6 ходов характеризуют защиту Шлехтера — недавно разработанную венским шахматистом систему, которая позволяла избегать скучного и всем надоевшего «Бюндфаден- варианта». Это защита с контршансами, ее идеи были впоследствии развиты в защите Грюн- фельда, а отчасти и в староиндийской. Добавим, что тонкости изобретенной им системы Шлехтер, конечно, знал в совершенстве, а Ласкер хоть и был знаком с ней, но, понятно, не столь детально. Поэтому сейчас он избрал спокойный и хороший ход:

Фс11—с2. . .

Нынешние теоретические руководства рекомендуют 7. ФЬЗ.

. . . КЬ8—аб!

Этот ход Ласкер никак не мог предвидеть, тогда как Шлехтер начинает подготовлен-

ный им заранее форсированный вариант по крайней мере до 14-го хода, а быть может и дальше. Надо сказать, что вариант этот, в общем-то, не в пользу черных, да он и не может быть в их пользу, поскольку белые не делают плохих ходов. Однако Ласкеру приходится за доской разбираться в незнакомой ситуации; он затрачивает время, к тому же у него нет полной уверенности в точности своих расчетов.

Один из комментаторов справедливо отмечает, что к равной игре вело здесь 7. . .с5 8. de Фа5 9. О—0 de 10. С : с4 Ф : с5. Конечно, вело! Но в этой партии равная игра не интересовала ни Ласкера, ни Шлехтера.

А пока что грозит 8. . .КЬ4.

а2—аЗ d5 : с4

Cd3 : с4 Ь7—Ь5

Трудно оценить этот замысел! Л. Рельштаб рекомендует хладнокровное 9. . .Кс7 10. О—О Себ. Более эмоционально высказался Г. Марко, бывший очевидцем этой партии: «Блестящее инициативное продолжение, тем более удивительное, что Шлех- теру достаточна была ничья для победы в матче. Оно характеризует подлинно спортивный характер Шлехтера — очевидно, он не хотел приобрести мировое первенство путем полуслучайной победы в 5-й партии...» Да, в этом вы правы, Георг Марко. Именно таким был Карл Шлехтер, но все же более вероятно, что он сыграл Ь7—Ь5 не под влиянием минутного озарения, а это был заранее предусмотрен-

ный ход в специально подготовленном варианте. Ведь Шлехтер сам впоследствии признался: «Я не хотел последнюю партию играть на ничью и выбрал малоизвестное продолжение, которое ведет к интересным осложнениям». Значит, он сознательно пошел на этот вариант, считая его недостаточно знакомым Ласкеру.

Сс4—d3Ь5—Ь4

КсЗ—а4.

Конечно, белым не было смысла брать пешку: 11. ab К : Ь4 12. Фе2 а5, и они не могут рокировать ввиду 13. . .К : d3 и 14. . .Саб. '

. .. Ь4 : аЗ

В этот момент Ласкер, вероятно, обнаружил, что в случае 12. Ф : сб КЬ4 13. Ф : а8 К : d3 14. Kpd2 К : f2 15. ЛИ К6е4+ 16. Kpel Kd3+ 17. Kpdl Cd7! 18. Ф : a7 С : a4+ 19. Ф : a4 ab белый король попадает в тяжелую передрягу, а если 14. Кре2, то дело вообще может кончиться матом.

Ь2 : аЗСс8-Ь7

Ла1— ЫФd8—с7

Kf3—е5Kf6—h5

Очевидно, что не годилось

. .Kd7 ввиду 15. Л : Ь7, 16. С : аб и 17. К : d7.

Ласкер благополучно миновал все дебютные рифы и получил «позиционное преимущество». Вместе с тем он понял, что эта позиция уже не раз стояла на доске у Шлехтера при его подготовке к матчу и что он, Ласкер, должен любой ценой сбить партнера с проторенной дороги, сделать ход, который Шлехтер никоим образом не мог предвидеть в предварительном анализе.

g2-g4 . . .

Этот ход все комментаторы осуждают как ошибку: «Приводит к трудностям и серьезно компрометирует позицию белых» (Марко), «Король белых застревает в центре, что дает черным некоторые контршансы» (Зак). Позиционное преимущество можно было поддержать и усилить путем рокировки или хода 12—14. Сам Ласкер так объясняет свой 15-й ход: «Поскольку от этой партии столь многое зависело, партнеры были сильно возбуждены. Их фантазия рвалась к авантюрам, которые в первых партиях матча, вероятно, остались бы в стороне».

Не напоминает ли все это ситуацию в 7-й, решающей, партии матча Ласкера со Стейницем, когда Ласкер неожиданно сделал антипозиционный ход 11. g4, зевнув сразу две пешки и... выиграв после этого пять партий кряду?

. . . Cg7 : е5

g4 : h5 Ce5—g7

h5 : g6 h7 : g6

Фс2—c4. . .

С прозрачными угрозами 19. С : g6 и 19. Л : Ь7.

. . . СЬ7—с8

Ласкер считал недостаточным продолжение 19. С : g6 Себ 20. Ф : аб 1g 21. ЛЬ7 Фбб. Плохо в этом варианте и 20. С:17+ С : 17 21. Ф : аб Cd5.

Был здесь, правда, сильный ход 19. h4, но на него находился не менее сильный ответ — 19. . .с5. Тарраш и здесь рекомендовал 12—14, но Ласкер стремится как можно скорее перейти к счетной игре. Поэтому и продолжает «гнуть линию», начатую ходом g2—g4.

ЛЫ—gl. . .

Приглашая испробовать 19. . .Ф : h2, на что последует 20. Л : g6 ФЫ+ 21. Kpd2 Ф13 22. Cb2 С15 23. Се2 Фе4 24. Л : g7+ или что-нибудь в этом же духе.

Шлехтер не пошел на этот вариант.

. . .Фс7—а5+

Cel— d2Фа5—d5

ЛЫ—clСс8—Ь7

Фс4—с2 . . .

Прицеливаясь к пункту g6.

. . .Фd5—h5

Прямая атака белых зашла в тупик. Что им делать дальше? Через несколько ходов партия будет отложена, поэтому позиционные варианты типа 23. Сс4 еб 24. ФбЗ Кс7 25. Кс5 Сс8 26. Ке4 Ласкер отвергает. Он идет на крайний риск, решаясь окончательно раскрыть обоих королей.

Впоследствии Ласкер указал лучшую возможность за белых— 23. ЛЫ. Тогда черным, вероятно, пришлось бы идти на вариант 23. . .Ф : h2 24.Л11 Фс7 25. С : g6 fg 26. ФЬЗ+ Л17 27. Ф : Ь7 Ф : Ь7 28. Л : Ь7 е5 29. Л : 17 Кр : 17 30. de С : е5 31. Кре2 ЛЬ8 32. Лс1, дающий белым хороший эндшпиль.

Cd3 : g6 ФЬ5 : h2

Лgl—1117 : g6

Фс2—Ь3+ Л18—17

ФЬЗ : Ь7 Ла8—18!!

Полное торжество стратегии Шлехтера. Коня, оказывается, взять нельзя: 27. Ф : аб Л : 12 28. Л : 12 Л : 12 29. Фс8+ Kph7 30. Фg4 Л : d2 31. Ф13 Лg2. Между тем назревает кризис по линии «1».

ФЬ7—ЬЗKpg8—Ь8

12—14g6—g5

Здесь можно было дать inax ферзем на g3, а затем взять ладьей пешку 14, но ничего хорошего из этого не получалось.

ФЬЗ—d3. . .

Никак не удается съесть этого «застрахованного» коня, например: 29. Л : сб gl 30. Л : аб 1е 31. Л : 17 Ф : d2+ 32. Kpfl е2+.

... g5 : 14

еЗ : 14ФЬ2—h4+

Kpel—e2ФН4—h2+

ЛИ— 12ФИ2—h5+

Где-то между этими шахами партия была отложена. На следующий день, 9 февраля, борьба возобновилась.

Л12—13. . .

«Здесь,— пишетЛаскер,—

я грозил 34. ЛМ Ф : hl 35. ЛЬЗ+. Это было бы выгодно, если быШлехтер избрал очевид-- ное 33. . .КЬ8. Он правильно предпочел пожертвовать пешку».

. . .Каб—с7

Лс1 : сб . . .

В этой партии изумляют неистощимая смелость атак Шлех- тера и железное хладнокровие Ласкера в защите. В такой ситуации взять такую пешку! Один современник сказал поэтому поводу: «Ласкер подобен генералу, у которого на поле жаркого боя пуля пробила шляпу, а он спокойно закуривает сигару».

Теперь черным достаточно централизовать своего коня, чтобы, сохраняя шансы на выигрыш, крепко держать ничью, а с ней и победу в матче. Однако Шлехтер находит более сильный план, связанный с атакой пешки d4.

. . .Кс7—Ь5

Лсб—с4. . .

Естественным продолжением этого плана был бы указанный впоследствии Марко и самим Шлехтером ход 35. . .Л38, после чего возможно, например: 36. СеЗ е5 37. Лсб К : d4+ 38. С : d4 Л : 14 или 36. d5 Л : d5 37. Лс8+ Л18 38. Л : 18+ С : 18 39. СсЗ+ Cg7 40. Фс4 К : сЗ+ 41. К : сЗ Лсб.

Вместо этого Шлехтер жертвует качество, лишаясь всяких шансов на победу.

. . .Л17 : 14

Все это представляется тем более необъяснимым, что сделан лишь 3-й ход после перерыва, а значит, после домашнего анализа. Не мог же Шлехтер не заметить, что в варианте 36. С : 14 Л : 14 37. Лс8+ С18 38. Кр12 ФН4+ 39. Kpg2 Фg4+ 40. ЛgЗ! нельзя взять ладью с8 из-за мата? Однако он пишет, что заметил это слишком поздно.

Я почти убежден, что Шлехтер в своем анализе сначала остановился на ходе 34. . .Kd5, имея в виду на 35. Лс4 «жертвовать» качество —35. . .Л : 14 36. С : 14 К : 14+. Затем он нашел лучшее продолжение — 34. . .КЬ5, но следующий ход сделал из предыдущего варианта.

Cd2 : 14Л18 : 14

Лс4—с8+ Cg7—18

Кре2—12ФЬ5—h2+

Kpf2—el . . .

Здесь черные могли форсировать ничью: 39. . ,ФЬ4+ 40. Kpd2 ФЬ2+ 41. КреЗ Л : 13+ 42. Кр : 13 ФЬЗ+, и они забирают ладью с8. Тонкость заклю-

ииФЬ7—сб Kpf7—еб Креб—d7Феб—g24-Фg2—g4 Фg4—а4ФЬ7—сб Kpf7—еб Креб—d7Феб—g24-Фg2—g4 Фg4—а4

и

и

ФЬ7—сб Kpf7—еб Креб—d7

Феб—g24-

Фg2—g4 Фg4—а4

ФЬ7—сб Kpf7—еб Креб—d7

Феб—g24-

Фg2—g4 Фg4—а4

чается в том, что на шах с Ь4 у белых единственный ответ — 40. Kpd2. Если король отходит на fl, то все равно 40. . .ФЬЗ+, а при отходе на dl белые даже проигрывают: 40. . ,ФМ+ 41. Кре2 Л : (3 и 42. . .К : d4+.

Вот на этом варианте Шлех- тер и просчитался. Он сделал очевидный ход и упустил ничью.

39.

ФЬ2—Ы +

ФЫ—Ь4+

40. Л13— fl

41. Kpel—d2

Л{4 : fl

42. ФбЗ : fl

ФЬ4 : d4+

43. ФИ—d3

Фd4—f2+

И в случае 43.

. ,Ф{4+ ни-

чьей нет ввиду 44.

ФеЗ Ф : еЗ+

45. Кр : еЗ Kpg8 46. Кс5 К : аЗ

47. Кеб.

44. Kpd2—dl

КЬ5—d6

45. Лс8—с5

Cf8—h6

46. Лс5—d5

Kph8-g8

47. Ка4—с5

Ф12—gl +

48. Kpdl—с2

Фgl—cl-f-

49. Крс2—ЬЗ

Ch6—g7

50. Кс5—еб

Фс1—b2+

Выигрыш здесь

> не так-то

прост — даже Ласкеру понадобилось для этого более 20 ходов.

Партия откладывалась еще раз, а всего она продолжалась три дня. Если бы черными играл Ласкер, исход партии мог стать иным, но мужество покинуло

Шлехтера после потери пешки а7

последующего размена ферзей.

КрЬЗ—а4 Kpg8—17

Кеб : g7ФЬ2 : g7

ФйЗ—ЬЗKpf7—е8

ФЬЗ—Ь8+ Кре8—f7

ФЬ8 : а7Ф§7—g4+

Фа7—d4Фg4—d?+

Кра4—ЬЗФd7—Ь7+

КрЬЗ—а2

Фd4—d3

Лd5—go

Лg5—е5

Ле5—е2

Ле2—d2

Теперь белые форсируют размен ферзей. Черные могли продолжать борьбу путем 63. . . ФЬ5.

ФdЗ—(5+ Kpd7—с7

Ф15—с2+ Фа4 : с2

Л62 : с2+ Крс7—Ь6

Лс2—е2 Kd6—с8

Кра2—ЬЗ КрЬб—сб

Ле2—с2+ Крсб—Ь7

КрЬЗ—Ь4Кс8—а7

КрЬ4—с5.

Черные сдались.

Л? 25. Испанская партия

ЛаскерТарраш

Петербург, 1914

Турнир в Петербурге, как известно, складывался из двух этапов. В предварительном турнире участвовали 11 гроссмейстеров, 5 победителей выходили в финал и разыгрывали призы в двухкруговом турнире.

После 8-го тура предварительного этапа впереди шел Капабланка, имевший 5 очков, далее — Алехин, Бернштейн, Мар-

Петербург, 1914 г. За доской Эм. Ласкер и 3. Тарраш (справа). Стоят:А. Алехин, X. Р. Капабланка, Ф. Маршалл

шалл и Тарраш — по 4 У2 и лишь на 6-м месте Ласкер — 4 очка. Правда, Бернштейн и Маршалл сыграли на одну партию больше других и, стало быть, по потерянным очкам стояли наравне с Ласкером.

В 9-м туре Ласкер, играя с Таррашем, попал в тяжелое положение, а проигрыш в этой ситуации был для него крайне нежелательным. Не то чтобы он не попадал в финал, но догонять Капабланку будучи на 2 очка позади — задача не из легких.

Партия с Таррашем получилась превосходная; мюнхенский доктор впоследствии обстоятельно и точно прокомментировал ее в турнирном сборнике. Эти комментарии мы и предлагаем читателю.

1.

е2—е4

е7—е5

2.

Kgl-f3

КЬ8—сб

3.

СП—Ь5

а7—аб

4.

СЬ5—а4

Kg8-f6

5.

0-0

Kf6 : е4

6.

d2—d4

Ь7—Ь5

7.

Са4—ЬЗ

d7—d5

8.

d4 : е5

Сс8—еб

с2—сЗ С18—е7

Аналогичный дебют встретился в партиях Ласкер — Рубинштейн и Бернштейн — Тарраш. Развитие слона на поле е7

предпочтительнее, чем на поле с5, которое лучше сохранить для коня.

Ю. КЫ— d2 . . .

Ласкер уклоняется от «Бре- славльского варианта», к которому он мог перейти посредством 10. Ле1? Как известно из моего анализа, черные, жертвуя фигу-

ру— Ю. . . 0—0 11. Kd4? К : е5! 12. f3 Cd6, развивают неотразимую атаку. Ход конем сравнительно нейтральный. Ласкер играл так в матче на первенство мира с Шлехтером, который разменялся на d2 и рокировал, что привело к ничьей. Сильнее сразу рокировать.

. . . 0—0

Если бы белые в ответ на рокировку расшатали пешечное расположение черных путем 11. К : е4 и 12. С : еб, то черные получили бы преимущество благодаря превосходству на открытых линиях.

ЛИ—el . ..

В случае 11. Сс2 черные еще более усилят свою позицию, сыграв 17—15.

. .. Ке4—с5

Вместо этого черные могли упростить игру разменом на d2 и продолжать 12. . .Ф67 13. Kd4 К : d4 14. cd с5 или 12. . .Ка5 с последующим с7—с5, в обоих случаях с хорошей игрой. Но размен на d2—все же потеря темпа. Ход конем на с5 еще сильнее.

СЬЗ—с2 . . .

Заслуживало внимания также 12. Kd4, но после 12. . .К : d4 и 13. . .Kd3 (или 13. . .Kd7) пешка «с» готова быстро двинуться вперед.

. . . d5-d4!

Черные ликвидируют напряжение в центре, где преимущество принадлежит белым, и получают бесспорно лучшую игру благодаря перевесу в развитии.

сЗ : d4 . . .

Я рассматривал и возможность перевода слона на е4, но такая попытка закончилась бы к выгоде черных: 13. Ке4 de 14. К : с5 С : с5 15. Се4 Ф : dl 16. Л : dl Лad8, и черные чувствуют себя во всех отношениях превосходно.

Сделанный белыми ход еще больше развивает игру черных.

. . .Кеб : d4

Kf3 : d4Ф68 : d4

Черные сделали (не считая рокировки) 5 развивающих ходов, а белые — два с половиной. Этим и определяется превосходство позиции черных. Слабая пешка на линии «с», двинувшись вперед, станет силой.

Kd2—ЬЗ. . .

Здесь заслуживало рассмотрения 15. К13 или 15. Фе2, но этим не устранялось давление черных. Ход Ласкера не из лучших — он приводит к размену ферзей и сдерживает возможность активных действий белой ладьи на ферзевом фланге. Вместе с тем у белых появляется пешечный дуэт, который еще, по словам Тарраша, отомстит за себя в эндшпиле.

. . . Кс5 : ЬЗ

У черных были и другие хо

ды, но не было лучших. Укло

няясь от размена, теряли бы время.

а2 : ЬЗ

Ле1 : dl

Cel—d2

Cd2—а5

Ла1 : dl

Са5—сЗ

СсЗ : е5

они лишь по-Фd4 : dlс7—с5 Л18—d8Лd8 : dl +17—16!16 : е5Ла8—d8они лишь по-Фd4 : dlс7—с5 Л18—d8Лd8 : dl +17—16!16 : е5Ла8—d8Лdl:d8+ Се7 : d8 Перевес в эндшпиле на сто

они лишь по-

Фd4 : dl

с7—с5 Л18—d8

Лd8 : dl +

17—16!

16 : е5

Ла8—d8

они лишь по-

Фd4 : dl

с7—с5 Л18—d8

Лd8 : dl +

17—16!

16 : е5

Ла8—d8

роне черных благодаря пешечному большинству на ферзевом фланге и наличию сдвоенных пешек у противника. Кроме того, черный король сможет приступить к активным действиям раньше белого.

12—14Kpg8—17

Kpgl—12Cd8—f6

Ce5—d6. . .

После этого пешка Ь2 надолго остается объектом нападения.

. . .Cf6—d4+

Kpf2—13Себ—d5+

Кр13—g4. . .

Белые вынуждены двигаться к пешкам, иначе черные, обеспечив сначала безопасность пешки «Н» ходом g7—g6, пройдут королем на сб, и тогда пешка Ь2 в конце концов будет взята. Теперь же в случае 28. . .С : g2 белые заберут пешку «Н», а попытка защитить ее ходом g7—g6

приведет к активизации слона — 14—15!

. . .Кр17—еб

Cd6—18Креб—17

С18—d6Cd5 : g2

Сс2 : Ь7Кр17—еб

Cd6—18Креб—d5

Kpg4—g5. . .

Если черные берут пешку Ь2, то белые, сыграв Kpg5—g6, приближают короля к беззащитной пешке g7, после чего проходная пешка «{» становится опасной. Поэтому черные воздерживаются от такой охоты.

. . .Cd4—16+

Kpgo—обCg2—е4+

f4—f5Kpdb—e5

Cf8 : g7Ce4 : 15+

Kpg6—f7 . . .

Король не может отойти на h6, ибо тогда черные разменивают одного слона с шахом, затем второго и, сыграв Кре5—f6, удерживают белого короля на краю доски.

Здесь черные могли посредством 37. . .Себ+ с последующим разменом слонов выиграть пешку, а с ней и партию. В дальнейшей игре они должны были бы отдать слона за пешку «h», а три проходные пешки при поддержке короля боролись бы против белого слона, которому его король не в силах ничем помочь. Однако полководец черных полагал, что размен обоих слонов — более точный путь к победе. Он не предвидел в своем расчете красивый заданный ход противника.

. . . Cf6 : g7

Ch7 : f5! . . .

(Есть ли у черных шансы на победу? Ведь силы сторон равны, к тому же слоны разноцветные.

«Однако,— размышляет Тар- раш,— пешка «Ь» оторвана от главных сил, а в одиночестве она мало на что способна; все ее мечты и надежды в корне пресекаются черным слоном, оперирующим по главной диагонали. Пешка Ь2 беззащитна — черный слон съест ее, не покидая своей операционной коммуникации. Сопротивление черной фаланге может оказать только пешка ЬЗ, но ей не устоять против трех пешек, поддержанных королем».

«Все это так,— возражает Ласкер,— но пока дорогу к пешке Ь2 загораживает черному слону свой же король. Что касается прорыва черных пешек, то он возможен только по белым полям, поэтому я постараюсь подтянуть короля к критическим точкам (с4 и а4), хотя это и нелегко. И пусть даже прорыв состоится — у меня тоже появится проходная пешка, которая резво побежит в ферзи, а черного слона, если он захочет преградить ей дорогу, я отвлеку пешкой ,,hu».

А теперь посмотрим, как выражаются эти рассуждения в вариантах.

Итак: 38. . .Ch8 39. Сс8 а5 40. Саб Ь4 41. Кре7 Kpd5. Если теперь 42. Kpd7, то белые действительно проигрывают ввиду

. .С : Ь2, а затем а5—а4 и с5—с4. Надо сначала дать шах— 42. Cb7+ Kpd4 43. Kpd6 Се5+ 44. Крсб с4! Кажется, что белым не спастись, но... находится задачньш маневр 45. Сс8!!, и на 45. . .cb — 46. КрЬ5. Если же черные двинут на прорыв другую пешку — 44. . .а4 45. Ьа с4, то и здесь выручает ход 46. Сс8, после чего белые успевают перехватить проходную.

Возникает вопрос: стоит ли черным играть 41. . .Kpd5, ведь короля все равно прогоняют с этого поля и заставляют вновь перекрыть слону путь к пешке Ь2? Не испробовать ли сразу 41. . .Kpd4 42. Kpd6 с4? Но тогда следует 43. С : с4 а4 44. Cg8! аЗ 45. ba Ьа 46. Ь4 с ничьей.

Таким образом, у черных при отходе слона на Н8 нет выигрыша.

Сложнее задача белых при 38. . .Cf6, ибо королю крайне трудно пробраться с тыла к черным пешкам. После 39. Сс8 а5 40. Саб Ь4 41. Кре8 Kpd6 у белых нет полезного хода. Далее возможно: 42. СЬ5 С : Ь2 43. Kpd8 Q6+ 44. Крс8 Kpd5 45. КрЬ7 Kpd4 46. КрЬб с4 47. Ьс ЬЗ 48. Са4 Ь2 49. Сс2 Cd8+, и черные выигрывают.

Однако после 39. Сс8 а5 у Ласкера и здесь находится за- дачное спасение — 40. Cd7! Ь4 41. Kpg6! Идея его в том, что черный король не может пока отойти от своего слона. Попытка выиграть темп — 41. . .СЬ8 — ничего не дает ввиду 42. КрЬ7 Cf6 43. Kpg6, а после 41. . .СЬ4

4 2. Kph5 Cf2 43. Kpg4 Кре4 44. Cf5+ КреЗ 45. Себ Kpd2 46. Kpf3 Cd4 47. Кре4 С : Ь2 48. Kpd5 Cd4 50. Крс4 черные также не могут выиграть. Красивый вариант получается в случае 47. . .Крс2 48. Сс4 Кр : Ь2 49. Kpd5 КрсЗ — белые почти в цугцванге, но... следует 50. Ь4!, и попытка прорыва 50. . ,а4 приводит даже к проигрышу черных.

Итак, спор между Таррашем и Ласкером на данном этапе завершен: после того как не был дан шах (37. . .Себ+), победа была упущена. Но, быть может, вопрос еще не вполне исчерпан? Что ж, пусть читатель сам проанализирует это интересное окончание.— Б. В.).

. . . Кре5 : 15

Даже в это позиции путем 38. . .СЬ8 или 38. . .Cf6 черные, вероятно, еще достигали победы.

Kpf7 : g7 аб—аэ

Эта позиция выглядит проигранной для белых. Как должен белый король пробираться через всю доску к пешке «а», которая после с5—с4, размена на с4 и с4—сЗ неудержимо проходит в ферзи?

Черные, предпринимая размен фигур, рассчитали следующий вариант: 40. h4 Kpg4 41. Kpf6 с4 42. be be 43. Кре5 сЗ 44. be а4 45. Kpd4 аЗ, и собственная пешка сЗ мешает белому королю попасть в квадрат проходной черной пешки.

Ь2—Ь4 Kpf5—g4

Kpg7—g6! . . .

Эго и есть заданный ход. Черные вынуждены взять пешку, и тогда белый король выигрывает пространство и время. В отличие от приведенного проигрывающего варианта белый король начинает движение не с f6, а с 15. Продолжая свой рейс по полям е4 и d3, где ему не мешает собственная пешка сЗ, он успевает задержать пешку «а».

Теперь уже черным приходится прилагать усилия, чтобы спасти партию.

. . . Kpg4 : h4

Kpg6— f5Kph4—g3

Kpf5—e4Kpg3— f2

Kpe4—d5Kpf2—e3

Kpd5 : c5Kpe3—d3

46 Kpc5 : b5Kpd3—c2

47 Kpb5 : a5Kpc2 : ЬЗ

Ничья.

На этом завершаются точные, хорошо написанные комментарии Тарраша. И все же за внешней объективностью чувствуется горькое сожаление, что ему не удалось логически завершить отлично проведенную партию. Хорошо разыграл дебют, сделал 5 развивающих ходов, а Ласкер — только два с половиной, не потерял темпа на размен коня на d2, создал у противника изолированные сдвоенные пешки, завлек его короля на край света и, надо же, откуда-то взялся непредвиденный заданный маневр Kpg7—g6!

Эта горечь отравила Тарра- шу всю игру в петербургском турнире. Завершив предварительный этап наравне с Ласкером — 6У2 очков из 10, он в фи

нале выиграл лишь одну-единст- венную партию и по общему итогу оказался на 4-м месте, отстав от Ласкера на 5(!) очков. Так подействовала на него эта ничья...

Ласкер же, завершив предварительный этап на 1Уг очка позади Капабланки, выиграл в финальном турнире шесть партий из восьми и сделал две ничьи! Обогнав Капабланку, он завоевал 1-й приз. Так на него подействовала эта ничья!

Возвращаясь, однако, к партии, заметим, что не все в ней так логически гладко: белые с самого начала отставали в развитии, пешки у них сдвоенные, изолированные, да к тому же в меньшинстве на ферзевом фланге. О короле, который отправился куда-то на опасную охоту, лучше не говорить... А выигрыша нет! Почему? Задачный маневр короля?Но откуда взялись мотивы для этого маневра, не мог же он внезапно возникнуть, как «бог из машины» в греческой трагедии?

Прежде всего несколько слов по поводу «пешечного дуэта», который так и не отомстил за себя. Ласкер мог избежать сдвоения и изоляции пешек, если бы при размене на ЬЗ взял слоном. Но он, видимо, не боялся сдвоенных пешек. Не потому ли, что реализовать пешечное превосходство против сдвоенных пешек труднее, чем против пешечной фаланги? Если бы в позиции на последней диаграмме белые пешки стояли не на Ь2 и ЬЗ, а, до-

пустим, на а2 и ЬЗ, то черные элементарно выигрывали, независимо от того, где находится белый король: на f7, f6 или f5. Легко выигрывали они и при положении пешек на а2 и Ь2. Ни в том, ни в другом случае не пришлось бы жертвовать пешку и даже ход аб—а5 не требовался, достаточно было просто пойти с5—с4, Ь5—Ь4 и затем с4—сЗ. Этот момент не освещен Тарра- шем. Здесь для него или что-то слишком простое — нет надобности объяснять, или слишком загадочное — невозможно объяснить. А дело, видимо, в том, что Ласкер уже при размене на ЬЗ предвидел, что в эндшпиле у черных будет пешечный перевес на ферзевом фланге, и сознательно сдвоил пешки. Тарраш этого объяснить не мог, ибо такая стратегия не укладывалась в его логику.

Несомненно, Ласкер знал о большей сопротивляемости сдвоенных пешек и поэтому настойчиво тянул Тарраша в пешечное окончание. Если бы на поле боя остались все четыре слона или хотя бы пара, то положение белых при сдвоенных пешках действительно стало бы критическим. Правда, на этот случай у Ласкера тоже оставался контршанс — отдаленная проходная на королевском фланге. Но этюдный маневр Kpg7—g6 проходил только при сдвоенных пешках!

Итак, выигрыш у черных был. Тарраш подошел к нему вплотную благодаря сильной и

логичной игре, но в решающий момент свернул с единственной узкой тропинки на широкое шоссе. Он, конечно, видел, что может выиграть ходом 37. . .Се6+» но там была еще «борьба» короля с тремя пешками против одинокого слона (король не поспевал), а у Тарраша был рассчитан вариант «посН praziser» («более точный») и он хотел преподать чемпиону мира урок по всем правилам. Пусть осудит Тарраша тот, кто сам этого никогда не пережил...

Вывод: если видишь ясный выигрыш,— не ищи тонкостей и красот, они могут найтись и у противника. «Самый сильный ход и есть самый красивый» (Ласкер).

Таковы в общем итоги анализа. Остается еще разобраться в брошенном вскользь замечании Тарраша о том, что и после 38. С : 15 черные, отойдя слоном на 16 или Ь8, могли достичь победы. Так ли это? Если бы Тарраш был в этом уверен, то наверняка, как исключительно добросовестный комментатор и искусный аналитик, привел варианты. Ведь он не очень был стеснен временем для анализа — турнирный сборник вышел в Лейпциге в 1921 году, то есть через семь лет после турнира! Не значит ли это, что Тарраш не нашел ни верного выигрыша за черных, ни верной ничьей за белых?

После 38. . .018 39. Сс8 а5 40. Саб Ь4 41. СЬ5 или 38. . .06 (что, видимо, сильней) черные

действительно получают шансы на выигрыш, но шансы — это еще не победа!

№ 26. Контргамбит Альбина Ласкер Алехин

Петербург, 1914

В предварительном турнире Алехин смело разыграл против Ласкера скандинавскую защиту и, попав в тяжелое положение, сумел перехитрить его: отдал ладью, предложил вторую и завершил партию на 24-м ходу вечным шахом.

И на открытии финального турнира он снова избрал острую и, как считалось, не вполне корректную защиту — контргамбит Альбина. Правда, у него уже был удачный опыт — он играл так против Тарраша и легко сделал ничью, поскольку партнер особой активности не проявлял: «Играя белыми, я принципиально не принимаю никакие гамбиты» (Та р р аш).

Принципы Ласкера не распространяются на принятые или непринятые гамбиты, он действует сообразно с обстоятельствами. В данном случае он пешку взял, но долго ее удерживать не пытался, а начал искать

шансы

в прямой

атаке...

1.

d2—d4

d7—d5

2.

с2—с4

е7—е5

3.

d4 : еЗ

d5-d4

4.

Kgl—13

КЬ8—сб

5.

а2—аЗ

Сс8—g4

6.

КЫ—d2

Фd8—е7

Контргамбит Альбина изобилует ловушками; сейчас, напри

мер, «грозит» 7. . .К : е5, и на 8. К : d4 черные матуют — 8. . . Kd3x . Вообще же, ход 6. . .Фе7 не очень хорош: черные отыгрывают пешку, но при этом пока блокируют свой королевский фланг. Какой смысл жертвовать в дебюте пешку, а затем тратить столько сил, чтобы ее отыграть? Не лучше ли было развить ферзя на d7?

h2—h3Cg4 : f3

Kd2 : f3 . . .

Ласкер на этот раз ведет дебют твердой рукой. Ходом Ь2— ИЗ он поставил Алехина перед альтернативой: разменять своего слона на коня d2 (именно на этого коня, ибо конь 13 остался на своем посту) или пойти на вариант 7. . .Ch5 8. g4 Cg6 9. Cg2. Алехин выбрал относительно лучшее.

. . .0—0—0

Ф61-63. . .

Развивающий ход и в то же время косвенная защита гамбитной пешки: 9. . .К : е5 10. Ф15+ Kd7 11. К : d4.

. . .Н7—Ь6

g2-g3g7-g6

И. СП—g2Cf8—g7

При внешнем сходстве в развитии сторон есть существенная разница: слон g2 будет поддерживать опасную комбинированную атаку на вражеского короля, а слон g7 упрется в собственную пешку, за которой будет простираться пустынная диагональ (после Ь2—Ь4 и Ла1—

С1).

0—0 Кеб : е5

Kf3 : е5 Cg7 : еЗ

Ь2— Ь4!17—15!

Алехин вовсе не намерен безропотно ждать своей участи. Он наметил замечательное комбинационное построение, которое, как мы увидим, осталось неразгаданным его партнером.

с4—с5 Фе7—еб

сЗ—сб Kg8—е7

Алехин проявляет хладнокровие, пропуская пешку на Ь7. Правда, выбор у него был невелик— в случае 16. . .Ьс 17. Фа6+ черные недолго смогли бы держаться.

сб : Ь7+ Крс8—Ь8

Король под стражей. «Если ты король, то скажи пароль»,— предлагает ему пешка, которая уже мнит себя королевой. Но бедняга не знает пароля. Спасение ему может принести только встречная атака в центре и на королевском фланге.

Сс1— Ь2

Счастье улыбнулось Алехину. В критический момент слон ушел с решающей диагонали cl—h6. Необходимо было 18. Cd2.

. . . Лd8—d6

Ла1—clЛЬ8—d8

Лс1—с215—14!

g3 : 14Се5:14

ЛИ— dl

Показательно, что Ласкер и здесь еще не видел маневра Ке7—15—еЗ. Этой ладье все равно суждено быть съеденной конем, поэтому она с успехом могла остаться на 11, а сейчас самое время было пойти СЬ2—cl.

. . .Ке7—15

Cb2—clKf5—еЗ!

Лс2—с5!

«Ласкер может потерять очко, но голову он никогда не теряет» (Тарраш). Сейчас черные ничего не достигнут, взяв ладью (ввиду 25. С : 14), но слона на g2 взять было самое время. Алехина можно понять: ему жаль, что блестяще задуманный набег коня закончится простым разменом, он помышляет о выигрыше. Молодость! Ему ведь всего 25 лет...

. . . Феб—16

ФdЗ—е4!

«Теперь,— рассуждает, наверное, Алехин,— конь успеет взять ладью dl и вернуться с темпом на сЗ, поскольку Ласкер растерялся и поставил ферзя под удар».

. . . КеЗ : dl

Еще не поздно было взять слона.

Сс1 : 14Kdl—сЗ

ФЬб—d6 d4—d3Фd6 : d3 ФdЗ—dl + КсЗ—b5 Kb5 : a3ФЬб—d6 d4—d3Фd6 : d3 ФdЗ—dl + КсЗ—b5 Kb5 : a3

ФЬб—d6 d4—d3

Фd6 : d3 ФdЗ—dl + КсЗ—b5 Kb5 : a3

ФЬб—d6 d4—d3

Фd6 : d3 ФdЗ—dl + КсЗ—b5 Kb5 : a3

Cf4 : d6!!

Если теперь 27. . .К : е4, то 28. С : с?+ Кр : Ь7 29. С : е4+ Крс8 30. Се5+ или 29. . .Краб 30. Ла5х. А в случае 27. . .cd решает 28. Лс8+ Л : с8 29. ЬсФ+ Кр : с8 30. Фа8+-

. . .Ф16 : d6

Фе4—е5Фd6—Ь6

В этот момент Алехин уже был в цейтноте. Но, несмотря на

это, он успел поставить поистине дьявольскую ловушку: сейчас Ласкеру предлагается сыграть 29. Лсб, после чего Алехин продолжает 29. . .Ф : Ь7 30. Л : сЗ de 31. С : Ь7 с2!, и черные

выигрывают.

Размен ферзей для черных конечно, был безнадежен. Пеш ка Ь7 сковывает все их фигуры

Феб—е7

Лсб—еб

е2 : d3

Леб—еЗ

Kpgl— h2

ЛеЗ—еб

Леб—f6.

Черные сдались: у них нет защиты против угрозы Л16—18.

Оба партнера играли великолепно. Алехин этим поражением был отброшен на 5-е место, но уже на следующий день, выиграв у Тарраша белыми гамбит Фро- ма (с переходом в контргамбит Фалькбеера), он улучшил свое турнирное положение.

Вторая встреча между Ласкером и Алехиным в финальном турнире состоялась ровно через неделю. Алехин разыграл разменный вариант испанской пар

тии, рокировал в длинную сторону и продолжал разменивать фигуры и пешки, пока партия не пришла к следующему положению.

Алехин хочет пойти 42. Кеб, и не видно, как защищаться. Однако Ласкер опередил. Последовал один из самых красивых «тихих» ходов в истории шахмат: 41. . .ЛdЗ!!

Возникли три угрозы: 42. . . КсЗ+ и 43. . .Л : d7; 42. . . Лdl+ и 43. . .КеЗ+; а в случае 42. Kpcl решает 42. . .Ла1 + и 43. . .КЬ4х. Если же 42. Крс2, то 42. . .КЬ4+ и 43. . .Л : d7.

Алехин, здраво рассудив, сыграл 42. Л : d5 Л : d5 43. Кеб Kpf7 44. Л : g7+ и (быть может) предложил ничью. Однако «художник эндшпиля» потрудился и выиграл на 89-м ходу. Последующими анализами не были найдены ошибки Алехина. Все было разыграно правильно.

Ласкер встречался с Алехиным еще в Нью-Йорке (1924), Цюрихе (1934) и Ноттингеме (1936). Всего они сыграли за 22 года (1914—1936) семь партий со счетом +3—1=3 в пользу Ласкера.

№ 27. Испанская партияЛаскер Капабланка

Петербург, 1914

Эта партия — одна из этапных в спортивной биографии Ласкера. В предварительном турнире он отстал от Капабланки на W2 очка, выиграв всего четыре партии из десяти, в том числе три у аутсайдеров. Кроме того, Ласкер одну партию проиграл, а со всеми призерами сделал ничьи. Капабланка же выиграл шесть партий без поражений.

В первом круге финального турнира Ласкер выиграл три партии, но с Капабланкой сделал ничью в тяжелом окончании ладья и три пешки против слона, коня и трех пешек. Еще хорошо, что все пешки были на одном фланге. Капабланка играл 100 ходов, но так и не смог сломить сопротивление партнера.

В начале 2-го круга Ласкер выиграл черными разменный вариант испанской партии у Алехина. Каково же было изумление зрителей, участников турнира и самого Капабланки, когда па следующий день Ласкер в решающей для него партии пошел на разменный вариант белыми. Молодой и уверенный в себе лидер турнира вполне мог подумать, что Ласкер подавлен его превосходством, примирился со 2-м местом и в данной партии согласен на ничью.

У Ласкера же на уме было совсем иное...

1.

е2—е4

е7—е5

2.

Kgl—13

КЬ8—сб

3.

СИ—Ь5

а7—аб

4.

СЬ5 : сб

d7 : сб

5.

d2—d4

е5 : d4

6.

Фdl : d4

Ф08 : d4

7.

К13 : d4

С18—d6

8.

Kbl—сЗ

Kg8—е7

9.

0—0

0—0

Похоже на дебют

партии Але-

хин —

Ласкер, но

там белые

рокировали в длинную сторону.

10.

12—14

Л18—е8

11.

Kd4—ЬЗ

17—16

12.

14—15

ее.

Этот «антипозиционный» ход нарушает сразу три правила теории Стейница. У белых появляется отсталая пешка е4, перед ней — неустранимая слабость поле е5, куда, несомненно, будет переведен черный конь, кроме того, им становится крайне трудно образовать проходную, то есть реализовать единственное свое стратегическое преимущество в этом дебюте — четыре пешки против трех на королевском фланге.

В действительности же Ласкер задумал грандиозный план: создать форпост на еб, расширить зону деятельности своего единственного слона и попутно

Встреча давних соперников — Эм. Ласкера и X. Р. Капабланки на турнире в Москве. 1925 г.

лишить черных преимущества двух слонов, потому что с белопольным «калекой» у них будут только хлопоты. Несомненно, весь этот план был задуман Ласкером заранее.

Однако это вовсе не означает, что у белых уже выигрышная позиция — на 12-м ходу в разменном варианте этого быть нс может, но Капабланке теперь следовало коренным образом перестроиться. Во-первых, стало ясно, что ни о какой ничьей не может быть и речи, во-вторых, возникла необычная позиция, решать которую надо было какими-то нестандартными способами.

Но уже следующий маневр черных — Ь7—Ь6 и Сс8—Ь7 представляется по меньшей мере сомнительным. Капабланка, видимо, рассудил, что белопольный слон, стесненный пешкой 15, не имеет перспектив на диагонали с8—ЬЗ, и перевел слона на большую диагональ, где он будет угрожать отсталой пешке е4. Но вместе с тем он снял контроль с важного поля еб, куда сразу же устремляется белый конь.

* Поэтому Рети и Тарраш рекомендуют 12. . .Cd7 и 13. . .Лад8, имея в виду перевод коня через с8 на d6.

... Ь7—Ь6

Cel— f4Cc8—b7

Cf4 : d6 c7 : d6

Kb3—d4Ла8—d8

Kd4—e6 . . .

Можно сказать, что белые выиграли качество, ибо этот конь стоит нс дешевле ладьи.

16.

...

Лd8—d7

17.

Ла1—dl

Ке7—с8

18.

ЛИ—12

Ь6—Ь5

19.

Л12—d2

Лd7—е7

20.

Ь2—Ь4

Kpg8—17

21.

а2—аЗ

СЬ7—а8

Капабланка хочет начать опе

рации по линии «а», но быстро убеждается, что там нет полей

вторжения.

Kpgl— f2Ле7—а7

g2—g4h7—h6

Л62—d3аб—a5

h2—h4a5 : b4

аЗ : Ь4Ла7—e7

Kpf2—f3Ле8—g8

Kpf3— f4g7—g6

Л63—g3g6—g5+

Kpf4—f3Kc8—b6

h4 : g5h6 : g5

ЛgЗ—h3. . .

Ласкер, разумеется, не берег пешку «d», ибо черные, переведя коня на с4, получали хо

рошие контршансы.

. . .Ле7—d7

Kpf3—g3. . .

Филигранная точность. Перед решающим прорывом белые

уводят короля от возможных шахов конем с е5 или слоном по большой диагонали.

. . . Kpf7—е8

Лdl— hlСа8—Ь7

е4—е5!d6 : е5

Через пролом в крепостной стене черных проникает сначала

второй конь, а затем и ладья. В случае 35. . Ле последует так же 36. Ке4.

КсЗ—е4КЬ6—d5

Кеб—с5СЬ7—с8

Кс5 : d7Сс8 : d7

ЛЬЗ—h7Лg8— f8

ЛЫ—alКре8—d8

Ла1—а8+Cd7—с8

Ке4—с5.

Черные сдались.

Что же, собственно, произошло? С точки зрения психологии все ясно: Капабланка не разгадал подлинных намерений своего партнера, стремился к ничьей, допустил несколько неточностей, которые Ласкер блестяще использовал. Но кроме психоло

гии в шахматах есть еще и «технология». Партия ведь завершилась не заданным маневром последней пешки в глубоком эндшпиле, а прямым штурмом.

Какие же конкретные ошибки и промахи допустил не склонный к ошибкам кубинец? Тар- раш считает, что критический момент возник на 29-м ходу.

Здесь черные сыграли 29. . . g5+ (см. след, диаграмму).

«Крайне нерешительная тактика! Гораздо лучше было еще сейчас разменять пешки. Устра-

нив пешку «g», черные могли затем разменять ладьи и первыми занять линию «g». А устранив пешку «е», они могли бы укрепить свою отсталую пешку «d», выдвинув на центральную позицию «отсталого» коня. После сделанного хода ясно, что оккупация белыми ладьями линии «Ь» быстро решит партию».

Аналогичное мнение высказал и Рети: «Теперь белые откроют линию «Ь» с решающим преимуществом. Поэтому несколько лучше было для черных открыть линию «е» посредством 29. . .gf. После сделанного хода у черных не остается надежд в борьбе с превосходной техникой Ласкера в эндшпиле».

И все же глядя на диаграмму, нельзя освободиться от мысли, что партия черных проиграна все равно, разменяют они пешку или продвинут ее. Зак взял на себя труд доказать вариантами это интуитивное впечатление: «29. . .gf тоже проигрывало ввиду 30. ef d5 31. g5 Kd6 32. g6+ Kpe8 33. Ла1, и черные не в состоянии долго держаться. Если же 31. . .hg+, то 32. hg fg+ 33. к : g5+ Kpf8 34. f6 Ла7 35. Kpe5! с решающим прорывом».

Как будто в этом есть резон. Правда, и без вариантов ясно, что у черных две фигуры не играют, а значит, Ласкер уж как- нибудь найдет выигрыш. Более того, для надежности Зак предлагает прорыв на ход раньше — вместо 29. Hg3 сразу 29. g5. И здесь, по его мнению, игра складывается в пользу белых.

Значит, серьезная неточность или, скажем, решающая ошибка была допущена где-то раньше. По свидетельству Тарраша, некто Шютте предложил в «Hamburger Nachrichten» на 13-м ходу разменять слонов на f4, а затем сыграть Сс8—d7 и Ла8—d8. Тогда конь с успехом мог бы перейти на d6.

Капабланка сразу же по окончании партии указал возможность получения равной игры путем 13. . .С : f4! 14. Л : f4 с5 15. Лdl СЬ7 16. ЛГ2 Лаб8 17. Л : d8 Л : d8 18. Лd2 Л : d2 19. К : d2 Кеб! 20. Kd5 Kd4.

Конечно, нелепо было бы предполагать, что Капабланка в разменном варианте испанской партии уже к 13-му ходу попал в проигранное положение. Поэтому приводимый им вариант заслуживает доверия. Однако

Ласкер, хоть и не сразу после партии, высказался в том смысле, что предложенный Капабланкой план сохраняет за белыми некоторое преимущество. Не знаю в точности, что он имел в виду, но в варианте Капабланки не вполне понятен ход 17. Л : d8. Не лучше ли здесь сыграть 17. Л162, заставляя черных разменять ладьи и сохраняя господство над линией «d»?

Рети осуждает уже 11-й ход черных 17—16, говоря: «Ненужная защита, направленная против хода е4—е5, который был бы выгоден только черным, поскольку они получают важные центральные поля для фигур. Сверхосторожная игра Капабланки свидетельствует о том, что он стремился только к ничьей».

Тарраш, в свою очередь, предлагает за черных иной план уже вместо 10. . .Ле8. По его мнению, 10. . .15 И. е5 СсЗ 12. СеЗ С : d4 с последующим Ке7—d5 и Сс8—еб или же сразу 12. . . Kd5 дает черным, несмотря на сильную неприятельскую проходную, гораздо более свободную игру, чем в партии. Лучше уж бороться с одной блокированной пешкой на 5-й горизонтали, чем с двумя центральными пешками на 4-й, которые к тому же постоянно угрожают двинуться вперед.

Но какие основания, собственно говоря, были у Капабланки избегать традиционного и не раз проверенного на практике хода 17—16?

Тарраш — очевидец этой партии — пишет, что Капабланка играл очень быстро, значит, сомнения у него не возникали. Действительно, только вчера Ласкер в сходном положении сделал тот же самый ход против Алехина и выиграл, почему же сегодня я не могу так же играть против Ласкера? (Правда, Алехин, как было сказано, рокировал в длинную сторону, но это было уже после хода 17—16).

Все дело в том, что вопрос о качестве хода 17—16 возник лишь после того, как Ласкер раскрыл свой необычный план — расставить пешки королевского фланга на белых полях, захватить «навечно» форпост на еб, предоставив противнику такие позиционные козыри, как поле е5 для коня, а в дальнейшем еще открытая линия «а».

Наиболее близко к пониманию того, что же явилось главной причиной затруднений черных, подошел, наверное, А. Константинопольский. Он указал, что черным необходимо было забрать коня еб, как только представится удобный момент, например: 21. . .Л : еб 22. 1е+ Л : еб. «В коне еб сконцентрировалось слишком много энергии, и отдать за него пешку и ладью было бы черным выгодно».

В заключение отметим, что в теории ход 17—16 по-прежнему считается хорошим и даже обязательным в разменном варианте, тогда как план с ходом 14— 15, насколько нам известно, почти не встречался с тех пор на

практике . Как говорится в одном геральдическом девизе: «Сегодня и более никогда!»

Л? 28. Русская партия

Ласкер Маршалл

Петербург, 1914

Еще утром 22 мая в день последнего тура Капабланка, несмотря на два рядовых проигрыша Ласкеру и Таррашу, сохранял шансы на 1-е место. Накануне он чудом выиграл у Маршалла, тогда как Ласкер черными сделал ничью с Таррашем, и у него было сейчас лишь на пол-очка больше, чем у Капабланки.

Теперь, если бы Ласкер проиграл Маршаллу, кубинец мог обогнать его в случае победы над Алехиным. И действительно, Алехин на гладком месте отдал Капабланке в дебюте пешку (1. d4 еб 2. е4 d5 3. КсЗ Kf6 4. Cg5 h6 5. С : f6 Ф : 16 6. ed) и потерпел поражение. Чтобы занять 1-е место, Ласкеру сейчас нужна была только победа!

Маршалл избрал русскую партию. Этот дебют в практике Ласкера встречался восемь раз: белыми он выиграл шесть партий, одну проиграл и одна закончилась вничью (обе — с Пильсбери). Черными Ласкер русскую партию не играл ни разу в жизни.

Ныне этот дебют гроссмейстеры мало применяют. Не то

чтобы он очень хорош для белых, но черным в нем все время приходится бороться за ничью. Лучшей для белых считается система Ласкера, с которой мы сейчас и познакомимся.

е2—е4 е7—е5

Kgl-13 Kg8-f6

Kf3 : е5 d7—d6 4. Ke5— 13 Kf6 : e4 5. Фdl—e2 . . .

Этим ходом и начинается система Ласкера. Правда, известна партия Морфи — Левенталь (Новый Орлеан, 1850), где впервые встретилось 5. Фе2, но назвать эту систему именем Морфи, пожалуй, рискованно, поскольку Морфи в то время было всего 13 лет. Другой план Ласкер применил против Пильсбери, но успеха не достиг: 5. d4 d5 6. Cd3 Се7 7. 0—0 Кеб 8. Ле1 Cg4 9. сЗ 15 10. ФЬЗ 0—0, и у черных ощутимая инициатива. Однако современная теория все же отдает предпочтение ходу 5. d4, а в приведенном варианте рекомендуют 9. с4 вместо 9. сЗ.

. . . Ф48—е7

d2—d3 Ке4—16 7. Cel—g5 . . .

До этого хода черные поддерживали симметрию. Теперь им надо искать иную дорогу, ибо на 7. . .Cg4 последует 8. С : 16 С : 13 9. Ф : е7+ С : е7 10. С : е7, и белые выигрывают фигуру. Малопривлекательно для черных и 8. . .gf 9. Ф : е7+ С : е7 10. Се2.

. . . Сс8—еб Слон расположен здесь не

столь удачно, как его белый коллега на g5, и в этом, пожалуй, единственное преимущество, которое Ласкер извлек из дебюта. Не слишком-то много, но и его могло не быть, если бы черные сыграли 7. . .Kbd7! 8. КсЗ Ф : е2+ 9. С : е2 Ь6 10. Cf4 g6 11. 0—0—0Cg7. Арифметический подсчет сделанных развивающих ходов складывается в пользу белых, но практически это не играет роли, так как у черных есть ресурсы для защиты и даже контратаки. Маршалл прошел мимо этой возможности по уважительной причине — указанный вариант был предложен Д. Бронштейном, который в 1914 году еще не родился.

КЫ—сЗ Kb8—d7 9. 0—0—0 h7—h6

Теперь видно, что черные фигуры сильно скучены. Белый ферзь, например, может пойти на d2 или на еЗ, а в лагере черных эти поля заняты. Поэтому Маршалл предпринимает дивер-

королевском фланге.королевском фланге.сию на10.11.12.13.сию на10.11.12.13.Cg5—h4Ch4—g3 d3—d4 h2 : g3Cg5—h4Ch4—g3 d3—d4 h2 : g3Последние ходыПоследние ходыg7—g5 Kf6—h5 Kh5 : g3

королевском фланге.

королевском фланге.

сию на

10.

11.

12.

13.

сию на

10.

11.

12.

13.

Cg5—h4

Ch4—g3 d3—d4 h2 : g3

Cg5—h4

Ch4—g3 d3—d4 h2 : g3

Последние ходы

Последние ходы

g5—g4 черных вы-

глядят чересчур агрессивными, но в них есть своя логика. После запланированного продвижения пешки d6 на d5 обнажается поле е5, поэтому Маршалл уничтожил одну фигуру, контролировавшую это поле, и прогнал Другую.

И все же этот план ошибочен, ибо черные, как только пошли

d6—d5, попали в проигрышное положение. Тарраш рекомендовал 13. . .КЬ6, после чего был возможен забавный вариант: 14. d5 Cg4 15. Kb5 Kpd8 16. Ф62 С : 13 17. gf Фе5 18. Ле1 Ф : d5 19. Ле8+!

Но, разумеется, для черных все это не обязательно. Вместо 17. . .Фе5 они могут сыграть 17. . .Cg7.

Kf3—h4 d6—d5

Фе2—Ь5! . . .

«Ход, которым Ласкер выигрывает не только партию, но и турнир в Санкт-Петербурге» (Тарраш). В варианте 15. . .ФЬ4 16. К : d5! черные теряют пешку, а если 15. . .Cg7 с короткой рокировкой, то черные вообще остаются без двух пешек, получая, правда, шансы на атаку, которые Маршалл посчитал недостаточными.

. . . 0-0-0

Коварная ловушка! Вроде Маршалл махнул рукой на пешку — если 16. К : d5 ®g5+, то белые спокойно закроются от шаха тем же самым конем... В действительности произошло бы следующее: 16. К : d5 С : d5 17. Ф : d5 Фg5+ 18. Ф : g5 hg, и (о ужас!) конь связан. Ласкер

все это разглядел, пешку брать не стал, а сам пожертвовал слона.

ФЬ5—а5а7—аб

Cf 1 : аб! Ь7 : аб

Маршалл мог затормозить атаку белых. После 17. . .ФЬ4 Ласкеру пришлось бы разменять ферзей, но эндшпиль с лишней пешкой он, конечно, довел бы до победы; поэтому Маршалл справедливо решает проверить корректность жертвы. Ведь Ласкеру придется атаковать малыми силами, поскольку его коню не выбраться с Ь4.

Фа5 : а6+ Крс8—Ь8

КсЗ—Ь5Kd7—Ь6

Лс11— d3Фе7—g5+

С этим шахом Маршалл поторопился. Сначала надо было сыграть конем на с4, не пропуская ладью ни на аЗ, ни на ЬЗ (21. ЛЬЗ Ф«5+ 22. КрЫ Kd2+). Тогда белым пришлось бы пойти на вариант: 21. Ле1 Лd6 22. К : d6 Ф : d6 23. ЛЬЗ+ КЬб 24. а4 Сс8 25. Ле8 Фd7 26. ФЬ5 Ф : Ь5 27. Л : Ь5 КрЬ7 28. а5 Cd7 29. Л : 18 Л : 18 30. ab cb. У белых лишняя пешка, но их конь стоит так плохо, что выигрыш представляется проблематичным.

21.

Kpcl—Ы

С18—d6

22.

ЛdЗ—ЬЗ

ЛЬ8—е8

23.

а2—а4

Себ—15

24.

КЬ5—а7

С15—d7

25.

а4—а5

Фg5—d2

26.

а5 :Ь6

Ле8—el +

27.

КрЫ—а2

с7—сб

28.

Ка7—Ь51

сб : Ь5

29.

Фаб—а7+.

Черные сдались: 29. . .Крс8 30. Фа8+ СЬ8 31. Фабх.

№ 29. Ферзевый гамбит,ЛаскерКапабланка

10-я партия матча на первенство мира,Гавана, 1921

Перед этой партией счет в матче был +1=8 в пользу Капабланки. Собраться с силами, проявить волю, мастерство и уравнять счет — с таким настроением пришел Ласкер на игру. Поначалу казалось, что эта программа будет выполнена: из аккуратно разыгранного дебюта Ласкер вышел на одну из типовых позиций ферзевого гамбита, где единственная слабость белых — изолированная пешка в центре — компенсировалась хо-

рошей

фигурной

игрой.

1.

d2—d4

d7—d5

2.

с2—с4

e7—e6

3.

КЫ—сЗ

Kg8—16

4.

Cel—g5

C18—e7

5.

е2—еЗ

0—0

6.

Kgl-13

Kb8—d7

7.

Ф61—с2

c7—c5

8.

Ла1—dl

Фd8—a5

9.

СП—d3

h7—h6

10.

Cg5—h4

c5 : d4

11.

еЗ : d4

d5 : c4

12.

Cd3 : c4

Kd7—b6

13.

Cc4—ЬЗ

Cc8—d7

14.

0-0

Ла8—c8

15.

K13—e5

Cd7—b5

16.

ЛП—el

Kb6—d5

Первая критическая позиция.

Здесь был возможен маневр, начинающийся ходом 17. С : 16, который, хотя и не приводил к форсированному выигрышу (да этого и не могло быть в столь

ранней стадии партии), все же усложнял игру, сохраняя инициативу за белыми.

Видел ли Капабланка такую возможность, мы не знаем, но Ласкер не видел, ибо в своих примечаниях к этой партии он ссылается на анализы венгерского маэстро Д. Брейера. Оказывается, в ответ на 17. С : 16 черные не могут брать на 16 конем ввиду следующего варианта: 18. Kg6! Л1е8 (или 18. . .1g 19. Л : еб!) 19. Л : еб!! 1е 20. С : е6+ Kph7 21. К18+ + Kph8 22. ФН7+ К : h7 23. Kg6x.

Поэтому на 17. С : 16 черные должны ответить 17. . .С : 16. Тогда следует 18. С : d5 ed 19. Ф15, и, по мнению Капабланки, позицию черных очень трудно защищать.

Правда, впоследствии Е. Боголюбов показал, что на 19. Ф15

у черных есть достаточная защита — 19. . .Себ. Теперь попытки белых форсировать игру не привели бы к успеху, например: 20. Kg4 Cg5 21. 14 g6 22. Фе5 Лсе8 23. К16+ С : 16 24. Ф : 16 ФЬ4! или 20. Kd7 С : d7 21. Ф : d7 Л168! 22. Ф15! Лс4! 23. К : d5 Ф : d5 24. Ле8+ Л : е8 25. Ф : d5 Л : d4 26. Ф13 Л62! Однако в первом из этих вариантов в распоряжении белых есть любопытный ход (после 20. Kg4 Cg5)— 21. Ке4. Черным, вероятно, пришлось бы пойти на продолжение 21. . .Фб8 22. К : g5 Ф : g5 23. Ф : g5 hg 24. Ле5 16 25. Ле7 Л17.

Эндшпиль у белых, пожалуй, лучше. Похоже, что Капабланка все же был прав, говоря о трудностях черных после 17. С : 16! Однако Ласкер прошел мимо этой возможности.

СЬЗ : d5? К16 : d5 18. Ch4 : е7 Kd5 : е7 19. Фс2—ЬЗ СЬ5—сб 20. Ке5 : сб Ь7 : сб

21.

Ле1—е5

Фа5—Ь6

22.

ФЬЗ—с2

Л18—d8

Вторая критическая позиция.

Здесь нельзя было сразу играть 23. Лс5? ввиду 23. . .Л :

d4!, но в распоряжении белых был ход 23* Ка4 с примерным продолжением: 23. . .ФЬ8 24. Лс5 Kf5 25. Л : сб Л : сб 26. Ф : сб К : d4 27. Фе4!

Ласкер же сделал пассивный ход 23. Ке2. Впоследствии он сам с грустью констатирует: «Здесь я начал играть в посредственные шахматы». Капабланка, впрочем, объясняет план Ласкера тем, что тот не хотел подвергать опасности пешку «d» и поэтому занял конем наилучшее положение для ее защиты.

Как бы то ни было, с этого момента инициатива белых начала угасать. Ласкер, переходя в эндшпиль, рассчитывал использовать слабость черных пешек а7 и сб. Он был уверен, что переиграет Капабланку в окончании; однако впервые встретил противника, который не только не уступал ему в искусстве игры в эндшпиле, но в данной партии даже превзошел.

Капабланка рекомендует начиная с этой позиции внимательно следить за каждым ходом. «Эта партия представляет собой одно из моих лучших достижений, и притом в борьбе с одним из сильнейших шахматистов, которого когда-либо знал мир».

23. КсЗ—е2?

Лd8—d5

24. Леб : d5

сб : d5

25. Фс2—d2

Ke7— f5

26.Ь2—ЬЗ

h6—h5

27.h2—h3?

h5—h4!

28. Фd2—d3

Лс8—сб

29. Kpgl— fl

g7—g6

30. ФdЗ—bl

ФЬб—b4

31. Kpfl—gl

...

Третья критическая позиция. Капабланка, стеснив фигуры белых после двух их малозаметных неточностей («Посредственные шахматы»,— снова пишет о себе Ласкер), двигает наконец пешку «а» на штурм ферзевого фланга противника.

31. . .. а7—а5!

«Это приканчивает белых»,— говорит Ласкер. Отсюда и до конца партии Капабланка ведет эндшпиль с неумолимой после-

довательностью.

32.

ФЬ1—b2

a5—a4

33.

ФЬ2—d2

ФЬ4 : d2

34.

Лdl : d2

a4 : b3

35.

a2 : b3

Лсб—b6!

36.

Лd2—d3

ЛЬб—a6!

37.

g2—g4

h4 : g3

38.

f2 : g3

Лаб—a2

39.

Ke2—c3

Ла2—c2

40.

КсЗ—dl

Kf5—e7

41.

Kdl—e3

Лс2—cl +

42.

Kpgl—f2

Ke7—сб

43.

Ke3—dl!

Четвертая критическая позиция. Ласкер уже в тяжелом положении поставил своим последним ходом хитрую ловушку: 43. . ,КЬ4 44. Л02 ЛЫ 45. КЬ2 Л : Ь2 46. Л : Ь2 Kd3+ 47. Кре2 К : Ь2, и кажется, что белые остаются без фигуры. Однако они в этот момент сыграли бы 48. Kpd2, и выясняется, что коню некуда деваться. Черным пришлось бы согласиться на вариант 48. . .Kpf8 49. Крс2 Кс4 50. bcdc51. КрсЗ, и партия, вероятно, окончилась бы вничью.

Капабланка разгадал эту маленькую хитрость и ответил 43. . .ЛЫ, а Ласкер автоматически сделал ход из задуманного им варианта 44. Кре2? Между тем у него в этот момент оставался шанс на ничью: 44. Kpel Ка5 45. Kpd2 Л : ЬЗ 46. Л : ЬЗ К : Ь3+. Имея три пешки против четырех в коневом эндшпиле, он мог бы еще сопротивляться.

Впрочем, Ласкер, хотя и ставит вопросительный знак к своему ходу 44. Кре2, варианты не приводит, а Капабланка считает, что коневой эндшпиль все равно проигран для белых. Видимо, он прав.

43.. . .

Лс1— bl!

44. Kpf2—е2?

ЛЫ : ЬЗ!

45. Кре2—еЗ

ЛЬЗ—Ь4!

46. Kdl—сЗ

Кеб—e7

47. КсЗ—е2

Ке7—f5+

48. КреЗ— f2

g6—g5

49.g3—g4

Kf5—d6

50. Ke2-gl

Kd6—e4+

51. Kpf2—fl

ЛЬ4—Ы +

52.53.54.55.56.57.58.59.60.61.62.63.64.65.66.67.68.52.53.54.55.56.57.58.59.60.61.62.63.64.65.66.67.68.Kpfl-g2 Kpg2-fl Kpfl—el Kpel—flЛ03—e3 ЛеЗ—d3 ЛОЗ—еЗ ЛеЗ—d3 ЛОЗ—еЗ ЛеЗ—d3Kpfl—el Kpel—fl лаз—еЗ ЛеЗ—d3ЛОЗ : d4 Л64—dl ла1—сиKpfl-g2 Kpg2-fl Kpfl—el Kpel—flЛ03—e3 ЛеЗ—d3 ЛОЗ—еЗ ЛеЗ—d3 ЛОЗ—еЗ ЛеЗ—d3Kpfl—el Kpel—fl лаз—еЗ ЛеЗ—d3ЛОЗ : d4 Л64—dl ла1—силы—Ь2+

52.

53.

54.

55.

56.

57.

58.

59.

60.

61.

62.

63.

64.

65.

66.

67.

68.

52.

53.

54.

55.

56.

57.

58.

59.

60.

61.

62.

63.

64.

65.

66.

67.

68.

Kpfl-g2 Kpg2-fl Kpfl—el Kpel—fl

Л03—e3 ЛеЗ—d3 ЛОЗ—еЗ ЛеЗ—d3 ЛОЗ—еЗ ЛеЗ—d3

Kpfl—el Kpel—fl лаз—еЗ ЛеЗ—d3

ЛОЗ : d4 Л64—dl ла1—си

Kpfl-g2 Kpg2-fl Kpfl—el Kpel—fl

Л03—e3 ЛеЗ—d3 ЛОЗ—еЗ ЛеЗ—d3 ЛОЗ—еЗ ЛеЗ—d3

Kpfl—el Kpel—fl лаз—еЗ ЛеЗ—d3

ЛОЗ : d4 Л64—dl ла1—си

ЛЬ2— f2+

ЛГ2— а 2

Kpg8-g7

Kpg7—g6

17-16

Kpg6— 17

Kpf7-e7

Kpe7—d6

Ла2— 12+

Лf2-g2

Лg2—a 2 e6—e5 e5 : d4

Kpd6-c5

d5—d4

Kpco—d5

Пятая и последняя критическая позиция. Белые сдались ввиду варианта 69. Л61 Kg3+ 70. Kpel Лg2, и конь не может уйти из-за мата.

№ 30. Ферзевый гамбитКапабланкаЛаскер

11-я партия матча на перЕе.-стьо мира,

Гавана, 1921

Гроссмейстер Д. И. Бронштейн в 1979 году выдвинул идею о том, что главными элементами динамичных шахматных позиций являются не только наличные материальные силы, но и

«поля» влияния и силовые линии. Здесь термин «поле» означает не клетку на доске, а зону воздействия силы, аналогично физическим понятиям «магнитное поле», «гравитационное поле». К этой мысли Бронштейн пришел на основе обобщения анализов многих сотен партий, но если бы ему требовалось ограничиться лишь одной, то он мог бы взять в качестве эталона 11-ю партию матча в Гаване.

Разыгрывая эту партию, читатель получит эстетическое наслаждение: виртуозные приемы позиционного давления сталкиваются здесь с изобретательной и гибкой защитой. Все присущее шахматам богатство логических идей и преобразований материализовано в блестящем диалоге бывшего и будущего чемпионов мира.

Партию эту комментировали не раз, и комментировали по- разному. О себе могу сказать, что за последние 50 лет мое мнение о ней менялось дважды. Сначала я полагал, как и все, что это — эталон позиционной игры высшего класса. Затем убедился, что шахматные позиции обладают сильным внутренним сопротивлением, и если к позиции относиться бережно, то запаса прочности почти всегда хватит для ничьей.

Судите сами по этой партии.

1.

d2—d4

d7—d5

2.

Kgl-f3

е7—еб

3.

с2—с4

Kg8-f6

4.

Cel—g5

Kb8—d7

е2—еЗCf8— е7

КЫ—сЗ 0-0

Ла1—clЛ18—е8

Фс11—с2с7—сб

СП—d3do : с4

Cd3 : с4Kf6—d5

Это начало (правда, без включения ходов Л18—е8 и <&dl—с2) часто называют «разгружающей системой» , автором которой был Капабланка. Ласкер охотно применял этот дебют, особенно после того, как против защиты Тарраша (4. . .с5) было найдено сильное противоядие — система Шлехтера — Рубинштейна (5. cd ed 6. g3 и 7. Cg2).

Разменяв две легкие фигуры, черные получают стесненную, но прочную позицию, где вероятность их победы близка к нулю, но при аккуратной защите ничья почти гарантирована.

Cg5 : е7 Ле8 : е7

Нормальным продолжением здесь считается 11. . .Ф : е7 12. 0—0 е5, и черные открывают путь своему слону. Теперь же, после 11. . .Л : е7 12. 0—0, продвижение еб—е5 будет невозможно: после размена на d5 проигрывается пешка. Если же 12. . .К:сЗ, то 13. Ф : сЗ, и еб—е5 снова не проходит. Однако все это, по-видимому, было учтено Ласкером, когда он на 7-м ходу вместо обычного с7— сб несколько видоизменил систему Капабланки, сыграв Л18— е8. Он хочет построить оборони-

тельные рубежи на двух-трех линиях в духе Стейница.

0—0Kd7— f8

ЛИ—dlСс8—d7

еЗ—е4Kd5—Ь6

Сс4—flЛа8—с8

Черным так и не удалось подготовить ни еб—е5, ни сб—с5, и следовательно, их слон прочно заперт. Но, по мнению Стейница, это не беда. Силы противников нигде не пришли в соприкосновение, их разделяет «ничейная полоса».

— Ничейная? О, нет! Эта полоса пролегает на территории черных, уменьшая на четверть владения Ласкера, тогда как белые фигуры — полные хозяева на своей территории.

Более того. Белые контр о тируют все поля «ничейной полосы», кроме двух крайних — аэ и h5, а черные держат под прицелом одно-единственное поле d5. К тому же на эту полосу проникают силовые линии тяжелых белых фигур, доминирующих по вертикалям «с» и «d».

— Интересно, надолго ли задержано развитие черного слона?

— Навсегда! — отвечает Капабланка.

— А когда вступит в игру черный ферзь?

— Никогда!

Такова наша, быть может несколько вольная, интерпретация мнения Капабланки, а вот его подлинные пояснения:

«У черных нет слабых пунктов, но им не хватает свободного пространства для маневрирования фигур. Тактика белых поэтому должна сводиться к тому, чтобы удерживать фигуры черных на их ограниченной территории. Тогда черным рано или поздно придется сделать ход, ослабляющий! позицию.

Белые должны стремиться к тому, чтобы использовать поля с5 и d6, которые не легко защитить, и перевести на эти поля своих коней. Чтобы сыграть конем на d6, необходимо предварительно сделать ход е4—е5; момент для этого нужно тщательно выбрать, так как этот ход создает постоянную слабость в виде отсталой пешки d4. При этом черные получают сильный пункт d5, на котором могут укрепиться их фигуры, особенно кони. И, кроме того, белые должны остерегаться хода f7— f6, после чего черный слон получит возможность выйти на h5, связывая коня f3 и этим косвенно усиливая давление на пешку d4».

Как видим, и у белых, несмотря на позиционный перевес, забот немало.

Ь2—Ь4! Cd7—е8

Фс2—ЬЗ Ле7—с7 «Черные предупредили воз-

можность прорыва путем Ь4—Ь5 или d4—d5, но Капабланка продолжает завоевание пространства» (В. Панов).

а2—а4Kf8—g6

а4—а5КЬ6—d7

е4—е5Ь7—Ь6

Итак, Капабланка подготовил давно задуманный им десант на d6. Черные ищут свой контршанс: они готовят сб—с5 или же Ь6 : а5 и Лс8—Ь8; появилась также возможность Kg6— f4—d5.

«Позиция черных чрезвычайно стеснена, но все же белым нелегко найти способ достигнуть решающего преимущества» (Капабланка).

В этом замечании сквозит и некоторая досада на самого себя и, что ни говори, восхищение ласкеровской обороной.

КсЗ—е4Лс8—Ь8

ФЬЗ—сЗKg6— f4

Ке4—d6Kf4—d5

ФсЗ—аЗ. . .

Капабланка считает, что 22-й ход белых был неточен: следовало сразу играть ферзем на аЗ. И правда, ведь он мог предвидеть, что конь с темпом попадет на d5.

Но неужели позиция в этом случае существенно изменилась бы?

. . . f7—16

Левенфиш и Панов считают этот ход слишком поспешным; лучше было, по их мнению, сыграть сначала 24. . .Фе7, чтобы в случае размена взять на е8 ладьей, держа под обстрелом пешку Ь4. Правы ли они? Думается, что нельзя требовать от позиции слишком многого. После 24. . .Фе7 25. Сс4 черным надо было считаться с угрозой 26. С : d5 ed 27. Kb5.

Kd6 : е8 ®d8 : е8

Белым пришлось-таки расстаться со своим конем, и это — достижение защиты, но...

е5 : f6 g7 : f6

Пришлось брать пешкой. Если взять любым конем, то пешка еб недолго проживет.

Теперь черный король изрядно раскрылся, и это создает предпосылки для прямой атаки. «Однако белые, чтобы устранить возможность контригры, должны ликвидировать свои пешки на ферзевом фланге. После этого они могут посвятить все свое внимание атаке на короля, не заботясь о ферзевом фланге» (Капабланка).

Такой способ устранения забот о своих пешках очень заманчив, и мы рекомендуем читателю взять его на вооружение. Правда, у черных появляется хоть и слабая, но проходная пешка по линии «Ь», и они могут без риска идти на ладейный, лег-

кофигурный или пешечный эндшпиль.

Ь4—Ь5!ЛЬ8— с8!

Если 27. . .с5, то 28. de be 29. Сс4, и черные на грани катастрофы; а на 27. . .cb неприятно 28. Л : с7 К : с7 29. Фбб Kd5 30. С : Ь5.

Ь5:сбЛс7 : сб

Лс1:сбЛс8 : сб

а5:Ь6а7 : Ь6

Итак, позиция черных стала заметно более свободной, но при этом гораздо менее прочной. Капабланка сначала нажимает на пешку еб, а затем переходит в прямую атаку.

Л61—elФе8—с8

К13—d2Kd7— 18

В случае 32. . .ЛсЗ 33. Фбб К18 (33. . .Лсб 34. ФgЗ+ и 35. Ке4) 34. Ке4 Лсб 35. ФаЗ получается то же положение, что и в партии.

Kd2—е4Фс8—d8

Ь2—Ь4. . .

По мнению Капабланки, если черные вообще могли спасти партию, то теперь или никогда. «Единственный их шанс заключался в ходе 34. . .Ь6 с намерением прогнать коня путем 16— 15. Сразу 34. . .15 было бы слабо ввиду 35. СЬ5 Лс7 36. Kg5 Ле7 37. Сс4, и черные совершенно беспомощны. Изучение этой позиции интересно и полезно».

Панов усиливает вариант Капабланки предварительным шахом: 34. . .15 35. ФgЗ+ Kph8 36. Фе5+ Kpg8 и только теперь 37. СЬ5 и т. д. Ласкер не сыграл 34. . .h6 и не стал прогонять коня, а сделал ход, который, по

общему мнению, привел его к «безнадежному» положению... Но, оказывается, и в «безнадежном» положении еще не была утрачена возможность ничьей.

. . .Лсб—с7

ФаЗ—ЬЗЛс7—g7!

Блестяще! Если бы партнер был чуть послабей, то Ласкер, чего доброго, еще дал бы ему мат где-нибудь на g2.

g2-g3. . .

В результате остроумного маневра ладьи атака белого ферзя по линии «g» стала невозможной.

. . . Лg7—а7

СП—с4Ла7—а5

Ласкер отражает угрозу 38.

С : d5 ed 39. Ф : d5+!

Ке4—сЗKd5 : сЗ

ФЬЗ : сЗKpg8—17

ФсЗ—еЗФd8—d6

ФсЗ—е4Лаб—а4

Ласкеру, видимо, показалось, что все оборонительные проблемы уже решены, и он

стремится активизировать ладью. Болес прочный ход 41. . . Ла7 давал черным передышку для стабилизации и перегруппировки сил. Если, например, 42. d5, то просто 42. . .с5. Правда, в этом случае, по мнению Панова, маневр Сс4—11—ЬЗ сохра-

няет за белыми преимущество, но преимущество это чисто психологическое — выиграть партию нельзя.

Фе4—Ь7+ Kpf7—g6

ФЬ7—с8 Фйб—Ь4?

Лишь этот единственный ход в партии заслуживает вопросительного знака. Все другие ходы белых и черных правильные. Да и сам Ласкер считал, что именно сейчас им была сделана решающая ошибка. Сыграй сейчас он 43. . .Ла7, и партия, вероятно, закончилась бы миром. Капабланка, однако, этот ход вообще не рассматривает, а Панов считает, что и он вряд ли спасал партию, хотя, безусловно, давал возможность более длительного сопротивления.

Любопытно, что никто из комментаторов не указывает не только вариантов, но даже плана игры на выигрыш. А его что- то не видно... Если 44. С : еб, то, очевидно, 44. . .К : еб 45. Л : еб Ф : d4. Забавный вариант возможен в случае 44. Фе8+ Л17 45. Ь5+ Kpg7 46. h6+ Kpg6 47. Cd3+, но, разумеется, 44. . . ЛГ7 для черных не обязательно — они ответят 44. . .Kpg7, и, несмотря на то что позиция бе-

лых очень активна, выигрыша нет.

Удивительная жизнеспособность этой, казалось бы безнадежной, позиции внушает надежду, что и борьба человека с неотвратимой невзгодой или неизлечимым недугом тоже может завершиться вничью. Было бы поистине несправедливо, если бы человек как система был менее устойчив, нежели шахматная позиция...

Ле1—cl!ФЬ4—е7

Теперь 44. . .Ла7 уже не годится ввиду 45. d5 Ф62 46. СЬЗ.

Сс4—d3+! Kpg6—h6

Черные не могли закрыться от шаха пешкой из-за прозаического 46. С : f5+ Kpf6 47. d5 или 46. . .Кр : f5 47. Фс2+.

Лс1—с7Ла4—а1 +

Kpgl—g2Фе7—d6

Фс8 : f8+!

Черные сдались. Они могли на 44-м ходу сыграть «лучше» — 44. . .ФаЗ. Тогда их ожидал другой красочный финал: 45. Cd3+ 15 46. Фе8+ Kph6 47. Ле1 Ла8 48. Л : е6+ К : еб 49. Ф : еб+ Kpg7 50. Фе5+ с матом в несколько ходов.

№ 31. Славянская защитаРетиЛаскер

Остра в а-Мор а века, 1923

После серии побед на турнирах в Гетеборге, Вене, Амстердаме, Теплиц-Шенау Рихард Рети играл здесь с огромным подъемом. В Остраве-Моравска его ожидала первая в жизни встреча с Ласкером, к которому он

Проф. Макс Оппенгеймер (МОРР) Эм. Ласкер. Прага, 1924 г.Проф. Макс Оппенгеймер (МОРР) Эм. Ласкер. Прага, 1924 г.относился с безграничным уважением и которого понимал, быть может, лучше, чем все его современники. Не кто иной, как Рети, если не до конца раскрыл, то все же дал ясно понять, насколько силен психологический фактор в игре Ласкера. Его глубокие мысли по поводу 4-й партии матча Ласкер — Тарраш пролили свет на сущность борьбы между этими лидерами различных шахматных школ и философий.

Проф. Макс Оппенгеймер (МОРР) Эм. Ласкер. Прага, 1924 г.

Проф. Макс Оппенгеймер (МОРР) Эм. Ласкер. Прага, 1924 г.

Рети в Остраве-Моравска до 9-го тура лидировал без пораже

ний. Даже в случае ничьей с Ласкером он, вероятно, разделил бы с ним 1-е место.

Идя на решающую партию с Ласкером, Рети, наверное, спрашивал себя, не настал ли момент, чтобы пустить в ход секретное оружие — изобретенную им систему, уже успешно испытанную против Рубинштейна. Но где-то в подсознании он, видимо, предвидел свое поражение... И ему жаль стало подвергать свое любимое творение столь жестокому испытанию.

Kgl—f3 d7-d5

d2—d4 . . .

Лишь слегка приоткрыв полог колыбели своего детища, Рети тут же задернул его, отложив решающую проверку нового дебюта на восемь месяцев — до Нью-Йорка.

2.. . .

Kg8-f6

3.

с2—с4

с7—сб

4.

КЫ—сЗ

d5 : с4

5.

е2—еЗ

Ь7—Ь5

6.

а2—а4

Ь5—Ь4

7.

КсЗ—а2

е7—еб

8.

Cf 1 : с4

Cf8—е7

9.

0—0

0—0

10.

Ф61—е2

Kb8-d7

Один из первых опытов Ласкера в славянской защите и, насколько припоминаю, один из немногих. Дебют он разыгрывает традиционно, следуя книге Тарраша «Защита ферзевого гамбита». Да и лидер гипермодернистов ведет сражение на чуждой ему идейной основе. Пока ни одному из партнеров не удалось добиться простора для реализации своих идей.

Однако при переходе в миттельшпиль появляются нюансы: Ласкер вместо обычного развития слона на Ь7 ставит его на аб, а Рети, со своей стороны, уже 11-м ходом допускает сразу две слабости — пункт сЗ и пешка ЬЗ. Вдобавок к этому он неожиданно разменивается на с5 и приглашает на это поле черного коня, который сразу же берет на прицел ослабленную пешку ЬЗ. Все это, несомненно, входило в план Рети, и в последующей маневренной игре Ласкеру не без труда

удается лишь поддерживать рав-

новесие

— «balance

of position».

11.

Ь2—ЬЗ

а7—аб

12.

Сс1—Ь2

сб—сб

13.

JIfl— dl

Фd8—Ь6

14.

Ка2—cl

Сс8—аб

15.

d4 : сб!

Kd7 : сб

16.

Kf3— еб

Саб : с4

17.

Кеб : с4

ФЬб—аб

В результате «нелогичного» размена на с5 Рети захватил линию «d» и удлинил диагональ слону Ь2. Ласкер издали почув

ствовал опасность стратегического нажима белых и поэтому ищет свои шансы в тактике. Конь

cl пока что прикован к защите пешки, а второй конь связан. В связи с этим возникает угроза Л18—с8 и Кс5 : ЬЗ; угроза

довольно прозрачная, но, как

ни странно, трудноотразимая. Приходится убирать слона с выгодной диагонали, поручив ему прозаический размен коня с5.

Cb2—d4Л18—с8

Cd4 : с5Се7 : с5

Фе2—13Сс5—е7

В ответ на стратегический маневр Кс1—d3—е5, планируемый Рети, Ласкер задумал тактический рейд К16—d5—сЗ, а для этого нужно прикрыть поле 17 слоном. Рети видел сейчас возможность более спокойного продолжения — 21. Ке2, но, по его словам, хотел большего.

Kcl— d3К16—d5

Kd3— е5Се7—16

еЗ— е4Kd5—сЗ

Как стратег Рети переиграл Ласкера. Следующим ходом он отгоняет черного ферзя на 7-ю горизонталь, затем развивает

вторую ладью на линию «е» в поддержку центральной пешке. Кроме того, его кони присматриваются и к пешке f7, и а5, и к пункту d6, тогда как черный конь смотрит в пространство... Как черным продолжать игру?

Лdl—d6Фаб—Ь7

Ла1—el06 : е5

Кс4 : е5ФЬ7— с7!

Профилактика против 27. Лd7, на что последует хладнокровное 27. . .Ф : е5 28. Ф : 17+ Kph8 29. f4 Ф16, и атака белых захлебывается. Не проходит и 27. ФdЗ ввиду 27. . .К : е4 28. Л : е4 Ф : d6 29. Ф : d6 Лс1+.

Ке5—с4. . .

Конь уходит на свою прочную стратегическую позицию, где он защищает ладью и перекрывает линию «с». Между прочим, уже грозит е4—е5.

Опять возникает вопрос: как играть черным? Если взять пешку а4, белые, конечно, продолжают 28. е5! КсЗ 29. КЬ6, а на 28. . .Л68 Рети рассчитал вариант 29. Лedl КсЗ 30. Л67! f5 31. ef. Но и Ласкер кое-что рассчитал.

. . . еб—е5

Ф13— 15. . .

При оценке хода 27. . .е5

следует иметь в виду, что позиция черных была стратегически очень слаба, быть может даже проиграна. На что же надеялся Ласкер, ставя пешку под удар?

. . . КсЗ—е2+

«Шах!»— говорит конь. «Deus ex machina»,— поясняете. Тар- таковер в своих комментариях на немецком языке. Однако в авторизованном переводе на русский язык его учебника «Ультрасовременная шахматная партия» он уже пишет: «Equus ex machina» .

Должен признаться, что, прочитав в 19-летнем возрасте это единственное примечание к ходу 28. . .Ке2+, я его не совсем понял, а точнее — совсем не понял. Не исключено, что и сегодня — 50 лет спустя — не всем молодым читателям будет понятно это примечание, достойное Цицерона и Демосфена.

Дело в том, что в античных трагедиях авторам не всегда удавалось достойно разрешить завязанные ими коллизии между действующими лицами. Тогда на

сцене появлялся спускаемый на специальном механическом приспособлении бог (Deus) и направлял смертных на правильный путь, используя соответствующие поощрения или санкции. Здесь же по сценарию Ласкера в верховной роли выступает конь (Equus). На этом забавном созвучии и основан каламбур неистощимого шахматного острослова Савелия Тартако- вера.

Kpgl— fl . . .

Решающая ошибка в жесточайшем цейтноте. Мы еще вернемся к этому ходу.

. . .Ке2—d4

ФГ5 : е5Kd4 : ЬЗ

Кс4—Ь6КЬЗ—d2+

Вот почему надо было уйти королем на hl!

Kpfl—glKd2—c4

Kb6 : c4 . . .

Когда Ласкер играл 27. . .e5, он должен был предвидеть, что теперь белые не смогут взять ладью а8: 33. К : а8 Ф : d6 34. Ф : d6 К : d6 35. КЬ6 (35. е5? Кс4 36. Лс1 ЬЗ!) 35. . .Лсб 36. Kd5 К : е4, и белые проигрывают важную центральную пешку.

33.. . .

Фс7 : с4

34.

Фе5— 15

Ла8—Ь8

35.

е4—е5

...

Последний резерв.

35.

...

Ь4—ЬЗ

36.

е5—еб

17 : еб

37.

Л (16 : еб

Лс8—18

38.

Ф15—е5

Фс4—с2

39.

12—14

ЬЗ—Ь2

40.

Леб—е7

Фс2—§6

41.

14-15

Фg6—16

Рети создает противнику максимум затруднений, но Ласкер не уступит победу в выигрышном окончании.

Фе5—d5+. . .

В случае размена ферзей черные выигрывали следующим способом: 42. Ф : 16 gf 43. ЛЫ Лк8 44. Лее1 Лс4 и 45. . .Л : а4.

. . .Kpg8—h8

Ле7—Ь7Ф16—сЗ

Белые сдались. Тартаковер считает, что Рети несколько поторопился, но сам же приводит выигрывающий вариант: 44. ЛИ ФеЗ+ 45. КрЫ Фс1 46. Kpgl h6! 47. f6 Л : Ь7 48. Ф : Ь7 Л : 16!, и оборонительные ресурсы белых исчерпаны.

Вернемся теперь к позиции на последней диаграмме и спросим себя, как могло получиться, что из-за одного-единственного шаха конем положение белых из стратегически выигранного превратилось в проигранное.

Рети ушел королем на fl. А что было делать? Брать коня нельзя ввиду 29. Л : е2 Ф : d6 30. К : d6 Лс1 + - Этот очевидный вариант Рети мгновенно увидел даже в жесточайшем цейтноте. Не увидел он лишь того, что брать коня все же было можно — несмотря ни на какие созвучия, это ведь всего только конь, а не бог: 29. Л : е2 Ф : d6 30. Ф : f7+! Кр : f7 31. К : d6+ Креб 32. К : с8. Правда, черные не обязаны брать ферзя, им лучше ответить 30. . .Kph8, но и тогда после 31. Ф65 у белых две пешки за качество — вряд ли они проиграют.

Но и это не все. Неугомонный Тарраш, также участвовавший в турнире, не упустил случая доказать, что у Рети был выигрыш, надо было лишь уйти королем не на fl, а на hl. Такое парадоксальное решение не могло прийти в голову за доской, да еще в цейтноте. А вариант Тар- раша такой: 29. Kphl Kd4 30. Ф : е5 К: ЬЗ 31. КЬб ФсЗ 32. Ф : сЗ Ьс 33. К : а8 с2 34. ЬЗ! с1Ф 35. Л : cl К : cl 36. КЬб Ле8, и белые с лишней пешкой имеют все шансы на победу.

Сборник совместных произведений Ласкера и Рети состоит из четырех «повестей». Первая из них написана в Остраве-Мо- равска, но был еще и пролог. В феврале 1923 года в Роттердаме состоялась консультационная партия Ласкера и Хаалебоса (белые) против Рети и Оскама. Она была доведена до 29-го хода (включительно) и, по одним данным, отложена в следующем положении:

а по другим — проиграна белыми. Действительно, белым здесь не сладко, но отнесем это на счет Хаалебоса.

А если возвратиться еще на 13 лет назад, то мы обнаружим

19-летнего Рети, играющего с Ласкером (черные) в сеансе: 1. е4 е5 2. Kf3 Кеб 3. d4 ed 4. Сс4 Юб 5. 0—0 К : е4 6. Ле1 d5 7. С : d5 Ф : d5 8. КсЗ Ф68 9. К : е4 Себ 10. сЗ de 11. ФЬЗ СЬ4 12. Keg5 cb! 13. К : еб ЬаФ 14. К : d8+ С : el 15. К : еб Ф :с1. Белые сдались.

№ 32. Защита Каро-КаннЛаскер Тартаковер

Острава-Моравска, 1923

Перед последним туром, в котором игралась эта партия, Рети имел теоретические шансы догнать Ласкера и разделить с ним 1-е место, если бы Ласкер проиграл Тартаковеру. Да и Тартаковер в случае победы над экс-чемпионом мира получал 4-й приз или даже участвовал в дележе 3-го. Но для Тартаковера значимость этой партии определялась не призом, который был не так-то уж велик, и не местом, которое мог бы занять Рети,— это его не очень волновало, а тем, что его противником был Ласкер и, значит, предстояла борьба идей.

Победу в этой встрече, как известно, одержал Ласкер, а Тартаковер увековечил партию блестящими комментариями в книге «Ультрасовременная шахматная партия». Эта книга была задумана автором как учебник по теории дебютов и вместе с тем как сборник партий современных ему маэстро. Поэтому примечания Тартаковера к первым 10—12 ходам относятся всецело

Проф. Макс Оппенгеймер во время работы над картиной «Эмануал Ласкер, играющий в шахматы»

к дебюту, занимают несколько страниц и, строго говоря, с данной партией не связаны. Зато последующие комментарии превосходны, хотя по ним и получается, что сам Тартаковер играл очень неплохо, но был превзойден Ласкером по всем пунктам.

А дело было так.

е2—е4с7—сб

d2-d4d7—d5

е4 : d5сб : d5

Cf 1— d3

Это продолжение впоследствии было детально проанализировано М. Ботвинником. По его мнению, более перспективен для белых ход 4. с4,

. . . КЬ8—сб

с2—сЗ Kg8—Й

Cel—14 g7—g6

h2—h3 . . .

Выводя слона на 14 (или черными — на 15), Ласкер часто делает этот профилактический ход, чтобы уберечь слона от размена.

Ботвинник, однако, считает, что 7. ЬЗ позволяет черным уравнять игру, и указывает лучшее продолжение: 7. К13 Cg7 8. Kbd2 Kh5 9. СеЗ 0—0 10. 0—0 15 11. КЬЗ Фd6 12. Ле1 14 13. Cd2 Cg4 14. Се2 Л1е8 15. Кеб с некоторым перевесом белых.

. . . С18—g7

Kgl—13 К16—е4

«Прыжок в неизвестное!» — восклицает Тартаковер. «Неудачное продолжение»,— констатирует Зак. Игру можно было уравнять, по мнению Ботвинника, следующим образом: 8. . . С15 9. 0—0 (слона брать белым невыгодно) 9. . .С : d3 10. Ф : d3 0—0 11. Kbd2 ФЬ6.

Последующий план Ласкера в интерпретации Тартаковера складывается из двух частей: прежде всего белые заставляют смелого коня окопаться посреди доски (9. . .15), что несколько ослабляет конфигурацию черных пешек; затем белые овладевают центральным пунктом е5 — И. Кеб и 13. de, подрывая инициативу черных и в то же время обнажая их слабости на d5 и особенно на еб.

Таким образом, Ласкер после полувынужденного размена коня на еб уже к 14-му ходу одержал стратегическую победу, и дальше все сводилось к тому, чтобы

хладнокровно обойти тактические рифы. В своей «ультраобъективности» Тартаковер несколько упрощает задачу Ласкера и принижает свои замыслы. Тактические рифы были не столь уж безобидны, а позиция черных сохраняла жизнеспособность гораздо дольше, чем до 14-го хода. Стратегическое достижение Ласкера заключалось не столько в ослаблении пешки еб, сколько в том, что белопольный слон черных был бездеятелен до 30-го хода!

Kbl—d217—15

0—00—0

К13—е5!. . .

Мало кто не соблазнился бы здесь прямолинейной и «логичной» игрой на захват линии «е», где расположена столь аппетитная отсталая пешка. Однако, поскольку эта слабость, в общем-то, у черных единственная, они могли долго ее защищать, не теряя надежд на ничью; да и не только защищать, например: 11. Ле1 еб 12. Kfl g5 13. Ch2 g4 14. hg К : 12 15. Кр : 12 lg 16. Kd2 e5! 17. de ФЬ6+.

Примерно к такой ситуации, наверное, и стремился Тартако-

вер, когда его конь совершал прыжок в неизвестное.

...Кеб:е5

С14: е5Cg7:е5

d4: е5Ке4:d2

«Странный размен, не так ли?» — спрашивает Тартаковер. Но он был вынужден пойти на него, так как в случае 13. . .ФЬб белые играют 14. КЬЗ, а на 13. . . Фс7 последует 14. К13, затем ®dl—е2! и Kf3—d4, причем белый конь на d4 оказался бы очень неприятен и даже опасен.

Фdl:d2 f5—f4!

Открывая наконец дыхание своему слону. После партии Тартаковер пришел к выводу, что солиднее было 14. . .еб, хотя и тогда после 15. Hadi Фс7 и 16. . .Cd7 черные при запертом слоне обречены на пассивную оборону. Во время партии Тар- таковеру было совершенно ясно, что, сыграв е7—еб, он попал бы под гидравлический пресс системы «Эм. Ласкер» и не избежал бы судьбы всех, кто на себе испытал его надежность и безотказность.

Можно было продолжать и 14. . .Себ, чтобы на 15. Hadi стремиться к уравнению: 15. . . d4 16. cd Ф : d4 17. С : f5! Ф : е5 18. С : е6+Ф : еб 19. Фd5 Ф : d5 20. Л : d5 Лfd8 21. Лfdl Л : d5 22. Л : d5 Кр17 23. Hd7 ЛЬ8 и т. д. Однако в этом «уравнении» много неизвестных, например: 15. Се2 Фс7 16. С13 Ф : е5? 17. Ле1 и 18. Л : еб.

Правда, в ходе 14. . .Себ таилась хитрая ловушка: в случае 15. Сс2 черные отвечали 15. . .

14!, открывая линии для атаки. И Тартаковер приводит вариант до 30-го хода с «неизбежным матом»... Ласкеру!

Ла1— dl Фd8—с7

Продвижение 15. . .13, по мнению Тартаковера, опровергалось путем 16. Се4!, например: 16. . .1g 17. Ф : d5+ Kpg7 18. Кр : g2 ФЬб 19. Лd2 и так далее.

Вот именно: «и так далее». Интересно все же — как далее? Что, если 19. . .Лd8! (20. Ф : d8 С : НЗ+!)?

Продвижение 14—13 все же опровергалось, и именно ходом 16. Се4, только пешку следует брать не королем, а слоном.

Можно было и сейчас попытаться пойти Сс8—еб, «чтобы искать спасения в безоглядной атаке»: 16. Сс2 Фd7 17. СЬЗ Лad8 18. 13 Л15 19. Фd4 Kpg7, и позицию белых нельзя считать безопасной. Но на 15. . .Себ белые ответили бы 16. Се2 Фd7 17. С13 Had8 18. Фd4, затем Hdl—d2 и ЛИ—dl — атака у черных не получилась, а пешку держать трудно.

ЛИ—el е7—еб

Закрывая дыхание своему слону. Недолго же слон дышал...

Лdl—сП Фс7—d8

Cd3— e2Ф38—a5

«Стратегия растерянности». Черный ферзь заметался: Ф68— с7—(18—а5—с7: е5—d6. Можно было сразу играть 18. . .Фс7 или 18. . .Cd7. В том и другом случае белые ответили бы 19. Ь4, чтобы, например, на 19. . .Себ отогнать слона обратно, а между тем подготовить тематический подрыв сЗ—с4.

Ь2—Ь4Фа5—с7

сЗ—с4. . .

«Столь же элегантно, как и сильно». Медлить уже нельзя. На 20. Ф64 черные имели в виду ответить 20. . .ФЬб, несколько консолидируя позиции, а если 20. Cf3, то 20. . .Ь5.

. . .Фс7 : е5

с4 : d5Фе5—d6

Не проходило 21. . .Ф : d5 ввиду 22. Ф : d5 ed 23. Cf3, и белые захватывают 7-ю горизонталь.

Се2—f3Л18—d8

Фd2—d4Сс8—d7

Или 23. . .ed 24. С : d5+ Ф : d5 25. Ле8+!

Фd4—с5Фd6 : с5

Ь4 : с5Ла8—с8

с5—сб! . . .

«Великолепно!» (Тартаковер).

Ь7 : сб

d5 : сбCd7—е8

сб—с7Лd8—d7

Ле1 : ебСе8—f7

Леб—сбCf7—d5

Ласкер даже в стратегически

выигранном положении все вре

мя ведет темповую тактическую игру. После 29-го хода белых грозило 30. Л : е8+, а сейчас в случае 30. . .С : а2 решало 31. Cg4. Если же 30. . ,Ь5, то 31.

Лс5 и

32. СЬ7.

31.

Лсб—аб

Kpg8-f7

32.

Cf3 : d5+

Лd7 : d5

33.

Лаб : а7

Kpf7—е7

34.

Ла7—а4

g6—g5

35.

Ла4—с4

Kpe7—d7

36.

Лс4—с5

...

«Жестокий финал. Титан победил» (Тартаковер).

. . .Лd5 : с5

Лс1 : с5Лс8 : с7

Лс5 : с7+! Kpd7 : с7

Kpgl— flКрс7—d6

Kpfl—е2Kpd6—d5

a2—a4Kpd5—d4

Kpe2—f3.

Черные сдались.

№ 33. Испанская партия

Эм. ЛаскерЭд. Ласкер

Нью-Йорк, 1924

Когда на демонстрационной доске после 103-го хода появилась надпись «Ничья», изумлению зрителей, собравшихся в японском зале отеля «Аламак», не было предела. Это была, наверное, самая невероятная, самая парадоксальная ничья, когда-либо зафиксированная в международных турнирах.

После подписания мирного договора Эдуард Ласкер, пожи-

мая руку своему более знаменитому однофамильцу, воскликнул:

— Я не знал, что в эндшпиле конь делает ничью против ладьи с пешкой!

Партия эта была тщательно прокомментирована Алехиным в турнирном сборнике, о чем говорят такие цифры: 55 примечаний, 9 восклицательных знаков к ходам белых и 7 — к ходам черных. Кроме того, один вопросительный знак был поставлен Алехиным к 37-му ходу Эм. Ласкера, последствия которого тому пришлось ликвидировать в течение 65 ходов!

Впрочем, Эм. Ласкер мог сделать ничью и раньше, но, стремясь победить во что бы то ни стало, он бесстрашно ходил по краю пропасти — ему обязательно нужно было очко! Ведь у него даже в случае ничьей было бы потеряно в пяти партиях 1% очка. Но не это все-таки было самым неприятным, главное — в случае поражения к нему приближался Капабланка.

Мы нс будем здесь воспроизводить всю партию и все комментарии Алехина, а попытаемся рассказать о событиях в жанре фотоочерка.

Основная позиция чигорин- ской защиты, се можно наблюдать в пятидесяти из каждых ста испанских партий. Ничто не предвещает бурю.

Любопытное положение с геометрическими мотивами. Черные кони симметрично расположились по краям доски, готовясь к прыжкам на с4 и 14, черные слоны стоят рядышком на 7-й линии, а белые — на вертикали «с». И те и другие играют пока роли скорей объектов, чем субъектов атаки. Диагональ dl—h5 загружена фигурами, которые не сильны в действиях по диагоналям... Можно взять пешку е5, тогда все фигуры придут в движение, наступит хаотическое состояние... Брать или не брать?

Kf3 : е5!Cd7 : h3

Ке5 : f7 . . .

Черные, разумеется, не могут взять коня из-за шаха ферзем с d5.

. . .Ch3— еб

Kf7—g5.

(См. след, диаграмму)

КП—еЗ! . . .

Белые угрожают сыграть 31. Лdl и, согнав слона с диагона-

Са4—а5Саб—с7Са4—а5Саб—с732.а2—аЗ33.ЬЗ—Ь432.а2—аЗ33.ЬЗ—Ь4

Са4—а5

Саб—с7

Са4—а5

Саб—с7

32.а2—аЗ

33.ЬЗ—Ь4

32.а2—аЗ

33.ЬЗ—Ь4

ли а5—el, выиграть фигуру. Контр комбинация черных 30. . . К : е4 31. fe Л : е4 опровергается ходом 32. Лс8.

«Черные, думая, что они нашли скрытую защиту, ускоряют события. Однако вскоре они

жестоко разочаровываются в своих ожиданиях» (Алехин). А вслед за ними, добавим, разочаровываются и белые.

. . .СЬ4—аЗ

Лс1—dlСаЗ—Ь4

Теперь грозит мат. Защита

Kg4 недостаточна ввиду

. .К : е4! Поэтому:

f3—f4! Kd2 : е4!

Kphl— Ь2!Лd4 : dl!

Ke3:dl!

Все восклицательные знаки суть знаки качества, ибо они принадлежат Алехину.

36. . . . Фе5—е7

Здесь белые, используя необычную позицию коня на ЬЗ и связку неприятельского коня, могли выиграть фигуру: 37. Kdf2 Лd4 38. ФеЗ СЬ6 39. Лс8+! Kpf7 40. К : е4 Л : е4 41. Ф : е4 Ф : е4 42. Kg5+!

Эм. Ласкер, испытывая недостаток времени, вероятно, не успел рассчитать этот вариант и удовол ьствов алея вы и гр ышем двух фигур за ладью.

Лс2 : с7 Фе7 : с7

Фе2 : е4 Фс7—с4!

Теперь он с некоторым разочарованием увидел, что в случае размена ферзей потеряет пешку аЗ (ввиду плохого положения коня на ЬЗ); затем черные разменяют пешку «Ь» и, отдав, если потребуется, за одну из белых пешек королевского фланга три свои, за последнюю отдадут ладью. А два коня, как известно, не матуют...

Видя, что соперник уклоняется от ничейных вариантов, Эд. Ласкер решил сыграть на психологию. Он построил сейчас позицию, в которой белые могут пожертвовать фигуру, получая возможность атаковать черного короля ферзем и конем. Тогда Эд. Ласкер имел бы ка-

чество за пешку, и, если бы атака белых не проходила, у него появлялись реальные шансы на победу. Эм. Ласкер пожертвовал фигуру на h6!

Черные, сделав последние 5 ходов с восклицательными знаками, отразили атаку и форсировали размен ферзей. Теперь для Эм. Ласкера проблема «как выиграть?» была заменена проблемой «как не проиграть?»

Черные прорываются на ферзевом фланге.

. . .аб—а5!

Ь4 : а5Ь5—Ь4

аэ—аб!Крсб—с5

аб—а7!Ь4—ЬЗ

Белые потеряли все пешки, но подтянули все — увы, немногочисленное — войско к единственной надежде черных — пешке ЬЗ. Теперь начинается карусель вокруг нее. Черный ко

роль хочет, обойдя свою ладью,

попасть на d2.

96.

КЬ2—а4

Л13—еЗ

97.

Ка4—Ь2

Kpd5—е4

98.

КЬ2-а4

Кре4—13

99.

КрЬ4—аЗ

Kpf3—е4

100.

КраЗ—Ь4

Кре4—d4

101.

Ка4—Ь2

ЛеЗ—ЬЗ

102.

КЬ2-а4

Kpd4—d3

103.

КрЬ4 : ЬЗ

Kpd3—d4+

Обе

стороны добились успе-

ха — белые съели пешку, а черные все-таки сумели дать шах!

После этого военные действия были прекращены.

В заключение следует сказать, что после 30. КеЗ! контркомбинация черных, вопреки мнению Алехина, проходила: 30. . .К : е4 31. fe Л : е4 32. Лс8 Ле8!, и черные остаются с лишней пешкой (А. Константинопольский).

У казанная возможность, впрочем, не меняет общей оценки этого напряженного поединка, в котором оба партнера по справедливости заслужили победу.

№ 34. Дебют Рета

РетиЛаскер

Нью-Йорк, 1924

Недалек был финиш турнира. Казалось невероятным, что престарелый Ласкер лидирует, опережая нового чемпиона мира. Сегодня мы знаем, что он опередил и будущего. Капабланка, разыгравшись после неудачного старта, показывал во втором круге чудеса и ожидал хотя бы одного поражения Ласкера, чтобы сравняться с ним, а затем,

быть может, и обогнать. И вот в 16-м туре в борьбу со скептиком и мудрецом Ласкером вступил признанный идеолог гипермодернистов и неоромантиков Р. Рети.

Нью-Йорк — звездный турнир для Рети. Здесь он с успехом применил тщательно подготовленную им систему, которая всегда будет связана с его именем — дебют Рети, какие бы шифры и колдовские знаки ни применял «Информатор» для того, чтобы стереть из памяти шахматистов имена исследователей и аналитиков.

Стратегия Рети в этом дебюте прямолинейна, логична и убедительна. Я даже сказал бы, слишком прямолинейна, слишком логична и поэтому не всегда убедительна. Он фианкеттирхет обоих слонов, сдваивает ладьи по линии «с», а затем переводит ферзя в засаду на al, индуцируя таким образом сильнейшие «поля» по диагонали al—Ь8 и по важной артерии ферзевого фланга — вертикали «с». Центральным пешкам при этом отводится роль штурмового резерва; они не подлежат мобилизации и двигаются лишь в середине игры, смотря по обстоятельствам, на е4 или d4.

Таким образом, Рети имел в своем распоряжении 13 фиксированных ходов, которые практически не зависели от игры партнера: Kf3, с4, g3, Cg2, ЬЗ, СЬ2, 0—0, d3, Kbd2, Лс1, Лс2, Фа1, Лк1. Передвигая фигуры лишь в пределах первых трех

горизонталей, Рети, конечно, оставлял своим партнерам богатый выбор; но, как бы то ни было, он еще до поединка с Ласкером победил белыми Капабланку, Алехина, Боголюбова, Ейтса и Эд. Ласкера. Неужели и Эм. Ласкер разделит их участь?

Пожалуй, никогда еще в шахматах борьба поколений, борьба идей не достигала такой остроты, как в момент этой встречи...

Kgl—f3 d7—d5

с2—с4 с7—сб

Ласкер напоминает своему партнеру о партии, сыгранной год назад в Остраве-Моравска. Там было 1. К13 d5 2. d4 сб 3. с4 de, и получилась чешская защита (ныне более употребительно название «славянская защита»). Ласкер в дебюте уравнял игру, но затем в результате фундаментальных стратегических маневров Рети попал в трудное положение. Правда, в цейтноте он в сложном многова- риантнОхМ маневре «пересчитал» своего партнера. Повторяя теперь 2. сб, он как бы предлагает Рети ответить 3. d4 и вернуться к тому дебюту... Но нет.

Ь2—ЬЗ!Сс8—15

В чешской защите этот выход слона нс считается хорошим, поскольку ослабляется пешка Ь7 и становится возможным в ряде вариантов выпад ферзя на ЬЗ. Здесь же, после того как поле ЬЗ занято пешкой, такое решение проблемы развития белопольного слона вполне здраво.

g2-g3Kg8—16

Cel—Ь2КЬ8—d7

Cfl—g2e7—еб

0—0Cf8—d6

d2—d30—0

КЫ—d2еб—e5

Ласкер ведет игру по центру, предоставляя партнеру максимум возможностей для атаки черных пешек. Надо заметить, что ход 9. . .е5 был бы не так силен, если бы белые сыграли 9. КсЗ. Тогда на 9. . .е5 последовало бы 10. cd cd И. е4 с хорошей игрой у белых. Конечно, это продолжение возможно и сейчас, но черные просто отойдут слоном на g6, сохраняя напряжение. При коне на сЗ белые в этом случае могли взять пешку d5.

с4 : d5 сб : d5

Ла1—clФ68—е7

Лс1—с2 . . .

Расположившись на диагонали 15—с2, эта ладья перешла в категорию «десперадо» и должна теперь в любой момент быть готова к обмену на слона. Разумеется, играя 12. Ле1, белые могли в дальнейшем развязать игру и сделать ничью. Но это было бы идейное поражение! Да и ничью еще надо было делать...

. . .а7—а5!

Браво, Ласкер! Вот это — Шахматы! Пешка обеспечивает коню поле с5 и, грозя продвинуться еще на шаг вперед, вызывает ответный ход белой пешки, ослабляющий пункт и пешку ЬЗ. Но это — внешняя сторона плана черных, а в глубине души пешка а5 подумывает о том, чтобы пройти в ферзи...

а2—а4Ь7—Нб

Фе1—alЛ18—е8

15. ЛИ—clCf5—117

свои силы по генеральной диспозиции: белые создали нестерпимое давление по векторам al— h8 и cl—с8, а черные хотят двинуть центральную пешку по маршруту е5—е4—еЗ... Такая возможность остается и после сле

дующего профилактического хода белых.

Kd2— fl . . .

Но Ласкер обращает свой взор к пешке ЬЗ, ибо ему жаль отдать своего слона с пешкой за ладью с2: 16. . .е4 17. de de 18. Kei еЗ 19. К : еЗС : с2 20. Л:

с2, и у белых контршансы.

. . .Kd7— сЗ

Лс2 : с5!Cd6 : сЗ

Kf3 : е5Ла8—с8

КП—еЗФе7—еб

h2—НЗСс5—d6

Лс1 : с8Ле8 : с8

Партия перешла в маневренную стадию, у черных качество за пешку, однако выигрыш еще отнюдь не близок. По-видимому, этот перелом в характере борьбы обоими партнерами не был психологически осознан.

В позиции черных есть долговременная слабость — пешка d5. Если добавить к этому сиюминутный геометри- ческий мотив — пешка Ь7 находится на одной диагонали с этой слабой пешкой под воздействием слона g2,— то возникает тема для маневра 22. K5g4 К : g4 23. hg! и белые получают вторую пешку за качество. В этой связи ход 20. ЬЗ, создающий опору для коня, иначе, как превосходным, не назовешь. Однако Рети сделал его совершенно из других побуждений. Им овладела забавная, но вычурная идея перевести ферзя с al на hl и вместо батареи al— h8 сформировать се зеркальное отражение по белым полям. И он упустил возможность 22. K5g4.

Так и в жизни иной раз поступки человека выглядят необычайно тонкими и глубокими, а в действительности он имел в виду совсем другое или совсем ничего не имел в виду. Поэтому в данной партии уместно к объективно превосходному ходу h2—h3 поставить субъективный вопросительный знак...

Ке5— f3 Cd6—е7 23. Kf3—d4 Феб—d7 24. Kpgl—h2 h6—h5

Фа1— hl h5—h4

Ke3 : d5 h4 : g3+

f2 : g3Kf6 : d5

Cg2 : d5Ce7—f6

Cd5 : b7

Теперь у Рети три пешки за качество, и, хотя его конь терпит бедствие, есть надежда, что после размена ферзей у белых найдутся ресурсы для его спасения.

Судьба партии решается в счетной игре.

. . .Лс8—с5

СЬ7—абCh7—g6

Приходится затратить темп, чтобы нейтрализовать угрозу шаха на а8.

ФМ—Ь7Ф67—d8

Любопытно, что черный ферзь, сделав в этой партии 4 хода, ни разу не продвинулся дальше чем на одну клетку, тогда как его белый коллега за

это время проявил завидную резвость: dl—al—hl—Ь7 и погиб на далекой чужбине.

Защитив сейчас коня пешкой, белые подали бы сигнал к решающей атаке противника: 32. еЗ С : d4 33. С : d4 Лс2+.

ЬЗ—Ь4Лс5—с7

ФЬ7—ЬбЛс7—d7!

Теперь Рети вынужден разменять ферзей, и черные благодаря связке коня успевают «перекрасить» белую пешку Ь4.

ФЬб : d8+ Л67 : d8

е2—еЗ а5 : Ь4

Kph2—g2Cf6 : d4

еЗ : d4

Итак, гипермодернистская идея бережного отношения к цен-

Прлф. Макс Оппенгеймер (МОРР) Эм. Ласкер. Нью-Йорк, 1940 г.

37.38.37.38.Себ—ЬЗ Л68—d6 Лd6—16+ Л16—е6+ Леб—е2 Ле2—с2 СЬЗ—d5Себ—ЬЗ Л68—d6 Лd6—16+ Л16—е6+ Леб—е2 Ле2—с2 СЬЗ—d5

37.

38.

37.

38.

Себ—ЬЗ Л68—d6 Лd6—16+ Л16—е6+ Леб—е2 Ле2—с2 СЬЗ—d5

Себ—ЬЗ Л68—d6 Лd6—16+ Л16—е6+ Леб—е2 Ле2—с2 СЬЗ—d5

тральным пешкам реализована Рети последовательно и, можно сказать, бескомпромиссно — партия проиграна, но пешки целы. Кстати, ход 37. ed вынужденный, так как в случае 37. С : d4 решало 37. . . Л : d4! 38 . ed ЬЗ 39. Сс4 Ь2 40. Са2 С : d3.

. . .Cg6— f5

Саб—Ь7С15—еб

Kpg2—13

СЬ7—сб

Себ—Ь5

Kpf3—еЗ

КреЗ—f4

Cb2—cl

Сс1—еЗ Белые сдались.

№ 35. Английское начало

ТартаковерЛаскер

Нью-Йорк, 1924

Савелий Григорьевич Тартаковер — человек высокой культуры и исключительного остроумия; как популяризатор шахмат он не имел себе равных. Уроженец Ростова, молодость свою Тартаковер провел в Вене, затем короткое время жил в

Польше, а вторую половину жизни представлял Францию. Во время второй мировой войны он под именем лейтенанта Картье служил во французской армии.

Тартаковер превосходно говорил и писал по-русски, как и на многих других языках. Это о нем говорили, что он лучший журналист среди шахматистов и лучший шахматист среди журналистов. Аналогичное амплуа предлагали впоследствии Талю, но он заметил, что предпочитает быть лучшим шахматистом не среди журналистов, а среди шахматистов, доказав этим, что по остроумию нс уступает Тартаковеру.

В турнирах Тартаковер играл сильно и ровно, но первые места не занимал: не хватало профессиональной жилки, он нс мог отказать себе в эстетичес

ком наслаждении, даже за такую плату, как ноль в таблице. В этом турнире, например, он впервые применил ход 1. Ь4 (против Мароци), посвятив его орангутангше Сюзанне, с которой познакомился в зоологическом саду на экскурсии.

С Капабланкой он в Нью- Йорке сыграл королевский гамбит, а против Ласкера две сицилианские защиты: сначала черными (1. е4 с5 2. Kf3 еб 3. КсЗ аб), а затем белыми. Не верите? Смотрите сами.

с2—с4е7—е5

а2—аЗKg8—16

е2—еЗCf8— е7

4.

Фdl—с2

0—0

5.

КЫ—сЗ

d7—d6

Нетрудно заметить, что получилась с переменой цвета самая настоящая сицилианская защита. Удивительно, что Тартаковер не начал партию ходом 1. аЗ (дебют Андерсена), но он, вероятно, предвидел ответ 1. . . с!5, после чего его 1-й ход был бы нс особенно полезен. Теперь же черные практически вынуждены были отказаться от продвижения (17—do (что эквивалентно сицилианскому с2— d4), так как белые в этом случае быстро построили бы мощные силовые линии по вертикали «с»..

Kgl—13Л18—с8

СП—е2Се7— 18

0—0КЬ8—сб

d2—d4Сс8—g4

d4—d5Кеб—e7

h2—h3Cg4—d7

Kf3—h2Od8—c8

e3—e4Ke7—g6

У белых все подготовлено для пешечной атаки на ферзевом фланге. В этом смысле и ход а2—аЗ оказался полезным, и ферзь на месте. Конечно, говорить о сколько-нибудь заметном преимуществе белых пока нет оснований, но вся их игра по логике связана с прод-

вижением Ь2—Ь4. И хотя намечаемый в этой связи прорыв с4—с5, как справедливо отмечает Алехин, осуществить совсем не просто, все же такой план объективно отвечал духу позиции. Если, например, 14. Ь4 Ш то 15. С : f4 ef 16. Kf3, затем ЛИ—el, Се2—fl, и черные вынуждены считаться с возможностью как с4—с5, так и е4—е5; кроме того, они должны заботиться о пешке f4. Вместе с тем у черных есть предпосылки для проявления активности на королевском фланге — сильный центр, хорошее развитие и возможность открыть линию «Ь для прямой атаки.

Наверное, к немалому удивлению Ласкера, ожидавшего наступление на ферзевом фланге, Тартаковер сам начинает форсировать игру на королевском.

f2—f4 е5 : f4

Cel : f4 Kg6 : f4 16. ЛИ : 14 Cf8—е7 17. Ла1—fl . . .

У белых нет ни малейших оснований для фигурной атаки королевского фланга — там полно черных фигур и пешечное прикрытие в полном порядке, тогда как белая пешка е4, что ни говори, требует защиты.

Ласкер сейчас перегруппировывает силы, формируя избыточную защиту и создавая базу для контратаки, объектами которой служат ладья 14 и слабая центральная пешка.

. . . Ле8— f8

Фс2—d3 Cd7—е8

Интересный момент. Здесь, как указал А. Константинопольский, белые могли перевести игру в другое русло путем жертвы качества — 19. Л : f6, и если 19. . .С : 16, то отдать второе и последнее качество — 20. Л : f6!

Поскольку Тартаковер ранее отказался от пешечной атаки на ферзевом фланге, эти жертвы выглядят хотя и неожиданными, но логичными. Действительно, после 20. . .gf белые продолжают: 21. Kg4 Ф68 22. Ф64 Kpg7 23. ФеЗ Лg8 24. ФЬ6+ Kph8 25. К : 16 Лg7, и теперь не 26. К : h7 ввиду 26. . .Hg6!, а 26. Cg4! с намерением перевести слона на 15.

По-видимому, черным лучше ограничиться одним качеством и на 19. Л : f6 сразу брать пешкой. Тогда белые могут продолжать атаку одним из четырех способов: 20. Ф64, 20. Л15, 20. Cg4 или 20. Kg4. Последний, на наш взгляд, наиболее перспективен. За качество белые получают как минимум пешку, сохраняя инициативу, например: 20. Kg4 Ф68 21. Л!5 Cd7 22. ЛИ5 Kph8 23. К : f6 С : f6 24. е5!

ФбЗ—g3 Фс8—d8

КсЗ—dlК16—d7

У черных есть возможности и далее планомерно улучшать позицию — Се7—16, Kd7—е5, кроме того, господство на черных полях позволяет им при случае наносить тактические удары слоном на g5, h4 или d4. Поэтому Тартаковер решается на вариант с жертвой качества в надежде оживить тлеющую инициативу накоролевском

фланге.

Kdl—еЗ Се7—g5

Л14—g4. . .

Или 22. Л15 Ch4 и 23. . . Ке5, если же 22. Л13, то сразу 22. . .Ке5.

. . .17—16

ФgЗ— 12h7—h5

Лg4—g3h5—h4I

Тартаковер надеялся на 24. . .Ch4 25. Л : g7+ Kp : g7 26. Ф : h4, после чего у белых действительно назревала опасная атака. Теперь же белые получают за ладью только слона, к тому же это белопольный слон, который в данной обстановке котируется дешевле своего чернопольного собрата.

25.

ЛgЗ—g4

Ce8—h5

26.

КеЗ—f5

Ch5 : g4

27.

Kh2 : g4

Фд8—e8

28.

Се2—f3

Kd7— e5

29.

Kg4 : e5

Фе8 : e5

30.

Kf5 : h4

Cg5 : h4

31.

Ф12 : h4

f6— f5!

Завершена фаза острой борьбы. Теперь раскрывается ли-

ния «1»

и в бой

вступает тяже-

лая артиллерия.

. Впрочем, впе-

реди еще немало тонкостей.

32. е4 : 15Л18 : 15

Л{ 1—elФе5 : Ь2

CIS—g4ФЬ2—d4+

Kpgl—h2Ла8—18

ФЬ4—е7ФЙ4—14+

Kph2—hlЛ15—е5

Ле1 : е5d6 : е5

Фе7 : с7 . . .

Итак, у белых защищенная проходная. Правда, пешка «с»,

защищающая эту проходную, сама нуждается в защите, что станет особенно заметно после размена ферзей. В этом случае ладья отрежет вражеского короля, а черный король блокирует обе пешки. Поэтому 39.. . .е5—е4!

Фс7—е7 Ф14—16!

Ласкер согласен отдать и

вторую пешку ради размена ферзей: 41. Ф : е4 ФП + 42. Kph2 Ф14+ 43. Ф : 14 Л : 14.

Чтобы пойти на этот вариант — ладья против слона и двух пешек,— Ласкеру пришлось рассчитать следующий вариант: 44. с5 Лс4 45. сб Ьс 46. de Л : сб 47. а4 Кр18 48. Kpg3 Лс4 49. Cdl Лd4 50. Сс2 аб 51. Кр13 Лd2 52. Се4 Ла2 53. Себ Кре7 54. g3 Kpd6 55. Се8 ЛаЗ+ 56. Кр14 ЛЬЗ. Какой верой в свою интуицию и точность рас-

чета надо обладать, чтобы принять такое решение!

Тартаковер забирает пешку «Ь» в надежде перехватить чер

ную проходную

Фе7 : Ь7

Kphl— h2

Kph2—gl

ФЬ7—d7

на поле е2.ФГ6—al + Фа1—еб+Л18—Ь8на поле е2.ФГ6—al + Фа1—еб+Л18—Ь8Теперь черные объявляют мат в 6 ходов.

на поле е2.

ФГ6—al + Фа1—еб+

Л18—Ь8

на поле е2.

ФГ6—al + Фа1—еб+

Л18—Ь8

. ..ЛЬ8—Ы +

Kpgl—12е4—еЗ+

Kpf2-e2ЛЫ—Ь2+

Кре2—elФеб—сЗ+

Kpel—flФсЗ—cl +

Лишь здесь наконец Тарта

ковер с чистой совестью сдался.

Партия эта замечательна глубокими стратегическими замыслами Ласкера, его тонкими обо

ронительными маневрами против логически не обоснованной фигурной атаки противника на королевском фланге. Заметим кстати, что партия игралась в предпоследнем туре, и в этот же день Капабланка еще до перерыва выиграл у Рети. Победив, в свою очередь, Тартако- вера, Ласкер сохранил интервал в Р/2 очка и, таким образом, в последнем туре выступал уже в качестве победителя турнира.

№ 36. Сицилианская защитаИльин-Женевский Ласкер

Москва, 1925

Выдающийся общественный деятель Александр Федорович Ильин-Женевский мог бы в шахматах достичь многого. К сожалению, в его, распланированном

буквально по минутам, бюджете времени шахматам находилось место очень редко...

На московском турнире Ильин-Женевский был, что называется, в ударе — выиграл у Шпильмана, Маршалла и прямо накануне партии с Ласкером победил самого Капабланку. В этой встрече он разыграл сицилианскую защиту, очень изобретательно оборонялся, и чемпион мира, будучи не в настроении вести логическую, угрожавшую затянуться борьбу, решился на рискованную атаку. В критический момент Ильин-Женевский оставил под ударом своего ферзя, получил за него ладью, коня и проходную пешку по линии «с», которая и принесла ему победу.

Ласкер тоже избирает против Ильина-Женевского сицилианскую защиту...

1.

е2—е4

с7—с5

2.

КЫ—сЗ

е7—еб

3.

Kgl—f3

07—06

4.

g2-g3

Kg8-f6

5.

Cfl-g2

Cf8—е7

6.

0—0

0—0

7.

Ь2—ЬЗ

...

Эта система, несомненно, была заранее подготовлена Ильи- ным-Женевским. Идея се заключается в том, чтобы, закончив развитие фигур, продвинуть пешку на с4, сдержать активность черных в центре и атаковать затем на королевском фланге.

. . . КЬ8—сб

Сс1—Ь2Сс8—d7

d2—d4сб : d4

Kf3 : d4 ФЙ8—a5

Odl—d2 Ла8—c8

Ла1—dl!. . .

Маневр Фdl—d2 и Ла1—dl подтверждает нашу гипотезу о том, что Ильин-Женевский ведет свою ладью по хорошо изученному фарватеру. Если черные утратят бдительность, то последует 13. К : сб С : сб 14. Kd5 ®d8 15. К: е7+ и 16. Ф : d6.

. . .Kpg8—h8

Черные бдительность не утратили, но темп пришлось затратить.

КсЗ—е2!. . .

Активность белых нарастает. В случае размена ферзей белые сдваивают ладьи, играют с2—с4 и развивают сильнейшее давление по линии «d» и по обоим главным диагоналям.

. . .Лdl—al. . .Лdl—alФа5 : а2!!Фа2 : Ь2Фа5 : а2!!Фа2 : Ь2Но тут, наверное, у Ласкера мелькнула мысль: если вчера Ильин-Женевский, играя сицилианскую, пожертвовал Капабланке ферзя и выиграл, то почему бы мне в сицилианской не поступить так же? Он может играть без ферзя, а я не могу, что ли?

. . .

Лdl—al

. . .

Лdl—al

Фа5 : а2!!

Фа2 : Ь2

Фа5 : а2!!

Фа2 : Ь2

ЛИ—ЫФЬ2:Ы +

Ла1 : ЫЛ18—d8

Ил ьи н-Женевскийнеобы

чайно взволнован, его можно понять — вчера у Капабланки, сегодня у Ласкера... Такого еще не бывало. В своей победе он не сомневался, полагая, что Ласкер не видел потери ферзя. Но как играть, какие ходы делать — он не знал. Прежние планы сразу рухнули, а новых пока не было. Вообще, борьба ферзя против ладьи, фигуры и пешки мало изучена.

Я не удивлюсь, если окажется, что в практической партии Ильин-Женевский встретился с таким соотношением сил впервые. И вот происходят события, которых никто не мог предвидеть (никто, кроме Ласкера!): белые продолжают по инерции делать ходы, входившие в сос

тав их первоначального плана,— с2—с4, 12—14, Kpgl—hl; затем, убедившись в бесцельности, или, вернее сказать, в бессвязности, этих ходов, Ильин-Женевский заметался — ЛЫ—dl—■

al,Фd2—еЗ—сЗ—еЗ, а это

уже, ясно было, не к добру.

17.

с2—с4

К16—е8

18.

12—d4

а7—аб

19.

Kpgl-hl

Ке8—с7

20.

Ф62—еЗ

Лс8—Ь8

21

ЛЫ—dl

Кеб—Ь4

22.

ФеЗ—сЗ

аб—а5

23.

Лdl—al

Ь7—Ь6

24.

ФсЗ—еЗ

Жаль! Позиция после 23. . .

Ь6 была очень интересная, и в ней скрывалось много возможностей для обеих сторон. Прав-

да, диагональ al—h8 запружена белыми фигурами, и в этой связи угроза Се7—16, разумеется, неприятна, но сделанный белыми ход создает комбинационный мотив — КЬ4—с2, и те

перь черным нужно лишь прогнать коня сd4.

. . .еб—е5

Kd4—15Cd7:15

е4 : 15КЬ4—с2

ФеЗ—сЗКс2 : al

ФеЗ : alСе7—16

Теперь у Ласкера за ферзя уже две ладьи и пешка; к тому же белый король раскрыт, а на ферзевом фланге черные могут образовать проходную. Ласкер сначала расставляет фигуры «в связку», то есть так, чтобы они все были надежно защище

ны, а затем продвигает пешку

«а».

Фа1— gld6—d51

с4 : d5Кс7 : d5

14 : е5С16 : е5

g3—g417—16

h2—h4. . .

Эта пешечная атака заве

домо обречена на неудачу, поскольку собственная пешка 15 забивает единственную диагональ, по которой белый слон мог бы сказать свое слово.

. . .Ь6—Ь5

Ке2—d4Kd5—еЗ

Фgl : еЗ Л68 : d4

Cg2—13а5—а4

Ь4—Ь5а4—аЗ

ФеЗ—е2ЛЬ8—d8

Белые сдались.

№ 37. Испанская партия

Ласкер Дуз-Хотимирский

Москва, 1925

...На фотографии участников Всероссийского турнира 1903 года в стороне от именитых победителей — Чигорина, Бернштейна, Сальве можно разглядеть фигуру усталого молодого человека. Это Федор Иванович Дуз-Хотимирский — одна из колоритнейших фигур в истории русских шахмат.

Участник четырех всероссийских турниров, а в дальнейшем нескольких международных турниров и шести первенств Советского Союза, он ни в одном из перечисленных турниров нс был победителем. Однако Дуз-Хотимирский завоевал громкую славу тем, что в Петербурге в 1909 году выиграл у обоих первых призеров, причем у Ласкера — в самый критический момент, когда тот наконец обогнал на пол-очка Рубинштейна и даже при ничьей с Дуз-Хотимирским маг рассчитывать на чистое 1-е место...

Остался ли хоть один уголок в нашей стране, где в 20-х и 30-х годах нс побывал этот неутомимый пропагандист шахмат? Вот он в поездке по городам По-

волжья, вот он в Самарканде, а вот уже в Шейхнатуре, центре старого Ташкента, дает сеанс одновременной игры, а вот Дуз- Хотимирский участвует вне конкурса в первенстве Туркмении.

Он был человеком нестандартного мышления, до последних дней своей жизни, почти до 90 лет, сохранившим ясность ума и жизненную силу. Получив в сорок третьем «похоронку» на сына, он остался одиноким, но его всегда — в клубе железнодорожников и в крохотной комнатке на Сретенском бульваре в Москве, где он жил,— окружали ученики и друзья.

В шахматах Дуз-Хотимир- ский был бесстрашным экспериментатором, что делало его опасным партнером для любого. Молодые соперники с осторожностью подходили к нему, как охотники к старому льву, которого легко можно ранить разрывной пулей подготовленного варианта или усыпить намеренно осторожной игрой, но который и сам может одним прыжком растерзать неприятельского короля. Заняв высокое место в 4-м первенстве СССР (1925), Дуз-Хотимирский попал в десятку советских шахматистов, приглашенных в I Московский международный турнир. Будучи шутником и оптимистом, он сказал тогда мне, студенту: «В Петербурге я выиграл у Ласкера и Рубинштейна и здесь, вот увидите, выиграю у них снова».

Но получилось иначе: оба

они взяли реванш, хотя в партии с Ласкером Дуз-Хотимир- ский был близок, очень близок к победе...

1.

е2—е4

е7—е5

2.

Kgl—13

КЬ8-с6

3.

СП— Ь5

а7—аб

4.

СЬ5—а4

Kg8-f6

5.

0—0

Cf8—е7

6.

ЛИ—el

Ь7-Ь5

7.

Са4—ЬЗ

d7—d6

8.

с2—сЗ

Кеб—а5

9.

СЬЗ—с2

с7—с5

10.

d2—d3

...

Ласкер не хочет ходом d2— d4 сразу свести игру к главному варианту чигоринской системы, рассчитывая впоследствии продвинуть эту пешку или, в зависимости от обстоятельств, приступить к атаке на королевском фланге, опираясь на прочном удержании пункта е4.

Но это «впоследствии» в данной партии так и не наступило.

. . .0—0

КЫ— d2Л18-е8

Kd2— flФ68— с7

Cel— g5Ла8—Ь8

а2—аЗ. . .

Ход не из лучших. Традиционный план белых связан с маневром КЫ—d2—fl—еЗ, затем h2—h3, g2—g4 и при случае КеЗ—f5; но это все — при пешке на d4.

. . .Сс8— еб

h2—h3h7—h6

Cg5—d2Ka5— c6

Odl—e2Ce7— 18

Любопытная позиция. Черные контролируют все поля на 4-й горизонтали, тогда как белые на 5-й — лишь четыре по-

ля. Легкие фигуры и ладьи черных расположены удачно, они готовы и к атаке и к защите. В этих условиях у белых нет оснований первыми завязывать пограничные инциденты.

аЗ—а4 Ь5—Ь41

сЗ—с4К16—d7

Cd2—еЗ . . .

Если белые закроют ферзевый фланг, сыграв Ь2—ЬЗ, то у них возникнут заботы по защите пешки «Ь» после Кеб—а5.

. . .g7-g6

K13-d217—15

е4 : 15g6 : 15

Фе2—h5. . .

Этот маневр не означает начало атаки, цель его — разменять ферзей.

. . . Kd7—16

ФЬ5—g6+ Фс7—g7

Фg6 : g7+С18 : g7

12—14. . .

Ход, который Ласкер считает ошибочным. По его мнению, даже при пассивной игре (например, 12—13) белые могли еще долго держаться.

. . .К16—d7

Ла1—dlСеб—17

Kd2—ЬЗ . . .

Белые вынуждены блокировать пешку конем, посколь

ку 28. ЬЗ проигрывает форсированно: 28. . .el 29. С : 14 Kd4 с двойной угрозой — Kd4 :

с2 и Kd4—е2+.

...

СеЗ : 14

КЬЗ : d4

е5 : 14Кеб—d4Cg7 : d4+Ь4—Ь31е5 : 14Кеб—d4Cg7 : d4+Ь4—Ь31Kpgl— h2

е5 : 14

Кеб—d4

Cg7 : d4+

Ь4—Ь31

е5 : 14

Кеб—d4

Cg7 : d4+

Ь4—Ь31

Свершилось! Партия черных уже стратегически выиграна. Теперь дело за небольшим— надо выиграть ее тактически...

Ле1 : е8+ С17 : е8

Сс2—Ы Kd7—е5

КП—g3 Се8—g6

Боголюбов отмечает неточность маневра Дуз-Хотимир- ского: следовало играть 34. . . Cd7! 35. JId2 К17 (освобождая диагональ для отхода слона) 36. а5 Ле8 37. Ке2 С16 с «бесспорно выигранной позицией». Так ли это?

Лб1— d2ЛЬ8—Ь4?

А этот ход Боголюбов считает уже прямой ошибкой, и, вероятно, он прав. Преимуществосохраняло35. . .К17.

Kg3—е2ЛЬ4 : а4

Ке2 : d4с5 : d4

с4—с5!. . .

Тактический удар, ставший возможным из-за упрямства

черного коня, упорно не желавшего уйти с поля е5.

. . .Ла4—al

Что это? Амок или цейтнот? Стоило ли охотиться за хищником, который сидит в клетке? Вернувшись на а5, ладья еще поспевала к полю боя.

с5 : d6Ке5—d7

Лd2—dlCg6—f7

Несмотря на цейтнот, Дуз- Хотимирский разглядел коварную угрозу: 41. Сс2! Л: dl 42. С : Ь3+ и 43. С : dl.

Лdl—el аб—а5

Черные, видимо, потеряли счет ходам и, не заметив, что контроль уже прошел, сделали сейчас первый попавшийся ход, окончательно упустив возможность сопротивления. После 41. . .Ла5 42. Ле7 Kf8 они могли

еще продолжать борьбу.

42.

Ле1—е7

Kd7— с5

43.

Cf4—е51

Ла1—а4

44.

Ле7— с7!

Кс5—еб

45.

d6—d7

Ла4—Ь4

46.

Лс7—с8+

Kpg8—h7

47.

Лс8—h8+

Kph7—g6

48.

ЛН8—е8

ЛЬ4—Ь6

49.

Се5—14

Кеб : 14

50.

d7—d8Ф

ЛЬ6—сб

51.

Ле8—е7.

Черные сдались.

Один из самых замечательных примеров психологической силы Ласкера, его редкого хладнокровия, позволявшего не терять голову в самых, казалось бы, безнадежных ситуациях.

Надо отдать должное и его сопернику. В этой партии Дуз- Хотимирский как стратег переиграл Ласкера, но затем то ли под влиянием навязчивой идеи, то ли в цейтноте недосчитал варианты и дал возможность Ласкеру решить исход поединка тактическим путем.

Впрочем, черные допустили не так уж много неточностей, и Боголюбов в своих комментариях по меньшей мере в одном месте не прав. Вернемся к 34-му ходу черных. Боголюбов рекомендует 34. . .Cd7 35. Лd2 Kf7 36. а5 Ле8 37. Ке2 Q6, но именно в этом случае становилось возможным 38. d4! cd 39. К : d4 Ле1 40. С : f5 С : d4 41. С : d7 или 39. . .С : d4 40. Л : d4 Ле1 41. Cd3 Лdl 42. с5; в обоих случаях позиция белых, во всяком случае, не хуже.

Неточностью черных был лишь маневр ЛЬ8—Ь4 : а4.

№ 38. Ферзевый гамбит

ЭйвеЛаскер

Цюрих, 1934

Среди шахматной элиты Макс Эйве отличался удивительной стабильностью. Кривая его спортивных результатов на редкость нединамичная и состоит

из трех последовательных прямых: круто восходящей вверх, долгой горизонтали и резко падающей вниз. В основе шахматной силы Эйве лежали такие качества, как внутренняя дисциплина, систематичность, логика и техника самого высшего клас

са.

Стабильность привела к тому, что Эйве держался на поверхности всего лет пятнадцать. Он лишь сохранял силу, а другие в это время уходили дальше... Но в Цюрихе он был в расцвете сил, что и доказал вскоре,

выиграв матч на первенство мира у Алехина.

Что же мог противопоставить бывший чемпион мира будущему,

каким оружием могла старость (66 лет) бороться с молодостью (всего 33)? С чем приехал Ласкер в Цюрих после девятилетнего перерыва в турнирной

практике?

d2—d4

с2—с4

КЫ—сЗ

Сс1—g5

е2—еЗ

Kgl—f3

d7—d5 е7—еб Kg8— f6 Kb8—d7с7—сб Cf8—е7d7—d5 е7—еб Kg8— f6 Kb8—d7с7—сб Cf8—е7Щелкнула электронная машина и зажгла Ласкеру пер

d7—d5 е7—еб Kg8— f6 Kb8—d7

с7—сб Cf8—е7

d7—d5 е7—еб Kg8— f6 Kb8—d7

с7—сб Cf8—е7

вую красную лампочку: если ты пошел с7—сб, то выводи ферзя на а5, а затем и слона тащи на Ь4. Или же играй систему Ботвинника — 6. . .de 7. е4 Ь5 и т. д. Иначе ход с7—сб —

или переход на ортодоксальные «рельсы» или потеря темпа, так как все равно придется двинуть эту пешку на с5. Мудрец

молча кивает головой: «Да-да, потеря темпа... все равно придется...»

Odl—с20—0

а2—аЗЛ18—е8

Ла1—cld5 : с4

Cfl : с4Kf6—d5

Cg5 : е7Od8 : е7

КсЗ—е4Kd5—16

Ке4—g3сб—с5

На 13. . .е5 было бы неприятно 14. Kf5. Многие предпочли бы здесь 13. . .Ь5 с последующим Сс8—Ь7, но Ласкер хочет вывести слона на другую диагональ, а для этого желательно сохранить пешку на Ь7, чтобы слон тверже стоял на сб.

Но, в общем, все эти маневры обеих сторон носят характер разведки; после 15 ходов (и даже чуть дальше) 5-я линия выглядит «ничейной полосой», на ней нет ни фигур, ни пешек, лишь кое-где пересекаются силовые линии.

0—0 с5 : d4

Kf3 : d4Kd7—Ь6

Cc4—a2Ла8—b8

Вторая красная лампочка. Все равно вскоре придется переставить ладью на с8, а сейчас лучше было 16. . .Cd7, и если 17. Фс7, то 17. . .Са4.

еЗ—е4 . . .

Наконец, последовал сигнал к атаке, но комментаторы (и среди них Алехин) не одобряют этого намерения, поскольку им известен результат партии. Вместо этого рекомендуется Фс2— d2—а5 с последующим сдвоением ладей по линии «с». И вот, допустим, последовало бы: 17. Ф62 аб 18. Фа5 Kbd5 19. Лс2 Ь6. . . Тогда уже комментаторы наверняка написали бы примерно следующее: «Маневр Фс2— d2—а5 отнял много времени и не принес существенной выгоды. Заслуживало внимания 17. е4! с дальнейшим е4—е5 — белые

имели все шансы на успешную атаку». А у них действительно

есть шансы...

. . .Ле8—d8

ЛИ—dlСс8—d7

е4—е5Kf6—е8

Са2—blg7—g6

Фс2—е4Cd7—а4!

Черные теперь захватывают важный пункт Ь4 и ослабляют поле сЗ.

Ь2—ЬЗСа4—d7

аЗ—а4КЬ6—d5

Cbl—d3ЛЬ8—с8

Теперь видно, что 16-й ход черных действительно был лишний.

Cd3—с4СЬ7—сб

Kd4 : сбЬ7 : сб

Лdl—d3 . . .

Белые парируют угрозу

. .КсЗ.

. . .Kd5—Ь4

ЛdЗ—13. . .

Эйве играет ва-банк. В рас

чете на матовую атаку он остав

ляет линию «d» — важнейшую

оперативную магистраль —

в полном распоряжении чер

ных.

. . .Лс8—с7

h2—h4 Лс7—d7

h4—h5 Фе7—g5

Лс1—el Лб7—d4

h5 : g6!. . .

Белые оставляют ферзя в дар противнику: 32. . .Л : е4 33. gf+ Kpf8 34. 1еФ+ Кр : е8 35. К : е4 ФН4 36. Kd6+, и

черным придется во избежание

худшего отдать еще и качество.

. . . h7 : g6

Фе4—е2 . . .

Атака отражена, но Эйве с разбегу этого еще не понял, он надеется на поле 16. Между тем пора было теперь или в крайнем случае на следующем ходу сыграть ферзем на еЗ и разменять ферзей.

. . .Л64—d2

Фе2—ИКЬ4—с2

Kg3—е4. . .

. . . Фg5 : е51!

Колоссально! Ласкер отдает ферзя, получая за него, как когда-то в Москве против Ильина- Женевского, ладью, легкую фигуру и пешку.

Дальнейшие гармоничные

36. Ке4—16+

Фе5 : 16

37. Л13 : 16

Ке8 : 16

38. Ле1—cl

К16—е4

39. Сс4—е2

Кс2—d4

40. Се2—13

Ке4 : 12

41. ФП—с4

К12—d3

42. Лс1—11

Kd3—е5

43. Фс4—Ь4

Ке5 : 13+

44. g2 : 13

Kd4—е2+

45. Kpgl—h2

Ке2—14+

46. Kph2—hl

Лd2—d4

47. ФЬ4—e7

Kpg8—g7

Открывая дорогу ладье на линию «Ь».

48. Фе7—с7

Лd8—d5

49. ЛИ—el

Лd5—g5

50. Фс7 : сб Белые сдались.

Лd4—d8l

Это была вторая встреча

действия черных коней и ладей

напоминают симфонию.

Ласкера с Эйве, первую партию Ласкер выиграл в Остраве-Мо- равска (1923) в сложном энд

шпиле.

№ 39. Французская защитаЛаскерКапабланка

Москва, 1935

После победы над Капабланкой в Петербурге (1914) Ласкеру ни разу больше не удавалось выиграть у кубинца. И вот на московском турнире Ласкер, явно не стремившийся к первому призу, поставил перед собой три задачи: пройти турнир без поражений, опередить Капабланку и, самое главное, выиграть у него. Других соперников он видеть не хотел. Что же касается острой атаки Ласкера в последнем туре против Пирца,

то она была в значительной мере продиктована тем, что Капабланка, который в течение всего турнира отставал от Ласкера, разыгрался на финише и вот- вот мог его обогнать.

е2—е4 е7—еб

d2—d4 d7—d5

Kbl—c3 Cf8—Ь4

Капабланка открывает партнеру возможность перейти к острейшим вариантам, которые в то время были в центре внимания теоретиков: 4. е5 с5 5. аЗ С : сЗ+ 6. Ьс Ке7 или 6. . .Фс7. Это начало охотно применял Ботвинник, и прошло немало времени, прежде чем удалось найти надежное противоядие.

Ласкер понял психологический замысел Капабланки, не захотел ввязываться в неясные

осложнения, а предпочел играть на задержание белопольного слона.

Kgl—е2 d5 : е4

а2—аЗ СЬ4—е7

У Капабланки была возможность осложнить игру путем 5. . .С : сЗ+ 6. К : сЗ 15, но перспектива остаться без чернопольного слона при пешках, рас

положенных на показалась ему тельной.

КсЗ : е4

Ке2—сЗ

Cel—f4

КсЗ : е4

СП—d3

белых полях, малопривлека-Kg8-f6Kb8—d7Kf6 : е4Kd7— f60—0стратегическая- не допуская-с5, выключитьбелых полях, малопривлека-Kg8-f6Kb8—d7Kf6 : е4Kd7— f60—0стратегическая- не допуская-с5, выключитьБлижайшая задача белых ■ ни еб—е5, ни с7-

белых полях, малопривлека-

Kg8-f6

Kb8—d7Kf6 : е4

Kd7— f60—0стратегическая- не допуская-с5, выключить

белых полях, малопривлека-

Kg8-f6

Kb8—d7Kf6 : е4

Kd7— f60—0стратегическая- не допуская-с5, выключить

из игры слона с8 и получить фигурное превосходство для атаки королевского фланга. В данный момент освобождающее пешечное продвижение невозможно, и Ласкер укрепляет свою позицию.

Ке4 : 16+ Се7 : (6

с2—сЗ Фd8—d5

Положение черных стесненное, но позиция прочна. Капабланка сейчас делает несколько ходов, о которых можно сказать, что они не бесполезны (Ф65, Ле8, Cd7), но не изменяет общую обстановку — слон так и не входит в игру. Попытка флангового развития слона путем 12. . .Ь6 опровергалась тактически: 13. ФЬ5 g6 14. Ф13 ЛЬ8 15. С : с7!

Сделанный Капабланкой ход не лишен яда. Это видно из варианта: 13. О—0 с5 14. de Лd8 (не 14. . .Ф : с5 из-за 15. Cd6!) 15. Cd6 Ь6 16. Фс2 СЬ7 17. С : h7+ Kph8 18. 13 g6 19. С : g6 fg 20. Ф : g6 Фg5 21. Ф : g5 С : g5 22. Л1е1 Cd5.

Позиция черных не хуже.

Если же не рокировать и пойти 13. Фс2, то последует: 13. . . Ф : g2 14. С : h7+ Kph8 15. Се4 Фg4 16. С : с7 е5! 17. С : е5

С : е5 18. de Ф14, и у черных есть контригра.

Фdl—е2

С виду — скромное и безобидное передвижение. А на самом деле этот ход имеет сложную подоснову: теперь не проходит ни 13. . .с5 из-за 14. Се4, ни 13. . . Ф : g2 ввиду 14. Се4 ФИЗ 15. С :с7.

. . .с7—сб

0—0Л18—е8

Ла1—dlСс8—d7

ЛИ—el

Ласкер планомерно интегрирует свои преимущества, Капабланка строит оборонительные рубежи, но маневрируют они каждый в своем лагере. Скоро ли вступит в силу этический закон атаки?

Уже сейчас было возможно 16. Се5, и черные не могут брать слона, если не хотят потерять пешку: 16. . .С : е5 17. С : h7+ Кр : h7 18. de ФЬЗ 19. Л : d7. Однако Ласкер рассчитывает извлечь из позиции несколько больше.

. . .Фd5—а5

Фе2—с2g7—g6

Наконец появилась зацепка, за которую может ухватиться белая пешка «Ь», которая давно уже ждет своего часа.

Cf4—е5 Cf6—g7

Играя 18. . ,Ф68, черные могли бы притормозить движение крайней пешки.

h2—Н41Фа5—d8

h4—h5Фd8—g5

Се5 : g7 Kpg8 : g7

Ле1—e54>g5—e7

Л61—el Фс2—cl Ле1—еЗ ЛеЗ—ЬЗЛ61—el Фс2—cl Ле1—еЗ ЛеЗ—ЬЗ23.24.25.26.23.24.25.26.Лd8-g8Лg7 : g6Лg8 : g6Кре7—d7 17—16 а7—абHg6—g5Kpd7—d8Kpd8—c7Лd8-g8Лg7 : g6Лg8 : g6Кре7—d7 17—16 а7—абHg6—g5Kpd7—d8Kpd8—c7

Л61—el Фс2—cl Ле1—еЗ ЛеЗ—ЬЗ

Л61—el Фс2—cl Ле1—еЗ ЛеЗ—ЬЗ

23.

24.

25.

26.

23.

24.

25.

26.

Лd8-g8

Лg7 : g6

Лg8 : g6

Кре7—d7 17—16 а7—аб

Hg6—g5

Kpd7—d8

Kpd8—c7

Лd8-g8

Лg7 : g6

Лg8 : g6

Кре7—d7 17—16 а7—аб

Hg6—g5

Kpd7—d8

Kpd8—c7

Атака белых постепенно нарастает, но жизнеспособность позиции черных еще не сломлена. Как справедливо указал Зак, сейчас сильно было 22. . . ФЬ6 23. ФЬЗ Ьб 24. ФЬ4 16 25. Ле2 Ф : Ь5 26. с4 е5 27. de Л : е5 28. Фе1 С15 или 23. Се2 Kpg8 24. ФЬЗ Ьб 25. ФЬ4 Ф18; если же 23. Лбе1, то 23. . .16 и 24. . .Ф : Ь5. Однако и в этом случае белые сохраняли опасную инициативу благодаря свободным коммуникациям и перевесу в силах на главном участке сражения.

Ле8—g8 Ла8—d8 Cd7—с8

Kpg7—18

Черные задумали план бегства короля по маршруту 18— е8—d7—с7, но допустили неточность при его исполнении, не заметив возможности 29. С : g6! «Правильный» порядок ходов был такой: 26. . .ЛЬ8 27. Ь6+ Kpg8 и т. д. Однако у белых, в свою очередь, был хороший план — Фс1—14, ЛЬЗ—13, сЗ—с4 и d4—d5. Черный король и в этом случае далеко не ушел бы.

Фс1—Ь6+ Лg8—g7

Ь5 : g6 Ь7 : g6

Cd3 : g6! Фе7—16

Слона брать нельзя: 29. . . 1g 30. ФЬ8-г Лg8 31. Л13+ и 32. Ф : g8+.

Леб—g5!Кр18—е7

На 30. . .Лбб Ласкер заготовил 31. Л : d5 cd 32. ФЬ8+ Кре7 33. Ф : с8 Л : g6 34. ЛЬ8. Ошибкой было бы в этом ва

рианте 31. Л13 из-за 31. . .Ф : 13! 32. gl Л : g5+ и 33. . .Л : g6.

ЛЬЗ—13Ф16 : 13

g2 : 13

Kpgl—11

Лg5 : g6

ФЬ6—Ь2

ФЬ2—14

сЗ—с4

Ф14—Ь4

ФЬ4—Ь7+

ФЬ7—Ь8+

ФЬ8 : 16.

В этом положении партия была отложена на час, после чего полагалось играть еще 2 часа. Регламент крайне тяжелый для пожилого, скажем больше — старого, человека. Ласкер про

шел в комнату отдыха и, не вступая ни с кем в беседу, провел там этот час. Фрау Марта сидела около него...

Выйдя снова на игру, Ласкер, несмотря на отдых, выглядел до крайности утомленным. После перерыва Капабланка не делал сколько-нибудь заметных ошибок, а Ласкер вообще не допустил ни одной. Он передвигал фигуры, следя только за тем, чтобы не повторить позицию трижды. С этой целью он применил такую тактику: пос-

Рисунки художника Л. Говорова, сделанные им с натуры в 1935 г. во время международного турнира в Москве

тавил короля на е2 и сделал 3 хода ферзем, затем перешел королем на е4 и снова сделал ферзем 3 хода, наконец, перевел короля на еЗ и сделал ферзем еще 6 ходов, но всякий раз ставил его на разные клетки.

Ласкер выполнил свою программу на этот игровой день: он получил ферзя и две пешки за ладью и слона, причем слон так и не выбрался на волю за колючую проволоку собственных пешек.

Доигрывание продолжалось 23 хода. Партия была отложена

во второй раз в следующей позиции:

Белым надо теперь перевести короля по черным полям на ферзевый фланг (желательно на Ь6), проведя где-то по дороге с4—

с5, а уж затем атаковать пешку Ь7. Если черные изменят пешечную структуру, сыграв, например, аб—а5 и Ь7—Ь6, то ферзь нападет на пешки с тыла. В общем, выигрыш здесь бесспорно есть, но позиция все еще сохраняет жизнеспособность; если играть, то работы хватит на добрых полсотни ходов. Но Капабланка сдал партию без доигрывания.

Эту партию много раз комментировали, причем результат ее объясняли тем, что Капабланка все время допускал неточности и делал ошибки. На 5-м ходу неплохо было СЬ4 : сЗ+ и КЬ8—сб, на 7-м вместо КЬ8—d7 следовало играть 7. . . Кеб 8. СеЗ К : е4 9. К : е4 е5!, на 8-м же можно было двумя способами уравнять партию: 8. . .Kd5 9. Cd2 0—0 10. Cd3 с5 И. К : d5 cd 12. К : с5 К : с5 13. de С : с5 14. 0—0 ФЬ4! или 8. . .Ь6, 9. . .СЬ7 и т. д.

Возникает вопрос: что же, Капабланка не знал (или забыл!), что путем Ь7—Ь6 можно разрешить проблему развития слона? Да нет же! Было прекрасно известно, что Рубинштейн во французской защите разработал систему против Ь7—Ь6 и Сс8—Ь7, поэтому ни в 1935-м, ни в 1975-м никто уже так этот дебют не играл.

Второй вопрос: неужели Капабланка не понимал, что маневр Cf8—Ь4—е7 является потерей темпа? Отлично понимал! Просто он вызывал Ласкера на модную в то время атаку 4. е5, 236

о которой мы упоминали в примечании к 3-му ходу, а когда Ласкер уклонился от этого варианта — единственного опровергающего выпад 3. . .СЬ4, то у Капабланки, естественно, было много способов «уравнять партию». И разве он ее не уравнял? Где-то, конечно, он ошибся — иначе выиграть у него было бы невозможно,— но уж, конечно, не пять раз в одной партии. Вероятно, на 14-м ходу ему не стоило ставить ладью на белое поле. Играя 14. . .Cd7, 15. . . Лfd8 и 16. . . Се8, черные стояли бы надежно. Но тогда ведь Ласкер играл бы тоже по-другому; а слон и на е8 выглядел бы, что ни говори, тунеядцем...

№ 40. Принятый ферзевыйгамбит

Гоглидзе Ласкер Москва, 1935

В один из февральских дней 1935 года газеты в Тбилиси вышли с аншлагом на первой странице: «Гоглидзе сделал ничью с Капабланкой!» Причину торжества можно понять: Виктор Арсентьевич Гоглидзе был первым за всю историю грузинских шахмат, кто стал участником международного турнира. Болес того, до него ни один грузин нс участвовал даже во всесоюзных первенствах!

Шахматный путь Гоглидзе начался в далеком Ташкенте. Уже тогда, в 18—20 лет, он отличался хорошим знанием дебю-

поставить ладьюпоставить ладью15.16.17.18.19.20.15.16.17.18.19.20.СЬ2—е5Kbl—d2Kd2—ЬЗСе5—d6ФбЗ : е4Cd6 : е7СЬ2—е5Kbl—d2Kd2—ЬЗСе5—d6ФбЗ : е4Cd6 : е7

поставить ладью

поставить ладью

15.

16.

17.

18.

19.

20.

15.

16.

17.

18.

19.

20.

СЬ2—е5

Kbl—d2

Kd2—ЬЗ

Се5—d6

ФбЗ : е4

Cd6 : е7

СЬ2—е5

Kbl—d2

Kd2—ЬЗ

Се5—d6

ФбЗ : е4

Cd6 : е7

тов и пониманием эндшпиля. Многое ему дало общение с мастерами Фрейманом, Рудневым и приезжавшим в Ташкент на гастроли Дуз-Хотимирским. Когда Гоглидзе переехал в Тбилиси, то имел уже первую категорию, что было по тем вре

менам высоким показателем. В Грузии он быстро пошел вверх, завоевал вскоре звание мастера, попал затем во всесоюзное первенство и в 1934 году вошел

в десятку советских участников международного турнира.

С именем Гоглидзе связано создание первой шахматной средней школы; кроме того, он был, если так можно сказать, идейным родоначальни

ком поколения знаменитых грузинских шахматисток.

1.

d2—d4

d7—d5

2.

с2—с4

d5 : c4

3.

Kgl-f3

Kg8-f6

4.

е2—еЗ

c7—c5

5.

СП : с4

e7—e6

6.

0—0

Kb8—сб

7.

Ф61—е2

a7—a6

8.

ЛП—dl

b7—b5

9.

d4 : с5

Фd8—c7

10.

Сс4—d3

Kc6—b4

Ласкер нешаблонно разыграл дебют, пользуясь тем, что белые запоздали с развитием ферзевого фланга. Видимо, Гоглидзе вместо 8. Лdl следовало сыграть 8. а4.

а2—аЗKb4:d3

Фе2 : d3Cf8 : с5

Ь2—Ь4Сс5—е7

Сс1—Ь2Сс8—Ь7

Черные решили проблему развития, но все же белые сох

раняют известное дебютное преимущество — они первыми могут захватить линию «с» и овладеть полем с5. Правильный порядок ходов был бы такой: 15. Kbd2,16. Лас1 и далее, в за-

висимости от ответов черных,— Kd2—ЬЗ, Cb2—d4, КЬЗ—с5... Сделанный же в партии ход подгоняет ферзя на сб, позволяя черным после 16. . .Лс8 лишить соперника возможности

на cl.

Фс7—сб

Ла8—с8

Феб—е4

Лс8—d8

Kf6 : е4

Кре8 : е7

Положение все еще примерно равное. Если белые хотят достичь ничьей (а они именно этого и хотят), то им нужно завоевать поле с5 и с этой целью немедленно пойти 21. Лdcl, чтобы черный конь не мог с темпом проскочить через сЗ на а4. Именно в этом эпизоде «художник эндшпиля» и проявил свое превосходство над молодым партнером, который очень аккуратно вел всю партию, а сейчас соблазнился возможностью сделать два «активных» хода.

К13—d4лав—c8

12—13Ke4—c3!

Ла1—clеб—e5

Kd4—15+Kpe7—16

K15—g3. . .

He проходит заманчивое 25. Kd6 из-за 25. . ,Ke2+.

. . .КсЗ—a4

Kpgl—12Cb7—d5

Kb3—d2 g7—g6

Черные перехватили инициативу, но позиция белых еще жизнеспособна. Сейчас им уместно было бы дать шах конем — 28. Kge4+, а затем подтянуть короля на el. Однако следующим ходом белые создают себе

затруднения, по-видимому уже

непреодолимые.

Kg3—е2Ка4—Ь2!

Лс1—сЗЛЬ8—d8

Ла1—ЫКЬ2—с4

Kd2 : с4Cd5 : с4

ЛЫ—cl. . .

Здесь можно было перейти в ладейный эндшпиль: 32. ЛЬ2 С : е2 33. Л : с8 Л : с8 34. Кр : е2 ЛсЗ — тяжелый для белых, но не безнадежный.

. . . Л68—d2

Захватив линию «d», а теперь и 2-ю горизонталь, Ласкер, заканчивает борьбу.

Лс1—с2Лс8—d8

Черные угрожают взять коня. Гоглидзе, как видно, просмотрел эту угрозу, но что ему делать? Разменять ладьи на d2— все равно связанный конь погибает. Пойти 34. Kpel,— последует 34. . .Л31 + 35. Кр12 Л8d2 — как спасать коня?

еЗ—е4 Сс4 : е2

Белые сдались.

№41. Сицилианская защита

ЛаскерПирц

Москва, 1935

Говорят, во время первой мировой войны родилась примета — не прикуривать третьему от одной спички. Зажглась спичка в темноте, прикурил первый — снайпер взял винтовку, прикурил второй — снайпер прицелился, потянулся к спичке третий — снайпер выстрелил...

Так и в шахматах: промахни ошибки неизбежны, но позиция прочна — сразу ее не разрушишь, не пробьешь... Но третья неточность может стать роковой.

1.

е2—е4

с7—с5

2.

Kgl-13

КЬ8—сб

3.

d2—d4

с5 : d4

4.

К13 : d4

Kg8—16

5.

Kbl—сЗ

d7—d6

6.

Cfl—e2

e7—еб

7.

0—0

a7—аб

8.

Cel—e3

ФЙ8—c7

9.

12—14

Kc6—a5

До

сих пор все

было по тео-

рии, но этот боковой ход уже вынуждает Ласкера взять в руки тактическое оружие.

14—15!Ка5— с4

Здесь у В. Пирца была возможность сначала закрыть позицию и лишь затем играть конем на с4: 10. . .е5 11. КЬЗ Кс4 12. С : с4 Ф : с4 13. Ф13 h6. Теперь же Ласкер прицеливается на еб, и, что особенно опасно, он метит и на е8.

Се2 : с4Фс7 : с4

15 : еб 17 : еб

Третья неточность. Надо было брать слоном.

ЛИ : 161!. . .

Снайпер выстрелил!

. . . g7 : 16

Фс11—h5+ Кре8—d8

В случае 14. . .Kpd7 последует: 15. Ф17+ Се7 16. К15! Ле8 17. К : d6 Кр : d6 18. Ф : е8.

Если же 14. . .Кре7, то 15. К15+! Теперь возможны два варианта:

15. . .ef 16. Kd5+ Kpd8 17. Cb6+ Kpd7 18. Ф17+ Крсб 19. Фс7+ КрЬ5 20. а4+ Ф : а4 21. с4+ Ф : с4 22. Ла5х;

15. . . Kpd7 16. Ф17+ Крсб 17. Kd4+ КрЬб 18. КЬЗ+.

Все эти варианты Ласкер должен был рассчитать перед тем, как пожертвовать качество на 13-м ходу.

ФЬ5— f7Сс8—d7

Главный вариант позволял «продержаться» до 22-го хода: 15. . .Се7 16. Kf5 Фс71 17. Ка4 (угрожая 18. СЬ6) 17. . .Л18 18. Ф : h7 Кре8 19. СЬ6 Ф67 20. ФН5+ Л17 21. Kg7+ Kpf8 22. ФН8Х.

Ф17 : 16+ Kpd8—с7

Ф16 : h8 С18—h6

Kd4 : еб+1 Фс4 : еб

ФЬ8 : а8 Ch6 : еЗ+

Kpgl—hl.

Черные сдались.

Эта лаконичная, полная динамизма партия завершила блестящую игру Ласкера в московском турнире и, можно сказать, завершила его шахматную карьеру — хотя он и играл в 1936 году в Москве и Ноттингеме, это уже была нагрузка сверх меры.

№ 42. Английское начало

Ласкер

Александер

Ноттингем,

1936

1.

с2—с4

e7—e5

2.

КЫ—сЗ

Kb8—c6

3.

g2—g3

g7—g6

4.

СИ—g2

C18-g7

5.

d2—d3

Kg8—e7

6.

Cel—d2

0—0

7.

Kgl—13

Kc6—d4

8.

0—0

c7—c6

9.

Ла1—cl

d7—d6

10.

Ь2—M

Kd4 : 13+

11.

Cg2 : 13

Cc8—h3

12.

ЛИ—el

ФЙ8—d7

13.

b4—b5

c6—c5

14.

Kc3—e4

Александер непоследовательно разыграл дебют. Сначала он расположил пешки на сб и

d6, что было логично связать с продвижением 17—15, но затем передумал и продвинул пешку на сб, серьезно ослабив поле d5. Теперь обнаружилось, что слон на ЬЗ стоит неудачно. В случае, например, 14. . .15 белые могут ответить 15. Kg5 Cg4 16. Кеб. Поэтому черные вынуждены перегруппировать фигуры, чтобы обеспечить отступление слону.

. . .Ф67—с7

Лс1— ЫСЬЗ—d7

Положение черных стесненное. Их контршансы заключаются в продвижении 17—15, но сразу, как отмечалось, это невозможно из-за Ке4—g5. Поэтому наиболее логичным выглядело сейчас 15. . ,h6, тогда 16. Фс1 было бы не эффективно ввиду 16. . .Kph7.

Ф61—cl!. . .

Теперь Ласкер не допускает Ь7—h6, и Александер, не находя разумного плана игры, делает «позиционный» ход, открывая белым возможность для тактического удара.

. . .Ь7—Ь6

Cd2—g5. . .

Ласкер остроумно использует сочетание нескольких мотивов: незащищенное положение коня е7, открытую белопольную диагональ, в конце которой маячит черная ладья, и возможность отскока с шахом коня е4, временно прикрывшего эту диагональ; попутно грозит 18. К16+ С : 16 19. С : 16 и 20. ФН6.

. . . Ке7—15

Ке4—16+Cg7 : 16

Cg5 : 16Ла8—Ь8

С13—g4К15—g7

Фс1—h6Kg7—е8

С16—е7. . .

Этюд на тему превращения преимущества в развитии в ма

териальное преимущество.

. . . Ке8—g7

Се7—16. . .

Ласкер еще раздумывает, стоит ли менять своего силь

ного слона на слабую ладью.

. . . Kg7—е8

С16—е7Ке8—g7

Се7 : 18ЛЬ8 : 18

Все-таки решает отдать

слона..26.27.28.29.30.31.слона..26.27.28.29.30.31.Cg4—13 ФЬ6—d2 C13-g2 е2—еЗ 12-14Cg4—13 ФЬ6—d2 C13-g2 е2—еЗ 12-14а2—а4Тематическое осуществляется,а2—а4Тематическое осуществляется,Kg7—15 К15—d4 Cd7—с8 Kd4—еб

слона..

26.

27.

28.

29.

30.

31.

слона..

26.

27.

28.

29.

30.

31.

Cg4—13 ФЬ6—d2 C13-g2 е2—еЗ 12-14

Cg4—13 ФЬ6—d2 C13-g2 е2—еЗ 12-14

а2—а4

Тематическое осуществляется,

а2—а4

Тематическое осуществляется,

Сс8—Ь7 17—15 продвижение но с «некото

рым» опозданием...

Cg2 : Ь7Фс7 : Ь7

Ф62—g2ФЬ7—е7

Фg2—d5.

Черные сдались.

Это — последняя турнирная партия Эмануила Ласкера.

ЛАСКЕР-КОММЕНТАТОР

Комментирование — наиболее распространенный жанр многообразной шахматной литературы. Отделы партий занимают большую или во всяком случае значительную часть шахматных журналов, а монографии, посвященные творчеству гроссмейстеров, и турнирные сборники почти полностью состоят из партий с примечаниями. Законы этого жанра нигде не сформулированы, что необычно для шахмат, где и правила игры, и правила композиции, и отношения между партнерами, да и другие виды деятельности, строго регламентированы. Сложились, правда, некоторые обычаи, традиции и моды, но никто не обязан их придерживаться. Между тем вопрос этот не так прост. Шахматная партия уже сама по себе (без комментариев) содержит огромный объем информации. Лишь сообщение о первом ходе партнеров оценивается от 4 до 40 бит (единиц измерения информации). Что же сказать о партии в 40—50 ходов? Примечания призваны организовать эту информацию, выделить содержательную, существенную часть партии и донести ее до читателя, указав одновременно и возможные направления для самостоятельного анализа.

В какой мере современное состояние жанра отвечает этим требованиям? Раскроем наудачу одно из лучших наших пе

риодических изданий (довольно известное, но в данном случае название роли не играет). Читаем: «Вестеринен проиграл на турнире в Эсберге испанскую Ларсену в 66 ходов». Следует партия с двумя примечаниями: 1) 16. . .а7—а5. «Давно подмечено, что ходы крайними пешками пользуются у Ларсена особой симпатией»; 2) 31. . . h7—h5. «Пешка «h» тоже не заставляет себя ждать». И это все. Читатель получил бездну информации из записи самой партии и очень мало, чтобы не сказать нуль, из примечаний.

Допустим, этот пример не типичен. Публикуется ведь немало обширных и толковых комментариев, в которых поясняется ход борьбы, указываются возможные варианты. Однако и такие примечания зачастую не далеко уходят от простого репортажа о событии.

В начале нашего века преобладали лаконичные сопроводительные примечания типа: «лучше было Ке5»; «нельзя Ь4—Ь5 ввиду Кс5»; «грубый промах, но партия черных все равно проиграна». Полагалось указать слабый ход и решающую ошибку. Что касается Ласкера, то он в сборнике им прокомментированных партий петербургского турнира 1909 года не стремился раскрыть свое мировоззрение. Видимо, он считал это преждевременным, поскольку предстояли матчи на первенство мира. Да и вообще не так просто изложить собствен-

ную теорию на заранее обусловленной шахматной фактуре одного турнира.

Индивидуальность Ласкер а в данном случае проявилась в его исключительной объективности, уважительном отношении ко всем игрокам, скромности в оценке своей игры.

Для современного читателя необычно полное отсутствие анализа дебютных вариантов, ссылок на дебюты ранее сыгранных партий. Первые примечания, да и то очень лаконичные, относятся, как правило, к 8— 10-му ходам. Если же комментарии начинаются раньше, то речь идет не об отдельных ходах или вариантах, а о конкретных идеях, планах. Например (партия Перлис — Форгач):

«1. е4 е5 2. Kf3 Кеб 3. СЬ5 d6 4. 0—0 Kf6 5. С : сб+. Этот обмен нельзя рекомендовать; несмотря на атаку белых, сила черных слонов скажется. 5. . .Ьс 6. d4 ed 7. Ф : d4 Се7 8. е5. Этим ходом белые упрощают игру, не достигая, однако, никакой выгоды».

Другой пример (партия Мизес— Сальве): «1. е4 е5 2. Kf3 Кеб 3. d4 ed 4. сЗ de 5. К : сЗ d6 6. Сс4 Себ. Таким образом атака отражается скорее всего. Если белые вздумают поменяться слонами, то им сейчас же надо искать компенсации, но для прямой атаки в их распоряжении всего лишь ферзь и два коня, чего слишком недостаточно для поддержания стремительного нападения».

Комментарии Ласкера немногословны, но он обязательно отмечает в уважительной и объективной форме критические моменты борьбы. Кроме того, Ласкер охотно произносит слова похвалы, дает обобщающие оценки партнеров:

«Как недостатки, так и подкупающие достоинства шахматного темперамента рельефно проявляются в ведении этой партии обеими сторонами» (партия Тартаковер — Мизес);

«Черные своей блестящей стратегией открыли для своих слонов обширное поле действия, тогда как белые находятся в затруднении» (партия Фрей- ман — Кон).

Особенно привлекателен облик Ласкер а- комментатор а, когда он говорит о собственных партиях. Не найдешь у него ни самолюбования, ни попыток оправдать свое поражение. Он проиграл в Петербурге дважды — Рубинштейну и Дуз-Хо- тимирскому, кроме того, в нескольких партиях испытывал сер ьез ные тр удности.

Вот освещение его партии с Рубинштейном:

Ла1—cl. «Необыкновенно тонко!»; 21. ЛИ—14. «Замечательный замысел! Белые (Рубинштейн.— Б. В.) грозят решить партию прямой атакой на короля... Избегая этого, черные должны допустить обмен ферзей и проигрышный эндшпиль».

Вся честь победы полностью отдается Рубинштейну. Автор

комментариев — Ласкер попросту был переигран. Не каждый в то время был способен на столь объективные (даже сверхобъективные) комментарии, не каждый способен и сейчас.

Превосходны его анализы сложных положений. При всей лаконичности примечаний видно, что Ласкер не пожалел труда, разбирая 175 (!) сыгранных в этом турнире партий.

«Учебник шахматной игры» Ласкера — это работа совершенно иного вида. Она коренным образом отличается от всего, что было ранее опубликовано нм самим и другими авторами. Сохранив все лучшее, что он вложил в петербургский сборник, Ласкер придал комментариям совершенно иную окраску — основой их служат планы и идеи, а шахматные ходы выступают в качестве пояснений. Каждая партия — это своего рода проекция шахматного мировоззрения Ласкера на конкретный эпизод шахматной борьбы. Примечания становятся основным текстом; в них Ласкер рассказывает не только о том, что делали партнеры, но и о том, что они думали, на что надеялись. Зачастую Ласкер завершает партию обобщением, которое расширяет уровень шахматной культуры читателя и повышает его игровую силу. Другие комментаторы порой просто занимательно описывают происшедшие на доске события; такие примечания быстро воспринимаешь и

столь же быстро забываешь, так как в них мало полезного для долговременной памяти шахматиста.

Партии, прокомментированные Ласкером, запоминаются надолго. Вот лишь один характерный пример (партия Кольсте — Рети, Баден-Баден, 1925):

«1. е4 Kf6 2. е5 Kd5 3. КсЗ К : сЗ 4. de. Рети называет этот ход позиционной ошибкой. По его мнению, партия должна служить иллюстрацией того, как при современной высокой технике (55 лет назад!— Б. В.) незначительное, но ясное позиционное преимущество последовательно и без усилий используется для выигрыша».

«Для выигрыша? — спрашивает Ласкер.— Такой вывод преувеличен. Следовало сказать: для захвата инициативы, для получения шансов. Рети хочет получить на королевском фланге четыре пешки против трех, и ему это удается. Но этим путем он еще не добивается выигрышного положения».

Ласкер завершает комментарии острым, можно сказать философским, выводом: «На таком шатком фундаменте нельзя строить широкие стратегические планы. Нельзя заполнить содержание всей партии мотивом, который выдвигает Рети (четыре пешки против трех на королевском фланге), для этого подобный мотив слишком скуден. Соображения Рети пра-

вильны и ценны, когда они обоснованы анализом, когда же он покидает этот фундамент, чтобы делать слишком смелые, слишком общие выводы — незначительное дебютное преимущество без усилий используется для выигрыша,— то его рассуждения становятся ошибочными».

Кто захотел бы экстраполировать этот тезис Ласкера на иную область, был бы вправе сказать:

«Ошибка, допущенная в начале дела, еще не равносильна окончательной неудаче (если, конечно, ты не сапер); поняв сущность своей ошибки, можно постепенно исправить ее и добиться поставленной цели».

Напрашивается и такой вывод:

«Подлинное мастерство не только в том, чтобы знать, как строить хорошие планы, но и в том, чтобы уметь их выполнять с филигранной профессиональной точностью».

Мы приводим теперь три прокомментированные Ласкером партии из турнира в Петербурге (1909), а также для сравнения две партии Ласкера с примечаниями Алехина.

№ 43. Ферзевый гамбитРубинштейнЛаскер

Петербург, 1909

d2—d4

Kgl—13

с2—с4

d7—d5 Kg8-f6 e7—еб c7—c5d7—d5 Kg8-f6 e7—еб c7—c5Cel—g5

d7—d5 Kg8-f6 e7—еб c7—c5

d7—d5 Kg8-f6 e7—еб c7—c5

Раннее продвижение пешки c7—c5 необходимо вызывает как следствие изолирование пешки «d».

с4 : d5 еб : d5

КЫ—сЗ с5 : d4

К13 : d4КЬ8—сб

После этого хода,черные попадают в затруднительное положение. Следовало играть 7. . .Се7, и если 8. еЗ, то 8. . .0—0, и в позиции черных нет слабых пунктов.

е2—еЗС18—е7

СП—Ь5. . .

Вот почему нехорошо было 7. . .Кеб.

. . .Сс8—d7

Cg5 : 16. . .

Пешка выигрывается только временно. Прочнее было 10. 0—0, после чего пешка «d» все равно должна погибнуть.

...Се7 : 16

КсЗ:d5С16 : d4

еЗ:d4Ф08—g5

Cb5:сбCd7 : сб

Kd5—еЗ0—0—0

Опрометчивый ход. Черным не следовало отказываться от намерения выиграть пешку «g». После 14. . .С : g2 15. Лgl Фа5+ 16. Ф02 Ф : d2+ 17. Кр : d2 Се4 или 15. К : g2 Ф : g2 16. Фе2+ Kpd8 17.0—0—0 Фg6 18. ФОЗ (18. ЛйЗ? Фс6+) 18. .. Лс8+ 19. КрЫ Ле8 черные стояли бы прекрасно.

0-0 ЛЬ8—е8

Ла1—cl. . .

Необыкновенно тонко! Теперь белые закрепили свое преимущество. Грозит 17. Лс5 и 17. d5, а против очевидной угро-

зы черных 17. Л : еЗ белые имеют защиту, как показывает их 18-й ход.

. . .Ле8 : еЗ

Лс1 : с6+ Ь7 : сб

Ф61—clЛ(18 : d4

Лучшие шансы давало 18. . . Леб 19. Ф : с6+ (не 19. 14 вследствие 19. . .Лсб) 19. . . КрЬ8 20. de (не 20. 14 ввиду 20. . .Леб) 20. . .Ф : еб.

12 : еЗ Лd4—d7

Фс1 : с6+ Крс8—d8

ЛИ—14. . .

Замечательный замысел! Белые грозят решить партию прямой атакой на короля: 22. Фа8+ в связи с 23. Ле4+ или 23. Лс4+- Избегая этого, черные должны допустить размен ферзей и проигрышный эндшпиль.

. . .17—15

Если 21. . .Фаб, то 22. Фа8+ Кре7 23. Ле4+ Кр16 24. Фс6+ Kpg5 25. h4+.

Феб—с5Фg5—е7

После 22. . .Л61+ 23. Кр12 Л62+ 24. Kpel Ф : g2 выигрывало 25. Фаб+-

Фс5 : е7+ Kpd8 : е7

Л14 : 15Л67—dl +

Kpgl—12Л61—d2+

Кр12—13Лd2 : Ь2

— 27.

17115—JO

ЛЬ2—Ь7

28.

Ла5—аб

Кре7—18

29.

еЗ—е4

ЛЬ7—с7

— 30.

h2—Ь4

Кр18—17

31.

g2—g4

Кр17- 18

32.

Кр13—14

Кр18—е7

33.

h4—ho

h7-h6

34.

Kpl4—15

Кре7—17

35.

e4—e5

Лс7-Ь7

36.

Лаб—d6

Кр17—е7

37.

Л36—аб

Кре7—17

38.

Лаб—d6

Кр17—18

39.

Лd6—еб

Кр18— 17

40.

a2—аЗ.

Черные сдались.

Нельзя сказать, чтобы эта партия была богата глубокими идеями. Восклицания Ласкера: «Необыкновенно тонко!», «Замечательный замысел!» — свидетельствуют лишь о его объективности и стремлении отдать должное победителю. В действительности он, вероятно, в предварительном расчете просмотрел ход 18. Фс1, а когда увидел, было уже поздно. Дебют Ласкер также разыграл несколько небрежно, да и пешку d4 взял преждевременно (он никогда не придавал особого значения дебюту). В общем, он недооценил Рубинштейна, который в прошлом (1908) году занял лишь четвертые места в турнирах средней силы — Прага и Вена. Он полагал, что в крайнем случае перейдет в эндшпиль и там как-нибудь сделает ничью.

Несколько слов по поводу литературного стиля примечаний Ласкера: они были написаны по-немецки и переведены явно

не лучшим образом. Мы все же сохраняем текст по турнирному сборнику, кроме отдельных явных неточностей перевода.

№ 44. Ферзевый гамбитЛаскер Фреймам

Петербург, 1909

Сергей Николаевич фон Фрейман — студент Петербургского института путей сообщения происходил из семьи обрусевших шведов, его дядя был главным инженером строительства железной дороги Каган — Красноводск. Его обучение в институте затянулось, как он говорил, на два столетия: поступив в 1899 году, он в 1909 году его еще не окончил — конечно, из-за шахмат. Для его своеобразного таланта, отличавшегося стремлением к самостоятельности и индивидуализмом в самой крайней форме, характерным было нежелание руководствоваться, даже когда это было необходимо, любыми принципами и правилами.

Во всероссийском турнире 1909 года он единственный выиграл у Рубинштейна (который, кстати, в итоге занял в турнире 1-е место). «Поэтому,— рассказывал мне впоследствии Сергей Николаевич,— когда Рубинштейн выиграл у Ласкера, у меня мелькнула дерзкая мысль, что и я мог бы попытаться. Я задумал необычный дебют, но на подготовку у меня была всего одна ночь — с 5

на 6 февраля, и всю ночь я не

спал...»

d2—d4d7—d5

c2—c4e7—e6

Kbl—c3c7—co

Kgl— f3Kb8— c6

Cel—f4 . . .

Этот маневр нельзя рекомендовать. Черные удачно отражают его.

. . . с5 : d4

Kf3 : d4Cf8—Ь4

e2—еЗ. . .

Положение, которое получается после 7. Kb5 d4 8. аЗ Са5 9. Ь4 de 10. ba е5, выгодно для черных, так как белые не успевают мобилизовать своего

королевского слона и ладью.

. . .Kg8—е7

Прекрасно сыграно! 7. . . Kf6 было бы гораздо слабее,

потому что конь тогда остался бы не подкрепленным и была бы задержана пешка «Ь>.

СП—е20—0

0—0 d5 : с4

Се2 : с4 СЬ4 : сЗ

Ь2 : сЗеб—е5

Kd4 : сбКе7 : сб

Cf4—g3Ф68—е7

Игра черных прекрасно развита, тогда как белая пешка «с» слаба.

Сс4—d5Сс8—d7

Ла1— ЫЬ7—Ь6

сЗ—с4. . .

Здесь белым следовало va-

banque играть на атаку. Продолжая 16. 14, они, правда, порядочно расстроили бы свои пешки, зато открыли бы линии для ладьи и слона и возобновили бой с большими шансами. Во

всяком случае, положение белых таково, что им нечего пускаться в тонкости, так как, пока их слон заперт на g3, преимущество на стороне черных.

. . . Ла8—с8

®dl—Ь5. . .

С намерением на 17. . ,Л1е8 продолжать 18. с5 Ьс 19. ЛЬ7. Черные, однако, находят гораздо лучший ответ.

. . . Cd7—еб

ЛИ—dl. . .

Теперь было своевременно освободить слона g3 посредством 18. С : сб Л : сб 19. Ф : е5. Черные мастерски пользуются этим упущением.

. . .17—16

ФЬ5—е2Кеб—а5

ЛЫ—clЛс8—с5

Гораздо лучше, чем 20. . . Лс7. Если теперь белые сыграют 21. 14, то может последовать 21. . .Л1с8 с угрозой выиграть фигуру ходом 22.. .С : d5.

Лс1—с2Л18—с8

Лdl—clФе7—17

еЗ—е4Ка5—сб

Теперь обнаруживается плохое положение слона, который не у дел стоит на g3. Если бы пешка «1» стояла уже на 13, то белые сейчас могли бы отступить слоном на 12 и тогда черные не имели бы возможности довести свою атаку до конца.

Лс2—сЗКеб—d4

Фе2—d2 Ьб—Ь5

Сделанный черными ход представляется очень соблазнительным, но он слабее, чем 25. . .С : d5, на что белые вынуждены от

ветить 26. ed. Продолжение могло быть: 26. . .Ь5 27. 14 Ьс 28. 1е Ф : d5 29. Лdl Лd8, и черные, угрожая ходом 30. . .К13+ получить вторую лишнюю пешку, выигрывают.

12—14Ь5—Ь4

На 26. . .С : d5 теперь последовало бы 27. 1е Л : с4 (27. . ,1е 28. С : е5 Ь4? 29. ЛgЗ) 28. Ф : d4.

ЛсЗ—d3Себ : d5

14 : е516 : е5

е4 : d5. . .

С: е5 отражалось посредством 29. . .Л : с4 30. ЛИ (30. Л : с4 С : с4) 30. . .Лс1.

. . . Лс5 : с4

Лс1—el Лс4—cl

Если 30. . .Лс2, то 31. Фg5 Ф : d5? 32. С : е5.

d5—d6 . . .

Естественно, не 31. С : е5 ввиду 31. . .Л : е1+ 32. Ф : el Лс1.

. . .Лс8—с2

Белые угрожали 32. d7 Ф : d7 33. Л : cl.

Ле1 : cl Лс2 : с1 +

Cg3—elФ17—d7

Нельзя играть 33. . .Лс2 ввиду 34. Ф : с2 К : с2 35. d7. Черным, однако, следовало играть 33. . .Лсб 34. С12 Л : d6 35. С : d4 Л : d4 36. Л : d4 ed 37. Ф : d4

Ф : а2 38. Ф : Ь4, после чего черные имели бы шансы на выигрыш благодаря лишней пешке.

34.

лаз : d4

Лс1 : el +

35.

Фd2 : el

e5 : d4

36.

Фе1 : Ь4

Kpg8—17

37.

ФЬ4 : d4

Kpf7—e6

38.

Фd4—е4+

Kpe6 : d6

39.

Фе4 : h7+

Kpd6—c5

40.

ФЬ7—с2+

Kpc5—b6

41.

Фс2—Ь3+

Kpb6—c7

42.

ФЬЗ—с4-

Kpc7—d8

43.

h2—h4

Kpd8—e7

44.

Kpgl-12

Kpe7—16

45.

Kpf2—g3

ФЬ7—e7

46.

Kpg3— 13

Kpf6—g6

47.

Фс4—c6~r

...

Если белые ходом 47. Фе4+

вынуждают мену ферзей, то черные, продолжая Kpg6—h5, выигрывают пешку «Ь» и достигают ничьей.

Kpg6—17

Феб—d5 4- Kpf7— f8

g2—g3 g7-g6

Kpf3— f4Фе7—f6+

Kpf4—e4Ф16— f2

Это проигрывает немедленно. Гораздо лучше было 51. . . Фе7+. Белые не могут теперь закрыться ферзем, так как после 52. . .ФЬ4+ они теряют пешку «а» и не смогут взять пешку

«g» из-за проходной пешки противника. Им следует поэтому отвести своего короля на g4 и форсировать ход h4—h5, что дало бы им выигрыш, так как черные теряли еще и пешку «а».

ФИ5—d6+ Kpf8—g7

ФИ6—d4+ Ф12 : d4+

Kpe4 : d4g6—g5

Kpd4—c5.

Черные сдались.

Теперь еще раз прочтите комментарии, но только сам текст, не глядя в запись партии. Вы наверняка заметите, что Ласкер все время говорит не о себе, а о Фреймане, о его замыслах, планах, действиях. «Прекрасно сыграно!.. Черные находят гораздо лучший ответ... Игра черных прекрасно развита...» Он показывает, как черные могли выиграть, но соблазнились заманчивым ходом 25. . .Ь5. И вроде он даже сожалеет, что Фрейман упустил выигрыш, а затем и ничью. А ведь победу одержал Ласкер... Но в его комментариях это прозвучало как-то ненавязчиво, между прочим.

Как это не похоже на трактовку Таррашем и Алехиным своих партий, проигранных Ласкеру! Конечно, их комментарии хороши, можно сказать — превосходны, но какая пропасть между ними и комментариями Ласкера в оценке роли партнера и собственной роли при создании шахматной партии. Читая примечания Тарраша и Алехина, видишь, что только они и вели игру — давили, создавали слабости — то у себя, то у про-

тивника, делали промахи, строили планы. Для Тарраша — он сам субъект управления всем процессом борьбы, он определяет дебют, достигает превосходства в развитии, создаст слабости, превращает их в материальное преимущество, диктует партнеру всю игру. У Ласкера же наоборот — воля к победе реализуется через действие и противодействие, а при комментировании он вообще сознательно уходит в тень. И чем больше разница в ранге между ним и его противником, тем скромнее он держится, тем больше подчеркивает все, что вложил партнер в совместно созданное произведение...

Глядя на эту партию, можно сделать оптимистичный вывод, что заветные цели и, казалось бы, недоступные вершины в конечном счете достижимы для каждого нс только в сказке. И правда, разве для молодого студента победить чемпиона мира при первой же встрече, разве эта цель была объективно более реальна, легче достижима, чем перо жар-птицы? Но разве оно не было почти в руках этого студента?

Но такие категории, как взлет, порыв, бросок (даже в сочетании с талантом), сами по себе недостаточны для победы. Надо, чтобы для этого была основа — знания, техника и здоровье. Кто готовится ночью, накануне решающего испытания, тот уже проиграл. Кто физически не подготовлен, не в состоянии

подчиниться строгому режиму, тот не должен посягать на вершины. «Бесцельно в бой вступать с судьбой, не совладав о самим собой», как сказал поэт.

И в заключение — один курьезный случай, вспомнившийся в связи с этой партией. В 1912 году во всероссийском турнире 1-е место снова занял Рубинштейн. На этот раз он проиграл две партии, но, по иронии судьбы, опять обе Фрейману. Его тогда в шутку прозвали «специалист по Рубинштейну». «Но я все отдал бы,— сказал тогда Фрейман,— за одну-единствен- ную победу над Ласкером, к которой я был так близок... Так близок».

Что же касается чисто шахматной фактуры партии, то здесь Ласкер кое-что не договаривает: во-первых, о дебюте, во- вторых, о своей восхищающей контригре в тяжелой позиции. Первые три хода партии — 1. d4 d5 2. с4 еб 3. КсЗ с5 — не что иное, как гамбит Шара-Генни- га, острейший дебют со множеством форсированных вариантов, в котором черные ценой пешки завязывают крайне сложную игру. Дебют этот надо знать наизусть, иначе за доской можно запутаться; или же надо отказаться от попытки удержать пешку, а перейти в какой- нибудь спокойный вариант ферзевого гамбита. Ласкер, следуя своей стратегии, предпочел второй путь — сыграл 4. Kf3 и 5. Cf4, но получилось у него неважно: Фрейман укло-

нился от обычного развития коня на 16, вывел коней, как говорят горнолыжники, «в связку» на сб и е7, а пешки поставил на 16 и е5, после чего чернопольный слон белых надолго был изолирован от театра основных событий. За это время черные успели многое сделать: Фрейман получил выигрышную позицию.

Но в критический момент Ласкер резко переменил характер борьбы. Ходом 26. 14 он атаковал пешку е5 — единственную опору коня d4. Игра пошла на расчет, и Фрейман после бессонной ночи не увидел маневра (в варианте) 31. Фg5 и 32. С : е5 — белые не только атакуют пункт g7, но, уводя слона с линии «g», открывают ферзю защиту поля g2. В результате тактической перепалки у белых появилась опасная проходная по линии «d». Фрейман упустил переломный момент в ходе борьбы и, вместо того чтобы увести ладью с ее слишком активной позиции на cl, сделал пассивный ход 33. . .Ф67, блокируя пешку ферзем. В эндшпиле он не до конца использовал ничейные шансы, но, вероятно, все равно проиграл бы...

№ 45. Испанская партияЛаскер Видмар

Петербург, 1909

1.

е2—е4

е7—е5

2.

Kgl— f3

КЬ8—сб

3.

СП—Ь5

d7—d6

4.

d2—d4

Сс8—d7

5.

КЫ—сЗ

е5 : d4

Kf3 : d4g7—g6

Новая попытка провести маневр Cf8—е7—f8, g7—g6, Cf8— g7 без потери двух, по-видимому бесцельных, ходов. Однако при этом белые совершенно по-иному располагают свои фигуры, что позволяет им использовать слабые пункты 16 и Ь6 более эффективным способом, чем при обычном способе игры.

Сс1—еЗCf8—g7

Ф61—d2Kg8— f6

После 8. . .Kge7 белая пешка тотчас промаршировала бы на h5.

f2— f30—0

Ю.0—0—0. . .

(Ласкер приглашает Видмара выиграть пешку путем 10. . . К : d4 11. С : d4 К : е4 12. fe С : d4 13. Ф : d4G : Ь5 14. К : Ь5 Фg5+ и 15. . .Ф : Ь5. Однако он в этом варианте сыграл бы 14. h4! Cd7 15. Kd5 f6 16. h5 с атакой.— Б. В.)

. . .а7—аб

СЬ5— е2Ь7—Ь5

h2—h4Кеб—е5

СеЗ—h6Ке5—с4

На первый взгляд представляется, что черные, беспрестанно нападая на белых коней (с7—с5, с5—с4, Ь5—Ь4,

с4—сЗ), могли бы получить оживленную и многообещающую атаку. На самом деле это нс так — пешки при этом погибают. Если 13. . .с5, то 14. С : g7 cd 15. С : f6 de 16. Ф : d6, и белые выигрывают, если же 15. . .Ф : 16, то 16. Ф : d4. С другой стороны, при продолжении 14. . .Кр : g7 15. КЬЗ пешки черных слабы, так как на 15. . .с4 или 15. . .Ь4 последует 16. Ф : d6; после же 15. . .Кс4 достаточно и 16. Ф14, так как грозит Се2 : с4 в связи с КЬЗ—d2 или g2—g4 и затем h4—Ь5.

Се2 : с4 Ь5 : с4

Ь4—Ь5 с7—сб

. .К : Ь516. С : g7Kp : g7 17. g4 Kf6 18. ФЬ6+ Kpg8 19. Kd5 или, еще сильнее, 19. g5 Kh5 20. Kd5 и 21. Л : h5.

16. Ch6 : g7

Kpg8 : g7

17. h5 : g6

17 : g6

18. Kd4—e2

Л18—17

19. Фd2 : d6

Фd8—b6

20. Фd6—d4

сб—c5

21. Kc3—d5

ФЬ6—b7

22. Od4—c3

Ла8—18

Kd5 : 16

Лdl— d6.

Л17 : 16

Черные сдались. Грозит 25. Л : f6 и 26. Л : Ь7+, а также 25. Л : 16 Л : f6 26. е5 Леб 27. Kf4.

В этой партии Ласкер наиболее рельефно провел стратегическую идею перехода из дебюта в миттельшпиль: рокировка в разные стороны, укрепление пешечного центра ходом f2—13 и резкая фланговая атака на королевском фланге, ослабленном ходом g7—g6. Эта

идея впоследствии легла в основу целых систем: например, в сицилианской и староиндийской защитах.

Заметим кстати, что в позиции после 13-го хода белых не спасало и 13. . .С : Ь6 из-за 14. Ф : Ь6 с5 15. Kf5!

№ 46. Ферзевый гамбит

АлехинЛаскер

Нью-Йорк, 1924Примечания А. Алехина

d2—d4d7—d5

c2—c4e7—e6

Kgl—f3Kg8— f6

КЫ—c3Kb8—d7

c4 : d5 . . .

Лучший ход здесь 5. Cg5, ибо размен белые могут произвести при более благоприятной конъюнктуре в последую

щих стадиях партии.

. . . еб : d5

s Cel—f4 . . .

И здесь связывающий ход 6. Cg5 предпочтительнее. Теперь черные могут различными способами уравнять игру.

. . .с7—сб

е2—еЗ. . .

Если посредством 7. ЬЗ бе

лые сохраняют слона от размена, то черные могут с успехом применить защиту, введенную Г. Вольфом (Тепл иц-Шенау, 1922): 7. . .Се7 8. еЗ Ке4! с последующим 17—15. Теперь же вынуждается сам по себе благоприятный размен для черных (конечно, ценой развития).

. . .KI6—Ь5

СП—d3?. . .

Из трех возможных продолжений — наименее благоприятное. Проще было 8. Cg3, что можно было с успехом видоизменить: 8. Се5! 16 9. Cg3 и т. д. Белые играют эту партию нерешительно и непоследовательно.

(Добавим к этому, что белые и комментируют эту партию нерешительно и непоследовательно. Во-первых, ранний размен центральных пешек вполне возможен в связи с атакой «пешечного меньшинства» на ферзевом фланге или же в связи с намеченным выходом ферзевого слона на 14. Если белые до размена пешек играют Сс1—14, то черные обычно отвечают с7—со, а в случае размена на d5 берут не пешкой, а конем. После этого и ферзевый конь выходит на активную позицию — на сб. Несомненно, Алехин заранее решил играть вариант с ходом Сс1—14 и поэтому сразу же после КЬ8— d7 разменял пешки: теперь черным нет смысла играть с7—с5, и они вынуждены избрать более скромное пешечное построение.

Во всяком случае, странно, что Алехин нигде ничего не говорит ни о своих планах, ни о планах Ласкера.— Б. В.)

. . . Kh5 : 14

еЗ : 14 С18—d6

g2—g3 . . .

Белые отказываются от своего первоначального намерения играть 10. Ке5 из-за ответа 10. . . ФЬ4, что вынуждало 11. g3. Но все же в этом случае после 11... ФЬЗ 12. Фс2 и т. д. белые имели бы за слабость белых полей из

вестную компенсацию в виде сильной позиции коня.

. . .0—0

П. 0—0Л18—е8

Ф61—с2 Kd7—18

КсЗ—dl . . .

Рекомендованный многими ход 13. Kg5 также не давал выгоды, например: 13. . .g6 14. Л1е1 16 15. К13 Cg4 16. Л : е8 Ф : е8 17. Ле1 Фd7 и т. д. Всего лучше было бы простое 13. Л1е1.

. . .17—16

Kdl—еЗСс8—еб

К13—h4?. . .

Потеря времени! Белые быстро проигрывают партию, так как стремятся во что бы то ни стало захватить инициативу, не обращая внимания на то, что дебют разыгран ими слабо. При более пассивной тактике, например 15. Л^dl, и если 15. . . С17, то 16. С15, черным было весьма нелегко создать атаку.

. . . Cd6—с7 .

Еще точнее, может быть, было предварительное 15. . .а5.

Ь2—Ь4Сс7—Ь6

Kh4—13Себ—171

Ь4—Ь5?. . .

Решающая ошибка. Положение черных, несомненно, лучше, но после 18. Л161 (чтобына 18. . . Ch5 ответить 19. Се2), безусловно, можно было еще защищаться. После сделанного хода черные выигрывают совсем легко.

(Комментатор трактует партию так, будто играет в шахматы один Алехин, а Ласкеру остается только делать очевидные ходы и реализовать «совсем легкий выигрыш». Однако посмот-

рим на диаграмму: как дисциплинированно и логично расположились черные фигуры! Как стройна и неприступна пешечная структура! Не значит ли это, что в основе стратегии черных лежал план, их действиями руководили определенные принципы? Какой план? Какие принципы? Комментатор о них не говорит.

И далее. Белые действительно допустили потерю времени ходом К13—h4 и обратно. Но не эта потеря погубила партию белых — ведь комментатор сам говорит, что ресурсы защиты еще не исчерпаны. Но что действительно непонятно, так это маневр КсЗ—dl—еЗ. Б позициях с изолированной пешкой d4 белые стремятся использовать контроль над полем с5. Поэтому они зачастую проводят маневр КсЗ— а4—с5. Таким образом пешка d4 защищается телом коня от фланговых атак, а размен на с5 освобождает поле d4 для другого белого коня, и слабость на еб становится ощутимой. Этот момент остался неосвещенным и потерялся за множеством вопросительных знаков, которые относятся к не таким уж плохим ходам.— Б. В.)

. . . С17—Ь5!

g3—g4015—17

Ь5 : сбЛа8—с8

Фс2—Ь2 Ь7 : сб

Уходить ферзем было совсем не обязательно. Все равно черные не взяли бы пешку ладьей. Сейчас, когда началась темповая игра, вероятно, лучше было сразу двинуть пешку на 15.

14—15ФЙ8—d6

КеЗ—g2СЬ6—с7

ЛИ—elh7—h5

h2—h3. . .

Путем пожертвования двух пешек — 25. g5 lg 26. Ке5 Kd7 27. 14 gl 28. K13 можно было защититься от матовой атаки, но это было бы очень слабым утешением.

. . .К18—h7

Ле1 : е8+Лс8 : е8

Ла1—elЛе8—Ь8

ФЬ2—clKh7—g5

К13—е5 . . .

Или 29. К : g5 ФЬ2+ 30. Кри 1g 31. КеЗ Ф : ЬЗ 32.'Кре2 hg и т. д.

. . .16 : е5

Фс1 : g5е5—е4

15—16g7—g6

Также и после 31. . .Ф : 16 белые должны были бы скоро сдаться. Но только черные не должны играть 31. . .ФЬ2+, например: 32. КрИ ФЫ+ 33. Кре2 ed+ 34. Кр : d3 Ф : h3+ 35. КеЗ Кр18 36. Ф : g7+ Кре8 37. Крс21

12—14h5:g4!

Ласкер идет кратчайшим путем к победе. Ходы 32. el Леб или 32. ed gh еще не сразу решали дело.

Cd3—e2 . . .

Или 33. hg ed.

. . . g4 : h3

Ce2—h5ЛЬ8—b2

Kg2—h4Od6 : f4

Og5 : f4Cc7 : f4

Белые сдались.

На основании этих комментариев и с учетом турнирной обстановки можно предположить, что Алехин в начале турнира хотел и считал возможным выиграть у Ласкера, запутав его в счетных осложнениях. Это намерение, несомненно разгаданное Ласкером, было встречено его безупречной и хладнокровной позиционной игрой. Когда же беспорядочная игра Алехина завела партию в тупик и он вынужден был пойти ва-банк, ‘Ласкер, руководимый «этическим законом» атаки, разыграл все в лучшем стиле своей молодости.

№ 47, Сицилианская защитаЛаскерБоголюбов

Нью-Йорк, 1924

Боголюбов был игроком огромной практической силы, но никогда не задумывался о таких категориях, как мировоззрение, психология, логика, шахматная школа. В шахматах он признавал только три философские категории — выигрыш, проигрыш и ничья!

Боголюбов никогда не причислял себя к гипермодернистам, но, развиваясь в их среде, он в совершенстве владел всем арсеналом их методов и приемов

борьбы. Нельзя отнести его и к числу шахматистов чисто позиционной школы, которая, потеряв своих лучших представителей — Шлехтера, Тейхмана, Мароци, начала вырождаться в remis-spieler’oB (ничейщиков) типа Земиша, Грюнфельда, постаревших Рубинштейна и Тар- раша. Однако он превосходно вел маневренную игру, а в решающий момент способен был на атакующие броски.

Как знаток дебютов он уступал разве что Алехину, а в ферзевом гамбите, вероятно, превосходил и его. Свой зенит он прошел в 1925 году, одержав победу — впереди Ласкера, Капабланки, Маршалла и Рети — на крупнейшем послевоенном турнире в Москве. Но и после этого он прочно удерживал игровое преимущество в Европе, занимая вторые места за Алехиным в Бледе и Сан-Ремо. Дважды он играл матчи на первенство мира (правда, лишь по милости Алехина, который сам выбирал себе подходящих партнеров).

Анализируя партии этих матчей сегодня, мы видим, что Боголюбов как профессиональный шахматист мало уступал чемпиону мира, но у него был неискоренимый психологический недостаток — он боялся начальства. Он робел и терялся перед Алехиным, как столоначальник перед статским советником, а Капабланка своей уверенностью и безапелляционностью подавлял его, как удав кролика,

c7—c5 e7—e6 c5 : d4Kg8—f6c7—c5 e7—e6 c5 : d4Kg8—f6

c7—c5 e7—e6 c5 : d4

Kg8—f6

c7—c5 e7—e6 c5 : d4

Kg8—f6

предназначенного ему в пищу. Боголюбов почитал за счастье сделать ничью с Капабланкой, но ему это редко удавалось. Он проиграл кубинцу обе партии в Нью-Йорке в 1924 году, еще две там же в 1927 году и даже в свой звездный час — в Москве в 1925 году — проиграл ему практически без борьбы.

С Ласкером Боголюбов играл более уверенно, хотя тоже не особенно удачно. Впервые они встретились в Остраве-Морав- ска, где, как ожидалось, будет окончательно развенчана бывшая знаменитость. Ласкер в испанской партии разменял ферзей и филигранными маневрами начисто переиграл Боголюбова. Затем последовал Нью-Йорк...

Перед 13-м туром, в котором встречались Ласкер и Боголюбов, положение было такое: лидировал Эм. Ласкер — 8У2 очков, далее шли Рети и Алехин — по 7, и лишь четвертым был Капабланка — 6У2.

В 13-м туре Алехин проиграл Рети и пропустил его на 3-е место. Капабланка, в свою очередь, красиво выиграл у Маро- ци. Ласкеру предстояла в следующем туре встреча с Капабланкой, поэтому в запас прочности ему необходимо было сделать все возможное для победы над Боголюбовым. Партия приводится с комментариями А. Але

хина.

е2—е4

Kgl—13

d2—d4

Kf3 : d4

Cfl—d3

Обычно здесь играют сначала 5. КсЗ СЬ4, а уже затем 6. Cd3, чтобы на 6. . .Кеб ответить 7. К : сб Ьс 8. е5 Kd5 9. Фg4!

. . . КЬ8—сб

Kd4 : сб

После этого хода черные могли уравнять игру, продолжая 6. . .de 7. 0—0 е5 (8. 14? Сс5+ 9. Kphl Kg4 10. Фе1 Ф64 и т. д.), а на 6. СеЗ в их распоряжении был очень сильный ответ d7—d5.

. . . Ь7: сб

Конечно, похвально, что черные, очевидно, стремятся добиться возможно большего, но уже на следующем ходу они допускают дебютную ошибку, имеющую для них тяжелые последствия.

0—0 Cf8—е7?

Правильно было 7. . .d5 и лишь на 8. Фе2 (или 8. е5 Kd7 с прекрасными шансами в_центре) ответить 8. . .Се7 и т. д.

Теперь же черная пешка «d» надолго становится отсталой, и, кроме того, черные поля под давлением противника оказываются ослабленными.

е4—е5!Kf6—d5

Ф61—g4g7—g6

Kbl—d2f7— f5

Хотя этот ход и устраняет всякую непосредственную опасность на королевском фланге, будущее пешки «d» становится еще более безотрадным. Однако ходом в партии черные преследуют определенную тактическую цель.

Ф§4—f3Kd5—Ь4

Черные стремятся или получить преимущество двух слонов, или выиграть пешку в качестве компенсации за невыгодное расположение своих пешек.

Kd2—с4Сс8—аб

Черные угрожают разменять коня с4 и взять пешку с2 или же сразу сыграть 13. . .К : с2. Белые с выгодой могли бы парировать обе угрозы ходом 13. Фе2. Однако избранное ими продолжение гораздо энергичней.

Cel—d2!. . .

Цель этого интересного пожертвования пешки — использовать слабости противника в центре путем скорейшей мобилизации боевых сил и отвлечения черного коня.

. . . КЬ4 : с2

Ла1—dll0—0

Кс4—d6. . .

Этот ход дает партии новое направление, которое раскрывает сущность плана белых. Они намерены получить решающее преимущество, используя не отсталую пешку «d», которую теперь черные могут защитить, заперев эту линию, а висячее положение неприятельского коня.

. . .Кс2—d4

Ф13—еЗСаб : d3

ФеЗ : d3 Се7 : d6

Все ходы черных вынужденны. Например, в случае 17. . .с5 белые, продолжая 18. Ch6 С : d6 19. ed Л17 20. Ь4, отыгрывают пешку и получают блестящую игру.

е5 : d6 еб—е5

ЛИ—elФd8—16

Cd2—сЗ. . .

Теперь виден результат атаки, мастерски проведенной Ласкером при помощи самых незначительных ресурсов. У черных уже нет вполне удовлетворительной защиты от угроз 21. 14 и 21. Фс4+- Даже отдавая свое материальное преимущество, они не могут избежать ухудшения позиции, которое влечет за собой тяжелые последствия. Например, после 20. . .Ф : d6 белые, продолжая 21. Фс4+ Фd5 22. Ф : d5+ cd 23. Л : е5 Кел 24. Л : d5 с последующим Лd5 : d7 и т. д., получают выигрышный эндшпиль. При других продолжениях черным также не спастись: 21. . .Феб 22. Л : d4; 21. . .Kph8 22. Л : е5!; 21. . .Л17 22. 14 и т. д.

. . .Ла8—е8

12—14Ф16—h4

Или 21. . .Ф17 22. Л : е5 Л : е5? 23. Ф : d4, и белые выигрывают.

ФdЗ—с4+ Kd4—еб

СсЗ : е5 Kpg8—17

Не вполне понятный ход. Во всяком случае, заслуживало предпочтения немедленное 23. . . Фd8.

Ле1—еЗ!. . .

Грозит 25. ЛИЗ.

. . .ФН4—d8

ЛеЗ—ЬЗФ68—а5?

Черным во что бы то ни стало следовало помешать вторжению ладьи на Ь7. Играя 25. . . Фа8!, они могли бы оказать более упорное сопротивление.

ЛЬЗ—Ь7Фа5—с5+

Л61—d4!

Боголюбов, делая 25-й ход, вероятно, просмотрел эту изящную защиту. В случае же 27. Ф : с5 К : с5 28. Л : а7 Ла8 29. Л : а8 Л : а8 и затем Кр17—еб у черных, конечно, были прекрасные шансы на ничью.

. . .Ле8—d8

Ь2—Ь4Фс5 : с4

Лd4 : с4g6—g5

ЛЬ7 : а7 Кеб : 14

Черные должны были по крайней мере спасать пешку «с», сыграв 30. . .Kpg6, ибо борьба в эндшпиле против двух связанных проходных пешек для них совер шен но без надежна.

Се5 : 14 g5 : 14

Лс4 : сбЛ18—g8

Этот маневр ладьи ни к чему не ведет. Впрочем, теперь, в сущности, все равно, как бы черные ни играли.

Kpgl-12Лg8-g6

Ь4—Ь5Кр17—еб

Лсб—с2JIg6—g8

Kpf2—13

Это без нужды затягивает борьбу . Проще было 36. а4 Ла8 37. Л : а8 Л : а8 38. Лс4 Кр : d6 39. Кр13 с легким выигрышем. Но и ход в партии, конечно, приводит к тому же.

. . .Л68—а8!

Лс2—е2+ Креб : d6

Ле2—d2+ Kpd6—с5

Л62 : d7Крс5 : Ь5

Ла7 : а8Лg8 : а8

Лd7 : h7Ла8—аЗ+!

Маленькая хитрость! В случае 41. . .Л : а2 42. Лg7 Ла4 43. Лg5 черные должны были бы сразу сдать партию. Теперь же они еще в течение некоторого времени сохраняют свою последнюю пешку.

Кр13 : 14ЛаЗ : а2

ЛЬ7—g7Ла2—12

Кр14—е515—141

Кре5—е4!КрЬ5—с5

После 45. . .13 белые выигрывают, продолжая 46. gf Л: h2 47. Лс7.

h2—h4Крс5—d6

h4—h5 Л12—11

Если бы черные теперь сыграли 14—13, то лучшим ответом было бы 48. g4! ЛИ 49. КреЗ.

Лg7—g4ЛИ—hl?

Если черные вообще желали продолжать игру, то в данный момент следовало решиться на 48. . .13! 49. gl Креб, ибо иногда бывает очень трудно выиграть партию при двух разъединенных пешках. Теперь же, после вступления в игру белого короля, у них не остается никаких шансов.

Лg4—g5ЛМ—h4

Kpe4— f5Kpf5—g6Kpe4— f5Kpf5—g652.53.54.55.56.57.58.59.60.61.52.53.54.55.56.57.58.59.60.61.JIg5—a5 Ла5—a2 Ла2—a8+ g2 : f3Kpg6— f5Ла8—a?+ Kpf5—g6 Kpg6-f6Ла7—а8+ Ла8—a3.JIg5—a5 Ла5—a2 Ла2—a8+ g2 : f3Kpg6— f5Ла8—a?+ Kpf5—g6 Kpg6-f6Ла7—а8+ Ла8—a3.

Kpe4— f5

Kpf5—g6

Kpe4— f5

Kpf5—g6

52.

53.

54.

55.

56.

57.

58.

59.

60.

61.

52.

53.

54.

55.

56.

57.

58.

59.

60.

61.

JIg5—a5 Ла5—a2 Ла2—a8+ g2 : f3

Kpg6— f5

Ла8—a?+ Kpf5—g6 Kpg6-f6

Ла7—а8+ Ла8—a3.

JIg5—a5 Ла5—a2 Ла2—a8+ g2 : f3

Kpg6— f5

Ла8—a?+ Kpf5—g6 Kpg6-f6

Ла7—а8+ Ла8—a3.

Kpd6—e7

Kpe7—f8

ЛЬ4—h2

f4— 13

Kpf8— e7

ЛЬ2—g2+

Лg2—h2

Kpe7—e8

ЛЬ2—g2+

Лg2— 12

Kpe8—d7

Черные сдались. После 61. . .ЛЬ2 белые выигрывают, продолжая 62. Ла5 Кре8 63. 14 ЛЬ4 64. Л15!

Впоследствии Ласкер встречался с Боголюбовым еще в Москве (1925), Цюрихе (1934) и Ноттингеме (1935). Общий счет: +4—1 = 1 в пользу Ласкера.

В трактовке дебюта Алехин коренным образом отличается от Ласкера. Он подробно освещает первые ходы, хотя при этом далеко не выкладывает всех своих знаний (например, приводимые Алехиным варианты, несмотря на 50-летнюю давность, вошли в «Шахматный информатор», издаваемый ФИДЕ). Правда, рекомендуемое им 7. . . d5 не вполне уравнивает игру, так как белые удерживают позиционный перевес, отвечая не 8. Фе2, а 8. ed! cd 9. с4 СЬ7 10. КсЗ de 11. С : с4 Ф : dl 12. Л : dl аб.

Говоря о пожертвовании пешки на 13-м ходу, Алехин лишь вскользь освещает ее идею: «использовать слабости противника в центре путем скорейшей мобилизации боевых сил и

отвлечения черного коня». В действительности жертва направлена на овладение черными полями, поэтому Ласкер стремится сохранить своего чернопольного слона и уничтожить его черного коллегу.

После 24-го хода черных возникла следующая позиция:

Ласкер вскоре разменял ферзей и перевел партию в выигрышный эндшпиль. Естественно, возникает вопрос: нельзя ли было извлечь из позиции нечто большее? Ласкер грозил, как указывает Алехин, ходом 25. ЛЬЗ, но не сделал его, хотя и имел такую возможность. Возможно было и 25. Ь4 ФЬ6 26. Лбе1 с угрозой построения: СЬ2, ФсЗ, Kphl, ЛЬЗ.

В дальнейшем неудачный ход Ласкера 36. Кр13 повлек за собой далеко идущие последствия. Эндшпиль затянулся, пришлось играть полных 7 часов. Ласкер, вероятно, утомился, и это отразилось на следующий день на партии с Капабланкой, когда он допустил непостижимую ошибку, и тоже на 37-м ходу. Ничья достигалась различными способами, но он сделал единственный проигрывающий ход.

Более того, после 36. Kpf3 эндшпиль мог затянуться еще дольше, если бы Боголюбов использовал свой последний шанс и пошел 48. . ЛЗ. В таких окончаниях, если король слабейшей стороны расположен на пути пешек, есть теоретические ничьи.

Вывод: в лучшем положении нельзя снижать напряжение, необходимо искать кратчайшие и наиболее эффективные пути к победе. И еще: сегодняшняя неточность, хоть и несущественная, может завтра привести к катастрофе.

КРАТКОЙ НОТАЦИЕЙ

Матч на первенство мира Стейниц — Ласкер

Нью-Йорк — Филадельфия — Монреаль, 1894

№ 48. Испанская партияЛаскерСтейниц

1-я партия матча

1. е4 е5 2. ЮЗ Кеб 3.Cb5d6 4. d4 Cd7 5. КсЗ Kge7 6. Сс4 К : d4 7. К : d4 ed 8. Ф : d4 Кеб 9. ФеЗ Кеб 10. СЬЗ сб 11. ФgЗ Kg6 12. h4 Себ 13. С : еб fe 14. Cg5Ce7 15. 0—0—0 е5 16. СеЗ 0—0 17. Ке2 Лf7 18. h5 Kf4 19. С : 14 ef 20. Ф13 Фа5 21. КрЫ Феб 22. Kd4 Cf6 23. сЗ Ле8 24. ЛНе1 Cd8 25. Фg4 Сс7 26. Kf3 Фf6 27. Kd2 Л1е7 28. f3 d5 29. ЛЫ Леб 30. g3 Лg5 31. Ф67 Фf7 32. Ф : 17+ Кр : 17 33. g4 СЬб 34. ed cd 35. КЬЗ ЛеЗ 36. ЛИП Лge537. Kcl Сс7 38. Kd3 Лg5 39. КЬ4 Лееб 40. Л04 СЬ6

Л : 14+ Kpg8 42. Kd3 Ле2 43. Лdl СеЗ 44. ЛЬ4 Ьб 45. Ла4 а5 46. Ь4 d4 47. с4 Cd2 48. Ь5 СеЗ 49. Лgl Л62 50. 14 Л : g4 51. Л : g4 Л : d3 52. с5 ЛеЗ 53. Лс4 d3 54. Лgl d2 55. Лdl be 56. Ьб Cd4 57. Ь7 ЛеЗ 58. Крс2 ЛЬ8 59. ЛЫ Кр17 60. Ла4. Черные сдались.

№ 49. Испанская партия

СтейницЛаскер

2-я партия матча

1.е4е5 2. К13 КсбЗ. СЬ5 К16

d3 d6 5. сЗ Cd7 6. Са4 g6 7. Kbd2 Cg7 8. Kc4 0—0 9. КеЗ Ке7 10. СЬЗ сб 11. Ь4 Фс7 12. Kg5 d5 13. 13 Ла68 14. g4 de 15. fe h6 16. Ф13 Ce8 17. Cc2 Kd7.

Kh3 Kc5 19. K12 b5 20. g5 h5 21. K15 gl 22. ef 16 23. g6 К : g6 24. fg C : g6 25. Лgl e4 26. de Kph7 27. Л : g6 Kp : g6 28. ФГ5+ Kpf7 29. Ф : h5+ Kpg8 30. Ф : c5 Фе5 31. СеЗ аб 32. a4 Л1е8 33. ab ab 34. Ф : e5 Л : еб 35. Лаб Лс8 36. Kg4 Ле7 37. Cc5 Лее8 38. КеЗ Cf8 39. Cd4 Kpf7 40. h5 Ce7 41. Cb3+ Kpf8 42. Kf5. Черные сдались.

№ 50. Испанская партияЛаскерСтейниц

3-я партия матча

1. е4 е5 2. К13 Кеб 3. СЬ5 d6 4. d4 Cd7 5. КсЗ Kge7 6. Сс4 ed 7. К : d4 К : d4 8. Ф : d4 Кеб 9. ФеЗ Кеб 10. СЬЗ Себ 11. 14 Кс4 12. ФgЗ КЬб 13. СеЗ сб 14. 15 С : ЬЗ 15. ab Kd7 16. С14 Фс7 17. Ь4 16 18. Ке2 Ке5 19. Kd4 ФЬб 20. сЗ 0—0—0.

Кеб Л07 22. СеЗ ФЬб 23. Л : а7 Ьб 24. Ла8+ КрЬ7 25. Л : 18, и белые выиграли на 52-м ходу.

№51. Итальянская партияСтейницЛаскер

4-я партия матча

1. е4 е5 2. К13 Кеб 3. Сс4 Себ 4. сЗ К16 5. d4 ed 6. еб d5 7. Cb5 Ке4 8. cd Се7 9. КсЗ 0—0 10. Cd3 15 П. el К: 16 12. СеЗ КЬ4 13. СЫ Kg4 14. аЗ К : еЗ 15. fe Ch4+ (см. диаграмму).

g3 Cg4 17. 0—0 Фе8 18. ab ФЬб 19. К : d5 Л : 13 20. К14 Л : 14.21. ФЬЗ+ Л17 22. Л : 17 Ф : 17 23. Са2 Ф : ЬЗ 24. С : Ь3+ Кр18 25. gh Кре7 26. Cd5 сб

27. Се4 аб 28. Лаб Ь6 29. Ьб cb

С : Ь7 Ла7 31. Себ Cd7 32. С : d7 Кр : d7 33. Кр12 Крсб 34. Кре2 КрЬб 35. Ла1 аб 36. Kpd3 а4 37. е4 Л17 38. еб Л13+ 39. Кре4 Л12 40. ЛМ Крсб 41. d5+, и белые выиграли на 60-м ходу.

№ 52. Испанская партия

ЛаскерСтейниц

5-я партия матча

е4 е5 2. К13 Кеб 3. Cb5 d6 4. d4 Cd7 5. КсЗ Kge7 6. Сс4 ed 7. К : d4 К : d4 8. Ф : d4 Кеб 9. ФеЗ Себ 10. Kd5 Се7 11. Cd2 0—0 12. 0—0 Кеб 13. СЬЗ С : d5 14. С : d5 сб 15. СЬЗ Kd7 16. Лadl аб 17. сЗ а4 18. Сс2 Ле8 19. ФЬЗ К18 20. СеЗ Фаб 21. аЗ ФЬб 22. Cel Лаб8 23. Лd4 d5 24. ed Сс5 25. Л14 Kg6 26. с4 Фаб 27. С : g6 1g 28. ЛЬ4 Ь5 29. Cg5 Лбб 30. de Ф : сб 31. Ф13 Ф : 13 32. gf Ле2 33. Cel Л : 12 34. Л : 12 Лdl+ 35. Kpg2C : 12 36. Кр : 12 Л : cl 37. Kpg3 Ь6 38. Лd4 Лс2 39. Л68+ КрЬ7 40. ЛЬ8 Л : Ь2 41. Ла8 g5 42. Л : а4 Ь44- 43. КрЬЗ Л12 44. ЛЬ4 Л : 13445. Kpg4 Л : аЗ 46. Л : Ь6 Ла2 47. Кр : g5 Л : Ь2 48. ЛЬЗ ЛЫ 49. ЛсЗ ЬЗ 50. Kpg4 Ь2. Ничья.

Л® 53. Итальянская партияСтейницЛаскер

6-я партия матча

1. е4е5 2. К13 Кеб 3. Сс4Сс5 4. сЗ К16 5. d4 ed 6. е5 d5 7. Cb5 Ке4 8. cd Cb6 9. КсЗ 0—0 10. СеЗ 16 11. el К: 16 12. Лс1 <М6 13. 0—0 Cg4 14. Се2 Лае8 15. ЬЗ С : 13 16. С : 13 Ке7 17. Ке2 Kg6 18. g3 сб 19. Cg2 Ке4 20. ФЬЗ Ф16 21. а4 Kd6 22. ФЬ4 Кс4 23. Л : с4 de 24. а5 Cd8 25. Ф : Ь7 С : а5 26. Ф : а7 Cd2 27. Фс5 С : еЗ 28. 1е Феб 29. Л : 18+ Л : 18 30. е4 Ф17 31. КрЬ2 ЛЬ8 32. Ф : сб Ке7 33. Фс7 Л : Ь2 34. К14 g5 35. Kd5 К : d5 36. Ф88+ Kpg7 37. Ф : g5+ Kph8 38. ed.

38. . .Ле2 39. Ф88+ Ле8

Фg5 Фg7 41. Ф42 Ф16 42. ФсЗ Лс8 43. 03 ЛЬ8 44. Cg2 Лс8 45. Ь4 Ф86 46. СЬЗ Лс7 47. Себ Ф18 48. Kpg2 Ф16 49. Фа5 Ле7 50. ФсЗ Ле8 51. Ф : с4 Л18 52. Фе2 Ф : d4 53. d6 Лd8 54. d7 Л : d7 55. С : d7 Ф : d7, и партия закончилась вничью на 71-м ходу.

№ 54. Французская защитаСтейницЛаскер

8-я партия матча

е4 еб 2. d4 d5 3. КсЗ de 4. К : е4 Kd7 5. К13 Kgl6 6. Kg3

с5 7. Се2 cd 8. К : d4 Сс5 9. КЬЗ Се7 10. 0—0 0—0 11. Cd2 Фс7 12. с4 Ке5 13. Фс2 Kg6 14. Л1е1 Cd7 15. Лас1 Л1с8 16. СИ Са4 17. СсЗ Kg4 18. Фе2 К16 19. Kd4 Cd7 20. Ь4 Лd8 21. ФЬ2 Лас8 22. КЬЗ Ф14 23. Cd2 ФЬ8 24. Ь5 Ьб 25. СсЗ Ке8 26. КЬ5 16 27. а4 е5 28. а5 Cg4 29. Kg3 Себ 30. Kd2 К14 31. ФЫ 07 32. К15 08 33. Cb4 Kd6 34. К : d6 С : d6 35. Ке4 С : Ь4 36. Ф : Ь4 Лd4 37. ab ab 38. g3 Kd3 39. С : d3 Л : d3 40. с5 Л44 41. ФЫ be 42. К : с5 Лс4.

43. Kd7 ФЬ7 44. Лcd^ Себ

К : е5 1е 46. Л : е5 СИЗ, и черные выиграли на 76-м ходу.

№ 55. Ферзевый гамбитСтейницЛаскер

10-я партия матча

d4 d5 2. с4 еб 3. КсЗ К16 4. 13 с5 5. de С : с5 6. cd К : d5 7. е4 К : сЗ 8. Ф : d8+ Кр : d8 9. be Кеб 10. КЬЗ Крс7 11. К14 Л08 12. Kd3Cd6 13.14 Ь6 14. К12 Сс5 15. Се2 СЬ7 16. Kd3 08 17. 15 (см. диаграмму).

. ,е5 18. Cg5 16 19. СеЗ Лас8 20. 0—0—0 КрЬ8 21. К12 Kd4 22. С : d4 ed 23. Cd3 de 24. g4 Ca3+ 25. Kpc2 Cc6 26.

КрЬЗ Сс5 27. Kh3 СеЗ 28. Сс2 Cd2 29. К12 Лd4 30. КраЗ СеЗ 31. Kd3 Л : е4 32. КЬ4 Лd4 33. СЬЗ а5 34. Кс2 Ь5. Белые сдались.

Л® 56. Ферзевый гамбитЛаскерСтейниц

11-я партия матча

1. d4 d5 2. с4 еб 3. КсЗ К16 4. К13 Се7 5. еЗ 0—0 6. Cd3 с5 7. de de 8. С : с4 Ф : du- д. Кр : dl Кеб 10. аЗС : с5 11. Ь4 СЬб 12. Кре2 Cd7 13. СЬЗ Лас8 14. СЬ2 а5 15. Ь5 Ке7 16. Ке5 Се8 17. а4 Сс7 18. Кс4 Cd7 19. Лас1 Ked5 20. К : d5 К : d5 21. Ке5 С : е5 22. С : е5 16 23. е4 fe 24. ed Kpf7 25. Лhdl.

25. . .Кре7 26. d6+ Кр16

27. КреЗ Л : cl 28. Л : cl Лс8

29. Л : с8 С : с8 30. Сс2 Kpf7

С : Ь7 Ь6 32. Кре4 Кр16

g4 g5 34. Kpf3 Kpf7 35. Ce4 Kpe8 36. h4 Kpd7 37. h5 Kpe8 38. КреЗ. Черные сдались.

№ 57. Ферзевый гамбитСтейницЛаскер

12-я партия матча

d4 d5 2. с4 еб 3. КсЗ Kf6 4. Cg5Ce7 5. К13 0—0 6. еЗ Kbd7 7. с5 сб 8. Cd3 h6 9. Ch4 e5 10. de Ke4 11.C: e4C : h4 12.Cc2 К : c5 13. Фd4Ce7 14. 0—0—0 a5 15. h4 b5 16. Ke2 b4 17. g4 ЬЗ 18. ab ЛЬ8 19. ФсЗС : g4 20. Kld4 ФЬб 21. 13 Cd7 22. Kf4 ФЬ4 23. Лdgl Ф : c3 24. be Л1с8 25. Kh5 g6 26. Kf4 C18 27. Kfe2 Cg7 28. h5 g5 29. f4 Ke4 30. Лg2 c5 31. Kf3 c4 32. be Л : c4 33. Kd2 К : d2 34. Kp : d2 f6 35. ef C : 16 36. fg C : g5 37. ЛЫ Л : bl 38. C : bl Kpf8 39. Kd4 Kpe7 40. Ca2 Лс5 41. Kpd3 Kpd6 42. ЛЬ2 Ca4 43. ЛЬ6+ Kpc7 44. Лаб Kpb7 45. Лd6 Kpc7 46. Лаб Kpb7. Ничья.

№ 58. Испанская партияЛаскерСтейниц

13-я партия матча

е4 е5 2. К13 Кеб 3. СЬ5 аб 4. С : еб de 5. d4 ed 6. Ф : d4 Ф : d4 7. К : d4 с5 8. Ке2 Cd7 9. КЬсЗ 0—0—0 10. С14 Себ 11. 0—0 К16 12. 13 Се7 13. Kg3 g6 14. Л1е1 Kd7 15. Kdl Kb6 16. КН Л67 17. СеЗ Лhd8 18. ЬЗ с4 19. С : Ь6 cb 20. be СЬ4 21. еЗ Сс5+ 22. КрЫ Л63 23. Лс1 а5 24. Kde3 15 25. el gl 26. ЬЗ Лg8 27. Kd5 С : d5 28. cd Л : d5 29. Лedl Л : dl 30. Л : dl 14

31. Kph2 Ле8 32. a4 Kpc7 33. h4 Крсб 34. c4 СЬ4 35. КрЬЗ Ле1 36. Л : el C : el 37. Kpg4 Kpc5 38. Kp : 14 Kp : c4 39. Kpe4 C : h4 40. g3 Cd8 41. Ke3+ Kpb4 42. Kpd3 Kp : a4 43. Kpc2 Kpb4 44. 14 Kpc5 45. 15 Kpd6 46. g4 b5 47. Kdl Kpe5 48. КсЗ b4 49. Ka4 Kpd4 50. Kb2 b5 51. КрЬЗ Ce7 52. g5 a4+ 53. K: a4 ba+ 54. Kp : a4 Kpe5 55. Kp : b4 Kp : 15. Белые сдались.

№ 59. Ферзевый гамбитСтейницЛаскер

14-я партия матча

d4 d5 2. с4 еб 3. КсЗ сб 4. еЗ Kf6 5. К13 Cd6 6. Cd3 Kbd7 7. 0—0 0—0 8. e4 de 9. К : e4 К : e4 10. C : e4 h6 11. Cc2 15 12. Ле1 Kf6 13. Cd2 Cd7 14. Cc3 Фс7 15. Ke5 Ce8 16. ФdЗ g5 17. ФЬЗ Фg7 18. Лadl g4 19. ФеЗ Ch5.

20. К : c6C : h24-21. Kp : h2 g3+ 22. Ф : g3 Ф : g3+ 23. 1g C : dl 24. C : dl be 25. Л : e6 Ke4 26. Л : сб К : c3 27. be Kpg7 28. Лаб Л17 29. c5 Лd8 30. Kpgl Л107 31. Kpl2 ЛЬ8 32. СЬЗ Ле8 33. Cc4 ЛЬ8 34. Cd3 h5 35. Kpl3 ЛЬ2 36. С : 15Л17 37. Кре4Ле2+ 38. Kpd3 Л : g2 39. Лgб+ Kpl8

Ce4 Лgl 41. d5 Лg7 42. Л : g7 Kp : g7 43. сб Kpl6 44. c7 Л : g3+ 45. Kpd4 Лg8 46. d6. Черные сдались.

№ 60. Ферзевый гамбитЛаскер Стейниц

15-я партия матча

d4 d5 2. с4 еб 3. КсЗ К16 4. К13 Се7 5. еЗ 0—0 6. Cd3 с5 7. 0—0 cd 8. ed de 9. С : с4 Kbd7 10. СЬЗ КЬ6 11. Cg5Cd7 12. ФdЗ Лс8 13. Ке5Сс6 14. К : сб Л : сб 15. Л^dl Kld5 16. С : е7 К : е7 17. Сс2 Kg6 18. Ф13 Kd5 19. Се4 К : сЗ 20. Ьс ЛЬ6 21. с4 15 22. Сс2 Ф16 23. с5 Лсб 24. ЛаЫ Kh4 25. ФеЗ Лс7 26. 14 Kg6 27. СЬЗ Ле7 28. а4 Л68 29. а5 аб 30. Са4 ФЬ4 31. g3 Фg4 32. Лd2 К18 33. Cdl Фg6.

d5 Л17 35. d6 Ф16 36. Лdb2 g5 37. Л : Ь7 gl 38. Л : 17 Ф : 17 39. gl Фg7+ 40. Kphl Kg6 41. Ф : e6+ Kph8 42. ФеЗ Лg8 43. C13 Kh4 44. Cd5. Черные сдались.

№61. Ферзевый гамбит

СтейницЛаскер

16-я партия матча

1. d4 d5 2. с4 еб 3. КсЗ К16

Cg5 Се7 5. К13 Kbd7 6. еЗ 0—0

с5 Ке4 8. К : е4 de 9. С : е7 Ф : е7 10. Kd2 Kf6 11. Кс4 Ь6 12. Ь4 Kd5 13. ФЫ 15 14. Ке5 а5 15. Кеб Фg5 16. Ь4 Ф16 17. cb 14 18. Ф : е4 1е 19. 13 СЬ7 20. Ь5 С : сб 21. be cb 22. Cd3 ФЬб 23. g3 Лас8 24. Лс1 Лс7 25. 0—0 Лd8 26. 14 Фg6 27. Ф : g6 hg 28. С : g6 Ке7 29. Се4 Л : d4 30. С13 К15 31. Л1е1 Кр17 32. ЛЫ К : g3 33. Л : Ь6 К15 34. ЛЬ7 Л : Ь7 35. cb ЛЬ4 36. Лс1 Kd4 37. Kpg2 ЛЬ2+ 38. Kpg3 Л : Ь7 39. С : Ь7 Ке2+ 40. Кр13 К : cl 41. Кр : еЗ К : а2 42. Kpd4 Кр1643. Крс5 КсЗ 44. Крс4 Ке2 45. КрЬ5 К : 14 46. Кр : а5 Kg6 47. h5 К14 48. С13 Кр15 49. КрЬ4 е5 50. КрсЗ е4 51. Cell еЗ 52. С13 Kpg5 53. Крс2 Kph4 54. Kpdl Kpg3. Белые сдались.

№ 62. Ферзевый гамбит.

Стейниц Ласкер 18-я партия матча

d4 d5 2. с4 еб 3. КсЗ К16 4. Cg5 Се7 5. К13 0—0 6. еЗ Kbd7 7. Лс1 сб 8. Cd3 de 9. С : с4 Kd5 10. С : е7 Ф : е7 11. е4 К14 12. g3 Kg6 13. 0—0 Л08 14. Фе2 Ь5 15. СЬЗ СЬ7 16. ФеЗ аб 17. Ке2 Лас8 18. Л101 Ле8 19. Kei с5 20. de К : с5 21. Сс2 Лс7 22. 13 Лес8 23. СМ Ке5 24. ЬЗ16 25. Лс2

15 26. el el 27. Ф12 g6 28. К14 Kcd7 29. Kd5 Фd6 30. Лс02 Лс1 31. КеЗ Л : dl (см. диаграмму).

К : dl Феб 33. КрП Лс5 34. ФеЗ Л65 35. Л : d5 Ф : d5 36. КсЗ Феб 37. Kpf2 Kpg7 38. Ке2 Ф06 39. Kd4 Ф16 40. Kg2 Кеб 41. Кеб+ Kpg8 42. Сс2 Фе5 43. Kgl4 Ф : еЗ+ 44. Кр : еЗ КЬ4 45. СМ Ке5 46. Kd4 Кр17 47. аЗ Kd5+ 48. К : d5 С : d5 49. Cd3 Кре7 50. Се2 Kpd6 51. 14 Kd7 52. g41g 53. С : g4 Kb6 54. h4 Cb7 55. Себ Kd5+ 56. C : d5 Kp : d5 57. K13 Cc8 58. Kg5 h5 59. Ke4 C15 60. Kc3+ Kpc5 61. Ke4+ Kpd5. Ничья.

№ 63. Ферзевый гамбитЛаскерСтейниц

19-я партия матча

1. d4 d5 2. с4 еб 3. КсЗ К16 4. К13 Се7 5. еЗ 0—0 6. Cd3 с5 7. de de 8. С : с4 Ф : dl+ 9. Кр : dl Кеб 10. аЗ С : с5 11. Ь4 Л08+ 12. Кре2 С18 13. Cb2 Cd7 14. ЛЬ01 Лас8 15. СЬЗ Ке7 16. Kd4 Kg6 17. Л02 е5 18. К13 Cg4 19. Л : d8 Л : d8 20. h3 С : 13+ 21. gf Се7 22. Лс1 Кр18 23. Ка4 Ь6 24. КсЗ Cd6 25. Лdl Ке8.

26. КЬ5 Л07 27. Сс2 Кре7

28. С15 аб 29. С : d7 Кр : d7 30.

КсЗ 15 31. Ь5 ab 32. К : Ь5 Креб 33. СсЗ Ке7 34. К : d6 К : d6 35. Cb4 Kd5 36. Лс1 К17 37. Cd2 Kd6 38. Kpd3 Kpd7 39. e4 Kf6 40. Ce3 fe+ 41. fe b5 42. 13 Kc4 43. ЛсЗ Ke8 44. Cel Kcd6 45. Лс5 Kc7 46. Л : e5 Кеб 47. ЛЬ5 h6 48. Ле5 g5 49. h4 gh 50. ЛН5 Креб 51. Л : h6 Kc5+ 52. Kpc2. Черные сдались.

Париж, 1900

А» 64. Итальянская партия

ШлехтерЛаскер

е4 е5 2. К13 Кеб 3. КсЗ К16

4. Сс4 Сс5 5. d3 d6 6. Cg5 h6 7. СеЗ Cb4 8. 0—0 С : сЗ 9. be 0—0 10. h3 d5 11. ed К : d5 12. Cd2 Ф06 13. Ле1 Cd7 14. ЛЫ Kb6 15. Cb5 Л1е8 16. c4 аб 17. C : c6 C : c6 18. СсЗ Kd7 19. ЛеЗ 15 20. Kd2 Леб 21. ФЬ5 Лg6 22. 13 Лg5 23. ФЬ4 Фg6 24. Ф12 14 25. Ле2 ЛН5 26. Kphl Л18 27. ЛЬе1 ЛП5 28. Ке4 С : е4 29. Л : е4 Лfg5 30. ФП Ф66 31. d4 ФаЗ 32. Ф63 Лg6 33. Л4е2 Лd6 34. с5 К : с5 35. Фс4+ Кеб.

СЬ4 Фа4 37. Л : е5 Леб 38. Лс5 Ь5 39. ФсЗ К : с5 40. de Ф : а2 41. Ле8+ Кр17 42. Фе1 Леб 43. Л : еб Ф : еб 44. Ф02 Л15. Белые сдались.

А° 65. Ферзевый гамбит

ЛаскерДидье

1. d4 d5 2. К13 еб 3. с4 К16 4. КсЗ Се7 5. еЗ Ь6 6. Cd3 0—0 7. О—0СЬ7 8. Фе2 Kbd79. Л61 с5 10. ЬЗ Фс7 11. СЬ2 Л1е8 12. Лас1 Лас8 13. cd ed 14. Ке5 К : е5 15. de Ф : е5 16. СЬ5 Ле08 17. К : d5 Феб 18. К : е7+ Ф : е7 19. Л : d8+ Л : d8 20. Л61 Л : dl+ 21. Ф : dl Ь6 22. СП Kd5 23. Фg4 g6 24. Сс4 Kph7.

25. Ф13 КсЗ 26. Ф14 Kd5

27. ФЬ8 16 28. е4 Фс7 29. Ф : а7

Ке7 30. Саб. Черные сдались.

А5 66. Ферзевый гамбит

ЛаскерМизес

d4 d5 2. К13 К16 3. с4 еб

КсЗ с5 5. cd ed 6. Cg5 Себ 7. е4 cd 8. Ф : d4 Кеб 9. Cb5 de 10. С : 16 Ф : 16 11. Ке5 Л68 12. Ф : е4 СЬ4 13. С : сб+ be.

Ф : сб+ Kpf8 15. Фе4 С : сЗ+ 16. be 015 17. ФеЗ С : g2 18. Лgl Ch3 19. ЛgЗ 05 20. Kpfl h5 21. Ле1 аб 22. Кеб Ф : сб 23. Фе7+ Kpg8 24. Ф : d8+ Kph7 25. Фd4 ФМ + 26. Лgl Ch3+ 27. Кре2 Cg4+ 28. Ф : g4 Ле8+ 29. Kpfl. Черные сдались.

№ 67. Ферзевый гамбит

МаршаллЛаскер

d4 d5 2. с4 еб 3. КсЗ Kf6

Cg5 сб 5. е4 de 6. К : е4 СЬ4+

КсЗ с5 8. аЗ С : сЗ+ 9. Ьс Фа5 10. Cd2 Ке4 11. Kf3 К : сЗ.

de К : dl 13. С : а5 КЬ2 14. а4 Cd7 15. сб С : сб 16. Ке5 Се4 17. СсЗ (6 18. 13 Сс2 19. Kpd2 К : а4 20. Кр : с2 К : сЗ 21. Kd3 Kd5 22. cd ed 23. Kc5 Ь6 24. Cb5+ Kpf7 25. Ка4 Кеб 26. КсЗ ЛЬс8 27. Лhdl Ке7 28. КрЬ2 Лс5 29. Cd3 а5 30. Ка4 Леб 31. Лас1 ЛЬ8 32. Л : сб К : сб 33. Лс1 Ке5 34. Лс7+ Креб 35. Cb5 g5 36. Ла7 d4 37. Лаб Kpd5 38. Крс2 ЛЬ7 39. Ла8 Кеб 40. Kpd2 КЬ4 41. Л08+ Креб 42. КЬ2 Лс7 43. Кс4+ Kpf5 44. Л : d4 Лс5 45. Се8 Лd5 46. КеЗ+ Кре5 47. К : d5 Кр : d4 48. К : Ь4 ab 49. 07, и белые выиграли на 58-м ходу.

1. е4 е5 2. Kf3 Кеб 3. СЬ5 аб 4. Са4 Kf6 5. 0—0 К : е4 6. d4 Ь5 7. СЬЗ d5 8. de Себ 9. СеЗ Се7 10. сЗ 0—0 11. Kbd2 Фd7 12. К : е4 de 13. Ф : d7 С : d7 14. Kd2 К : е5 15. К : е4О6 16. Kg3 Kd3 17. Kf5 Л1е8 18. ЛаЫ 08 19. Лfdl Се4 20. Kg3 Cg6 21. h4 h5 22. 015 Лad8 23. Cf3 Cd6 24. Ke2 Ke5 25. ЛЬс1 Kc4 26. Лd5 К : e3 27. fe Л : e3 28. Kpf2 Лde8 29. Kd4 Л3е5 30. Лdl Cc5 31. Kpfl Cb6 32. Кеб ЛеЗ 33. Kb4 a5 34. Kc6.

. .Cc2 35. ЛМ4 C : d4

36. К : d4 013+, и черные выиграли на 56-м ходу.

Л5 69. Русская партия

ЛаскерМэзоя

е4 е5 2. Kf3 Kf6 3. d4 К : е4 4. Cd3 d5 5. К : е5 Се7 6. 0—0 0—0 7. с4 Kf6 8. КсЗ de 9. С : с4 Kbd7 10. ФЬЗ К : е5 11. de Kg4 12. 04 сб 13. ИЗ КЬб 14. С : h6 gh 15. Лаб1 Фс7 16. Л{е1 Ь5 17. 013 Ь4 18. Ка4 Kph8 19. Фс4 а5.

1. е4 с5 2. Kf3 Кеб 3. КеЗ g6 4. d4 cd 5. К : d4 Cg7 6. СеЗ d6 7. Ce2 Kf6 8. 0—0 Cd7 9. h3 0—0 10. Фd2 Лс8 11. Лadl Ke5 12. f4 Kc4 13. С : c4 Л : c4 14. e5 Ke8 15. ed К : d6.

ЛаскерЛаскер

Ласкер

Ласкер

20. КЬ6Ла7 21. К : с8 Ф : с8 22. еб 16 23. Фе4 Cd8 24. Ф14 Лg7 25. С15 Се7 26. Ф : h6 с5 27. Ле4 Лd8 28. Лd7 Л : d7 29. ed Ф18 30. Kphl Фd8 31. ФЬ5. Черные сдались.

№ 70. Испанская партия

Стерлинг

1. е4 е5 2. К13 Кеб 3. СЬ5 аб

Са4 Kf6 5. d4 К : е4 6. Фе2 d5

К : е5 Себ 8. К : сб Фd7 9. 13 К16 10. 14 g6 11. Фе5 Cg7.

15 gf 13. Ch6 be 14. C : g7 Kg4 15. Фе2 Лg8 16. Ce5 К : e5 17. Ф : e5 0—0—0 18. Фе2 Фd6 19. Kd2 Kpd7 20. 0—0—0 ЛЬ8 21. КЬЗ ЛЬб 22. Kc5+ Кре7 23. Ф12 Лgb8 24. ФЬ4+ Кре8 25. ЛбЗ Ф18 26. Ле1 Фе7 27. ФЬ5 Kpd8 28. ЛgЗ. Черные сдались.

16. Kdb5 Леб 17. Л1е1 аб 18. К : d6C : сЗ 19. be Л : d6 20. Ф12Себ 21. Л : d6 Ф : d6 22. Сс5 Фс7 23. g4 Лс8 24. Cd4 С : а2 25. 15 16 26. g5 Л18 27. lg hg 28. gf el 29. Cc5 Л17 30. Ле8+ Kpg7 31. Cd4 Ф67 32. ФеЗ Ф15 33. Ле4 g5 34. Лg4 Kpg6 35. Фе8 Ф13 36. Фg8+ Kpf5 37. Лg2 Ле7 38. Фс8+ Kpg6 39. Фg4 Ф : g4 40. hg Ле4 41. Kph2 Себ 42. Л12 Л14 43. Л : 14 gf 44. Kpg2 C : g4 45. c4 Kpl5 46. c3 a5 47. c5 a4 48. Kpf2 Cdl 49. Kpel Cb3 50. Kpd2 Cc4 51. Kpc2 a3 52. Kpel a2 53. Kpb2 13 54. Kpal Kpg4. Белые сдались.

№ 72. Испанская партия

ЯновскийЛаскер

1. е4 е5 2. К13 Кеб 3. СЬ5 аб

Са4 К16 5. 0—0 d6 6. d4 Ь5

de de 8. СЬЗ Ф : dl 9. Л : dl Cd6 10. Cg5 Себ 11. КеЗ 0—0

С : Г6 gf 13. Kd5 f5 14 ef C : f5 15. Kf6+ Kpg7 16. Kh5+ Kph6 17. Kg3 Ke7 18. Ле1 f6 19. К : f5 К : 15 20. Себ Ke7 21. a4 Kpg7 22. g3 ЛаЬ8 23. ab ab 24. Ch3 Ла8 25. Cg2 Л : al 26. Л : al f5 27. Ла5 ЛЬ8 28. Cfl сб 29. Ла7 Kpf6 30. Ch3 Л08 31. Лаб Cc5 32. c3 e4 33. b4.

33. . .ef 34. be Лс114- 35. Cfl Kpe5 36. c4 be 37. Ла4 c3 38. Лс4 Kd5 39. h4 h5 40. g4 fg 41. Kph2 Л : fl. Белые сдались.

№ 73. Защита Филидора

ЛаскерМортимер

е4 е5 2. Kf3 d6 3. d4 Kd7 4. de de 5. Cc4 h6 6. g4 c6 7. Kc3 Cc5 8. Фе2 Фе7 9. Лgl g5 10. h4 f6 11. Cd2 Kb6 12. СЬЗ Себ 13. Kdl ФГ7 14. КеЗ С : e3 15. Ф : e3 Ke7 16. Ca5 Kbc8 17. 0—0—0 0—0 18. hg.

. .С : b3 19. gf Kg6 20. ab Kb6 21. g5 Лad8 22. Л : d8 Л : d8 23. gh Ф : f6 24. К : e5 Ф : e5 25. Л : g6+ Kpf7 26. Лg7+ Креб 27. ФЬЗ+ Kpd6 28. ФаЗ+ Креб 29. Ф : d8. Черные сдались.

№ 74. Ферзевый гамбит

ЛаскерШовальтер

d4 d5 2. с4 еб 3. КеЗ Kf6

Cg5 Се7 5. еЗ Kbd7 6. Kf3 сб 7. Cd3 de 8. С : с4 Kd5 9. С : е7 Ф : е7 10. е4 К5Ь6 11. СЬЗ е5 12. 0—0 0—0 13. а4 ed 14. Ф : d4 Кс5 15. ФЬ4 а5 16. ФаЗ Cg4 17. Kd4 Фе5 18. Кс2 Ла08 19. КеЗ Себ 20. Сс2 Л02 21. Лс1 Кс4 22. К : с4 С : с4 23. ЛГ01 лгав.

Ка5Л : dl+ 25. Л : ai Ь6 26. ФgЗ ФЬ8 27. Ке7+ Kpf8 28. Ф : Ь8 Л : Ь8 29. К : сб Ле8 30. f3 Лс8 31. ка4 ла8 32. Kpf2 саз 33. Кеб Лс8 34. С : аЗ К : азч- 35. Л : аз Л : сб 36. ЛсЗ Лаб 37. КреЗ Кре7 38. Лс7+ Креб 39. f4 g6 40. е5 Л08 41. Лсб+ Kpf5 42. ЛГ6+ Kpg4 43. Л : f7 ЛЬ8 44. Kpf2. Черные сдались.

№ 75. Испанская партия

ЛаскерЧигорин

е4 е5 2. К13 Кеб 3. СЬ5 аб 4. Са4 К16 5. 0—0 Се7 6. КсЗ d6 7. d4 Kd7 8. Kd5 К : d4 9. К : d4 ed 10. Ф : d4 0—0 11. C : d7 Ф : d7 12. Cd2 Cd8 13. Cc3 16 14. 14 ФЬ5 15. Kphl c6 16. Kb4 d5 17. a4 ФЬб 18. Ф : Ьб C : b6 19. a5 Ca7 20. ed c5 21. Kd3 Лd8 22. Л1е1 Kpl7. Ничья.

Матч на первенство мира Ласкер — Тарраш Дюссельдорф — Мюнхен, 1908

№ 76. Испанская партияТаррашЛаскер

2-я партия матча

е4 е5 2. К13 Кеб 3. СЬ5 К16 4. 0—0 d6 5. d4 Cd7 6. КсЗ Се7 7. Ле1 ed 8. К : d40—0 9. К : сб С : сб 10. С : сб Ьс 11. Ке2 Фd7 12. Kg3 Л1е8 13. ЬЗ Лad8 14. СЬ2 Kg4 15. С : g7 К : 12 16. Кр : 12 Кр : g7 17. К15+ Kph8 18. Фd4+ 16 19. Ф : а7 С18 20. Фd4 Леб 21. Лadl Л6е8 22. ФсЗ Ф17 23. Kg3 СЬб 24. Ф13 d5 25. ed СеЗ+ 26. Kpfl cd 27. ЛdЗ Феб 28. Ле215 29. Лdl 1430. Khl d4 31. К12Фаб 32. KdЗЛg5 33. Ла1 ФЬб 34. Kpel Ф : Ь2 35. Kpdl ФgЦ- 36. Kei Лge5 37. Феб Л5еб 38. Ф : с7 Л8е7 39. Ф6 8+ Kpg7 40. а4 13 41. gl Cg5. Белые сдались.

Л5 77. Испанская партияЛаскерТарраш

З-я партия матча

е4 е5 2. К13 Кеб 3. СЬ5 аб 4. Са4 К16 5. 0—0 Се7 6. Ле1 Ь5 7. СЬЗ d6 8. сЗ Ка5 9. Сс2 с5 10. d4 Фс7 11. Kbd2 Кеб 12. ЬЗ 0—0 13. КП cd 14. cd К : d4 15. К : d4 ed 16. Kg3 Kd7 17. СЬЗ ФЬб 18. K15 C16 19. C14 Ke5 20. Cd5 Ла7 21. ФЬЗ Лс7 22. g4 g6 23. Kh6+ Kpg7 24. g5 Cd8 25. ФgЗ 16.

K15+ Kph8 27. Kh4 1g 28. C : g5 C : g5 29. Ф : g5 d3 30. Kphl Лс2 31. ЛеЗ Л1 : 12 32. Kg2 d2 33. Лgl Лс1 34. Фе7 Л :gl+ 35. Кр : gl 61Ф+ 36. Кр : 12 Ф13+ 37. Kpel Фа5+ 38. ЛеЗ С : ЬЗ 39. Ф : d6 Фа : сЗ 40. be Ф : сЗ+ 41. Кре2 Фс2+ 42. КреЗ ФdЗ+ 43. Кр14 g5+ 44. Кр : g5 К17+. Белые сдались.

№ 78. Испанская партияЛаскерТарраш

5-я партия матча

1. е4 е5 2. К13 Кеб 3. СЬ5 аб 4. Са4 К16 5. 0—0 Се7 6. Ле1 Ь5 7. СЬЗ d6 8. сЗ Ка5 9. Сс2 с5

10. d4 Фс7 11. Kbd2 Кеб 12. h3 0—0 13. КП cd 14. cd К : d4 15. К : d4 ed 16. Cg5 h6 17. Ch4 ФЬ6 18. ФdЗ g5 19. Cg3 Себ 20. Ла61 Л1с8 21. Cbl Kd7 22. e5 K18 23. Ф13 d5 24. ФН5 Kpg7.

14 f5 26. ef+ C : 16 27. fg hg 28. Ce5 d3+ 29. Kphl Kg6 30. Ф : g5 C17 31. Kg3 C : e5 32. Л : e5 ЛН8 33. C : d3 Ла7 34. Л6е1 Kpf8 35. C : g6 Ф : g6 36. ФеЗ Лс7 37. K15 Феб 38. Фg5. Черные сдались.

№ 79. Французская защитаТаррашЛаскер

6-я партия матча

е4 еб 2. d4 d5 3. КсЗ de 4. К : е4 К16 5. К : 16+ Ф : 16 6. К13 Cd7 7. Cg5 Фg6 8. Cd3 15 9. h4 Кеб 10. Фе2 Кб И. С14 0—0—0 12. 0—0—0 Cd6 13. Себ ЛЬе8 14. h5 Ф17 15. сЗ К : е5 16. К : е5 С : е5 17. Ф : е5 Ф16 18. 14 Ф : е5 19. 1е Ле7 20. Се2 Себ 21. С13 Се8 22. Лdgl еб 23. ЛЬ2 Крс7 24. Крс2 КрЬб 25. Ь4 Крс7 26. g4 1g 27. Л : g4 а5 28. аЗ ab 29. ab Ла8 30. Kpd3 Л68 31. Се4 Ь5 32. КреЗ КрЬб 33. ЛgЗ Ла8 34. Лhg2 ЛаЗ 35. Kpd3 С : h5 36. Л : g7 Л : g7

Л : g7 Ла2 38. Л67 Се2+ 39. КреЗ Сс4 40. Л66 ЛаЗ 41. Л : сб+ Кра7 42. Кр14 Л : сЗ 43. d5 ed 44. С : d5 Лс1 45. С : с4 Ьс 46. еб сЗ 47. КреЗ КрЬ7 48. Ь5 Ле1+ 49. Kpd3 h5 50. Кр : сЗ Ь4 51. Лс4 Л : еб 52. Л : Ь4 КрЬб 53. КрЬ4 Лg6. Ничья.

№ 80. Французская защитаЛаскерТарраш

7-я партия матча

е4 еб 2. d4 d5 3. КсЗ К16 4. Cg5 Cb4 5. Cd3 de 6. С : е4 с5 7. de С : сЗ+ 8. Ьс Фа5 9. С : 16 gf 10. Ф64е511.ФеЗФс7 12. Ке2 Kd7 13. Ф13 Кре7 14. сб Кс5 15. cb С : Ь7 16. С : Ь7 Ф : Ь7 17. ФеЗ Лас8 18. 0—0 Фе4 19. ЛаЫ ЛЬ68 20. Kg3 Ф : еЗ 21. 1е Л62 22. Л12 Лс68 23. ЛЬ5 Л61 + 24. ЛИ Ка4 25. Ке4 КЬ6 26. Лаб Кс8 27. Лсб КЬ6 28. Лс7+ Кр18 29. К : 16 Л : 11+ 30. Кр : 11 Kpg7 31. Kg4 Л65 32. Л : а7 Ьб.

е4 Лсб 34. КеЗ Л : сЗ

35. Кре2 Кс4 36. К15+ Kph8

Л : 17 Л : с2+ 38. Kpd3 Лс1 39. КеЗ К : еЗ 40. Кр : еЗ ЛсЗ+ 41. Кр12 Лс2+ 42. Kpg3

h4+ 43. Kph3 Ле2 44. Л15 Л : е4 45. Лg5 КрЬ7 46. Лg4 ЛеЗ+ 47. Кр : Ь4 ЛаЗ 48. Kpg5 Л : а2 49. Кр15 Ле2 50. ЬЗ КрЬб 51. g3 ЛеЗ 52. Ь4 Kph7 53. Лg5 Ле1 54. g4 КрЬб 55. Kpf6 Kph7 56. Л : e5, и белые выиграли на 76-м ходу.

№ 81. Испанская партияТаррашЛаскер

8-я партия матча

е4е5 2. К13 Кеб 3. СЬ5 К16 4. 0—0 К : е4 5. d4 Се7 6. Фе2 Kd6 7. С : сб be 8. de КЬ7 9. Ле1 0—0 10. Kd4 Кс5 11. КсЗ Кеб 12. СеЗ К : d4 13. С : d4 с5 14. СеЗ d5 15. ed С : d6 16. ФЬ5 СЬ7 17. Лadl Ле8 18. КЬ5 Ф16 19. К : d6 cd 20. Cel Леб 21. сЗ Лае8 22. ЛеЗ Леб 23. Лdel Ьб 24. Фg4 Л8еб 25. Л : е5 de 26. 13 Фе7 27. СеЗ Cd5 28. ЬЗ.

. .с4 29. Ьс Себ 30. ЛЫ Фс7 31. с5 ®d8 32. Ф15 е4 33. 14 ФdЗ 34. Ле1 Ф : сЗ 35. Кр12 Фс4 36. Фg4 Ф : а2+ 37. Ле2 Фс4 38. Лd2 СЬ5 39. Фdl Лаб 40. Лс2 Феб 41. h3 Cd3 42. Лd2 15 43. Kpg3 ЛаЗ 44. Kph2 а5 45. Фс1 Ла4 46. ФсЗ ЛЬ4 47. сб Лс4 48. Ф : аб Л : сб. Ничья.

Аг 82. Французская защитаЛаскерТарраш

9-я партия матча

1. е4 еб 2. d4 d5 3. КсЗ К16 4. Cg5 СЬ4 5. Cd3 de 6. С : е4 сб 7. de Ф : dl+ 8. Л : dl Kbd7 9. С : 16 К : 16 10. С13 С : сб 11. Kge2 Кре7 12. 0—0 Cd7 13. Kcl ЛаЬ8 14. Kd3 Cd6 15. Лd2 Лhd8 16. Ле1 Се8 17. Лedl Ь5 18. g3 Ь4 19. Ке2 ЛЬс8 20. Kd4 аб 21. КЬЗ Сс7 22. СЬ7 ЛЬ8 23. Cg2 СЬб 24. Кеб Л : d2 25. Л : d2 Лс8 26. КрН СЬ5+ 27. Kpel а4 28. Kcl Kd7 29. К : d7 С : d7 30. СП Саб 31. ЬЗ Себ 32. Сс4 еб 33. Kd3 16 34. Кре2 Се8 35. 13 Л08 36. Кс5 Л : d2+ 37. Кр : d2 ab 38. К : ЬЗ СЬ6 39. сЗ Ьс+ 40. Кр : сЗ Cgl 41. ЬЗ С12 42. g4 Се1+ 43. Kpd3 Себ 44. КреЗ Kpd6 45. Cg8 Ьб 46. СЬ7 Се8 47. Cd3 С17 48. СЬ5 СЬ4 49. Cd3 СаЗ 50. СЬ5 Kpd5 51. Cd3 Ь5 52. Кре2 Ь4 53. КреЗ Cg8 54. Кре2 Kpd6 55. КреЗ Cd5 56. Cg6 Кре7 57. Се4 Сс4 58. Cd3 С17 59. Кре2 Кр18 60. Се4 g6 61. Kal Kpg7 62. Кс2 Сс5.

а4 КрЬб 64. а5 Kpg5 65. Kei 15 66. gl gl 67. Cb7 Cc4+ 68. Kd3 Cb4 69. a6 e4 70. Ie le 71. С : e4 С : a6 72. Kpl3. Ничья.

№ 83. Испанская партияТаррашЛаскер

10-я партия матча

е4 е5 2. Kf3 Кеб 3. Cb5 К16 4. 0—0 К : е4 5. d4 Се7 6. Фе2 Kd6 7. С : сб Ьс 8. de КЬ7 9. КсЗ 0—0 10. Ле1 Кс5 11. Kd4 Кеб 12. СеЗ К : d4 13. С : d4 с5 14. СеЗ d5 15. ed С : d6 16. Ке4 СЬ7 17. К : d6 cd 18. с4 Ф16 19. Лadl Л1е8 20. Фg4 Себ 21. Ле2 Ле4 22. ФgЗ Феб 23. ЬЗ Лd8 24. Лed2 Леб 25. СЬб Фg6 26. 04 Леб 27. С : d6 ФЬ5 28. Фg4 Ф : g4 29. hg Ле4 30. С : с5 Л : d2 31. Л : d2 h5 32. Лd6. Черные сдались.

№ 84. Французская защитаЛаскерТарраш

11-я партия матча

1. е4 еб 2. d4 d5 3. КсЗ К16 4. Cg5 Cb4 5. ed Ф : d5 6. К13 c5 7. C : 16 gf 8. Фd2 C : c3 9. Ф : c3 Kd7 10. Лdl Лg8 11. de Ф : c5 12. Фd2 ФЬб 13. сЗ a6 14. Фс2 15 15. g3 Kc5 16. Cg2 Фс7 17. Фе2 Ь5 18. 0—0 Cb7 19. c4 b4 20. Фd2 ЛЬ821. ФЬ6С : f3 22. C : 13 Фе5 23. Л1е1 Ф : Ь2.

24. Ф14 Лс8 25. ФЬ6 16 26.

Ch5+ Лg6 27. С : g6+ hg 28.

Л : e6+. Черные сдались.

Л» 85. Дебют четырех коней

ТаррашЛаскер

12-я партия матча

е4е5 2. К13 Кеб 3. Cb5 К16 4. КсЗ СЬ4 5. 0—0 d6 6. Kd5 Сс5 7. d4 ed 8. К : d4 С : d4 9. Ф : d4 0—0 10. К: 16+ Ф : 16 11. Ф : 16 gf 12. СЬб Ле8 13. Л1е1 аб 14. СП КрЬ8 15. Cd2 Ке7 16. СеЗ Kg8 17. 14 Kpg7 18. ЛеЗ Кр18 19. Cd3 Cd7 20. Лае1 СЬ5 21. е5 С : d3 22. Л : d3 1е 23. Ie de 24. Л : е5 Ь6 25. ЛЬ5 h6 26. Cd2 Леб 27. Лd7 Лс8 28. Л15 Ле7 29. Л : е7 Кр : е7 30. Ле5+ Кр16 31. СеЗ Kpg6 32. ЛеЗ Л08 33. ЛgЗ+ Кр15 34. Лg7 Креб 35. ЛЬ7 с5 36. Кр12 Ь5 37. Кре2 Ь4 38. Cd2 Лd4 39. g3 Лg4 40. С : Ь6 К16 41. ЛЬ8 Лс4 42. Kpdl Kg4 43. 04 Кр15 44. ЬЗ ЛеЗ 45. Cd2 Л13 46. ЛЬ5+ Кре4 47. ЛЬ4 Кр15 48. ЬЗ К16 49. Л14+ Л : 14 50. С : 14 Кре4 51. Кре2.

. .с4 52. Cg5 Kd5 53. be КсЗ+ 54. Kpd2 Kpf5 55. 04 К : а2 56. с5 Креб 57. сб КсЗ 58. Kpd3 Kd5 59. Крс4 Ке7 60. Крс5 а5 61. с7 Kpd7 62. КрЬб К15 63. Кр : а5 Kd4 64. Кр : Ь4 К : с2+ 65. Крс4. Черные сдались.

№ 86. Ферзевый гамбитЛаскерТарраш

13-я партия матча

1. d4 d5 2. с4 еб 3. КсЗ с5 4. К13 Кеб 5. еЗ К16 6. аЗ Cd6 7. de С : с5 8. Ь4 Cd6 9. СЬ2 0-0 10. Лс1 а5 11. Ь5 Ке5 12. cd ed 13. Се2 Себ 14. 0—0 Фе7 15. а4 Лас8 16. Kd4 Кс4 17. Cal СЬ8 18. Ле1 Фd6 19. g3 Лfd8 20. КЫ КЬб 21. СсЗ Ле8 22. ФЬЗ Кс4 23. К : еб Ф : еб 24. С : 16 gl 25. Лedl Са7 26. С13 К : еЗ.

Л : с8 Ф : с8 28. Ь6 С : Ь6 29. 1е Л : еЗ 30. Ф : Ь6 Л : 13 31. Ф : а5 Фс4 32. Ф62 15 33. Лс1 Фg4 34. Ф : d5 14 35. Kd2 ЛеЗ 36. ЛИ Леб 37. Л : 14 Ф61 + 38. Kpg2 Ь6 39. Ф07 Фе2+ 40. Л12 ФИ5 41. К13 h6 42. Kd2 Леб 43. Фd8+ Kph7 44. Ф18. Черные сдались.

№ 87. Испанская партияТаррашЛаскер

14-я партия матча

е4е5 2. К13 Кеб 3. Cb5 К16 4. 0—0 К : е4 5. d4 Се7 6. Фе2 Kd6 7. С : еб be 8. de КЬ7 9. Ле1 0-0 10. КсЗ Кс5 11. Kd4 Кеб 12. СеЗ К : d4 13. С : d4 с5 14. СеЗ d5 15. ed С : d6 16. Лadl

ФЬ4 17. ЬЗ ФЬ4 18. Cel Себ 19. аЗ ФЬ7 20. Фе4 Ф : е4 21. К : е4 Лfd8 22. СеЗ С15 23. К : с5 С : с2 24. Лd2С15 25. КЬ7 Лd7 26. aedl Себ 27. К : d6 cd 28. Л : d6 Л : d6 29. Л : d6 а5 30. Ь4 ab 31. ab Кр18 32. Ь5 Кре7 33. Лdl Лd8 34. ЛЫ Cd5 35. Cg5+ 16 36. С14 Cb7 37. Ле1+ Kpd7 38. Лс1 Креб 39. Ь6 Лd7 40. Ле1 + Kpd5 41. Ле8 Крсб 42. СеЗ Саб 43. Ла8 Cd3 44. ЛЬ8 Саб 45. Kph2 Cd3 46. С14 Cg6 47. СеЗ Cd3 48. g4 Cg6 49. Kpg3 h5 50. 14 hg 51. hg Ле7 52. Лс8+ Kpb7 53. ЛсЗ Се4 54. ЛаЗ Крсб 55. ЛсЗ+ КрЬ7 56. ЛаЗ Крсб 57. ЛсЗ+ КрЬ7 58. 15 g6 59. g5 Л17 60. gl Л : 16 61. Лс7+ Краб 62. Ла7+ КрЬ5 63. Ь7 С : Ь7 64. Л : Ь7+ Крс4 65. Кр14 gl 66. Кре5 Л18 67. Лс7+ Kpd3 68. Сс5 Лd8 69. СЬ4 14 70. ЛсЗ+ Кре2 71. Кре4 Ле8+ 72. Кр : 14.

И партия закончилась вничью на 119-м ходу.

Л5 88. Дебют ферзевых пешек

ЛаскерТарраш

15-я партия матча

d4d5 2. К13с5 3. dce6 4. е4 С : с5 5. ed ed 6. СЬ5+ Кеб 7. 0—0 К16 8. КсЗ 0—0 9. Cg5 Се7

10. С : f6C : 16 11. Ф : d5C : сЗ 12. Ф : d8 Л : d8 13. be Ka5 14. Л1е1 Cd7 15. Cd3 Ле8 16. Kd4 Kpf8 17. КЬЗ Ь6 18. К : a5 ba 19. Kpfl Лас8 20. c4 Себ 21. Ле5 С : c4 22. Л : a5 С : d3+ 23. cd ЛсЗ 24. Л : a7 Л : d3 25. Ле1 Лd2 26. Л : е8+ Кр : е8 27. Kpel ЛЬ2 28. а4 g6 29. а5 Ла2 30. аб Kpf8 31. Ла8+ Kpg7 32. g4 Kpf6 33. h4 h5 34. gh gh 35. a7 Kpg7 36. Kpdl Kph7 37. Kpcl Kpg7 38. Kpbl Ла4 39. Kpc2 Ла2+ 40. КрсЗ ЛаЗ-т 41. Kpc4 Ла4+ 42. КрЬ5 Ла1 43. 14 ЛЬ 14- 44. Крс5 Ла1 45. Kpd6 Кр16 46. Kpd7 Кр15 47. Крсб Кр : 14 48. КрЬб Л ЫН- 49. Крсб Лс1 + 50. КрЬб ЛЬ 14- 51. Крсб Ла1 52. КрЬб. Ничья.

№ 89. Дебют четырех конейТаррашЛаскер

16-я партия матча

е4 е5 2. К13 Кеб 3. Cb5 К16 4. КсЗ СЬ4 5. 0—0 0—0 6. d3 d6 7. Cg5 Себ 8. d4 ed 9. К : d4 h6 10. Ch4 Ke5 11. 14.

. ,Cc5 12. C : 16 Ф : 16 13. Ie Ф : e5 14. Ke2 Cg4 15. Л13 C : 13 16. gf 15 17. ФdЗ c6 18. Cc44- Kph8 19. Kphl b5 20. Cb3

fe 21. Ф : e4 Ф : e4 22. fe Лае8 23. К : сб Л : e4 24. Kg3 Леев 25. Лdl Л12 26. Kd4 C : d4.

Белые сдались.

Матч на первенство мира Ласкер — Шлехтер

Вена — Берлин, 1910

№ 90. Испанская партияШлехтерЛаскер

1-я партия матча

е4 е5 2. К13 КсбЗ. Cb5 К16 4. 0—0 d6 5. d4 Cd7 6. Ле1 ed 7. К : d4 Се7 8. КсЗ 0—0 9. С : сб Ьс 10. Cg5 Ле8 11. Ф13 Ьб 12. Ch4 Kh7 13. С : е7 Ф : е7 14. Лadl К18 15. ИЗ Kg6 16. ФgЗ Фg5 17. Ф : g5 hg 18. 13 16 19. Kpf2 Кр17 20. Kde2 а5 21. ЬЗ ЛеЬ8 22. Кс1 Себ 23. Kd3 с5 24. КЬ2 Ке5 25. Kd5 ЛЬ7 26. ЛеЗ Кеб 27. ЛсЗ g6 28. а4 15 29. КеЗ Ле8 30. КЬс4 Ла7 31. Ле1 С : с4 32. К : с4 Кр16 33. КеЗ Кеб 34. el gl 35. g3 ЛЬ8 36. 14 gf 37. Kd54- Kpf7 38. К : 14 ЛЬ7 39. Kpg2 с4 40. be ЛЬ4 41. с5 Л : а4 42. cd cd 43. Лс7+ Кр16 44. Kd54- Kpg5 45. h44- КрЬб 46. Ке7 Л18 47. Лdl Л17 48. Л : d64- Kph7.

49. Леб Kg6 50. Л : g6 Л : е7 51. Лgc6 Л : с7 52. Л : с7+ Kpg6 53. Лс6+ Kpg7 54. Кр13 Ле4 55. Лс5 Кр16 56. Л : а5 Лс4 57. Ла6+ Кре5 58. Ла5+ Kpf6 59. Ла6+ Кре5 60. Лаб+ Кр16 61. Ла2 Кре5 62. ЛЬ2 ЛсЗ+ 63. Kpg2 Кр16 64. КрИЗ Лсб 65. ЛЬ8 Л : с2 66. ЛЬ6+ Kpg7 67. Ь5 Лс4 68. И6+ Kph7 69. Л16 Ла4. Ничья.

№ 91. Испанская партияЛаскерШлехтер

2-я партия матча

е4 е5 2. Kf3 Кеб 3. СЬ5 аб 4. Са4 Kf6 5. 0—0 К : е4 6. d4 Ь5 7. СЬЗ d5 8. а4 К : d4 9. К : d4 ed 10. Ф : d4 Себ 11. сЗ с5 12. Феб ФЬ8 13. Ф : Ь8+ Л : Ь8 14. ab ab 15. КаЗ Се7 16. Cf4 ЛЬ7 17. 13 Kf6 18. К : Ь5 0—0 19. Са4 с4 20. Ла2 Сс5+ 21. КрЫ Cd7.

Cd6 С : d6 23. К : d6 ЛЬб

С : d7 К : d7 25. К15 Ле8

Ла7 К16 27. Ла2 g6 28. Kd4 ЛеЬ8 29. Л12 Kd7 30. ИЗ Кс5

Лd2 Kd3 32. Ь4 cb 33. К : ИЗ Л : ИЗ 34. Л : d3 Лс8 35. Л : d5

ЛЬ : сЗ. Ничья.

№ 92. Испанская партияШлехтерЛаскер

3-я партия матча

1.е4е5 2. К13 Кеб 3. СЬ5 К16 4. 0—0 d6 5. Ле1 Се7 6. d4 ed 7. К : d4 Cd7 8. КсЗ 0—0 9. С : сб be 10. Cg5 Ле8 11. ФdЗ Kg4 12. С : е7 Ф : е7 13. К13 ЛаЬ8 14. ЬЗ Ке5 15. К : е5 Ф : е5 16. ФеЗ Фа5 17. ФdЗ Ле7 18. ЛеЗ ЛЬе8 19. Лае! 16 20. ИЗ Себ 21. Ка4 С17 22. с4 Ь6 23. КсЗ КрН8 24. ФИ2 Cg6 25. Л1е2 С17 26. Фd4 ФЬ6 27. Фd2 Фа5 28. Фd4 ФЬб. Ничья.

№ 93. Испанская партияЛаскерШлехтер

4-я партия матча

е4 е5 2. К13 Кеб 3. СИ5 аб 4. Са4 К16 5. 0—0 К : е4 6. d4 Ь5 7. СЬЗ d5 8. а4 ЛЬ8 9. ab ab 10. de Себ 11. сЗ Се7 12. Kbd2 0—0 13. Kd4 К : d4 14. cd К : d2 15. С : d2 с5 16. Сс2 cd 17. 14 15 18. el Л : 16 19. 15 С17 20. С14 Лс8 21. Cd3 Ф07 22. Себ ЛИ6 23. Фg4 С16 24. С : 16 Л : 16 25. Ф : d4 Н6 26. Л1с1 Л1с6 27. ЛИ Ф48 28. Ла7 Ь4 29. Ле1 Лс1 30. Л : cl Л : с1+ 31. Кр12 Лс7 32. Л : с7 Ф : с7 33. Ф : Ь4 Феб 34. g3 Н5 35. ФЬ6 Ь4 36. Ь4 Hg+ 37. Hg ФЬ2+ 38. Кр13 ФеЗ 39. Ф08+ КрН7 40. ФН4+ Kpg8 41. Ф08+ КрН7 42. ФН4+ Kpg8 43. Кре2 ФЬ2+ 44. КреЗ Фс1 + 45. Кре2 ФЬ2+ 46. КреЗ Фс1 + 47. Кр12 ФЬ2+ 48. Kpgl ФеЗ 49. СП d4 50. Ф08+ КрИ7 51. Фd6 ФеЗ+ 52. КрИ2 Фd2+

КрЬЗ Фе1 54. Саб ФЫ + 55. Kpg4 ФсЩ- 56. Kpg5 Фс1+. Ничья.

№ 94. Испанская партияЛаскерШлехтер

6-я партия матча

е4 еб 2. К13 Кеб 3. СЬб аб 4. Са4 Kf6 5. 0—0 К : е4 6. d4 Ьб 7. СЬЗ d5 8. а4 ЛЬ8 9. ab ab 10. de Себ И. сЗ Себ 12. Kbd2 0—0 13. Сс2 К : d2 14. Ф : d2 Ф07 15. Ь4 Се7 16. Ле1 16 17. ФОЗ g6 18. СЬб Л1е8 19. ef С : 16 20. СЬЗ С17 21. ЛаЬ1 Кеб 22. К : еб С : еб 23. ЬЗ Фd6 24. С : d5 С : d5 25. Ф : d5+ Ф : d5 26. Л : d5 С : сЗ.

Л : е8+ Л : е8 28. Л : Ь5 Ле4 29. ЛЬ8+ Кр17 30. Ь5 Ле1 + 31. КрЬ2 Се5+ 32. 14 Cd4 33. Kpg3 ЛеЗ+ 34. Kpg4 ЛЬЗ 35. 15 ЛЬ4 36. lg+ Кр : g6 37. С14 Себ 38. g3 сб 39. ЛЬб Ь5+ 40. Кр13С : 14 41. gf Кр15 42. Л : сб ЛЬЗ+ 43. Kpg2 Кр : 14 44. Лс4+ Kpg5 45. Лс5+ КрЬ4 46. Леб ЛgЗ+ 47. Кр12 Л : ЬЗ. Ничья.

№ 95. Сицилианская защита

ШлехтерЛаскер

7-я партия матча

е4 сб 2. К13 Кеб 3. d4 cd

4. К : d4 К16 5. КсЗ g6 6. Сс4 d6

К : сб be 8. еб Kg4 9. еб 15 10. 0—0 Cg7 11. С14 ФЬб 12. СЬЗ Саб 13. Ка4 ФЬ4 14. Ф : d4 С : d4 15. с4 0—0 16. ЛаЬ1 С16 17. Л1е1 g5.

18. С : d6 ed 19. Л : d6 Себ 20. сб Л1е8 21. g3 С16 22. Л : сб СЬ7 23. Лс7 Се4 24. КсЗ С : сЗ 25. Ьс Ке526. Лdl К13+ 27. КрН К : Ь2+ 28. Kpel К13+ 29. Кре2 Ке5 30. Лdd7 14 31. Лg7+ КрЬ8 32. Л : g5 Cd3+ 33. Kpdl fg 34. 1g Kg6 35. Лd5 Ce4 36. Л06 C15 37. Cd5 ЛаЬ8 38. сб K18 39. ЛЬ7 ЛЬс8 40. e7 Kg6 41. C17 Л : e7 42. C : g6 Cg4+ 43. Kpcl Ле1+ 44. Kpb2 hg 45. Л : g6 C15 46. Л16 Ce4 47. Л : a7 ЛЫ + 48. КраЗ С : сб. Ничья.

№ 96. Испанская партияЛаскерШлехтер

8-я партия матча

е4 еб 2. К13 Кеб 3. СЬб аб 4. Са4 К16 5. 0—0 К : е4 6. d4 Ьб 7. СЬЗ d5 8. а4 К : d4 9. К : d4 ed 10. ab Себ 11. сЗ 0—0 12. cd СЬб 13. КсЗ СЬ7 14. ЬаЛ : аб 15. Л : аб С : аб 16. Ле1 СЬ7 17. Ка4 Ф16 18. СеЗ Са7 19. 13 Kg5 20. Кс5С:с5 21. de Кеб 22. ФdЗ Лd8 23. Сс2 g6 24. Ь4 d4 25. Cel Ьб 26. СЬЗ Cd5 27. С : d5 Л : d5 28. ЬЗ Леб.

Л : е5 Ф : е530. Кр12Ф65

h4 Фа2+ 32. Фе2 ФМ 33. ФЬ2 ФИЗ 34. Фе2 ФЬЗ 35. Cd2 Kph7 36. Kpel ФЫ + 37. Фа1 Ф15 38. Фе2 Фс2 39. Ф61 Ф15 40. Фе2 ФЫ + 41. Фа1 Ф15 42. Фе2 ФЫ+- Ничья.

№ 97. Сицилианская защита

ШлехтерЛаскер

9-я партия матча

е4 с5 2. К13 Кеб 3. d4 cd 4. К : d4 Kf6 5. КсЗ е5 6. КЬЗСЬ4 7. Cd3 d5 8. ed К : d5 9. Cd2 К : сЗ 10. be Cd6 11. ФЬ5 Фс7 12. 0—0 Себ 13. Cg5 h6 14. 14 ef 15. Лае1 Kpd7.

C15 Ла18 17. С : 14 С : 14 18. Кс5+ Крс8 19. С : еб+ 1е 20. К : еб С : h2+ 21. Ф : h2 Л : 11 + 22. Л : 11 Ф67 23. Кс5 Фе7 24. ФНЗ+ КрЬ8 25. Кеб Кра8 26. Kd4 Фс7 27. Ф15 Лс8 28. Фс5 КЬ8 29. Ф : с7 Л : с7

Л13а6 31. Кр12 Кб 32. Кеб Ле7 33. ЛеЗ КрЬ8 34. Kd4 Л17+ 35. Л13 Лс7 36. Кеб Ле7 37. ЛеЗ Крс8 38. Кре2 Kd8 39. Kd4 Л17 40. Л13 Kpd7 41. Л63 Кре7 42. ЛеЗ+ Kpd6 43. Л63 Кеб 44. К13+ Крс5 45. g3 Кс7 46. Kd2 Крсб 47. К13 КрЬ5 48. Л64 Крс5 49. Kd2 КЬ5 50. КЬЗ+ КрЬб, и на 65-м ходу соперники согласились на ничью.

Матч Ласкер — Тарраш

Берлин, 1916

№ 98. Испанская партия

ТаррашЛаскер

1-я партия матча

е4 е5 2. К13 Кеб 3. СЬ5 аб 4. Са4 К16 5. 0—0 Се7 6. Ле1 Ь5 7. СЬЗ d6 8. сЗ Ка5 9. Сс2 с5 10. d4 Фс7 11. а4 Ь4 12. cb cb 13. ИЗ 0—0 14. Cg5 Ле8 15. Kbd2 Kd7 16. С : е7 Л : е7 17. Лс1 ФЬ6 18. КН СЬ7 19. КеЗ g6 20. de de 21. Kd5 С : d5 22. Ф : d5 Лd8 23. СЫ Леб 24. Лedl Kb7 25. Фс4 К18 26. Л : d8 К : d8 27. Фс7 Ф : с7 28. Л : с7 Л66 29. Са2 К1е6 30. Лс8 Л61+ 31. Kph2 Kpg7 32. Сс4 Кр16 33. ЬЗ КЬ7 34. С : аб.

34. . .Kd6 35. ЛЬ8 К : е4 36.

Се2 Ла1 37. Л : Ь4 К : 12 38. Kpg3 КЫ+ 39. Kph2 Kf2 40. Kpg3 Khl + 41. Kph2 K12 42. Kpg3 Khl+ 43. Kph2. Ничья.

As 99. Французская защитаЛаскерТарраш

2-я партия матча

е4 еб 2. d4 d5 3. КсЗ К16 4. Cg5Cb4 5. f3h6 6.C : 16 Ф : 16 7. Ke2 de 8. fe e5 9. аЗ С : сЗ+ 10. be Кеб 11. ФdЗCg4 12. d5 Kb8 13. h3 C : e2 14. C : e2 Kd7 15. ФеЗ 0—0 16. ЛИ ФЬ4+ 17. g3 Фе7 18. c4 Фс5 19. Ф : с5 К : с5 20. Cd3 Ла08 21. Kpd2 Л06 22. КреЗ g6 23. g4 Kpg7 24. ЛаЫ Л16 25. ЛЬ5 Ь6 26. ЛЬЬ1 Л : И 27. Л : 11 Л68 28. Ь4 Лd6 29. g5 hg 30. hg 16 31. Лgl fg 32. Л : g5 Kd7.

c5 be 34. Cb5 Kpl6 35. Лgl K18 36. a4 ЛЬ6 37. Kpd3 Kh7 38. Kpc4 Kg5 39. Лg4 K17 40. Kp : c5 Kh6 41. Лgl g5 42. a5 Л06 43. Ce2 Kpg6 44. c4 Kg8 45. Cg4 Ke7 46. Себ Лаб 47. Kpb5 Лбб 48. ЛЫ аб+ 49. Крс5 Л : еб 50. de g4 51. ЛИ Kph5 52. Л17 g3 53. Л : е7. Черные сдались.

А® 100. Дебют четырех коней ТаррашЛаскер

3-я партия матча

е4 е5 2. К13 Кеб 3. Сс4 К16 4. КсЗ К : е4 5. К : е4 d5 6. Cd3 de 7. С : е4 Cd6 8. d4 ed 9. К : d4 0—0 10. СеЗ ФЬ4 11. С : сб be 12. gЗФh313. Фе2с514. Kb3Cg4 15. ФИ ФЬ5 16. Kd2 Л1е8 17. Лgl ЛаЬ8 18. Кс4 Себ 19. ЬЗ С : ИЗ 20. Фе2 Cg4 21. ФЬЗ ЛЬ68 22. К : е5Л : d3 23. К : d3 Л : еЗ+. Белые сдались.

№ 101. Ферзевый гамбитЛаскерТарраш

4-я партия матча

d4 d5 2. К13 К16 3. с4 с5 4. cd cd 5. Ф : d4 Ф : d5 6. КсЗ Ф : d4 7. К : d4 е5 8. Kdb5 Kpd8 9. СеЗ Кеб 10. g3 Cd7 11. Л61 Крс8 12. Cg2 аб 13. Kd6+ С : d6 14. Л : d6 Крс7 15. Л62 Себ 16. Ка4 Kd7 17. ЬЗ Лас8 18. 0—0 ЛЬ68 19. 14 16 20. 15 С17.

Jlfdl Се8 22. Cd5 КЬ4 23. Себ Кеб 24. С : d7 Л : d7 25. СЬ6+.Черные сдались.

№ 102. Испанская партия

ТаррашЛаскер

5-я партия матча

е4 е5 2. К13 Кеб 3. СЬ5 аб 4. Са4 К16 5. 0—0 Се7 6. Ле1 d6 7. сЗ 0—0 8. ЬЗ Ь5 9. СЬЗ Ка5 10. Сс2 с5 11. d4 Фс7 12. Kbd2 Kd7 13. КП КЬ6 14. ЬЗ Кеб 15. d5 Kd8 16. g4 16 17. Kg3 K17 18. Kph2 g6 19. СеЗ Kph8 20. Лgl Лg8 21. Ф62 Cd7 22. Лg2 a5 23. ЛП b4 24. c4 a4 25. Cbl ab 26. ab ЛаЗ 27. Ф61 Cc8 28. Cel Ла8 29. Kgl Kd7 30. Cb2 C18 31. Kle2Cg7 32. 13 Ф08 33. ЛЫ Ch6 34. Ф63 Cg5 35. Kpgl Ch4 36. Kph2 Фе7 37. ЛИ Ле8 38. Лggl Ф18 39. Kpg2 ФЬб 40. ЛЫ Kpg8 41. Cel Kg5 42. Cd2 Kpl7 43. ФеЗ Kpe7 44. Cc2 Kpd8 45. Ф63 Kpc7 46. СеЗ Лg8 47. Ф62 Лаб 48. Ла1 Фg7 49. Л : аб С : аб 50. Ла1 СЬ7 51. Cd3 К17 52. Лаб Ьб 53. Фb2Cg5 54. С : g5 К : g5 55. Ла1 hg 56. hg ЛЬ8 57. ЛЫ Л : Ы 58. К : Ы 15 59. К12 1g 60. К : g4 Ф18 61. Kh2Cc8 62. Фа1 К16 63. Фа5+ Kpd7 64. Фа1 КЬ5 65. Фе1 Кре7 66. ФЬ4 Ф16 67. КрП Кр17 68. Kgl.

. .К : е4 69. Ф : 16+ Ке : 16 70. Kpf2 К14, и черные выиграли на 102-м ходу.

№ 103. Испанская партияЛаскерКапабланка

1. е4 е5 2. К13 Кеб 3. СЬб d6 4. d4 Cd7 5. КсЗ К16 6. 0—0 ed 7. К : d4 Се7 8. ЬЗ К : d4 9. Ф : d4 С : Ьб 10. К : Ьб Kd7 11. СаЗ аб 12. КсЗ С16 13. ФеЗ 0—0 14. Лadl С : сЗ 15. Ф : сЗ Ле8 16. Л1е1 Лс8 17. ФИЗ Кеб 18. СЬ2 Фg5 19. ФgЗ Ф : g3 20. hg 16 21. 13 Kpf7 22. g4 h6 23. Ле2 Кеб 24. Кр12 Ле7 25. СсЗ аб 26. Л65 Ь6 27. а4 Леб 28. Лdl Лсе8 29. Ле62 Кре7 30. КреЗ Kpd7. Ничья.

№ 104. Сицилианская защита ЯновскийЛаскер

1. е4 сб 2. К13 Кеб 3. d4 cd 4. К : d4 К16 5. КсЗ d6 6. Се2 еб 7. 0—0 Се7 8. СеЗ 0—0 9. ®d2 аб 10. Лadl Фс7 11. КЬЗ Ь5 12. 13 Лd8 13. Фе1 Кеб 14. Ф12 ЛЬ8 15. Cd3 Кс4 16. Сс1 СЬ7 17. ФgЗ ЛЬс8 18. Л1е1 Kd7 19. 14 С16 20. С : с4 Ьс 21. Kd2 Фа5 22. Kdbl К18 23. СеЗ ФЬ4 24. Сс1 Kg6 25. Ф12 СЬ4 26. g3 С16 27. аЗ Фа5 28. СеЗ ФЬ5 29. СЬ6 Л67 30. Л62 Себ 31. Ле61 Се7 32. а4 ЛЬ7 33. аб 15 34. ФеЗ е5 35. ЛП el 36. gf С18 37. Kd5 Л17 38. КЬсЗ Ле8 39. Фd4 fe 40. Ф : с4 Cd7 41. СеЗ Kh4 42. Л612 СЬЗ 43. К : е4 Фg4+ 44. Kg3 К15 45. Л13 С : П 46. Ф : П К : еЗ 47. К : еЗ Фс8 48. ФdЗ Фс5.

(См. диагралму)

Ф62 d5 50. Kpg2 d4 51. Kg4 Cd6 52. K12 Ф65 53. c4

Ф : с4 54. Kge4 ФИ5 55. К : d6 Ф : d6 56. Kd3 Фd5 57. Kpg3 Л16 58. Kpf2 ЛИ6 59. ИЗ Л16 60. Kpg3 Лg6+ 61. Kpf2 ЛеЗ 62. Ke5 Фе4 63. b4 h5 64. ФИ1 Л16 65. Kd3 g5 66. Kc5 ФИ5 67. Kd3 gf 68.

К : 14 Фе4. Белые сдались.

A® 105. Французская защита

МароциЛаскер

1. е4 К16 2. КсЗ d5 3. е5 Kld7 4. d4 еб 5. Ксе2 с5 6. сЗ Кеб 7. 14 Се7 8. К13 0—0 9. g3 cd 10. cd Kb6 11. СИЗ Cd7 12. 0—0 Лс8 13. g4 16 14. el С : 16 15. g5 Се7 16. Kphl Кс4 17. КсЗ СЬ4 18. Фе2 Ле8 19. ФИЗ Kd6 20. 15 К : 15 21. К : d5.

. .Cd6 22. С : 15 el 23. К14 Ле4 24. ФЬЗ+ КрИ8 25. КИ4 К : d4 26. ФИЗ Лс2 27. g6 Себ 28. К13 66 29. Кеб К : еб 30. С : И6 ЛИ4. Белые сдались.

М 106. Испанская партия

ЛаскерРомановский

1. е4 е5 2. К13 Кеб 3. СЬ5 К16 4. 0—0 Се7 5. Ле1 66 6. сЗ 0—0 7. d4 Kd7 8. Kbd2 С16 9. КП Ке7 10. Kg3 еб 11. Са4 g6 12. СИ6 Ле8 13. СЬЗ К18 14. Cg5 С : g5 15. К : g5 Кеб 16. С : еб С : еб 17. К : еб 1е 18. Фg4 Кр17 19. ЛеЗ Kg8 20. de de.

КИ5 К16 22. К : 16 Кр : 16

23. Лdl Фс7 24. ЛеНЗ Ле7 25. И4 Kpg7 26. И5 Л18 27. hg hg 28. Фg5 ЛИ8 29. ЛgЗ ЛИ6 30. Л13 Ле8 31. Л0 63 Фе7 32. Ф : е5+ Kpg8 33. ЛИЗ Л : ИЗ 34. Л : ИЗ Фg7 35. Фg5 е5 36. ЛИЗ КрИ7 37. Фg4 Ф16 38. ЛИ7+ Ле7 39. ЛИ8 Kpg7 40. ФИЗ Кр17 41. ФИ6 Фg7 42. ФеЗ Ф16 43. Ф : а7 Ф14 44. ФеЗ Ф : еЗ 45. 1е Кр16 46. ЛИ6+ Kpg5 47. а4 КрИ5 48. Кр12 Л17+ 49. Kpg3 Ле7 50. а5 Kpg5 51. Ь4 КрИб 52. аб Ьа 53. Л : еб Ла7 54. Лс5 Ле7 55. Kpg4 Леб 56. с4 Ле8 57. Ь5 ab 58. cb Леб 59. Л65 Ле7 60. Ь6 ЛЬ7 61. ЛЬ5 Kpg7

62. Kpg5 Kpl7 63. ЛЫ Kpg7 64. ЛЬ2. Черные сдались,

№ 107. Испанская партияЛаскерЕйтс

е4 е5 2. К13 Кеб 3. СЬ5 аб 4. Са4 d6 5. 0—0 К16 6. Ле1 Се7 7. сЗ 0—0 8. d4 Kd7 9. Kbd2 CI6 10. Kfl Ле8 11. h3 b5 12. Cc2 g6 13. a4 ЛЬ8 14. КеЗ K18 15. Kg4 C : g4 16. hg Фс8 17. d5 Kd8 18. g5 Ce7 19. Kh2 16 20. gf C : 16 21. Cd3 c5 22. de Kle6 23. ab ab 24. ФЬЗ Kph8 25. C : b5 Kc7 26. c4 К : сб 27. Ф13 Ch4 28. С : c6 Л18 29. Фе2 Кеб 30. K13 Л : 13 31. Ф : 13 Kd4 32. Ф17 К : сб 33. Ch6 Фg8 34. Фс7. Черные сдались.

№ 108. Ферзевый гамбит БоголюбовЛаскер

1. d4 d5 2. К13 еб 3. с4 Kd7 4. Cg5 Се7 5. С : е7 К : е7 6. КсЗ 0—0 7. еЗ de 8. С : с4 с5 9. 0—0 cd 10. Ф : d4 КЬб 11. СЬЗ Ф : d4

К : d4 Cd7 13. Л^dl Лfd8

Лd2 Себ 15. Лadl Лdc8

е4 Се8 17. 13 Кеб.

К : еб 1е 19. С : еб+ Кр18 20. С : с8 Л : с8 21. КЬ5 Кс4 22. Kd6 К : d6 23. Л : d6 Ке5 24. Лd8 Лс2 25. Л8d2 Лс7 26. Кр12 Кре7 27. ИЗ Леб 28. 14 К17 29. Л65 Лаб 30. аЗ Себ 31. Л5d4 ЛЬб 32. Ь4 а5 33. Ьа Лаб 34. Л ld3 Л : а5 35. Кр13 Лс5 36. h4 Ь5 37. g4 hg+ 38. Кр : g4 Kh6+ 39. Kpg3 Лс1 40. a4 Лgl + 41. Kpl3 Ла1 42. Лdl ЛаЗ+ 43. ЛМЗ Л : d3+ 44. Л : d3 К15 45. h5 Креб 46. ЛсЗ Kd6 47. Л : сб be 48. а5 с5 49. аб КЬ5 50. КреЗ с4 51. Kpd2 Kpd6 52. КреЗ Креб. Ничья,

ПРИЛОЖЕНИЯ

Турнирные и матчевые результаты Эм. Ласкера

Год

Соревнование

+

-

=

Me сто

1889

Бреславль (побочный турнир)

И 1

2

2

1

1889

Амстердам

6 из 8

2

1889

Матч Ласкер — Барделебен

2

1

1

—

1889/90

Матч Ласкер—Мизес

5

—

3

—

1890

Матч Ласкер — Берд

7

2

3

—

1890

Матч Ласкер — Ли

1

—

1

—

1890

Матч Ласкер—Энглиш

2

—

3

—

1890

Матч Ласкер — Миниати

4

1

—

—

1890

Берлин (турнир немецких мастеров)

5^2 из j

г

1—2

1890

Грац (турнир мастеров)

4 из 7

3

1892

Лондон

8

1

2

1

1892

Лондон (турнир пяти)

5

—

3

1

1892

Матч Ласкер — Блэкберн

6

—

4

—

1892

Матч Ласкер — Берд

5

—

—

—

1892/93

Матч Ласкер — Шовальтер

6

2

2

—

1893

Матч Ласкер — Гольмайо

2

—

1

—

1893

Матч Ласкер — В аскез

3

—

—

—

1893

Матч Ласкер—Этлингер

5

—

—

—

1894

Матч Ласкер — Стейниц

10

5

4

—

1895

Гастингс

14

4

3

3

1895/96

Петербург

8

3

7

1

1896

Нюрнберг

12

3

3

1

1896/97

Матч-реванш Ласкер—Стейниц

10

2

5

—

1899

Лондон

20

1

7

1

1900

Париж

14

1

1

1

1903

Матч Ласкер — Чигорин (тематиче

ский матч гамбитом Райса)

1

2

3

—

1904

Кембридж-Спрингс

9

2

4

2—3

1907

Матч Ласкер—Маршалл

8

—

7

—

1908

Матч Ласкер — Тарраш

8

3

5

—

1908

Матч Ласкер — Шпейер

2

—

1

—

1909

Петербург

13

2

3

1—2

1909

Матч Ласкер — Яновский (предвари

тельный)

2

2

—

—

1909

Матч Ласкер — Яновский

7

1

2

—

1910

Матч Ласкер — Шлехтер

1

1

8

—

1910

Матч Ласкер — Яновский

8

—

3

—

1914

Петербург

10

1

7

1

1916

Матч Ласкер — Тарраш

5

—

1

—

1918

Берлин

3

—

3

1

1921

Матч Ласкер — Капабланка

—

4

10

—

1923

Острава-Мор авска

8

—

5

1

1924

Нью-Йорк

13

1

6

1

1925

Москва

10

2

8

2

1934

Цюрих

9

4

2

5

1935

Москва

6

—

13

3

1936

Москва

3

5

10

6

1936

Ноттингем

6

3

5

7—8

УКАЗАТЕЛЬ ДЕБЮТОВ

(цифры обозначают номера партий)

Отказанный королевский гамбит — 22 Испанская партия — 2, 3, 7, 17—20, 23, 25, 27, 33, 37, 45, 48—50, 52, 58, 68, 70, 72, 75—78, 81, 83, 87, 90—94, 96, 98, 102, 103, 106, 107 Дебют четырех коней — 15, 21, 85, 89, 100Русская партия — 28, 69Защита Филидора — 73Итальянская партия — 4, 51, 53, 64 Венская партия—8, 11Сицилианская защита — 14, 36, 41, 47, 71, 95, 97, 104Отказанный королевский гамбит — 22 Испанская партия — 2, 3, 7, 17—20, 23, 25, 27, 33, 37, 45, 48—50, 52, 58, 68, 70, 72, 75—78, 81, 83, 87, 90—94, 96, 98, 102, 103, 106, 107 Дебют четырех коней — 15, 21, 85, 89, 100Русская партия — 28, 69Защита Филидора — 73Итальянская партия — 4, 51, 53, 64 Венская партия—8, 11Сицилианская защита — 14, 36, 41, 47, 71, 95, 97, 104Защита Каро-Канн — 9, 32 Французская защита — 16, 39, 54, 79, 80, 82, 84, 99, 105Принятый ферзевый гамбит — 40 Ферзевый гамбит — 5, 6, 12, 13, 29, 30, 38, 43, 44, 46, 55—67, 59, 60—63, 65—67, 74, 86, 101, 108Славянская защита — 24, 31Дебют ферзевых пешек — 10, 88Контргамбит Альбина — 26Английское начало — 35, 42Дебют Рети — 34Дебют Берда — 1Защита Каро-Канн — 9, 32 Французская защита — 16, 39, 54, 79, 80, 82, 84, 99, 105Принятый ферзевый гамбит — 40 Ферзевый гамбит — 5, 6, 12, 13, 29, 30, 38, 43, 44, 46, 55—67, 59, 60—63, 65—67, 74, 86, 101, 108Славянская защита — 24, 31Дебют ферзевых пешек — 10, 88Контргамбит Альбина — 26Английское начало — 35, 42Дебют Рети — 34Дебют Берда — 1

Отказанный королевский гамбит — 22 Испанская партия — 2, 3, 7, 17—20, 23, 25, 27, 33, 37, 45, 48—50, 52, 58, 68, 70, 72, 75—78, 81, 83, 87, 90—94, 96, 98, 102, 103, 106, 107 Дебют четырех коней — 15, 21, 85, 89, 100

Русская партия — 28, 69

Защита Филидора — 73

Итальянская партия — 4, 51, 53, 64 Венская партия—8, 11

Сицилианская защита — 14, 36, 41, 47, 71, 95, 97, 104

Отказанный королевский гамбит — 22 Испанская партия — 2, 3, 7, 17—20, 23, 25, 27, 33, 37, 45, 48—50, 52, 58, 68, 70, 72, 75—78, 81, 83, 87, 90—94, 96, 98, 102, 103, 106, 107 Дебют четырех коней — 15, 21, 85, 89, 100

Русская партия — 28, 69

Защита Филидора — 73

Итальянская партия — 4, 51, 53, 64 Венская партия—8, 11

Сицилианская защита — 14, 36, 41, 47, 71, 95, 97, 104

Защита Каро-Канн — 9, 32 Французская защита — 16, 39, 54, 79, 80, 82, 84, 99, 105

Принятый ферзевый гамбит — 40 Ферзевый гамбит — 5, 6, 12, 13, 29, 30, 38, 43, 44, 46, 55—67, 59, 60—63, 65—67, 74, 86, 101, 108

Славянская защита — 24, 31

Дебют ферзевых пешек — 10, 88

Контргамбит Альбина — 26

Английское начало — 35, 42

Дебют Рети — 34

Дебют Берда — 1

Защита Каро-Канн — 9, 32 Французская защита — 16, 39, 54, 79, 80, 82, 84, 99, 105

Принятый ферзевый гамбит — 40 Ферзевый гамбит — 5, 6, 12, 13, 29, 30, 38, 43, 44, 46, 55—67, 59, 60—63, 65—67, 74, 86, 101, 108

Славянская защита — 24, 31

Дебют ферзевых пешек — 10, 88

Контргамбит Альбина — 26

Английское начало — 35, 42

Дебют Рети — 34

Дебют Берда — 1

УКАЗАТЕЛЬ ПАРТНЕРОВ ЭМ. ЛАСКЕРА (цифры обозначают номера партий)

Александер — 42Алехин — 26, 46Бауэр — 1Берн — 12Блэкберн — 10Боголюбов — 47, 108Броуди — 71Видмар — 45Винавер — 7Гоглидзе — 40Дидье — 65Дуз-Хотимирский — 37Ейтс —107Ильин-Жеиевский — 35Капабланка — 27, 29, 30, 39, 103Ласкер Эд.—33Ли — 9Мароци — 13, 105Маршалл — 16, 28, 67Мизес — 66Александер — 42Алехин — 26, 46Бауэр — 1Берн — 12Блэкберн — 10Боголюбов — 47, 108Броуди — 71Видмар — 45Винавер — 7Гоглидзе — 40Дидье — 65Дуз-Хотимирский — 37Ейтс —107Ильин-Жеиевский — 35Капабланка — 27, 29, 30, 39, 103Ласкер Эд.—33Ли — 9Мароци — 13, 105Маршалл — 16, 28, 67Мизес — 66Мортимер — 73Мэзон — 69Непир — 14Пильсбери — 5, 6Пирц — 41Рети — 31, 34Розен — 68Романовский —106Рубинштейн — 43Стейниц — 2—4, 8, 48—63Стерлинг — 70Тарраш — 17—19, 25, 76—89, 98—102Тартаковер — 32, 35Тейхман — 20Фрейман — 44Чигорин — 11, 75Шлехтер — 23, 24, 64, 90—97Шовальтер — 74Эйве — 38Яновский — 15, 21, 22, 72, 104Мортимер — 73Мэзон — 69Непир — 14Пильсбери — 5, 6Пирц — 41Рети — 31, 34Розен — 68Романовский —106Рубинштейн — 43Стейниц — 2—4, 8, 48—63Стерлинг — 70Тарраш — 17—19, 25, 76—89, 98—102Тартаковер — 32, 35Тейхман — 20Фрейман — 44Чигорин — 11, 75Шлехтер — 23, 24, 64, 90—97Шовальтер — 74Эйве — 38Яновский — 15, 21, 22, 72, 104

Александер — 42

Алехин — 26, 46

Бауэр — 1

Берн — 12

Блэкберн — 10

Боголюбов — 47, 108

Броуди — 71

Видмар — 45

Винавер — 7

Гоглидзе — 40

Дидье — 65

Дуз-Хотимирский — 37

Ейтс —107

Ильин-Жеиевский — 35

Капабланка — 27, 29, 30, 39, 103

Ласкер Эд.—33

Ли — 9

Мароци — 13, 105

Маршалл — 16, 28, 67

Мизес — 66

Александер — 42

Алехин — 26, 46

Бауэр — 1

Берн — 12

Блэкберн — 10

Боголюбов — 47, 108

Броуди — 71

Видмар — 45

Винавер — 7

Гоглидзе — 40

Дидье — 65

Дуз-Хотимирский — 37

Ейтс —107

Ильин-Жеиевский — 35

Капабланка — 27, 29, 30, 39, 103

Ласкер Эд.—33

Ли — 9

Мароци — 13, 105

Маршалл — 16, 28, 67

Мизес — 66

Мортимер — 73

Мэзон — 69

Непир — 14

Пильсбери — 5, 6

Пирц — 41

Рети — 31, 34

Розен — 68

Романовский —106

Рубинштейн — 43

Стейниц — 2—4, 8, 48—63

Стерлинг — 70

Тарраш — 17—19, 25, 76—89, 98—102

Тартаковер — 32, 35

Тейхман — 20

Фрейман — 44

Чигорин — 11, 75

Шлехтер — 23, 24, 64, 90—97

Шовальтер — 74

Эйве — 38

Яновский — 15, 21, 22, 72, 104

Мортимер — 73

Мэзон — 69

Непир — 14

Пильсбери — 5, 6

Пирц — 41

Рети — 31, 34

Розен — 68

Романовский —106

Рубинштейн — 43

Стейниц — 2—4, 8, 48—63

Стерлинг — 70

Тарраш — 17—19, 25, 76—89, 98—102

Тартаковер — 32, 35

Тейхман — 20

Фрейман — 44

Чигорин — 11, 75

Шлехтер — 23, 24, 64, 90—97

Шовальтер — 74

Эйве — 38

Яновский — 15, 21, 22, 72, 104

ЛИТЕРАТУРА И ИСТОЧНИКИ

Книги и работы Эм. Ласкера

Международный шахматный конгресс в память М. И. Чигорина. Петербург, 1909. СПб., 1910. (Ласкером прокомментированы 175 партий турнира.)

Здравый смысл в шахматах. Л., «Наука и школа», 1925.

Мой матч с Капабланкой. Л., «Наука и школа», 1925.

Начатки шахматного знания. Л., «Шахматный листок», 1926.

Матч-реванш Алехин—Боголюбов на первенство мира. М,3 ФиТ, 1934, 1937,

Как Виктор стал шахматным мастером. М., ФиС, 1973,

Учебник шахматной игры. 6-е изд. М., ФиС, 1980,

Common Sen се in Chess. London, 1894.

Cesunder Menschenverstand im Schach. Berlin, 1895.

Lasker’s Chess Magazine. New York, 1904—1908.

Der Internationale Schachkongress zu St. Petersburg 1909. Berlin, 1910,

Wettkampf Tarrasch—Lasker 1916.

Mein Wettkampf mit Capablanca 1921. Berlin, 1921,

Lehrbuch des Schachspiels. 4. Aufl. Berlin, 1927,

Kampf. 1907.

Das Begreifen der Welt. 1913.

Die Philosophic des Undvollendbar. 1918,

Vom Menschen die Geschichte. 1925.

Breitspiele der Volker. 1928.

Das verstandige Kartenspiel. 1928.

Das Weltbild des Spieler (рукопись).

The Community of the Future. New York, 1940,

Литература о Эм. Ласкере

Н, И. Греков. Матч Ласкер — Капабланка за первенство мира в 1921 году, М., «Шахматы», 1923.

М. Ю. Л е в и д о в. Стейниц. Ласкер. М., Журн.-газетн. объединение, 1936,

В. Г, За к. Ласкер. М., ФиС, 1963.

S. Tarrasch. Turnierbuch Nurnberg Berlin. 1896.

S. Tarrasch. Turnierbuch Petersburg 1914. Leipzig, 1914.

R. T e i ch m a n. Turnierbuch Mahrisch-Ostrau 1923.

S. Tartakower. Die hypermoderne Schachpartie. Wien, 1924,

A. A 1 j e c h i n. Turnierbuch New York 1924. Berlin, 1925,

F. R e i n f e 1 d. Chess Strategic and Tactics.

W. Loose. Dr. Lasker, das Schachphanomen. 1948.

J, H a n n a k, Emanuel Lasker. Biographic eines Schachweltmeisters. Berlin, 1952.

F. R e i n f e 1 d, R. F i n e. Dr. Laskers Chess Career. New York.

J. Gilchrist. Emanuel Lasker, Chess Champion. Nottingham, 1957,

L, R e 1 1 s t a b. Dr, Emanuel Lasker. Hamburg, 1958.

СОДЕРЖАНИЕ

Введение 5

«Здравый смысл в шахматах» 7

Мировоззрение Эмануила Ласкера —

Воспитание характера 27

Этапы жизненного пути 35

Борьба за мировое первенство 39

Большие турниры, 47

Наука и жизнь 53

Большие матчи 59

Матч с д-ром Таррашем 63

Борьба с Яновским 69

«Проблема Шлехтера» 72

Поединки с Пильсбери 77

Петербург 84

Игрок против мыслителя 90

Москва 95

Вечерние зориЮЗ

Избранные партииПО

Ласкер-комментатор241

Краткой нотацией 260

Приложения . . , 283

Серия «Выдающиеся шахматисты мира»

Борис Самойлович Вайнштейн

МЫСЛИТЕЛЬ

Заведующий редакцией В. И. Чепижный. Редактор С. Б. Воронков. Художник В. В Воронин. Художественный редактор В. А. Жигарев. Технические редакторы С. С. Басанова, О. П. Макеева. Корректор Л. В. Чернова

ИБ № 880. Сдано в набор 12. 09. 80. Подписано к печати 12. 01. 81. А06912. Формат 60X84/16. Бумага тип. № 1. Гарнитура «Литературная» Высокая печато. Усл. п. л. 16,74. Усл. кр.-отт. 16,976. Уч.-изд. л. 16,41 Тираж 100000 экз. Издат. № 6258. Зак. № 2 072. Цена 1 р. 40 к.

Ордена «Знак Почета» издательство «Физкультура и спорт» Государственного комитета СССР по делам издательств, полиграфии и книжной торговли. 101421, ГСП, Москва, К-6, Каляевская ул., 27.

Ордена Октябрьской Революции и ордена Трудового Красного Знамени Первая Образцовая типография имени А А Жданова Союзполиграф- прома при Государственном комитете СССР по делам издательств, полиграфии и книжной торговли. Москва, М-54, Валовая, 2 8.