Книга
← К списку книгЗагрузка разделов…
активнаАктивные записи участвуют в каталоге и синках. Неактивная книга скрыта, но не удалена из базы.
Книга
I. Истор1я растительныхънед^лимыхъ.
Размножен1е растительныхъ не- д'Ьлимыхъ отводками . . . .5
Различ1е между отводками и пло
дами . . . . 5
Споры и таллидш 7
Корневыя почки 22
Стеблевыя почки 25
Листовыя почки33
Размножение при помощи пло- довъ 42
Определеше и раз делеше плодовъ .42
ОплодотвореНе и образоваше пло
довъ у тайнобрачныхъ45
Зачатки плода у явнобрачныхъ ..65
Пыльца (цветень)82
Развипе и форма клетокъ пыльцы.89
Средства защиты пыльцы . . . . 100 Переносъ пыльцы ветромъ . ... 121 Переносъ пыльцы животными . . . 140 Приманка животныхъ, переносящихъ
пыльцу, вкусовыми веществами . 154
Окраска цветовъ, какъ приманка для насекомыхъ и другихъ животныхъ. 168
Запахъ цветовъ, какъ приманка для насекомыхъ и другихъ животныхъ. 184
ОткрыНе доступа къ цветочному дну. 196
Пр1емъ животныхъ, посещающихъ
растешя, у преддвер!я цветовъ . 207
Нагрузка пыльцы232
Выгрузка пыльцы263
растений.
Стр.
Скрещиваше274
Автогам1я311
ОплодотвореНе и плодоношеНе явнобрачныхъ 370
Смена способовъ размножешя.422
Замена плодовъ отводками ....422
Партеногенезъ 434
Чередовано поколен!й ..441
П. Истор1я видовъ.
Сущность вида452
Понятае о виде452
Специфическое строеИе протоплазмы. 454
Изменен1е внешняго облика видовъ . . . . ,461
Зависимость формы растеИя отъ климата и почвы461
Вл1яНе калечешя на форму растеИй . 478
Изменено формы подъ вл1яшемъ па- разитныхъ споровыхъ растешй . . 483
Изменешя формы животными, производящими галлы493
Образоваше новыхъ формъ путемъ скрещивашя522
Возникновен1е видовъ....540
Образоваше новыхъ видовъ....540
Происхождеше видовъ555
Распространено ираспределе- ше видовъ562
Распространено видовъ посредствомъ отводковъ562
Распространено видовъ посредствомъ плодовъ и семянъ617
Границы распространешя659
Стр.
Растительный сообщества и флоры . 666
Вымиран1е видовъ . . ..680
Ш. Растете и челов’Ькъ.
Полезный растен!и693
Технически растеши 693
Вкусовыи и пищевыи вещества расти- тельнаго происхождеши702
Кормовыи растеши721
Растеши, употреблиемыи какъ лекарства и суеверными людьми дли колдовства723
Живыи растен!и и ихъчасти, употреблиемыи какъ украшен!и. 740
Сады.. . 746
Указатель
Сады въ древности746
Сады въ средше века и въ настои- щее времи751
Ботаничесше сады и оранжереи . . 761
Первоначальнаи родина садовыхъ растешй764
Растение какъ вдохновитель художника 769
Растительные орнаменты на коврахъ и одежде. Искусственные цветы. 769
Растеши въ скульптуре . . . . ,. 770
Живопись цветовъ. Изображении ра- стешй въ ботаническихъ сочине- шихъ778
Пейзажнаи живопись . . . . . 481
Растительный м!ръ въ поэззи . . . 785
793
Оглавление иллюетращй.
Картины, печатанный красками.Стр.Картины, печатанный красками.Стр.
Картины, печатанный красками.
Стр.
Картины, печатанный красками.
Стр.
Папоротники на дилюв!альной' морене въ Тироле 9
Вурыя водоросли въ Aдpiaтичecкoмъ море47
Листостебельные ипеченочные мхи.61
Rhododendron и сосновый стланецъ въ
Тироле 104
Альшйская льнянка среди известняко- ваго щебня159
Victoria regia на Амазонской реке . . 171
Иммортели и хрустальныя травы кап- ландской флоры .. . 175
АльНйсНй лугъ на Блязере въ Тиролф 183
Царица ночи (Мексика)199
Вестъ-индсНя орхидныя210
Первоцветъ — ублюдокъ и его производители 533
Ароидныя въ бразильскомъ девствен- номъ лесу 570
Ф1алковый камень въ долине Этцъ (Тироль) 633
Кокосовый пальмы на Цейлоне . . . 668
Молочайный лесъ въ Остъ-Индш. . . 671
Лишаи на валунахъ морены въ цен- тральныхъ Альпахъ 674
Daphne Blagayana на горе Лоренци въ
Крайне'683
Саговыя пальмы въ Южной Азы. . . 705
Ясменникъ въ буковомъ лесу .... 790
Картины, р*занныя на дерев*.
Древовидные папоротники на Цейлоне. 444
Галлы496
Ведьмины кольца538
Бамбуковый лесъ на Цейлоне. . . . 588
Мангрововый лесъ въ Индостане . . 602
Девственный лесъ съ ротанговыми паль
мами на Цейлоне613
Стр
Цикадовыя (саговники)622
Распространено плодовъ и семянъ при
посредстве ветра 640
ЦепНе плоды653
Буковый лесъ676
Papyrus antiquorum на верхнемъ Ниле. 697
Карта.
Флористическая карта Австро-Венгры. 683
Рисунки въ текст*.
Папоротники10
Хвощи . . 12
Лиственные мхи 13
Бродяжки сапролегИевыхъ и хитрщце- выхъ грибовъ15
Блюдцевые грибы16
Губки (гимеНальные грибы)17
Таллиды печеночныхъ и лиственныхъ мховъ19
ОбразоваНе таллид!й въ клеткахъ водяной сетки и въ клеткахъ Pedia- strum-. .20
Гельвинпя34
ОбразоваНе почекъ на ваяхъ и зеле- ныхъ листьяхъ35
ОбразоваИе почекъ на концахъ вай папоротника Asplenium Edgeworthii . .37
Развипе листовыхъ почекъ у Tolmieia Menziesii39
ОплодотвореНе и образоваше плодовъ у курчавки Ulothrix zonata . . .46
Fucus vesiculosus47. 48
ОплодотвореНе и образоваше плодовъ у мукоровыхъ, сифоновыхъ и багрянокъ. 50
ОплодотвореНе и образоваше плодовъ и споръ у пероноспоровыхъ . . . .52
ОплодотвореНе у лучицевыхъ растеИй (Characeae)59
Стр.
Устройство плодовъ и зачатковъ ихъ у явнобрачныхъ 69. 70. 72. 74
Автолизы и плодники75
Семяпочки, антолизы и зеленеше.78
Освобожденхе цветня83
Ветвь грецкаго орешника (Juglans regia).88
Клетки цветня94.95
Пылинки и тетрады пыльцы, склеенный висциновыми нитями97
Защитный средства пыльцы отъ сырости. 103
Защита пыльцы отъ сырости . . . . 104 Средства защиты пыльцы отъ дождя . 107 Защита пыльцы . . . . 108. 111. 114. 117 Цветы валлиснерхи (Vallisneria spiralis). 123 Черная ольха (Alnus glutinosa). . . . 127
Бумажная пГелковица (Broussonetia ра- pyrifera)128
Ясень (Fraxinus excelsior)129
Французсхий райграсъ (Arrhenatherum elatius)131
Горная сосна (Finns Pumilio) ...134
Тиссъ (Taxus baccata)135
Лещина (Corylns Avellana)137
Пыляпцй курчавый рдестъ (Potamoge- ton crispus)138
Веревочникъ (Triglochin palustre)...139
Слепецъ (Silene nutans) днемъ....142
Слепецъ ночью144
Переносъ пыльцы насекомыми, откладывающими яйца145
Arum conocephaloides152
Aristolochia ringens153
Богатые пыльцею и лишенные меда
цветы Argemone Mexicana . ... 155
Медники161
Цветокъ подснежника (Galanthus ni
valis) 162
Цветокъ валерьяна (Valeriana ofiici- nalis)163
Медовместилища165
Укрываше меда166
Контрасты окраски у цветовъ....170
Две новозеландсюя гаспи174
Нарциссъ (Narcissus poeticus)....176
Положеше цветовъ ракитника (Cytisus
Laburnum) для более удобнаго посе- щешя насекомыми209
Приспособлено для npieMa насекомыхъ при входе въ цветокъ . . . . 210. 213
Ветреница (Anemone nemorosa) . . . 215
Cornus florida 216
ЛипНя железы какъ средство защиты цветовъ отъ приползающихъ къ нимъ мелкихъ животныхъ222
Липшя щетинки на краю чашечки, за- щищаюпця цветы отъ маленькихъ ползающихъ животныхъ223
Пучки волосъ, зaщищaющie цветы отъ непрошенныхъ гостей227
Цветочная корзинка Serratula lycopifolia, защищаемая отъ нападешя прожорли- ваго жука муравьями231
Приспособлешя для нагрузки пыльцы. 234 Продольный разрезъ цветка ночной свечи235
Приспособлешя для нагрузки пыльцы ' на насекомыхъ, посещающихъ цветы. 236
Нагрузка и выгрузка пыльцевого комочка въ цветахъ некоторыхъ орхид- ныхъ242
Приспособлешя для прикреплешя пол- лишевъ асклетадоваго растешя (As- clepias Cornuti) къ лапкамъ насеко- маго при помощи зажимовъ . . . . 245
НасОсъ для нагрузки цветня . . . . 247 Нагрузка цветня при помощи коромысла249
Метательный снарядъ для нагрузки пыльцы252
Метательный снарядъ мотыльковаго ра- стешя 253
Нагрузка пыльцы при помощи мета- тельныхъ снарядовъ254
Метательные снаряды цветовъ орхид- ныхъ257
Pedicularis recutita260
Приспособлешя для высыпашя цветня 261.262
Приспособлешя для удерживашя принесенной пыльцы265
Выгрузка пыльцы267
Ночная свеча (Oenothera biennis). . . 270 Примеръ однодомнаго растешя: Летшй дубъ280
Типъ двудомнаго растешя: Ломкая верба281
Гетеростильные цветы 285
Перемещеше пыльниковъ и рылецъ. . 287
Цветокъ руты (Ruta graveolens) . . . 288
Совершенно дихогамные цветы . . . 289 Круглолистная камнеломка (Saxifraga rotundifolia)290
Несовершенно дихогамные цветы. . . 292 Гейтоногамия съ пристающею пыльцею. ,302 Гейтоногам1я съ пылящею пыльцею. . 309
Автогам1я вследств!е наклонешя согну- тыхъ тычиночныхъ нитей. . . 320. 321
Aвтoгaмiявcлeдcтвie удлиннешя пестика. 324
Стр.
Автогаапя вследств!е изгиба столбика 327
Автогам1я вследств!е спиральнаго закручивашя тычинокъ и столбиковъ . 331
Mirabilis Jalappa332
Автогам1я вследств!е перекрещивашя или спиральнаго закручивашя ветвей столбика336
Автогам1я вследств!е изгиба ветвей столбика339
Автогам1я при посредстве лепестковъ 343
Автогаапя при посредстве венчика 345. 349
Автогаапя, происходящая вcлeдcтвie изгибашя цветоножки и т. д352
Автогаапя, вызываемая совместно изги- башемъ цветоножки и тычиночныхъ нитей (Pirola uniflora)354
Автогаапя вследствие загибашя цветоножки и при отпадеши венчика (Phy- gelius capensis)355
Автогаапя вследств!е изгибашя цветоножки и закручивашя тычиночныхъ нитей (Cobaea scandens)356
Автогаапя подъ совместнымъ вл!яшемъ изгибашя цветоножки и наклонешя столбика къ месту отложешя пыльцы (Allium Chamaemoly)357
Автогаапя подъ совместнымъ влiянieмъ загибающихся цветоножекъ и скла- дывающагося венчика359
Развиве пыльцевыхъ трубокъ . . 382. 385
Оплодотворёше 388
Оогошй или зародышевый мешокъ на трехъ cтaдiяxъ развиПя389
Семена, имеюпця скопляющую ткань 396
Семена съ крыловидною окраиною и съ волосистымъ присемянникомъ . 397
Семена съ придатками, рубчиковыми и семявходными следами . . . . 398
Нераскрываюпцеся и распадающ!еся плоды.. 401
Pacкpывaющiecя cyxie плоды . ? . . 402
Плоды, въ образованы которыхъ при- нимаютъ учаспе цветоложе, прицветники или чашечка404
Coплoдie граба (Carpinus Betulus) . . 405
Плоды, въ образованы которыхъ уча- ствуютъ цветоложе и цветоножка . 406
Сборные плоды407
Nelumbo speciosa съ плодами .... 408
Nelumbo speciosa 409
Плодупце цветы, плоды и семена хвой- ныхъ410.411
Плодупце цветы, плоды и семяпочки хвойныхъ412
Стр.
Средства защиты созревающихъ семянъ противъ нападешй животныхъ . . . 413
Средства защиты семянъ отъ вредныхъ влiянiй погоды418
Мешечекъ Xylomelum piriforme . . . 421
Замена цветовъ и плодовъ отводками 425
Замена цветовъ, плодовъ и споровме- стилищъ клубеньками и почковид
ными отводками430
Замена цветовъ и плодовъ отводками 431
Однолетнее куръ-зелье (Mercurialis annua) 437
Чередоваше поколешй у папоротниковъ 443
Rhipidopteris peltata 444
Чередоваше поколешй у мховъ . 445. 446
Чередоваше поколешй сапролегшевыхъ 448
Чередоваше поколешй у мукоровыхъ 449
Водоросли сцеплянки 458
Раковыя образовашя486
Раковыя опухоли и галлы488
Ведьмина метла492
Галлы498
Сердцевинные галлы502
Дубовые галлы504
Образоваше клубковаго галла въ кроне осины510
Ивовыя розы и „киковыя" ягоды . . 511
Галлы513
Растешя съ клубнями и луковицами . 568
Разрезъ черезъ почву, пропитанную нитями протонемы мха Pottia intermedia 572
Образоваше групповиднаго насаждешя посредствомъ надземныхъ столоновъ у Saxifraga flagellaris574
Водокрасъ (Hydrocharis Morsus ra- nae) 584.586
Trichia clavata594
Распространеше споръ ветромъ...595
Споры хвоща596
Папоротники, образуюпце отводки..599
Polygonum viviparum601
Sempervivum soboliferum603
Образоваше отводковъ у Sedum dasy- phyllum604
Образоваше побеговидныхъ отводковъ 605
Распространеше споръ метательными снарядами 607
Распространеше споръ посредствомъ метательныхъ приспособлены у Ento- mophthoraceae609
Принадлежащая къ Pyronomycetes спорынья (Claviceps purpurea) въ ея раз- личныхъ стад!яхъ развипя . ... 612
Стр.
Распространеше отделенныхъ побего- видныхъ отводковъ при посредстве животныхъ614
Плоды, разбрасывающее семена . 618. 621
Метательные плоды626
Ползаюлце и скачупце плоды . . . . 628
Плоды, раскрываюпцеся после смачи- вашя водою630
Распространено плодовъ и семянъ ве- тромъ 633—637.640—642. 646
Ильмъ639
Семена орхидеи (Vanda teres) . . . 643
Семена съ большимъ рубчиковымъ при- даткомъ649
Липк1е плоды653
Цепк1е, колючхе и впиваюпцеся плоды 656
Плоды съ иглообразными отростками 657
Пушицевые кочкарники673
Слоистый лесъ 677
Китайская конопля696
Новозеландск1й ленъ697
Бумажная шелковица698
Castilloa elastica701
Бобъ (Vicia Faba)706
Инд1йск1й лотосъ707
Тамариндъ (Tamarindus Indica) . . 712
Рожковое дерево (Ceratonia siliqua) . . 713
Хренъ (Cochlearia Armoracia) .. . 715
Кор1андръ (Coriandrum sativum) . . . 716
Ветвь гвоздичнаго дерева717
Солодковый корень и Cassia fistula. 724
Просвирникъ (Althaea rosea) . . .725
Цветущая ветвь хиннаго дерева . . 726
Плодоносная ветвь хиннаго дерева. . 727
Цветоносная ветвь Toluifera Balsamum 728
Цветущая ветвь Copaifera officinalis . 729
Ложечная трава и волчье лыко . . . 730
Рвотный корень (Cephaelis Ipecacuanha) 731
Garcinia Morelia; Croton Tiglium . . . 732
Камфарное дерево и римская ромашка 733
Цветущая ветка липы (Tilia ulmifolia) 734
Садовая рута и Physostigma venenosum 735
Безвременница Colchicum autumnale . 736
Жень-шень (Panax Ginseng)737
Заросли асфоделя742
Древне-египетсИй садъ въ Тель-эль-
Амарне747
Внутреннее устройство простого неза- тейливаго сада при римской вилле . 750
Ковровый садъ при Нейгебейде на Зим- мерингской равнине близъ Вены . 755
Садъ на Isola Bella на Лаго Маджоре. 756
Садъ Шенбруннъ близъ Вены . . . 757
Домикъ изъ коры въ Веймарскомъ парке758
Уголокъ императорскаго сада въТокю. 759
Китай ск!й садъ760
Лепныя украшеНя на бронзовой двери во Флоренщи771
Столъ съ кар!атидами временъ имперш 772
Acanthus mollis на далматинскомъ берегу 773
Acanthus774
Растительная орнаментика776
Нарциссъ съ незабудкою на железной решетке окна въ Лунце777
Картина И. де-Геема780
ИСТ0Р1Я РАСТЕН1Й.
11Кернеръ ф.-Марилаунъ, Жизнь растешй- т. П.
1
1
ВВЕДЕН1Е.
Источники къ исторЫ растешй.
Съ XVI до второй половины ХУШ стол4т!я принято было давать ботаниче- скимъ сочинешямъ заглав!е: „Historia plantarum". Для большинства ученыхъ того времени источникомъ и примеромъ служили сочинешя беофраста, знаменитаго ученика Аристотеля, а также 37 книгъ труда „Historia naturalis" Пл ин in; вследств!е этого и заглавья новыхъ книгъ согласовались съ заглав!ями, данными беофрастомъ и Плин1емъ своимъ для того времени образцовыми сочине- ньямъ. Все эти труды, однако, далеко не представляютъ изъ себя исторш растенш, если понимать подъ истор!ей изложеше изменешй во времени и пространстве. Въ действительности же объемистые фол!анты Клуз1уса, Баугина и Галлера, на первой странице которыхъ красуются слова „Historia plantarum", заключаюсь лишь описатя растешй по ихъ внешнимъ признакамъ, а то, что еще прибавлено къ этимъ описашямъ, ограничивается лишь некоторыми скудными указаньями на места, где данныя растенья были встречены въ дикомъ состоянш. Позже такимъ сочинешямъ, особенно если въ нихъ перечислялись отмеченные въ известной, политически ограниченной стране и установленные точными описашями виды растешй, давали также названье флоръ, и это назваше сохранилось и по настоящее время.
Помимо намереюй авторовъ, эти флоры стали источниками для настоящей исторш растешй. Сравнеше флоръ соседнихъ странъ показало, именно, что некоторый растенья обитаютъ большую, друтш же лишь малую область, что пределы присущихъ лишь более узкими районамъ видовъ могутъ быть, подобно местамъ обитанья различныхъ расъ рода человеческаго, отмечены на карте лишями опре- деленнаго направлешя, что местами границы распространенья многихъ видовъ скучиваются, и что эти пограничныя лиши могутъ быть поставлены въ связь съ различными внешними причинами. Изследоваше этихъ причинъ привело къ подробному изучешю способовъ размноженья и распространенья отдельныхъ растешй, разнообразнаго устройства органовъ размножешя, а также и приспособлены!, дЬлаю- щихъ потомковъ растенья способными къ разселешю на более широкья пространства, однимъ словомъ: къ исторьи растительныхъ неделимыхъ.
Открыпе неожиданно большого числа растешй, обитавшихъ въ давно про- шедппя времена на нашей земле и сохранившихся въ ископаемомъ состоянш, побудило также къ сравненью ныне живущихъ растительныхъ формъ съ погибшими формами. Мысли, что существующее теперь виды произошли отъ погибшихъ, нельзя было отрицать; наоборотъ, она была настолько привлекательна, что ее стали развивать съ болыпимъ интересомъ и съ страстнымъ рвешемъ. Наследованья о проис- хожденш естественно привели къ вопросу объ образованш видовъ, къ изысканьями относительно истор!и видовъ.
А кругозоръ все еще расширялся. Низюе ивовые и березовые кустарнички, встречающееся ныне въ живомъ состоянш въ Гренландш, не могуть быть потомками кленовъ и буковыхъ деревьевъ, жившихъ тамъ въ третичный перюдъ, равно какъ пльти и ели, произрастаюпця въ настоящее время поверхъ залежей бураго угля, близъ Геринге въ Тироле, не могуть происходить отъ Proteacae, Myrsineae и Myrtaceae, некогда росшихъ, судя по ископаемымъ остаткамъ, въ названныхъ мбст- ностяхъ. Несомненно, должны были совершиться изменешя въ пространстве, переме- щешя флоръ въ большомъ масштабе, вроде передвижешй людей во время переселешя народовъ, обособлеше новыхъ флористическихъ царствъ, подобно образованно госу- дарствъ вытесняющими другъ друга и смешивающимися расами и нащями челове- ческаго рода. Познаше зависимости въ настоящее время формы растенья отъ климата и почвы даетъ, однако, право заключить обратно о подобной-же связи формъ съ услов1ями жизни растительности въ прошедппя времена, а также дозволяетъ доискиваться повода къ переселешямъ, причинъ образовашя новыхъ царствъ флоры. Разъ- яснеше этихъ отношешй и есть и ст о р i я растительнаго м i р а, въ полномъ смысле этого слова; она является самою величественною, высшею и последнею целью, къ которой мы стремимся при помощи всехъ нашихъ ботаническихъ изыскашй.
Первый опытъ такой исторш растительнаго Mipa решился ^создать дальновидный, одинаково сведупцй во всехъ отрасляхъ ботаники, У н г е р ъ, въ 1853 году. Съ техъ поръ накопилась масса новыхъ открытай въ Старомъ и въ Новомъ Свете. Осмысленно стремяпцеся къ цели люди, по обе стороны океана, пытаются добыть ископаемыя богатства и дать имъ объяснешя; но до сихъ поръ самая младшая изъ отраслей ботаники еще не пришла къ удовлетворительнымъ результатамъ. Мы находимся среди быстрины; река, вследств!е обильныхъ притоковъ, превратилась въ потокъ, и поэтому трудно управлять рулемъ, избегнуть пороговъ и войти въ тихую гавань. Черезъ несколько десятилетай, можетъ быть, будетъ возможно написать, на основаши разобраннаго къ тому времени матер!ала, документовъ изъ древнихъ и древнейшихъ временъ, тщательно разработанную исторпо растительнаго Mipa. Ныне мы должны ограничиться лишь представлешемъ наброска совершающихся въ Mipe растешй дзменешй, въ самыхъ общихъ чертахъ, и часто еще расплывчатыми лишями.
Изъ этихъ замечашй относительно источниковъ, которыми мы пользуемся для изложешя исторш растешй, вытекаетъ и планъ для разделения мате- р!ала, подлежащаго разсмотрен!ю во второмъ томе „Жизни растен1й“. Изложеше будетъ следовать согласно съ ходомъ развитая познаюй. Исторш всего растительнаго Mipa, разсматриваемаго, какъ нечто целое, должна предшествовать исторья видовъ. Каждый видъ, однако, заключаетъ въ себе безчи- сленное множество неделимыхъ, сходныхъ по своей конституцш и по внешнимъ признакамъ, а потому истор!я видовъ предполагаетъ знаше исторш неделимаго. Первейшею задачею этой книги является поэтому изложеше обновлешя, размно- жешя и распространенья неделимыхъ, равно какъ описаше техъ средствъ, при помощи которыхъ отдельное растеше сохраняется, добываетъ место обиташя и удерживаетъ его за собою до того времени, когда его заместить жизнеспособное потомство.
Иетор1я раетительныхъ нед’Ьлимыхъ.
Размножен1е раетительныхъ нед^лимыхъ отводками.
Содержав! е: Различ!е между отводками и плодами. — Споры и таллидш.—Корневыяпочки. — Стеблевыя почки. — Листовыя почки.
Разлише между отводками и плодами.
Что такое неделимое (individuuni)? Латинское слово произошло отъ divi- dere, делить, и первоначально означало вещь, которая не можетъ быть разделена. Но, однако, нетъ такого растешя, которое не было-бы делимо. Сохранеше, обнов- леше и размножеше растёшй связаны съ явлешями делешя, и растительный видъ, неделимыя (особи) котораго не были-бы делимы, безнадежно долженъ былъ-бы погибнуть. Въ безусловной неделимости поэтому не можетъ заключаться характерный признакъ неделимого. Поэтому въ определеше включили одно услов!е и признали „неделимыми нечто, что не можетъ быть разделено, не переставая быть темъ, чемъ оно было раньше, существующимъ само по себе, организованнымъ существомъ, каждая отдельная часть котораго необходимо принадлежите целому. Но и такое определеше неверно относительно растешй. Живой протопласте одно- клетнаго растешя, который, безъ всякихъ оговорокъ, долженъ быть признанъ „неде- лимымъ", делить свое тело на две половины, которыя отделяются, становятся самостоятельны и, затемъ, представляю™ изъ себя два независимыхъ одно отъ другого „неделимыхъ". Отсюда мы получаемъ указаше касательно определешя. Растительное неделимое есть существо, которое живетъ и способно жить самостоятельно и безъ помощи другихъ, одинаково устроенныхъ существъ. Имеются растительный неделимыя, состоятся изъ одного единственного протопласта, и таюя, которыя состоять изъ несколькихъ, сообща живущихъ протопластовъ. Въ последнемъ случае наступаете, большею частью, разделеше труда и, согласно тому, различное устройство отдельныхъ частей неделимого.
Но и въ этомъ случае индивидуальность не уничтожается необходимо при разделеши. Где разделеше труда настолько развито, какъ въ растеши (ср. т. I, стр. 589), считали необходимымъ признать существоваше сложныхъ неделимы х ъ. Каждый отдельный побега разематривали какъ неделимое, потому что онъ
имеет» способность продолжать жить, будучи отделен» отъ растеши, и такимъ образомъ каждое растете считалось построенным» изъ многих» отдельных» неделимых». Но такъ какъ и каждому члену побега присуща способность продолжать жить отдельно отъ других» членовъ и давать начало новому самостоятельному растенью, то впослбдстш разсматривали члены побегов» за неделимыя и ввели для них» въ употреблете обозначение „анафитовъ“. Насколько такой взглядъ имбетъ значеше для смбны покол^шй, намъ придется обсудить ниже: входить здесь въ дальнейшее разсмотреше этого взгляда было-бы неуместно.
Следует» упомянуть здесь также еще о другом» взгляде на растительное неделимое. После того какъ пришлось отказаться отъ определетя растительнаго индивида какъ чего-то неделимаго, прибегли къ странному способу выйти изъ за- труднешя, признав» существование дблимыхъ неделимых», и съ такимъ опредблетем» связывали представлете, что все, происшедшая безполымъ путемъ и ставппя самостоятельными части принадлежать одному и тому-же неделимому. Происшедппе въ течете несколькихъ летъ изъ одного картофельнаго клубня 30 или 40 молодыхъ картофельныхъ клубней, многочисленный, развивппяся изъ черен- ковъ одного стараго куста гвоздики, молодыя растетя гвоздики считались за нечто целое, за одинъ единственный индивидъ; вообще, неделимымъ хотели признать только происшедшее половымъ способомъ живое существо, и отделяющееся отъ него черенки, клубенки и тому подобное, согласно этому взгляду, будутъ лишь части этого одного неделимаго, хотя-бы оне и могли, будучи отделены пространственно, продолжать жить самостоятельно.
Такое, придуманное философами, определете растительнаго неделимаго никогда -не было принято въ серьезъ естествоиспытателями и приводится здесь лишь на томъ основаши, что имъ затрогивается другой важный вопросъ, подлежащий: подробному разсмотретю въ первыхъ трехъ отделахъ этой книги, именно, вопросъ о раз- множеши или генеращи растетй. Произведенныя за последнее время съ удиви- тельнымъ усерд!емъ, остроумнейшими ботаниками, изследовашя спрсобовъ размно- жешя растетй привели къ тому результату, что въ большинстве, вероятно, даже во всехъ отделахъ растительнаго царства встречается двоякш способъ размножетя. При этомъ, правда, всегда даютъ начало новому неделимому отдельные протопласты, но въ одномъ случае они не нуждаются для дальнейшаго развит!я въ осо- бомъ побуждеши посредствомъ соединетя съ другими протопластами, и тогда гово- рятъ о безполомъ размножены, въ другомъ-же случае должно произойти мате р!альное соединете двухъ, образовавшихся въ разделенныхъ пространствомъ точ- кахъ, протопластовъ, следовательно, совокуплете, для того чтобы получилось новое существо, нойое неделимое, и тогда говорятъ о половомъ рвзмножеши. Веб образовавшаяся по первому способу неделимый соединяются подъ назвашемъ отвод- ковъ, веб получивппяся вторымъ путемъ неделимый называются плодами *).
Отводки являются на всехъ возможныхъ степеняхъ развшня, отъ отдельной клетки до целого растетя. Одноклетные отводки называются спорами, многоклетные— таллид!ями ), а представляющее изъ себя зачатки побеговъ—
почками. Почковидные отводки или отделяются отъ живого материнскаго растешя, или-же становятся самостоятельными всл4дств!е того, что материнское растете, изъ котораго они произошли, отмираетъ. Въ последнемъ случае отводки остаются въ ближайшемъ соседстве съ местомъ произрастатя материнскаго растешя. На деревьяхъ и кустарникахъ почки не отделяются отъ растешя, на которомъ оне развились, вырастаютъ въ связи съ нимъ въ побеги, и такимъ путемъ получаются выше упомянутыя сложный неделимый. Гораздо реже случается, что взрослые побеги отделяются отъ материнскаго растешя и становятся отводками.
Плоды также являются на всехъ возможныхъ ступеняхъ развиНя, то въ виде отдельной клетки, то въ виде группы клетокъ, то въ виде маленькихъ растенъицъ. Обыкновенно зрелый плодъ или, по крайней мере, главнейшая часть его, содержащая оплодотворенное яйцо или развивппйся изъ него зародышъ, отделяется отъ материнскаго растешя; въ некоторыхъ-же группахъ растительнаго царства, какъ, напр., у папоротниковъ и мховъ, плодъ остается на томъ месте, где онъ произошелъ, и вырастаетъ въ связи съ материнскимъ растешемъ въ новое поколеше, развивающее, однако, йе плоды, а споры. Если у растешя сменяются въ определенномъ порядке размножеше отводками и размножеше плодами, то говорятъ о смене размножен!й или о смене поколен!й. До сихъ поръ смена поколешй, равно какъ и оплодотвореше, относительно опре- деляющихъ ихъ причинъ и ихъ значешя для исторш растительнаго Mipa, оставались загадочными. Въ одномъ изъ следующихъ отделовъ этой книги сделана будетъ попытка разгадать эту великую загадку.
Споры и таллидш.
Въ старыхъ травникахъ въ главе, касающейся папоротниковъ, всегда указывается на замечательное явлеше, что названный растешя хотн и не цветутъ и не приносить плодовъ, но все-же обильно размножаются, что они часто совершенно неожиданно появляются въ расщелине скалы или въ трещинахъ старыхъ стенъ, хотя раньше не приходилось наблюдать тамъ ихъ семянъ. Въ Гермаши* (да и въ Россш), разсказываютъ басню, что семена папоротниковъ образуются таинствен- нымъ способомъ только во время солнцестояшя, и что эти семена могутъ быть собираемы только посвященными при употреблеши известныхъ заклинанш въ ночь на Ивановъ день. Правда, противъ этого суевернаго мнешя возставали уже въ первой половине 16-го столепя. Особенно ученый авторъ распространеннаго въ то время травника, по имени Перонимъ Бокъ, разсказываетъ въ своемъ сочи- неши, что онъ, безъ всякихъ заклинанш, получалъ каждый разъ среди лета „семена папоротниковъ", разстилая подъ ваями папоротниковъ платокъ или листъ лопуха. Но даже во времена Линнея относительно этихъ „папоротниковыхъ семянъ", за который, несомненно, принимали отпавпия отъ вай споровместилища, а также о ихъ отношенш къ плодамъ, царила полная неизвестность.
Лишь въ 1848 году были открыты оплодотвореше и вообще вся истор!я раз- вит!я папоротниковъ, и оказалось, что эти растешя образуютъ двояюя, правильно сменяющаяся поколешя, одно невзрачное, несущее органы оплодотворешя и производящее плоды, и другое, бросающееся въ глаза своими ваями, развивающееся
изъ остающагося въ соединены съ материнскимъ растешемъ плода и образующее безполыя, служапця для размножения клетки, такъ-называемыя споры. Ваи папоротниковъ, следовательно, не несутъ никакихъ органовъ оплодотворешя, и обра- зуюпряся на нихъ споры поэтому не могутъ быть признаваемы ни за плоды, ни за части ихъ, за семена.
Некоторые, правда, считаютъ все, несущее ваи, папоротниковое растете за плодъ, споры на ваяхъ за части этого плода, и принуждены, въ такомъ случае, признать существоваше плодовъ, укореняющихся, размножающихся отпрысками, растущихъ мнопе годы и ежегодно развивающихъ новыя ваи со спорами. Съ этой точки зрешя громадное, столетнее растете древовиднаго папоротника было-бы плодомъ, и целую заросль хвощей, чтобы быть последовательнымъ, пришлось-бы тоже признать за одинъ плодъ. Еще друпе ботаники полагаютъ, что папоротниковое растете со своими корнями хотя и не есть самъ плодъ, но что, такъ какъ оно совсемъ не появилось-бы, еслибъ въ предыдущемъ поколеши не произошло оплодотворен1я, то спорообразовате папоротниковъ, следовательно, все-же находится въ зависимости отъ оплодотворешя, и поэтому споры папоротниковъ и род- ственныхъ имъ хвощей и плауновъ отличаются отъ споръ другихъ тайнобрачныхъ. Противъ этого можно сделать два возражетя. Во-первыхъ, известны мнопе папоротники, у которыхъ изъ перваго поколетя, безъ предшествующаго оплодотворетя, все таки вырастаетъ папоротникъ съ спороносными ваями, не отличаюпцйся ничемъ отъ растешй, развившихся изъ плодовъ перваго поколетя, а во-вторыхъ, непонятно, почему какъ разъ у папоротниковъ спороносное поколете должно находиться въ бдльшей зависимости отъ совершившагося въ первомъ поколеши оплодотворешя, чемъ у многихъ другихъ тайнобрачныхъ, у которыхъ также наблюдается смена поколешй.
Споры папоротниковъ и вообще всехъ такъ - называемыхъ тайнобрачныхъ растешй, следовательно, не суть прямой результатъ оплодотворешя и поэтому не суть и части плодовъ, а отводки. Ихъ следуетъ -приравнять ниже разсматри- ваемымъ почковиднымъ отводкамъ, но оне отличаются отъ нихъ темъ, что изъ споръ всегда развивается лишь такъ-называемое слоевище, а никогда не вырастаетъ облиственное стеблевое образоваше. Для тайнобрачныхъ оне столь-же характерны, какъ почки для явнобрачныхъ или семенныхъ растешй, а такъ какъ на- зваше „тайнобрачный" въ настоящее время не можетъ считаться подходящимъ, то его ныне обыкновенно заменяютъ назвашемъ споровыя растешя. Когда смена размножешя у споровыхъ растешй еще не была известна, слово споры употреблялось и для обозначешя многихъ плодовъ и зачатковъ плодовъ, особенно въ томъ случае, если они были одноклетны, чего теперь следовало-бы тщательно избегать. При разсмотреши плодовъ и ихъ возникновения мы будемъ иметь случай еще разъ вернуться къ этому вопросу.
Исходный точки для споръ необычайно разнообразны. У одного растешя местами образовашя и исходными точками споръ являются группы клетокъ внутри объемистыхъ тканей, у другого отдельный поверхностным клетки, то часть зеленаго стебля или листочка, то протоплазменное содержимое мешковидныхъ образовашй въ слоевище безхлорофильныхъ растешй, а въ иныхъ случаяхъ таковыми являются концы гифенныхъ нитей. Всего лучше можно обозреть все это безконечное разно- образ!е, если разделить споры на группы по ихъ исходнымъ точкамъ.
Жизнь растеши. П.Жизнь растеши. П.Т-во чПросв1.щен1е“ въ Спб.
Жизнь растеши. П.
Жизнь растеши. П.
ПАПОРОТНИКИ НА ДИЛЮВТАЛЬНОЙ МОРЕНЪ ВЪ ТИРОЛЪ.
(Рис. съ натуры Э. I1 с й н ъ.)
Жизнь растен1й. IL
Одна группа заключаете въ себб веб тб споры, к о т о р ы я образуются въ клбткахъ ткани. Сюда принадлежать споры папоротниковъ и водныхъ папоротниковъ, хвощей и плауновъ и многочисленныхъ мховъ и печеночниковъ. У части папоротниковъ изъ кожицы, одбвающей жилки въ ваяхъ, подымаются отдбльные сосочки, изъ которыхъ каждый раздбляется поперечною перегородкою на свободную верхушку и клбтку-ножку. Обб клбтки сосочка дблятся дальше и образуюте состояпця изъ клбтокъ тбла; тбло, развившееся изъ свободной верхней клбтки, принимает яйцевидную или шаровидную форму. Въ этомъ послбднемъ клбточномъ тблб можно тогда различить тетраэдрическую внутреннюю клбтку и состоящей изъ нбеколькихъ слоевъ клбтокъ покровъ. Вслбдств1е дблешя средней клбтки получается маленькая комо,образная группа клбтокъ, а такъ какъ внутреншй слой клбтокъ покрова, между тбмъ, растворился, то теперь все образоваше представляете вмбстилище, заключающее окруженный жидкою массою комокъ клбтокъ. Каждая клбтка этого комка затбмъ дблится на четыре клбтки; протопласты, обра- вуюпце содержимое клбтокъ, облекаются оболочкою и расходятся, послб того какъ растворились перегородки на мбстб ихъ возникновешя. Эти отдбльныя клбтки, имбюпця видъ порошкообразной массы, суть споры. Какъ упомянуто, изъ слоевъ клбтокъ, образовавшихъ покровъ спорообразующей внутренней ткани, растворился лишь внутреншй слой, наружный сохранился и представляете подоб!е коробочки, называемой спбрцвмбстилищемъ или спорацыемъ (см. рисунокъ, стр. 10, фиг. 13, 14 и 15). Группа такихъ споровмбстилищъ называется кучкою или сорусомъ... У Polypodiaceae, одного изъ отдбловъпапоротниковъ, къ которому принадлежите, большинство европейскихъ видовъ, и самыя распространенный формы котораго изображены мастерски Э. ГейнОмъ на приложенной таблицб „папоротники на дилюв!альной моренб въ‘ Тиролб", кучки находятся на нижней сторонб вай (см. рисунокъ, стр. 10, фиг. 5). Надъ тянущимися среди зеленой ткани пучками здбеь возвышаются группы клбтокъ въ видб маленькихъ подушечекъ; каждая клбтка этихъ подушковидныхъ возвышешй можетъ выроста въ снабженное ножкою споровмбсталище, и иногда одна только кучка состоите не менбе какъ изъ 50 такихъ споровмбстилищъ. У Cyatheaceae, куда принадлежите большинство древовид- ныхъ папоротниковъ, кучки также образуются на нижней сторонб вай, но здбеь каждая кучка возникаете на отросткб, вертикально стоящемъ на поверхности ваи. Происходящая изъ клбтокъ кожицы этого отростка споровмбстилища- снабжены очень короткою ножкою, а, кромб того, изъ зеленой ткани , ваи поднимается кольцевой валъ,окружаюпцй споранпеносный отрогъ въ видб чаши (см. рисунокъ, стр. 10, фиг. 10, 11 и 12). У нбжныхъ, необычайно изогнутыхъ, иногда напоми- нающихъ мхи, Hymenophyllaceae, свойственныхъ преимущественно тропическимъ странамъ, пучки, тянупцеся по долькамъ вай, выходятъ за край зеленой ткани и образуюте грифелевидный отрогъ, клбтки кожицы котораго становятся исходными точками для споровмбстилищъ. Грифелевидный отрогъ является тогда стержнемъ, несущимъ споровмбстилища, и весь сорусъ имбете видъ маленькаго колоса. Каждый колосовидный сорусъ находится внутри чаши, такъ какъ зеленая ткань ваи у края долекъ возвышается въ видб кольцевого вала (см. рисунокъ, стр. 10, фиг. 2 и 3).
Въ трехъ выше названныхъ группахъ папоротниковъ споровмбсталище происходить изъ клбтокъ кожицы, у Gleicheniaceae и Schizaeaceae, два представителя которыхъ изображены на фиг. 6 и 7, стр. 10, споровмбстилища суть превращенные
Папоротники: 1) Nephrolepis DufQ; 2) Trichomanes Lyelli, 3) сорусъ того-же папоротника съ чашевиднымъ покро- вомъ, продольный разр^зъ; 4) Rhipidopteris peltata; 5) Polyp odium serpens; 6) часть ваи Gleichenia aipina; 7) Schizaea fistulosa; 8) Botrychium lanceolatum; 9) нижняя сторона части ваи Gleichenia aipina, въ двухъ верхнихъ ямкахъ спорангш прикрыты листочками, въ нижнихъ они обнажены; 10, 11) часть ваи Cyathea elegans, 12) продольный раз- рйзъ черезъ сорусъ и чашу у Cyathea, 13) спорангш Cyathea, 14) спорангШ Polyp odium, 15) споранпй Schizaea; 16) нижняя сторона предростка Asplenium. Фиг. 1, 2, 4—8 въ ест. велич., фиг. 3, 9—16 увелич. 5—20 разъ. Ср. текстъ стр. 9—11 и въ посл-Ьдующихъ главахъ.
листочки. Къ этому следуетъ еще заметить, что ваи папоротниковъ, несмотря на ихъ сходство съ зелеными листьями, надо считать не за таковые, а за плосюе побеги (филлокладш), и что отходяпця отъ вай чешуи имеютъ значеше листоч- ковъ ), о чемъ речь будетъ еще впереди. Некоторые изъ этихъ чешуевидныхъ листочковъ у обоихъ поименованныхъ отделовъ папоротниковъ метаморфизованы въ споровместилища, друпе-же образуютъ защитный покровъ округлыхъ споровмЬ- стилищъ, сидящихъ въ расположенныхъ рядами углублешяхъ долекъ вай. Фигура 9 рисунка на стр. 10 прекрасно изображаетъ это отношеше на увеличенной части ваи у Gleichenia alpina. .
По возникновение и развитие совсЬмъ отличны споры и споранпи въ томь отдЬлЬ папоротниковъ, который называютъ Ophioglossaceae, и изъ котораго одинъ видь, именно ланцетовидная ключъ-трава (Botrychium lanceolatum), изображенъ на фиг." 8 рисунка на стр. 10. Местами образовашя споръ являются у этихъ папоротниковъ группы клЬтокъ среди ткани вай. Клетки этихъ группъ перегораживаются на четыре камеры, протопласты которыхъ облекаются оболочкою и превращаются въ споры. ВслЬдств1е растворешя перегородокъ споры затЬмъ освобождаются и наполняютъ въ видЬ тонкаго порошка маленыая пузыревидныя полости въ ткани долей вай. Кожица этихъ долекъ стала стенкою полостей, стенкою споранпевъ. На каждомъ растеши изъ Ophioglossaceae отличаютъ двоятя ваи: однЬ, не разви- ваюпця споръ и имЬюпця видь зеленой листвы, и друпя, на которыхъ образуются споровм'Ьстилища, и которыя тогда состоять почти исключительно изъ кисте- или колосовидно расположенныхъ споранпевъ (см. стр. 10, фиг. 8). У многихъ папоротниковъ другихъ отдЬловъ наблюдается подобное-же явлеше, такъ, наир., у пред- ставленныхъ и въ европейской флоре родовъ Allosorus, Struthiopteris и Blechnum. У другихъ, какъ, напр., у Osmunda regalis, споранпи образуются только въ верхней части ваи, тогда какъ друпя части имеютъ видъ зеленыхъ листьевъ. Весьма своеобразное впечатлеше производить изображенный на стр. 10, фиг. 4, папоротникъ Bhipidopteris peltata, свойственный горнымъ местностямъ Мексики. На ряду съ вееровидными плоскими ваями, на которыхъ не образуются споранпи, развиваются также ваи, похояая на воронку или плосюй горшечекъ, въ глубине которыхъ изъ клетокъ кожицъ возникаютъ споровместилища.
Замечательно, что въ этомъ случае споровместилища развиваются на верхней стороне ваи, что наблюдается, вообще, очень редко. Обыкновенно, какъ уже былс упомянуто, они находятся на нижней стороне листьевъ; это вызвано темъ, что они всего лучше защищены на обращенной къ почве поверхности отъ дождевой воды и отъ солнечныхъ лучей. Въ большинстве случаевъ, впрочемъ, наблюдается еще иная защита отъ чрезмерной мокроты и слишкомъ сильнаго высыхашя, а именно: надъ споранпями помещается еще особый навесь. Этотъ навесь или происходить изъ клетокъ, образующихъ вершину или основаше несущихъ споранпи подушечекъ или отростковъ, и представляетъ нежную, распростертую надъ всею кучкою спо- ранг!евъ пленку, названную кровелькою, какъ у нашего обыкновеннаго кочедыжника (Polystichum Filix mas), или-же надъ споровместилищами находятся маленыае, чешуевидные листочки, какъ у упомянутыхъ уже глейхешй (фиг. 9) и не менее
замйчательныхъ лигодаевъ и даваллШ. Иногда пять или шесть чешуйчатыхъ, рас- положенныхъ кружкомъ листочковъ образуютъ покровъ спорашчевъ, необычайно по- хояай на закрытый еще цвЪтокъ, какъ, напр., въ родахъ Schizocoena, Hymenocystis и Diacalpe, или-же эти листочки образуютъ родъ коробка, открывающагося крышечкою.
Хвощи: 1) Л1тн1й поб^гъ Equisetum arvense, 2) колосоносный весентй поб^гъ Equisetuni arvense, 3) колосъ изъ мутовчато расположенныхъ споранпеносцевъ того же Equisetum; 4) одинъ споранпеносецъ; 5, 6) споры; 7) Equisetum sllvaticum; 8) проталлий хвоща. Фиг. 1, 2 и 7 въ естеств. величину, фиг. 3 увелич. 3 раза, фиг. 4 ув. 6 разъ, фиг. 5 и 6 ув. 25 разъ, фиг. 8 ув. 30 разъ. Ср. текстъ, стр. 14 и въ посл'Ьдующихъ главахъ.
какъ, напр., у Cibotium. Въ другихъ еще случаяхъ, съ поверхности ваи подымаются пленчатыя каемочки и пластинки, прикрывающ1я расположенные длиннымъ рядомъ спорангш, какъ у Lindsaya и Blechnum, или край ваи какъ-бы разсЬченъ и спорангш скрыты въ узкой щели, какъ у Vittaria и Schizoloma. Часто край ваи заворачивается и такимъ образомъ прикрываетъ спорангш, развиваюпцеся параллельно краю на подушковидныхъ возвышешяхъ, какъ у Allosorus, Ceratopteris, Ceratodactylis, Parkeria и у многихъ еще другихъ родовъ. Въ этомъ отношеши цар-
ствуетъ большое разнообраз!е, находящееся въ связи съ различными климатическими услов!ями м^стообитавай, подробное разсмотрйвхе которыхъ, однако, насъ завело-бы слипхкомъ далеко. -
Родственные папоротникамъ водные папоротники (Hydropterideae) примыкаютъ къ нимъ но образованно спорь и споранпевъ. Сальвишя (Salvinia) напоминаетъ, до
Лиственные мхи: 1) Polytrlchum commune, споранпй сл^ва прикрыть колпачкомъ, споранпй справа обнаженъ; 2) тотъ-же мохь на ранней ступени развитая; 8) споранпй Polytrichum commune съ крышечкою; 4) онъ-же послй отпадетя крышечки; 5) Bryum caespiticium, 6) споранпй того-же мха съ над-Ьтымъ на него колпачкомъ, 7) онъ-же безъ колпачка, но еще закрытый, 8) онъ-же послЬ отпадетя крышечки, виденъ перистошй, 9) часть перистом!я; 10) антеридш, архегонш и парафизы у Bryum caespiticium; 11) Hylocomium splendens; 12) споранпй его-же; 13) Andreaea rupestris съ вскрывшимся споранг!емъ; 14) Sphagnum cymbifolium, шаровидные споранпй на экземпляр^ сл^ва еще замкнуты, на экземпляр^ справа вскрыты, 15) одинъ изъ споранг!евъ того-же мха. Фиг. 1,2,5,11,14 въ естеств. велич., ^ет. 3, 4, 6, 7,8,12,13 и 15—увелич. 3—5 разъ, фиг. 9,10 ув. 150 разъ. Ср. текста, стр. 14—15 и въ посл’Ьдующихъ главахъ.
некоторой степени, Hyxnenophyllaceae, по крайней мбрб т4мъ, что подъ отходящими отъ стержня споровм^стилищами подымается кольцевой валъ, смыкаюхщйся кверху и образующей коробокъ, облекаюпцй споранпй. Marsilea им^етъ снабженный ножками бобовидныя образовашя въ видЪ коробочекъ съ полостями, въ которыхъ на подушковидныхъ утолщешяхъ развиваются споровм4стилища.
Плауны (Lycopodiaceae) тоже по образованью споръ живо напоминаютъ папоротники, особенно виды уже упомянутыхъ родовъ Lygodium и Lygodictyon. Въ виде перваго зачатка споранпевъ у основашя чешуевидныхъ листочковъ или сейчасъ-же надъ нимъ на стебле подымается бугорокъ. Внутренняя ткань этого бугорка обособлена въ виде округлаго комка. После того какъ клетки этого комка изолировались, оне перегораживаются, изъ каждой образуются четыре камеры, стенки которыхъ впоследствш растворяются. Протопласты въ этихъ камерахъ, после того какъ они окружились оболочкою, превращаются въ отдельный споры. Кожица, находившаяся первоначально поверхъ приподымающагося бугорка, сохраняется и соста- вляетъ теперь стенку наполненной отдельными спорами полости бобовиднаго спо- ранпя, открывающагося впоследствы, подобно коробочке, крышечкою.
Совсемъ своеобразно споробразоваше у хвощей, два вида которыхъ, именно Equisetum arvense и Equisetnm silvaticum, изображены на стр. 12, фиг. 1, 2 и 7. На верхушке полаго стебля находится колосъ изъ мутовчато расположенныхъ, поддерживаемыхъ короткими ножками щитковъ, изъ которыхъ каждый надо признать метаморфизованнымъ листочкомъ (см. рисунокъ, на стр. 12, фиг. 3). На обращенной къ стержню колоса стороне щитковъ возвышаются малейше бугорки, превращающееся въ споровместилища и, достигнувъ окончательной величины, напо- минаюпце лепестки (см. тамъже, фиг. 4). Наружные слоц клетокъ этихъ многоклет- ныхъ бугорковъ становятся стенкою споранпя, между темъ какъ внутренняя ткань распадается на клетки, изъ которыхъ каждая делится на четыре гнезда, даюпця опять начало спорамъ (см. рисунокъ, фиг. 5 и 6).
Последай отделъ растены, споры которыхъ образуются въ клеткахъ ткани, составляютъ мхи. У этихъ растеши спорообразующее поколеше является въ виде снабженнаго, большею частью, ножкою цилиндрическаго, грушевиднаго или округлаго клеточнаго тела, развившагося изъ плода (см. рисунокъ на стр. 13, фиг. 3, 4, 7, 8 и 15). Заметимъ въ скобкахъ, что это спорообразующее поколейте мховъ въ прежнее время принималось ботаниками за самый плодъ, что, однако, не верно. Плодомъ мха можно считать только то образоваше, въ которомъ вследств!е оплодотворенья образовался зародышъ. Если затемъ изъ зародыша, развившагося внутри плода, вырастаетъ новое поколеше, то последнее не можетъ считаться плодомъ даже въ томъ случае, если оно постоянно остается въ соединеши съ материнскимъ ра- стешемъ, какъ это бываетъ у мховъ.
КлЬтки упомянутаго цилиндрическаго, грушевиднаго или округлаго клеточнаго тела развиваются различнымъ образомъ. Клетки по окружности образуютъ стенку вместилища, а внутреншя клетки, заполняющая полость вместилища, образуютъ споры. Спорообразоваше весьма похоже на таковое у папоротниковъ. Будучи первоначально соединены въ ткань, клетки заполняющей ткани впоследствы изолируются, каждая изъ нихъ перегораживается на четыре камеры, и изъ протопла- стовъ въ этихъ камерахъ получаются, наконецъ, споры. Споры тогда лежать свободно въ виде пылеобразнаго порошка въ вместилище, называемомъ такъ-же, какъ споровместилище папортниковъ, споранпемъ. У большинства печеночныхъ мховъ изъ заполняющей ткани возникаютъ, кроме споръ, еще друг1я клетки страннаго вида, такъ-называемый пружинки, играюпця роль при вскрыты споровместилищъ и при распространены освобожденныхъ споръ, а у некоторыхъ лиственныхъ мховъ въ середине вместилищъ, кроме споръ, остается стоять средняя колонка. По наруж-
нему очертание, спорангш мховъ мало отличаются отъ кл*Ьточныхъ тЬлъ, изъ кото- рыхъ они произошли; подобно имъ, они цилиндричной, грушевидной или шаровидной формы; относительно-же болйе тонкаго строешя, та часть, которая впослЬд- ств1и открывается, чтобы выпустить въ подходящее время споры, имЪетъ весьма разнообразное устройство. Объ этихъ различ!яхъ и о вышеупомянутыхъ клбткахъ будетъ еще рЬчь въ отд4лЬ, посвященномъ распостраненпо споръ.
Споровм4стилища у мховъ, подобно тому какъ и у папоротниковъ, защищены въ течете ихъ развипя противъ вредныхъ внйшнихъ условш, особенно противъ
347
Бродяжки сапролегн1евыхъ и хитрид!евыхъ грибовъ: 1) Achlya prolifera, 2, 3, 4) развитее и выходъ бродяжекъ у Achlya prolifera; 5) Chytridium Olla, паразитирующгй въ ооготи эдоготя, развит!© и выходъ бродяжекъ; 6) Saprolegnia lactea, 7) развитое и выходъ бродяжекъ у Saprolegnia lactea (отчасти по Де-Бари и Прингсгейму). Фиг. 1: увел. 20 разъ, фиг. 2, 3, 4: 400 разъ; фиг. 5 : 300 разъ, фиг. 6: 100 разъ, фиг. 7 : 300 разъ. Ср. текстъ, стр. 16 и въ посл'Ьдующихъ главахъ.
высыхашя, и окружены покровами,.которые могутъ быть различнаго происхождения. У лиственныхъ мховъ на молодой, требующей защиты споранпй, обыкновенно, бы- ваетъ насажено образоваше въ вид4 колпачка (см. рисунокъ, стр. 13, фиг. 1), происходящее отъ плода, изъ котораго развилось спорообразующее поколбше. Покровъ плода разрывается, именно, вырастающимъ изъ зародыша покол'Ьшемъ, и верхняя часть его поднимается вверхъ въ видб колпачка. Позже, когда спорангш не нуждаются больше въ защитЬ и покровъ былъ-бы вреденъ, такъ какъ онъ могъ-бы мешать разсЬивашю споръ, колпачекъ сбрасывается.
Разсмотр4нныя до сихъ поръ споры образуются среди ткани, причемъ протоплазменное содержимое въ каждомъ гн4зд4 данной части ткани превращается
въ одну спору. Ко второй группе принадлежать споры, образующаяся черезъ дроблен!епротоплазмы въ трубчатыхъ, булавовидныхъ или шаровидныхъ, не соединенныхъ въ ткани клеткахъ. Клетки, даюпця здесь начало спорамъ, можно, по аналоги, съ полнымъ правомъ назвать также споранпями. Способъ формоватя въ нихъ споръ, невидимому, гораздо проще, чемъ у пялоротниковь, плауновъ, хвощей и мховъ. Значительное различ!е замечается лишь по отношение къ числу и форме освобождающихся изъ споранпя споръ.
У раземотренныхъ въ I томе „Жизни растешй" на стр. 23 и изображенныхъ на приложенной къ стр. 23 таблице в о ш е р i й въ каждомъ булавовидномъ вздутш
Блюдцевые грибы (Discomycetes): 1 Съедобный сморчокъ (MorcheUa esculenta); 2) пять еумокъ. съ восемью сумчатыми спорами каждая, между ними нитевидныя парафизы, продольный разрйзъ изъ гимен!я съ^добнаго сморчка; В) Helotium Tuba; 4) Anthopeziza Winteri; 5) Peziza vesiculosa; 6) митровидный строчокъ (Hellvella Infula); 7) трубчатый строчокъ (Helvella fistulosa). Фиг. 1, 4, 5, 6, 7 въ естеств. велич., фиг. 3: увел. 4 раза, фиг. 2: 120 разъ. Ср. текстъ, стр. 17 и въ послЪдующихъ главахъ.
трубчатыхъ клетокъ образуется только по одной, сравнительно крупной, зеленой споре, способной плавать при помощи многочисленныхъ ресницъ. Живущая на разлагающихся животныхъ въ воде, плесневидныя Saprolegniaceae развиваютъ, наоборотъ, въ своихъ булавовидныхъ мешкахъ большое количество безцветныхъ споръ, который после выхода изъ мешковъ двигаются въ воде посредствомъ двухъ длинныхъ, кружащихся, ресницевидныхъ нитей (см. рисунокъ, стр. 15). Въ обоихъ случаяхъ споры обладаютъ способностью передвигаться собственными силами въ воде, почему ихъ и назвали подвижными спорами или бродяжками. Имъ также дали назваше зооспоръ, такъ какъ оне, по видуи поступкамъ,. живо напоминаютъ некоторыхъ инфузорй.
Изъ необычайно нЬжнаго, многократно разв^твленнаго мицел!я пл^сней, соеди- няемыхъ подъ именемъ Мпсогасеае, подымаются отдельный нити и растутъ отвесно прямо вверхъ. ОнЬ делятся на двб клетки, изъ которыхъ верхняя превращается въ шаровидный пузырь, а нижняя—въ длинную, тонкую ножку, верхшй
1
Губки (гимен!альные грибы): 1) Clavarla anrea; 2) Daedalea quercina;, 3) Marasmius tenerrimus; 4) Marasmius perforans; 5) Craterellus clavatus; 6) Amanita phalloides; 7) булавовидный базидш съ шиловидными стеригмами, отъ концовъ которыхъ отчленяются шаровидныя споры: изъ гимешя Amanita phalloides; 8) Hydnum imbricatum; 9) Po- lyporus perennis. Фиг. 1, 2, 3, 4, 5, 6, 8, 9 въ естеств. величину, фиг. 7: увелич. 250 разъ. Ср. текстъ, стр. 20 и въ посл’Ьдующихъ главахъ.
конецъ которой впячивается въ видЬ полаго отростка въ поддерживаемый ею пузырь (см. рисунокъ, стр. 512 перваго тома, фиг. 2). Протоплазма въ верхней пузыревидной клЬткЬ дробится на большое числое споръ, и кл-Ьтка теперь стала спораннемъ. ВслЬд- CTBie увеличешя вЬса спорання, нитевидная ножка подгибается, спорангш лопаются, и споры вм4ст6 со светлою жидкостью, въ которую онЬ погружены, набухая, вы- тискиваются черезъ разрывъ спорання (см. тотъ-же рисунокъ въ первомъ том4, фиг. 1).
Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растен!й, т. II. 2
1818РАЗМНОЖЕНЫ РАСТИТЕЛЬНЫХЪ НЕДЬЛИМЫХЬ ОТВОДКАМИ.
18
18
Споровместилища относимыхъ къ Mucoraceae плесней хотя и расположены, ■большею частью, сближенными группами, но никогда не бываютъ ограничены вало- образною тканью или окружены особымъ покровомъ; къ тому-же они всегда разделены промежутками и производятъ впечатлите маленькихъ насаждены. Иначе обстоитъ дело у споровыхъ растеши, называемыхъ аскомицетами, къ кото- рымъ изъ знакомыхъ растеши принадлежать сморчки и строчки (см. рисунокъ, стр. 16), лишаи и несколько другихъ плесеней, какъ, напр., образующая мучнистую росу Erysipheaceae и причиняюпця медвяную росу на хлебахъ виды рода Clavi- ceps. У этихъ растены на ограниченныхъ местахъ съ грибницы подымаются концы гифенныхъ нитей, частью въ виде булавовидныхъ, обыкновенно сильно удлинен- ныхъ сумокъ, отчасти въ виде нежныхъ нитевидныхъ парафизъ; эти группы сумокъ и парафизъ окружаются и облекаются другими клетками, такъ что все образоваше походить на блюдце, чашу или коробочку. Протоплазма въ сумкахъ дробится и образуетъ эллипсоидальные, обыкновенно расположенные продольными рядами комки (см. рисунокъ, стр. 16, фиг. 2) или удлиненный, собранный пучками нити, которые, еще во время нахождешя въ сумкахъ, снабжаются плотною клеточною оболочкою. Эти споры йазвали сумчатыми спорами или аскоспорами (аскъ = сумка). Оне лишены ресницъ, характерныхъ для зооспоръ, и не могутъ, после того какъ оне вытолкнуты черезъ разрывающуюся вершину сумки, двигаться самостоятельно.
Въ распределены спорообразующихъ сумокъ, равно какъ и въ образованы покрововъ, наблюдается у различныхъ родовъ и видовъ большое разнообраз!е. Если сумки подымаютсн внутри бутыльчатыхъ или ямчатыхъ углублешй, то получаются перитец!и; если-же оне покоятся на плоскомъ или блюдцевидномъ основаны, то получаются апотец!и. Эти перитецы и апотецы ошибочно также назывались плодами. Тутъ надо держаться техъ-же принциповъ, которые были приведены уже раньше относительно папоротниковъ и мховъ. Если образованно перитещевъ и апотещевъ действительно и предшествовало-бы оплодотвореше), то все-же пло- домъ можно признать только ткань, въ которой одинъ или несколько протопластовъ вследств!е оплодотворешя превратились въ зародыши. То, что вырастаетъ изъ этого плода, есть только новое поколеше, и при этомъ не имеетъ значешя, остается или петь новое спорообразующее покол-Ьше въ соединены съ предыдущимъ плодущимъ поколешемъ. Перитецы и апотецы и вообще все такъ-называемые плоды аскоми- цетовъ поэтому имеютъ то-же значеше, какъ и спорангы мховъ и споранпеносныя растешя у хвощей, плауновъ и папоротниковъ.
Въ третью группу соединяются все те споры, которыя образуются ни отдельно въ клеточныхъ гнездахъ клеточнаго тела, ни дроблешемъ протоплазмы внутри сумокъ, а при помощи отшнуровыван!я и отчленен!я. При такомъ спорообразованы происходить следующее. Замкнутая въ клеточной оболочке протоплазма образуетъ внутри себя перегородку, посредствомъ которой она делится на две половины, а полость клетки на две камеры. После этого перегородка расщепляется и обе клетки распадаются. Если клетка, разделившаяся надвое, имела форму слепо заканчивающегося мешка и перегородка была включена близь конца
слепого мешка, то получается впечатлите, какъ будто конецъ этого слепого мешка отшнуровался и затемъ отвалился. Остающейся участокъ снова имеетъ видъ слепого мешка, и у некоторыхъ родовъ отчленевае на его вершине можетъ повторяться еще несколько разъ. Этому слепому мешку, составляющему исходную точку или какъ-бы основание для отшнурованныхъ спорь, дали назвате базид!и. Правда, это обозначеше ботаниками до сихъ поръ применялось только для такъ-
'Таллид1и печеночныхъ и лиственныхъ мховъ: 1) Marchantia polymorpha съ таллид!евыми чашами, 2) одна таллид!евая чаша на продольномъ разрйз’Ь, 3) отдельная таллидгя; 4) Tetraphis pellucida, 5) стволикъ Tetraphis съ таллщцевою чашею, 6) таллид!евая чаша на продольномъ разрйзй, 7, 8) отд-Ьленныя таллидш Tetraphis; 9) ство- ликъ Leucodon sciuroides съ отводками, 10) отделенный отъ стволика отводокъ; 11) развит!е отводка изъ ризоидовъ отломившагося листочка Campylopus fragilis; 12 —14) развипе таллид!й на вершине листа у Syrrhopodon scaber; 15) Aulaconmion androgynum, 16) стволикъ его-же, несупцй таллидш, 17, 18) отдельныя таллидш. Фиг. 1 въ естеств. ^величину, фиг. 4 и 15 увелич. 2 раза, фиг. 2,12, 13:8—15 разъ, фиг. 5, 6, 9,10,14:20—40разъ, фиг. 3, 7, 8,17, 18:120 разъ. Ср. текстъ, стр. 21 и 22 и въ последующихъ главахъ.
называемыхъ базид!альныхъ грибовъ, но имеется полное основаше перенести это выражеше также и на все друпя образовашя, играюпця ту-же роль.
Всего проще происходить отшнуровываше спорь у известнаго подъ именемъ ^хлебной ржавчины" растетя, пронизывающаго на известной стад!и развитая въ виде паразита зеленую ткань листьевъ нашихъ хлебныхъ злаковъ. Его гифенныя нити выступаютъ для спорообразоватя пучками надъ поверхностью пораженной листвы. Здесь на слепомъ конце каждой гифы развивается лишь одна, сравнительно 2*
крупная спора, и послЬ ея отпад ешя гифа или базщця) теряетъ способность отшнуровывать дальнейш!я споры.
Сходное явлеше наблюдается также у трубчатыхъ, игольчатыхъ, пластинча- тыхъ и булавовидныхъ губокъ^или грибовъ, изъ которыхъ нисколько главнййшихъ представителей изображены на рисунке на стр. 17. Базидш у нихъ имеютъ видь булавы, заканчиваются, большею частью, четырьмя тонкими, шиловидными остр!ями, такъ-называемыми стеригмами, и съ вершины каждой стеригмы отчленяется по
Образован1е таллид!й въ кл-Ьткахъ водяной с^тки и въ клбткахъ Pediastrum: 1) Водяная с^тка (Hydrodictyon), въ естеств. величину, 2) часть водяной с-Ьтки, увелич. 50 разъ, 3—5) разви-пе и выходъ с-Ьтеобразной таллидти, увелич. 300 разъ; 6) Pediastrum granulatum, развшче и выходъ таллид!й, пунктированныя клйточныя камеры уже опустели, 7, 8) освободивпияся таллидш Pediastrum, увелич. 240 разъ. Ср. текстъ, стр. 21 и 22.
одной споре (фиг. 7). Эти (типичныя) базидш вместе съ тонкими, слепозаканчи- вающимися трубочками выстилаютъ пластинки и шипы, равно какъ и устья трубо- чекъ, развивающихся на нижней стороне шляповидныхъ спороносцевъ.
Изображенный въ I томе на стр. 512, фиг. 4 и 5, Aspergillus niger, плесень^ покрывающая, особенно, варенье, развиваетъ стройный, вверхъ стояния гифенныя нити, изъ раздутой вершины которыхъ выпячивается много короткихъ, сосочковид- ныхъ отроговъ или стеригмъ, отъ которыхъ быстро одна за другой отчленяются ряды изъ 5—15 споръ. Споры эти сначала находятся въ слабомъ соединенш и расположены такимъ образомъ, что производить впечатлеше четокъ; четки-же распределены такъ, что образуютъ сообща шаровидную головку. Всякаго рода потря-
сешя, особенно воздушными течешями, вызываютъ разъединеше рядовъ и распа- деше всей шаровидной кучки споръ. Остается лишь вздутая у вершины гифенная нить съ своими отростками, имеющая теперь видъ боевой булавы (см. тотъ-же рисунокъ I тома, фиг. 4).
У самой обыкновенной изъ всехъ плесеней, у кистевика (Penicillium), одинъ видъ котораго, именно Penicillium crustaceum, изображенъ на рисунке, томъ I, стр. 512, на фигурахъ 8 и 9, споры также отчленяются четковидными рядами отъ стеригмъ. Но здЬсь вверхстоящая гифенная нить, изъ которой возникаютъ споры, расчленена и у вершины не раздута булавовидно, а вилообразно разветвлена. У Peronosporaceae, куда принадлежим столь вредный для стручковыхъ растешй паразитъ Cystopus candidus, четковидные ряды споръ отчленяются безъ посредства базидш.
Разнообраз!е въ такомъ спорообразованш посредствомъ отчленешя, впрочемъ, еще усугубляется т^мъ, что у некоторыхъ растительныхъ семействъ отчленяемыя споры окружены еще особыми покровами. Это наблюдается особенно у известной подъ именемъ Aecidium стад!и развипя ржавчинныхъ грибовъ и у дождевиковъ. Эцид1и представляютъ изъ себя образовашя, возникающая изъ пронизывающей зеленую ткань листьевъ грибницы. Густо скученные концы мицел!альныхъ нитей юбразуютъ базидш, отъ которыхъ отчленяются четковидныя цепочки споръ, а эти облечены спораштемъ, развившимся изъ окружающихъ базидш клетокъ. Лишь после того, какъ разорвался коробочкообразный покровъ, споры, разсыпаюпцяся теперь, могутъ разсеиваться. У многочисленныхъ дождевиковъ илинутревиковънаблюдается подобное-же устройство, только базидш и споры расположены въ нихъ не столь правильно. Кроме того, между спорами развиты еще друпя клеточный, волоско- видныя образовашя, имеюпця особое вначеше при разсеиванш споръ и называемый капиллиыемъ.
Слоевцовыя растешя или таллофиты, подъ каковымъ именемъ понимаются те растешя, которыя лишены сосудистыхъ пучковъ, и потому никогда не вырастающая въ настояпце растительные кусты (ср. томъ I, стр. 590), на ряду съ одноклетными отводками, для которыхъ должно быть сохранено названье споръ, развиваютъ часто еще соединешя клетокъ, которыя, отделившись отъ слоевища, становятся самостоятельны, и возникновеше которыхъ не находится въ причинной связи съ опло- дотворешемъ. Эти клеточный группы до некоторой степени суть нечто среднее между одноклетными спорами и расчлененными на стволъ и листья почками сосудистыхъ растешй, оне суть части слоевища, изъ котораго оне образовались, весьма похожи также на это слоевище или таллусъ или все-же вскоре после того, какъ оне развились дальше, прюбретаютъ видъ этого таллуса и поэтому всего целесообразнее могутъ быть названы таллид!ями (ЗаХХбс маленьшй пббегъ, слоевище; elSoc: изображеше, видъ). Таллидш то являются въ виде рядовъ клетокъ, какъ, напр., на изображенныхъ на фигурахъ 12, 13 и 14 рисунка на стр. 19 листочкахъ мха Syrrhopodon scaber, то въ виде сетки изъ клетокъ, какъ у водяной сетки (Hydrodictyon; см. рисунокъ на стр. 20, фиг. 1, 4 и 5), то въ виде клеточной пластинки, какъ у лиственнаго мха Tetraphis pellucida (см. рисунокъ, стр. 19, фиг. 4—8), или-же въ виде комкообразнаго, шаровиднаго или элипсои- дальнаго клеточнаго тела, какъ у лиственнаго мха Aulacomnion androgynum (см. рисунокъ, стр. 19, фиг. 15—18). Иногда число соединенныхъ въ одномъ такомъ
отводке клетокъ ограничивается весьма немногими, въ другихъ-же случаяхъ сотни клетокъ соединены вместе въ одну таллидио, какъ въ названныхъ прежними ботаниками неподходящимъ именемъ зародышевыхъ почекъ отводкахъ мар- шанцш (см. рисунокъ, стр. 19, фиг. 1 — 3). Соредш лишаевъ, подъ каковымь именемъ понимаются одиночный или соединенный въ группы, опутанныя безцвет- ными гифенными нитями зеленыя клетки, отделяющаяся отъ слоевища лишаевъ, также принадлежать сюда. 1
Таллидш развиваются или внутри клеточной камеры производящаго растешя и выходить наружу въ виде готовыхъ, хотя еще и необычайно маленькихъ соеди- ненш клетокъ, какъ это видно изъ вышепомещенныхъ изображенш водяной сетки (Hydrodictyon utriculatum), фиг. 5, и обыкновеннаго въ нашихъ лужицахъ Pediastrum granulatum, фиг. 6, или-же отделяются поверхностный группы клетокъ, которыя после более или менее долгаго странствовашя где-нибудь оседаютъ и основываютъ новое поселеше. У некоторыхъ печеночниковъ и лиственныхъ мховъ развиваются особыя сумочки или чаши, изъ глубины которыхъ вырастаютъ таллидш, какъ это» наглядно видно у Marchantia polymorpha на фиг. 1—3 изображешя на стр. 19.
Къ образованно этихъ отводковъ у лишаевъ и мховъ можно побудить растеше посредствомъ повреждешя или поранешя. Но здесь побудительная причина не такъ ясно заметна въ своихъ следств!яхъ, можетъ быть еще и не такъ тщательна наследована, какъ у деревьевъ, кустарниковъ и многолетниковъ, по отношение къ которымъ столетий опытъ привелъ къ использование въ самыхъ широкихъ раз- мерахъ вызываемаго повреждешемъ образовашя почекъ, при искусственномъ раз- множенш полезныхъ растенш. Поразительное побуждеше къ образование отводковъ испытываютъ чужеядныя слоевцовыя растешя вследств!е отмирашя хозяина. Пока, питающее растеше здорово, свеже и сильно, паразиты съ своими гифами и всасывательными клетками остаются скрытыми внутри ткани. Они поедаютъ тамъ все, что только возможно, увеличиваются, пронизываютъ древесину, зеленую ткань, укромы запасной пищи на все увеличивающемся протяженш, не образуя, однакоv тамъ отводковъ. Лишь когда хозяинъ вполне обезеиленъ и чахнетъ, когда онъ борется со смертью и самому паразиту грозить опасность погибнуть одновременно* со своимъ кормильцемъ, паразита приготовляется къ выступление изъ развалинь и торопится покинуть въ виде отводковъ разрушенную ткань. Некоторый изъ труб- чатыхъ клетокъ быстро вырастаютъ изъ распадающейся ткани растешя-хозяина, черезъ устьица или трухлявый клеточный оболочки наружу, все содержимое паразита сбирается къ этимъ новымъ очагамъ развитая, и здесь въ местахъ, где возможно широкое разсеиваше посредствомъ воздушныхъ или водныхъ теченш въ окружающей среде, развиваются и отчленяются массами споры и таллидш. Паразита покидаетъ, распадаясь на многочисленные отводки, разрушенное имъ здаше* хозяина.
Корневы я почки.
Передъ самымъ домомъ, въ комнатахъ котораго я пишу эти строки, много» лета тому назадъ стояла громадная осина. Она была срублена, и при этомъ топорь заделъ ее настолько близко отъ почвы, что оставшшся отъ главнаго ствола пень возвышался лишь на вершокъ надъ землею. Следующею весною изъ задернованной
почвы на болыпомъ протяжеши вокругъ него показались стройные осиновые прутья, сначала одиночно, затемъ дюжинами, даже сотнями, такъ что, казалось, какъ-будто-бы на этомъ месте быль насажденъ маленькш осиновый лесокъ. Изъ прутьевъ стали деревца и деревья, и теперь вместо одной осины здесь находится целый осиновый лесъ. Деревья этого леса выросли не изъ семянъ, а произошли изъ подземныхъ корней срубленной осины. Пока старая осина не лишилась надземнаго ствола и облиственной кроны, изъ ея подземныхъ корней развивались только боковые корни, pocinie плоско подъ земною поверхностью и распространивппеся настолько широко, насколько они не встречали непреодолимаго препятств!я. Вдругъ происходящая въ этихъ корняхъ явлешя стали иными; созидающая деятельность въ нихъ не концентрировалась больше на приготовлеше боковыхъ корней, а на построеше почекъ, изъ которыхъ выросли надъ землею облиственные прутья.
Лесничш старой школы, которому указали на выше описанное явлеше и кото- раго спросили, какъ онъ его себе объясняетъ, выразилъ мнете, что назначенные для надземнаго стараго древеснаго ствола и его кроны соки после срубки дерева скопились въ подземныхъ корняхъ и пытаются пробиться наружу въ различныхъ местахъ; они не формируются, однако, въ боковые корни, которые были-бы, ведь, безполезны, а въ стройные побеги, выросппе въ болыпомъ числе надъ землею, потому что только такимъ способомъ осина могла сохранить свою жизнь. На первый взглядъ такой ответь можетъ показаться наивнымъ; но, подумавъ безпристрастно, мы должны признаться, что мы не въ состояши дать существенно иного объяс- нешя. Если назвать живые протопласты въ образовательной ткани корней „соками“, то научное объяснеше, собственно, не отличается больше отъ объяснешя, даннаго лесничимъ. Тамъ, где прежде были очаги развиыя боковыхъ корней, после срубки дерева образовались очаги для развиыя облиственныхъ побеговъ; те-же самые протопласты, которые теперь трудятся надъ построетемъ почки, въ случае, если осина не была-бы срублена, построили-бы боковые корни. Что къ такой перемене въ созидательной деятельности побудила срубка дерева, очевидно, хотя механическое объяснеше этого побуждешя и не можетъ быть дано. Единственно, что можно было-бы себе представить въ такомъ случае въ виде побудителя, есть невозможность оттока скопленныхъ въ корняхъ строительныхъ матер!аловъ по тому напра- влешю, по которому прежде направлялся токъ веществъ.
Въ этой исторш осины особенно интересно еще то обстоятельство, что корни, изъ которыхъ выросли побеги, впоследствш по большей части отмерли и перегнили, и что отходяпце изъ техъ-же корней расположенные рядами прутья затемъ превратились въ самостоятельныя, снабженный собственными корнями деревца, о которыхъ можно-бы подумать, что они посажены рядами въ землю рукою человека. Въ действительности-же осина сама насадила изъ своихъ подземныхъ частей эти деревца и этимъ не только обновилась, но и размножилась. Само собою понятно, при этомъ размноженш одна клетка въ способной къ росту части корня должна была образовать исходную точку для новаго побега, начало побега. Клетка, на которую выпалъ этотъ жребгй, делится, дочертя клетки снова делятся, но и несколько соседнихъ клетокъ причастны къ новой постройке, и мы можемъ себе представить процессъ только такимъ образомъ, что въ пределахъ живой, способной къ развитью ткани корня группа протопластовъ выделяется среди другихъ и обра- зуетъ союзъ, члены котораго, помогая другъ другу, работаютъ надъ построетемъ
новаго побега. Протопластъ въ образующей исходную точку для новаго побега клетке, равно какъ и сосбдше протопласты, не испытываюсь, однако, передъ нача- ломъ работы никакого побуждетя со стороны соседнихъ клетокъ, совокуплешя не происходить, и обновлеше и размножеше осины, разыгрывающаяся на нашихъ гла- захъ, поэтому надо признать безполыми. Соображеше,что изъ одного осиноваго корня произошли не одинъ побегъ, а десять поббговъ, приводить, однако, къ при- знашю, что протопласты способной къ росту корневой ткани при новыхъ, создан- ныхъ срубкою дерева услов!яхъ обособились, сгруппировались въ десять союзовъ, изъ которыхъ каждый съ этого времени исключительно предался новой задаче, способствовать росту созидаемаго побега. Если наследовать положеше этихъ клб- точныхъ группъ, то оказывается, что новые образовательные очаги всегда развиваются въ более глубокихъ слояхъ коры. Изъ одной клетки, протопластъ которой управляетъ всемъ союзомъ и который беретъ на себя руководство всею постройкою, возникаетъ сперва тело изъ нежной ткани, съ одной стороны пробивающееся кнаружи къ поверхностнымъ слоямъ коры, а съ другой стороны—ковнутри соединяющееся отрогомъ съ камб!альнымъ слоемъ корня. Вскоре развиваются и сосудистые пучки, посредствомъ которыхъ отрогообразный зачатокъ новой почки вступаетъ въ соеди- неше съ древесиною корня. После того какъ это все совершилось, кора, наконецъ, прорывается, и почка, залагающая подъ растущею вершиною листья, выступаетъ изъ места прорыва. •
Так1я почки, равно какъ и происходящее изъ нихъ побеги, называются прикорневыми. Оне далеко не редки, и было-бы ошибочно думать, что оне встречаются только у избранной для примера осины. Не только большое число деревьевъ, но и мнопе кустарники и много высокихъ и низкихъ многолетнихъ травъ обла- даютъ такимъ способомъ обновлешя и размножешя, и для многихъ онъ является самымъ верными и самымъ производительными способомн размножешя. Не надо также думать, что прикорневыя почки возникаю™ только тогда, если надземный части даннаго растешя вследств!е необычнаго случая были повреждены или уничтожены. Верно, что это самая частая причина, но столь-же достоверно, что не малое число деревьевъ и кустарниковъ, не пострадавъ отъ нападешя гусеницъ или полома ветромъ или отн топора дровосека, сами отн себя залагаютъ на своихъ корняхъ почки, когда къ тому пришло время, именно, когда они стали слабы отн старости и въ кроне отмираетъ суки за сукомъ. Старыя, суховершинный деревья осины, айланта, тюльпаннаго дерева, красильнаго тута (Populus tremula, Ailanthus glandulosa, Liriodendron tulipifera, Madura aurantiaca), а также отсыхающ!е кустарники малины, облепихи, лазуна, боярышника, барбариса, сирени и розъ (Rubus Idaeus, Hippophae, Lycium, Crataegus, Berberis, Syringa, Rosa) и многочисленный друпя древесный растешя всегда бываю™ окружены происшедшею изъ ихъ корней обильною, молодою порослью, между темп каки у молодыхъ экземпляровъ ихн безъ предшествовавшаго повреждешя надземныхъ частей никогда не замечаются таше корневые отпрыски.
Способностью корней залагать почки пользуются также садовники для размножешя, втыкая вырезанные куски корней растешя во влажную почву, после чего си уверенностью могутъ расчитывать на несколько почекъ на каждомъ куске корня. Съ особенно благощиятнымъ результатомъ применяется размножеше такъ- называемыми корневыми черенками для красивоцветущихъ деревьевъ и кустарни-
ковъ Cydonia Japonica, Paulownia imperialis, Tecoma radicans, Dais cotinifolia и для разныхъ видовъ родовъ Acacia, Halesia, Hermannia и Plumbago. Впрочемъ, образо- ваше почекъ наблюдается на корняхъ не только деревьевъ и кустарниковъ, но и травя- нистыхъ растеши, притомъ у некоторыхъ какъ обыкновенное, ежегодно повторяющееся явлеше, напримеръ у вонючей бузины (Sambucus Ebulus), ваточника (Ascle- pias Cornuti), софоры (Sophora alopecuroides), широколиственнаго кресса (Lepidium latifolium), малаго щавеля (Rumex Acetosella), различныхъ видовъ льнянки и молочая, несколькихъ сложноцв'Ьтныхъ и пеларгонш; у другихъ какъ редкое, вызванное особыми внешними услов!ями, особенно повреждешями, явлеше, напримеръ, на пора- ненныхъ корняхъ некоторыхъ орхидей (Epipactis microphylla, Neottia Nidus avis) и принадлежащая къ папоротникамъ ужовника (Ophioglossum vulgare). Нельзя обойти молчашемъ и почки, возникающая на воздушныхъ корняхъ. Изъ столбовыхъ воздушныхъ корней тропическихъ фиговыхъ деревъ выступаютъ почки и изъ нихъ облиственные побеги съ такою правильностью, что легко можно счесть эти колонны на первый взглядъ также за стволы.
Стеблевыя почки.
Почки и побеги, вырастающее непосредственно изъ какой-либо части стебля, называются стеблевыми. Каждое междоузл!е стебля можетъ дать начало поч- камъ. Всего чаще, правда, почки, особенно превращающаяся позже въ отводки, развиваются на междоузл!яхъ, несущихъ низовые и срединные листья, но и ниже, и выше наблюдается возникновеше почекъ, притомъ безъ заметнаго пoвpeждeнiя или вообще какой-либо иной внешней причины. Такъ, напримеръ, весьма часто случается, что на подсемядольномъ колене обыкновенныхъ въ огородахъ и на поляхъ сорныхъ растешй Anagallis phoenicea, Euphorbia Peplus и helioscopia, a также на подсемядольномъ колене молодыхъ растеньицъ льнянки (Linaria vulgaris) и некоторыхъ зонтичныхъ залагаются почки, вырастающая тотчасъ-же въ облиственные побеги. Эти почки на подсемядольномъ колене заслуживаютъ тЬмъ бдлыпаго внимашя, что оне возникаютъ подъ семядолями и вовсе не изъ листовой пазухи, т. е. не изъ угла, образованнаго листомъ и стеблемъ.
Въ несущемъ срединные листья участке возникновеше внб листовой пазухи сравнительно редко. Изъ относящихся сюда случаевъ укажемъ на приподнятыя надъ пазухою листа почки пасленовыхъ растенш (Solanaceae), на возникающ!я рядомъ съ листьями изъ стебля почки у Serjania, Medeola asparagoides и т. д. и на супротивныя листьямъ почки у Ampelidaceae. Но и въ этихъ случахъ всегда, какъ оказывается, существуютъ отношешя къ зеленымъ листьямъ стебля, объяс- няющiяcя всего естественнее темъ, что стеблевая почка нуждается для дальней- шаго развитья въ образованныхъ въ зеленой ткани листьевъ строительныхъ мате- р!алахъ. Эти-же последше доставляются ей кратчайшимъ путемъ въ томъ случае, если она помещается возможно близко къ тому месту, где проводнице пучки пере- ходятъ изъ зеленыхъ листьевъ въ стебель. Если на стебле многочисленные листья сильно сближены, то едва возможно, чтобы въ каждой листовой пазухе развилось по почке. Въ такихъ случаяхъ наблюдается всегда подходящш выборъ места воз- никновешя почекъ; въ пазухахъ большинства листьевъ на такихъ стебляхъ вовсе
26261. РаЗМНОЖЕШЕ РАСТИТЕЛЬНЫХЪ недълимыхъ ОТВОДКАМИ.
26
26
не залягается почекъ, и только на самыхъ благопр!ятныхъ для дальнййшаго раз- расташя растешя, образуется нисколько сильныхъ почекъ. Это наблюдается у обильно облиственныхъ молочаевъ, елей, пихтъ и многочисленные другихъ хвойныхъ. Гдй въ пазухахъ листьевъ залягаются почки, на каждый листъ приходится по одной почкй, или-же онй располагаются по двй, три или четыре въ пазухй листа, причемъ одна выдается среднимъ положешемъ, а часто и величиною, тогда какъ друпя являются подчиненными. На несущемъ низовые листья участий стебля, особенно луковичныхъ растены, однако, не рйдко случается, что въ пазухй одного широкаго, чешуевиднаго листа возникаетъ на толстомъ днй луковицы дюжина мелкихъ почекъ.
Почки, возникающая въ поясй верхушечныхъ листьевъ, развиваются большею частью въ цвйты, задача которыхъ состоитъ въ образованы плодовъ. Однако и въ поясй верхушечныхъ листьевъ не вполнй отсутствуютъ почковидные отводки; злаки, камнеломки, гречишныя представляютъ въ этомъ отношены много примйровъ.
Поврежден1я могутъ во всйхъ участкахъ стебля вызывать образовante почекъ, причемъ почки всегда возникаютъ у поврежденнаго мйста и нельзя замйтить отношешя мйстъ образовашя почекъ къ листьямъ. Извйстенъ случай, когда на поперекъ разрйзанномъ ст'еблй травянистаго экземпляра морской капусты (Crambe maritima), сердцевина загнила, а на внутренней поверхности конца сосудистыхъ пучковъ изъ ткани такъ-называемаго пучковаго влагалища развились почки и побйги. На мйстахъ поранешя многолйтнихъ клубней геснер!евыхъ возни- каютъ обыкновенно цйлыя группы почекъ. Если стволъ или сукъ лиственнага дерева, напр., дуба или ясени, срйзается поперекъ, то на оставшемся кускй развивается вокругъ древесины надъ корою, или, выражаясь точнйе, на границй древесины и луба, изъ сердцевинныхъ лучей тонкостйннаго луба ткань, вздувающаяся и принимающая затймъ видъ какъ-бы кольцевого вала. Перерйзанныя, обнаженный клйтки древесины не обладаютъ способностью дйлиться, размножаться и давать начало новообразовашямъ, онй засыхаютъ на воздухй, на который онй выставлены, и отмираютъ. Ткань, образующая кольцевой валъ, однако, увеличивается въ ширину, все болйе и болйе суживаетъ мертвую среднюю часть на поперечномъ срйзй пенька и обволакиваетъ ее, наконецъ, до такой степени, что перерезанная древесина вполне прикрывается новообразовашемъ. Это новообразоваше называютъ наплывомъ (callus) и сравниваютъ его съ новообразовашемъ,которое, на ампутированной руке или ноге, исходя изъ лежащей подъ кожею соединительной ткани, постепенно затягиваетъ рану, происшедшую после ампутировашя. Этотъ наплывъ имйетъ для срйзанныхъ растешй особый интересъ потому, что въ немъ возникаютъ очаги для развит!я новыхъ почекъ, изъ которыхъ затймъ вырастаетъ такъ-называемая поросль о тъ ствола. На продольномъ разрезе, сдйланномъ черезъ заплывппй пенекъ дубоваго дерева, видно, что каллусъ какъ-бы вклиненъ между старымъ лубомъ и старою древесиною, и замечается, что хотя новообразоваше и состоитъ преимущественно изъ паренхимной ткани, но что развились и сосудистые пучки, которые, исходя изъ вклиненной части наплыва, сильно искривленные и согнутые, тянутся внизъ и производятъ органическое соединеш е со старымъ отрйзкомъ ствола. Почки, возникающая изъ наплыва, не находятся, какъ уже упомянуто, ни въ какой связи съ листьями, не располагаются также на геометрически опредйленныхъ разстояшяхъ, какъ развивающ!яся въ листовыхъ пазухахъ почки, большею частью скучены и образуются далеко неодновременно. Изъ такого
наплыва въ продолжеше несколькихъ л4тъ могутъ возникать на подходящихъ Mtстахъ все новыя и новыя почки, а изъ наплыва могутъ подыматься побеги самыхъ различныхъ возрастовъ. Невольно при взгляде на так!я обволакивающая пенекъ каллозныя образо- вашя, изъ которыхъ появляются побеги въ виде прямого продолжешя срезаннаго поперекъ стараго ствола, вспоминаются привитыя и окулированныя деревца (ср. томъ I, стр. 211). Нельзя также отрицать сходство съ некоторыми чужеядными растешями^ особенно съ ремнецветникомъ (Loranthus), соединеше котораго съ хозяиномъ происходив подобнымъ-же образомъ, какъ и соединеше наплыва со старымъ пенькомъ^ посредствомъ вклиненной между корою и древесиною ткани (ср. томъ I, стр. 206).
Точно такъ-же, какъ перепиливаше или перерезываше цЬлаго ствола, и вы- резываше коры на бокахъ ствола имеетъ cлiдcтвieмъ образоваше наплыва, и, какъ и тамъ, при боковыхъ поранешяхъ ствола зарасташе оголенной древесины наплы- вомъ исходитъ изъ ткани, лежащей между корою и древесиною. Кроме того, у кЬкоторыхъ деревьевъ образоваше наплыва наступаетъ само собою безъ внешнихъ повреждешй, какъ, напр., на старыхъ стволахъ ясеней и тополей, кора которыхъ безъ заметной внешней причины местами растрескивается и разрывается, после, чего въ получивппяся щели включается каллозная ткань, которая можетъ дать начало почкамъ въ числе 10, 20, 30 и даже еще более.
Впрочемъ, почки, возникающая изъ каллозныхъ наростовъ стволовъ не сле- дуетъ смешивать съ теми, который леснич!е называютъ „спящими глазками" и „спящими почками", а также съ образовашями, который прежде называли боковыми, верхними и нижними добавочными почками, а въ последнее время рядовыми почками; оне по своему развитие весьма разнообразны, но въ совокупности своей представляютъ приспособлешя, оберегаюпця растешя отъ погибели, такъ какъ они имеютъ задачу замещать отмерппе побеги. Эти образовашя, въ виду указанной ихъ роли всего лучше соединяемый подъ именемъ запасныхъ по- чекъ, развиваются или уже одновременно съ теми почками, которыя они при случае должны заместить, или-же залягаются лишь впослйдств!и въ коре въ ближайшемъ соседстве съ местами отхожден!я отсохшихъ побеговъ. Последнее случается сравнительно реже. У бобровника (Spartium junceum), изображеннаго въ I томе, стр. 324, въ пазухе каждаго листа развивается всегда по одной почке. Эта почка выра- стаетъ на следующш годъ въ длинный, прутовидный побегъ, а одновременно въ ткани коры подъ самымъ основашемъ этого побега залагается новая почка. Если на следующей годъ первый побегъ отомретъ, что случается очень часто, особенно близъ северной границы средиземноморской растительной области, то изъ этой почки развивается побегъ, а у самаго его основашя снова залагается добавочная почка. Это можетъ повторяться въ течете несколькихъ лйтъ, и въ конце концовъ повыше последняго придаточнаго побега можно видеть целый рядъ отсохшихъ пеньковъ. Такой, наблюдаемый не только у бобровника, но и у некоторыхъ дру- гихъ родственныхъ мотыльковыхъ средиземноморской флоры, способъ роста, весьма заметно вредить свежему, здоровому виду растешй; присутств!е многочисленных^ сближенныхъ отсохшихъ остатковъ производить впечатлеше болезненности и чахлости; или-же можно подумать, что эти кусты объедены животными или ежегодно обрезывались и укорачивались рукою человека, тогда какъ все эти изменешя совершаются сами собою безъ такихъ внешнихъ воздействш.
У известной подъ именемъ белой акащи Robinia Pseudacacia въ пазухе каж- даго листа первоначально образуется по одной почке, но позже близъ утолщеннаго основашя листового черешка появляется на стволе углублеше, и въ этомъ углуб- леши возвышаются одинъ, два, даже три маленькихъ бугорка подъ первою почкою. Эти бугорки суть не что иное, какъ первые зачатки запасныхъ почекъ, развиваю- пцеся здесь подъ пpикpытieмъ и защитою остатковъ листового черешка. Если за- темъ въ следующемъ году развившшся изъ первой почки побегъ отмираетъ, то приходите очередь верхней запасной почки, т. е. она вырастаетъ въ придаточный побегъ, который тоже можетъ отмереть и быть замененъ следующею запасною почкою. Подобное-же явлеше, какъ у Robinia Pseudacacia, наблюдается и у раз- ныхъ видовъ рода Gleditschia, но у этихъ деревьевъ запасныя почки только отчасти скрыты подъ остаткомъ листового черешка, и способность залагать новыя почки на концахъ междоузл!й стебля у нихъ почти неограничена. Известны глeдичiи, какъ, напр., Gleditschia Caspica, у которыхъ возмещеше отсохшихъ короткихъ побеговъ происходите въ продолжены десяти и даже более л^тъ, вследств!е чего у этихъ деревьевъ очень длинныя ветви на местахъ развиня почекъ узловато утолщены, и на этихъ узлахъ замечаются тесно сближенные отсохтше остатки, образовавшиеся за предыдущее годы, двадцати и более короткихъ побеговъ. У кав- казскаго дерева Pterocarya Caucasica, близкаго къ грецкому ореху, въ первомъ году въ пазухе каждаго листа образуется единственная почка, которая замечательнымъ образомъ кажется приподнятою на 1—2 см. надъ основашемъ листа. Между темъ какъ она на следующей годъ вырастаетъ въ побегъ, надъ самымъ прежнимъ осно- вашемъ листа залагается запасная почка, разрастающаяся, въ случае пoвpeждeнiя перваго побега, лишь въ одномъ изъ последующихъ годовъ.
Гораздо чаще только что приведенныхъ наблюдается тотъ случай, что вырастающая въ первомъ году въ побегъ почка и остающаяся для замещешя ея въ покоющемся состояны почки залягаются все одновременно. У черной бузины (Sambucus nigra) въ каждой листовой пазухе возникаю™ две почки одна надъ другою, у синеплодной жимолости (Lonicera coerulea), равно какъ и у несколькихъ близкихъ ей видовъ, въ каждой пазухе развиваются расположенный въ рядъ другъ надъ другомъ три почки почти одинаковой величины. На следующы годъ, однако, большею частью только одна изъ нихъ вырастаетъ въ побегъ, остальныя задерживаются въ развиты, сохраняются несколько летъ въ живомъ состояны про запасъ и даютъ побеги только въ случае, если первый побегъ почему-либо погибнетъ. У кустарныхъ североамериканскихъ аморфъ, изъ коихъ некоторый, особенно Amorpha fruticosa, glauca и папа, стали излюбленными кустарниками въ европей- скихъ садахъ, надъ каждымъ листомъ залагаются две почки, одна меньшая и, сей- часъ-же надъ нею, другая, более крупная. Изъ последней въ следующемъ году развивается побегъ, меньшая остается про запасъ. Если первый побегъ отсыхаете, то разрастается запасная почка, и въ такомъ случае сейчасъ-же надъ свежимъ побегомъ замечается пенекъ отсохшаго перваго побега. У североамериканская дерева Gymnocladus Canadensis на верхнихъ междоузл!яхъ сильныхъ ветвей надъ ocнoвaнieмъ каждаго листа также наблюдается развийе двухъ, расположенныхъ одна надъ другою почекъ, верхней, большей и нижней, меньшей, изъ которыхъ последняя вырастаетъ въ побегъ только въ томъ случае, если понадобится возместить первый побегъ. Несколько другихъ древесныхъ растены, стволы которыхъ
хотя и становятся весьма толсты, но не имеютъ ни древовиднаго роста, ни равномерной, красивой кроны, примерами каковыхъ могут служить Тудино дерево (Cercis Siliquastrum) и японская Forsythia viridisshna, образуют прутовидные, длинные побеги, верхняя половина которыхъ въ течеши зимы часто отмираетъ. На нижней, остающейся живою, половине побега почки очень сближены. Большею частью две стоять близко одна надъ другою. Изъ этихъ двухъ почекъ, однако, въ следующемъ году развивается сперва только верхняя; лишь если она зачахнет, наступаетъ очередь нижней почки.
Иногда въ пазухе каждаго листа образуются три почки, расположенныя не другъ надъ другомъ, а одна около другой. Средняя изъ трехъ этихъ почекъ вырастаетъ въ следующемъ году въ побегъ, боковыя сохраняются про запасъ. Если выросшш побегъ отомретъ, то въ следующемъ затемъ году разбивается одна изъ запасныхъ почекъ, какъ, напр., на удлиненныхъ побегахъ Celtis (Celtis Tournefortii, orientalis, occidentalis), или-же развиваются одновременно обе запасныя почки, какъ, напр., у южнаго тростника (Arundo Donax) и у несколькихъ видовъ рода Bambusa. Виды рода Zanthoxylon въ каждой пазухе листа залагаютъ 9—18 почекъ, изъ которыхъ средняя самая крупная и въ следующемъ году вырастаетъ въ укороченный или удлиненный побегъ. Остальныя менышя почки остаются въ запасе въ коре у осно- вашя побега. У целомудренника (Vitex Agnus castns) въ пазухе каждаго листа залягается по четыре почки, средняя, самая крупная, меньшая, расположенная ниже крупной, и еще две друпя менышя, изъ которыхъ одна находится справа, другая слева отъ средней крупной почки. На следующей годъ изъ крупной средней почки вырастаетъ побегъ, тогда какъ три менышя остаются въ покоющемся состоянш. Лишь на второй годъ, когда среднш побегъ отмерь, что случается далеко не редко, развиваются въ побеги менышя запасныя почки, и притомъ не редко все три одновременно, вследств!е чего местами отъ одной почки отходить пучекъ изъ четырехъ тонкихъ побеговъ, одного отсохшаго и трехъ зеленеющихъ. Если эти последив на своихъ концахъ снова отсохнуть, то изъ почекъ у основашя ихъ выступають новые побеги, и кусты, съ которыми это случается, производить тогда весьма некрасивое, корявое, метлообразное впечатлеше, особенно въ то время, когда они лишены украшающей ихъ листвы.
Странное развиНе запасныхъ почекъ наблюдается также у встречающагося въ южнорусскихъ (прикасшйскихъ) степяхъ кустарника Atraphaxis. Въ пазухе каждаго листа возникают одновременно четыре тесно скученный почки, одна очень маленькая непосредственно надъ основашемъ листа, одна крупная надъ нею и две средней величины справа и слева. Крупная почка превращается въ облиственный побегъ, маленькая въ цветокъ, обе боковыя остаются въ виде запасныхъ почекъ до второго, при случае и до третьяго года. Если происшедшш изъ крупной почки побегъ погибнет, то развиваются боковыя запасныя почки; но какъ только оне начинают раскрываться, уже снова залягаются запасныя почки въ коре справа и слева отъ давшихъ побеги. И въ этомъ случае корявый рост названнаго степного* кустарника находится въ связи съ оригинальнымъ образовашемъ почекъ. Очень часто встречается также следующш сдучай. Изъ одной или несколькихъ скучен- ныхъ въ пазухе листа, расположенныхъ то другъ возле друга, то другъ надъ другомъ почекъ, развиваются цветочные побеги. Лишь после того, когда образовав- пиеся изъ цветовъ плоды или несупце ихъ побеги отпали и на месте ихъ отделешя
получились рубцы, наступаетъ очередь запасныхъ почекъ, которыхъ у Spiraea crenata заложена только одна, у степного миндаля (Amygdalus папа) и у Prunus Mahaleb 2—3. Въ этомъ отношены царствуетъ почти неограниченное разнообраз!е> подробное описаше котораго, однако, выходить изъ рамокъ этой книги.
Отличная отъ всехъ другихъ форма запасныхъ почекъ встречается у ивъ. Уже при первомъ взгляде на однолетнюю ветвь ивы бросается въ глаза, что каждая почка покрыта лишь одною единственною, имеющею видъ колпачка, чешуею, что эта почечная чешуя возникаетъ изъ наружныхъ слоевъ ткани коры и предста- вляетъ какъ-бы снимающейся и прикрывающш зачатокъ почки участокъ коры. Облеченная этою чешуею довольно крупная почка имеетъ стержень, образовавшейся въ виде боковой оси изъ пазухи несущаго почки побега, и можно проследить непрерывную связь древесинныхъ сосудовъ и древесинныхъ клетокъ отъ ветви до осно- вашя почки. Рядомъ съ этою крупною почкою замечаются еще очень мелше зачатки почекъ, къ которымъ не тянутся изъ древесины ветки пучки; оне возни- каютъ изъ включенной въ кору особой клеточной ткани и на однолетней ветви невидимы снаружи по той причине, что они покрыты крупною почечною чешуею въ виде колпачка. Клеточную ткань, изъ которой возникаютъ эти мелшя почки, можно было-бы сравнить съ наплывомъ, еслибъ она не появлялась на совершенно кеповрежденныхъ ветвяхъ и задолго передъ образовашемъ трещинъ и разрывовъ въ коре. Когда затемъ на второй годъ крупная средняя почка начинаетъ вырастать въ боковую ветвь, когда ось ея вытягивается и чешуя въ виде колпачка сбрасывается, то обнаруживаются и мелшя почки; оне являются тогда въ виде обратно- яйцевидныхъ или шаровидныхъ бородавокъ у основашя новыхъ, происшедшихъ изъ крупныхъ почекъ боковыхъ ветвей, но не увеличиваются и не уменьшаются, и остаются неизменными въ своемъ глубокомъ сне. Возможно, что оне вообще никогда не развиваются дальше; въ случае-же ветвь, у основашя которой оне образовались, пострадаетъ или отомретъ, оне просыпаются отъ сна, распускаются и превращаются въ облиственныя ветви. Повидимому, задача ихъ возмещать, утраченное подъ вл!яшемъ неблагощиятныхъ внешнихъ условш.
Ломшя ивы получили свое назваше отъ поразительной ломкости своихъ ветвей. Толстостенный лубъ и древесина ихъ имеютъ у основашя одно- и двулет- нихъ ветвей своеобразное строеше, отъ чего и зависитъ, что уже при незначи- тельномъ толчке происходить разъединеше ткани, именно, что ветвь надламывается поперекъ и падаетъ на землю. Повидимому, для этихъ ломкихъ ивъ выгодно освобождаться отъ некоторыхъ необлиственныхъ и безполезныхъ, усаженныхъ лишь рубцами отпавшихъ цветочныхъ сережекъ ветокъ, который представляютъ для нихъ настоящш балластъ. По крайней мере достоверно, что несколько ломкихъ ивъ самовольно сбрасываютъ часть этихъ ветвей, причемъ изъ только что описан- ныхъ, скрытыхъ подъ корою покоющихся почекъ вырастаютъ взаменъ ихъ облиственныя ветви. У тополей наблюдаются сходный явлешя; но у нихъ ветви отламываются несколько выше основашя, а замена покрытыхъ мертвыми рубцами ветвей ветвями, несущими зеленые листья, происходить посредствомъ заложенныхъ въ пазу- хахъ прежнпхъ почечныхъ чешуй запасныхъ почекъ. Въ этихъ случаяхъ не можетъ быть и речи о повреждены, столь-же мало, какъ при сбрасываши листьевъ осенью, происходящемъ само собою на пользу растенью и на которое внешшя обстоятельства могутъ вл!ять только ускоряющимъ или замедляющимъ образомъ (ср. томъ1, стр. 349).
Во всехъ описанныхъ до сихъ поръ случамхъ придаточным почки залагаются въ ткани коры. Прямого соединешя ихъ съ древесиною ствола первоначально не имеется; только, когда придаточныя почки пробуждаются, когда онб должны заступить место утраченнаго побега и сами вырости въ таковой, происходить, по- средствомъ особыхъ проводящихъ пучковъ, соединеше съ древесиною и, такимъ образомъ, съ путями сыраго питательнаго сока. Существуетъ, однако, еще другой видъ придаточныхъ почекъ, соединенныхъ уже съ самаго начала съ древесиною ствола, остающихся съ нею въ соединеши въ течеши всей жизни и обозначаемыхъ уже упомянутымъ назвашемъ „с ня щ ихъ гл азко в ъ“. Если осмотреть однолетнюю ветвь, то оказывается, что развитый въ пазухахъ листьевъ почки въ верхней половине ветви гораздо крупнее и сильнее, чемъ у основашя ея, а надъ местомъ прикреплешя нижнихъ чешуевидныхъ низовыхъ листьевъ ветви нельзя заметить даже утолщен!я, которое можно было бы признать за зачатокъ новой почки. Только на продольныхъ разрезахъ черезъ самую нижнюю часть разсматри- ваемой ветви видно, что и здесь въ глубине ткани коры имеются почки на пер- выхъ ступеняхъ развипя. Заметныя въ конце перваго года на средней высоте и на вершине ветви крупный почки вырастаютъ въ следующемъ году въ новыя ветви, снизу снова усаженный почечными чешуями, а вверху листьями; мелшя же, невзрачный, снаружи иногда совсемъ не видимыя почки у основашя однолет- нихъ ветвей, о которыхъ была выше речь, остаются безъ развийя и какъ бы погруженными въ глубокш сонъ. Оне пребываютъ на месте ихъ образовашя въ коре, то заметныя снаружи, то прикрытия внешнею тканью коры, сохраняя прежнюю величину и форму, и единственное происходящее въ нихъ изменеше состоитъ въ тойъ, что проводнице изъ древесины ветви къ спящимъ глазкамъ пучки ежегодно удлиняются на толщину новаго кольца древесины. Эти пучки имеютъ такое- же расположеше, какъ и въ видимыхъ снаружи ветвяхъ, и потому ихъ можно также считать скрытыми боковыми осями или боковыми ветвями, который погружены въ древесину главной ветви и заканчиваются спящими почками. Это сравнеше темъ более основательно, что скрытый въ древесине боковыя оси и боковыя ветви могутъ точно такъ-же разветвляться, какъ и отходяпцяотъ периферш ствола и разветвляющаяся въ воздухе.
На боковыхъ веточкахъ, скрытыхъ внутри древесной массы все более и более утолщающагося главнаго ствола, могутъ залагаться и новыя почки. У некоторыхъ деревьевъ развиваются даже погруженный въ массу древесины ствола, многократно разветвленным, заканчивающаяся спящими почками образовашя, который вызы- ваютъ изменешя въ направлеши окружающихъ древесинныхъ трубокъ и древесныхъ волоконъ и причиняютъ искривлешя и переплетешя последнихъ. Такимъ образомъ возникаютъ то бблыше, то меныше, включенные въ правильно тянупцеся элементы древесины желваки, составленные изъ вилообразно разаетвленныхъ и заканчивающихся спящими почками скрытыхъ веточекъ и изъ различно перевитыхъ древесныхъ волоконъ; они известны подъ назвашемъ капа. На разрезахъ и вырезахъ такихъ каповъ, которые очень ценились для фанерочныхъ работа несколько десятилетш тому назадъ, видны самые странные узоры, обыкновенно окруженные кольцами глазки, соответствующее разрезамъ черезъ скрытыя ветви, и змеевидно извиваюпцяся лиши, представляющая разрезы черезъ изогнутыя древесным волокна.
Какъ уже было упомянуто выше, на ветвяхъ многихъ деревьевъ и кустар- никовъ остаются особыя почки въ покоющемся состоянш, соответствующая пазухамъ самыхъ нижнихъ листовыхъ образованш. Поразительное отклонеше наблюдается у тамарисковъ (Tamarix). Молодыя ветви ихъ усажены безчисленнымъ множествомъ мелкихъ листочковъ, а въ пазухе каждаго листочка залагаются скученный почки, обыкновенно въ числе трехъ. Раскрыться всемъ этимъ почкамъ въ сле- дующемъ году и развиться одновременно невозможно уже въ виду недостатка места; изъ веточки, длиною въ вершокъ, должны были-бы тогда вырости одновре* менно около тысячи боковыхъ веточекъ. Действительно, лишь изъ сравнительно немногихъ заложенныхъ почекъ развиваются побеги, и эти последше распределены настолько целесообразно, что ни одинъ не мешаетъ другому, не отодвигаетъ его въ сторону и не отбиваетъ у него воздуха и света. Сотни заложенныхъ почекъ, оставшихся въ спящемъ состоянш, при томъ не только у основашя, но распределяясь на всю длину ветви, погружены во все более и более утолщающейся тамарисковой ветви, и этимъ объясняется, что происшедшее изъ такихъ ветвей стволы почти не имеютъ границъ въ образованы боковыхъ побеговъ, и что даже много летъ спустя изъ нихъ могутъ вырастать сотни свежихъ побеговъ.
Следуетъ упомянуть здесь еще о томъ факте, что на одномъ и томъ-же дереве или кустарнике могутъ встречаться запасныя почки разнаго рода. Такъ, на- примеръ, въ ветвяхъ и стволахъ гледичы и ивъ, кроме заложенныхъ въ ткани коры запасныхъ почекъ, всегда находятся и спяпця почки на конце скрытыхъ ветвей. Есть и еще мнопя иныя комбинацш, входить въ подробное разсмотреше которыхъ здесь невозможно.
Заложенный въ ткани коры и не соединенный съ древесиною ствола запасныя почки сохраняются въ живомъ состоянш большею частью только въ течете не- сколькихъ летъ, спяпця-же почки на концахъ скрытыхъ ветокъ могутъ оставаться способными къ развитью въ продолжеше многихъ летъ. Некоторый изъ нихъ, правда, отмираютъ черезъ несколько летъ, не заменяясь другими; некоторый поги- баютъ, но замещаются новыми, развивающимися на концахъ скрытыхъ ветокъ; но это редкое явлеше въ сравненья съ болыпимъ числомъ техъ случаевъ, когда спя- пця почки остаются живыми мнопе годы. Весьма обыкновенное явлеше, что на старыхъ деревьяхъ, стволы которыхъ давно покрылись коркою, скрытыя ветви направляются изъ самаго стараго внутренняго древесиннаго кольца сквозь 80, 100 и более годичныхъ колецъ къ спящимъ въ коре почкамъ, хотя снаружи на стволе нельзя заметить ни малейшаго намека такого образовашя.
Представимъ себе следующей случай. Страшная буря проявила свою разрушительную мощь, орканъ сорвалъ кроны столетнихъ деревъ, толстыя ветки надломились и сброшены на землю, дерево походитъ на развалину здашя, у котораго крыша, стропила и стены местами провалились, и тамъ, где прежде былъ раскинуть тенистый шатеръ съ тысячами облиственныхъ ветвей, печально торчать въ воздухъ лишь несколько расколотыхъ стволовъ. Дерево, повидимому, безнадежно погибло, и можно было-бы опасаться, что его стволъ на следующш годъ отсохнетъ до самаго основашя. Но, къ удивлению, въ старомъ, расколовшемся стволе просыпается новая жизнь, почки, спавппя въ коре въ течете 100 летъ, раскрываются, выступаютъ сквозь трещины корки, вырастаютъ въ сильныя ветви, и черезъ годъ толстые, старые стволы и пеньки ветвей сплошь покрыты новыми побегами, зала-
гающими въ пазухахъ своихъ листьевъ почки. Черезъ годъ снова изъ части этихъ почекъ вырастаютъ боковыя ветви, и это повторяется ежегодно, пока черезъ де- сятилейе искалеченное дерево не будетъ снабжено новою, ветвистою кроною. Кто сталъ бы сомневаться, следя за такимъ явлешемъ, что задержка въ развиты почекъ ствола является приспособлешемъ, оберегающимъ подверженные бурелому и другимъ повреждешямъ деревья и кустарники отъ гибели, и что спяпця почки надо признать запасными почками на случай возможныхъ несчасты?
Наблюдете того, какъ самовольно сброшенныя или уничтоженный внешними причинами ветви возмещаются изъ запаса спящихъ почекъ или почками наплыва, привело къ различнымъ воздейств!ямъ на естественный ростъ полезныхъ растешй со стороны человека и вызвало целый рядъ способовъ размножеюя, употребляемыхъ сельскими хозяевами и лесоводами съ незапамятныхъ временъ. Сюда надо отнести порослевое хозяйство, основывающееся преимущественно на томъ, что на оставленныхъ пняхъ вырубки развиваются изъ наплывовъ или изъ спящихъ глаз- ковъ новые побеги, возстановляюпце лесное насаждеше или снятую массу древесины черезъ 30 или 40 летъ, далее получеше безвершинниковъ, причемъ деревья на известной высоте ствола постоянно обрезаютъ, вследств!е чего они здесь шаровидно утолщаются, какъ это бываетъ видно на тополяхъ, ясеняхъ и особенно на такъ называемыхъ головчатыхъ ивахъ. Обрезки виноград- ныхъ кустовъ, плодовыхъ деревьевъ, употребляемыхъ на шпалеры и изгороди в ъ п арк ахъ или для огораживан!я земельныхъ участковъдревесныхъ породъ, также относятся сюда. Все эти манипу- ляцы имеютъ целью съ одной стороны развиые сильныхъ побеговъ изъ оставшихся пеньковъ и возможно обильное получеше древесины, кормовой листвы и плодовъ, съ другой стороны, более густой ростъ кроны или намбренное изуве- чиваше, какъ того требуетъ старофранцузскгй садовый стиль съ его гладкими зелеными стенами, обелисками и странными завитками. Но такъ какъ каждое дерево и каждый кустарникъ имеетъ свои осбенности по отношешю къ образованно наплыва и спящимъ глазкамъ, то и способъ обрезки ихъ различно видоизменяется. „Тоже самое не годится для всехъ“ и здесь сохраняетъ вполне свое значеше, и было-бы, напримеръ, большою ошибкою поступать съ яблонями такъ-же, какъ съ головчатыми ивами, или пользоваться соснами для порослеваго хозяйства. Надо также иметь въ виду климатичесшя услов!я при намеренномъ изувечены куль- турныхъ растешй; чтобы привести только одинъ примеръ въ этомъ отношены, упомянемъ, что обрезка виноградныхъ кустовъ въ виноградникахъ континентальной Венгры производится совершенно иначе, чемъ на Рейне, на Рейне опять иначе, чемъ въ верхней Италы, а въ верхней Италы опять иначе, чемъ въ нижней Италы. Во всехъ этихъ местностяхъ, мало по малу, выяснился наиболее соответствующей даннымъ климатическимъ услов!ямъ способъ культуры.
Листовыя почки.
Перечисленными до сихъ поръ, развивающимися на корняхъ и на различной высоте стебля почками еще далеко не исчерпывается разнообраз!е ихъ, такъ какъ и изъ ткани листьевъ, особенно зеленой листвы, могутъ происходить почки
Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растешй, т. И.3
и побеги. Они называются листовыми и разделяются по месту ихъ возникно- вешя на несколько группъ.
Передъ разсмотрешемъ этого разделешя необходимо обратить вннмаше на то, что листовыя почки не следуетъ смешивать съ почками, встречающимися на зеленыхъ листьяхъ произрастающей въ тропической западной Африке, принадлежащей къ семейству Bixaceae Mocquerysia multiflora и японской гельвингш, а также на листовидныхъ стеблевыхъ образовашяхъ растенш съ плоскими побегами. Чтб касается прежде всего Mocquerysia и Helwingia, рисунокъ которой помещенъ здесь то тщательный изследован!я выяснили, что изъ листоноснаго стебля исходить особые пучки, нaпpaвляющiecя къ сидящимъ на листьяхъ почкамъ. Каждый
Гельвинг!я (Helwingia ruscifolia), еъ цветами на листьяхъ.
изъ этихъ пучковъ представляетъ боковой побегъ; онъ однако не свободенъ, а соединенъ съ среднею жилкою того листа, изъ пазухи котораго онъ выходить. Этотъ срощенный съ среднею жилкою боковой побегъ отделяется и приподымается только въ нижней трети листовой пластинки, заканчивается затемъ одною почкою, или, если онъ разделяется, несколькими почками, и можетъ, такъ какъ это цветочный почки, быть признанъ за цветоножку. Поэтому нельзя эти цветочный почки считать листородными, т. е., возникающими изъ ткани листа. Въ действительности оне происходить изъ стеблеваго образовашя; только ихъ ножки, ихъ ось, частью срощены съ среднею жилкою листа. Вильденовъ (Willdenow), впервые описав- пий выше изображенное растете, назвалъ его иглицелистною гельвинпею (Не1-
wingia ruscifolia) потому, что, какъ известно, и цветочный почки иглицы (Ruscus) сидятъ на листовидныхъ образовашяхъ (ср. томъ I, стр. 326). Но оба случая существенно разнятся. Зеленыя, листовидныя образовашя иглицы, на верхней поверхности которыхъ развивается цветочная почка, не листья, а листовидные укороченные побеги, значить стебли, и сидяпця на нихъ почки, следовательно, тоже не листовыя, а стеблевыя почки. То же касается и другихъ растенш съ плоскими побегами, несколько представителей которыхъ сгруппированы на рисунке на стр. 327 перваго тома. _
При сходстве, имеющемся между листьями семенныхъ растенш и ваями папоротниковъ, можно счесть столь часто развиваюпцяся на последнихъ почки за
Образов ante почекъ на ваяхъ и зеленыхъ листьяхъ: 1, 2) на долькахъ вайу Asplenium bulbiferum; 3) по краямъ листовыхъ долекъ у Bryophyllum calycinum; 4) на листьяхъ у Cardamnie uliginosa; 5) по краямъ листьевъ у Malaxis paludosa; 6) двй почки на край листа у Malaxis paludosa. Фиг. 1, 3—5) въ ест. велич., фиг. 2: увелич. въ 2 раза, фиг. 6: 20 разъ. Ср. текстъ, стр. 34, 35 и 38.
листовыя, что, однако, недопустимо по той причине, что ваи папортниковъ нельзя прзнать за листья, оне представляютъ особую форму листовидныхъ ветвей или филлоклад!евъ, т. е., собственно ответвлешя главнаго стебля. Отъ снабженныхъ корнями стеблей и побеговъ спорообразующаго поколешя отходятъ у всехъ папо- ротниковъ двояк!я образовашя: во первыхъ, боковыя ветви, и, во вторыхъ, ма- леньше, обыкновенно пленчатые, чешуевидные листочки. Часть боковыхъ ветвей у многихъ папоротниковъ имеетъ цилиндрическую пли нитевидную форму, усажена чешуевиднымими листочками и живо напоминаетъ боковыя ветви плауна (Lycopodium), какъ напр., у изображенныхъ на стр. 10, фиг. 1, 4 и 5, папоротниковъ. Другая^ з*
же часть боковыхъ ветвей плоско распростерта, окрашена въ зеленый цветъ, имеетъ очень большое сходство съ листьями, служить, подобно последнимъ, для ассими- лящи и называется ваями. Но въ виду того, что резко отделить ихъ отъ цилиндриче- скихъ или нитевидныхъ, усаженныхъ только чешуевидными листочками боковыхъ ветвей невозможно, ваи надо причислить къ стеблевымъ образовашямъ. Въ пользу этого говорить и то обстоятельство, что ваи имеютъ, подобно всемъ стеблевымъ образовашямъ, ясно выраженный верхушечный ростъ и что у несколькихъ тропи- ческихъ родовъ (напр. Gleichenia и Lygodium) наблюдается неограниченный ростъ, т. е., изъ почковиднаго окончашя образовавшейся за одинъ годъ части ваи въ сле- дующемъ году вырастаютъ новые годичные побеги или, другими словами, новыя части ваи ).
Эти, известные подъ именемъ вай, развитые въ виде листовыхъ ветвей или плоскихъ стеблей, боковые побеги папоротниковъ не редко даютъ начало почкамъ, который, однако, въ виду вышесказаннаго, надо признать не листовыми, а стеблевыми почками. Некоторые папоротники, какъ напр. Asplenium celtidifolium, flagelliferum и bulbiferum (см. рис. стр. 35, фиг. 1 и 2), образуютъ даже постоянно на своихъ ваяхъ почки. Въ этихъ случаяхъ почки возникаютъ на поверхности зеленыхъ долекъ ваи, у обыкновеннаго въ болотахъ Индш Ceratopteris thalictroid.es изъ черешковъ отдельныхъ зеленыхъ лопастей, у глейхешй изъ развилинъ вай (см. рис., стр. 10, фиг. 6), а у Asplenium cirrhatum, flagellifolium, rhachirhizon и Edge- worthii (см. вышепомещенный рисунокъ) изъ вершины ваи, т. е., изъ конца плоскаго побега. Этотъ последнш папоротникъ, растущш на корке деревьевъ, имеетъ то замечательное свойство, что концы его вай боятся света, изгибаются въ сторону самыхъ темныхъ местъ, какъ-бы заползаютъ въ трещины древесной корки, тамъ утолщаются, плотно прикладываются и развиваютъ надъ местомъ прикосновешя почку. Изъ этой почки опять возникаютъ ваи, изъ которыхъ, однако, большею частью только одна развивается вполне и, развернувшись, снова отыскиваетъ своею вершиною темную щель. Это явлеше повторяется несколько разъ, а вследств!е этого стволы деревъ, на которыхъ поселился этотъ Asplenium, какъ-бы опоясываются и окутываются ваями, какъ это представлено на выше помещенномъ рисунке. Отдельный ваи папоротника тогда живо напоминаютъ плети некоторыхъ видовъ вероники, живучки и барвинка съ двурядно расположенными листочками.
Въ противоположность почкамъ Mocquerysia multiflora и Helwingia ruscifolia, сидящимъ на особыхъ, приросшихъ къ листьямъ ножкахъ, почкамъ на листьевид- ныхъ укороченныхъ побегахъ иглицы и почкамъ на ваяхъ папоротниковъ, который мы, не смотря на ихъ большое сходство съ листовыми почками, должны все признать за стеблевыя, настоящая листовыя почки всегда возникаютъ изъ клетокънастоящаго листа и находятся съ ближайшими стеблевыми образовашями въ связи лишь въ томъ отношены, что, подобно листьямъ вообще, и развивающш почку листъ беретъ начало изъ стебля. Листовыя почки развиваются на листьяхъ и после отделешя отъ стебля, а во многихъ случаяхъ это oтдeлeнie листьевъ составляетъ даже необходимое услов!е для развийя на нихъ почекъ.
Одно изъ растенш, у котораго наблюдается такое отношеше, принадлежащее къ толстянковымъ, происходящее изъ тропической области стараго света, но издавна
культивируемое въ нашихъ оранжереяхъ, именно Bryophyllum calycinum, пр!обрело и вне круга ботаниковъ некоторую известность, такъ какъ въ свое время Гёте занимался имъ и не разъ упоминалъ его въ своихъ сочинешяхъ. Листья этого Bryophyllum (см. рис., стр. 35, фиг. 3) перисто разделены, отдельный доли име- ютъ продолговато-яйцевидную форму и ясно городчаты. На каждомъ листе, достиг- шемъ окончательной величины, въ выемкахъ замечается группа клетокъ, представляющаяся простому глазу въ виде очень мелкаго узелка. Эта группа клетокъ,
Образован1я почекъ на концахъ вай папоротника Asplenium Edgeworthit.
пока листъ остается на стебле, развивается дальше лишь очень редко; но когда листъ сорванъ и положенъ на землю, въ ней начинается оживленное делеше, резуль- татомъ котораго является образоваше маленькаго растеньица со стеблемъ, листьями и корнями, какъ это видно на упомянутомъ рисунке. Листья этого растетя толсты и мясисты и въ взросломъ состояши содержать столько запасныхъ веществъ и такое обил!е воды, что приняйе пищи оказывается не нужнымъ. Лишь впоследствш, когда выросппя изъ выемокъ растеньица потребили сложенный въ сорванномъ листе вещества, имъ приходится искать корнями пищи въ окружающей среде. Если сорванный листъ былъ положенъ на умеренно влажную землю, то корни развившихся въ выем-
кахъ растеньицъ проникаютъ въ нее, и если за это время ткань сорваннаго листа высосана, завяла, высохла и распалась, маленьшя растеньица становятся самостоятельными и вырастаютъ въ объемистые кусты. Подобный же явлешя, какъ у Вгуо- phyllum. caly cinum, наблюдаются также еще у другихъ растеши съ толстыми, мясистыми листьями, особенно у эхеверы. На сорванныхъ мясистыхъ листьяхъ Rochea falcata также появляются иногда молодыя растешя. Эти растешя, правда, значительно отличаются т4мъ, что на мбстахъ возникновешя не заложены уже заранее, какъ у Bryophyllum, особыя группы клетокъ; но все же Bryophyllum, Echeveria и Rochea сходны въ томъ отношены, что во вс^хъ случаяхъ потребность въ строи- тельномъ матер!але для образующихся молодыхъ растеньицъ въ продолжены неко тораго времени удовлетворяется на счетъ отделеннаго отъ стебля мясистаго листа, и что вовсе не необходимо воткнуть листъ тотчасъ же после того, какъ онъ былъ сорванъ, въ сырую землю, чтобы оно могло получать изъ нея нужную воду. Последнее, однако, имеетъ место у болыпаго числа растеши, размножаемыхъ садовниками при помощи такъ-называемыхъ листовыхъ черенковъ.
Это размножен!е листовыми черенками, хотя уже издавна известное и производившееся особенно съ листьями лимонныхъ и апельсинныхъ деревъ, а также съ листьями восковаго дерева (Hoya carnosa), принадлежащей къ семейству Myrsinaceae Theophrasta Jussieui, японской аукубы (Aucuba Japonica), рос- кошнаго Clianthus puniceus и различныхъ другихъ еще растешй, однако лишь за последнее время приняло значительные размеры, после того какъ оказалось, что красиволистныя, введенный изъ тропической Америки и вошедипя въ моду въ виде декоративныхъ растешй бегоны, равно какъ и отличаюпцяся роскошною окраскою цветовъ геснер!евыя необычайно легко и въ неограниченность количестве могутъ быть размножаемы посредствомъ листьевъ. Стоитъ только сорванный йистъ прикрепить на влажномъ песке или на влажной песчаной земле, и уже черезъ короткое время изъ листа вырастаютъ молодыя растеньица, который тотчасъ же могутъ быть разсажены въ виде самостоятельныхъ кустовъ. Разыгриваюпцяся при этомъ явлешя будутъ здесь вкратце описаны.
Первое изменеше, наблюдающееся на срезанномъ со стебля, съ целью обра- зовашя черенковъ, листе, состоитъ въ засыханы клетокъ на поверхности среза. Подъ засохшимъ слоемъ клетокъ развивается пробковая ткань и высохшы мертвый слой превращается въ корку. Изъ оставшейся живою части подъ поверхностью раны образуется затемъ паренхимная ткань, причемъ развипе этой ткани начинается прежде всего съ клетокъ кожицы близъ самаго отмершаго слоя клетокъ. Оне разрастаются въ рад!альномъ направлены, удлиняются, делятся промежуточными перегородками, вследств!е чего получается равномерное утолщеше по всей окружности поверхности среза. Несколько позже начинаютъ делиться и некоторый, все еще покрытый перерезаннымъ, отмершимъ клеточнымъ слоемъ живыя клетки въ середине поверхности среза, и вследств!е того, что и тутъ начинаетъ клеточная ткань разрастаться, вышележащы засохппй слой разрывается, размочаливается и отчасти сбрасывается напирающею снизу делящеюся тканью.
Эта разрастающаяся ткань называется наплывомъ (callus). Между темъ какъ образоваше наплыва идетъ дальше, на местахъ прикосновешя листоваго черенка съ пескомъ и особенно обильно вдоль выдающихся жилокъ развиваются всасывательный клетки, который по форме и функщи вполне сходны съ всасывательными
клетками близъ растущаго кончика корня, съ такъ-называемыми корневыми волосками. Эти всасывательный клетки им£ютъ большое значеше для дальн^йшаго хода развипя листовато черенка. Пока листъ, взятый для черенка, быль еще прикрйп- ленъ къ стеблю, ему доставлялось соседнею тканью необходимое количество подымающейся по стволу воды; утраченная черезъ испареше водянистая жидкость поглощалась корнями изъ сырой земли и затЬмъ дал^е проводилась черезъ стебель къ данному листу. Но послЬ того, какъ листъ србзанъ, онъ не можетъ бол4е получать черезъ посредство стебля изъ почвы никакихъ веществъ, а такъ какъ его обыкновенный кл-Ьтки кожицы не имЪютъ способности поглощать изъ влажной земли, служащей
Развит1е листов ыхъ п о ч е к ъ yTolmieia Menziesii: 1) Первый зачатокъ почки, у листьевъ развита только влагалищная часть; 2) почка бол^е развита, она образовала корни и одинъ изъ листьевъ им^етъ зеленую пластинку; 3) изъ листовой почки развилось снабженное обильными корнями растете, несупцй его листъ находится въ отмира- ши; 4—6) листья листовой почки по порядку возраста. Ср. текстъ, стр. 38.
субстратомъ для листоваго черенка, столько воды, сколько теряется черезъ испареше, то листовому черенку, хотя и прикасающемуся къ влажному субстрату, можетъ грозить опасность засохнуть. Чтобы избежать этой опасности и спастись отъ гибели, листъ, съ которымъ поступаютъ какъ съ черенкомъ, снабжается всасывательными клетками. Ими доставляется, особенно, потребная для образовашя наплыва вода. Если даже необходимые для построешя кл^токъ наплыва матер!алы находятся обильно въ клЪткахъ листа, то въ этомъ еще мало пользы; эти матер!алы должны быть переведены въ жидкое состояше и проведены къ мЪстамъ потреблешя, а на это необходимо гораздо большее количество воды, ч4мъ могло сохраниться въ ср^занномь листб. Когда наплывъ достигъ известной величины, появляются и настоящее корни. ПослЬд- ше обыкновенно берутъ свое начало изъ кл^токъ паренхимы, граничащей съ однимъ изъ сосудистыхъ пучковъ листа, прорываютъ наплывъ и быстро растутъ въ длину.
Только после образования этихъ корней, обильно всасывающихъ изъ субстрата жидкость, возникаютъ на верхней, реже и на нижней стороне листовато черенка почки. У бегошй исходными точками для почекъ преимущественно являются клетки кожицы; у другихъ растешй, особенно у Gesneraceae, у видовъ принадлежащихъ къ перечнымъ растешямъ рода Peperomia, также у Tournefortia, Citrus и т. д. делятся и превращаются въ зачатки почекъ и побеговъ клетки наплыва. Впрочемъ, и у бегошй изредка отдельный почки происходятъ изъ наплыва, чемъ однако не исключается, что у этихъ растешй клетки кожицы являются очагами развитая по преимуществу. Особеннымъ преимуществомъ пользуются клетки кожицы, находящаяся на листовой пластинке надъ местомъ разделешя сосудистаго пучка. Если на влажный песокъ была положена нижняя сторона цельнаго, неповрежденнаго листа бегошй, то почки развиваются близъ основашя листовой пластинки, тамъ, где жилки расходятся лучами. Но садовники часто употребляютъ листья бегошй для размно- ожшя еще такимъ образомъ, что втыкаютъ листовой черешокъ въ влажный песокъ, а на плоско распростертой на песке пластинке делаютъ многочисленные поперечные надрезы более крупныхъ жилокъ. После этого непосредственно передъ покрытыми наплывомъ местомъ надреза надъ жилкою, часто еще и на некоторомъ разстоянш отъ этого места, вдоль прохождешя перерезанной жилки, появляется большое количество почекъ, а изъ нихъ новыхъ растешй. Изъ этого можно вывести заключеше, что новообразоваше находится въ связи преимущественно съ доставкою при посредстве жилокъ веществъ. Безъ сомнешя, играютъ также важную роль пространственный отношешя къ вырастающимъ изъ наплыва корнямъ, къ количеству запасныхъ веществъ и т. п.
Изъ всего сказаннаго вытекаете, что безчисленныя клетки кожицы листа даютъ начало новыми растешямъ, и что, точно таки же, почки могутъ возникать изн более глубокихъ клетокъ наплыва и, где бы ни началось развитае листовой почки, всегда въ месте образовашя вырабатываются и сосудистые пучки, соеди- няюпце стебель развивающейся почки си уже ранее образовавшимися корнями; спустя немного времени, отъ новаго стебля отходятъ и зеленые листья, ассимили- руюпце на свете. Черенковый листе, на которомъ теперь сидите маленькое растете, ви большинстве случаевъ еще довольно долго остается ви свежемн и живомн состояши, но, наконецъ, они начинаете желтеть и постепенно погибаете. Только та часть, изн которой произошли почки и корни, сохраняется въ виде бугра и образуете у некоторыхъ видовъ, какн, напр., у бегошй, толстое, мясистое тело, имеющее почти видь клубня.
То, что у этихъ листовыхъ черенковъ происходите вследств!е вмешательства садовниковъ, совершается у некоторыхн растешй иногда само собою вн природе, и притоми безъ того, чтобы листн были передъ темп отделенн отъ несущаго его стебля. Особенно стручковый растешя (Cardamine silvatica и uliginosa, Nasturtium officinale, Roripa palustris, Brassica oleracea, Arabis pumila), макообразныя растешя (Chelidonium majus), кувшинки (Nymphaea Guianensis), геснер!евыя (Episcia bicolor, Chirita Sinensis), жирянковыя (Pinguicula Backeri), ароидныя (Atherurus ternatus), орхидеи (Malaxis monophyllos и paludosa), лилейныя (Fritillaria, Ornithogalum, Allium, Gagea, Hyacinthus) и амариллисовыя (Curculigo) наблюдаются иногда на своихъ естественныхъ местообитан!яхъ поди открытыми небомн съ листовыми почками. Въ некоторыхъ случаяхъ возвышающаяся въ виде маленькихъ бугорковъ почки
готчасъ же разрастаются въ маленькая растеньица, какъ у сердечника Cardamine uliginosa (см. рисунокъ, стр. 35, фиг. 4) и североамериканской, относящейся къ Saxifragaceae, изображенной на стр. 39 Tolmieia, или же сперва образуются малень- шя луковки, какъ у видовъ чеснока и у царскаго венца (Allium и Fritmaria), или клубеньки, какъ у выше упомянутыхъ видовъ Malaxis. Въ одномъ случае клетки средней части листовой пластинки и, притомъ, большею частью надъ местами раз- ветвлешя сосудистыхъ пучковъ, становятся исходными точками для образовашя почекъ, какъ, напр., у названныхъ видовъ Cardamine, въ другихъ случаяхъ, какъ, напр., у Curculigo, почки развиваются изъ конца средней жилки. У произрастающей на торфяной почве въ северной Европе мелкой орхидеи Malaxis paludosa (см. рисунокъ, стр. 35, фиг. 5) маленьмя почки возникаютъ преимущественно на передней части средняго участка и по краю зеленыхъ листьевъ; one встречаются такъ часто, что несколько ботаниковъ въ своихъ описашяхъ говорятъ, что листья, у этого растешя большею частью бываютъ коротко - ресничатые. Среди столь разнообразные листовыхъ почекъ эти мелк!я, развивающаяся на зеленыхъ листьяхъ названной орхидеи образовашя получаютъ особый интересъ еще вследств!е ихъ формы. Каждая почечка, изъ которыхъ две представлены на рисунке, стр. 35, фиг. 6, состоитъ изъ желтовато-зеленаго клеточнаго тела, производящаго впечатлеше ядра, и затемъ изъ слоя рыхло соединенныхъ клетокъ, окружающаго ядро на подо- 6ie мешка. На свободномъ конце клетки оболочки образуютъ подоб!е кольца, окай- мляющаго пупковидное углублеше. Сходство этихъ почекъ съ семенами орхидей, особенно съ семенами Malaxis paludosa, сразу бросается въ глаза. Въ одномъ изъ следующихъ отделовъ будетъ еще подробно о нихъ говорено.
Гораздо рбже, чемъ на срединныхъ листьяхъ, наблюдаются почки на низовых ъ и верхушечныхъ листьяхъ. Иногда оне возникаютъ на луковичныхъ чешуяхъ, отделенныхъ отъ низоваго ствола и воткнутыхъ въ сырой песокъ. При этомъ оне всегда появляются на томъ месте, где луковичныя чешуи были повреждены и отрезаны. Эти факты побудили голландскихъ садоводовъ размножать пацинты прямо таки изъ луковичныхъ чешуй. Они разрушаютъ донце луковицы, вырезывая его, удаляютъ также имеющееся, можетъ быть, зачатки цветочныхъ стрелокъ и производить поперечный разрезъ черезъ нижнюю часть луковичныхъ чешуй. Не редко также луковичныя чешуи отчасти разсекаются продольно. Можно было бы подумать, что изувеченная такимъ образомъ луковица должна рано или поздно погибнуть; между темъ, на краяхъ искусственно полученныхъ плоскостей среза возникаетъ масса мелкихъ, луковицеобразныхъ почекъ, и известны случаи, когда изъ чешуи одной единственной луковицы пацинта получалось описаннымъ образомъ свыше ста молодыхъ луковокъ.
Всего реже почки возникаютъ изъ ткани верхушечныхъ листьевъ. Внутри плодовъ несколькихъ видовъ Crinum и Amaryllis многократно наблюдались, вместо семянъ, развивппяся на плодолистикахъ мелк!я почки. Оне сидели на округлыхъ клеточныхъ телахъ, не отличимыхъ отъ клубенковъ. Когда ихъ клали на влажную землю, изъ каждой развивалось по новому растешю. Можно уже здесь указать на подлежащее разсмотрешю ниже случаи партеногенеза, когда изъ скрытыхъ внутри пестика семяпочекъ безъ оплодотворевия развивается всхожее семя.
Если еще разъ окинуть взоромъ перечисленные случаи образовашя почекъ, имея въ виду ихъ происхождеше, то оказывается, что не только клетки корней,
но и различныхъ ярусовъ стебля, равно какъ и клетки низовыхъ, срединныхъ и верхушечныхъ листьевъ могутъ стать исходными точками для почекъ или, другими словами, дать начало побегамъ. Изъ этого факта можно, однако, вывести заключеше, что живые, способные къ д6лен!ю протопласты во всбхъ клеткахъ растен!я, отъ кончика корня до самой верхушки ствола и отъ низовыхъ листьевъ вверхъ до самыхъ последнихъ верхушечныхъ листьевъ, могутъ служить обновлен! ю, не будучи передъ т е м ъ оплодотворены. При обыкновенныхъ услов!яхъ, правда, только протопласты въ клеткахъ стебля надъ самымъ местомъ отхождешя зеленыхъ листьевъ, т. е., ближайшее къ пазухб листа, даютъ начало побегамъ, и выборъ этихъ точекъ всего естественнее объясняется темъ, что какъ разъ здесь приготовленные въ листьяхъ или временно отложенные строительные матер!алы могутъ быть использованы изъ первыхъ рукъ; но при необычныхъ обстоятельствахъ, особенно вследств!е неблагощиятныхъ кли- матическихъ условш, подъ вл!ян!емъ опасныхъ повреждений а, главнымъ образомъ, при приближеши смерти, клетки самыхъ различныхъ другихъ частей растешя, клетки, который въ другое время наверное не взяли бы на себя этой роли, превращаются въ очаги развиыя новыхъ кустовъ, и странно видеть, какъ вследств!е вмешательства извне въ клеткахъ данной ткани теперь получается совершенно новое распредел еше работы, какъ теперь одинъ изъ протопластовъ, исполнявши прежде совсемъ другую роль, становится исходною точкою для новаго растешя, между темъ какъ протопласты въ соседнихъ клеткахъ доставляютъ ему строительные матер!алы и какъ бы высасываются имъ. Получается совершенно иной порядокъ вещей и совершенно иное взаимодейств!е соседнихъ протопластовъ, чемъ было бы при обычныхъ услов!яхъ!
Размножеше при помощи плодовъ.
Содержан!е: ОпредЪлеше и раздЪлеше плодовъ. — Оплодотвореше и образовано плодовъ у споровыхъ. — Зачатки плода у явнобрачныхъ. — Тычинки. — Пыльца. — Средства защиты пыльцы. — Переносъ пыльцы вЪтромъ. — Переносъ пыльцы при посредствЪ животныхъ — Привлечете животныхъ, переносящихъ пыльцу, вкусовыми веществами. — Окраска цвЪтовъ, какъ приманка для животныхъ.— Запахъ цвЪтовъ, какъ приманка для животныхъ. — Отверспе, дающее доступъ къ цветочному дну. — Пр!емъ животныхъ, посЪ- щающихъ растешя, у преддвер!я цвЪтовъ. — Нагрузка пыльцы. — Выгрузка пыльцы. — Скрещиваше. — Автогам!я. — Оплодотвореше и образоваше плода у явнобрачныхъ.
ОпредЪлеше и раздЪлеже плодовъ.
По внешнему виду между протопластами, дающими отводки и образующими плоды, нетъ разницы. Между темъ, известно по опыту, что протопластъ, являю- щшся началомъ отводка, обнаруживаем свою строительную деятельность, не получая для этого никакого особеннаго толчка или новыхъ способностей отъ протоплазмы другой клетки; между тбмъ, для развит!я плодовъ такое воздейств!е безусловно необходимо. Отводки могутъ образоваться на растеши повсюду. Разъ данная особь подвергается смертельной опасности, то отводки могутъ появляться на такихъ местахъ, который раньше никогда не играли подобной роли. На кор-
няхъ, стебляхъ и листьяхъ, на листовидныхъ предросткахъ и гифенныхъ нитяхъ, надъ землей и подъ ней, надъ водою и въ ней растете можетъ дать отводки пзъ поверхностныхъ клетокъ своего тканевого тела или-же изъ его внутренности. Можно сказать, что въ крупнььхъ соединешяхъ клетокъ протоплазма каждой молодой клетки можетъ стать родоначальникомъ отводка
Если-же долженъ появиться плодъ, то ооплазма, т. е. протоплазма, предназначенная для развитая новаго поколотя, должна соединиться съ оплодотворяющей протоплазмою, такъ-называемой сперматоплазмою. Оба протопласта воз- никаютъ на разныхъ местахъ, и если имъ приходится слиться, то они должны преодолеть пространственную преграду, по крайней мере одинъ изъ протопластовъ долженъ совершить движете, и перемена места должна происходить по строго определенному направленью. Соединен!е двухъ разъединенныхъ известны м ъ пространствомъ протопластовъ, состаявляющее сущность оплодотворен!я, имеетъ следств!емъ изменеше ооплазмы, которое, согласно представлены, составленному себе нами о тончайшемъ строены данвыхъ образованы, должно состоять въ перемене группировки, въ перестановке, въ перераспределены частицъ. Иногда эта перестановка становится заметною даже снаружи и притомъ тотчасъ-же после оплодотворешя; она проявляется въ изменены цвета или формы или въ увеличены объема, но это не всегда такъ бываетъ — чаще оплодотворенная ооплазма ничемъ не отличается отъ неоплодотворенной. Однако оььььтъ показываетъ, что, въ то время, какъ неоплодотворенная ооплазма по большей части отмираетъ, не развиваясь далее, оплодотворенная черезъ болыпы или меныпы промежутокъ времени обнаруживает своеобразный ростъ и становится местомъ развитая новой молодой особи, новаго поколетя. Ооплазма, получившая, благодаря оплодотворенью, способность къ такому своеобразному росту называется зародышемъ и называется такъ даже и тогда, когда ни въ величине, ни въ форме, ни въ окраске ея не стало заметно никакихъ наружныхъ изменены.
Какъ ооплазма, такъ и сперматоплазма развиваются на определенные местахъ растешя, готовящагося къ оплодотворены), и въ особыхъ клеткахъ. Клеточная камера, въ которой развивается ооплазма, готовясь къ оплодотворены и развитью зародыша, впредь будетъ называться нами оогон!емъ (фб^— яйцо, 76^0$— потомокъ); та клетка, въ которой сперматоплазма получаетъ нужные для оплодотворешя форму и составь, у тайнобрачныхъ именуется антерид!емъ, а у явнобрачныхъ — пыльцевою клеточкою. Въ некоторььхъ случаяхъ ооплазма покидаетъ оогоны и оплодотворяется вне его, и тогда, разумеется, оогоны не играетъ более никакой роли въ дальнейшихъ процессахъ развитая. Въ другихъ случаяхъ, напротивъ, оплодотвореше ооплазмы имеетъ место внутри оогошя, который остается тогда въ виде непосредственной оболочки зародыша, причемъ более или менее меняетъ свою форму и называется тогда карп!емъ (xaQaro^ плодъ). Опять-таки въ иныхъ случаяхъ еще на самььхъ раннихъ стад!яхъ развитая разли- чаютъ особый многоклетный покровъ, окружающы оогоны; для упрощешя термино- логш, мы назовемъ его амфигон!емъ. Когда амфигонш современемъ становится покровомъ каршя, то его можно обозначить словомъ амфикарп!й. У мно- гихъ растены на этотъ покровъ оогошя накладывается снаружи еще второй, называемый перикарп!емъ; о немъ позже еще будетъ речь подробнее.
Что-же, однако, назвать плодомъ? Если-бы при этомъ пользоваться обще- житейскимъ языкомъ или принимать обозначешя, употребляемый другими науками, то получилась-бы невообразимая путаница. Поэтому, кажется, проще, всего, пренебрегши всеми определешями и назвашями другихъ отраслей знашя, выработать самостоятельное определеше, недопускающее двусмысленности и пользоваться имъ затемъ неукоснительно во всехъ случаяхъ. Поэтому, становясь на ботаническую точку зр^шя, мы называемъ плодомъ всякое образовало, которое является результатомъ оплодотворен!я и вместе съ т£мъ исходною точкою для обновлен!я оплодотвореннаго растен!я. Придерживаясь этого определешя, плодомъ приходится считать и такую ооплазму, которая образуетъ зародышъ вне оболочки оогошя, а потому могутъ существовать плоды, состояние изъ одного только зародыша. Однако, чаще всего вокругъ ооплазмы развивается простой, двойной или даже тройной покровъ. Оплодотвореше происходить тогда внутри этихъ покрововъ, и вл!яше сперматоплазмы на окружающую ооплазму среду сказывается то более, то менее далеко. Въ этомъ случае и покровы участвуютъ въ образованы плода, и въ нихъ начинается своеобразный ростъ, они становятся покровомъ зародыша, служатъ ему оболочкою и защитою, а иногда делаются органами, благопр1ятствующими дальнейшему развитгю зародыша, его росту и образованно новаго поколотя. Таше плоды обладаютъ иногда очень слож- нымъ строешемъ. На нихъ различаютъ наружную, разнообразно устроенную оболочку и зародышъ, окруженный тесно прилегающими къ нему внутренними покровами, причемъ последняя часть плода уже съ давнихъ временъ называется семе- немъ. Такимъ образомъ, плоды являются въ виде ряда формъ, крайше члены ко- тораго хотя и различаются очень резко, однако могутъ быть связаны целою цепью переходныхъ формъ. На одномъ конце этой цепи помещаются одноклетные плоды мельчайшихъ, видимыхъ только подъ микроскопомъ водорослей - сцеплянокъ, на другомъ-же конце плоды гигантской тыквы, въ поперечнике достигающее до метра.
Уже было упомянуто, что сперматоплазма приводится въ подходящее для оплодотворешя состояше въ области известныхъ клетокъ. Въ этомъ отношены, однако, замечается резкая противоположность у разныхъ растены. У однихъ, именно у техъ, у которыхъ оплодотвореше происходить въ воде, сперматоплазма разбивается на мельчайппе участки, снабженные обыкновенно особыми движущимися ресницами для перемещешя въ воде и называемые сперматозоидами (живчиками). Эти сперматозоиды выходятъ изъ клетокъ, въ которыхъ они образовались, въ окружающую воду, некоторое время резвятся въ ней, уносятся течешемъ, въ конце- концовъ попадаютъ къ ооплазме, прикладываются къ ней и соединяются съ нею, подобно двумъ каплямъ масла, сливающимся на воде. У другой части растены сперматоплазма не покидаетъ клетки, въ которой она получила свойства, необходимый для оплодотворешя, а, напротивъ, сама эта клетка соединяется съ оогошемъ и существуетъ целый рядъ способовъ, при посредстве которыхъ две протоплазмы могутъ сливаться внутри клеточной оболочки. Третья группа растены отличается темъ, что сперматоплазма ихъ вовсе не сливается съ ооплазмой, а только одна часть ея воспринимается ооплазмою сквозь клеточную оболочку путемъ дюсмоза.
Какъ уже следуетъ изъ этихъ предварительныхъ замечаны, предпосланныхъ нами для первоначальной ор!ентировки въ этихъ явлешяхъ, способы оплодотворешя очень изменчивы и очень не легко представить ихъ коротко, ясно и правдиво,
особенно если не хочешь употреблять слишкомъ большое количество техническихъ выражены, введенныхъ въ науку лишь въ самое последнее время. Если обратить внимяше лишь на самыя важныя изъ высказанныхъ соотношешй, то окажется, что существуетъ 12 различныхъ способовъ оплодотворешя и образовашя плодовъ, и задача посл^дующихъ главъ будетъ заключаться въ томъ, чтобы представить ихъ въ правильномъ порядка, начиная съ прост'Ьйшихъ случаевъ и кончая самыми сложными и запутанными.
Для наглядности весьма полезно будетъ также, описывая эти явлешя, придержаться стараго, введеннаго еще Линнеемъ д£лешя растенш на тайно б- рачныхъ (Phanerogamae) и явнобрачныхъ (Cryptogamae). Согласно смыслу словъ, тайнобрачный растешя тЬ, у которыхъ оплодотвореше совершается скрытно, не бросается въ глаза, явнобрачныя-же тЬ, у которыхъ^оно ясно видимо. Послй усовершенствовашя и распространешя микроскопа такое д^леше, правда, утратило свое значеше; но если перевести эти гречесше термины нисколько иначе и назвать тайнобрачными т4 растешя, у которыхъ нЬтъ цвбтовъ въ общежитейскомъ смысла этого сЛова и половые органы которыхъ видимы только подъ микроскопомъ, а явнобрачными, напротивъ, растешя съ цветами, и ясно видимые простымъ глазомъ половые органы, которыхъ слйдуетъ считать метаморфизованными листьями, то старое обозначеше можетъ употребляться еще и теперь; т4мъ бол^е, что между тайнобрачными и явнобрачными существуетъ еще одно важное отлич!е, на которое до сихъ поръ, однако, слишкомъ мало обращали внимашя: д£ло въ томъ, что оплодотвореше у тайнобрачныхъ совершается въ вод4 или въ сред^, заменяющей воду, тогда какъ у явнобрачныхъ оплодотвореше происходить почти исключительно на воздухе.
Оплодотвореше и образоваше плодовъ у тайнобрачныхъ.
Когда въ гористыхъ мбстностяхъ средней Европы растаетъ снегъ, а вешшя воды успеютъ понемногу освободиться отъ мути, то на камешкахъ въ русле ручьевъ и на боковыхъ стенкахъ водопроводныхъ желобовъ повсюду бросаются въ глаза бархатистые покровы, состояние изъ короткихъ, нежныхъ, тесно сближенныхъ нитей; нити эти обращаютъ на себя внимаше своимъ прелестнымъ изумруднымъ цветомъ, особенно, когда на воде играетъ отражеше солнца. Эти зеленыя нити принадлежать растению, называемому курчавкою (Ulothrix). Каждая отдельная нить состоитъ изъ многочисленныхъ клетокъ, связанныхъ въ виде цепочки, какъ это представлено на рис. 1, 46-ой страницы. Когда нити вырастутъ и наступить время оплодотворешя, протоплазмовая масса отд'Ьльныхъ клетокъ распадается на большое число округлыхъ зеленыхъ частей, которыя, однако, въ общемъ представляютъ клубокъ, связанный безцветною массою. Въ стенке соответствующихъ клетокъ образуется затемъ отверспе, черезъ которое клубокъ выскользаетъ въ окружающую воду (см. рис. 2—3). Здесь отдельные участки протоплазмы, составляйте клубокъ, разъединяются, и оказывается, что каждый изъ нихъ несетъ на одномъ конце пару мерцающихъ ресничекъ, при помощи которыхъ онъ можетъ перемещаться въ воде. Если на этихъ прогулкахъ встречаются два протопласта, вышедппе изъ одной клетки, то они расходятся въ разныя стороны; если-же, напротивъ, встретятся
протопласты изъ клетокъ различныхъ нитей, то они не расходятся, а сталкиваются своими передними, усаженными ресницами, концами, прикладываются затемъ своими боками и сливаются въ одно тело, снабженное четырьмя ресницами (см. рис. 4 и 5 ниже). Вскоре затемъ ресницы исчезаютъ и получившееся отъ сл!ян!я тело успокаивается. Такое сл!яше представляется наипростейшимъ случаемъ оплодотворешя въ растительномъ царстве. Результатомъ оплодотворешя является плодъ. Онъ состоитъ изъ получившагося вышеописаннымъ путемъ комка протоплазмы,
Оп лодотворен!е и образование плодовъ у курчавки Ulothrix zonata. (Частью по До дель-Порту): 1) Дв-6 нити изъ кл'Ьтокъ, связанныхъ въ вид-Ь ц1ши, 2) выскользаше скученвыхъ гаметъ, 3) выскользнувши клубокъ, со- стояпцй изъ гаметъ, 4) разъединение гаметъ, 5) плавающ!я и сливающ!яся попарно гаметы, 6) плоды, образовавнпеся путемъ <шян1я гаметъ и сидяпце неподвижно, 7—9) дальнейшее р азвитте плодовъ, 10) две бродяжкп, вышедппя изъ плодовъ. Фиг. 1:увелич. 250 разъ, фиг. 2—10: приблиз. 400 разъ. Ср. 46 стр. текста.
который теперь окружается толстой оболочкой и прикрепляется къ какому-либо твердому телу подъ водою (см.выше рис. 6). Дальнейшее развийе этого плода насъ не интересу етъ; достаточно сказать въ пояснеше къ рисунку, что изъ сидячаго одноклетнаго плода не сразу опять образуется лентовидный рядъ клетокъ, а протоплазма его сначала даетъ бродяжки (см. выше рис. 7—10), который садятся въ удобномъ месте, окружаются оболочкою, делятся и тогда только превращаются въ лентовидный рядъ клетокъ. Сливаюпцеся для оплодотворешя протопласты у Ulothrix и другихъ родственныхъ семействъ не различаются между собою по форме, величине, окраске и движенью, и по наружному ихъ виду невозможно было-бы определить, который изъ нихъ оплодотворяетъ, а который оплодотворяется. Поэтому для нихъ не употребляютъ выражены оопластъ и сперматопластъ, а на- зываютъ ихъ гаметами и весь описанный процессъ можно назвать образо- ван!емъ плода посредствомъ совокуплен!я гаметъ. Для нашихъ чув- ственныхъ воспр!яйй это явлеше представляется )d виде взаимнаго проникновешя обоихъ протопластовъ, и можно предполагать, что именно вследств!е молекулярной перегруппировки продуктъ сл!яшя получаетъ возможность развиваться далее самостоятельно. Это допущеше подтверждается въ особенности темъ фактомъ, что все
Жизнь растенш. П.
Т-во „Просвищете11 въ Спб.
ЕУРЫЯ ВОДОРОСЛИ ВЪ АДРТАТИЧЕСКОМЪ МОРЪ.
(Съ акварели Фр. ф. Кернера.)
Жизнь раетен1й. II.
Fucus vesiculosus: 1) Продольный разрЪзъ черезъ ямковидное углублеше слоевища, 2) пузырь на дн^ углублен!я, окруженный парафизами. 3) пузырь, отдЪливш!йся отъ дна и наполненный 8 оопластами; внутренняя пластинка выпячивается; 4) осво- бождеше оопластовъ изъ лопнувшаго пузыря. Фиг. 1 увелич. въ 50 разъ, рис. 2—4 въ 160 разъ. (По Тюре) Ср. 48 стр. текстаFucus vesiculosus: 1) Продольный разрЪзъ черезъ ямковидное углублеше слоевища, 2) пузырь на дн^ углублен!я, окруженный парафизами. 3) пузырь, отдЪливш!йся отъ дна и наполненный 8 оопластами; внутренняя пластинка выпячивается; 4) осво- бождеше оопластовъ изъ лопнувшаго пузыря. Фиг. 1 увелич. въ 50 разъ, рис. 2—4 въ 160 разъ. (По Тюре) Ср. 48 стр. текста
Fucus vesiculosus: 1) Продольный разрЪзъ черезъ ямковидное углублеше слоевища, 2) пузырь на дн^ углублен!я, окруженный парафизами. 3) пузырь, отдЪливш!йся отъ дна и наполненный 8 оопластами; внутренняя пластинка выпячивается; 4) осво- бождеше оопластовъ изъ лопнувшаго пузыря. Фиг. 1 увелич. въ 50 разъ, рис. 2—4 въ 160 разъ. (По Тюре) Ср. 48 стр. текста
Fucus vesiculosus: 1) Продольный разрЪзъ черезъ ямковидное углублеше слоевища, 2) пузырь на дн^ углублен!я, окруженный парафизами. 3) пузырь, отдЪливш!йся отъ дна и наполненный 8 оопластами; внутренняя пластинка выпячивается; 4) осво- бождеше оопластовъ изъ лопнувшаго пузыря. Фиг. 1 увелич. въ 50 разъ, рис. 2—4 въ 160 разъ. (По Тюре) Ср. 48 стр. текста
гаметы, отделившаяся отъ клубка и не получивппя возможности слиться, не развиваются далее, а растекаются въ окружающей ихъ воде и погибаютъ.
Живупця главнымъ образомъ въ морской воде бурыя водоросли—фукусы, одинъ видъ которыхъ, Fucus virsoides, необыкновенно распространенный на стаипг. стомъ, плоскомъ берегу Адр1атики, изображенъ съ натуры на приложенной таблице
„Бурыя водоросли въ Адр1атическомъ морЬ", въ нЬкото- рыхъ отношешяхъ напоминаютъ опи- санныя Ulothrix; и у нихъ тоже предназначенные для оплодотво- рен!я прото пласты вы ск о л ь- заютъ изъ соот- в4тствующих ъ кл4точныхъ камер ъ и оплодо- творен1е состо- итъ въ сл!ян1и свободныхъ про- топ л астовъ Bni материнскаго растен!я. Однако эти водоросли сильно отличаются отъ Ulethrix и родствен- ныхъ ей раститель- ныхъ формъ т-Ьмъ, что протопласты у нихъ двоякой формы и что с у щ е- ствуетъ ясно выраженная противоположность въ формЬ иве-
дичине между оопластами и сперматопластами. Ткань всехъ фуку- совъ жестка, кожиста, окрашена въ бурый цветъ, напоминаетъ листь, она вильчато разветвлена на доли или лопасти и местами образуеть среди ткани вздутая, наполнен- ныя воздухомъ и играюпця роль плавательныхъ пузырей. На свободныхъ концахъ лопастей можно заметить сеть точекъ и каждая такая точка соотвбтствуетъ углубленью, имеющему видъ круглой ямки (см. рис. 1 на этой стр). Поперечные разрезы черезъ так1я углублешя показываютъ, что отъ кожицы, выстилающей ямку, отходить масса раздЬленныхъ на членики нитей, называемыхъ парафизами. У Fucus vesiculosus.
Fucus vesiculosus: 1) продольный разрЪзъ черезъ углублен! е въ слое- вищ4, наполненное антерид!ями, 2) антерид!и, вынутые изъ этого углубле- н!я, 3) сперматозоиды, выскользаюпце изъ антерид!евъ, 4) шаровидный оо-Fucus vesiculosus: 1) продольный разрЪзъ черезъ углублен! е въ слое- вищ4, наполненное антерид!ями, 2) антерид!и, вынутые изъ этого углубле- н!я, 3) сперматозоиды, выскользаюпце изъ антерид!евъ, 4) шаровидный оо-другихъ неделимыхъ образуются сперматозоиды (см.другихъ неделимыхъ образуются сперматозоиды (см.
Fucus vesiculosus: 1) продольный разрЪзъ черезъ углублен! е въ слое- вищ4, наполненное антерид!ями, 2) антерид!и, вынутые изъ этого углубле- н!я, 3) сперматозоиды, выскользаюпце изъ антерид!евъ, 4) шаровидный оо-
Fucus vesiculosus: 1) продольный разрЪзъ черезъ углублен! е въ слое- вищ4, наполненное антерид!ями, 2) антерид!и, вынутые изъ этого углубле- н!я, 3) сперматозоиды, выскользаюпце изъ антерид!евъ, 4) шаровидный оо-
другихъ неделимыхъ образуются сперматозоиды (см.
другихъ неделимыхъ образуются сперматозоиды (см.
изображенная на 47 стр., эти нити скрыты въ углублешяхъ, но у некоторыхъ другихъ фукусовъ они выступаютъ изъ узкаго отверстия на подоб!е кисточки. Между нитями, однако, можно заметить еще и друпя образованья. Отдельныя клетки, выстилаюнця дно ямки, вырастаютъ въ виде сосочковъ и разделяются
поперечной перегородкой на две клетки, изъ которыхъ одна принимаетъ видъ
шара, а другая образуетъ
подставку къ этому шару (см. рис. 2 на 47 стр.). Протоплазма въ шаровидной клетке, окрашенная въ темнобурый цветъ, делится на восемь частей, который закругляются и представляютъ изъ себя оопласты. Толстая стенка шаровидной клетки распадается на два слоя, изъ которыхъ внутреншй окру- жаетъ эти восемь протоплаз- мовыхъ шаровидныхъ телъ въ виде пузыря. Этотъ пузырь, наполненный оопла- стами, совершенно отрывается отъ стенокъ ямки, выскбльзаетъ между парафизами кверху и попадаетъ къ выходу изъ ямки. Здесь пузырь расщепляется на две пластинки, при чемъ внутренняя выпячивается и лопается и 8 оопластовъ становятся свободными (см. рис. 3 и 4 на 47 стр.).
Въ то время, какъ въ ямкахъ лопастей одниХъ особей Fucus vesiculosus раз-
виваются оопласты, въ по- добныхъ-же углублешяхъ
пластъ, покрытый сперматозоидами. Фиг. 1: увелич. 50 разъ, рис. 2:160 разъ, рис. 3 и 4:350 раз. (По Тюре) Ср. 48 стр. текста.
рис. 1 на этой стр.). Клетки, выстилаюнця ямку, выпячиваются въ виде сосочковъ, удлиняющихся, делящихся и образующихъ разветвленный клеточный группы, который изображены на рис. 2 на этой стр. Некоторые члены этихъ клеточныхъ группъ, протоплазмовое содержимое которыхъ распалось на множество очень мелкихъ участковъ, темнобураго цвета. Они отделяются и поднимаются къ отверстие углублешя, въ которомъ развились. Это происхо- дмъ главнымъ образомъ въ то время, когда полоса берега, покрытая этими водо-
рослями, выступаетъ изъ-подъ воды и лопастные фукусы лежать на камняхъ въ виде бурой, вялой листовой массы. Когда приливъ снова хлынетъ на нихъ и водоросли снова погрузятся въ воду, тогда клетки, наполненный сперматоплазмою, лопаются и крошечные сперматозоиды, образовавппеся изъ этой плазмы, начинаютъ резвиться въ окружающей воде. Каждый сперматозоидъ имеетъ острый и тупой конецъ, кроме того у него есть глазокъ и две длинный ресницы, при помощи которыхъ онъ плаваетъ въ воде (см. рис. 3 на 48 стр.). Сравнивая эти явлетя съ подобными же процессами у мховъ, надо считать вероятнымъ, что вышеописанные оопласты, лежапце у отверстш углублены, выделяютъ катя-нибудь вещества, можетъ быть органичестя кислоты, который оказываютъ на плавающихъ въ вод’Ь сперматозоидовъ притягательное дЬйств1е. Фактъ тотъ, что маленьше живчики, плаваюпце вблизи шаровидныхъ оопластовъ, прикладываются къ нимъ, и въ такомъ болыпомъ числе, что шаръ иногда кажется совершенно покрытымъ ими (см. рис. 4 на 48 стр.).
Было также замечено, что шаровидные оопласты приходить во вращательное движете отъ прилипающихъ къ нимъ живчиковъ, вслЬдств!е чего оне удаляются отъ места своего первоначальнаго пребывашя. Оплодотворяющее дЬйств!е, которое производятъ прилипаюпце къ оопласту и, очевидно, сливающееся съ нимъ живчики, состоитъ, безъ сомнЬшя, въ молекулярныхъ перегруппировках^ и первый, замЬт- ный снаружи, результата этой перегруппировки выражается тЬмъ, что оопластъ покрывается толстою оболочкою. Такимъ образомъ получается плодъ и притомъ одноклеточный плодъ, который долгое время пребываетъ въ покоющемся состоянш, наконецъ начинаетъ вытягиваться, крепко прилипаетъ къ земле при помощи кор- невиднаго отрога, делится и вырастаетъ въ новую особь Fucus.
Въ обоихъ описанныхъ случаяхъ оопласты подвергались оплодотворетю только послЬ выхода изъ материнскаго растетя въ окружающую воду, и ко времени оплодотворевдя у нихъ не было никакой оболочки. У следующихъ растеяш, о которыхъ намъ теперь придется говорить, оопласты во время оплодотворетя остаются въ связи съ материнскимъ растешемъ. Клеточная оболочка, образующая эту связь, продолжаетъ быть покровомъ для протоплазмы, подвергающейся опло- дотворенпо. Но если оплодотворяющему протопласту приходится оказывать свое воздейств!е на такую замкнутую въ свою оболочку протоплазму, то онъ можетъ делать это двоякимъ способомъ. Или часть оболочки разрывается, и такимъ образомъ сперматоплазме открывается доступъ къ ооплазме, или-же оплодотвореше совершается сквозь оболочку дюсмотическимъ путемъ.
Местное растворен1е и исчезновен!е оболочки, служащей покровомъ ооплазмб, и проложен!е открытаго пути, по которому сперматоплазма можетъ соединиться съ ооплазмой, наблюдается у плесневыхъ грибовъ, известныхъ подъ именемъ мукоровыхъ, а также у несметнаго числа мелкихъ зеленыхъ и бурыхъ водорослей, которыхъ за своеобразный способъ ихъ оплодотворетя назвали конъюгатами (сцеплянками). У нихъ передъ сл!яшемъ двухъ родовъ протоплазмы постоянно наблюдается коньюгац!я, сцеплете и срасташе оболочекъ, окружающихъ протопласты, и такимъ образомъ получается особая полость, где уже происходить сл!ян1е протопластовъ. Фиг. 1—4 на стр. 50 наглядно изображаютъ этотъ способъ оплодотворетя у гриба Sporodinia grandis, принадлежащая къ мукоровымъ. Две более или менее параллельныхъ гифы Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растений, т. П.4
даютъ выступы (рис. 1.), и эти противоположные выступы до тЬхъ поръ растутъ по направленно другъ къ другу, пока они не столкнутся своими свободными концами и не срастутся. Разъ срасташе произошло, то справа и слЬва отъ этого м^ста образуется по перегородкб, и теперь на соединены двухъ гифъ, которое можно сравнить съ ярмомъ, игомъ (д^уб^), зам-Ьтны двЬ клетки, поддерживаемый боковыми выступами гифъ (см. рис. 2 на этой стр.). Станка, образовавшаяся при столкновенш этихъ двухъ отроговъ, теперь растворяется, и изъ пары кл^токъ
Оплодотворен!е и образована плодовъ у мукоровыхъ, сифоновыхъ и багрянокъ:1—4) коньюгац!я и образоваше плода у Sporodinia grandis; 5, 6) Vaucheria sessilis; 7) зачатокъ плода съ трихогиной у Dudresnaya coccinea, 8) антеридш того-же растешя со сперматозоидами, готовыми отделиться, 9) плодъ того-же растешя. Фиг. 1—4: увелич. въ 180 разъ, фиг. 5 и 6: 250 разъ, фиг. 7—8: въ 400 разъ, фиг. 9: 250 разъ. (Фиг. 7—9 по Борнэ) Ср. 50—55 стр. текста.
образуется одна, которую называютъ зигогошемъ ) (рис. 3). Оба протопласта, живппе до того времени порознь каждый въ своей клЬтк4, теперь сливаются, и это сл!яше надо считать актомъ оплодотворешя. Оболочка средней клеточки, окружающая сливппеся протопласты, утолщается, въ н4которыхъ случаяхъ, какъ, напр., у выбранной нами для образца Sporodinia grandis, покрывается бородавками, у
изображенная) въ I томе на стр. 512 фиг. 9 Mucor Mucedo она морщиниста и шершава, а у другихъ мукоровыхъ бываетъ даже шиповата и получаетъ очень темную окраску. Наконецъ эта средняя темная клетка отделяется отъ выступовъ, служив- шихъ ей подпорою, становится самостоятельною и свободною (см. рис. 4 на 50 стр.). Какъ вишня падаетъ съ ветки дерева, такъ и она отпадаетъ отъ поддержи- вавшихъ ее гифъ, и, подобно вишне, ее можно назвать плодомъ, хотя она въ действительности состоитъ всего изъ одной клетки. TaKie плоды называютъ зиготами.
У сливающихся въ воде протопластовъ Ulothrix мы не можемъ решить, который сперматопластъ, и который оопластъ, такъ же точно и у сливающихся въ зигогоши протопластовъ Sporodinia grandis нельзя определить, который оплодо- творяетъ, и который оплодотворяется. Теоретически, конечно, можно предполагать существоваше различ!я, и очень вероятно, что оно состоитъ въ особенностяхъ мо- лекулярнаго строешя протоплазмы, но резкой разницы въ величине, форме, окраске или развиты подметить еще не удалось.
У десмид!евыхъ водорослей (сцеплянокъ), две формы которыхъ, Closterium и Penium, представлены на фиг. 9 и 10 таблицы при 23 стр. перваго тома, а равнымъ образомъ у сотенъ разныхъ видовъ д!атомовыхъ, также нельзя подметить внешнихъ отличш у сливающихся протопластовъ. Только у зигнемовыхъ можно принять одинъ изъ протопластовъ за оопластъ, а другой за сперматопластъ, и то лишь опираясь на относительное ихъ положеше. У этихъ растешй, оплодотвореше которыхъ представлено на фиг. 11 той же таблицы причемъ для примера взята распро- .страненная въ болотахъ и прудахъ нитчатая водоросль Spirogyra arcta, изъ отдельныхъ -расположенныхъ рядами клетокъ вырастаютъ на встречу другъ другу выступы, точь въ точь какъ это описано у Sporodinia grandis. Каждый такой выступъ встречается -съ другимъ, отходящимъ отъ клетки соседней нити, они сталкиваются, срастаются и образуютъ ярмо. Обыкновенно таше выступы образуются изъ целаго ряда кле- токъ у двухъ плавающихъ въ воде параллельно нитей, и такимъ образомъ при сл1янш ихъ получается родъ лестницы (см. фиг. 11 на таблице при 23 стр. перваго тома). Стенка, образованная срасташемъ противоположныхъ выступовъ, растворяется и уничтожается, и такимъ образомъ между двумя соседними клетками спирогиры образуется соединяющей ихъ каналъ. Между темъ въ каждой клетке про- исходятъ изменешя протоплазмы, которая до сихъ поръ была заполнена винтообразно завитымъ, лентовиднымъ хлорофильнымъ теломъ; въ ней образовались закругленные, темнозеленые шары, сливаюпцеся другъ съ другомъ. Это еоединеше у спирогиры, однако, происходитъ не въ средине соединенныхъ отроговъ какъ у Mucor и Sporodinia *), а, напротивъ, зеленый прото- полазмовый шарикъ изъ одной клетки проскользаетъ по соединительному каналу въ противоположную клетку и сливается тамъ съ другимъ протопластомъ, находившимся въ по- коеинеизменявшимъ своего положен!я. Конечно, можно было-бы признать въ покоющемся протопласте оопластъ, а въ движущемся къ нему для <шяшя—сперматопластъ; однако еще разъ приходится при этомъ повторить, что
по форме, величине, внешнему виду и окраске между обоими протопластами нельзя подметить никакой разницы. Кроме того, интересно еще и то, что получившаяся отъ сл1ян1я зигота, принявшая теперь форму эллипсоида, не равняется по объему сумме составляющихъ ее протопластовъ, какъ следовала ожидать, а имбетъ горазда менышй объемъ. Изъ этого лучше всего можно заключить, что въ моментъ сое- динешя обоихъ протопластовъ происходить радикальный изменешя въ молекуляр- номъ строеши всей массы.
Другой способъ оплодотворешя, хотя и похожш на предъидупцй, но въ неко- торыхъ существенныхъ чертахъ отличающиеся отъ него, состоитъ въ томъ, что
Оплодотворен1е и образован!» плодовъ и споръ у пероноспоровыхъ: 1) гроздь винограда, пораженная милдью (Peronospora viticola); 2) споры на развйтвленныхъ спороноецахъ, выходящихъ изъ- устьицъ винограднаго листа; 3) оплодотвореше у Peronospora viticola; 4) отдельная спора; 5) отдельная спора,, содержимое которой делится на зооспоры; 6) отдельная зооспора. Фиг. 1 въ ест. велич., фиг. 2: увел. 80 разъ; фиг.
3—5: 350 разъ, фиг. 6: 380 разъ. (Фиг. 3—6 по Де-Б а ри). Ср. 53 стр. текста и последующая главы.
оплодотворен!е происходитъ при помощи отрога, отходящаго отъ антерид!я и прободающаго стенку оого"н!я. Этотъ случай особенно резко наблюдается у губительныхъ паразитовъ, известныхъ подъ именемъ. пероноспоровыхъ; изъ нихъ изображенная на нашемъ рисунке живущая на винограде Peronospora viticola пользуется печальною известностью, которую раз- дбляютъ съ нею причиняющая болезнь картофеля Peronospora infestans, истреб- ляющш стручковый растешя Cystopus Candidas, виды рода Pythium и друг. Изъ споръ пероноспоровыхъ, попадающихъ на свежую листву, зеленые побеги или
молодые плоды растешй-хозяевъ, немедленно развиваются трубчатыя гифы, который проникаютъ въ зеленую ткань, выпускаютъ тамъ отроги и ветвятся, сравнительно редко делятся перегородками, но за то часто пускаютъ маленыия присоски, такъ назыв. гаусторш, во внутрь наполненныхъ протоплазмою клетокъ (см. фиг. 1 на 6 стр. I тома). Эти трубчатыя гифы, наполняющая зеленую ткань хозяйскаго растешя, на одномъ изъ своихъ слепыхъ концовъ вздуваются, и зала- гающаяся перегородка образуетъ Гранину между находящимся на конце шаромъ и трубкой, сохраняющей свою цилиндрическую форму. Шаровидная клетка—это оогонШ, а содержимое ея образуетъ ооплазму. Последняя разделяется на две части, на средшй, болЪе темный комъ и на наружную, более светлую и прозрачную кроющую массу. На другой гифе, изредка даже на этой же самой, образуются антеридш въ виде боковыхъ, палицеобразныхъ отроговъ, которые растутъ по направленно къ оогонпо и прикладываются къ нему. ЗатЬмъ, после того, какъ антеридш столкнется съ оогошемъ, онъ пробуравливаетъ стенку оогошя и дости- гаетъ своимъ конусообразнымъ или цилиндрическимъ полымъ концомъ темнаго комка въ центре ооплазмы (см. фиг. 3 на 52 стр.). Между темъ, въ антеридш протоплазма разделилась на <, стенкоположный покровъ и собственную спермато- плазму Развивающшся на антеридш отрогъ, названный оплодотворяющею трубкою, открывается на своемъ конце, проникшемъ въ центръ оогошя, спермато- плазма впродолженш 1—2 часовъ переливается къ ооплазме и такъ совершенно сливается съ нею, что границъ между ними различить уже невозможно. Вскоре после этого процесса оплодотворенная ооплазма покрывается толстою оболочкою, состоящею изъ многихъ слоевъ. Внешнш слой ея обыкновенно бываетъ неровнымъ и бородавчатымъ, а у некоторыхъ видовъ усеянъ шипами. Образовавпийся этимъ путемъ плодъ былъ и остался одноклетнымъ. Оогонш разрушается, а плодъ, ставши свободнымъ, переживаетъ продолжительный перюдъ покоя. Вырастающее изъ него новое поколеше первоначально имеетъ форму трубки, которая разбивается на лопасти, разветвляется и принимаетъ затемъ форму материнскаго растешя, или же изъ протоплазмы прорастающей трубки, которую приходится въ данномъ случае считать зародышемъ, выступаютъ сначала зооспоры; оне некоторое время блуж- даютъ въ воде, отыскивая подходящее место для поселешя, и, наконецъ, успокоившись, даютъ начало новымъ особямъ. Какимъ образомъ пероноспоровыя обра- зуютъ рядомъ съ плодами и споры на древовидно ветвящихся гифахъ, выступаю- щихъ изъ устьицъ хозяйскаго растешя, ясно видно на фиг. 2, 4, 5 и 6 на стр. 52 ).
Оплодотвореше у сифоновыхъ отличается какъ отъ таковаго съ образо- вашемъ оплодотворяющей трубки, такъ и отъ того процесса, при которомъ получается соединеше двухъ клетокъ въ виде ярма. Все решительно сифоновыя живутъ въ воде или на влажной почве, заливаемой водою; все они содержатъ хлорофиллъ и потому это не сапрофиты и не паразиты. Примеромъ этой разнообразной группы растенш можетъ служить одинъ видъ рода Vaucheria, на которомъ мы опишемъ интересуюпцй насъ процессъ. Если разсматривать зеленыя нити Vaucheria подъ микроскопомъ, то оказывается, что оне состоять изъ одного только мешка, который хотя и не перегороженъ, зато снабженъ многочисленными выростами. Выросты служатъ различнымъ целямъ: те, что при основаши, прикрепляютъ растеше къ субстрату, находящееся на свободныхъ концахъ даютъ бродяч!я споры (см. томъ I, тит. 1 на таблице при 23 стр.), а боковые являются местомъ образовашя поло-
выхъ органовъ и плодовъ. Эти последше бываютъ двоякой формы (см. фиг. 5 и 6 на 50 стр.). Одни коротки и толсты, имеютъ видъ яйца и обыкновенно вытянуты вкось; друпе болбе похожи на цилиндръ, тонки, закручены какъ рогъ у серны,, завиты какъ улитка, а иногда, въ свою очередь, делятся еще на несколько рож- ковъ. Протоплазма этихъ лопастей отделяется отъ протоплазмы главнаго мешка, и на местахъ д4лешя залагается перегородка изъ клетчатки. Каждая лопасть пред- ставляетъ, значитъ, теперь клетку или вместилище, где содержится протоплазма, назначенная для оплодотворешя. Яйцевидныя вместилища содержатъ ооплазму и являются оогошями, а завитыя цилиндричесшя заключаютъ въ себе сперматоплазму и представляютъ антеридш. Развило ихъ совершается довольно быстро; обыкновенно оно начинается вечеромъ, а уже къ следующему утру готовы и антеридш и оогонш. И вотъ, около полудня на верхушке оогошя появляется отверсле, между темъ какъ заключенная въ немъ протоплазма съеживается въ шаръ. Въ то же время протоплазма антерид!я разбивается на большое число удлиненныхъ спер- матозоидовъ, у которыхъ на каждомъ конце имеется по реснице. Затемъ свободный конецъ антерщця лопается и крошечные сперматозоиды выступаютъ въ окружающую воду целымъ роемъ. Часть ихъ достигаетъ соседняго оогошя, проникаетъ въ него черезъ отверсле на вершине и сливается тамъ съ ооплазмой, свернувшейся въ зеленый комъ. При этомъ надо обратить внимаше на следующее явле- ше. Если, какъ это обыкновенно бываетъ, на одной и той же нити образовались рядомъ антеридш и оогонш, то одновременное раскрываше ихъ наблюдается сравнительно очень редко, и такимъ образомъ, по возможности, устраняется оплодо- твореше оопласта сперматоплазмою антерид!я той же нити; зато сравнительно часто- наблюдается случай, что сперматоплазма изъ антерид!я одной нити попадаетъ въ оогонш другой и такимъ образомъ происходить скрещиваше (см. рис. 5 и 6 на 50 стр.). Лишь только совершилось оплодотвореше оопласта, онъ окружается толстой клеточной оболочкой и зеленый цветъ протоплазмы заменяется грязнобурымъ или краснымъ, и въ оогонш можно заметить краснобурый одноклет- ный плодъ. Оогошй растворяется и растекается или же отделяется вместе съ окру- женнымъ имъ плодомъ. Въ. обоихъ случаяхъ продуктъ оплодотворешя удаляется отъ мешка, сбоку котораго онъ образовался, и погружается въ глубь, где онъ можетъ покоиться очень долго, иногда целую зиму. Когда 'затемъ одноклеточный плодъ начинаетъ прорастать, наружный слой клеточной оболочки лопается и изъ щели выступаетъ мешокъ, по форме напоминающш тотъ, изъ котораго плодъ образовался.
У багряныхъ водорослей или флоридей, прелестно раскрашенное изобра- жеше которыхъ приложено было къ 584 стр. I тома, половой процессъ называется оплодотворен!емъ при посредстве трихогины. Подъ трихогиною под- разумеваютъ длинную клетку въ виде нити или волоса, которая возвышается надъ зачаткомъ плода. У части багрянокъ въ трихогину удлиняется непосредственно клетка, содержащая ооплазму, у другихъ, напротивъ, зачатокъ плода, содер- жащш ооплазму, перегораживается на рядъ широкихъ клетокъ, который въ совокупности образуютъ короткую ветвь вилообразно разветвленнаго слоевища, и къ этому-то ряду клетокъ сбоку и прижата та длинная, тонкая, нитевидная клетка, которая носить назваше трихогины (см. фиг. 7 на 50 стр.). Въ то время, какъ на одной особи залягаются подобные зачатки плодовъ, на другой развиваются анте-
ридш. Гораздо реже приходится находить зачатки плодовъ и антеридш на одной и той же особи рядомъ, и у техъ немногихъ видовъ, у которыхъ подобнаго рода случай наблюдается, самооплодотворевйе становится невозможнымъ, благодаря запаз- дыватю въ развитш либо антерцгця, либо ооготя. Какъ бы тамъ ни было, но антеридш всегда представляется въ виде ограниченнаго участка слоевища, отъ котораго отчленяются отдельный круглыя клетки, наполненныя сперматоплазмою. Фиг. 8 на 50 стр. изображаетъ антеридш такой багрянки, именно Dudresnaya coccinea. Тонкая ветвь слоевища кончается вилообразно расположенными клетками, и самыя крайтя изъ нихъ, округляющаяся и отделяющаяся, содержать спермато- плазму и принимаются за сперматозоиды. Въ противоположность сперматозоидамъ Vaucheria, лучицъ, мховъ и папоротниковъ, о которыхъ речь впереди, они не имеютъ ресницъ, не могутъ самостоятельно двигаться въ воде, а разносятся пассивно течетями окружающей воды, которыхъ всегда достаточно въ местахъ, где водятся багрянки. Эти морск!я течетя заносить ихъ къ трихогинамъ, возвышающимся надъ зачатками плодовъ, и они прилипаютъ къ нимъ, какъ это показано на рис. 7 на стр. 50.
Насколько при этомъ соединенш действую™ силы, исходящая изъ самой -юплязмы, этого мы касаться не будемъ. Очень возможно, что тутъ играютъ какую- либо роль вещества, выделяемыя ооплазмою въ окружающую воду. Достоверно это но известно, доказано только, что сперматозоиды прилипаютъ къ трихогине гораздо чаще, чемь къ другимъ соседнимъ предметамъ, подобно ей колышащимся въ воде. Тамъ, где сперматозоидъ присталъ къ трихогине, происходить растворете оболо- чекъ обоихъ, сперматоплазма проникаетъ во внутрь трихогины и сливается съ протоплазмою, заполняющей ея полость. Вызванныя этимъ изменетя передаются протоплазме, заполняющей колбовидное вздут!е при основанш трихогины, а во мно- гихъ случаяхъ отражаются даже на протоплазме, выполняющей соседтя клетки. Хотя это поступательное движете въ измененш молекулярнаго строетя протоплазмы не было замечено непосредственно, однако о его существоваши можно догадываться, и можно представить себе, что принятыя въ ооплазму частицы спер- матоплазмы действуютъ на нее подобно энзимамъ, оказывающимъ на протоплазму вл!яше даже сквозь клеточную оболочку, производя тамъ пере^уппировку ча- стицъ (ср. стр. 468 I тома). Что изменетя, производимыя въ зачатке плода сперматоплазмою, могутъ передаваться изъ клетки въ клетку до техъ поръ, пока вообще еще встречается протоплазма, восприимчивая къ этимъ изменетямъ, доказывается, между прочимъ, и темъ обстоятельствомъ, что дальнейшему развитию подвергается не сама трихогина, а только вздуйе при ея основанш и окружаюпця это вздут!е клетки. Оне то именно увеличиваются въ объеме въ то время, какъ сама трихогина съеживается и отмираетъ. Клетки, содержания протоплазму, оплодотворенную при поср едстве трихогины, должны быть признаны за плоды. То, что разовьется изъ нихъ, будетъ уже не плодомъ, а новымъ поколетемъ. Какъ и во множестве другихъ случаевъ (у мховъ и сосудистыхъ тайнобрачныхъ), это новое поколете остается въ связи съ материнскимъ организмомъ, но зато сильно отличается по форме отъ произведшаго его поколетя. Заметимъ вкратце, что клетки плода начинаютъ рано или поздно прорастать, отчленять отъ себя кучу споръ, и что кроме того у большинства багрянокъ изъ клетокъ при основанш плода вырастаю™ новые клеточные ряды, образующее вокругъ молодыхъ плодовъ покровъ, напоминающш коробку.
При оплодотворены описанныхъ до сихъ поръ тайнобрачныхъ, каждый разъ происходить сл!ян!е сперматоплазмы съ ооплазмою. Приготовляющееся къ сл!яшю протопласты покидаютъ при этомъ клеточныя полости, въ которыхъ они достигли своей половой зрелости, или, по крайней мере, протоплазма одной половой клетки освобождается и безпрепятственно достигаетъ другой, находящейся въ покое, чтобы слиться съ нею. Для этого данная протоплазма должна прежде всего освободиться отъ части клеточной оболочки, заграждающей ей дорогу; потому что ведь только при этомъ условш можетъ произойти то соединеше, которое такъ удачно было названо сдцяшемъ протоплазмы. Если оплодотворен!е производится д i о- смотическимъ пут ем ъ, то удалеше клеточной оболочки не является необходимостью; за то для успешнаго совершешя полового акта въ этомъ случае является существеннымъ услов!емъ, чтобы клеточныя оболочки черезъ которыя = приходится проникнуть сперматоплазме, или вернее, черезъ которыя спермато- плазма и ооплазма обмениваются веществами, представляли строеше, облегчающее такой дюсмозъ.
Простбйшш случай такого дюсмотическаго оплодотворешя былъ наблюдаемъ у грибовъ, известныхъ въ народе подъ назвашемъ мучной росы (Erysipheae), затемъ у плесней, родственныхъ Aspergillus и Penicillium, образоваше споръ у которыхъ было описано на 9 стр., далее у многихъ блюдценосныхъ грибовъ, особенно у Ascobolus, о которомъ намъ еще придется говорить по поводу его метательнаго снаряда. Мучная роса на поверхности зеленыхъ листьевъ представляется подъ микроскопомъ въ виде своеобразнаго мицел!я. Нитевидныя, безцветныя, перепле- тающхяся по всемъ направлешямъ и перепутывающаяся гифы не проникаютъ въ межклетныя пространства ткани хозяина, а ограничиваются темъ, что погружаютъ въ поверхностный клетки стебля и листьевъ неболышя сосательныя колбочки (см. рис. 2 на 166 стр. I тома). Некоторый гифы поднимаются надъ субстратомъ и отделяютъ отъ себя четковидные ряды споръ, друпя пускаютъ коротше боковые отроги, какъ у Vaucheria отделяющееся перегородками, такъ что протоплазма этихъ отроговъ оказывается отграниченной отъ протоплазмы остальной гифы. Одни изъ этихъ отроговъ имеютъ видъ палицы или яйца, содержать ооплазму и должны быть признаны за оогоши, друпе же имеютъ цилиндрическую форму, иногда загибаются въ видь крючковъ, заключаютъ сперматоплазму и образуютъ антеридш. У некото- рыхъ видовъ верхнш колбовидно вздутый конецъ отрога, наполненнаго спермато- плазмою, именно антеридш, загибается надъ вершиною оогошя и прикладывается къ нему вплотную, не пуская однако во внутрь оогошя особой оплодотворяющей трубки; у другихъ грибовъ этой группы, напротивъ, обе клетки, какъ антеридш такъ и архегонш, завернуты одна вокругъ другой въ виде спирали и тесно соприкасаются другъ съ другомъ. По всемъ вероят!ямъ, часть сперматоплазмы прони- каетъ путемъ дюсмоза ) сквозь клеточныя оболочки къ ооплазме и вызываетъ въ ней перемены внутренняго строешя, которыя должны быть признаны за оплодо- твореше. Ооплазма такимъ образомъ становится зародышемъ. Окружающая заро-
дышъ клетка не растворяется и не отделяется отъ гифенной нити, изъ которой она произошла, а делится на одну верхнюю большую и другую нижнюю клетку, представляющую подставку, подъ этой подставкою изъ гифенной ткани развиваются новые отроги, которые делятся, въ свою очередь, и въ конце концовъ образуютъ вокругъ зародыша большую многоклетную оболочку.
Образовавшая такимъ путемъ плодъ остается въ соединены съ гифою, изъ которой онъ развился, и его можно заметить простыми глазомъ въ виде мельчай- шаго шарика. Если на гифенной ткани образуется одновременно большое число такихъ плодовъ, какъ это бываетъ, напр., у паразитирующей на листьяхъ хмеля Sphaerotheca Castagnei, то мучная роса, покрывающая листъ, кажется какъ бы усеянною этими плодовыми шариками. Изъ зародыша развивается затемъ новое поколеше. У видовъ рода Podosphaera онъ вырастаетъ въ единственную сумку (аскусъ) внутри этой самой плодовой оболочки, которую мы только что описали; протоплазма ея дробится и обращается въ настоящая споры, который покидаютъ мбшокъ и разносятся течешями воздуха, у Erysiphe, напротивъ, зародышъ делится, превращается въ простой или разветвленный рядъ клетокъ, и уже изъ этихъ кле- токъ развиваются прямыя, палицеобразныя сумки, протоплазма которыхъ дробится и превращается въ споры.
Къ описанному здесь процессу оплодотворешя и образовашя плода у мучной росы (Erysipheaceae) близокъ подобный-же процессъ у кистевика (PenicUlium) и вообще у техъ формъ плесней, который собираются подъ общимъ назвашемъ Aspergillaceae, И здесь тоже ооплазма и сперматоплазма находятся въ мешковидныхъ отрогахъ, плотно прилегающихъ другъ къ другу; при этомъ они или завиваются въ виде винта и закручиваются другъ вокругъ друга, или конецъ антерид!я здесь загибается крючкомъ и обхватываетъ другой, какъ-это было изображено на рис. 6 на 512 стр. I тома. Оплодотвореше совершается путемъ дюсмоза. Зародышъ, разви- вающыся изъ закрученнаго въ спираль оогошя, оказывается разделеннымъ на несколько клетокъ, выпускаетъ колбовидные или обратно яйцевидные отроги, протоплазма которыхъ разбивается на участки и формируется въ округлые или эллип- тичесше комочки (см. рис. 7 на той-же стр.). Эти образовашя обволакиваются многоклетной плотной тканью, происходящей такимъ образомъ, что отъ клетокъ при основаны отходятъ гифы, который быстро поднимаются, разветвляются, многократно делятся и образуютъ многоклетный шаровидный покровъ вокругъ зародыша.
Следующая тайнобрачный, о которыхъ намъ придется говорить, именно лу- чицы, мхи и сосудистыя тайнобрачный, уклоняются отъ описанныхъ до сихъ поръ въ томъ, что о огон! й у нихъ покрывается особой оболочкой еще до оплодотворен!я, вследств!е чего доступъ сперматоплазме оказывается ограниченными Этотъ покровъ, для котораго мы станемъ употреблять на- зваше амфигон!я, въ общихъ чертахъ построенъ у всехъ растены, у которыхъ онъ вообще встречается, одинаково; но, что касается проникашя сперматозоидовъ въ амфигоны и образовашя плода изъ зачатка его, у названныхъ растены наблюдаются самыя значительныя различ!я. Проследить ихъ во всехъ подробностяхъ не позволили-бы намъ тесныя рамки этой книги, и въ следующихъ главахъ мы носнемся только самыхъ крупныхъ явлешй, и разберемъ ихъ по возможности кратко.
Что касается прежде всего лучицъ (Characeae), то у нихъ зачатокъ плода 'нгЬетъ эллиптическую форму и сидитъ на короткой, одноклетной ножке. На
этой ножке сидитъ такъ-называемая узловая клетка, короткая, имеющая видъ диска, которая служитъ пьедесталомъ для большого эллиптическаго оогошя и является въ то-же время мбстомъ отхода пяти мутовчато расположенныхъ удли- ненныхъ клетокъ, закручивающихся вокругъ оогошя въ виде спирали, образуя изящный покровъ его (см. рис. 8 на 59 стр.). Отъ сталкивающихся надъ оогошемъ концовъ этихъ клетокъ отделяются, въ свою очередь, неболышя клеточки, обра- зуюпця крышечку или коронку покрова, названнаго нами амфигошемъ. Подъ этой коронкой стянутыя вместе клетки амфигошя даютъ маленькую полость, и въ ней то ко времени оплодотворешя делаются заметными щели, черезъ которыя сперматозоиды могутъ проникнуть внутрь амфигошя и достигнуть образовавшагося въ немъ эллиптическаго оогошя. Сами-же клетки амфигошя срастаются вплотную, безъ промежутковъ.
Способъ образовашя этихъ сперматозоидовъ вообще очень замечателенъ. Местами возникновешя ихъ являются красныя округлыя образовашя, которыя только немногимъ меньше зачатковъ плодовъ и имеютъ одинаковое съ ними происхождеше. Они развиваются на мутовчатыхъ разветвлешяхъ и притомъ у однихъ видовъ вместе съ плодами, у другихъ (см. рис. 2 и 3 на 59 стр.) на особыхъ не- делимыхъ, такъ что различаютъ лучицы однодомныя и двудомный. Каждый красный шаръ составляется изъ восьми пластинокъ, слабо выпуклыхъ кнаружи, форма которыхъ близка къ сферическому треугольнику; каждая пластинка сложена въ складки на подоб!е звезды и по краямъ зазубрена (см. рис. 4 на 59 стр.). Зубцы пластинокъ, соединенныхъ въ шаръ, захватываютъ другъ друга, такъ что получается настоящее зубчатое скреплеше. Изъ центра слабо вогнутой внутренней стороны подымается цилиндрическая или конусовидная клетка, на вершине которой сидитъ другая, имеющая форму головки. Отъ последней отходятъ длинные ряды клетокъ, нижше члены которыхъ имеютъ конусовидную или цилиндрическую форму, тогда какъ следуюпце напоминаютъ скорее короткш дискъ (см. рис. 5 стр. 59). Все это образоваше можно сравнить съ бичемъ или кнутомъ, такъ что клетку, сидящую на пластинке назвали рукояткою (manubrium). Пока 8 пластинокъ замыкаютъ собою шаръ, эти рукоятки-кнутовища направляются къ середине пустого шара, и ряды клетокъ, отходяпце отъ рукоятки, свернуты въ клубокъ. Но коль скоро пластинки расходятся и шаръ распадается, клубокъ расправляется и получаетъ тогда такой видъ, какъ на рис. 5 стр. 59. Къ этому времени протоплазма каждой дисков видной клетки принимаетъ видъ спирально свернутаго сперматозоида, и теперь некоторое время въ каждой клетке можно заметить по одному сперматозоиду (см. рис. 6 стр. 59). Вскоре затемъ эти клетки раскрываются. Сперматозоиды, снабженные на конце двумя длинными ресницами, выскользаютъ изъ нихъ въ окружающую воду и, кружась, плаваютъ въ ней (см. рис. 7 на 59 стр.). Затемъ сперматозоиды достигаютъ описанной выше щели въ коронке и пролезаютъ внутрь амфигошя. Въ полости его помещается оогошй, т. е. та крупная клетка, которая содер- житъ ооплазму, а надъ нею можно заметить еще слизистую, студенистую массу, заполняющую въ особенности шейку амфигошя. Клеточная оболочка оогошя, въ свою очередь, разжижается и растекается на вершине, и эти мягшя, набухппя сли- зевыя массы не представляютъ проникшему въ амфигошй сперматозоиду препят- ствш на пути. Сперматозоиды достигаютъ ооплазмы и, по всемъ верояпямъ, тутъ происходить сл}яше двухъ протоплазмъ.
Изменёшя, происходящая въ зачатке плода после оплодотворешя, внешними образомъ выражаются переменою окраски. Бывшая до сихъ поръ зелеными хлоро- фильныя тела принимаютъ желтокрасный цвбтъ, завитыя въ спираль клетки амфи- гошя утолщаются и становятся почти черными, и амфигонш представляетъ теперь твердую скорлупу, облекающую въ виде наружнаго покрова внутреннюю оболочку ооплазмы, превратившейся въ зародышъ. Затбмъ все образоваше отделяется отъ стеблевой клетки, погружается въ воду и впродолжеши долгаго времени, иногда
Оплодотвореше у лучицевыхъ растеши (Characeae): 1) Chara fragilis, 2) кусокъ этого растен!я съ амфиготями и антерид!ями на вйтвяхъ, 3) отдельная в^твь съ амфигошями и антерид!ями, 4) одна пластинка антерид!я съ рукояткою и клетками, расположенными рядами, въ которыхъ находятся сперматозоиды, 5) нисколько клйтокъ изъ этихъ рядовъ, средтя содержать по одному сперматозоиду, изъ верхней клетки сперматозоидъ вы- скользаетъ, нижняя уже порожняя, 6) отдельный сперматозоидъ, 7) амфигонш, обхватывающш оогошй. Фиг. 1 въ ест. велич.; фиг. 2 увел. 10 разъ, фиг. 3, 15 разъ, фиг. 4, 35 разъ, фиг. 5, 100 разъ, фиг. 6, 300 разъ, фиг. 7, 500 разъ, фиг. 8, 50 разъ. Ср. 58—59 стр. текста.
всю зиму, остается безъ изм4нешя на дне пруда или болота. Только следующей весной зародышъ начинаетъ прорастать, производить сначала рядъ клетокъ, такъ называемый предростокъ, и изъ одной клетки этого предростка развивается затемъ уже мутовчато разветвленная лучица (см. рис. 1 на этой стр.).
Зачатокъ плода у м х о в ъ во многихъ отношешяхъ представляетъ разительное сходство съ его образовашемъ у лучицъ, хотя по своему происхождение онъ совершенно различенъ. Онъ беретъ свое начало въ поверхностномъ слое клетокъ растешя мха и притомъ, смотря по виду, то на стеблевидной, то на листо-
видной части слоевища. Клйтка подымается въ видй сосочка надъ соседними и посредствомъ поперечной перегородки отдйляетъ нижнюю часть, служащую пьеде- сталомъ для клеточной группы, происшедшей изъ верхней клетки. Послй многократного дйлешя последняя оказывается расчлененною на средшй рядъ клйтокъ и покровъ вокругъ него. Изъ клйтокъ, занимающихъ середину, особенно бросается въ глаза по своей величин^ одна изъ нижнихъ въ вертикальномъ ряду; она богата протоплазмой и должна быть признана за оогонш. Слйдуюпця за ней средшя клетки называются шейными. Назваше это происходитъ отъ того, что они заполняютъ съуженную въ шейку часть покрова. Клеточный покровъ, окружающш средней рядъ клйтокъ и представляющей изъ себя амфигонш, имйетъ вообще видъ бутылки (см. рис. 10 на 13 стр.); нижняя расширенная часть содержитъ оогонш, верхняя, съу- женная въ шейку, заполнена шейными клетками, и все образоваше, называемое прежними ботаниками архегошемъ ), прикрыто сверху крышечкой изъ нйсколь- кихъ клйтокъ. Когда наступаетъ пора оплодотворешя, шейныя клйтки ослизняются, слизь эта отчасти выталкивается наружу черезъ отверсйе въ крышкй, а остающаяся часть ея не препятствуетъ уже болЬе движенью сперматозоидовъ по направленно къ ооплазмй въ центрй зачатка плода.
Антеридш развиваются подобно зачатку плода. Поверхностная клйтка слоевища подымается въ видй сосочка, первые сегменты повторно делятся по всймъ направлешямъ, и такимъ образомъ получается тканевое тЬло, на которомъ можно различить нужную ножку и сидящую на ней утолщенную, колбовидную или вздутую часть. Последняя состоитъ изъ многоклйтнаго мйшковиднаго покрова и паренхимной ткани, выполняющей полость этого покрова. Въ каждой клйткй этой выполняющей ткани протоплазма формируется въ винтообразно свернутый сперматозоидъ, и вскоре вся заполняющая ткань распадается на отдйльныя клйтки. Антеридш открывается на верхушкй, и свободный клйтки, лежапця въ слизистой массй, выталкиваются въ окружающую дождевую воду или росу. Сперматозоиды въ это время выползаютъ изъ окружающихъ ихъ нйжныхъ клйточныхъ оболочекъ и пла- ваютъ въ водй при помощи длинныхъ рйсницъ, которыхъ у каждаго находится по двй (см. рис. 9 и 10 на 29 стр. I тома). Черезъ длинную, заполненную слизью шейку они достигаю™ оогошя, лежащаго въ расширенномъ основанш плодоваго зачатка, прикладываются къ нему, и путемъ принятхя составныхъ частей спермато- плазмы ооплазмою совершается оплодотвореше.
Прим. пер. Г.Прим. пер. Г.Обыкновенно нисколько антерщцевъ сидятъ тйсно другъ подлй друга. У листовыхъ мховъ они чередуются съ такъ называемыми парафизами, образовашями, напоминающими волоски; значеше этихъ образованы до сихъ поръ еще не вполнй выяснено. У многихъ видовъ одна особь даетъ только антеридш, другая только амфигонш, у другихъ, напротивъ, антеридш и амфигонш развиваются рядомъ на одномъ и томъ же растеши. Въ послйднемъ случай, обыкновенно, либо антерид!й развивается позже оогошя, либо наоборотъ. Или путь къ оогошю черезъ шейку амфигошя уже открытъ, въ то время какъ находящееся рядомъ антеридш еще замкнуты, или сперматозоиды сосйдняго антерщця уже плаваютъ въ водй въ то время, когда шейка амфигошя еще закрыта,—все это приспособлешя, который,
Прим. пер. Г.
Прим. пер. Г.
тетй, Ит-во ^Просв’6птеи1е“ въ Спб.
ЛИСТОВЫЕ И ПЕЧЕНОЧНЫЕ МХИ.
[Къ таблиц^: „Лгютвекние и печеночние мхи“.\
Жизнь растенШ II
подобно многимъ другимъ, имеютъ целью воспрепятствовать соединенью спермато- плазмы съ ооплазмою той же особи и, напротивъ, способствовать скрещиванью различныхъ особей.
У нЬкоторыхъ печеночныхъ мховъ вокругъ антерид!я и амфигошя возвышаются кольцевые валики, и въ этихъ случаяхъ данныя образовашя погружены въ углублешя слоевища; у другихъ печеночниковъ отдельный лопасти и веточки слоевища превращаются въ щитки и диски, сидяпце на ножкахъ, и тогда на нихъ образуются въ особыхъ углублешяхъ и впадинахъ на нижней поверхности антеридш и амфигонш. У техъ мховъ, слоевище которыхъ расчленено на стеблевидную ось и листоподобныя клеточный пластинки, антеридш развиваются въ пазухахъ листи- ковъ или на верхушке стебелька въ углублешяхъ, напоминающихъ кувшинъ. У листовыхъ мховъ главный и боковыя оси кончаются группами антерид!евъ и архегошевъ и развиваются особые листочки въ виде защитныхъ покрововъ, полу- чившихъ назваше перихещя. Иногда листочки эти производятъ впечатлите лепестковъ, напр., у кукушкина льна (Polytrichum), одинъ видъ котораго изобра- женъ на первомъ плане слева на приложенной таблице: „листовые и печеночные мхи“. У этихъ мховъ антеридш и амфигонш распределены между различными особями, и покровные листики на верхушке стебелька, заканчивающейся антерщцями, тесно сближены вместе, коротки, широки и окрашены въ краснобурый цветъ, такъ что очень напоминаютъ маленьше лепестки, сидяпце на цветоложе, имеющемъ видъ блюдца. Этотъ кукушкинъ лёнъ можетъ служить образцомъ для всехъ техъ мховъ, у которыхъ, благодаря этимъ покровнымъ листикамъ, между антерид!ями и амфигошями устанавливается резко выраженное различ!е. Особи, снабженныя только амфигошями, обнаруживают совершенно иное устройство и группировку перихещя, чемъ несупця антеридш. Рисунки хорошо иллюстрируютъ эту разницу. Те стебельки кукушкина льна (Polytrichum), которыя на нашей картине стоятъ позади кончающихся ложными цветками, лишены антерщцевъ, зато на нихъ можно заметить стройный щетинки, несупця споровместилища въ форме капсулы. Оне произошли отъ амфигошевъ, которые скрывались среди длинныхъ заленыхъ листочковъ на вершине стебелька и были тамъ оплодотворены.
Въ положенш оплодотворяемой ооплазмы въ полости амфигошя, въ возник- новенш и форме сперматозоидовъ, наконецъ, относительно процесса оплодотво- решя вообще, между мхами и лучицами замечается, какъ уже было сказано, большое сходство. Однако, начиная съ момента оплодотворешя, дальнейшее раз- вийе здесь и тамъ совершенно различно. Плоды лучицъ отделяются отъ материнскаго растешя, у мховъ же они остаются въ соединенш съ нимъ, при чемъ соединеше это носитъ характеръ не только механически, но и органическьй. Вырастающее изъ плода мха поколете все время получаетъ нужную пищу и вещества, необходимый для роста и развийя, изъ материнскаго растешя и безъ его поддержки оно было бы обречено на гибель. Слово „поддержка" можно понимать въ этомъ случае и буквально, такъ какъ материнское растете действительно является носителемъ, опорою новаго поколешя, развивающагося изъ превратившейся въ зародышъ ооплазмы. У лучицъ отдельный ступени развийя всегда резко разграничены другъ отъ друга. Особенно характерна стадая созревашя плода, кото- гая проявляется въ виде отпада этого плода отъ материнскаго растешя. Не то у 2^?въ. Такъ какъ пространственнаго разъединешя тутъ не наблюдается, то трудно
провести здесь временную границу и говорить, что зрелость плода наступила тогда-то и тогда-то; темъ труднее это сделать, что изменешя въ форме и окраске въ этомъ случае также даютъ мало данныхъ. Проще всего было бы считать обра- зоваше плода законченнымъ тотчасъ по совершенш оплодотворешя. Ооплазма съ этого момента становится зародышемъ и покровы ея делаются оболочками плода. Въ пользу такого воззрешя говорить и то обстоятельство, что после соединешя ооплазмы со сперматоплазмою наступаетъ перюдъ покоя, перерывъ въ развиты, между темъ какъ до и после этого видимыя снаружи внешшя изменешя наступа- ютъ очень быстро одно за другимъ. Каковы эти позднйшшя измйнешя, было уже описано (ср. 13 и 14 стр.), и мы здйсь только вкратце повторимъ, что вырастающее изъ пл^да мха поколеше развиваетъ споры и отмираетъ. разсеявъ ихъ.
Папоротники, хвощи, водные папоротники и плауны, которые, въ виду появ- лешя у нихъ въ стебляхъ и филлоклад!яхъ сосудистыхъ пучковъ, собираются подъ общимъ назвашемъ сосудистыхъ тайнобрачныхъ, обнаруживают половые органы, весьма похож!е на таковые у мховъ. Кроме того, первое поколйн!е этихъ сосудистыхъ тайнобрачныхъ, на которомъ именно развиваются антеридш и зачатки плодовъ, замечательно напоминаетъ первыя поколешя нйкоторыхъ печеночныхъ мховъ.
У папоротниковъ, представляющихъ самую обширную группу сосудистыхъ тайнобрачныхъ и могущихъ служить отличнымъ примйромъ для всйхъ представителей ея, первое поколенГе является въ виде зеленаго, листоподобнаго, пло- скаго образовашя, которое плотно прилегаетъ къ питающей его почве и обыкновенно имеетъ почковидную или сердцевидную форму (см. рис. 16 на 10 стр.). Такъ какъ ткань этого перваго поколешя совершенно не содержитъ сосудистыхъ пучковъ, то ее можно признать за слоевище или таллусъ, вследств!е чего это поколеше и было названо проталл!емъ (предросткомъ). Зачатки плодовъ, равно какъ и антеридш, помещаются на проталлш на нижней, обращенной къ почве стороне, отъ которой отходить также рядъ нежныхъ всасывательныхъ клетокъ, похожихъ на волоски. У одной части папоротниковъ они разъединены, и притомъ такъ, что одинъ предростокъ даетъ только антеридш, другой только зачатки плодовъ; у другой же части папоротниковъ они встречаются вместе на одномъ и томъ же проталлш. Въ последнемъ случае зачатки плодовъ находятся вблизи вырйзки, а антеридш на противоположномъ краю предростка. Каждый зачатокъ плода по- хожъ на бутылку и развивается изъ поверхностной клетки проталл!я, только немного приподнимающейся на подоб!е бугорка. Эта клетка делится при помощи перегородокъ сначала на три клетки, изъ которыхъ каждая, въ свою очередь, вновь разделяется перегородками. Изъ верхней клетки развивается ткань, образующая горлышко бутыльчатаго зачатка; изъ средней развиваются 3 клетки, изъ которыхъ две верхшя заполняютъ каналъ шейки, между темъ какъ нижняя, сравнительно крупная, округляется и превращается въ оогонш. Дочершя клетки, развивппяся изъ нижней, образуютъ валикъ вокругъ оогошя и, если придерживаться нашего сравнешя этого образовашя съ бутылкою, то превращаются въ стенку вздутой части этой бутылки. Оогошй, протоплазма котораго превратилась въ ооплазму, оказывается теперь окруженнымъ многоклетною тканью, которая, какъ и у лучицъ и мховъ, можетъ быть названа амфигошемъ. Этотъ амфигонш выступает изъ соседней ткани только шейною своею частью, такъ какъ вздутая часть погружена въ ткань предростка.
Антеридш также развиваются изъ поверхностныхъ клетокъ предростка. Прежде всего клетки эти подымаются въ виде сосочковъ, затемъ делятся перегородками и наконецъ наружная часть увеличивается и расширяется, принимаетъ шаровидную форму и изъ протоплазмы ея развиваются винтообразно свернутые сперматозоиды. Или же получается тканевое тело на подоб!е бородавки, у котораго нельзя не заметить центральныхъ, безхлорофильныхъ и окружающихъ, хлорофиллоносныхъ клетокъ. Въ одной изъ обширныхъ центральныхъ клетокъ образуется заполняющая ткань, маленьшя клетки которой содержатъ въ себе сперматоплазму. После того какъ въ каждой изъ этихъ маленькихъ клетокъ образовалось по сперматозоиду, вся заполняющая ткань распадается, т. е. отдельный клетки разъединяются и некоторое время лежатъ рядомъ свободно. Наконецъ, антеридш открывается на своей верхушке, свободный клетки выпускаются въ окружающую дождевую воду или росу и изъ каждой изъ нихъ выскользаетъ спирально закрученный сперматозоидъ съ пучкомъ торчащихъ врозь ресничекъ на переднемъ конце (см. рис. 11 на 29 стр. I тома). Кружапцеся въ воде сперматозоиды, очевидно, направляются къ амфиго- шю. У последняго въ это время ослизнились шейныя клетки; несколько слизи выталкивается въ окружающую воду и при этомъ, повидимому, въ полости архе- гошя образуются органичесшя кислоты, оказывающая на сперматозоидовъ притягательное действ!е ). Достоверно то, что сперматозоиды скопляются въ этой слизистой массе и проникаютъ сквозь слизь, еще оставшуюся въ канале шейки амфигошя. Такимт образомъ они достигаютъ ооплазмы, лежащей въ глубине зачатка плода. Такъ какъ много разъ приходилось наблюдать, что сперматозоиды проникаютъ въ ооплазму и исчезаютъ тамъ, то надо допустить, что нежный покровъ оогошя пробуравливается сперматозоидомъ, и что затемъ происходить сл!ян!е двухъ протоплазмъ.
Оплодотворенная ооплазма разбивается на несколько комйовъ, между которыми залагаются перегородки, и такимъ образомъ получается многоклетный заро- дышъ, который остается въ неизменяющемся амфигонш. Хотя это образоваше мало чемъ отличается отъ зачатка плода, но его надо считать плодомъ. После некото- раго перюда покоя зародышъ прорастаетъ, и новое поколеше, развивающееся изъ него, при чемъ изъ клетокъ зародыша возникаютъ стебелекъ, корешокъ и листъ, еще некоторое время получаетъ питательные матер!алы при посредстве материн- скаго предростка. Когда же новое поколеше достаточно окрепнетъ, когда оно становится способнымъ принимать питательный вещества непосредственно изъ окру- жащей его почвы и воздуха, тогда поддержка проталл!я становится излишнею; онъ отмираетъ и безследно исчезаетъ, лишь только разовьются спороносный вайи.
Хвощи (Equisetinae), плауны (Lycopodinae) и водные папор от ники (Hydropteridinae) въ общихъ чертахъ сходны съ только что приведенными въ виде примера папоротниками, по крайней мере по отношешю къ форме антерид!евъ и зачатковъ плодовъ. Развивающшся изъ споры хвоща предростокъ вначале тонокъ и напоминаетъ нить, затемъ онъ делится на многочисленный лопасти и по форме своей напоминаетъ слоевище известныхъ печеночниковъ, а иногда даже ма- ленькш курчавый листокъ. У большинства хвощей антеридш и зачатки плодовъ
образуются на различныхъ проталл!яхъ. Въ противномъ же случае оплодотвореше сперматоплазмой той же особи становится невозможнымъ въ виду неодновременнаго развийя половыхъ органовъ. Проталлш, образующее антеридш, всегда меньше техъ, на которыхъ развиваются зачатки плодовъ. Антеридш образуются изъ поверхностныхъ клетокъ на конце или на краяхъ лопастного предростка, зачатки же плодовъ, напротивъ, развиваются изъ поверхностныхъ клетокъ, лежащихъ въ впадинахъ между лопастями (см. рис. 8 на 12 стр.). Сперматозоиды расширены на одномъ конце на подоб!е лопаты, а на другомъ, съуженномъ конце несутъ настоящую гриву необыкновенно тонкихъ ресницъ. У многихъ плауновъ и водныхъ папоротниковъ, именно у Selaginella, Salvinia и Marsilea, проталлш, несущее антеридш, поразительно отличаются по величине отъ техъ, на которыхъ развиваются плоды. Хотя исходнымъ пунктомъ и техъ и другихъ являются споры, однако уже и онй отличаются по размерамъ, такъ что мы встречаемся въ этомъ случае съ большими (макро-) и малыми (микро-) спорами. Микроспоры являются местомъ образовашя антерид!евъ, а болышя споры даютъ зачатокъ плода. Въ первыхъ протоплазма разбивается на несколько участковъ, между ними образуются перегородки, и такимъ образомъ получается ткань изъ немногихъ клетокъ, остающаяся въ большинстве случаевъ внутри полости соответствующей споры. Только отдельный поверхностный клетки этого тканевого тела выступаютъ изъ щелей треснувшей местами оболочки споры, и ихъ то и приходится считать за антеридш. Въ верхушечной клетке антерид!я образуется выполняющая ткань, и каждая клетка ея порождаетъ спирально свернутый сперматозоидъ. Раскрываше антерид!я и выскользаше сперматозоида происходить точь-въ-точь такимъ же образомъ, какъ и у папоротниковъ. Проталлш, развивающшся изъ макроспоры и служащш для образовашя плодовыхъ зачатковъ, богаче клетками и объемистее только что описаннаго, но и онъ также не покидаетъ полости споры, а только слегка выпячивается изъ нея въ одномъ месте, где толстая оболочка большой споры даетъ трещину. Собственно говоря, въ области каждой макроспоры образуется двоякая ткань, именно, только что упомянутая, лежащая между краями разрыва оболочки макроспоры, и запасная ткань, лежащая на дне ея; эта последняя богата крахмаломъ и жиромъ и служитъ хра- нилищемъ запасовъ предростка, по крайней мере, пока онъ самъ не будетъ въ. состоянш доставать себе пищу изъ окружающей среды. Зачатки плодовъ помещаются на высовывающейся изъ споры части предростка и совершенно погружены, въ его ткань. РазвиПе зачатка плода, образоваше ослизняющихся затемъ шейныхъ. клетокъ, проникаше сперматозоидовъ и актъ оплодотворешя въ этомъ случае" ни. въ чемъ существенномъ не отличается отъ того, что мы видели у папоротниковъ.
Развивающуюся въ макроспоре водныхъ папоротниковъ и Selaginella ткань, сравнивали съ семяпочкой, встречаемой у явнобрачныхъ, о чемъ мы будемъ говорить въ следующей главе. Действительно, для такйхъ аналогш существуют^ некоторый фактичесшя данный, именно, устройство ооплазмы, превращающейся въ зародышъ, кладовая запасныхъ веществъ и защитный покровъ. Въ виду одинако. вой цели, къ которой стремятся различный группы растительнаго царства, образуя половые органы, таюя аналогш представляются очень понятными. Если естествоиспытатели желаютъ при этомъ доказать только то, что органы, обладающее одинаковой функщей, постоянно обнаруживают известное сходство, какъ бы ни были разнообразны сами растешя, и что сходство увеличивается въ значительной мбрб-
при одинаковыхъ услов!яхъ жизни, то противъ этого ничего нельзя возразить. Но если на основанш этого сходства делать различный умозаключетя, если строить на нихъ гипотезы о происхожденш одной растительной группы изъ другой, особенно относительно происхождетя явнобрачныхъ отъ тайнобрачныхъ и т. п., то со стороны естествознатя надо этому возможно больше противиться ).
Зачатки плода у явнобрачныхъ.
Многократные опыты показали, что воспроизведете растетй путемъ отвод- ковъ гораздо вЬрн4е приводить къ цбли, ч-Ьмъ оплодотвореше и образоваше плода. Причину этого явлетя можно объяснить такимъ образомъ. Для образоватя плода должны соединиться два протопласта, развивппеся на различныхъ мйстахъ. Такое соединете возможно лишь при томъ условш, чтобы по крайней Mipi одинъ изъ обоихъ протопластовъ перемещался въ пространстве, кроме того необходимо, чтобы путь сперматоплазме къ зачатку плода не былъ чемъ-либо загражденъ; напротивъ, желательно иметь катя-либо приспособлетя способствующая соединенно, облегчаю- щ!я его. Однако, такимъ услов!ямъ удовлетворить не просто. Что только не можетъ стать препятств!емъ! Противные ветры, изменешя течетя воды, засуха, продолжительный дождь, половодье и еще масса другихъ обстоятельствъ, предвидеть и перечислить который невозможно, могутъ уничтожить попытку двухъ протопластовъ соединиться во-едино. И действительно, въ виду такихъ препятствш оплодотворе- тя часто и не совершается, следств!емъ чего является гибель плодоваго зачатка; зародыша при этомъ, конечно, не образуется и данное растете, если оно хочетъ
еще дать сохраниться и обновиться, должно поспешить сделать это какь можно скорее, образуя отводки.
Причина страннаго на первый взглядъ обстоятельства, что, несмотря на массу препятствий, оплодотвореше все таки наступаетъ, кроется въ томъ, что вредное вл!мше внешнихъ воздействШ удивительнымъ образомъ уничтожается положешемъ ооплазмы и устройствомъ всего полового снаряда; однимъ словомъ, форма органовъ, служащихъ для целей образован!я плодовъ какъ нельзя лучше приспособлена къ окружающимъ данное растен!е услов!ямъ.
Сравнительно, меньше всего препятствы встречаютъ растешя, протопласты которыхъ соединяются для оплодотворешя въ воде. Действующая при этомъ клетки не нуждаются тамъ въ особой защите; жидкость, окружающая растешя, поддерживающая ихъ въ наивыгоднейшемъ положены, доставляющая питаше и защищающая клетки отъ засыхашя, является въ то же самое время путемъ сооб- щешя для соединяющихся протопластовъ. Этимъ-то и объясняется, отчего растешя, оплодотворяюпцяся въ воде или подобной ей жидкости, совершенно лишены осо- быхъ покрововъ спермато-и ооплазмы, или же покровы эти упрощены у нихъ до последней степени. Многослойные покровы были бы для нихъ излишни, пожалуй, даже вредны, а растешю не выгодно создавать что-либо липшее. Ведь, водныя растешя не имеютъ даже деревянистыхъ стеблей и ветокъ. Отчего? Оттого, что они не нуждаются въ подобныхъ тканяхъ, такъ какъ окружающая ихъ вода прекрасно под- держиваетъ ихъ въ нужномъ положены и древесина и лубъ становятся излишними. Но точь-въ-точь такъ же обстоитъ дело и съ ооплазмою и сперматоплазмою. Тайнобрачный, оплодотворяюпцяся въ воде, не образуютъ многослойныхъ завязей, зачатки плодовъ ихъ не построены изъ стебля и листьевъ, какъ у явно- брачныхъ, потому что все это имъ совершенно не нужно. Сперматоплазма также ко времени оплодотворешя совершенно лишена оболочки, не задолго до него она делится на небольшие участки, выползаюпце изъ антерид!я и достигающее просто построеннаго зачатка плода вплавь. Такъ какъ сперматозоиды притягиваются черезъ окружающую воду вещёствами, выделяемыми зачаткомъ плода, то, благодаря этому, становится излишнимъ целый рядъ приспособлены, который необходимо должны существовать у растешй, оплодотворяющихся на воздухе. Образо- вашя, покрывающая половые органы въ виде плаща, покровы, задерживаюпце чрезмбрное испареше, ярко окрашенные или испускаюпце ароматъ покроволистнеки, имбюпце целью привлечь насекомыхъ, дабы они перенесли пыльцу, наполненную сперматоплазмою, къ месту ея назначешя, наконецъ, приспособлешя, делаюпця возможнымъ переносъ пыльцы ветромъ—все это является совершенно излишнимъ для растешй, у которыхъ оплодотвореше совершается въ воде. А такъ какъ именно эти вспомогательный защитным средства какъ разъ образуютъ то, что въ обще- житы называется цветкомъ, то, пожалуй, можно сказать, что растешя, оплодотворяемым подъ водой, не имеютъ цветовъ. Во избежаше недоразумены укажемъ на то, что подъ цветкомъ подразумевается образоваше, въ которомъ половые органы окружены листьмми, не дающими сами по себе потомства, а служащими защитою длм зачатковъ семени (семяпочекъ) и пыльцы, которым способствуют соединенно обоихъ протопластовъ; они то поворачиваютъ ветру особенно удобную длм его напора поверхность, то вылавливаютъ клетки, принесенным воздушнымъ течешемъ,
то привлекаюсь насекомыхъ ароматомъ и сладкими соками, чтобы они, высасывая медь, переносили пыльцу съ цветка на цветокъ, то сооружаюсь особые выступы п перекладины, на которыхъ остается принесенная насекомыми пыльца,—однимъ словомъ, они всячески способствуют совершенью оплодотворешя на воздухе.
Мы нарочно не упоминали въ предъидущихъ строкахъ о водныхъ растешяхъ, а только о растешяхъ, оплодотворяющихся подъ водою. Это две разный вещи, и надо остерегаться смешивать ихъ. Мнопя водныя растешя, стебель и листья которыхъ постоянно остаются подъ водою, выносясь, однако, свои цветы на ея поверхность и оплодотвореше совершается на воздухе. Съ другой стороны, хотя оно и можесь показаться страннымъ, оплодотвореше у мховъ и папоротниковъ, расту- щихъ на песке и въ пустынныхъ степяхъ, на залитомъ солнцемъ утесе и на сухой коре старыхъ стволовъ, совершается подъ водою. Эти растешя могутъ впродолже- ши месяцевъ подвергаться необычайной сухости и за это долгое время можетъ наступить полная остановка въ движенья соковъ, но лишь только ихъ смочитъ дождемъ или росою, они снова возвращаются къ жизни, прорастаютъ и развиваются, образуюсь антеридш и зачатки плодовъ, и все приспособлено такимъ обра- зомъ, что выскользаше сперматозоидовъ изъ антерид!евъ происходить какъ разъ въ то время, когда покровъ мха смоченъ водою на подоб!е губки, а предростки папоротниковъ лежать на почве, пропитанной водою. Черезъ эту-то воду сперматозоиды достигаютъ зачатковъ плодовъ, и потому мы имеемъ полное право сказать, что даже на самыхъ открытыхъ для ветровъ гребняхъ горъ мхи и папоротники, цепляюпцеся въ расщелинахъ скалъ, всегда оплодотворяются подъ водою.
Единственное различ!е между растешями, находящимися подъ водою постоянно и временно, состоись въ томъ, что вторыя во время засухи прикрываютъ свои развиваюпцеся половые органы при помощи особыхъ покрововъ или листо- выхъ чешуекъ; эти приспособлешя имеюсь целью защищать эти части отъ чрез- мернаго испарешя и особенно хорошо заметны у мховъ (ср. 61 стр.). Однако, цветовъ въ общепринятомъ смысле этого слова у мховъ и папоротниковъ нетъ вовсе и потому мы смело можемъ утверждать, что тайнобрачный оплодотворяются въ воде, а большинство явнобрачныхъ на воздухе, что тайнобрачный не имеютъ цветовъ, такъ какъ при водномъ о п л о д о т в о р е н i и они въ нихъ ненуждаются, что, напротивъ, у всехъ почти явнобрачныхъ цветы существуютъ, потому что они необходимы имъ въ виде защитнаго приспособлен!я при оплодотворен!и на воздухе).
Сложное строеше, обнаруживаемое явнобрачными въ области непосредствен- наго соседства съ протопластомъ, приготовляющимся къ оплодотворешю, зависитъ отъ того, что оплодотвореше у нихъ совершается на воздухе. Оплодотворяющая л оплодотворяемая протоплазмы могутъ, очевидно, только тогда войти въ плодо-
творное взаимодейств!е, когда окружаюпця ихъ клеточныя оболочки тонки и нежны, легко ослизняются и исчезаютъ не задолго до соединешя двухъ протоплазмъ. Такая клеточная оболочка не въ состояши, однако, защитить окруженную ею протоплазму на сухомъ воздухе, и потому представляется безусловно необходимыми, чтобы въ критическую минуту и сперматоплазма и ооплазма были достаточно защищены и чтобы въ данныхъ оболочкахъ оставалось лишь столько места, сколько нужно сперматоплазме для проникновешя къ ооплазме. Потому независимо отъ покро- вовъ цветка, уже части, непосредственно окружаюпця половыя клетки, имеютъ видъ защитнаго покрова; слои клетокъ этого покрова расположены и въ два и въ три ряда, оболочки ихъ соответственно утолщены и все приноравливается къ тому, чтобы наружные клеточные слои более или менее противились засухе, внутренше же, напротивъ, были постоянно достаточно влажны, чтобы ко времени оплодотво- решя тургоръ ихъ былъ достаточно великъ.
Эти приспособлешя особенно рельефно выступаютъ въ техъ частяхъ зачатка- плода, изъ которыхъ потомъ развиваются семена, и который называются семяпочками (срав. 645 стр. I тома). Дело въ томъ, что каждая семяпочка состоитъ изъ ткани ядра (nucleus) скрывающей въ себе ооплазму, вернее оогошй, и изъ окружающаго все это простого или двойного покрова (integumentum). У зачатка плода рода Cycas эти образован!я открыты непосредственно взору наблюдателя, но защищены отъ чрезмернаго испарешя густымъ войлокомъ волосъ (см. рис. 7 и 8 на 70 стр.). У другихъ саговниковъ, равно какъ вообще у большинства голосемян- ныхъ, каковы, напр., можевельникъ или кипарисъ, сосна или ель, листоподобныя чешуи зачатка плода расположены такимъ образомъ, что отходяпця отъ ихъ поверхности семяпочки скрыты очень глубоко, защищены этимъ отъ всевозможныхъ опасностей и снаружи совершенно не видны. У остальныхъ явнобрачныхъ, наконецъ, развивается образоваше, окружающее семяпочки, такъ называемый пестикъ (pistilhnn), нижняя вздутая часть котораго носитъ назваше завязи (germen; срав. 645 стр. I тома).
При образованы этого вместилища самое важное учасые принимаютъ верхушечная часть стебля и верхушечные листья, носяпце назваше плодолисти- ковъ. Однако, участ!е это очень неравномерно; можно сказать, что у одного почти весь пестикъ образуется изъ стебля, у другого почти исключительно изъ плодо- листиковъ. Это происходитъ отъ того, что верхушка стебля, несущая части цветка и называемая цветочнымъ ложемъ (цветоложемъ), обнаруживаетъ чрезвычайное разнообраз!е формы. Въ целомъ ряде случаевъ цветоложе не имеетъ углуб- лешя, а представляетъ конецъ цветоножки, по форме напоминающш пуговицу, головку или конусъ (см. рис. 8, 9 на 64 стр. и рис. 6 на 743 стр. I тома), между темъ, какъ въ ряде другихъ случаевъ верхушка цветоножки представляется вогнутой и какъ бы вдавленной (см. рис. 1 и 2 на 70 стр.). Если вылепить изъ пластической массы, напр., изъ мягкаго воска, конусъ и несколько приплюснуть его- на вершине, затемъ, нажимая крепче, углублять вершину и, наконецъ, придать ей форму бокала, то можно получить рядъ формъ, представленныхъ въ природе;—на одномъ конце этого ряда стоялъ бы конусъ съ острой вершиною, а на другомь глубокая чашка. Среди этихъ двухъ крайнихъ формъ, обозначаемыхъ назвашями выпуклоеили конусовидное и вогнутоеиличашевидное цветоложе^ поместилось бы плоское или дисковидное цветоложе, которое, какъ показы- ваетъ и самое назваше, имеетъ форму диска.
Едва ли надо подчеркивать то обстоятельство, что при ростЬ и развиты живого растешя вогнутое цветоложе не получается путемъ вдавливашя. На самомъ ^л-Ь оно образуется такъ, что ростъ въ центр-Ь стебля, принимаема™ за цилиндръ, иной, чймъ на периферы его; ткань вокругъ центра подымается въ виде валика, который становится все выше и выше и, наконецъ, превращается въ стенку плошки или даже глубокой чаши. Поэтому, если мы говоримъ о вдавлены цветоложа, то
1
Устройство пл о д о въ и зачатковъпхъ у явнобрачныхъ: 1)треснувппй плодъ Miltoniastellata 2) зачатокъ плода Miltonia stellata, въ поперечномъ разр-ЬзЬ; 3) зачатокъ плода резеды (Reseda), разрезанный попе- ре къ; 4) тотъ же плодъ, неразрезанный; 5) продольный разрезъ завязи земляной груши (Helianthus tuberosus 6) плодъ ф!алки(У1о1а odorata); 7) онъ же, разрезанный поперекъ; 8) зачатокъ плода въ цветке Myosurus minimus 9) онъ же въ продольномъ разрезе; 10) плодъ картофеля (Solanum tuberosum); 11) онъ же въ поперечномъ разрезе Все рисунки несколько увеличены. Ср. 70—74 и 76 стр. текста.
это надо понимать въ переносномъ смысле; на самомъ деле углублеше въ видЬ ямы происходить не путемъ уничтожешя вещества, а получается исключительно, благодаря поднятью кругового валика вокругъ центра цветоложа.
Форма цветоложа усложняется еще темъ, что центръ его, вокругъ котораго образуется круговой валикъ, не всегда перестаетъ расти, а иногда подымается въ виде бородавки или шишки; такимъ образомъ получается цветоложе въ виде ко- куса, окруженное валиковымъ или чашевиднымъ вздупемъ.
Чтобы выяснить себе отношен1я частей цветка къ цветоложу, полезно начать :ъ конусообразна™ ложа, где группировку легче всего проследить. На немъ вер-
хушечные листья слбдуютъ другъ за другомъ въ вид4 настоящихъ или ложныхъ мутовокъ или же расположены по спирали соответственно возрасту. Прежде всего идутъ плодолистики, затЬмъ пыльцелистики и еще ниже покроволистики. Плодолистики, пильцелистики и покроволистики расположены каждые то въ одну мутовку, то въ две, а иногда даже и больше. Если несколько мутовчатыхъ плодолистиковъ срастаются своими основашями, то коническое цветоложе мржетъ кончаться тотчасъ же надъ местомъ прикреплешя плодолистиковъ, или же оно внедряется въ полость, обра-
Устройство плодовъ п зачатковъ ихъ у явнобрачныхъ: 1) Зачатокъ плода у розы (Rosa Schottiana), 2) онъ же, въ нисколько увеличенномъ вид-Ь, въ поперечномъ разр-Ьз'Ь, 3) одинъ изъ пестиковъ этого зачатка въ поперечномъ разр-Ьзй; 4) зачатокъ плода яблони (Pirns Mains) въ продольномъ разрйз-Ь, 5) тоже въ поперечномъ разрйз^, 6) разрйзъ яблока; 7) плодолистикъ Cycas revoluta съ с-Ьмяпочками, 8) разр^зъ семяпочки Cycas revoluta. Фиг. 1—8 въ ест. велич.; фиг. 2, 4, 5 увел. 3 раза; Фиг. 3: 8 разъ. Сравни 68, 73, 74, 77 и 80 стр. текста
зовавшуюся среди этихъ плодолистиковъ, и тогда можетъ пронизывать весь плодъ въ видй средняго столбочка. Однако далеко не всегда всЬ плодолистики кониче- скаго цветоложа образуютъ въ совокупности одно сплошное цЪлое; часто случается, что каждый плодолистикъ является самостоятельнымъ образован!емъ, и тогда мы находимъ на вершинЬ цветоложа мутовку разъединенныхъ пестиковъ (см. рис. 3 на 74 стр.); иногда же многочисленные мелйе пестики располагаются на конусо- образномъ цвЬтолож^ по спирали (см. рис. 8 и 9 на 69 стр.).
Чтобы сделать нагляднымъ относительное расположение частей цветка, глав- нымъ образомъ плодолистиковъ, на плоскомъ или углубленномъ цвйтоложб, полезно будетъ вернуться опять къ нашему сравнен™ его съ пластическою массою и пред-
ставить себе дело такъ, что конусовидное цветоложе, вследств!е давлешя сверху на центръ, получасть форму диска или чашки. Допустимъ, что пластическая масса была прежде, когда она еще имела форму конуса, по всей своей поверхности отъ основашя къ вершине покрыта листьями; тогда, после изменешя формы въ дискъ, листья, сидевппе при вершине, окажутся въ центре, а те, что сидели раньше при основаши, теперь будутъ расположены по периферш. Если же изменить форму конуса въ чашевидную, то листья, сидЪвппя при вершине, вследств!е вдавливашя, уйдутъ внутрь чашки и будутъ сидеть теперь по стенкамъ ея и вдаваться въ полость. Те, которые помещались при самой вершине, теперь окажутся даже на дне, и если бы центръ дна-чашки, соответствующш вершине конуса, снова поднялся въ виде столба, то на немъ опять могли бы сидеть листья. Значитъ, воз- моженъ такой случай, когда листья отходятъ съ наружной стороны чаши, съ вну- треннихъ стенокъ ея, и съ столба, подымающегося со дна ея въ виде настоящаго конца оси.
Смотря по тому, какъ расположены листья, отходяпце отъ цветоложа, мутов- чато ли или по спирали, образуютъ ли они простые или двойные обороты или кольца и срастаются ли другъ съ другомъ или прямо съ цветоложемъ, получается невероятное разнообраз!е формъ. Приведемъ самыя замечательный изъ нихъ. Прежде всего мы различаемъ две группы; одна объединяетъ зачатки плодовъ, ос- новашемъ которыхъ является конусообразное цветоложе; другая группа относится къ дисковидному или бокальчатому цветоложу. Дальнейшее подразделеше основано на томъ, представляются ли все плодолистики одного рода или двухъ.
Зачатки плодовъ (плодники) на конусообразномъ цвйтоложй. I. Все плодолистики одного рода. 1) Плодолистики располагаются на конусообразномъ цветоложе по спирали. Каждый плодолистикъ скрываетъ въ себе несколько или же только одну семяпочку и является самостоятельнымъ образовашемъ. Усаженное такими образовашями цветоложе иногда сильно удлиняется, какъ у мышехвоста (Myosurus; см. рис. 8 и 9 на 69 стр.), или представляется въ виде столба, какъ у тюльпаннаго дерева (Liriodendron), или же принимаетъ видъ пуговицы, какъ у лютика (Ranunculus). 2) Плодолистики сидятъ на конусообразномъ цветоложе мутовчато. Каждый изъ нихъ несетъ по краямъ своимъ несколько семяпочекъ и является самостоятельнымъ образовашемъ. Примеромъ могутъ служить роды Aconitum, Delphinium (см. рис. 3 и 4 на 74 стр.) и Helleborus. 3) Плодолистики отходятъ отъ конусообразного цветоложа мутовчато, завернуты и прикрепляются къ удлиненному конусовидному цветоложу именно при помощи этихъ завернутыхъ краевъ. Такъ какъ они при этомъ срастаются въ нижней своей части боками, то въ своей совокупности даютъ одно многогнездное образоваше. Каждый плодолистикъ несетъ семяпочки на своей внутренней поверхности. Въ виде примера можно привести желтую кувшинку (Nuphar) и сусакъ (Butomus; см. рис. 7 и 8 на стр. 74). 4) Плодолистики сидятъ на самой вершине цветоложа, образуютъ мутовку и срастаются въ одногнездное образоваше. Цветоложе не проникаетъ въ это обра- зоваше. Каждый плодолистикъ несетъ семяпочки или на краяхъ, какъ это бы- ваетъ у резеды (Reseda; см. рис. 3 и 4 на стр. 69), или на внутренней поверхности, какъ у росянки (Drosera), или при основаши, какъ у Dionaea, Drosophyllum и у Caylusea, относящейся также къ резедовымъ. Въ последнемъ случае семяпочки сбиваются въ кучу на дне завязи и при поверхностномъ наблюдеши ихъ можно
принять за верхше плодолистики, похож!© на подобный образовашя у первоцвй- товъ. У резеды коробочка, образующаяся изъ плодолистиковъ, сверху открыта. 5) Плодолистики отходятъ отъ цветоложа ниже его вершины, такъ что оно внедряется въ завязь; они сильно завернуты внутрь, и ихъ утолщенные, несущее семяпочки края срастаются съ утолщеннымъ, мясистымъ цветоложемъ. Сюда принадлежать норичниковыя и пасленовыя, напр. картофель (Solanum tuberosum; см. рис. 10 и 11 на 69 стр.) — П. Плодолистики двоякаго рода.
Устройство плодовъ п ихъ зачатковъ у явнобрачныхъ. 1) Продольный разрЬзъ плодника Cereus grandiflorus, 2) семяпочки на развЪтвлённомъ сЬмяносц-Ь на днЬ завязи Cereus grandiflorus; 3) продольный разрЬзъ завязи Hedychium angustifolium, 4) раскрывппйся плодъ того же растетя, 5) поперечный разрЬзъ завязи того же растетя; 6) продольный разр-Ьзъ цвЬтка миндальнаго дерева (Amygdalus communis), 7) продольный разрЬзъ пестика того же растетя; 8) поперечный и 9) продольный разрЬзы завязи кипрея (Epilobium angustifolium) Фиг. 1 въ ест. велич., фиг. 3—6 слабо увел., фиг. 2, 7—9 увел, около 10 разъ. Ср. стр. 72, 74 и 75 текста.
Плодолистики развиваются сейчасъ же подъ вершиною конусообразнаго цветоложа и являются въ виде двучленныхъ мутовокъ или, другими словами, двухъ паръ, расположенныхъ накрестъ. Оба противоположные верхте плодолистика превращены въ ребра, несупця семяпочки по формуле двучленнаго листорасположешя. Между этими двумя плодолистиками, напоминающими ребра, натянута тонкая перепонка, такъ что все образовате получаетъ видъ оконной рамы. Нижше плодолистики лишены семяпочекъ и образуютъ створки, прилегаюпця къ выше- описаннымъ рамамъ. Эта форма появляется въ многочисленныхъ видоизмене- шяхъ у стручковыхъ (Cruciferae). 7) Плодолистики появляются немного ниже вер-
шины коническаго цветоложа и образуютъ две мутовки. Нижняя мутовка лишена семяпочекъ и срастается въ одно образоваше, верхняя же несетъ семяпочки и превращена въ бородавки, ребра и перекладины, который кажутся съ внутренней стороны приросшими къ нижней мутовке. Сюда принадлежать ф!алки (Viola; см. рис. 6 и 7 на 69 стр.), чистотелъ (Chelidonium) и макъ (Papaver). 8) Нижше плодолистики не несутъ семяпочекъ, образуютъ одну мутовку и срастаются въ одно целое своими краями, которые притомъ не закручиваются. Тотчасъ же подъ вершиною цветоложа, только чуть-чуть проникающаго въ это образоваше, развивается единственный плодолистикъ, несущш семяпочки, который кажется сидящимъ на самой вершине. Примеромъ могутъ служить плодники ревеня (Rheum) и щавеля (Rumex, см. рис. 23 на 78 стр.). 9) Нижше плодолистики лишены семяпочекъ, образуютъ одну мутовку, срастаются не завернутыми краями и даютъ образоваше, въ которое проникаетъ коническое цветоложе въ виде шишки или центральнаго столба. Верхше плодолистики превращены въ подушки, несутъ семяпочки и развиваются на части цветоложа, внедряющейся въ завязь. Расположеше ихъ бываетъ то спиральнымъ, какъ у млечника (Glaux; см. рис. 8 и 9 на 75 стр.), то мутов- чатымъ, какъ у японскаго первоцвета (Primula Japonica). 10) Нижше плодолистики лишены семяпочекъ, образуютъ одну мутовку, закручены и срастаются такимъ образомъ, что получается многогнездный плодъ. Верхше плодолистики несутъ семяпочки, отходятъ отъ вершины цветоложа, прободающаго завязь, и вставлены въ отдельныя гнезда его. Примеромъ могутъ служить молочайныя (Euphorbiales).
Плодники на блюдцевидномъ или бокальчатомъ цветоложе. I. Плодолистики одного рода. 11) Цветоложе имеетъ видъ блюдца или диска со взду- т!емъ или шишкою по средине. Плодолистики, все одинаковые, расположены на этомъ вздутш по спирали. Каждый плодолистикъ несетъ одну или несколько семяпочекъ и представляетъ особое образоваше. Сюда принадлежать нивянка (Dryas octopetala), лапчатка (Potentilla), малина (Rubus Idaeus; см. рис. 11 и 12 на 74 стр.). 12) Цветоложе имеетъ видъ бокала безъ вздупя по средине. Плодолистики расположены по спирали и сидятъ на внутренней поверхности чашки. Каждый плодолистикъ несетъ по одной или по несколько семяпочекъ и даетъ особое образоваше. Примеромъ можетъ служить роза (Rosa; см. рис. 1—3 на 70 стр.). 13) Только одинъ плодолистикъ развивается на дне бокальчатаго цветоложа на конце оси и свиду кажется сидящимъ на самой вершине цветоложа. Этотъ плодолистикъ несетъ семяпочки и представляетъ особое образоваше, однако не срастается со внутренними стенками бокала. Эта форма плодниковъ наблюдается у вишень, сливъ и абрикосовъ, а также у миндаля (Amygdalus; см. рис. 6 и 7 на 72 стр.). 14) Плодолистики развиваются на самомъ конце оси на дне чашевид- наго цветоложа, образуютъ мутовку, закручены и срастаются въ одно общее образоваше. Это образоваше заполняетъ всю полость окружающаго его со всехъ сто- ронъ бокала и прирастаетъ къ внутренней стенке его. Каждый плодолистикъ несетъ семяпочки на своихъ закрученныхъ внутрь краяхъ. Сюда принадлежать плоды мушмулы (Mespilus), груши и яблони (Pirus; см. рис. 4 — 6 на 70 стр.). 15) Плодолистики развиваются на самомъ конце оси въ центре дна бокальчатаго пветоложа. Такое цветоложе однако устроено очень своеобразно; оно предста- зляетъ изъ себя чашку съ продырявленными краями. Кажется, будто на перифе- з!и чашки сделаны три болышя вырезки, такъ что остались только три толстые
ребра, столба или перехвата. Эти три рёбра наверху снова соединяются между собою и образуютъ собою край чашки, отъ которой отходятъ плодолистики и пыль- делистики. Эти три вырезки закрываются однако тремя плодолистиками, отходящими отъ дна цветоложа, такъ что въ конечномъ результат^ весь плодъ составляется изъ реберъ чашевиднаго цветоложа и трехъ плодолистиковъ. Семяпочки отходятъ отъ особыхъ реберъ плодолистиковъ, внедряющихся въ полость всего образовашя. Эти замечательные плоды наблюдаются во всевозможныхъ изменешяхъ у орхид-
Устройств плодовъ и и хъ зачатковъ у явнобрачныхъ: 1, 2) антолизы живокости (Delphinium Caschmirianum), 3) зрелый раскрывшейся плодъ того же растешя, 4) продольный разр^зъ черезъ отдельное гнездо плода этого растешя, 5) продольный разрезъ семяпочки этого растен!я, 6) отдельный позелен-ЬвшШ плодо- листикъ того же растешя; 7) плодникъ Butomus umbellatus, 8) тотъ же плодникъ, перерезанный вдоль и поперекъ, 9) семяпочка того же растешя, 10) продольный разрезъ черезъ взрослую семяпочку того же растешя; 11) продольный разрезъ черезъ цветокъ малины (Rubus Idaeus),12) продольный разрезъ черезъ отдельный пестикъ того же растешя. Фиг. 1—3 въ ест. вел.; фиг. 4, 6, 7,11. увел.2—5 разъ; рис. 5, 8—10,12 увел. 6—8 разъ. Ср. 68—79 стр. текста.
ныхъ (см. рис. 1 и 2 на 69 и 1—4 на 78 стр.). — П. Плодолистики двоя- каго рода. 16) Одни плодолистики не несутъ на себй с4мяпочекъ, возникаютъ на внутренней стЬикб бокала выше его основашя и запираютъ его устье, такъ что получается замкнутая полость; друпе не лишены сЬмяпочекъ, и превращаются въ длинные тяжи, возникающее по спирали на нижней, вздутой части бокала и обращенные въ полость завязи. Средняго столба, поднимающагося со дна чаши, нЬтъ. Сюда принадлежать нопаловыя растешя, именно Opuntia и Cereus (см. рис. 1 и 2 на 72 стр.). 17) Плодолистики двоякаго рода. Одни лишены сЬмяпочекъ, поднимаются со дна бокала и запираютъ его устье, всл4дств!е чего образуется
полость завязи; друпеже все несутъ семяпочки, превращены въ тяжи, возникают на дне бокала въ спиральномъ порядке и прирастают къ среднему столбу, поднимающемуся изъ центра оси и прободающему всю полость, завязи; нередко онъ имеет видъ тонкой нити, Примеромъ можетъ служить кипрей (Epilobium;
Автолизы и плодники: 1 — 6) Продольные разрезы черезъ завязь позеленбвшихъ цвбтовъ Primula Japonic» нижше плодолистики образуютъ стенку завязи и лишены семяпочекъ, верхн!е плодолистики обнаруживаюсь веб переходы отъ подушекъ, срастающихся съ вершиною оси и усаженныхъ семяпочками, къ зеленымъ свободнымъ листовымъ образовашямъ, краевые городки которыхъ равнозначущи ебмяпочкамь; 7) отдельный позеленевшей цветокъ Primula Japonic»; 8) продольный разрезъ плодника и семяпочекъ Glaux maritima, передняя стенка завязи удалена; 9) продольный разрбзъ черезъ середину плодника Glaux maritima. Фиг. 7 въ ест. велич., все проч!я увеличены въ 6—8 разъ. Ср. 73 и 76—77 стр. текста.
рис. 8 и 9 на 72 стр.). 18) Плодолистики двоякаго рода. Одни лишены семяпочекъ и запирают бокалъ сверху, вслбдств!е чего образуется полость завязи; друпе несутъ семяпочки, превращаются въ подушки и возникают по спиральной лиши на срединномъ столбе, поднимающемся со дна бокала и пронизывающемъ полость завязи. Сюда относится Hedychium (см. рис. 3, 4 и 5 на 72 стр.). 19) Плодоли-
стики, лишенные семяпочекъ, запираютъ наверху бокальчатое цветоложе. На дне бокала, тотчасъ же подъ истинной вершиной оси, развивается всего одинъ плодолистикъ съ семяпочкою, который на взглядъ кажется замыкающимъ ось. Мнойя видоизменешя этого случая наблюдаются на сложноцветныхъ, какъ, наир., у подсолнечника (Helianthus; см. рис. 5 на 69 стр).
Въ противоположность объяснение, приводимому въ большинстве ботаниче- скихъ сочинены, въ нашемъ изложены было принято, что при образованы многихъ плодовъ участвуютъ двоякаго рода плодолистики: нижше безъ семя- почекъ, образующее вместилище, и верхше съ ними, которые въ большинстве случаевъ превращаются во вздут!я, подушки, тяжи и ребра (срав. 646 стр. I тома). Въ пользу такого допущешя говорятъ не только многочисленныя дацныя исторы развийя, но также наблюдешя болыпаго числа такъ называемыхъ антолизъ, которыми въ последнее время съ громаднымъ успехомъ пользуются для разъяснешя трудныхъ вопросовъ касательно плана строешя плодовыхъ зачатковъ.
Такъ какъ объ этихъ антолизахъ еще не разъ придется говорить, то будетъ уместно вкратце разсказать о томъ, что, собственно говоря, следуетъ понимать подъ этимъ терминомъ, буквально обозначающимъ разъединеше цветка. Каждый знаетъ о махровыхъ розахъ, левкояхъ, гвоздикахъ, первоцветахъ, тюль- панахъ и другихъ садовыхъ растешяхъ, разведешемъ которыхъ съ такою любовью занимаются садоводы. Причина возникновешя ихъ будетъ объяснена въ другомъ отделе этой книги, пока надо только сказать, что въ махровыхъ цветахъ тычинки отчасти или вполне превращаются въ лепестки, а иногда и въ плодолистики; при этомъ обыкновенно наблюдается увеличеше числа лепестковъ, тычинокъ и плодо- листиковъ и это увеличеше сплошь и рядомъ сопровождается позеленен!емъ образованы, обычно окрашенныхъ въ друйе цвета; кроме того происходить расщеплете или, вернее, не срастаются части, спаянныя между собою въ не- махровыхъ цветахъ. Чаще всего расщепляются и увеличиваются въ числе те листовыя образоватя, которыя въ нормальной завязи представляются сросшимися; они становятся плоскими и получаютъ вполне или отчасти видъ зеленыхъ листьевъ. Обыкновенно всяшя переходный формы встречаются рядомъ въ одномъ и томъ же цветке на различныхъ ступеняхъ развийя, и тогда удается проследить постепенное превращеше ихъ въ листья.
Тамъ, где происходить такого рода антолизъ, и где, особенно въ пределахъ вместилища завязи, происходить превращеше въ зеленые листья, считаютъ себя вправе считать соответствующая части листовыми образовашями, особенно, когда съ этимъ согласуются и данный исторш развийя. Съ другой стороны, конечно, приходится считать стеблями те части, которыя въ расщепившемся цветке никогда не имеютъ характера листьевъ, а сами являются местомъ отхода листьевъ; конечно, сделать такое допущеше можно только, когда этому не противоречить истор!я развийя.
Когда антолизы стали разсматриваться съ этой точки зрешя, то и получился вы- водъ, положенный въ основу приведеннаго выше делешя, именно тотъ, что во многихъ случаяхъ въ построены плодника участвуютъ плодолистики только одного рода, а во многихъ другихъ—двухъ родовъ. Антолизы и случаи зеленешя у живокости (Delphinium Caschmirianum), изображенные на фиг. 1, 2 и 6 на 74 стр., нагляд- нейшимъ образомъ доказывают^ что тамъ развивается только одна мутовка плодо-
листиковъ и что все они несутъ по своимъ краямъ семяпочки, между т4мъ какъ антолизы и явлешя зеленая у японскаго первоцвета (Primula Japonica), изображенные на рис. 1 — 7 75 стр., очевиднейшимъ образомъ доказывают!», что здесь участвуют!» двоякаго рода плодолистики, нижше или внешше, имеюпце характеръ листьевъ и лишенные семяпочекъ, и верхн!е или внутренше, превращенные въ подушечки и несупце семяпочки.
Только теперь, после описанья разнообразных!, формъ завязей, можно перейти къ важнымт» включешямъ ихъ, именно с е м я п о ч к а м ъ. Все формы семяпочекъ сходны въ одномъ, оне все ко времени оплодотворенья представляютъ многоклетное тканевое тело, въ которомъ можно различить периферичесшя и центральный клетки; затемъ во всехъ нихъ по крайней м^ре одна изъ центральныхъ клетокъ предназначена къ тому, чтобы дать начало зародышу. У многихъ расте- шй центральный клетки явственно отграничены отъ периферическихъ, именно такимъ образомъ, что отчетливо можно различать ядро (nucleus) семяпочки и его покровъ (integumentum). Иногда этотъ покровъ бываетъ двойнымъ, какъ, напр., у Butomus и Delphinium (см. рис. 5, 9 и 10 на 74 стр.), между темъ, какъ въ другихъ случаяхъ, напр., у Cycas revoluta (см. рис. 8 на 70 стр.) онъ остается простымъ. У большей части орхидныхъ ядро оказывается окруженнымъ мбшко- виднымъ покровомъ, состоящимъ изъ крупныхъ клетокъ, и его можно видеть сквозь этотъ покровъ въ виде круглаго просвечивающего комка (см. рис. 5 на 78 зтр.); однако, у большинства живущихъ эпифитно на коре старыхъ деревьевъ орхидей эту границу очень трудно подметить, а у баланофоровыхъ и различныхъ другихъ паразитовъ нетъ и намека на paзличie между ядромъ и покровомъ семяпочки.
Тамъ, где покровъ явственный, небольшая часть ядра все-таки остается непокрытой, и это место называется семявходомъ или микропиле. Въ большинстве случаевъ семявходъ лежитъ противъ основашя семяпочки, и тогда семяпочка называется прямою (атропною; см. рис. 5 на 74 стр.). Иногда же вся семяпочка загнута въ виде* дуги, и семявходъ оказывается тогда более или менее сближеннымъ съ основашемъ ея; въ этомъ случае семяпочку называютъ изогнутой (кампилотропной). Часто семяпочки соединены съ семяносцемъ пoдoбieмъ ножки или ностящей нитью, но случается также, что оне сидятъ на семяносце прямо своимъ широкимъ основашемъ. Рис. 3 на 70 стр. и рис. 10 на 74 иллю- стрируютъ довольно распространенный случай, когда семяпочка, несомая длинною нитью, какъ бы перевернута и съ одного боку сраслась съ несущей ее ножкою. На техническомъязыкеботаниковъ нитевидная ножка называется семяножкою (funiculus), а ребро, образующееся чрезъ срастанья ея съ перевернутой семяпочкой, получило назваше шва (raphe). Такая перевернутая н сросшаяся со своей ножкою семяпочка называется обратной (анатропной).
Клетки, изъ которыхъ слагается ядро семяпочки, обнаруживаютъ крайне неравномерный ростъ. Одна изъ клетокъ развивается особенно своеобразно, даетъ оогонш и получаетъ назваше зарод ы ш н а г о мешка. У хвойныхъ эта клетка мало выделяется, но у большинства семенныхъ растенш она разрастается, более пли менее вытесняетъ проч!я клетки ядра и оказывается въ конце концовъ окруженною всего однимъ слоемъ клетокъ. Иногда даже и этотъ слой вытесняется пли по крайней мере пробивается въ одномъ направленья, и тогда зародышный нъшокъ достигаетъ семявхода. Протоплазма зародышнаго мешка пронизана много-
Семяпочки, антолизы и эелек4и!е: 1) Поперечный разр^зъ завязи Laelia Perrinii, въ ест. велич. 2) часть его же, увел. 6 разъ; 3) поперечный разрйзъ завязи Coelogyne plantaginea, 4) часть его, увел. 6 разъ; 5) сЬмя Coelogyne plantaginea; 6) антолизъ росянки (Drosera intermedia), по Планшону; 7—12) отдельный части автолиза Drosera intermedia; 13—15) отдельный части автолиза Delphinium elatum (по Крамеру); 16) антолизъ кле- вера (Trifolium repens), 17 — 21) отдельный части антолиза Trifolium repens (по Каспари); 22) цветокъ щавеля (Rumex scutatus), 23) онъ же, въ увел. виде, въ прод. разрезе, 24—28) отдельный части антолиза Rumex scutatus* частью по Пейричу); 29) продольный разрЬзъ позеленевшаго пестика ивы (Salix Саргеа); 30) позеленевшая* семяпочка изъ этого пестика. Рис. 6 — 30 несколько увеличены. Ср. 73—80 стр. текста.
численными вакуолями; въ области семявхода, гдгЬ вакуолей нбтъ, она распадается на нисколько обособленныхъ протопластовъ, имбющихъ форму округлыхъ комковъ, изъ которыхъ каждый снабженъ клЬточнымъ ядромъ, но, по крайней м^рЬ въ
молодости, лишенъ оболочки. Большею частью подъ семявходомъ образуются три такихъ округлыхъ протопласта, но лишь одинъ изъ нихъ после оплодотворешя развивается въ зародышъ, о чемъ со временемъ мы еще будемъ говорить подробнее.
На фиг. 1—4 на 78 стр. можно видеть, что въ завязи орхидныхъ сямяпочки развиваются въ громадномъ числе на своеобразныхъ выступахъ, разделенныхъ бороздою на две части. Оне развиваются тамъ изъ клетокъ, покрывающихъ эти ребра въ виде кожицы, не связаны непосредственно съ сосудистыми пучками и поэтому могутъ быть поставлены на одну доску съ эпидермальными образовашями, которыя обыкновенно называются растительными волосками или трихомами. Эта анало- пя особенно резко выступаетъ тамъ, где на внутренней поверхности завязи действительно развиваются растительные волоски, каковы, напр., Laelia Perrinii и Coelogyne plantaginea, поперечные разрезы завязи которыхъ изображены на рис. 1—4 на 78 стр. У этихъ своеобразныхъ растешй со стенки завязи вдается во внутреннюю полость шесть реберъ, и на всехъ клетки кожицы вырастаютъ въ волосковидныя образовашя. Однако, оне получаютъ видъ одноклетныхъ волосковъ только на техъ трехъ ребрахъ, которые принадлежать цветоложу, тогда какъ на ребрахъ, отхо- дящихъ отъ плодолистиковъ, развиваются настоящая семяпочки, одна изъ которыхъ изображена на рис. 5.
Совершенно иначе развиваются семяпочки у саговника Cycas revoluta, плодо- листикъ котораго изображенъ на рис. 7 70 стр. Здесь дело вовсе и не доходить до образовашя завязи плодолистики развиваются порознь и отдельно въ спираль- номъ расположеши на конце столбовиднаго ствола, они разсечены перисто и некоторый лопасти листа превращаются въ большая семяпочки.
Въ то время, какъ у орхидныхъ семяпочки представляются равнозначущими трихомнымъ образовашямъ, у Cycas revoluta ихъ приходится считать соответствующими отдельнымъ долямъ листа. Въ обоихъ случаяхъ соотношешя такъ просты и такъ очевидны, что объяснеше ихъ не представляетъ никакого затрудневая. Однако, есть много такихъ случаевъ, где значеше семяпочекъ очень загадочно, где даже данныя исторш развитая оказываются иногда недостаточными, или, вернее, где изъ известныхъ данныхъ истор!и развитая можно вывести различный за- ключешя. Въ такихъ сомнительныхъ случаяхъ отличнымъ подспорьемъ являются опять-таки упомянутые уже выше антолизы; при одномъ условш, конечно, именно чтобы расщеплете и зеленеше простирались не только на стенки завязи, но и на самыя семяпочки.
Изъ такихъ антолизовъ прежде всего следуетъ остановиться на наблюдавшемся въ цветкахъ росянки (Drosera). У нормальныхъ цветовъ этого растешя семяпочки развиваются на внутренней поверхности плодолистиковъ, сомкнутыхъ въ одно вместилище; напротивъ, у расщепившихся цветковъ, на внутренней поверхности плодолистиковъ обнаруживается присутств!е железистыхъ волосковъ такого же точно строевая/ какое наблюдается на листьяхъ росянки (см. рис. 6 на 78 стр.). На многихъ плодолистикахъ эти железистыя щетинки срастаются между собою группами (рис. 7); получивпняся, благодаря этому срасташю, образовашя, более пли менее завернуты и представляютъ рядъ постепенныхъ переходовъ къ форме збратныхъ семяпочекъ, изображенный на рис. 8—12 на 78 стр. По происхо- жпешю своему, значить, покровъ ядра семяпочки у росянки представляетъ ничто иное, какъ гр у ину листовыхъ щетинокъ.
Совершенно иное наблюдается у живокости (Delphinium). Рис. 4 на 74 стр. показываетъ, что тутъ семяпочки развиваются на краяхъ плодолистиковъ, которые у нормальнаго цветка завернуты и срослись въ одно образоваше. Въ расщеплен- номъ цветке плодолистики открыты и разсечены по краямъ (см. рис. 6 на 74 стр. и рис. 13 на 78 ). Они живо напоминаютъ плодолистики Cycas (см. рис. 7 на 70 стр.) и сходны съ ними еще и въ томъ отношенш, что перистые участки ихъ частью превращаются въ семяпочки. Однако, при этомъ надо отметить,у что кончики листовыхъ долей заворачиваются, какъ это представлено на рис. 14 и 15 (стр. 78 ), такъ что получается углублеше въ виде ямки. Стало быть, у живокости покровъ ядра сбмяпочекъ образуется завернувшиеся краемъ перистыхъ долей плодолистика. Опять-таки по иному обстоитъ дело у клевера (Trifolium), антолизъ котораго изображенъ на рис. 16 на 78 стр. Шарообразный и эллиптичесшя семяпочки, сидяпця въ замкнутой завязи на краяхъ завернувшихся плодолистиковъ, въ открытомъ плодолистике заменены плоскими, зелеными, листоподобными образо- вашями и представляются маленькими перистыми листочками (см. рис. 16 и 17 на 78 стр.). Эти листики, однако, не скручиваются и не складываются, а съ поверхности ихъ подымается ядро семяпочки, или, вернее, тканевое тело, соответствующее этому ядру, а кроме того окружающш его валикъ (см. рис. 18—21 на 78 стр.). Этотъ круговой валикъ надо признать за внутреннш покровъ ядра, между шЬмъ какъ внешшй покровъ замененъ долькою перистаго листика. Случай зеленешя семяпочекъ у ивы (Salix Саргеа, см. рис. 29 на 78 стр.) обнаруживаетъ подобныя же соотно- шешя, только здесь зеленый листикъ, отъ поверхности котораго отходитъ ядро семяпочки, сложенъ вдоль средней жилки и разсЬченъ по краямъ (см. рис. 30 на 78 стр.). Особый интересъ представляетъ также антолизъ и зеленеше цветка одного вида щавеля (Rumex scutatus), который попадается въ болыпихъ количе- ствахъ на щебне известковыхъ альпъ (рис. 24—28 стр. 78 ). Яйцевидная завязь, образующаяся въ нормальномъ цветке (см. рис. 22 и 23 на 78 стр.) изъ трехъ плодолистиковъ, сросшихся своими краями, при антолизе увеличивается въ 6—10 разъ и превращается въ трубку, расширяющуюся кверху на подоб!е воронки (см. рис. 24—27 на 78 стр.); семяпочки на дне этого образовашя, напротивъ, превращаются въ фунтикъ, высовывающейся иногда изъ воронковидной стенки завязи, какъ это представлено на рис. 24, или же остаются на дне завязи, какъ это видно на рис. 27. На внутренней поверхности фунтика сидитъ бородавка, которую надо считать соответствующей ядру семяпочки. Иногда бородавка помещается и на расширенной части фунтика (рис. 25); однако, еще чаще случается, что она сидитъ на его съуженной части въ виде шишки изъ клеточной ткани и окружена кольцевымъ валикомъ (рис. 28). Последшй соответствуешь тогда внутреннему покрову семяпочки, а листъ, имеюпцй видъ фунтика,—внешнему.
Эти антолизы показываютъ, что тамъ, где ядро, окружено двумя покровами, нижнiй или, что то же, внешшй покровъ соответствуешь то одной доле, то целой пластинке плодолистика; последнее, конечно, возможно только въ. томъ случае, когда существуютъ плодолистики двухъ сортовъ и когда надъ нижними, лишенными семяпочекъ плодолистиками развивается только одинъ верхнш съ верхушки цветоложа. Верхнш или внутреншй покровъ семяпочки подымается въ виде кольцевого валика подобно коронке на поверхности листовиднаго внешняго покрова. Тамъ, где развивается только одинъ простой покровъ семяпочки, онъ получается либо cpacтaнieмъ
листовыхъ щетинокъ, либо, подобно покрытому имъ ядру, развивается изъ одной многократно делящейся клетки кожицы.
Ядро семяпочки вънекоторыхъслучаяхъ, какъ, напр., у орхидныхъ, возникаеть изъ однородной ткани, происшедшей путемъ дблетя изъ клетки кожицы; въ большинстве другихъ случаевъ оно развивается на краю или на поверхности листа или участка листа и первоначально производить впечатлите настоящей листородной почки.
Съ достоверностью еще не выяснено, можетъ ли оно развиваться непосредственно на цветоложе, однако, для многихъ растительныхъ группъ, напр., для перечныхъ, это представляется вероятными Нетъ причины допускать, чтобы эти семяпочки относились иначе, чемъ почковидные отводки, которые, ведь, встречаются какъ на листьяхъ, такъ и на стебляхъ. Большая аналопя между семяпочкою, превращающеюся въ семя, и почкою, становящейся отводкомъ, выступаетъ очень рельефно, подчасъ даже замечается полное замещете одного образоватя другимъ, и оттого то и произошло самое русское назва- те „семяпочка". Какъ уже было указано на 645 стр. I тома „Жизни растетй", позднейппе немецте ботаники изгнали этотъ терминъ и стали утверждать, что зачатки семянъ не суть почки. Это былъ одинъ изъ техъ несчастныхъ спорныхъ вопросовъ, въ которыхъ, собственно, споръ шелъ больше о значенщ слова, нежели о самой сути дела, и при решети которыхъ книжники не выводили „законы" изъ накопленныхъ фактовъ, а, напротивъ, напередъ устанавливали добытый на осно- вати натурфилософскихъ хитросплететй законъ, затемъ старались подлаживать къ нему добытые факты, а если они не укладывались въ рамки закона, то считали ихъ исключетями, какъ будто природа допускаетъ татя же исключетя, какъ люд- стя прописи. При разъяснети затронутаго здесь вопроса опять-таки приходится вспомнить о томъ, что исходные пункты для отводковъ и плодовъ или, вернее, семянъ, не очень далеки другъ отъ друга. Какъ зачатокъ корне—, стебле— или листородной почки, становящейся отводкомъ, такъ и клеточная группа, являющаяся ядромъ семяпочки, развиваются изъ одной клетки; подобно зачатку почко- виднаго отводка эта клеточная группа первоначально не расчленена и имееть сперва видъ бородавки или клубенька; только позже она расчленяется и изъ одной клетки, зародышевой, развивается зародышъ со стеблемъ и листьями.
Въ этомъ отношети очень поучительно сравнете семяпочекъ въ завязи съ листовыми почками на листьяхъ некоторыхъ орхидныхъ. На изображенной на рис. 5, стр. 35, Malaxis листовыя почки развиты отчасти на верхней поверхности листа, отчасти на краяхъ его, и въ последнемъ случае кажутся короткими ресницами. Оне состоять изъ центральнаго ядра и окружающаго его мешка изъ круп- ныхъ клетокъ, который придавленъ на вершине почки и почти устроенъ какъ семявходъ, такъ что все образовате живо напоминаетъ семяпочку (см. рис. 6 на 35 стр.). Это сходство листовыхъ почечныхъ зачатковъ съ семяпочками особенно поразительно у Malaxis, и кто не знаетъ, что эти образоватя отпали отъ зеленаго листа, наверно принялъ бы ихъ за семяпочки. Разница между ними про- являетя только впоследствш и, именно, въ томъ, что зародышъ, развивающшся изъ протопласта въ верхней части зародышнаго мешка, получаетъ свою самостоятельную ось, между темь какъ побегь, вырастающей изъ почки, можетъ быть принять только за разветвлете материнскаго растетя. Это, действительно, очень
66Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растенш, т. П.
6
6
уажно, особенно потому, что относится къ большинству случаевъ, но эта разница ни въ какомъ случай не можетъ претендовать на универсальность. Отводки, развиваюнцеся партеногенетически, о которыхъ еще будетъ рйчь впереди, сохра^ няютъ не только форму, но и положеше зародыша относительно сймявхода. И если бы не было извйстно, что сймянка GnaphaKum alpinum съ заключеннымъ въ ней зародышемъ развилась безъ учасйя пыльцы, значить, безъ оплодотворешя, то по взрослому состояшю ея мы бы этого никогда не узнали. 4
Изъ всего этого слйдуетъ, что границы между почкою и сймя- почкою, отводкомъ и плодомъ, не могутъ быть установлены на основан!и формы, и что иногда отводки и плоды и м й ю т ъ ту же исходную т о ч к у.—Эти факты могутъ имйть громадное значеше при рйшеши вопроса о вл!яши оплодотворешя на возникновеше новыхъ видовъ.
Пыльца. '
На поляхъ, только что освободившихся отъ снйга, подснежники поднимаютъ свои бйлыя головки, сережки ивъ разбили свои зимше покровы, а на опушке леса, куда мартовское солнце посылаетъ свои лучи, начинаетъ цвести орйшникъ. „Орйшникъ пылить"! Кто не привйтствовалъ съ радостью это извйстае, кто не радовался первому признаку долго жданнаго наступлешя весны, сменяющей холодную зиму! Какъ колокольчики подснежника, такъ и цветы орешника были уже приготовлены задолго до своего появлешя; первые сидели подъ землею, завернутые въ листовыя влагалища, вторые висели на раскидистыхъ вйтвяхъ кустарника въвидй короткихъ, цилиндрическихъ, желтовато сйдыхъ сережекъ. Лишь только наступаетъ весна, сережки вытягиваются въ длину, мелше, до сихъ поръ тесно сближенные цветочки раздвигаются, несущая ихъ твердая ось делается мягкою и гибкою, сережки свешиваются съ вйтокъ въ виде длинной желтой кисти, качаются и болтаются на ветру, и легко заметить, какъ съ нихъ сдуваются облака пыли, что дало поводъ къ возгласу „орешникъ пылить", которымъ народъ привйтствуетъ наступлеше весны.
Народная речь издавна "уже очень удачна окрестила пыль, выпадающую изъ цвйтовъ и играющую важную роль въ оплодотвореши, выражешемъ цветочная пыль (пыльца). Къ сожалйшю, это столь удачное во многихъ случаяхъ выражеше было отнесено ботаниками и къ такимъ образовашямъ, который хотя по функщи и соответствуют цветочной пыли орешника, однако по внешнему виду сильно отличаются отъ нея. Дело въ томъ, что те самыя клетки, который у орешника появляются въ виде пыли, у другихъ растешй могутъ появляться въ виде лип- кихъ, клейкихъ комковъ, получать форму булавы или зернистой массы, и къ такого рода образовашямъ назваше пыли нисколько не подходить. Если бы лишь у немногихъ видовъ цветы не пылили, то объ этомъ не стоило бы и упоминать, но на самомъ деле сюда принадлежать самыя обширныя растительный семейства, не менее 10,000 сложноцвйтныхъ, 10,000 орхидныхъ, 5000 трубкоцйтныхъ, 4000 перекрестнолистныхъ, 3000 мотыльковыхъ, мнопя тысячи зонтичныхъ, каме- ноломокъ, розоцвйтныхъ, стручковыхъ и т. д., такъ что, приблизительно, более чймъ у двухъ третей явнобрачныхъ растешй цветы не пылятъ, и разве только
восьмая часть развиваетъ такую плодотворную пыль, которая вполне оправдываетъ свое назваше. По этому ботаники вместо пыльцы предпочитаютъ пользоваться терминомъ pollen. Положимъ, латинское слово pollen означаетъ тоже не что иное какъ муку или мучную пыль, однако оно принято разъ навсегда въ ботанической рЪчи и относится ко вс^мъ клЬткамъ цв'Ьтковыхъ растешй, въ которыхъ содер-
Освобожден1е цв 6тия: 1) Calandrinia compressa; 2) Solanum Lycopersicum; 3) Galanthus nivalis. 4) Cyclamen Europaeum; 5) Ramondia pyrenaica; 6, 7) Cassia lenitiva; 8) Pirola rotundifolia; 9) Arctostaphylos Uva ursi; 10) Arctostaphylos alpina; 11) Vaccinium uliginosum; 12) Pirola uniflora; 13) Medinilla (по Балльону); 14) Vaccinium Oxycoccos; 15) Calceolaria Pavonii; 16) Tozzia alpina; 17, 18) Sibbaldia procumbens; 19) Galeopsis angu- stifolia; 20, 21) Erythraea Centaurium; 22, 23) Melissa officinalis; 24, 25) Calla palustris; 26) Nyctandra (no Балльону); 27, 28) Globularia cordifolia; 29, 30) Theobroma Cacao; 31) Pinguicula vulgaris; 32) Garcinia. Bet фигуры нисколько увеличены. Ср. 84 и 85 стр. текста.Освобожден1е цв 6тия: 1) Calandrinia compressa; 2) Solanum Lycopersicum; 3) Galanthus nivalis. 4) Cyclamen Europaeum; 5) Ramondia pyrenaica; 6, 7) Cassia lenitiva; 8) Pirola rotundifolia; 9) Arctostaphylos Uva ursi; 10) Arctostaphylos alpina; 11) Vaccinium uliginosum; 12) Pirola uniflora; 13) Medinilla (по Балльону); 14) Vaccinium Oxycoccos; 15) Calceolaria Pavonii; 16) Tozzia alpina; 17, 18) Sibbaldia procumbens; 19) Galeopsis angu- stifolia; 20, 21) Erythraea Centaurium; 22, 23) Melissa officinalis; 24, 25) Calla palustris; 26) Nyctandra (no Балльону); 27, 28) Globularia cordifolia; 29, 30) Theobroma Cacao; 31) Pinguicula vulgaris; 32) Garcinia. Bet фигуры нисколько увеличены. Ср. 84 и 85 стр. текста.
Освобожден1е цв 6тия: 1) Calandrinia compressa; 2) Solanum Lycopersicum; 3) Galanthus nivalis. 4) Cyclamen Europaeum; 5) Ramondia pyrenaica; 6, 7) Cassia lenitiva; 8) Pirola rotundifolia; 9) Arctostaphylos Uva ursi; 10) Arctostaphylos alpina; 11) Vaccinium uliginosum; 12) Pirola uniflora; 13) Medinilla (по Балльону); 14) Vaccinium Oxycoccos; 15) Calceolaria Pavonii; 16) Tozzia alpina; 17, 18) Sibbaldia procumbens; 19) Galeopsis angu- stifolia; 20, 21) Erythraea Centaurium; 22, 23) Melissa officinalis; 24, 25) Calla palustris; 26) Nyctandra (no Балльону); 27, 28) Globularia cordifolia; 29, 30) Theobroma Cacao; 31) Pinguicula vulgaris; 32) Garcinia. Bet фигуры нисколько увеличены. Ср. 84 и 85 стр. текста.
Освобожден1е цв 6тия: 1) Calandrinia compressa; 2) Solanum Lycopersicum; 3) Galanthus nivalis. 4) Cyclamen Europaeum; 5) Ramondia pyrenaica; 6, 7) Cassia lenitiva; 8) Pirola rotundifolia; 9) Arctostaphylos Uva ursi; 10) Arctostaphylos alpina; 11) Vaccinium uliginosum; 12) Pirola uniflora; 13) Medinilla (по Балльону); 14) Vaccinium Oxycoccos; 15) Calceolaria Pavonii; 16) Tozzia alpina; 17, 18) Sibbaldia procumbens; 19) Galeopsis angu- stifolia; 20, 21) Erythraea Centaurium; 22, 23) Melissa officinalis; 24, 25) Calla palustris; 26) Nyctandra (no Балльону); 27, 28) Globularia cordifolia; 29, 30) Theobroma Cacao; 31) Pinguicula vulgaris; 32) Garcinia. Bet фигуры нисколько увеличены. Ср. 84 и 85 стр. текста.
жится сперматоплазма; поэтому и мы не станемъ избегать этого выражешя, переводя его русскимъ терминомъ цветень*).
Прим. ред.Прим. ред.Итакъ, цветень состоитъ изъ клйтокъ, содержащихъ спер- матоплазму, и по этому можетъ быть поставленъ на ряду съ антерид!емъ у тайнобрачныхъ. Для развитая цветня предназначаются рбзко ограниченный части въ тканяхъ особыхъ листьевъ, развивающихся на верхушечной части стебля. Эти
Прим. ред.
Прим. ред.
листья, называемые пыльцелистиками или тычинками (stamina), уже занимали насъ на стр. 637 перваго тома „Жизни растеши", где речь шла о ихъ положеши, форме и расчленеши. Тамъ уже было указано что въ части ихъ, которую называютъ пыльникомъ, развиваются клетки цветня, т. е. клетки, наполненный сперматоплазмою. Разъ онъ готовъ, цветень долженъ покинуть место своего образовашя. Тогда наблюдается, что цветень, безразлично, является ли онъ склееннымъ въ комки или же представ- ляетъ рыхлую мучнистую массу, во всякомъ случае отделяется отъ стенки пыль- никоваго мешка и, заполнивъ ниши, камеры, мешки или трубочки пыльниковъ, какъ бы выжидаетъ своего освобождешя.
Теперь необходимо, чтобы соответствующая полость, пока еще со всехъ сторонъ замкнутая, раскрылась, для того чтобы цветень могъ освободиться и достигнуть своей цели. Это освобождеше цветня достигается самымъ различнымъ образомъ. На 643 стр. I. тома было сказано, что молодой пыльникъ обыкновенно разбивается на четыре гнезда, что они, однако, редко остаются разграниченными, а обыкновенно сливаются, благодаря разрушешю отделяющихъ ихъ перегородокъ, въ две полости или даже въ одну. Тамъ, где все четыре пыль- цевместилища остаются разгороженными, надъ каждымъ изъ нихъ образуется особое отверстае, какъ это можно видеть, наир., на пыльникахъ какао (Theobroma Cacao, см. фиг. 29 и 30 на 83 стр.). Если же происходить сл!яше, о которомъ мы только что говорили, то получается только два отверстая. У Globularia пыльниковые мешки соединены очень маленькою спайкою въ виде точки и все четыре полости соединены въ одно эллиптическое тело. После того какъ исчезнуть перегородки между отдельными полостями и образуется всего одна полость, заполненная цветнемъ, на стенке этой полости появляется широкая косая щель, и на тычиночной нити оказывается тогда одна плоская чашка (см. фиг. 27 и 28 на 83 стр.), на дне которой после удаленья пыльцы обнаруживаются нрежшя перегородки въ виде двухъ слабо развитыхъ реберъ, перекрещивающихся подъ прямымъ угломъ. Нечто подобное наблюдается и у пыльниковъ жирянки (Pinguicula), изо- браженныхъ на фиг. 31, стр. 83, да и вообще у всехъ такъ называемыхъ одно- гнездныхъ пыльниковъ. У многихъ губоцветныхъ, у которыхъ два соседше пыльника до некоторой степени спаиваются въ месте своего прикосновешя, отверстая обоихъ пыльцевместилищъ соединяются вместе; при этомъ отверстая направлены въ различный стороны, такъ что получается нечто вроде двойной ниши съ раздвинутыми краями, поддерживаемой двумя дугообразно согнутыми тычиночными нитями (см. фиг. 22 и 23 на 83 стр.).
Отверстая бываютъ то щелевидными, то въ виде дырочекъ. Пыльники, открывающееся дырочками, встречаются въ болыпомъ разнообразш у вересковыхъ и многихъ жестколистныхъ. Такъ, напр., пыльники черники (Vacci- nium Myrtnius), равно какъ различныхъ видовъ грушанки (Pirola) вытянуты въ более или менее длинныя трубочки, и каждая трубочка открывается на своемъ конце небольшой круглой дырочкой (см. фиг. 8, 11, 12 и 14 на 83 стр.). Чаще встречаются пыльники, раскрывающееся щелями. Щель бываетъ или продольною или поперечною, или же идетъ по спирали или полукругу. Въ послед- немъ случае она вырезываетъ изъ стенки пыльника целую лопасть. Первоначально щель напоминаетъ борозду, проведенную острымъ ножемъ (см. фиг. 1 на 83 стр.). Во многихъ случаяхъ края щели остаются сомкнутыми, такъ что отверстае
напоминаетъ по формб узкую расщелину; однако, чаще щель раскрывается, края ея съеживаются, вывертываются наружу и расходятся въ виде двери, раскрывающейся двумя створками. Продольныя щели простираются либо съ одного конца пыльника до другого (рис. 1 на 83 стр.), либо коротки и располагаются тогда на верхнемъ свободномъ конце пыльника. Въ последнемъ случае, который чаще всего наблюдается у пасленовыхъ и представленъ на фиг. 2, 3, 6, 7, 10, 13, 15 и 16 (стр. 83), щель очень напоминаетъ дырочку и отличить ихъ можно только по исторш развитая, о чемъ будетъ речь современемъ. Иногда коротк!я щели соседнихъ полостей соединяются и на свободномъ конце пыльника или тотчасъ подъ ними образуется отверстае сердцевиднаго или ромбическаго очерташя, и весь цветень изъ обеихъ половинокъ пыльника выводится черезъ это единственное отверстае. Такъ дело обстоитъ, напр., у Cyclamen и Ramondia, пыльники которыхъ изображены на фиг. 4 и 5 на 83 стр. Поперечный щели встречаются также въ разнообразнейшемъ виде у пыльниковъ молочаевъ, у циклантовыхъ, у Alchimilla и Sibbaldia (см. фиг. 17 и 18 на 83 стр.), у селезеночника и мускатницы (Chrysosplenium, Adoxa), у глобулярш, мальвовыхъ и некото- рыхъ ядовитыхъ лил!й (напр., Globularia, Malva, Sabadilla) и еще очень многихъ другихъ; вообще же этотъ способъ раскрывашя встречается реже предыдущаго. Когда поперечная щель следуетъ по боку овальнаго пыльника, то края его подчасъ производить впечатлеше губъ, окружающихъ ротовую щель (ср. рис. на стр. 641 I тома и фиг. 18 на 83 стр. П тома). Въ большинстве случаевъ оне имеютъ видъ скважинъ, которыя несколько раскрываются въ сухую погоду и снова замыкаются въ сырую. Еще реже поперечныхъ щелей встречаются полукруговыя и змее- видныя, вырезываюпця изъ стенки пыльника лопасть, которая представляетъ насто- япцй клапанъ для получившагося отверстая. Таше пыльники называютъ открывающимися клапанами. Ихъ встречаютъ у барбариса (Berbens), у безцвет- ника (Epimedium) и вообще у всехъ барбарисовыхъ, а также у лавровыхъ (см. фиг. 26 на стр. 83). Пыльники родовъ Mimulus, Galeopsis, Garcinia (см. фиг. 19 и 32 на 83 стр.), напоминаютъ табакерки или коробки, у которыхъ лопасть, открывающая полость, отходить отъ пыльника въ виде крышки.
У многихъ растешй раскрываше пыльниковъ вызываетъ еще и другая видо- изменешя ихъ. Пыльцевые мешки, расположенные справа и слева отъ узкой спайки между ними, более или менее отделяются отъ своихъ нитей, загибаются и завиваются или растопыриваются подъ прямымъ угломъ. Если оба пыльцевые мешка расходятся только при своемъ основанш, какъ, напр., у многихъ вьюнковъ (Convolvulus) и горечавковыхъ (Gentiana, Menyanthes), то пыльники получаютъ видъ стрелы; когда пыльцевые мешки расходятся сверху и снизу и въ то же время несколько загибаются, то получаются пыльники въ виде' буквы х, что характно для злаковъ. У многихъ стручковыхъ (Diplotaxis, Sinapis, и т. д.) пыльники после раскрывашя закручиваются винтообразно а иногда прямо получаютъ видъ пробочника, что наблюдается, напр., у золототысячника (Erythraea, см. фиг. 20 и 21 на 83 стр.). Очень интересный случайпредставляетъ укорачивай!е, наблюдаемое нередко у раскрывающихся продольными щелями пыльниковъ. Еще замкнутые пыльники большинства лилейныхъ продолговато-линейны; они раскрываются при помощи продольныхъ трещинъ и при- томъ такимъ образомъ, что раскрываше начинается первоначально на свободномъ конце
пыльника. Черезъ несколько часовъ на месте длиннаго линейнаго пыльника видишь круглый комъ, покрытый цветнемъ. У гусинаго лука (Gagea lutea) этотъ раскрыв- ппйся и получивппй видь кома пыльникъ представляетъ только третью часть своей прежней длины; пыльники царскаго венца (Fritillaria imperialis) сокращаются съ 20 до 10, у нарцисса (Narcissus poeticus) съ 11 до 4, у Scilla bifolia съ 2 до 1 миллиметра.
Каждый изъ этихъ разнообразныхъ процессовъ, наблюдаемыхъ во время и после раскрыван!я пыльниковъ, является следств!емъ совершенно определеннаго строен!я стенки пыльника. Проще всего эти соотно- шешя въ пыльникахъ, открывающихся дырочками, такъ какъ последшя образуются просто путемъ разрушешя известныхъ частей стенки. Дальнейшихъ изменешй, какъ, напр., съеживашя и сокращения стенокъ пыльника или движешя краевъ дырочекъ, здесь не наблюдается, и, соответственно этому, стенка пыльника не обнаруживаешь особыхъ частей ткани, которыя могли бы для этого служить. Также у техъ вметилищъ ’ пыльцы, где всл6дств!е рас- щеплетя нзвестнаго слоя или разрушешя части клетокъ образуется продольная щель, какъ, напр., у орхидныхъ, особаго строешя стбнокъ пыльника подметить нельзя. Не то при образованш щелей и клапановъ, которыя закручиваются, съеживаются или раскрываются створками. Въ этихъ случаяхъ суще- ствуютъ клетки, обладающая известнымъ строешемъ и называемый общимъ именемъ раскрывающихъ клетокъ; среди нихъ различаюсь хватательный и скамьевидныя клетки. Первыя имеюсь более или менее кубическую форму и на известной части стенокъ ихъ наблюдаются утолщешя въ виде волоконъ и реберъ; обращенная къ полости пыльцевого мешка стенка равномерно утолщена, противоположная сторона, обращенная къ кожице пыльника, нежна, тонка, легко образуешь складки и совершенно лишена утолщешй, боковыя же стенки обнаруживаюсь утолщешя въ виде реберъ. Утолщешя этихъклетокъ сравнивались рукою; ладони соот- ветствуетъ сильно утолщенная внутренняя стенка, а пальцы отвечаюсь полосатымъ, съуживающимся на конце утолщешямъ боковыхъ стенокъ. Это сравнеше темъ удачнее, что при засыхаши эти боковыя ребра производясь приблизительно так!я же движешя, кашя характеризуюсь загибаюпцеся для хваташя пальцы. Когда концы реберъ сближаются подобно кончикамъ пальцевъ, то при одновременномъ образованш складокъ должно произойти сокращеше наружной стенки, и если большое число такихъ хватательныхъ клетокъ соединены въ одну пластинку, то вся пластинка должна испытывать сокращеше съ внешней стороны. Смотря по группировке хватательныхъ клетокъ въ стенке пыльника, оне при своемъ сокращеши вызовусь завертываше внутрь этой стенки, либо вывертываше ея наружу. Скамьевидныя клетки стенки пыльника отличаются отъ хватательныхъ только большею длиною, Обращенная къ полости пыльника сторона равномерно утолщена и можешь быть приравнена къ сиденпо скамейки; поперечныя боковыя стенки утолщены полосками и будушь соответствовать тогда ножкамъ скамейки. Наружная стенка вовсе не утолщена, она остается нежною и легко образуешь складки. Когда части пере- кладинъ, соответствуюпця концамъ ножекъ скамейки, сблизятся между собою, то наружная стенка образуешь складки, а внутренняя изменяется сравнительно мало, последств!емъ чего является то обстоятельство, что стенки пыльника, богатый этими клетками, становятся снаружи вогнутыми. При этомъ получаются подобный
же изменешя расположешя всей ткани, кашя мы наблюдали раньше на хвата- тельныхъ клеткахъ, съ тою только разницей, что при этомъ не бываетъ одновременная сокращешя стенки пыльника, безъ чего въ присутствш кубическихъ клетокъ дело не обходится.
У хвойныхъ стенка пыльника образуется лишь однимъ слоемъ раскрываю- щихъ клетокъ, между т4мъ какъ у агавы наблюдается другая крайность, 6—8 слоевъ такихъ клетокъ. ЗатЬмъ надо еще упомянуть о томъ, что въ большинстве случаевъ слой хватательныхъ или скамьевидныхъ кл'Ьтокъ покрытъ кожицей изъ тонкостенныхъ кл'Ьтокъ, и что эту кожицу назвали экзотещемъ, а слой открываю- щихъ клетокъ эндотещемъ. Внутренняя сторона стЬнки обыкновенно покрыта еще клетками, носящими назваше выстилающихъ. Однако, на раскрывшемся пыльнике ихъ трудно различить, такъ какъ ко времени раскрывашя оне обыкновенно уже разрушены. Прежде придерживались того мнЬшя, что клетки кожицы, образуются экзотещй, при высыхаши сокращаются сильнее, чЬмъ утолщенный стенки эндоте- щя, и что въ этомъ именно надо видеть причину закручивашя и загибашя краевъ щели; однако, тщательный изследовашя новейшаго времени доказали, что действующая сила при движешяхъ раскрывашя заключается въ клеткахъ эндотещя, что клетки кожицы въ всехъ этихъ случаяхъ совершенно пассивны, что они не смыкаются, а ихъ смыкаютъ и складываютъ полосатая утолщешя, которыя при этомъ сближаются.
У крапивъ, тутовыхъ деревьевъ и многихъ другихъ растешй, о которыхъ речь будетъ впереди, нить пыльника подбрасываетъ пыльникъ подобно пружине, пыльники въ то же мгновеше раскрываются продольными щелями и цветень выбрасывается съ большою силою. Весь процессъ длится не более секунды, и наблюдатель выносить такое впечатлеше, будто въ пыльнике происходитъ взрывъ. У другихъ растешй раскрываше идетъ постепенно, обыкновенно подъ защитою кроющихъ покроволистиковъ, и цветень, медленно высыпаюпцйся и выскользающш изъ образующихся щелей пыльника, сначала лишь отлагается въ известныхъ местахъ въ области цветка. Такое отложеше пыльцы наблюдается гораздо чаще, чемъ обыкновенно думаютъ, и находится въ связи съ различными явлешями, о которыхъ еще придется поговорить. У мотыльковыхъ цветень, выпавшш изъ пыльниковъ, собирается на поломъ конусообразномъ конце лодочки, у ф!алки онъ отлагается въ желобке нижняго вытянутаго въ шпорецъ лепестка, а у мака, .розъ и лютиковъ онъ, по крайней мере частью, заполняетъ чашевидныя углублешя лепестковъ. Рас- пыляющшся цветень, выпадающш изъ раскрывшихся пыльниковъ грецкаго и простого орешниковъ, березы и ольхи, часто сбрасывается на обращенную кверху обратную сторону нижняго соседняго цветка (см. рис. на 88 стр.). У сложноцвет- ныхъ, колокольчиковыхъ и некоторыхъ мареновыхъ цветень, выпадающш изъ открывшихся пыльниковъ, отлагается на столбике или рыльце, но не на такомъ месте, которое воспршмчиво для подобнаго прикосновешя, а на особыхъ сосочкахъ и во- локнахъ, служащихъ для воспр!ят!я цветня. У протейныхъ цветень отлагается еще въ закрытыхъ цветахъ на головку рыльца, однако не соприкасается съ вос- пршмчивыми частями его, и рыльце является въ этомъ случае лишь времен- нымъ убежищемъ для цветня. У Sarracenia пыльца падаетъ изъ раскрывшихся пыльниковъ на рыльце, имеющее видъ раскрытаго и опрокинутаго зонтика; она остается тамъ, не прикасаясь къ воспршмчивымъ частямъ. У бруноновыхъ и гооде-
шевыхъ пыльца предварительно попадаетъ въ своеобразную копилку на конце столбика, которая можетъ высыпать пыль какъ песочница, но высыпаетъ ее, не задавая воспршмчивыхъ частей рыльца. Мы не преувеличимъ, предположивъ, что число растенш, отлагающихъ предварительно выпавшую изъ пыльниковъ
1) В ъ т в ь грецкаго орешника (Ju g 1 an s regia) со свешивающимися сережками, въ ест. вел.; 2) срезанный кончикъ сережки, въ увелич. виде. На задней стороне каждаго цветка отлагается цветень изъ пыльниковъ соседняго, расположенная выше цветка. Ср. 87 стр. текста и следуюшДя главы.
пыльцу въ извбстныхъ частяхъ цветка, чтобы сохранять ее тамъ для дальней- шато употреблетя, не меньше 20,000 видовъ.
Еще чаще наблюдаютъ случаи, когда цветень не выпадаетъ изъ полостей пыльниковъ, хотя они и открылись щелями, клапанами или дырочками. Вместилища цветня напоминаютъ тогда ниши, чаши, табакерки и песочницы, въ которыхъ
хранится пыльца. Обыкновенно так!е цвйты посещают животныя, толкаюте пыльники, обмазываются пыльцею и уносите ее къ другимъ цвбтамъ.
Отъ посЬщешя этихъ животныхъ и зависите, обращены ли пыльники внутрь или кнаружи. Если щели, скважины, клапаны пыльниковъ обращены къ периферш цветка, то говорят о кнаружи обращенныхъ пыльникахъ; если же онЬ обращены къ центру, то пыльники считаются внутрь обращенными. И въ этомъ отношенш, какъ сказано, играете роль посбщевае животныхъ, ищущихъ въ цвбтахъ меду. Если медъ находится вн4 круга тычинокъ и насйкомыя, чтобы достать его, должны просунуть свой хоботокъ между тычинками и покроволистиками, какъ, напр., у безвременницы (Colchicum), касатика (Iris), вьюнка (Convolvulus), бездвЬтника (Epimedium) и лавра (Laurus), то пыльники вывернуты наружу; если же медъ помещается между завязью и основашемъ тычинокъ и насекомым должны проникнуть въ это место, какъ, напр., у горечавокъ и опунщй, то пыльники обращены внутрь. Здесь вся суть заключается въ томъ, чтобы отлагаюпцйся на отвер- стаяхъ пыльниковъ цветень быль захваченъ насекомыми и унесенъ ими, чего можно достигнуть лишь, когда покрытый цветнемъ пыльникъ стоите какъ разъ на пути къ тому месту, куда должно проникнуть насекомое, доставая медъ со дна цветка.
Развипе и Форма клетокъ пыльцы.
О способе развитая пыльцы въ пыльникахъ известно следующее. После рас- членешя тычинки на пыльникъ и нить, на первомъ обнаруживаются симметрично расположенный продольный борозды, а между ними более или мен-Ье явственный вздупя, обыкновенно расположенный попарно. Клетки, лежапця подъ кожицею молодого пыльника, делаются родоначальниками двоякаго рода ткани; съ одной стороны, изъ нихъ развиваются три клеточныхъ слоя, прилегающихъ къ кожице и образующихъ вместе съ нею наружную стенку пыльника, съ другой стороны, отделяются крупныя клетки, заполняющая полость этой стенки и названный первичными материнскими клетками. Последшя образуютъ то округлыя гнезда въ окружающей ткани, то располагаются въ длинные ряды. Въ последнемъ случае развивается обыкновенно четыре, реже восемь или два ряда, изъ которыхъ одна половина лежитъ справа, а другая слева отъ срединнаго сосудистаго пучка, полу- чающаго тутъ назваше спайки (ср. 643 стр. I тома). Хотя на этой стадш развипя все клетки пыльника образуютъ сплошную ткань, однако, все же можно вообразить себе, что въ ней существуютъ участки и камеры, заполненные крупными материнскими клетками. Противоположность между ограничивающей стенкой и заполняющей тканью полостей съ каждымъ днемъ становится очевиднее. Первичныя материнск!я клетки делятся, изъ нихъ получаются клетки, называемый материнскими клетками цветня, и заполняющая ткань состоитъ теперь только изъ такого рода клетокъ. Изъ упомянутыхъ выше кроющихъ слоевъ клетокъ обыкновенно внутреншй растворяется, и ткань, образованная материнскими клетками цветня, отделена тогда отъ стенки слоемъ жидкости; сама стенка состоитъ теперь только изъ кожицы и лежащаго подъ ней слоя упругихъ, своеобразно утолщенйыхъ хва- тательныхъ и скамьевидныхъ (ср. 86 и 87 стр.) клетокъ.
Самый замечательный изменешя, однако, наблюдаются въ заполняющей ткани камеръ и полостей, именно въ материнскихъ клеткахъ цветня, изъ которыхъ эта ткань сложена. Оболочки этихъ материнскихъ клетокъ сильно утолщаются и распадаются на более или менее ясные слои. Протоплазма, окруженная толстыми оболочками, въ каждой клетке распадается на четыре комка, и эти четыре кома располагаются обыкновенно по вершинамъ тетраэдра, реже на плоскости въ виде четыреугольника. Перегородки изъ клетчатки, отделяющая эти четыре прото- плазмовыхъ комка, подобно оболочке материнской клетки обыкновенно утолщаются, и нежныя полосы на нихъ доказываютъ ихъ слоистость. Каждый изъ четырехъ сферическихъ, погруженныхъ въ массу клетчатки протоплазматическихъ шаровъ, отделяетъ кроме того еще особую оболочку, которая первоначально бываетъ нежною и тонкою, затемъ утолщается и становится также многослойною. Получен- ныя такимъ образомъ клетки и будутъ клетки цветня. Протоплазменное содержимое ихъ имеетъ способность действовать оплодотворяющими образомъ и потому называется сперматоплазмою.
У большинства растешй дальнейшаго расчленешя и делешя протоплазмен- наго содержимаго клетки цветня не наблюдается; только у цикадовыхъ, хвойныхъ и некоторыхъ скрытосемянныхъ изъ него развиваются два более или менее обо- собленныхъ протопласта, изъ кторыхъ, впрочемъ, только одинъ, именно менышй, играетъ роль при оплодотворении.
Еще недостаточно выяснено, к а къ долго сохраняетъ спермато- плазма въ клеткахъ цветня способность действовать оплодотворяющими образом и. Предполагают^ что способность эта теряется у карасса (Hibiscus Trionum) черезъ 3 дня, у желтофюли (Cheiranthus Cheiri) черезъ 14, у трехцветной ф!алки (Viola tricolor) черези 26, у живучки (Ajuga reptans) черези 32, у барвинка (Vinca major) черези 43 дня, у пушистаго шона (Paeonia pubens) черези 58, у тонколистнаго (Paeonia tenuifolia) черези 65 и у Olivia nobilis черези 76 дней. Садовники, въ видахъ опылешя, нередко разсылаютъ цветень пальмъ и саговниковъ, причемъ она путешествуетъ иногда целый недели, не теряя своей оплодотворяющей способности, при томи условш, впрочемъ, если она все время остается вн сухомн помещеши. Арабы, искуственно опыляюпце женсше экземпляры двудомной финиковой пальмы, сохраняюсь часть цветня до следующего года для того, чтобы иметь при себе запаси пыльцы и избежать на случай, если бы почему либо мужск!е цветы этой пальмы не развились, неурожая. По старинными указаниями цветень финиковыхъ пальмн, конопли и маиса св пользою быль употребленъ для опылешя черезъ 18 летъ. Насколько этиразсказы относятся къ области басенъ садовниковъ, трудно решить при отсутствья положи- тельныхъ новейшихъ изследовашй.
Что касается соединен!я образовавшихся въ одномъ пыльнике соседнихъ клетокъ цветня между собою, то тутъ царить необычайное pa3HOo6pasie. Если масса клеточекъ, которая окружаетъ упомянутый выше четыре клетки и скрепляетъ ихъ, растворяется целикомъ, то въ конце концовъ вся полость, служившая для образования цветня, оказывается наполненной сплошь отдельными клетками пыльцы, и такую пыльцу можно назвать свободною. Впрочемъ, некоторый, даже мнойя ocвoбoдившiяcя такимъ путемъ клетки могутъ все еще слипаться между собою и образовать больные или меныше неправильные
комки, благодаря своимъ клейкимъ покровамъ, но настоящаго тканевого соединешя ихъ въ свободой пыльце не наблюдается.
- У очень многихъ растен!й, именно у брусничныхъ и жестколистныхъ, у водяницы (Empetrum) и у эпакридовыхъ, кроме того еще у нбкоторыхъ ситниковъ (напр., Juncus Jacquini и Luzula vernalis), наконецъ, у родовъ Анона, Drimys, Jus- sieua, клетки цветня остаются въ связи по четыре, какъ они образовались въ материнской клетке, и въ этомъ виде освобождаются изъ гнездъ пыльника. Так1я маленьйя тканевыя тельца получаютъ назвавте четверокъ или тетрадь. У перечисленныхъ выше растенш четыре соединенный въ тетрады клетки соответ- ствуютъ угламъ тетраэдра (см. фиг. 2 на 97 стр.), у многихъ другихъ, напротивъ, напр., у кутровыхъ (Аросуншн, Periploca), у многочисленныхъ орхидныхъ (Ophrys, Spiranthes и др.), у Fourcroya, принадлежащей къ агавамъ, и у многихъ рогозниковъ (Typha) четыре клетки цветня, образовавппяся изъ протоплазмы одной материнской клетки, располагаются въ одной плоскости. У некоторыхъ кипреевъ (напр., Epilobium montanum и hirsutum) четыре клетки эти хотя и срослись, но только частью, такъ что достаточно небольшого нажайя, чтобы разъединить ихъ.
Гораздо реже тетрадь встречаются поллинш. Этимъ назвашемъ означаютъ тотъ случай, когда все клетки цветня, развивш!яся изъ одной первичной материнской клетки, или даже все заПолнявппя полость одной камеры клетки пыльцы остаются соединенными въ виде одного тканеваго тела. Такой поллинш можетъ быть сложенъ
изъ 8, 12, 64 и даже изъ многихъ сотенъ клетокъ цветня. Поллинш, развиваюпцеся въ расположенныхъ рядами камерахъ пыльниковъ у мимозъ, имбють видъ чечевице- образныхъ, яйцевидныхъ или округлыхъ комковъ или зеренъ; у асклешадовыхъ, о которыхъ речь впереди, поллинш имеютъ форму лопатовиднаго листочка и состоять изъ сотенъ отдельныхъ клетокъ цветня. Маса цветня многихъ орхидныхъ составлена также изъ отдельныхъ комковъ, кажется бороздчатой или лопастной и каждая лопасть состоитъ изъ болыпихъ или меныпихъ поллишевъ. Масса, посредствомъ которой соединяются поллинш у орхидныхъ, обыкновенно заканчивается ножкою, на конце которой сидитъ щитикъ. Этотъ щитикъ настолько липокъ, что приклеивается къ постороннему телу при малейшемъ соприкосновеши съ нимъ, что имеетъ громадное значеше для переноса пыльцы съ цветка на цветокъ посредствомъ насе- комыхъ, о чемъ у насъ будетъ речь впереди.
Клетки цветня у различныхъ семействъ обнаруживаюсь весьма неодинаковые размеры. У незабудки (Myosotis), бурачника (Borago), окопника (Symphytum), вообще у всехъ бурачниковыхъ, также у смоковницъ (Ficus) клетки цветня очень мелки; напротивъ, у цветущаго тростника (Саппа), мальвы, тыквы и никтагино- выхъ пыльца, сравнительно, очень крупна. Следующая таблица показываетъ раз- лич!я въ величине:
. 0,19 —0,24 - . 0,20 —0,23 - . 0,20 —0,24 - . 0,20 —0,24 - . 0,22 —0,25 -. 0,19 —0,24 - . 0,20 —0,23 - . 0,20 —0,24 - . 0,20 —0,24 - . 0,22 —0,25 -
. 0,19 —0,24 - . 0,20 —0,23 - . 0,20 —0,24 - . 0,20 —0,24 - . 0,22 —0,25 -
. 0,19 —0,24 - . 0,20 —0,23 - . 0,20 —0,24 - . 0,20 —0,24 - . 0,22 —0,25 -
Myosotis alpestris. . 0,0025—О,ооз4 мм. Lithospermum affine. 0,0042—0,0052 -
Cerinthe minor. . . 0,0050—0,0057 - Ficus pumila . . . 0,0045—О,оо5б -
Echium vulgare . . 0,010 —O,oi4 - Pilea microphylla. . O,oi8 —0,020 - Rhamnus cathartica. 0,022 —0,032 - Syringa vulgaris . . 0,024 —0,034 - А1оё denticulata . . О,озз —O,oso -
Yucca angustifolia . 0,055 —0,065 -
Viola tricolor . . . . 0,062—O,o?i мм.
Convolvulus sepium . O,o?6—O,os4 - Geranium Robertianum. 0,085—0,094 -
Opuntia cynanchica. . 0,15 —0,20 - Oxybaphus nyctagineus 0,18 —0,22 -
Morina Persica . Cucurbita Pepo . Mirabilis longiflora Cucumis Melo . . Mirabilis Jalappa.
Итакъ, пыльцевыя клетки Mirabilis Jalappa въ сто разъ больше, чъмъ у алыпйской незабудки. Замечено, что особенно въцветахъ, остающихся открытыми недолго, всего одинъ день или ночь, каковы, напр., тыквы и дыни, портулаки, Morina и многочисленные виды Mirabilis, клетки пыльцы особенно велики. Отъ размера клетокъ цветня зависитъ также, содержитъ ли одинъ пыльникъ много или мало ихъ. Въ одномъ гнезде пыльника Mirabilis Jalappa ихъ въ среднемъ бы- ваетъ 32, а у Borago officinalis приблизительно 60,000.
Форма пыльцевыхъ клетокъ по преимуществу эллиптическая (см. фиг. 13 и 14 на 94 стр.). Гораздо реже встречается шаровидная (см. фиг. 1, 3, 4, 6 и 7 на 94 стр.). У Tritelia, принадлежащей къ лилейнымъ, форма оказывается узколанцетовидною, а у Morina (см. фиг. 2 на 94 стр.) цилиндрической. Цветень сосны поперечно овальна; у нея наблюдаются два полушаровидные выступа, что придаетъ ей форму головы насекомаго съ двумя большими глазами (фиг. 8 на 94 стр.). У большинства зонтичныхъ и у незабудки (Myosotis) клетки цветня имеютъ форму бисквита, у Crucianella latifolia оне боченкообразны, а у Brugmansia arborea пред- ставляютъ изъ себя коротгае цилиндры. Рядомъ съ эллиптическими, чаще всего встречаются угловатыя, напоминаюпця по форме кристаллы. Такъ, напр., пыльцевыя клетки садовой настурщи (Tropaeolum) имеютъ форму трехгранныхъ призмъ, у трехцветной ф!алки (Viola tricolor) призмъ въ четыре-пять реберъ, а у пере- летника (Anthyllis Vulneraria) даже шестигранныхъ призмъ съ бороздчатыми ребрами. Кубическую форму наблюдали у пыльцевыхъ клетокъ Triopteris brachypteris и Basella alba, форму пентагональнаго додекаедра у Banisteria, Rivina и въ особенности у многихъ гвоздичныхъ, напр., у Arenaria, Silene и Dianthus (см. фиг. 11 на 94 стр.). Пыльцевыя клетки одуванчика (Taraxacum officinale) и желтой хохлатки (Corydalis lutea) легко узнать по разнообразнейшимъ формамъ, которыя напо- минаютъ кристаллы и встречаются вместе въ одномъ и томъ же пыльцевомъ мешке (см. фиг. 12 на 94 стр. и 4 на 95 стр.). Очень часто при изследованш пыльцевыхъ клетокъ подъ микроскопомъ приходится встречаться съ тетраэдромъ. Такъ, напр., цветень Thesium, Cuphea, большинства протейныхъ и очень многихъ сложноцветныхъ состоитъ изъ изящныхъ маленькихъ тетраэдровъ, причемъ стороны то плоски, то выпуклы (фиг. 6 на 95 стр.). Не редко попадаются также формы, имеюпця такой видъ, будто ихъ сдавили съ двухъ сторонъ, причемъ по очертание оне представляютъ сферичесше треугольники и напоминаютъ трехугольныя подушки; ихъ можно встретить у Circaea и другихъ кипрейныхъ (фиг. 5 на 94 стр.).
Все эти указашя относятся только къ общему контуру и то лишь сухихъ пыльцевыхъ клетокъ. Въ большинстве случаевъ на форму существенно вл!яетъ то обстоятельство, что на сухихъ клеткахъ пыльцы встречаются борозды. У эллиптическихъ и круглыхъ формъ борозды идутъ какъ меридааны по глобусу, и на такихъ клеткахъ можно отличить два полюса. Число бороздъ очень постоянно не только у различныхъ видовъ. но даже и у целаго растительнаго семейства. Одною единственною полосою характеризуются клетки цветня тюльпаннаго дерева, магнолтй и кувшинокъ (см. фиг. 1 на 95 стр.), безвременницы, тюльпана, лилпг, каса- тиковъ, нарциссовъ и подснежника, пальмъ и злаковъ и, вообще, большинства одно- дольныхъ; две продольный полосы встречаются у пыльцевыхъ клетокъ Calycanthus, у некоторыхъ вьющихся спаржевыхъ (Tamus, Dioscorea) и у многихъ видовъ рода Amaryllis. Безчисленное множество растений съ эллиптическими пыльцевыми клет-
ками обнаруживаетъ 3 продольный борозды,, какъ, напримеръ, у солнцецветника, фиалки, маковъ, крестоцвктныхъ и лютиковыхъ, розъ, миндалей и многихъ мотыль- ковыхъ, буковъ, дубовъ и ивъ, жимолости, большинства пасленовыхъ, норични- ковыхъ, горечавокъ и у многихъ хмюжноцветныхъ (см. фиг. 13 на 94 стр. и фиг. 3 на 95). Четыре борозды встречаются у пыльцевыхъ клетокъ многихъ бурач- - никовыхъ (Anchusa, Nonnea), у некоторыхъ губоцветныхъ (Teucrium nontanum, Sideritis scordioides), у Houstonia, Platonia, Blackwellia и Cedrela odorata. Шесть бороздъ наблюдаются у лавендулы, иссопа, тим!ана, мяты, шалфея и вообще у большинства губоцвктныхъ (см. фиг. 14 на 94 стр.); 9—10 бороздъ встречается у Sherardia, Borago и Symphytum, 12 у Crucianella latifolia, 16 у Polygala Chamae- buxus, 21—23 у Polygala myrtifolia. У кристалловидныхъ клетокъ цветня борозды очень нежны, образуютъ неглубоюя впадины въ части реберъ и число ихъ соответ- ствуетъ числу утловатыхъ выступовъ.
Внештй обликъ пыльцевыхъ клетокъ существенно характеризуется также разнообразными рисунками, скульптурою, игольчатыми и бородавчатыми выступами, которые встречаются на внешней оболочке ихъ. Иногда наружная оболочка снабжена мелкими точками, какъ, напр., у копытня, шафрана, лавра, руты, шалфея, многихъ горечавокъ и молочайныхъ, большинства банановыхъ и аройниковъ (см. фиг. 13 и 14 на 94 стр.), иногда вздутыя между бороздами эллиптическихъ клетокъ части мелко заштрихованы въ попереч- номъ направлении, какъ у вечнозеленой камнеломки (Saxifraga aizoides), или же эти тонк!я черточки идутъ по меридаану, какъ у шаровидныхъ, напоминающихъ глобусъ, набухшихъ въ воде пыльцевыхъ клетокъ Brugmansia arborea. Иногда мелшя точечки расположены рядами и пунктирныя лиши эти соединены въ изящ- ныя сетки. У клетокъ цветня Thesium alpinum и rostratum гладкая поверхность представляется зачерченною въ виде сети и въ каждой петле этой сетки поставлена явственная точка. У некоторыхъ Plumbagineae (Armeria, Statice) и у куколя (Agrostemma Githago) также можно заметить сетчатый рисунокъ. Во многихъ слу- чаяхъ поверхность бываетъ неровною. У тетраедрическихъ пыльцевыхъ клетокъ Cuphea platycentra наружная скорлупа снабжена изящными ребрами, у многихъ другихъ она, напротивъ, какъ бы зерниста. Утолщешя, являюпцяся въ виде мел- кихъ зеренъ, или равномерно распределены по всей поверхности, или расположены рядами, а ряды соединены въ виде сети, что чаще и яснее всего приходится наблюдать у многихъ стручковыхъ (Capsella, Raphanus, Sinapis и др.). У пассифлоръ, напр., Passiflora kermesina (см. фиг. 4 на 94 стр.), петли этихъ сетей на пыльцевыхъ клеткахъ окружаются неглубокими ямчатыми утлублешями, а у Cobaea scandens (см. фиг. 1 на 94 стр.) поверхность этихъ клетокъ сильно напоминаетъ пчелиныя соты. Иногда сетевидно связанный ребра зазубрены какъ гребень у петуха, какъ, напр., у цветневыхъ клетокъ сладкаго корня (Scorzonera Hispanica). Въ другихъ случаяхъ на всей поверхности подымаются равномерно распределенным по ней тупыя бородавочки, что встречается, именно, у лугового василька (Сеп- taurea Jacea), омелы (Viscum album), белой кувшинки (Nymphaea alba) и у тропи- ческихъ баутинай (Bauhinia armata и furcata; см. фиг. 1 и 2 на 95 стр.). Очень часто случается, что вся поверхность или отдельные участки ея усажены острыми ши пиками, длинными или короткими иглами и необыкновенно нежными волосковидными образовашями (см. фиг. 3—9 на 95 стр.). Это последнее образоваше
замечается преимущественно на цветне сложноцветныхъ, скабюзъ, крлокольчико- выхъ, тыквъ и мальвовыхъ, а кроме того еще у различныхъ видовъ Anneria, Amaryllis, Cactus, Саппа, Lonicera, Ipomaea и Convolvulus.
Уже несколько разъ говорилось о томъ, что вышеописанные выросты, ямки и рисунки можно различать только на наружной оболочке пыльцевой клетки; на- противъ, внутреннш, граничащей непосредственно съ протоплазмою слой ея обна-
Кл 4тки цветня: 1) Cobaea scandens; 2) Morina Persica; 3) Cucurbita Pepo; 4) Passiflorakermesina;5) Circaea alpina; 6) Convolvulus septum; 7) Cannabis sativa; 8) Pinus Pumilio; 9) Mimulus moschatus; 10) Albucca minor (сухая и смоченная); 11) Dianthus Carthusianorum; 12) Corydalis lutea; 13) Gentiana rhaetica; 14) Salvia glutinosa. Фиг. 1—3: увел. 80—90 разъ; фиг. 4, 5, 7, 8, 10: 120—150 разъ; фиг. 6, 9, 13, 14: въ 220—250 разъ. Ср. 92—98 стр. текста.
руживаета очень ровное строеше. Оболочка пыльцевыхъ клетокъ действительно многослойна. Въ большинстве случаевъ она образуется изъ трехъ слоевъ, внутрен- няго, называемаго—инти ною, средняго—экзины, и наружнаго—перины. Экзина и интина происходить отъ заключенной въ нихъ протоплазмы, т. е. образуются темъ комомъ протоплазмы, который позднее представляешь изъ себя содержимое соответствующей клетки цветня, напротивъ, перина, какъ говорятъ, образуется путемъ наслоешя изъ измененныхъ слоевъ материнскихъ клетокъ, окружающихъ пыльцевыя клетки, а по другому воззрешю, изъ протоплазменной массы (эпиплазмы), окружающей молодыя клетки цветня. Достоверно только то, что протопласта, даю- ццй цветневую клътку, окружается оболочкою, которая сначала чрезвычайно тонка, а затемъ становится толще, такъ какъ со внутренней стороны ея откладывается
сложенная изъ палочекъ сетевидная масса. На нее съ внутренней стороны накладывается затемъ состоящы изъ клетчатки внутреншй слой, интина, а потомъ, когда интина и экзина уже совсемъ готовы, путемъ наложешя снаружи образуется и перина. Интина всегда резко отличается отъ экзины какъ самостоятельный слой; но между периной и экзиной у взросльгхъ цветневыхъ клетокъ не всегда легко провести границу. Обыкновенно оба эти слоя въ совокупности образуютъ внешнюю скорлупу цветневой клетки, между темъ, какъ интина представляетъ изъ себя ея резко отграниченную оболочку. Внешняя скорлупа со всеми ея рисунками, пунктирами и выступами была уже описана нами настолько, насколько мы можемъ судить о ней по наружному ея виду,
Само собою понятно, что видимая снаружи структура должна иметь своею причиною совершенно определенный внутреншя услов!я. Но относящаяся £юда изследовашя обнимаютъ только сравнительно очень немного случаевъ и далеко не
Кл*ткп цветня: 1) Nymphaea alba; 2) Viscum album; 3) Carlina acaulis; 4) Taraxacum officinale; 5) Cirsium nemorale; 6) Buphthalmum grandiflorum; 7) Hibiscus ternatus; 8) Malva rotundifolia; 9) Campanula persicifolia. Bek фигуры увеличены въ 200 разъ. Ср. 92—95 стр. текста.
такъ обширны, чтобы на основаны ихъ можно было составить себе представлеше о всехъ пыльцевыхъ клеточкахъ. Одно достоверно, что при построены наружной скорлупы, палочки, поставленный въ палиссадномъ порядке, играютъ выдающуюся роль. Лучше всего можно сравнить эти палочки съ призматическими камнями, употреблявшимися для древнихъ мозаикъ, а своеобразные рисунки, которые мы видимъ на поверхности цветневой клеточки, являются по большей части результатомъ мозаичной группировки этихъ палочекъ. Неровности, шероховатости и выступы происходятъ отъ того, что известныя группы этихъ палочекъ поднимаются, и соответственно длине и распределение сильнее выдающихся палочекъ и ихъ группъ получаются зерна и бородавки, иглы, шипики и волоски, ребра, гребни и сети, какъ это описано на предыдущихъ страницахъ и изображено на стр. 94. Во мно- гихъ случаяхъ все палочки равной длины, и тогда наружная поверхность кажется гладкою и ровною.
Часто случается, что вследств!е расхождешя палочекъ на известныхъ местахъ получаются крошечный полости, иногда тонк!е каналы, которые оканчиваются снаружи отверсйемъ въ виде точки, какъ это особенно ясно видно у Thesium, Prunella, Ipomaea и Gentiana. Въ этихъ тонкихъ каналахъ по большей части содержится желтое, реже безцветное жирное масло, которое затемъ при увлажнены
цветневой клетки, выступаетъ изъ устьевъ каналовъ въ виде маленькихъ капе- лекъ. По крайней мере, такъ обстоитъ дело у подробнее изученныхъ видовъ Prunella grandiflora и Gentiana ciliata. У многихъ другихъ растешй этому маслу даже не нужно выделяться изъ пыльцевой клетки отъ усилившагося тургора, такъ какъ имъ покрыта вся наружная поверхность скорлупы и притомъ даже и на сухихъ, не пропитанныхъ водою клеткахъ. Изъ 520 видовъ, цветень которыхъ была изучена подробнее, приблизительно у 400 масло покрывало наружную поверхность пылинки въ виде слоя. Положимъ, слой этотъ такъ тонокъ, что на сухихъ пыльцевыхъ клбткахъ онъ ускользаетъ отъ наблюдешя, однако, если положить сухую пылинку въ воду, то покровъ этотъ тотчасъ же распадается на мелк!е, сильно преломляюпце светъ шарики, окружающ!е разбухшую клетку какъ бисеринки. Такъ какъ эти капельки растворяются въ спирте и оливковомъ масле, а отъ при- бавлешя осм!евой кислоты твердеютъ и окрашиваются въ темный цветъ, то нельзя сомневаться въ томъ, что мы имеемъ тутъ дело действительно съ жирнымъ мас- ломъ.
Гораздо реже снаружи къ пылинкамъ прилипаетъ безформенная тягучая масса, которая не образуетъ капелекъ при смачиванш водою и не растворяется въ спирте и оливковомъ масле; за ея сходство съ птичьимъ клеемъ, добываемымъ изъ семянъ омелы (Viscum), ее назвали висциномъ. Такой висцинъ встречается на наружной поверхности пыльцевыхъ клетокъ Fuchsia, Clarkea, Circaea, Gaura, Godetia, Oenothera, Epilobium и вообще у вскхъ кипрейныхъ, а также у соединенныхъ въ тетрады пыльцевыхъ клетокъ азалей, рододендроновъ, орхидныхъ и асклешадо- выхъ. Висцинъ чрезвычайно липокъ, онъ приклеивается къ постороннему телу при малейшемъ соприкосновеши и вместе съ ткмъ такъ тягучъ, что можетъ быть вытянуть въ длинныя тошмя нити, какъ расплавленный сахаръ. Содержимое, выпадающее изъ пыльниковаго мешка ослинника (Oenothera) и узколистнаго кипрея (Epilobium angustifolium=HBaHb чай) имеетъ видъ бахромы или разорванной сети, натянутой между двумя соседними пыльниковыми мешками, и микроскопъ показы- ваетъ, что оно состоитъ изъ отдельныхъ пылинокъ, во всехъ направлешяхъ склеен- ныхъ и спутанныхъ между собою липкими нитями висцина (см. фиг. 3 и 4 на 97 стр.). Еще болбе, чемъ у ночной свечи и у кипрея, это явлеше бросается въ глаза у многочисленныхъ видовъ альшйской розы (Rhododendron). Такъ, у Rhododendron hirsutum все тетрады цветня склеены вместе при помощи висциновой массы. Пыльниковые мешки открываются двумя круглыми дырочками и склеенный тетрады цветня несколько вытекаютъ изъ этихъ отверстш. Если коснуться щетинкою этой липкой массы, то она тотчасъ же прилипаетъ и содержимое даннаго пыльниковаго мешка съ легкостью извлекается (см. фиг. 1 на 97 стр.). Оно образуетъ бахромчатую массу, свешивающуюся съ отверспя, совершенно такъ, какъ мы это видели у кипрея или ослинника; подъ микроскопомъ картина также схожа, съ тою только разницею, что у альшйской розы висциновыми нитями склеиваются не отдельный клетки цветня, а целыя тетрады ея (фиг. 2 на 97 стр.). У Rhododendron Chamaecistus и гималайскихъ, характеризующихся своими большими цветами, изъ пыльниковаго мешка нередко развертываются нити и шнуры, дости- гаюпце длины до 1 см. и более. Насекомыя, посещаются эти растешя и касаю- пцяся нитей, прилипають къ нимъ, желая освободиться, обыкновенно выносятъ все содержимое соответствующаго пыльниковаго мешка и переносятъ его на другой
цветокъ. Тягучая липкая масса образуется, вероятно, путемъ ослизнешя, либо наружнаго слоя клетки, либо изъ растворившихся оболочекъ первичныхъ материн- скихъ клетокъ.
Точечныя отверстая тонкихъ каналовъ, заполненныхъ жирнымъ масломъ, о кото- рыхъ уже была речь выше, не должны быть смешиваемы съ теми утонченными местами внешней скорлупы, изъ которыхъ при смачиванш водою интина выпячивается *въ виде слепого мешка. Иногда при взгляде на эти места кажется, будто наружная скорлупа продыравлена, но это только обманъ зрбшя, на самомъ деле наружная скорлупа клеточной оболочки, покрывающая интину, лишь несколько утончена; только, когда интина начинаетъ выпячиваться все более и более, высту- паетъ въ виде слепогр мешка и вырастаетъ въ пыльцевую трубку, происходить раствореше или растрескиваше тонкихъ месть и лишь теперь действительно наружная оболочка оказывается продыравленною.
Пылинки и тетрады пыл ьцы, склеенныя висцинов ыми нитями: 1 и 2) Rhododendron Ыг- sutum; 3) Oenothera biennis; 4) Epilobinm angustifolium. Рис. 1 увел, въ 8 разъ; рис. 2—4 въ 50 разъ. Сравн. 91 и 96 стр. текста.
Разнообраз1е формы, положешя, числа и величины этихъ утонченныхъ месть едва ли меньше, чемь у выступовъ и реберъ. Очень часто скорлупа оказывается утонченной на томъ месте, где по кожице пылинки проходить борозды. Утонченное место имеетъ тогда видь лиши и лежитъ въ углубленья этой борозды. Когда пыльцевая трубка разбухаетъ отъ воды, экзина лопается на утонченномъ месте, а иногда прямо сбрасывается (см. рис. 10 на 94 стр.). На клеткахъ цветня Mnnulus и Thunbergia утонченное место наружной скорлупы имеетъ видъ спирали или производить своеобразные изгибы и петли, какъ это изображено на 9 рис. 94 стр. Когда у этого цветня выпячивается интина, вследств!е чего наружная скорлупа лопается по спиральнымъ лишямъ, то получаются винтовыя ленты, отстаюпця отъ цветня и онъ кажется какъ бы облупленнымъ. У страстоцветовъ (Passiflora) утон- ченныя места представляются въ виде колецъ, и когда интина здесь выпячивается, то окруженный кольцами части поднимаются какъ крышечки. Тоже происходить и у тыквенныхъ растенш; только здесь приподнимающаяся крышечки сравнительно очень малы и получаютъ особенно своеобразный видъ, потому что на каждой изъ нихъ сидитъ отростокъ въ виде шипика (см. рис. 3 на 94 стр.). У вьюнка (Соп-
Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растенШ, т. П. " у
volvulus: см. рис. 6 на 94 стр.) на наружной скорлупе цветня устроены вдавле- шя въ виде ямокъ, на дне ямки скорлупа точно вырезана въ виде треугольника, и надъ вырезкою помещается крошечная, выпуклая кнаружи крышечка. Удивительное строеше обнаруживаете цветень Morina Persica (см. рис. 2 на 94 стр.), растешя, родственнаго ворсянке. Каждая изъ вальковатыхъ пылинокъ несете на середине своей высоты три отрога, имеющ!е форму закупореннаго горлышка бутылки со вздутымъ, круглымъ отверспемъ. Очень часто утонченный места имеютъ видъ дисковъ и ихъ тогда лучше всего сравнить съ круглыми окошками на пароходахъ, называемыми иллюминаторами Эта-то форма какъ разъ заставляетъ насъ думать, что наружная скорлупа уже съ самаго начала бываете у пылинки продыравлена. У зонтичныхъ, розоцветныхъ, мотыльковыхъ, ф!алокъ, у каменнаго розана (Cistus), у рутовыхъ, зверобойныхъ, бурачниковыхъ, норичниковыхъ, пасленовыхъ и еще другихъ растительныхъ семействъ круглый окна спрятаны въ глубине бороздъ; у Cobaea (рис. 1 на 94 стр.) ихъ находятъ въ углублешяхъ сетчатовидной наружной скорлупы, у двулепестника (Circaea) наружная скорлупа пыльцевой клетки утончена на вершине бородавчатыхъ выступовъ (см. рис. 5 на 94 стр.). Число круглыхъ окошечекъ у каждаго вида различно. У осоковыхъ по одному, у без- временницы, ананасовыхъ, смоковницъ и бругманзш по 2, у крапивъ, дубовъ и буковъ, у ночной свечи и кипрея и еще многихъ другихъ растешй по 3, у илима, ольхи и березы 4—6, у видовъ рода Kibes 8—12, у вьюнковъ 15—18, у гвоздикъ, лебеды и волчьяго лыка (Daphne) 20—30, а у никтагиновыхъ даже больше 30.
Этимъ можно закончить описаше наружной оболочки пыльцевой клетки. Теперь, однако, напрашивается вопросъ: къ чему же служитъ это своеобразное строеше, къ чему эти ямки и желобки, эти ребра и гребни, эти иглы и шипики, которые приходится наблюдать на внешней оболочке пылинки въ такомъ изумитель- номъ разнообразш? Какое значеше имеютъ эти покровы висцина и жирнаго масла? Какая связь между всемъ этимъ и утонченными местами въ глубине бороздъ, круглыми окнами и крышечками?
Сравнительно легче всего ответить на последшй вопросъ. Какъ показываете прямое наблюдеше, цветневыя клетки, попадая въ воду, набухаюте съ удивительною быстротою; заключенный въ полости ихъ протопласте деятельно и быстро всасываете жидшя вещества изъ окружающей его среды, вследств!е этого тело его быстро увеличивается въ объеме, а потому замыкающая его оболочка должна быть устроена такъ, чтобы было возможно быстрое расширеше ея. И вотъ для этого отлично приспособлены утонченный места. Черезъ нихъ вода съ легкостью проникаете въ внутреннюю полость клетокъ, вместе съ темъ борозды расправляются, то, что было скрыто на дне ихъ, развертывается и выпячивается кнаружи и пыльцевая клетка занимаете сравнительно вдвое, втрое и вчетверо большш объемъ, хотя поверхность ея нисколько не увеличилась. Неутонченныя, пропитанныя мас- ломъ части внешней скорлупы играютъ при этихъ процессахъ пассивную роль. Сквозь нихъ вода не можетъ проникнуть во внутреннюю полость, и хотя при набу- хаши клетки и происходите изменешя ея очертанш, однако, скорлупа эта не растягивается и не увеличивается въ объеме. И позже, когда пнтина вырастаете и принимаете форму трубки, наружная скорлупа подвергается очень незначитель- нымъ изменешямъ; утонченный части ея разрываются, тамъ, где были крышечки, оне приподнимаются, и направляющейся къ завязи трубчатый протопластъ, покры-
тый интиною, покидаетъ черезъ одно изъ этихъ тонкихъ месть наружную оболочку, подобно зародышу семени, который при проросташи покидаетъ его твердую скорлупу. Но, если въ этомъ случай выгоднее, чтобы оболочка семени оставалась на грядке, такъ какъ вонзаюпцйся въ землю корешокъ получаетъ чрезъ это прочную опору, такъ точно и для покидающей свою оболочку пыльцевой трубки выгодно, чтобы ея скорлупа была неподвижна. Вероятно, этому обстоятельству и обязаны своимъ существовашемъ гребни, ребра, шипики и иглы, на которыя, значить, приходится смотреть, какъ на средство прикрйплен!я пылинки къ тому ,мйсту, где долженъ произойти выходъ пыльцевой трубочки.
Самая важная роль этихъ выростовъ, выступовъ и покрововъ состоитъ, однако, въ томъ, что при помощи ихъ становится возможнымъ сцеплеше большихъ коли- чествъ отдельныхъ пылинокъ въ одну зернистую массу, оне прилипаютъ къ щелямъ лопнувшаго пыльцевого мешка и имъ легче удается пристать къ насекомымъ и другимъ животнымъ, посещающимъ цветокъ ради пищи. Эту пыльцу, способную липнуть, можно назвать липкою или пристающею пыльцею, въ отлич!е отъ распыляющейся, клетки которой снаружи гладки и вовсе не липки; зато оне и не склеиваются между собою, не пристаютъ къ постороннимъ тйламъ, а, напротивъ, при малейшемъ сотрясеши разлетаются по воздуху въ виде пыли.
Само собою разумеется, что пылинки съ гладкою поверхностью, имеюпця форму шара или эллипсоида, распыляются легче т4хъ, к’оторыя съ виду похожи на кубъ, додекаедръ или другой многогранникъ. Шары и эллипсоиды имеютъ, ведь» меньше точекъ соприкосновен!я, чемъ кристаллически тела, прикладывающаяся другъ къ другу своими сторонами. Когда поверхность усеяна ребрами, зернами, бородавками, шипиками, иглами или волосками, число точекъ соприкосновешя увеличивается въ еще большей степени. Коротйе выступы на поверхности соседнихъ пыльцевыхъ клетокъ зацепляются другъ за друга, какъ зубчатыя колеса, длинныя скрещиваются, какъ пальцы сложенныхъ' рукъ, и такимъ образомъ случается, что целыя сотни соседнихъ пыльцевыхъ кл4токъ сцепляются между собою, какъ цветочный головки лопуха. Не стоить долго и распространяться о томъ, что полу- чаюпцеся такимъ образомъ зернистые комки легко пристаютъ къ щетинкамъ, волос- камъ, хоботкамъ и ногамъ касающихся ихъ насекомыхъ.
Эта способность прилипать въ высокой степени увеличивается, когда поверхность пыльцевыхъ клетокъ покрыта слоемъ жирнаго масла, и легко убедиться, что пыльцевыя клетки темъ легче склеиваются и прилипаютъ другъ къ другу, чемъ толще на нихъ слой жирнаго масла. Что, благодаря висциновой массе, некоторый растешя заставляютъ прилипать свою пыльцу къ пос/горочттимъ тйламъ, объ этомъ уже была речь (см. стр. 96). Изъ всего этого, однако, следуетъ, что какъ кристаллическая фор май многочисленные ребра,гребни, бородавки, иглы и шипики, такъ же точно и жирные или висциновые покровы должны быть признаны приспособлен!ями, усиливающими способность пыльцы къ прилипан!ю.
Смотря по существованию того или другого изъ этихъ приспособлешй, мы различаемъ всевозможным ступени пылящейся, мучнистой, зернистой, комковатой, липкой и воскообразной пыльцы. Конечно, этимъ самымъ уже объясняется, что, собственно говоря, резкой границы между распыляющейся и липкою пыльцею не существует^ однако, между цветами съ той или другой пыльцей нельзя не замй-
тить большого различ!я; на этомъ основаны различные процессы при оплодотво- реши, главнымъ образомъ, переносъ пыльцы отъ цветка къ цветку, будетъ въ последующихъ строкахъ разсматриваться въ отдельныхъ главахъ. При этомъ надо лишь заметить, что разница между липкою и распыляющейся пыльцею осносится не только къ'отдельнымъ клбткамъ цветня, но и къ такимъ, которыя соединены тетрадами. Если ударить по цветамъ вереска, то изъ нихъ станетъ вылетать цветень совершенно въ такомъ роде, какъ мы это видели у орешника, а между тбмъ онъ состоитъ не изъ отдельныхъ клетокъ, а изъ тетраедри- ческихъ группъ ихъ. Напротивъ, у азалей и альпшскихъ розъ, какъ уже было сказано (стр. 96), тетрады цветневыхъ клетокъ соединены между собою и спутаны тягучими нитями точь въ точь такъ же, какъ это бываетъ у ночной свечи и иванъ-чая.
Трудно сказать, какое преимущество доставляетъ въ одномъ случае свободная пыльца, въ другомъ соединенная въ тетрады, почему въ одномъ случае прилипаше достигается ребрами, бородавками и гребнями, а въ другомъ шипиками и иглами, почему въ одномъ случае вместо клея служитъ жирное масло, а въ другомъ висцинъ. Вероятно, это находится въ связи съ формою посещающихъ растеше и снимающихъ съ него пыльцу насекомыхъ; кроме того, вероятно, на форму пыльцы вл!яетъ и строеше рыльца, на которое она переносится и где она начинаетъ выпускать трубки. Въ следующей главе выяснится, что определенное строеше внешней скорлупы можетъ также служить защитою отъ несвоевременнаго смачи- вашя пылинокъ водою.
Средства защиты пыльцы.
Кто подъезжаетъ къ Венецш со - стороны суши, тотъ съ обеихъ сторонъ длинной плотины, по которой проходить железная дорога, видитъ безконечныя, заросппя тростникомъ и осокою болота, а между ними знаменитыя, известныя подъ назвашемъ лагунъ скоплешя соленой воды, въ которыхъ по преимуществу растутъ рдесты и наядовыя (Potamogeton и Najas). Въ лагунахъ особенно бросаются въ глаза взморники (Zostera), погруженный въ воду ремневидныя бурыя растешя, по- крываюпця мелкое, илисто-песчаное дно этихъ лагунъ, причемъ они почти напоми- наютъ бурыя водоросли; листья эти собираютъ, сушатъ и употребляютъ для упаковки стеклянныхъ вещей, а въ новейшее время подъ назвашемъ морской травы стали употреблять также для набивки мягкой мебели и продавать для этой цели. Эти взморники, которыхъ различаютъ два вида, не только по внешности, но и по развитие и разносу своей пыльцы настолько отличаются отъ другихъ явнобрач- ныхъ, что можно бы соблазниться отвести имъ особое место въ системе, вместе съ ихъ ближайшими родичами, если бы противъ этого не говорило значительное число переходныхъ формъ и посредствующихъ звеньевъ.
Прежде всего бросается въ глаза то, что у взморниковъ пыльцевыя клетки въ большинстве случаевъ лишены характерной для пылинокъ наружной оболочки. Кроме того клетки пыльцы, покинувъ пыльцевой мешокъ и выйдя въ воду, имеютъ форму удлиненнаго цилиндрическаго мешка. Когда такая пыльца улавливается подъ водою лентовиднымъ рыльцемъ, то ей не приходится даже выпускать пыльцевой трубки, такъ какъ, собственно говоря, этой стадш развитая она достигла еще въ
мешке. У видовъ Posidonia и Cymodocea, близко родственныхъ взморникамъ и живущихъ то въ солоноватой, то въ морской воде, длинныя, напоминаюпця гифы клетки пыльцы лежать свернутыми по затЬйливымъ лишямъ; когда оне покидаютъ ихъ и приносятся къ нитевидному рыльцу всл6дств!е движешя воды, то оне при- липаютъ къ нимъ какъ сперматозоиды къ трихогинб багрянокъ ). Нитевидная пыльца у Halophila разделяется даже поперечными перегородками на несколько камеръ, подхватывается подъ водою нитевидными рыльцами и доростаетъ вдоль ихъ до полости завязи. У видовъ Najas и Zannichellia пыльцевыя клетки, сидяпця въ пыльцевомъ мешке, имеютъ шаровидную или эллиптическую форму; но лишь только пыльникъ вскрывается, оне обращаются въ трубочки, уносятся течешями воды въ разныя стороны и достигаютъ рылецъ. У Zannichellia каждое рыльце имеетъ форму треугольной, сравнительно большой лопасти, и путемъ скреплен!я трехъ такихъ лопастей своими краями образуется подоб!е воронки, служащей для улавливашя пыльцевыхъ клетокъ.
Приведенный здесь растешя, въ общемъ около 50 видовъ, были собраны старыми ботаниками подъ общимъ именемъ наядовыхъ, а новейшими учеными разделяются на рдестовыхъ, наядовыхъ и водокрасовыхъ. Это все водныя растешя; съ другой стороны не надо думать, что у всехъ водныхъ растенш пыльца такая же, какъ у взморниковъ и видовъ Halophila, Posidonia, Cymodocea, Najas и Zannichellia, т. e. лишена наружной оболочки, принимаетъ видъ пыльцевой трубки и приносится на место назначешя морскимъ течешемъ. Напротивъ того, тысячи водныхъ растешй освобождаютъ пыльцу не подъ, а надъ водою, клетки ея круглы или эллиптичны, имеютъ явственную наружную скорлупу и переносятся на рыльца не при помощи воды, а посредствомъ насекомыхъ. Это касается даже растешй, облиственная часть которыхъ постоянно остается подъ водою. Aldrovandia, Hot- tonia и Utricularia, мнгочисленные рдесты (Potamogeton), водные лютики (Batrachium) и еще мнопе друпе выносятъ свои цветы на воздухъ, чтобы пыльца могла высыпаться и переноситься съ цветка на цветокъ при помощи насекомыхъ. Даже для видовъ водяной звездочки (Callitriche), про которую раньше говорили, что она оплодотворяется подъ водою, теперь доказано, что тычиночныя нити тянутся до техъ поръ, пока несомый ими пыльникъ не окажется надъ водою. Если это имъ не удается, то пыльниковые мешки такъ и не раскрываются; сферическая пыльца остается заключенною въ нихъ и сгниваетъ подъ водою вместе съ нитью и мешкомъ. Знаменитая Vallisneria (стр. 670 въ I т.), о которой еще придется говорить, выпускаетъ свою пыль только на воздухъ Почки мужскихъ цветовъ развиваются, положимъ, подъ водою, но оне въ виде замкнутыхъ пузырей отрываются отъ цветоножки, всплывают^ на поверхность воды и раскрываются только, достигнувъ ея. Тычинки высовываются тогда изъ открытыхъ маленькихъ цветовъ, плавающихъ по воде подобно челнокамъ, и теперь только лопаются пыльники и выпускаютъ цветень. Если искусственно задержать цветокъ подъ водою, то ни цветочная почка, ни пыльцевые мешки не вскрываются, а напротивъ, погибаютъ, и вместе съ ними сгниваетъ
подъ водою и цветень. И вотъ, подобно этому водному растешю, погибаетъ цветень и сотни другихъ, произрастающихъ на земле растений, когда она случайно падаешь въ воду или ее нарочно положить туда.
Значить, можно считать достовернымъ фактомъ, что кроме 50 видовъ, образ- цомъ коихъ приведенъ у насъ взморникъ, явнобрачный развиваютъ пыльцу, для которой долгое пребываше въ воде пагубно. Невольно задаешь себе при этомъ вопросъ, какимъ образомъ именно те клетки, которымъ для прорасташя нужно столько жидкихъ веществъ, погибаютъ въ воде? Значить, между чистой водою и жидкими веществами, выделяемыми рыльцами, существуешь громадная разница. Пыльцевая клетка, достигнувъ рыльца, лишь очень постепенно воспринимаешь встречающаяся ей жидк!я вещества и пыльцевая трубка вырастаешь очень медленно. Если же, напротивъ, пылинку нарочно бросить въ воду, или если въ природе она попадаешь подъ дождь и росу и какъ-бы выкупается, то воспр!ят1е воды совершается почти мгновенно; интина выпячивается повсюду, где экзина не покрываешь ея, и вся клетка въ несколько мгновешй вздувается и разбухаешь. Это, въ сущности, нельзя назвать прорасташемъ пыльцевой трубки. Вь такое короткое время не могло бы и быть никакого прораставтя, а происходить только распра- влеше складокъ и растяжеше интины. Часто оно переступаешь даже предедъ упругости; выступившая часть интины лопается, сперматоплазма вытекаетъ наружу, растекается въ виде мелкозернистой, слизистой массы въ окружающей воде, и пыльцевая клетка, значишь, разрушена. Да если интина и не лопнешь, то все-таки пылинка такъ изменится отъ быстраго впитывашя воды, что протоплазма ея по- теряетъ свои плодотворный свойства. Этотъ процессъ производить такое впечат-, лбте, будто отъ долгаго пребывашя въ воде протопласты буквально утонули въ ней. Достоверно одно, что громадное большинство протопла- стовъ цветневыхъ клетокъ погибаетъ въ воде и что даже незначительное увлажнен!е ихъ уже сопряжено для нихъ съ большою опасностью. Эта опасность, которая въ виду частыхъ дождей и росы можетъ, такъ сказать, угрожать растешю ежедневно, должна быть устранена; пыльца должна быть защищена противъ вреднаго действ!я сырости, главнымъ образомъ атмосферныхъ осадковъ, — она должна развиваться при услов!яхъ, въ ко- торыхъ сырость, какъ вредный факторъ, должна быть совершенно исключена.
Тамъ, гдб дождливые перюды года правильно сменяются сухими, какъ, папримеръ, въ льяносахъ Венецуэлы, въ бразильскихъ кампосахъ, въ сухихъ областяхъ Индш и Судана, а главнымъ образомъ въ той части Австралш, которая лежитъ южнее тропика, где дожди идутъ всю зиму, а затемъ на несколько месяцевъ останавливаются, тамъ защиту пыльцы беретъ на себя самъ климашь; въ этихъ местахъ защищать пыльцу растен!й, цветущихъ въ сухое время года, совершенно не нужно. Деревья, поднимающаяся надъ травянистою степью свое’ образныхъ „лесныхъ саваннъ“ Новой Зеландш, а на ряду съ ними и многочисленные, раступце густыми зарослями cyxie кустарники, называемые по-англшски „ scrub “, цветушь только, когда дождливое время года сменилось уже сухимъ, такъ что пыльца ихъ не подвергается опасности быть испорченной дождемъ. А тамъ, где нешь опасности, нешь и надобности принимать как!я-либо непосредственный защитительный меры, а потому у новоголландскихъ миртъ и мимозъ, а также у про-
тейныхъ, образующихъ въ совокупности эти характерный кустарниковыя заросли (scrub), не найдешь никакого приспособления, защищающаго пыльцу. Эти растешя продолжаютъ удерживать свой сухощавый видъ даже во время цвЬтешя; многочисленный тычиночныя нити цвЬтовъ акащй, равно какъ у безчисленныхъ видовъ Gallistemon, Melaleuca, Eucalyptus, Calothamnus и Metrosideros далеко высовываются изъ-за лепестковъ, да и столбиковидные завязеносцы протейныхъ, на вершинЬ кото- рыхъ отлагается освободившаяся пыльца, по выпрямлеши своемъ вытягиваются далеко надъ невзрачными лепестками.
Совершенно иною представляется форма цв'Ьтовъ въ странахъ, гдЬ большая часть атмосферныхъ осадковъ приходится на пер!одъ цв'Ьтешя. Въ средне- и южно- европейскихъ горныхъ странахъ, гдЬ это какъ разъ и наблюдается, растешя во
Защитны» средства пыльцы о тъ сырости: 1) Impatiens Molitangere; 2—5) ШррорЬаё rhamnoides; 6) Convallaria majalis; 7) Euphrasia stricta; 8) Iris sibirica. Рис. 1, 2, 6—8 въ ест. величину; рис. 3—5 нисколько увеличены. Ср. 105—107 стр. текста.
время цвЬтешя почти постоянно смачиваются дождемъ. КромЬ того, по утрамъ всЬ растешя тамъ покрыты росою, и даже днемъ, въ туманную погоду, на листьяхъ и цвЬтахъ остаются капельки. Пыльца, прилипшая къ вскрывшемуся пыльнику, иногда принуждена бываетъ ждать по цЬлымъ недЬлямъ, пока сухая солнечная погода не выманитъ пчелъ и бабочекъ, снимающихъ пыльцу и переносящихъ. ее на рыльца другихъ цв'Ьтовъ. Поэтому, если она гдЬ либо нуждается въ защитЬ отъ сырости, то именно зд'Ьсь. Если оглядЬть растешя, составляются въ этой мЬст- ности низкш кустарникъ, — какая обнаружится разница между ними и растешями новоголландскихъ кустарниковыхъ зарослей! Верескъ (Calluna vulgaris), равнокакъ нпзше кустарники черники, голубики и брусники (Vaccinium Myrtillu^, uliginosum z Vitis idaea) несутъ колокольчиковые и чашевидные околоцв'Ьтники, свЬшиваю- нпеся съ загнутыхъ цвЬтоножекъ, направленныхъ отверст!ями къ земл'Ь и служа-
щихъ настоящею крышею для наполненныхъ пыльцою пыльниковъ. Ковры альшй- скихъ розъ (Rhododendron), покрывающее скаты нашихъ горъ (см. приложенную таблицу „альшйсшя розы и лежач!я сосны въ Тироле“) несутъ цветы, наклоненные къ стеблю подъ тупымъ угломъ; во время дождя уголъ этотъ делается пря- мымъ, такъ что покрытые пыльцею пыльники оказываются также подъ крышею.
Къ такому закрыван!ю и окутыван!ю сводятся все много- численныя приспособлен!я, при помощи которыхъ пыльца непосредственно оберегаетъ себя отъ дождя. Это окутываше не должно однако идти слишкомъ далеко, и потому то, несмотря на простоту дела, отдель-
Защита пыльцы отъ сырости: 1) Ariopsis peltata; 2) цв&гокъ Trollius europaeus, 3) онъ же съ отрезанными передними покроволистиками; 4) Digitalis lutescens; 5) отдельный цвйтокъ Digitalis lutescens въ продольномъ разрезе; 6) Aretiaglacialis, 7) отдельный цвйтокъ Aretiaglacialis въ продольномъ разрезе. Ср. 105,107 и 113 стр. текста.
ныя приспособлешя очень разнообразны и сложны. Дело въ томъ, что они не должны мешать распространенно пыльцы, перенесенью ея на рыльца другихъ цветовъ, будь то при помощи ветра или насекомыхъ; очень часто даже те же самый части цветка, который во время дождя должны служить пыльце зонтикомъ, въ ясную погоду имйютг! еще назначите способствовать- ея распространенно.
Соответственно разнообразно приспособлена, имеющихъ целью служить разносу пыльцы при помощи вбтра, шмелей, пчелъ, жуковъ и мухъ, различными обра- зомъ видоизменяется и способъ защиты пыльцы отъ дождя. Сверхъ того, въ од- номъ случай крыша прилаживается непосредственно надъ пыльцею, въ другомъ надъ целою группою цветовъ, въ третьемъ, надъ тою частью цветка, куда сложена на время пыльца, освободившаяся изъ пыльниковъ; иногда къ защите пыльцы
Жизнь растений. В.-' Т-бо „Просв^щегВе въ гиб.
АЛЫПЙСК1Я РОЗЫ И ЛЕЖАЧ1Я СОСНЫ ВЪ ТИРОЛЪ.
(Рис. съ натуры Э. Грйнъ.]
призываются самый стенки пыльниковъ, въ другихъ случаяхъ рыльца, нокрово- листики и прицветники, даже обыкновенные зеленые листья.
Последнее особенно хорошо заметно у липъ, цветы которыхъ поставлены всегда такъ, что когда лопаются пыльники, плоск!е широк!е листья слу-. жатъ имъ крышею. Karie бы сильные ливни не разражались надъ такою липою, капли наверно отскочатъ отъ поверхности листа, и въ расположившая подъ нимъ цветокъ разве только случайно, по исключение, попадетъ капля воды. Такъ же обстоитъ дело у многихъ мальвовыхъ, дафновыхъ и бальзаминовыхъ. У приведенной здесь въ виде примера Impatiens Nolitangere (см. рис. 1 на 103 стр.), малень- к!я цветочный почки на тонкихъ цветоножкахъ помещаются выше сложеннаго ма- гала листа съ желобомъ на верхней стороне, въ пазухе котораго оне выросли; но потомъ, когда почки увеличиваются и цветоножки ихъ удлиняются, они про- скальзываютъ сбоку все еще приподнимающаго свои края листа и становятся подъ его защиту. Листъ затемъ расправляется и одной лопастью своего сердцевиднаго основашя поддерживаетъ свешивающуюся цветоножку и несомую ею почку. Когда затемъ эти почки и вместе съ ними пыльники раскрываются, то они оказываются прикрытыми гладкой листовою пластинкою, съ которой и скатываются капли дождя, не попадая на цветокъ и его пыльцу.
У многихъ аройниковъ во время раскрывантя пыльниковъ, весь початокъ совершенно закутанъ большимъ общимъ для всехъ цветовъ кроющимъ листомъ, т. наз. чехломъ; напр., у страннаго японскаго растешя Arisaema ringens, чехолъ котораго сидитъ надъ соцвейемъ въ виде фригшской шапки; не менее странно приспособлено Ariopsis peltata (см. рис. 1 на 104 стр.), початокъ котораго защищается отъ дождя чехломъ, имеющимъ видъ опрокинутой кверху дномъ лодки. У принад- лежащаго къ миртовымъ кустарника Genetyllis tulipifera на концахъ тонкихъ дере- вянистыхъ ветокъ сидятъ соцвейя, который на первый взглядъ можно принять за тюльпанъ. Если присмотреться ближе, то окажется, что болыше белые листья, съ красными жилками, напоминаюпце лепестки тюльпана, на самомъ деле суть прицветники, на подоб!е колокола покрываюпце скученные цветы, такъ что капли дождя не могутъ смочить ихъ. У банановъ (Musa, Urania) цветы ко времени созревашя пыльцы также бываютъ покрыты большими прицветниками, которые затемъ, когда пыльца уже израсходована и защищать ее больше не нужно, сбрасываются. У мужскихъ цветовъ двудомной облепихи (Hippophae rhamnoides), сидящихъ кучами въ углахъ чешуйчатыхъ кроющихъ листьевъ при основаны молодыхъ боковыхъ побеговъ (см. рис. 2 на 103 стр.), на прямыхъ, короткихъ нитяхъ сидятъ четыре пыльника, изъ которыхъ еще въ то время, когда цветокъ не успелъ раскрыться и представляется въ виде малаго пузырька (рис. 3), выпадаетъ большое количество пыльцы. Она оранжеваго цвета и заполняетъ дно цветка (рис. 4 и 5). Ей нужно переправиться при сухомъ ветре къ рыльцамъ женскихъ цветовъ, находящихся на другихъ растешяхъ, иногда на разстояши сотни шаговъ отъ мужскаго экземпляра. Пока задуетъ такой ветеръ, можетъ пройти несколько дней, впродол- геши которыхъ дождь могъ бы смочить пыльцу п ветеръ тогда ее уже не въ со- зстояши перенести, да и испортиться она можетъ. Чтобы избежать этой опасности с 5а чашевидныхъ кроющихъ листа, обращенные своей полой стороною другъ къ кругу и образующее вокругъ пыльниковъ и пыльцы замкнутый пузырь, расходятся к: бокамъ и такимъ образомъ получаются два противолежащихъ отверсня, какъ
это можно видеть на рис. 4 и 5 на 103 стр. На верхушке оба чехла остаютс- соединенными и образуютъ сводъ, превосходно защищающы пыльцу отъ атмосфер • ныхъ осадковъ. Когда же подымется подходящы ветеръ, он^ выдуваетъ пыльцу черевъ щели пузыря и переносить ее на друпе кусты облепихи.
На сырыхъ лугахъ арктической флоры и южнее въ горныхъ местностяхъ Стараго Света распространены виды купальницы (Trollius); одинъ изъ нихъ, имение Trollius europaeus, изображенный на 2 и 3 рис. 104 стр., почти ежедневно подвергается действие дождя или росы. Между тбмъ пыльца его никогда не смачивается дождемъ. Дело въ томъ, что пыльники совершенно закутаны покроволисти- ками, расположенными на торе въ спиральномъ порядке. Насекомыя, охотно посещающая эти цветы, ради меда, заключающегося въ нектар 1яхъ у основашя тычинокъ. должны сначала пробить крышу, образованную покрывающими другъ друга верхними лепестками. Сильнымъ пчеламъ это удается очень легко, такъ какъ лепестки довольно гибки; однако капли дождя не могутъ проникнуть вглубь цветка, а скатываются съ него. Лепестки хохлатки, кальцеоляры, льнянки и львинаго зева (Corydalis, Calceolaria, Linaria, Antirrhinum) также образуютъ вокругъ тычинокъ съ пыльцею замкнутые покровы. Точно также скрыта въ полости такъ называемой лодочки пыльца мотыльковыхъ растешй и остается тамъ до посещешя цветка насекомымъ.
У большинства губоцветныхъ, жирянки, погремка, марьянника, у очанки (Pin- guicula, Bhinanthus, Melampyrum, Euphrasia; см. рис. 7 на 103 стр.), равно какъ у ф!алки (Viola), борца (Aconitum) и безчисленнаго множества растешй, цветы которыхъ устьемъ своимъ обращены въ сторону, пыльца оказывается не совсемъ закупоренною, но покрытою частью лепестковъ, которые подобно крыше защи- щаютъ ее отъ дождя и росы. У цветовъ аканта (Acanthus), торчащихъ вбокъ и по форме своей чрезвычайно напоминающихъ губоцв'Ьтныя, хотя они и лишены выдающейся впередъ губы, пыдьца защищена однимъ чашелистикомъ, выпячивающимся вместо верхней губы. Замечательна защита пыльцы при помощи лепестковъ у соцветы родственной гортенз!ямъ, флоридской Hydrangea quercifolia (см. рис. 8 на 107 стр.); эти цветы, собранные въ красивые пучки, двоякаго рода; у однихъ есть тычинки и пестики, зато зеленоватые лепестки ихъ настолько малы, что не въ состояши были бы охранить пыльцу отъ дождя и росы; у другихъ нетъ ни тычинокъ, ни пестиковъ, зато лепестки ихъ велики, окрашены въ белый цветъ, плоски и настолько сближены, что, сидя на прямой цветоножке своей, сильно на- поминаютъ зонтики. Они сидятъ на крайнихъ и верхнихъ ьеткахъ зонтика и расположены такъ, что совершенно оберегаютъ отъ дождя помещающееся глубже и сгруппированные въ зонтики нacтoящie плодоносные цветы.
Въ редкихъ случаяхъ для защиты пыльцы служатъ рыльца и столбики. Всего яснее это у касатиковъ (Iris). Рыльце этихъ растешй расщеплено на три лопасти; оне образуютъ слегка выгнутые кнаружи листья, кончающееся двумя аз- зубренными участками (см. рис. 8 на 103 стр.). Выпуклая, слегка заостряющаяся посредине сторона этихъ листовыхъ образованы обращена кверху, вогнутая—книзу. Къ этой нижней вогнутой стороне тесно прилегаютъ пыльники, и защищены они тамъ такъ хорошо, что даже въ самый сильный дождь на нихъ никогда не по- падаетъ и капли воды.
На совершенно другомъ основаны устроена защита пыльцы у цветовъ, имею- щихъ видъ тарелки на ножке (hypocrateriformis). Сюда относятся виды Phlox
и Daphne, а главнымъ образомъ некоторые первоцветы, населяющ!е склоны вы- сокихъ горъ, почти всегда покрытые туманомъ (Androsace, Aretia), затЬмъ первоцветы съ прямостоящими цветами (напр. Primula farinosa, denticulata, Cashmiriana). Beh эти растешя лишены какой бы то ни было крышки или свода, а раскрытое устье ихъ цветовъ прямо смотритъ на воздухъ, такъ что роса и дождь смбло мо- гутъ скопляться на оторочке, окружающей трубку ихъ околоцветника (см. рис. 6 и 7 на 104 стр.). Невидимому, тутъ неизбежно часть воды должна бы проникнуть въ трубку и смочить пыльники. А между темъ пыльца и у нихъ остается сухою; дело въ томъ, что при переходе въ оторочку, трубка почти совершенно смыкается, усажена мозолистыми вздуйями, однимъ словомъ, настолько съужи-
Средства защиты пыльцы отъ дождя: 1) цвйтокъ Eschscholtzia Californica, открытый въ ясную погоду, 2) тотъ же цв^токъ, свернувшейся на время дождя; 3) свернувшаяся корзинка Hieracium Pilosella, 4) отдельный пв^токв этого растешя, 5) раскрывшаяся корзинка того же растешя; 6) продольный разр^зъ замкнутой корзинки Catananche coerulea, 7) отдельный цв^токъ изъ этой корзинки въ последней стадш цв-Ьтешя; 8) часть соцв^т1я Hydrangea quercifolia; 9) замкнутый молодой цв'Ьтокъ Eranthis hiemalis, 10) замкнутый старый цв^токъ того же ра- стешя. Ср. 106, 109 и 110 стр. текста.
вается, что нас£комыя могутъ запустить въ отверте свой хоботокъ, но капли юждя туда не попадаютъ, потому что воздуху изъ трубки некуда выйти. На пв4тахъ Aretia glacialis, попадающейся на ледниковыхъ моренахъ (см. рис. 6 на 104 стр.) постоянно можно найти каплю воды, которая нисколько сжи- маетъ воздухъ въ трубк-Ь цветка, но сама въ эту трубку проникнуть не можетъ. Капли воды скатываются при сотрясеши или испаряются, и дно цветка опять открыто для наебкомыхъ.
Во всЬхъ разобранныхъ до сихъ поръ случаяхъ положеше листьевъ, лепе- 2тковъ и рылецъ, защищающихъ пыльцу, не изменялось. Существуетъ, однако, цЬ- лый рядъ растенш, у которыхъ защита пыльцы обусловливается исключительно изм*Ьнен1емъ положешя листовыхъ образован^. Это наблюдается ::обенно въ т4хъ случаяхъ, когда, подобно вышеописанному, устья цв^тобъ на- туавлены кверху, а между т4мъ трубчатая часть ихъ несъужена настолько, чтобы
дождь не могъ туда проникнуть. TaKie трубчатые, чашевидные и воронкообразные цвЬты должны были бы служить для дождевой воды настоящими цистернами, и вода эта скоро потопила бы пыльцу, скрытую на днЬ цветка. Необходимая защита пыльцы достигается тЬмъ, что цвЬты эти на время дождя закрываются, т. е. складываютъ свои покровные листья или лепестки надъ тычинками въ видЬ свода; такимъ образомъ получается простое средство защиты. Такое закрывате цвЬ- товъ наблюдается у многихъ растеши. ЦвЬты безвременницъ и шафрана (Colchi- cum, Crocus; см. рис. ниже), которые цвЬтутъ раннею весною или позднею осенью, горечавки нашихъ альшйскихъ луговъ и родственный имъ золототысячникъ (Егу-
3 а щит а пыльцы: Цв^ты шафрана (Crocus multifldus); направо открытые, осв-Ьщенные солнцемъ, налево закрытые—ночью или въ дождливую погоду. Передше покроволистики одного изъ трехъ закрытыхъ цв^тевъ срезаны
thraea), масса колокольчиковыхъ съ поднятыми цвЬтами (Campanula glomerata, spi- cata, Trachelium, Specularia Speculum и т. д.), шоны, розы, льны, опунщи, Mamil- laria и Mesembryanthemum, многочисленные виды птицемлечника, дурмана и мандрагора (напр. Ornithogalum umbellatum, Datura Stramonium, Mandragora vernalis), цвЬты кувшинокъ и магнолш — все это можетъ служить примЬромъ такого рода растешй. Днемъ, въ ясную погоду, чашки, кувшины ц воронки этихъ цвЬтовъ раскрыты и вокругъ нихъ кружится безчисленное множество насЬкомыхъ; съ насту- плешемъ сумерекъ лепестки смыкаются, складываются и образуютъ сводъ, на наружной поверхности котораго отлагаются капли росы, между тЬмъ какъ внутренняя остается совершенно сухою. Это можно видЬть на нашемъ рисункЬ, изобра- жающемъ цвЬтокъ шафрана днемъ и ночью. Въ дождливую и сырую погоду эти цвЬты совершенно не раскрываются и такимъ образомъ перюдъ закрывашя цвЬтка совершенно точно совпадаетъ съ т'Ьмъ временемъ, когда большинство ищущихъ
меда насекомыхъ отправляются на покой или стараются скрыться отъ дождя въ укромномъ местечке.
Интересно, что лепестки, образующее вечеромъ сводъ надъ пыльниками, сильно увеличиваются ко времени созревашя пыльцы, такъ что у многихъ видовъ они становятся вдвое длиннее того, что были, когда цветокъ только что началъ раскрываться; увеличеше размеровъ идетъ рука объ руку съ известными процессами развит!я пыльниковъ. У некоторыхъ лютиковыхъ съ торчащими цветами, напр. у перелески и изображеннаго на рис. 9 и 10 стр. 102, любника (Eranthis), за- нимаюпце середину цветка пестики окружены многочисленными тычинками, расположенными по спирали, а эти, въ свою очередь, окружены чашевидными лепестками, которые днемъ широко раскрыты, а ночью смыкаются и образуютъ надъ тычинками настоящей куполъ. Пыльники этого растешя раскрываются не веб ра- зомъ, а постепенно. Сначала выступаетъ цветень изъ наружныхъ, сравнительно еще очень короткихъ тычинокъ. Понятно, что для укрывашя ихъ отъ 'дождя достаточно сравнительно короткихъ лепестковъ. Постепенно, однако, раскрываются пыльники и у т4хъ тычинокъ, который ближе къ середине; нити ихъ уже более вытянуты въ длину и теперь прежней длины лепестковъ для прикрытая ихъ ночью уже не хватило бы. Соответственно этому, и лепестки удлиняются изо дня въ день, пока, наконецъ, даже самыя последшя тычинки, близшя къ пестикамъ, не высвободить своей пыльцы. У любника (Eranthis) лепестки удлиняются такимъ образомъ съ 11 до 22, а у перелески (Anemone Hepatica) съ 6 до 13 мм., значить, вдвое противъ первоначальной величины!
Своеобразный способъ закрывашя лепестковъ наблюдаегся у калифорнской эшольцш (Eschscholtzia Californica; см. рис. 1 и 2 на 107 стр.). Днемъ ея четыре золотисто-желтые лепестка широко раскрыты. Пыльца выпадаеть изъ собранныхъ въ середине цветка пучковъ тычинокъ въ виде мучнистой массы; она падаетъ на лепестки, имеюпце видъ чашки, и ложится на нихъ слоемъ въ миллиметръ толщиною. Когда наступаеть вечеръ, то цветокъ заботится не о пыльникахъ уже утра- тившихъ пыльцу, а свертываетъ въ фунтикъ каждый лепестокъ, въ кото- ромъ и сохраняется выпавшая на него пыльца; образуются, значить четыре отдельный крыши.
Собранные въ корзинки цветы одуванчика (Taraxacum), латука (Lactuca), ци- Kopin (Cichorium), бородавника (Lampsana) и еще многихъ другихъ сложноцвет- ныхъ, примеромъ которыхъ мы выбираемъ здесь ястребинку (Hieracium Pilosella; см. рис. 4 на 107 стр.), представляютъ при основанш трубку, которая затемъ съ одной стороны вытягивается въ ленту, называемую ботаниками язычкомъ (ligula); со дна язычковыхъ цветовъ поднимается пять тычинокъ, сросшихся въ трубку пыльниками. Эта трубка скоро наполняется пыльцею, выходящею изъ продольныхъ щелей пыльниковъ. Въ той же трубке помещается и пестикъ, который вскоре после освобождешя пыльцы удлиняется и действуетъ при этомъ какъ поршень насоса, такъ какъ онъ подталкиваетъ пыльцу, наполняющую трубку изъ сросшихся пыльниковъ, до самаго конца этой трубки. Эту то пыльцу и должны смести на- :£комыя, садяпцяся на цветочную корзинку. Однако, еще вопросъ, попадутъ ли па цветокъ насекомыя впродолжеше немногихъ часовъ которые остаются до дождя пли росы после выталкивашя пыльцы; да если они и будутъ, то наверно не уне- :угь всей пыльцы и часть ея все-таки останется для другого назначешя, о кото-
ромъ будетъ рйчь впереди. Во всякомъ случай эту прилипшую къ концу трубки пыльцу приходится защищать и отъ дождя и отъ росы. И вотъ, защита производится такимъ образомъ, что вытянутый въ сторону язычекъ дйлается ширмою, принимающей на себя всю влагу. У ястребинокъ (Hieracium) язычекъ загибается надъ пыльцею въ видй плоской крыши (см. рис. 3 и 5 на 107 стр.). У другого сложноцвйтнаго, именно у Catananche, каждый язычекъ, днемъ вытянутый плоско, ночью принимаетъ видъ чаши и покрываетъ сводомъ пыльцу своего цвйтка (см. рис. 6 на 107 стр.). Вообще тутъ наблюдается масса тонкихъ различш. перечислеше которыхъ было бы слишкомъ утомительно. Нельзя однако умолчать о томъ, что у этихъ сложноцвйтныхъ язычки цвйтовъ на окружности корзинки всегда гораздо длиннйе среднихъ, такъ что путемъ загиба ихъ защищается отъ сырости пыльца не только крайнихъ, но и среднихъ цвйтовъ. Этимъ мы не хо- тимъ сказать, что коротк!е язычки среднихъ цвйтовъ въ центрй корзинки вовсе не участвуютъ въ защитй пыльцы. Въ болыпинствй случаевъ и они тоже загибаются, заворачиваются внутрь и въ союзй съ крайними цвйтами мй- шаютъ дождю смачивать пыльцу. У цвйтовъ Catananche устроено даже такое при- способлеше, что длинные язычки краевыхъ цвйтовъ перестаютъ загибаться, разъ въ этихъ цвйтахъ нйтъ болйе пыльцы, такъ какъ она уже унесена и цвйты всту- паютъ въ послйднюю фазу своего развит!я (см. рис. 7 на 107 стр.). Въ такомъ случай, конечно, среднимъ цвйтамъ однимъ приходится защищать свою пыльцу отъ дождя. По этой то причинй въ старыхъ корзинкахъ Catananche можно видйть, какъ вечеромъ склоняются другъ къ другу только средше короткие язычки, тогда какъ краевые остаются безъ движешя и отогнуты одинаково какъ въ ярк!й полдень, такъ и въ росистую ночь.
Очень интересны приспособлешя для защиты пыльцы у тйхъ сложноцвйтныхъ, среднее поле корзинки которыхъ усажено одними трубчатыми цвйтками, тогда какъ окружные цвйты вей съ язычками, или же гдй вокругъ круглаго диска трубчатыхъ цвйтовъ помйщается вйнецъ сухихъ кроющихъ листьевъ, производящими впечатлйше лепестковъ. Образцомъ первой группы могутъ служить ноготки (Calendula, образцомъ второй колючникъ (Carlina, см. стр. 111). У этихъ растеши цвйтень выпирается изъ трубки сросшихся пыльниковъ точь въ точи, какъ это было пояснено для другихъ сложноцвйтныхъ, именно столбикъ, увеличиваясь, по- дымаетъ ее и надъ каждымъ трубчатыми цвйткомъ лежитъ тогда маленькая кучка пыльцы. Однако эти цвйты не въ состоянш сами защитить своей пыльцы отъ ненастья, а потому у этихъ корзинокъ замйчается какъ бы раздйлеше труда; без- плодные краевые цвйты или листья обвертки становятся по- крываломъ среднихъ цвйтовъ, развивающихъ пыльцу. Въ хорошую погоду краевые язычковые цвйты и кроюпце листья лучевидно оттопыриваются отъ периферш головки, а въ дурную погоду они вечеромъ приподнимаются, наклоняются надъ трубчатыми цвйтами средняго поля и либо образуютъ надъ нимъ полый конусъ, либо складываются какъ черепицы на крышй, или собираются въ вихоръ, словомъ такъ, что пыльца совершенно защищена отъ непогоды. Замйчательно, что длина этихъ склоняющихся другъ къ другу язычковъ или лучей находится въ извйстномъ соотношеши съ д!аметромъ корзинки. Корзинки съ большимъ дискомъ и многочисленными трубчатыми цвйтами несутъ на краяхъ длинные язычки, а съ малымъ дискомъ и небольшими числомъ трубчатыхъ цвй
товъ—коротк1е. Кроме того, сначала, когда средше цветы еще замкнуты и только крайше высвободили свою пыльцу, краевые/язычки и лучевые кроюпце листья бываютъ еще коротки, но лишь только открываются средв!е цветы, они значительно удлиняются, чтобы быть въ состояши прикрыть и ихъ тоже. Значитъ, здесь крыша увеличивается по мере того, какъ изменяется поверхность, которую ей приходится покрывать.
Описанныя здбсь въ общихъ чертахъ изменев!я положешя лепестковъ, языч- ковыхъ цветовъ и прицветниковъ, который собираютъ подъ общимъ именемъ за- мыкательныхъ движен!й, производятся обыкновенно въ 30—50 минуть; однако у некоторыхъ растеши они происходить гораздо скорее. У алыпйскихъ растеши
Защита пыльцы: цветочный корзинки колючника (Carlina acaulls), открытый днемъ, въ ясную погоду (справа) и замкнутый ночью и во время дождя (сл^ва). Ср. 110 и 112 стр. текста.
иногда впродолжеше одного часа приходится наблюдать несколько открывашй и замыкашй. Теплоты мимолетнаго солнечнаго луча достаточно, чтобы заставить раскрыться лазурево-синш отгибъ венчика Gentiana nivalis; но лишь только солнце скроется за облакомъ, все лопасти винтообразно закручиваются другъ надъ дру- гомъ и замыкаютъ цветокъ, образуя надъ нимъ полый конусъ. Когда солнце покажется снова, венчикъ раскрывается уже черезъ несколько минуть. У растеши, венчикъ которыхъ имеетъ видъ воронки, трубки или таза, какъ, нанр., у дурмана, горечавокъ или спекулярш (Datura, Gentiana, Specularia), при смыкаши наблюдаются разнообразнейшая складчатость, изгибы и закручивашя; обыкновенно, однако, по- ложеше, занимаемое при этомъ лепестками, соответствуеть тому, какое они обнаруживали еще въ почке. Вообще, большинство цветовъ и соцвбтш, складывающихся на ночь, производить впечатлеше еще не раскрывшихся ночекъ.
Ближайшей причиной этихъ движешй замыкашя надо, безспорно, считать изменеше напряжешя соответствующихъ слоевъ ткани. Эти же изменешя вызываются изменешемъ температуры и освещешя. При этомъ, вероятно, играетъ роль также и колебаше въ степени влажности воздуха. У колючника (Carlina acaulis)
раскрываше и замыкаше основано исключительно на последнемъ обстоятельстве и температура играетъ при этомъ роль только въ томъ отношеши, что въ местностях^ где онъ растетъ, вместе съ возвышешемъ температуры соответственно уменьшается влажность воздуха. Поэтому крупный цветочный корзинки Carlina acaulis, сидяпця на короткомъ, толстомъ стебле прямо на земле, кое где употребляются какъ гигрометръ и предсказатель погоды; когда cyxie кроюпце листья, окружающ!е трубчатые цветы, отстоятъ отъ корзинки въ виде лучей, то пред- сказываютъ ясную и сухую погоду, напротивъ, если эти гигроскопическ!е листья подымаются и замыкаются надъ цветами въ полый цилиндръ, то готовятся къ дождю и сырости (см. рис. наШ стр.) Для самого растешя эти движешя кроющихъ листьевъ имеютъ такой смыслъ. Днемъ, при сухой теплой погоде, лучи раскрыты, отогнуты наружу, поворачиваютъ къ небу серебристо-белую внутреннюю поверхность и такъ ярко сверкаютъ на солнце, что ихъ можно заметить издали. Они тогда приманиваютъ насекомыхъ, приглашая ихъ высасывать медъ изъ не- взрачныхъ трубчатыхъ цветовъ и вместе съ темъ вымазаться пыльцой, уже выдвинутой изъ трубки пыльниковъ, и перенести ее на друйе цветы. Действительно, къ нимъ прилетаютъ шмели, чтобы насосаться меду, и уносятъ пыльцу. Если бы теперь вдругъ пошелъ дождь, трубчатые цветы были бы неминуемо смочены и пыльца ихъ пропала бы. Но такъ какъ лучи очень гигроскопичны, то они уже при малейшемъ изменены во влажности, предшествующемъ дождю, подымаются, загибаются внутрь и соединяются въ плотную крышу, отъ которой отска- киваютъ капли дождя, не причиняя растешю никакого вреда.
На изменены формы и положешя известныхъ тканей тычинокъ, вследств!е изменешя услов!й влажности, основана защита пыльцы у чинаровъ и многихъ хвойныхъ, въ особенности у тисса и можжевельника. Вместилища пыльцы помещаются у этихъ растешй на чешуйчатыхъ или щитовидныхъ образовашяхъ, который прикреплены къ стержню подобно тому, какъ располагаются чешуи на еловой шишке. У нихъ съ этими чешуями есть и еще одно общее свойство: будучи смочены, они смыкаются и сталкиваются краями, высыхая же, раздвигаются и между ними образуются щели (см. рис. 15—18 на 117 стр.). Изъ этихъ щелей легко выпадаетъ цветочная пыль, образовавшаяся на внутренней поверхности чешуи, о чемъ р6чь будетъ впереди; но при этихъ услов!яхъ, понятно, пыль можетъ выпадать только въ сухую погоду, что, впрочемъ, и хорошо. При сырой погоде и особенно въ дождь, выпавшая пыль должна была бы пропасть. Во избежаше этой то опасности, щели замыкаются, и замыкаются благодаря тому, что чешуи набу- хаютъ отъ сырости, сталкиваются своими краями и скрываютъ такимъ образомъ пыльцу.
Въ противоположность описаннымъ до сихъ поръ цветамъ, въ которыхъ пыльца защищается отъ ветра и дождя, благодаря изгибамъ, складывашю и расправленью листовыхъ образованы или чешуй или щитовидныхъ отростковъ спаевицы тычинокъ, у другой, не меньшей группы растен!й то же достигается инымъ, более упрощеннымъ способомъ: загибаются сами цветоножки и изъ бокальчатыхъ или чашевидныхъ цветовъ получаются свешивающ!ес я внизъ коло- кольчики. Обыкновенно этотъ загибъ происходитъ не задолго до раскрывашя цветка, и цветокъ остается тогда въ опрокинутомъ виде все время, пока пыльца его нуждается въ защите. У многочисленныхъ колокольчиковыхъ, (напр., Campa-
nula barbata, persicifolia, pusilia), пасленовыхъ и норичниковыхъ (напр., Atropa, Physalis, Scopolia, Digitalis), первоцветовъ и бурачниковыхъ (напр., Cortusa, Sol- danella, Mertensia, Pulmonaria), у альшйскихъ розъ, грушанокъ и брусничныхъ (напр., Rhododendron, Moneses, Vaccinium), лютиковыхъ и др!адовыхъ (напр., Aquilegia, Geum rivale) и у многихъ лилейныхъ (напр., Fritillaria, Galanthus, Leucojum, Conval- laria, см. рис. 6 на 103 стр.) закрытый цветочный почки обращены къ небу. Но лишь только цветокъ раскроется, цветоножки начинаютъ свешиваться внизъ, и потому устье цветка оказывается более или менее обращеннымъ къ земле. Когда минуетъ время цветешя и защищать порожше пыльники больше не приходится, тогда цветоножки часто снова направляются къ небу (напр., у Digitalis, Soldanella, Moneses, Fritillaria, Geum rivale), особенно если получаюпцеся изъ нихъ плоды сухи. Этотъ процессъ, иллюстрированный на рис. 4 и 5 на стр. 104, наблюдается, какъ сказано, у сотенъ различнейшихъ семействъ и обнаруживаетъ всевозможный видо- измененгя.
У некоторыхъ растенш съ кистевидными соцвейями передъ расцветашемъ изгибаются не цветоножки, а самая ось соцвет!я, такъ что вся кисть или весь колосъ начинаютъ свешиваться внизъ. Все цветы получаютъ тогда опрокинутое положеше и лепестки защищаюсь пыльцу подобно крыше., Это бываетъ, напр., у цветовъ лавровишни (Prunus Laurocerasus), черемухи (Prunus Padus), барбариса (Berberis) и магоши (Mahonia). У колосовидныхъ coцвeтiй грецкаго орешника, березы, лещины, ольхи и тополя (Juglans, Betula, Corylus, Alnus, Populus) положеше стержня колоса также изменяется незадолго до раскрывашя пыльни- ковъ, давая этимъ защиту пыльце. Въ молодомъ возрасте мужсше цветы тесно скучены и образуютъ плотный, тopчaщiй прямо вверхъ колосъ. Однако передъ самымъ раскрывашемъ цветовъ стержень колоса вытягивается, свешивается внизъ и несомые имъ, несколько раздвинутые цветы опрокидываются такъ, что малень- Kie прицветники и части околоцветника оказываются на верху, а тычинки внизу (см. рис. на 88 стр.). Пыльники, подвешанные теперь какъ бы подъ крышею, раскрываются, цветень высыпается изъ отверстШ ихъ, но не попадаетъ прямо на воздухъ, а предварительно заполняетъ углублешя, находящаяся на обратной задней стороне ниже лежащаго цветка. Здесь онъ остается, пока не задуетъ сухой вйтеръ, который переноситъ его на рыльца; какъ это происходитъ, объ этомъ бу- детъ разсказано въ своемъ месте. А до того, пока такой ветеръ наступить, пыльца защищена на своемъ укромномъ месте отъ дождя и росы вышележащими цвбт- комъ, п крыша каждаго цветка является въ то же время складочными местомъ для пыльцы вышележащаго, какъ это наглядно объяснено и иллюстрировано выше для грецкаго орешника.
Большой интересъ представляютъ цветы и с о цвет in. поникаюшде лишь nepioдич ески, причемъ цветоножки ихъ то вытягиваются, то свешиваются, смотря по времени дня или по состоян!ю погоды. Сюда относятся виды разнообразнейшихъ семействъ, имеющ!е между собою 'щаго только то, что цветы или соцвейя ихъ спдятъ на сравнительно длин- тыхъ цветоножкахъ, и что пыльца и медъ помещаются у нихъ на дне неглубо- тдхъ тазовъ, чашекъ или даже на плоскихъ дискахъ. Когда так!е цветы и со- хезпя днемъ въ хорошую ясную погоду подняты кверху и обращаютъ къ солнцу _тхр ;к1п зевъ свой, то некоторый насекомыя, не yмeющiя проникать въ трубки и Гэрнеръ ф -Марилаунъ. Жизнь растен!й, т. IL§
колокольчики снизу, усердно посещаютъ ихъ и успешно переносятъ плодотворную пыль съ цветка на цветокъ. Ночью же и въ худую погоду, когда насеко- мыхъ все равно нетъ, пыльца и медъ защищены отъ дождя, благодаря перюдиче- ской подвижности оси, доставляющей такимъ образомъ растешю двоякую пользу.
У многочисленных^ колокольчиковъ и журавельниковъ, изъ которыхъ мы выбрали для образца Campanula patula и Geranium Robertianum, изображенные здЬсь, затемъ MHorie виды кислицы, мака, горицвета, пукалки, лютика, ветреницы, лапчатки,
Защита пыльцы: 1) цвЬты журавельника (Geranium Robertianum) днемъ съ поднятыми цветоножками, 2) цвЬты того же раСтетя ночью или въ дурную погоду съ поникшими цветоножками; 3) цветы колокольчика (Campanula patula) днемъ съ вытянутой цветоножкою, 4) цветы того же растешя ночью или въ ненастную погоду съ поникшей цветоножкою; 5) цветочная головка короставника (Scabiosa lucida) днемъ въ прямомъ положенш, 6) та же головка ночью или вЪ дождь опрокинутая. Ср. 115 стр. текста.
звездчатки, ясколки, каменоломки, солнцецветники, аноды, паслена, воробьинаго проса, синюхи и тюльпана (напр., Oxalis lasiandra, Papaver alpinum, Adonis vernalis, Isopyrum thalictroid.es, Ranunculus acer, Anemone nemorosa, Potentilla atrosanguinea, Stellaria graminea» Cerastium chloraefolium, Saxifraga Huetiana, Helianthemum alpestre, Anoda hastata, Solanum tuberosum, Anagallis phoenicea, Polemonium coeruleum, Tulipa Silvestris) загибаются цветоножки отдельныхъ цветовъ; у изображеннаго здесь короставника (Scabiosa lucida; см. рис. 5 и 6), а равно и у многихъ сложноцветныхъ (Bellis, Doronicum, Sonchus, Tussilago и др.) наклоняется стебель, несущ!й корзинку, у многихъ зонтичныхъ (напр., Astrantia alpina, carniolica и др.) загибаются лучи зонтиковъ, а у - некоторыхъ стручковыхъ (напр., Draba aizoides, Arabis Turrita, Cardamine pratensis, Sisymbrium Thalianum) опускается весь стержень кисти. У вышеупомянутаго короставника и сложноцветныхъ, вслЬдств!е наклонешя оси, все соцвеые перюдически принимаетъ опрокинутое положеше и крышею для пыльцы среднихъ цветовъ являются язычковые краевые цветы, а у зонтичныхъ сравни-
тельно крупный обвертки отдельныхъ зонтичковъ. Надо упомянуть еще и о томъ обстоятельстве, что у некоторыхъ кипреевъ (напр., Epilobium hirsutum, montanum, roseum) пер!одически загибаются не цветоножки, а длинныя стержневидныя ниж- н!я завязи, вследств!е чего околоцветникъ, похож!й на плоскую чашку, то никнетъ, то снова обращается кверху. Надо также вспомнить и о томъ, что эти загибашя цветоножекъ или нижней завязи прекращаются всяшй разъ, когда въ цветке уже нетъ более плодотворной пыли, или въ защите ея уже не представляется более надобности. Цветоножки Saxifraga Huetiana загибаются только до техъ поръ, пока цветамъ приходится защищать свои покрытыя пыльцею тычинки, а длинныя завязи кипреевъ только два вечера подрядъ наклоняются внизъ; на трет!й, когда пыльцы больше нетъ и защищать ее, стало быть, отъ дождя не приходится, оне торчатъ вверхъ, не загибаясь.
Веб эти пер!одическ!я загибашя и выпрямлешя цветоножекъ и нижней завязи, подобно пер!рдическимъ движешямъ лепестковъ и кроющихъ листьевъ, обусловливаются изменен! емъ напряжен!я тканей (ср. стр. 111). Импульсомъ къ этимъ изменешямъ тканевого напряжешя являются опять таки колебашя температуры, освещешя и влажности воздуха. Важную роль при этомъ играютъ, однако, и меха- ническ!я раздражешя, особенно сотрясете цветоносныхъ стеблей, который вызываются падающими каплями дождя или напоромъ ветра. Когда видишь въ росистое утро, еще до восхода солнца, или после дождя, какъ наружный части свешивающихся цветовъ усеяны каплями воды, то невольно поддашься искушенно и подумаешь, что именно благодаря весу этой воды отягченные цветы и нагибаются внизъ. Безъ сомнешя, давлеше это находится въ причинной связи съ изгибомъ, однако достоверно, что цветоножки расправляются не сразу после того, какъ сте- четъ или .испарится вода на лепесткахъ. Такое упорство можно объяснить только изменешемъ напряжешя въ тканяхъ стебля и только первый толчекъ къ нему мо- жетъ исходить отъ перегрузки росою и сотрясешя падающими каплями дождя. Это, впрочемъ, становится яснымъ еще потому, что загибаше наступаетъ и тогда, когда капли дождя только ударяют въ цветокъ, не прилипая къ нему; цветоножки загибаются даже, когда ветеръ, предшествуя дождю, раскачиваетъ все растете, причемъ стебель наклоняется всегда въ такъ называемую тень ветра, въ подветренную сторону, выражаясь морскими языкомъ.
Эти изгибы цветоножекъ и поникаше цветовъ передъ дождемъ производят такое впечатлеше, будто растешя уже заранее чуютъ непогоду и стараются заблаговременно устроиться такъ, чтобы она не причинила имъ вреда. Деревенское населеше и держится такого взгляда; оно усматривает въ этомъ поникаши цветовъ и цветоножекъ признакъ наступающаго дождя. Но, какъ уже сказано, про- цесъ этот можно объяснить механически такпмъ образомъ, что цветоножка приводится въ колебаше порывами ветра, обыкновенно предшествующими дождю, вслед- ств!е чего изменяется напряжете тканей въ стебле, а наружнымъ образомъ это выражается въ виде поникашя цветовъ. Впрочемъ, такое поникаше можно вызвать также, устраивая искуственный дождь и сотрясете, соответствующее ветру. Если, наир., въ полдень, когда цветоножка кислицы (Oxalis), стрелки тюльпана (Tulipa), Doronicum, Astrantia major, Cardamine pratensis и Primula cortusoides торчатъ прямо зверхъ, загнуть ихъ и подержать такъ, если раскачивать и трясти ихъ, или удалять по нимъ, то вскоре наступит изменен! е въ напряжсши тканей; вследств!е 8*
этого изменешя цветы и цветочный корзинки, дотоле смотревппе на верхъ, теперь наклонятся къ земле. Если попытаться опять поставить ихъ прямо, то они легко могутъ сломаться. Только черезъ несколько часовъ столбнякъ этотъ проходить, обыкновенное для цветка напряжете тканей возстановляется и цветоножки и стебли снова выпрямляются.
Описанныя разнообразный изменешя въ положенш и направлеюи лепестковъ. кроющихъ листьевъ, цветоножекъ и стеблей, совершающаяся при перемене времени дня, солнечнаго освещешя, силы ветра и степени влажности, вызываютъ иногда въ небольшой промежутокъ времени полное изменеше видимаго характера растительности. Въ теплые летн!е дни, при ясной погоде и безветрш зелень лу- говъ испещряется многочисленными раскрытыми цветами. Звездчатые, чашевидные и бокаловидные цветы и соцвет!я ветреницы, лютика, лапчатки, горечавки и слож- ноцветныхъ раскрыты и выставляютъ на светъ яркую верхнюю поверхность цве- товъ. Большинство ихъ обращено къ солнцу, такъ что окраска раскрытаго венчика кажется еще ярче; мнопе цветы и соцвет!я, какъ, наир., солнцецветникъ (Helian- themum), прямо-таки следуютъ за солнцемъ: утромъ они смотрятъ на восходъ, днемъ на полдень, а вечеромъ на западъ. Безчисленные рои пчелъ, мухъ, шмелей и бабочекъ жужжать и кружатся около этихъ с!яющихъ на солнце цветовъ. На- ступаетъ вечерь. Солнце спряталось за гору, прохладный ветерокъ тянетъ въ долину, обильная роса покрываетъ листву и цветы. М1ръ насекомыхъ умолкъ и спрятался на отдыхъ въ свои норки, цветы также поникли, какъ будто снять и они. Лепестки складываются, цветочный головки закрываются, цветы и соцвет!я наклоняются къ земле, свешиваются и подставляютъ взору зрителя невзрачную сторону цветочныхъ покрововъ. Лугъ, мокрый отъ росы, на целую ночь впадаетъ въ оцепенете, отъ котораго его пробуждаютъ лишь живительные солнечные лучи. Подобная же смена картины наступаешь и съ приближешемъ ненастной погоды, когда ветеръ дуешь по лугу и съ сераго неба падаютъ на цветупця растетя капли дождя. И тогда тоже большинство цветовъ заблаговременно старается спрятаться подъ крышу и завернуться въ свои покровы и можетъ перенести непогоду безъ всякаго вреда для своей пыльцы.
Сравнительно немнопя растетя нашихъ луговъ производить такое впечат- леше, будто эти перемены погоды ихъ совершенно не касаются. Мнопя какъ будто вовсе не умеютъ защищать своей пыльцы отъ сырости; ихъ пыльники, разъ треснувъ, уже остаются непокрытыми и незащищенными даже, когда на нихъ падаешь роса или дождь. Такъ, напр., длинныя нити, несупця пыльники, подорожни- ковъ и глобулярш (Plantago и Globularia) во всякую погоду торчать изъ малень- кихъ цветовъ, собранныхъ въ колосья или головки, и пыльца ихъ должна была бы неминуемо погибнуть отъ сырости. Но если приглядеться ближе, то оказывается, что и эти растешя не лишены средствъ защищать свою пыльцу. Сами пыльники защищаютъ здесь пыльцу, развившуюся изъ ихъ ткани; делаютъ они это такимъ образомъ, что треснувппе въ сухую погоду пыльники, на отверст!яхъ ко- ихъ лежитъ пыльца, въ росистыя ночи и въ дождливую погоду вновь замыкаются, укрывая этимъ свою пыльцу. Замурованная зрелая пыльца тогда такъ же хорошо защищена отъ сырости, какъ во время своего созревашя: ведь сквозь стенку пыльника ни роса ни дождь не могутъ причинить пыльцевымъ клеткамъ никакого вреда. Когда вновь наступаешь сухая погода, пыльникъ раскры-
вается точь въ точь какъ раскрывался и въ первый разъ. При этомъ въ точности повторяются вей процессы, которые мы при случай (ср. стр. 84 и 85) уже описали. Если мы имйемъ дйло съ одногнйзднымъ пыльникомъ, раскрывающимся поперечной трещиной, какъ это бываетъ у манжетки (Alchimilla, см. рис. 5—10 на этой стр.), то края ея раскрываются и смыкаются какъ губы рта; если^то пыльники, раскрываюпцеся клапанами, какъ у лавра (Lauras nobilis; см. рис. 11 —14 на этой стр.), то клапаны снова захлопываются, запирая въ полости пыльника приставшую къ клапану пыльцу; если это пыльники, раскрываюпцеся продольной трещиной, края которой выворачиваются наружу подобно двумъ створкамъ дверей, какъ у ленца или кобзолца (Thesium, Bulbocodium; см. рис. 1 — 4 на этой стр.), то влажный воздухъ производитъ обратное дййств!е и дверцы вновь смыкаются вплотную.
Средства защиты пыльцы: 1) ЦвЬтокъ Bulbocodium при ясной сухой погодЬ, съ раскрытымъ околоцв-Ьт- нпкомъ и пыльниками, 2) пыльникъ этого цветка, 3) цвЬтокъ кобзолца (Bulbocodium) въ сырую погоду, околоцвЬт- никъ едва прюткрытъ, пыльники замкнуты, 4) одинъ пыльникъ этого цветка; 5) цвЪтокъ манжетки (Alchimilla vulgaris) въ сухую погоду, съ открытыми пыльниками, 6, 7) пыльники этого цветка, 8) цвЬтокъ манжетки (Alchimilla. vulgaris) въ дождливую погоду, съ замкнутыми пыльниками, 9, 10) пыльники этого цветка; 11) цвйтокъ лавра (Lauras nobilis) въ сухую погоду, съ открытыми пыльниками, 12) пыльникъ такого цветка, 13) цвйтокъ лавра (Laurus nobilis) въ дождливую погоду, съ замкнутыми пыльниками, 14) пыльникъ этого цветка, 15) мужск!е цвЬты Junipe- rus Virginiana въ сухую погоду, 16) они же увеличенные; 17) мужсте цвйты Juniperus Virginiana въ дождливую погоду; 18) они же, увеличенные. Рис. 1, 3, 15 и 17 въ естеств. величину, друпе увелич. въ 2 — 8 разъ. Ср. 112 и 118 стр. текста.
Въ арктической и альшйской областяхъ, гдй время цвйтешя большинства растешй совпадаетъ съ перюдомъ наиболыпихъ атмосферныхъ осадковъ, число та- кихъ растешй съ перюдически открывающимися и замыкающимися пыльниками не велико, , и на ряду съ упомянутыми уже: ленцомъ, манжеткой, глобуляр!ей, подорожниками, надо еще отмйтить лютиковыя, въ особенности тй, у которыхъ тычинки тачаются какъ маятникъ (Thalictram), такъ какъ у нихъ это явлеше особенно бро- :ается въ глаза. Гораздо чаще, однако, наблюдается это явлеше въ болйе теплыхъ :-транахъ, въ тропическихъ и подтропическихъ областяхъ; по крайней мйрй у ко- ричныхъ и камфорныхъ деревьевъ, у лавра и вообще лавровыхъ, у аралей и са- ::вниковъ, у родовъ Ricinus и Euphorbia, у ладанника (Cistus), у винограда и его
родичей, у тюльпаннаго дерева и магнолш (Liriodendron, Magnolia) и наконецъ, у хвойнаго Cephalotaxus, это перюдическое открываше и замыкаше выражено очень резко. .
Это замыкаше и раскрываше вызывается изменешемъ влажности воздуха г зависитъ отъ съеживашя или растяжешя гигроскопическихъ клетокъ, лежащихъ подъ кожицею стенки пыльника; о нихъ была уже речь въ предъидущей Рлаве Теплота у нихъ, какъ и у кроющихъ листьевъ колючника, имеетъ значеше лишь посколько при колебашяхъ температуры изменяется относительная влажность воздуха. Такъ какъ при обыкновенныхъ услов!яхъ колебашя температуры въ связь съ изменешемъ влажности пр!урочены къ переходу ото дня къ ночи, то становится понятнымъ, что замыкашя и раскрывашя пыльниковъ обнаруживаюсь nepio- дичность и что, при увеличивающейся вечеромъ влажности, пыльники закрываются всю ночь остаются закрытыми и начинаютъ раскрываться только утромъ, посль восхода солнца, когда влажность убываетъ.
Когда у одного и того же цветка пыльники перюдически раскрываются г замыкаются, а лепестки расправляются и складываются, упомянутый движешя про- исходятъ обыкновенно единовременно; но въ виду того, что причина здесь и тамъ различна, легко можетъ случиться, что такого соответств!я небудетъ. Если, напр., после долгаго дождя солнечный лучъ заставитъ раскрыться лепестки козловца (Bulbocodium), то пыльники его еще могутъ въ это время оставаться замкнутыми, разъ воздухъ не достаточно сухъ.
При наступлеши опасности, пыльники закрываются гораздо скорее лепестковъ. Обыкновенно имъ нужно для этого лишь несколько минутъ; во многихъ случаяхъ достаточно и полминуты. Если смочить пыльники ленца (Thesium alpinum), то они закрываются уже черезъ 30 секундъ. У этого растешя процессазамыкашя интересенъ еще темъ, что смачиваше стенки пыльника производится посредствомъ своеобразнаго пучка волосъ, отходящаго отъ лепестковъ; мы опишемъ это явлеше только въ не- сколькихъ словахъ. Цветы ленца обращены своимъ зевомъ къ небу. Въ этомъ положены они неизменно остаются днемъ и ночью, при хорошей и дурной погоде. Поэтому падаюпця сверху капли дождя и росы неизбежно должны попасть на раскрытый цветокъ. Однако форма збва и особое свойство тканей его не даютъ цветку смачиваться водою; дождь и роса отлагаются на отгибе и пыльники не сразу попадаютъ въ воду. Темъ не менее они тотчасъ же закрываются, что объясняется темъ, что лепестки соединены со стоящими передъ ними тычинками пучкомъ скрученныхъ волосковъ, которые не только сами легко смачиваются, но и проводятъ воду къ пыльнику подобно фитилю у лампы; вследств!е этого пыль- никъ и закрывается.
Своеобразную защиту пыльцы, уже выделенной цветкомъ и назначенной для уноса насекомыми, приходится наблюдать у чертополоховъ и васильковъ (Опо- pordon, Centaurea). Строеше пыльниковой трубки и освобождеше въ нее пыльцы, строеше рыльца и положеше его въ пыльниковой трубке въ общемъ не отличается отъ другихъ сложноцветныхъ, о которыхъ говорилось на 109 стр.; единственное существенное различ!е состоитъ въ томъ, что пыльца обнажается не вследств!е удлинешя столбика, а путемъ сокращешя тычиночныхъ нитей. У Onopordon и Centaurea нити эти сокращаются отъ механическаго раздражешя, увлекая вглубь пыльниковую трубку. Такъ какъ последняя окружаетъ столбикъ на подоб!е футляра,
а самъ столбикъ остается безъ изменешя, то при сокращети пыльниковой трубки нонецъ столбика делается видимымъ и пыльца, отложенная вокругъ него, освобождается и показывается надъ пыльниковой трубкою въ виде зернистой массы. Если механическое раздражеше тычиночныхъ нитей было произведено насекомымъ, то оно же и уноситъ пыльцу, едва только та показалась; все приспособлеше, очевидно, разсчитано на то, чтобы то самое насекомое, которое производить своимъ хоботкомъ или ногами сокращеше тычиночныхъ нитей, само и было нагружаемо пыльцею. До посещен!я насекомымъ пыльца остается скрытою въ футляре, образуемомъ пыльниками,и это выгодно ей въ томъ смысле, что туда не попадаютъ ни роса ни дождь. У названныхъ сложноцветныхъ соцвет!я торчатъ кверху; у Onopordon на немъ нетъ ни язычковыхъ цветовъ, ни смыкающихся кроющихъ листьевъ; у Centaurea есть краевые цветы, но они лишены возможности образовать надъ срединными трубчатыми цветами защитный покровъ. Цветоножки ихъ не поникаютъ во время грозы, словомъ, пыльца ихъ лишена разнообразныхъ защитныхъ приспособлешй, свойственныхъ другимъ ро- дамъ того же семейства. Зато отслужившш пыльникъ самъ берется у нихъ защищать свою пыльцу и дЬлаетъ это до техъ поръ, пока на цветокъ не сядетъ насекомое, призванное къ тому, чтобы унести пыльцу.
Мы только вскользь заметимъ при этомъ, что у некоторыхъ растешй пыльники вывернуты наружу, а щели ихъ, наполненный пыльцею, обращены къ земле, такъ что пыльца до некоторой степени защищена отъ дождя. Во всякомъ случае болбе важнымъ представляется то обстоятельство, что вредное вл!ян!е дождевой воды и росы до некоторой степени можетъ парализоваться своеобразной скульптурою пыльцевыхъ клетокъ. На это уже было указано въ конце прошлой главы. Въ общемъ этотъ случай не слишкомъ распро- страненъ и, повидимому, ограничивается растешями тропическихъ и подтропиче- скихъ местностей. Пыльца красивой лазящей Cobaea scandens, изображенная на рис. 1 стр. 94 можетъ служить примеромъ сказаннаго. На поверхности такой пыльцевой клетки замечается масса маленькихъ ямочекъ съ угловатыми краями, такъ что при взгляде на нихъ поневоле вспомнишь о пчелиныхъ сотахъ. Хотя эти ямки и не такъ глубоки, какъ пчелиныя соты, однако вода, попадающая на пылинку, все-таки не въ состояши вытеснить изъ нихъ воздуха; онъ остается въ ямкахъ и предохраняетъ пылинку отъ сырости, образуя на тонкихъ местахъ оболочки промежуточный слой. Утолщенный места, выступаюпця въ виде реберъ, могутъ смачиваться водою сколько угодно — черезъ нихъ вода не можетъ сразу проникнуть въ пылинку, а въ этомъ и состоитъ вся опасность: ведь постепенное при- няые воды или водянистой жидкости, той, напримеръ, которая высачивается изъ клетокъ рыльца, не только не вредитъ пыльце, но даже необходимо для дальней- шаго ея развиты.
Въ предъидущихъ строкахъ для объяснешя разнообразныхъ приспособлешй, посредствомъ которыхъ пыльца защищается отъ сырости, мы выбирали преимущественно татае примеры, где наблюдалось только по одному изъ перечисленныхъ средствъ защиты. Однако чаще защита бываетъ двойною, даже тройною, для того чтобы на случай недостаточности одной оставалась въ запасе другая. Это особенно рельефно выступаетъ тогда, когда растете, такъ сказать, затрачиваешь только. небольшой капиталъ пыльцы, когда число цветовъ растешя и число
пылинокъ въ цветке ограничены, такъ что нельзя терять много пыльцы понапрасно; точно также наблюдается это явлеше, когда срокъ раскрывашя цветка очень не- великъ, а переносъ пыльцы всецело обусловливается посещешемъ насекомыхъ, которыхъ легко можетъ несколько дней и не быть, особенно если погода неблагоприятна. Чтобы привести только несколько случаевъ такой разносторонней защиты, скажемъ, что у многихъ ветреницъ и лютиковъ, у перелески, солнцецвет- ника и кислицы (Anemone, Ranunculus, Hepatica, Helianthemum, Oxalis) не только лепестки складываются надъ тычинками, но и цветоножки наклоняются и свешиваются. Въ цветочной корзинке маргаритки (Bellis), осота (Sonchus arvensis) и многихъ другихъ сложноцветныхъ вечеромъ и въ сырую погоду не только что язычковые цветы образуютъ крышу надъ пыльцею срединныхъ, но стебелекъ, не- сущ!й соцвет!е, тоже наклоняется и корзинка поникаетъ. У Podophyllum peltatum пыльца защищена темъ, что околоцветникъ покрываетъ ее въ виде колокола, а надъ нимъ еще располагаются въ виде зонтика листья. У многихъ растешй легко можно заметить, что не только пыльники закрываются и прячутъ пыльцу, но и лепестки смыкаются надъ тычинками; особенно бросается это явлеше въ глаза у кобзолца (Bulbocodium; см. рис. 1—4 на на 117 стр.).
Приходится обратить внимаше еще на одно обстоятельство: въ пределахъ одного и того же семейства не всегда встречаются одни и те же средства защиты. Одинъ видъ одного и того же семейства защищается однимъ способомъ, другой — другими. Особенно заметно это у различныхъ видовъ пасле- новыхъ и у рода Campanula. У пасленовыхъ, смотря по родамъ, встречаются сле- дуюпця изменешя въ средствахъ защиты. У картофеля (Solanum tuberosum) къ вечеру лепестки складываются и цветоножки загибаюгся; цветы остаются повислыми всю ночь, но только ночь; утромъ цветоножка выпрямляется и самый цветокъ тоже подымается. Цветы белладонны (Atropa Belladonna) остаются въ опрокинутомъ положенш впродолжеше всего перюда цветешя и потому венчику ихъ и не приходится закрываться и раскрываться; цветы Mandragora vernalis остаются стоять прямо, но зато ночью и въ сырую погоду надъ покрытыми цветнемъ пыльниками складываются лопасти венчика. Что касается колокольчийовъ (Campanula), то изъ нихъ ночью и въ худую погоду поникаютъ только те, у которыхъ длинным цветоножки, какъ, напр., у Campanula carpathica и изображенной на рис. 3 и 4 стр. 114 Campanula patula; въ ясную хорошую погоду они торчатъ кверху и обнару- живаютъ поэтому ясно выраженную перюдичность колебашя осей. Друг1е колокольчики съ короткими цветоножками, каковы, напр., Campanula Cervicaria, glome- rata и spicata, наклонешя осей совершенно не обнаруживаюсь, цветы всегда обращены кверху, отъ дождя же они защищены темъ, что лопасти надъ устьемъ колокольчика складываются внутрь и доступъ дождю такимъ образомъ, прекра- щенъ. У родственной колольчикамъ Specularia замыкаше цветка производится такимъ образомъ, что на венчике получаются глубок!я складки.
Когда приходится описывать приспособлешя, служапця для несколькихъ целей одновременно, то было бы нецелесообразно перечислять сразу все, что можно про это сказать. Въ такихъ случаяхъ гораздо лучше иметь въ виду только одну цель, даже рискуя темъ, что иной опрометчивый читатель можетъ обвинить насъ въ односторонности. Эта оговорка особенно уместна при описаши защиты пыльцы иротивъ сырости; ведь, безспорно, большинство деречисленныхъ
приспособлен!!! рядомъ съ указанной выгодой могутъ приносить ра- стен!ю еще и друг!я. Во многихъ случаяхъ посредствомъзамыкашялепестковъ достигается не только защита пыльцы, но и производится переносъ ея на соседнее рыльце, когда насекомыхъ по чему либо нетъ; объ этомъ еще будетъ речь въ по- следующихъ главахъ. Если бы помещающшся на дне чашевиднаго околоцветника медъ подвергался заливан!ю дождемъ, то онъ скоро сталъ бы такимъ жидкимъ, что ни одно насекомое не польстилось бы на него. Поэтому мы вправе думать, что прекращеше доступа ко дну цветка, съуживан!е трубки венчика и поникаше цветовъ имеютъ целью защищать отъ сырости не только пыльцу, но и медъ. Съужеше трубки цветка, равно какъ совершенное закрыпе доступа къ цветку съ другой стороны могутъ удержать известныхъ жадныхъ до меда животныхъ, посе- щеше которыхъ для растешя нежелательно. Наконецъ, такимъ же образомъ можно удерживать въ пределахъ желаемаго некоторыхъ насекомыхъ, который просто по- едаютъ пыльцу, не перенося ее при этомъ на друг!е цветы. Впрочемъ, растешя для этого иногда устраиваютъ особыя приспособлешя, самыя замечательный изъ коихъ наблюдаются у Miniulus и жабрея (Galeopsis) и изображены на рис. 19 стр. 83, где нарисована тычинка Galeopsis angustifolia. Дело въ томъ, что у него пыльники покрыты двумя крышками, причемъ раскрыть ихъ въ состоянш лишь известный насекомыя, тело которыхъ такой величины, что при проникаши въ цветокъ клапанъ открывается и пыльца вымазываетъ имъ спину. Зато мелк!я животныя, которыя не могли бы снести пыльцу на другой цветокъ, даже не въ состояши открыть клапана и добраться до пыльцы; такимъ образомъ последняя защищена не только отъ сырости, но и отъ маленькихъ вредныхъ хищниковъ.
Переносъ пыльцы вЪтромъ.
Въ начале прошлой главы было указано на то, что переносъ пыльцы на рыльце у громаднаго большинства явнобрачныхъ производится на воздухе. Если цветы разделены известнымъ пространствомъ, то являются два посредника: ветеръ и животныя. Въ виду этого ботаники разделили даже растешя на опыляемы я ветромъ (Anemophilae) и опыляемы я животными (Zoidiophilae). Эти термины получили право гражданства въ большинстве ботаническихъ сочиненш, однако употреблять ихъ следуетъ съ большою осторожностью. Положимъ, есть ташя растешя, у которыхъ переносъ пыльцы на рыльца совершается исключительно при посредстве ветра или же насекомыхъ, но съ другой стороны доказано, что у очень многихъ растешй вскоре после раскрывашя цветка пыльца переносится на рыльца при помощи маленькихъ животныхъ, но къ концу цветешя дело это предоставляется ветру, переносящему пыльцу на рыльца соседнихъ цветовъ. Лучше всего можно видеть это у некоторыхъ норичниковыхъ, напр., у Bartschia, у чешуйника (Lathraea), затемъ у многихъ вересковъ, особенно у Calluna vulgaris и Erica carnea, но вообще и у многихъ другихъ. Приспособлешя, которыя оказываются у цветовъ этихъ растешй, вначале делаютъ разносъ пыльцы ветромъ совершенно невозмож- нымъ; зато въ хорошую погоду можно видеть, какъ целыя полчища лакомыхъ до меда насекомыхъ залезаютъ въ нихъ, обмазываются при этомъ случае цветнемъ и переносятъ его на рыльце другихъ такихъ же растешй. Однако вскоре наступаетъ
какъ разъ обратное явлеше: медоносный источникъ изсякаетъ, наейкомыхъ больше нйтъ, зато тычиночный нити стали длиннйе, пыльники отодвинуты къ самому устью околоцвйтнйка, заключающаяся въ нихъ пыльца обнажается и въ удобное время вйтеръ переносить ее на рыльца болйе молодыхъ цвйтовъ. Разсматривая это приспособлеше, поневолй подумаешь о томъ, что здйсь, на случай порчи одной машины, въ запасй держать еще другую, для того чтобы достигнуть цйли, какъ бы то ни было, что бы тамъ не мйшало. Да это и крайне необходимо. Вйдь легко можетъ случиться, что, вслйдств!е неблагопр!ятныхъ условш погоды, насйкомыя долгое время или совсймъ не явятся. У большинства растешй приняты мйры, чтобы и въ этомъ случай процессъ цвйтешя происходилъ не даромъ.
Мы вышли бы изъ рамокъ этой книги, если бы перечислили здйсь вей за- мйчательныя приспособлешя, которыя сводятся къ тому, чтобы имйть въ запаей какой либо другой способъ переправить пыльцу на рыльце, въ случай если жи- вотныя почему либо не явятся; однако намъ все-таки пришлось слегка коснуться того явлетя, что за отсутстшемъ наейкомыхъ растешя иногда прибйгаютъ къ вйтру, такъ что, значить, рйзкая граница между анемофильными и зоидюфильными ра- стешями сглаживается.
Понятно, что вйтеръ можетъ переносить только пыльцу, которая имйетъ видъ пыли или муки. Если садовники и увйряютъ, что вйтеръ уносить липкую бахромчатую пыльцу азалеи къ рыльцу другого цвйтка, то это можно приписать только случаю, да и то рйдкому. Въ 99 изъ 100 случаевъ унесенная вйтромъ липкая бахрома не попадетъ на рыльце другого цвйтка, а останется виейть на наружной еторонй чашечки на лепесткахъ, на листьяхъ или стеблй и тамъ, конечно, погиб- нетъ. Навйрно, то же можно сказать и про пыльцевыя клйтки, связанный между собою маслами, липкими веществами или игольчатыми выступами — онй только случайно заносятся вйтромъ на рыльца сосйднихъ цвйтовъ, а главнымъ образомъ разечитаны на то, что прицйпятся къ тйлу наейкомыхъ и будутъ разнесены ими.
По этому тймъ диковиннйе кажется тотъ фактъ, что липк!е комки склеенной въ кучки пыльцы нйкоторыхъ водныхъ растен!й какъ бы въ лодочкахъ переносятся къ высовывающимся надъ водою рыльцамъ вйтромъ. Прежде всего такой случай былъ замйченъ у крайне распространеннаго въ стоячихъ водахъ южной Европы водянаго растешя Vallisneria spiralis, въ виду чего мы и опишемъ здйсь именно этотъ случай. Пусть читатель прежде всего взглянетъ на рисунокъ, помйщенный на 670 стр. перваго тома. На этомъ рисункй изображено подводное растете, лентовидные листья котораго сгруппированы розетками на концахъ ползучихъ вйтвей, прикрйпленныхъ къ илу нитевидными корешками; вслйдств!е своеобразнаго скручивашя, они кажутся почти двурядными. Въ пазухахъ этихъ листьевъ образуются почки, то одна, дающая начало новому ползучему побйгу, то три рядомъ; въ поелйднемъ случай одна тянется въ длину параллельно илистому дну и образуетъ на концй листовую почку, между тймъ какъ двй друпя вытягиваются прямо на верхъ; иногда почекъ бы- ваетъ всего пара, изъ которыхъ одна тянется горизонтально, а другая подымается къ поверхности воды. Каждый побйгъ, подымающейся вверхъ, кончается вздут!емъ въ видй пузыря, а пузырь этотъ состоять изъ двухъ овальныхъ, чашевидныхъ, полупрозрачныхъ кроющихъ листьевъ, изъ которыхъ одинъ обхватываетъ другой своими краями, крйпко замыкая пузырь. Въ этихъ-то пузыряхъ и находятся цвйты.
Одни, экземпляры, даютъ только мужск!е, друпе иск лючительно женск!е цветы; Жен скихъ цветовъ въ каждомъ пузыре образуется всего одинъ, редко 2—5. Въ каждомъ цветке можно различить длинную, цилиндрическую нижнюю завязь^ увенчанную тремя сравнительно большими и разделенным# на две лопасти рыльцами; по краямъ эти рыльца слегка бахромчаты. Рыльца окружены тремя чахлыми верхними небольшими лепесточками и тремя нижними, побольше, имеющими форму яйцевидно-ланцетную. Эти лепестки всегда расположены такъ, что мелко, бахромчатый край рылецъ несколько выдгетзянадъ большими лепестками, такъ что сбоку къ бахромамъ прилипаетъ пыльца. Вероятно, по этой самой причине и глохнуть три внутренше лепестка; если бы и они были также крупны или крупнее наружныхъ,
Цв4ты валлиснер!и (Vallisneria spiralis), плаваюпце на поверхности воды. По середин^ женскш цв-Ьтокъ, но обЪ стороны его нисколько мужскихъ на различныхъ ступеняхъ развиНя, частью еще закрытые, частью начи- нающ!е раскрываться, частью уже совершенно раскрытые съ опущенными внизъ, въ вид-Ь челнока, лепестками. Изъ раскрывшихся цветовъ высовываются тычинки. Раскрывшшся пыльникъ прикр^пляетъ свою пыльцу къ бахромчатому краю рыльца женскаго цветка. Увеличено въ 10 разъ. Ср. 124 стр. текста.1
то рыльце сбоку было бы закрыто и тамъ не могла бы прилипать пыльца. Когда рыльце созреетъ для восприняли пыльцы, то на вершине пузыревиднаго покрова образуется щель; завязь вытягивается въ длину, цветокъ и рыльце приподнимаются надъ покровомъ и раскрываются теперь надъ поверхностью воды на воздухе (см. рис. здесь). Последнее происходить оттого, что цветоножка сильно удлиняется; и только тогда прекращаетъ свой ростъ, когда несомый ею женскш цветокъ уже оказывается надъ водою. . .
Не то происходить съ мужскими цветами. Эти не одиночны, а въ большомъ числе сидятъ на стержне, внедряющемся въ пузыревидный покровъ. Два листа, изъ которыхъ этотъ покровъ состоитъ, разъединяются еще подъ водою и можно бываетъ видеть, какъ несомая на короткой ножке кисть, состоящая изъ цветоч- ныхъ лочекъ, качается подъ водою приблизительно на 5 см. надъ илистымъ дномъ (см. рис. на 670 стр. I тома).- ,
Вскоре после этого происходить одинъ изъ замечательнейшихъ процессовъ, вообще . наблюдаемыхъ въ царстве растенш; цветочный почки, дотоле сидевппя
вместе на общей оси, отделяются отъ нея, всплываютъ на поверхность воды и плаваютъ по ней. Сначала они еще закрыты и имеютъ видъ шариковъ; затемъ они раскрываются; три выпуклыхъ листочка, образующихъ нижнюю мутовку околоцветника, бывшие до сихъ поръ сложенными, теперь откидываются назадъ и даютъ три лодочки, связанный между собою въ одной точке; тычинки, которыхъ хотя и залагается три, но лишь две съ пыльниками, косо торчать кверху (см. рис. на 123 стр.). Лишь только лепестки опрокинутся, пыльники тотчасъ же раскрываются, стенка ихъ быстро съеживается и отъ нея не остается ничего кроме маленькой лопасти, къ которой прилеплены клетки пыльцы. Въ замкнутомъ пыльнике клетки пыльцы были расположены въ 8 группъ, а въ треснувшемъ образуютъ неправильную кучу. Обыкновенно въ каждомъ пыльниковомъ мешке заключено лишь 36 пылинокъ. Оне сравнительно велики, очень липки, склеиваются между собою и образуютъ комочекъ, сидящш на толстой тычиночной нити. Хотя до поверхности воды и не далеко, однако комки эти не легко смачиваются водою; какъ уже было сказано, стояпце подъ ними лепестки образуютъ три лодочки, который колышатся на воде, не опрокидываясь, и потому превосходно защищаютъ свою ношу отъ сырости. Маленьшя ладьи погоняются ветромъ, несутся то въ одну, то въ другую сторону и собираются вокругъ твердыхъ тель, особенно во впадинахъ ихъ, какъ корабли въ гавани. Если это твердое тело окажется торчащимъ надъ водою трех- лопастнымъ рыльцемъ валлиснерш, то при соприкосновенш часть цветневыхъ кле- токъ неизбежно повиснетъ на бахромчатомъ краю рыльца.
Вскоре после прикреплешя пыльцы къ рыльцу (процессъ этотъ изображенъ на 123 стр.), женскш цветокъ увлекается подъ воду, причемъ длинная цветоножка закручивается и принимаетъ форму винта, обороты котораго въ конце концовъ настолько сближаются, что завязь, превратившаяся въ плодъ, теперь помещается надъ самымъ илистымъ дномъ реки
До сихъ поръ такой переносъ пыльцы ветромъ при помощи ладьеобразныхъ' плавающихъ лодочекъ, известенъ у распространенной VaUisneria spiralis, у Val- lisneria alternifolia, водящейся въ тропической Азш, у Enalus acoroides, обитателя Великаго и Индшскаго океановъ, у Hydrilla verticillata и Elodea Canadensis, а кроме того еще у рода Lagarosiphon, встречающагося въ Капланде и тропической Африке; всего на все у 13 видовъ, принадлежащихъ къ семейству водокра- * совыхъ. Это безконечно малое число по сравнешю съ количествомъ растешй, раз- вивающихъ цветень въ виде пыли или рыхлой муки, причемъ переносъ совершается ветромъ, поднимающимъ впродолжеши всего пер!ода цвете- н!я эту пыль въ виде облаковъ. Мы врядъ ли ошибемся, если оценимъ это число—въ 10,000 видовъ, что составить, приблизительно, одну десятую часть всехъ явнобрачныхъ растешй. Къ этой группе относятся хвойныя, дубы, буки, грецкш и обыкновенный орешники, березы, ольхи и тополи, шелковица, платаны и большинство пальмъ— все растешя высошя, въ виде деревьевъ, образующая по большей части целые леса и oтличaющiяcя большимъ числомъ особей; но кроме нихъ сюда принадлежать также живупце обществами злаки, обычные представители нашихъ луговъ и полей, npepifi и саваннъ, затемъ осоки и ситники болотъ, хмель и конопля, крапива и подорожники, распространенные въ текучихъ и стоячихъ водахъ рдесты (Potamogeton) и еще много растешй различнейшихъ семействъ.
Особенность, бросающаяся въ глаза у этихъ растешй, опыляющихся исклю-
чительно при посредстве ветра, о т с у т с т в i о ярко окрашенн ы х ъ аромат- ныхъ цветовъ. Лепестки у нихъ сравнительно малы, зеленоваты или желтоваты и совершенно не отделяются на фоне зеленой листвы. У нихъ нетъ ни запаха, ни меда. Такимъ цветами крайне невыгодно подвергаться посещение живот- ныхъ, а потому у нихъ нетъ обычныхъ прпманокъ, привлекающйхъ шмелей, пчелъ, мухъ и бабочекъ; они не нуждаются въ пахучихъ веществахъ, сладкихъ сокахъ и пестрыхъ краскахъ, бросающихся въ глаза уже издали. Этимъ мы не хотимъ сказать, что цветы такихъ растешй находятся въ совершенномъ принебрежеши у насекомыхъ. Много насекомыхъ питаются преимущественно пыльцею и потому муж- сшя сережки лещины и березъ, колосья подорожника и метелки злаковъ, осокъ и ситниковъ не редко окружены роями такихъ пыльцеядныхъ насекомыхъ; но эти гости, какъ носители пыльцы, играютъ очень второстепенную роль; положимъ, они въ состояши вытрясти пыльцу на ветеръ при своемъ прикосновеши, но это помо- жеть растешю только лишь въ томъ случае, если ветеръ въ это самое мгновевбе попутный и донесетъ цветень до рылецъ. Зато при безветрш или противномъ ветре они скорее повредятъ растешю, чемъ принесутъ ему пользу; ведь рылецъ этихъ растешй насекомыя не касаются, а съ другой стороны при безветрш выпадающая пыльца врядъ ли попадетъ по назначетю, такъ что отъ посещешя насекомыхъ татя растешя чаще терпятъ убытокъ, чемъ получаютъ выгоду.
Отсюда ясно, что не всякое воздушное течен!е пригодно для посредничества между пыльцею и рыльцами. Менее всего подходитъ для этой роли ветеръ, несупцй атмосферные осадки. Помимо того, что капли дождя, получая отъ такого ветра значительную силу удара, вымываютъ пыльцу изъ ея уббжищъ и стекаютъ вместе съ нею на землю, пыльца должна была бы погибнуть просто отъ сырости. Такъ же невыгодны и сильным бури, хотя бы и безъ дождя: они под- хватываютъ цветень и уносятъ его съ громадною скоростью только по одному на- правлешю; но въ этомъ направлеши встретится наверно весьма небольшое число рылецъ, а можетъ быть ни одного такого, которое нужно было бы оплодотворить; большая часть пыльцы потому напрасно бросается на ветеръ въ полномъ смысле этого слова
Цель, къ которой растешя стремятся, лучше всего достигается, когда пыльца равномерно распределяется въ воздухе вокругъ того места, где она образовалась, когда она даетъ постепенно разрежающееся и расширяющееся облако, такъ что тысячи свободныхъ пылинокъ, который доселе были скучены вместе въ объеме булавочной головки, теперь заполняютъ пространство въ несколько миллюновъ разъ большее. Но такого распылешя растете можетъ достигнуть только при умеренно под- вижномъ воздухе. Легкш утреннш ветерокъ, который веетъ надъ долиною вскоре после восхода солнца, восходяпце токи, подымающееся надъ равниною въ полдень, свеж!е бризы, дуюпце на побережьяхъ то отъ суши къ морю, то обратно, ветры, отъ которыхъ нивы слегка колышатся и лесъ только чуть-чуть шелеститъ — вотъ лучине посредники распылешя. Подъ вл!яшемъ такихъ легкихъ ветерковъ легко наблюдать, какъ цветы интересующихъ насъ растешй постепенно пускаютъ одно облако пыли за другимъ. Такъ какъ воздушный течешя распространяются въ виде волнъ, который то усиливаются, то ослабеваютъ черезъ коротше промежутки времени, то и первое движете распыляющагося цветня бываетъ волнообразнымъ: но вскоре облако пыли ускользаетъ отъ наблюдешя и видно только, что цветень, подобно уличной пыли, придерживается косо восходящаго направлен!я.
Этимъ явлешямъ соответствуете распределеше рылецъ и ихъ форма. Большинство растешй, пыльца которыхъ разносится исключительно при помощи ветра, имеютъ двудомные или однодомные цветы, а те, у которыхъ цвбты обоеполые, обнаруживаютъ совершеннейшую дихогамш, т. е. половая зрелость наступаетъ у различныхъ половъ въ разное время, такимъ образомъ, что въ цветке, изъ пыль- никовъ котораго выпадаетъ зрелая пыльца, рыльца уже совершенно завяли или, напротивъ, такъ сильно отстали въ своемъ развиты, что еще не могутъ воспринять пыльцы. Успешное опылеше рылецъ, находящихся въ непосредственномъ соседстве съ пыльниками того же цветка, собственною пыльцею у такихъ обоепо- лыхъ, но вполне дихогамныхъ растешй совершенно невозможно и цветень на крыльяхъ ветра долженъ долететь до соседнихъ цветовъ съ зрелыми рыльцами; къ такимъ растешямъ относятся, напр., подорожники, мнопе щавели, стенница, перекати-поле, трюстренникъ и рдесты (Plantago, Rumex, Parietaria, Sal- sola, Triglochin, Potamogeton). И вотъ оказывается, что у всехъ этихъ дихогамныхъ растешй цветы съ зрелыми рыльцами расположены выше цветовъ съ пыльниками, пускающими на воздухъ зрелый цветень, и потому, чтобы достичь этихъ рылецъ, цветень долженъ подыматься кверху.
Ёще резче выступаетъ это явлеше на растешяхъ съ однодомными цветами. Съ ветокъ дубовъ, березъ, ольхъ и т. п. мужсшя сережки свешиваются въ виде колышащихся кистей, между темъ какъ женсше цветы сидятъ на техъ же ветвяхъ или на соседнихъ, но всегда выше (см. рис. на 127 стр.). У ели мужск!е цветы, въ незреломъ состояши издали напоминаюпце землянику, сидятъ на свешивающихся внизъ боковыхъ ветвяхъ, тогда какъ женсше цветы, въ виде маленькихъ шишечекъ, торчать вверхъ на техъ же самыхъ ветвяхъ, какъ свечи на рождественской елке; мнопя ели несутъ женсше цветы только на самой макушке своей, а на нижнихъ ветвяхъ одни только мужсше цветы и, стало быть, если бы пыльца t не могла переноситься ветромъ вверхъ, то и оплодотвореше ихъ не было бы возможно. Даже у двудомныхъ растешй приходится наблюдать такое расположеше цветовъ и достигается оно темъ, что особи съ мужскими цветами бываютъ значительно ниже ростомъ, чемъ женсшя того же вида. Такъ, напр., на конопляныхъ поляхъ посконь (мужск!я особи) всегда отстаетъ въ росте отъ женскихъ экземпляровъ. Рогозникъ (Typha), ежеголовникъ (Sparganium) и мнопя ситовникот выя, особенно родъ Carex, имеющ!я однодомные цветы, представляютъ какъ-будто исключеше, такъ какъ у нихъ мужсше цветы стоять выше женскихъ; однако, приглядевшись, не трудно заметить, что, вследств!е неравномернаго роста, женсше цветы более стараго стебля обыкновенно располагаются выше оплодотворяющихъ мужскихъ цветовъ на соседнемъ молодомъ стебле, такъ что и здесь цветень уносится течёшями воздуха не въ горизонтальномъ, а въ косомъ направле- Hin снизу вверхъ и такимъ путемъ достигаетъ рылецъ соседнихъ цветовъ.
Впрочемъ, сказаннаго не надо понимать такимъ образомъ, будто при разносе пыльцы ветромъ она вся увлекается наверхъ и нисколько при этомъ внизъ не падаете; однако для большинства растешй несомненно доказано, что облака пыльцы, подхваченный ветромъ, поднимаются вверхъ, при чемъ попадаютъ на выше лежапця рыльца или сразу при подъеме, или после, когда уже разрозненный клетки ея медленно начинаю™ опускаться. Такъ же точно и пыль, поднятая вихремъ, постепенно оседаетъ и покрываетъ все предметы въ комнате равномернымъ слоемъ.
У н'Ькоторыхъ видовъ цветень съ силою выбрасывается на воздухъ въ моментъ раскрывашя пыльниковъ, улетая вверхъ въ вид4 малень- кихъ облаковъ пыли. Въ нашихъ краяхъ этотъ процессъ особенно хорошо замЬ- тЬнъ- у крапивъ. Кто въ росистое ясное летнее утро станетъ передъ зарослью кра- нивы и будетъ ожидать тамъ, пока первые лучи солнца осв^тять цвЬты ихъ, будетъ не мало удивленъ, видя, какъ, то здЬсь, то тамъ, отъ стеблей подымаются облака пыли. Сначала эти облака пыли подымаются по одиночна и черезъ болыше промежутки времени, зат^мъ они становятся чаще, такъ что иногда пять-шесть поды*
Черная ольха (Alnus glutinosa): ОвЪтка съ цветами, появившимися раньше листьевъ, муж^к’я сережки свешиваются внизъ, а надъ ними, въ виде колоековъ, расположены женская соцвепя; 2) стебель съ листьями, на верхушке котораго уже заложены соцветия для будущей весны. Ср. 126 и 139 стр. текста.
маются сразу на неболыпомъ протяженш другъ отъ друга. Но понемногу эти маленьше взрывы становятся р£же и менбе чгЬмъ черезъ полчаса заросль крапивы успокаивается. Присмотревшись ближе, легко убедиться, что выше описанный про- цёссъ ничто иное, какъ внезапное расправлеше свернутыхъ въ почке дычиноч- ныхъ нитей, расправлеше, сопровождающееся одновременнымъ растрескивашемъ пыльниковъ.
Точно такъ же, какъ у крапивъ, обстоитъ дЬло и у стенницы (Parietaria) и у многихъ тропическихъ крапивныхъ. Одно изъ нихъ, именно Pilea micropylla (известное также подъ именемъ Pilea mucosa), родомъ изъ центральной Америки, часто разводится въ нашихъ ботаническихъ садахъ, чтобы показывать на ней раз- брасываше пыльцы. Достаточно вспрыснуть это растете водою и затЬмъ переставить его изъ тени на солнце, чтобы на всехъ концахъ раскрывались цветочный
почки и беловатая пыльца маленькими облачками раскидывалась по воздуху. Мноия шелковицы обнаруживают то же явлеше, напр., бумажная шелковица (Broussonetia papyrifera), цветы которой изображены ниже. Мужск1е цветы собраны у нея въ колоски (рис. 2), а каждый отдельный цветокъ состоит изъ чаше- виднаго околоцветника и четырехъ высовывающихся изъ него тычинокъ. Довольно толстыя нити этихъ тычинокъ въ закрытомъ цветке сложены и напряжены какъ
Бумажная шелковица (Broussonetia papyrifera): 1) листоносная вйтвь съ женскими цветами, собранными въ головку; 2) лишенная листьевъ в^твь съ мужскими цветами, расположенными въ колосъ; 3) продольный раз- рЪзъ мужскаго цветка, еще не успйвшаго развернуться; 4) раскрывшийся мужской цв-Ьтокъ въ продольномъ раз- р^з^, дв-Ь тычинки еще свернуты, третья развернулась и изъ треснувшаго пыльника ея выбрасывается цветень; 5) открытый мужской цв'Ьтокъ, всЬ тычинки котораго уже развернулись и выбросили свою пыльцу; 6) два жен- скихъ цветка съ рыльцами въ вид-Ь волосковъ. Ср. 139 стр. текста.
пружина; но лишь только околоцветникъ раскрывается, тычинки одна за другой расправляются; вместе съ тбмъ трескаются пыльники и цветень съ силою швыряется на воздухъ (рис. 4). Когда все тычинки разбросят свою пыльцу, оне дугообразно загибаются внизъ (рис. 5) и вскоре затемъ весь цветокъ, теперь уже лишнш, отваливается отъ стебля.
Разбрасываше распыляющейся пыльцы происходит у этихъ растешй только, когда ко времени восхода солнца легкш изсушающш ветеръ вызовет изменешя въ напряжеши тканей. При полнейшемъ безветрш и въ сухую душную погоду, а также и въ сырую, раскрывашя цветка и разбрасывашя пыльцы не наблюдается или, вернее, этот процессъ такъ долго откладывается, пока воздухъ не станет суше и пока не подымется свежаго ветерка, который начнет колыхать въ
разный " стороны покрытую цветами вЬтвь. Для уразум^шя процессовъ переноса пылевиднаго цветня это обстоятельство весьма важно. Подвижному воздуху приходится исполнять двЬ роли, которыя какъ бы дополняютъ друтъ друга и должны разыгрываться одна за другою, если цветень палъ на мбсто, а не погибъ напрасно. То же самое движен!е воздуха, котор о.е производить с о тряс ен i е цвбтоносныхъ осей и измйняетъ напряжен!е тканей цв 6 тк а, уносить и цвбтень съ м^ста его образован!я, отправляя его по назначен!ю; впрочемъ, это ка
сается не только частнаго случая раз- брасывав!я пыльцы, но и вообще наблюдается постоянно, когда происходить переносъ пыльцы посредствомъ воздуш- ныхъ течешй.
Затбмъ, въ вид’Ь дальн'Ьйшаго случая, надо упомянуть о растешяхъ, у которыхъ наблюдаются коротк!я толстыя тычиночныя нити и сравнительно больш!е пыльники, наполненные зернистою пыльцею. Каменная липа (Phillyrea), фисташка (Pistacia), самшить (Buxus) и большинство ясеней, напр., нашъ обыкновенный ясень (Fraxinus excelsior см. рис. здбсь) могуть служить образцами. Развит1е завязи у этихъ растешй постоянно опережаетъ образоваше пыльцы. Въ то время, когда сравнительно крупный мясистыя рыльца уже высовываются изъ невзрачныхъ цв'Ьтовъ и вполне способны воспринимать пыльцу, пыльники сос’Ьднихъ мужскихъ цв'Ьтовъ еще крепко замкнуты (рис. 1 и 2). Они
Ясень (Fraxinus excelsior): 1) оучокъ съ двумя веточками, изъ которыхъ левая несеть мужск!е, правая обоеполые цветы; 2) обоеполый цветокъ; 3) две тычинки, верхняя треснула, нижняя еще закрыта. Рис. 1 въ естеств.велич., рис. 2 и 3 увеличены въ 5 разъ.Ясень (Fraxinus excelsior): 1) оучокъ съ двумя веточками, изъ которыхъ левая несеть мужск!е, правая обоеполые цветы; 2) обоеполый цветокъ; 3) две тычинки, верхняя треснула, нижняя еще закрыта. Рис. 1 въ естеств.велич., рис. 2 и 3 увеличены въ 5 разъ.раскрываются только двумя, тремя, часто даже четырьмя днями позже, и то лишь въ сухую погоду, продольными щелями. Края этихъ щелей быстро съеживаются, вслЬдств!е чего каждый пыльниковый мЬшокъ становится широко отвернутою нишею, въ которой сложенъ цвЬтень въ вид’Ь муки или пыли (фиг. 3). Такъ какъ тычинки незадолго до своего раскрывашя располагаются такъ, что щель оказывается на верху, то, понятно, и ниши эти будутъ на верху и при спокойной погодЬ пыльца остается въ нихъ. Только когда цвЬтоносныя вЬтви начнутъ качаться, цвЬтень будеть выпадать изъ нишъ и тотъ же порывъ вЬтра, который рас- качалъ вЬтку, подхватить и облако разсыпавшейся пыли.
Ясень (Fraxinus excelsior): 1) оучокъ съ двумя веточками, изъ которыхъ левая несеть мужск!е, правая обоеполые цветы; 2) обоеполый цветокъ; 3) две тычинки, верхняя треснула, нижняя еще закрыта. Рис. 1 въ естеств.
велич., рис. 2 и 3 увеличены въ 5 разъ.
Ясень (Fraxinus excelsior): 1) оучокъ съ двумя веточками, изъ которыхъ левая несеть мужск!е, правая обоеполые цветы; 2) обоеполый цветокъ; 3) две тычинки, верхняя треснула, нижняя еще закрыта. Рис. 1 въ естеств.
велич., рис. 2 и 3 увеличены въ 5 разъ.
У другой группы пыльники сидятъ на длинныхъ нитяхъ, при ма- лЬйшемъ дуновен!и вЬтра начинаютъ раскачиваться, дрожать и шататься и выпускаютъ цвЬтень небольшими порц!ями, вродЬ того, какъ это бываетъ съ содержимымъ песочницы. Если у такихъ цв’Ьтовъ наряду съ тычинками есть и пестики, то взаимное отношеше этихъ частей Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растеши, т. IL9
постоянно регулируется тЬмъ, что рыльца бывают уже вполне развитыми и способными къ воспр!ят1ю пыльцы, въ то время когда тычинки этого цветка еще мирно пркоются подъ защитою лепестковъ или кроющихъ листьевъ, а цветень ихъ еще далеко не достигь полной зрелости. Когда затемъ цветень совершенно созреете и может быть, выброшенъ изъ треснувшихъ пыльниковъ, то рыльца соответствую- щихъ цветовъ уже завяли и не способны более воспринимать пыльцы. Изъ этого следует, что у этихъ растешй пыльца должна перелететь къ друтимъ особямъ, безъ чего оплодотвореше состояться не можетъ. Такъ оно въ действительности и бывает и переносится пыльца легкимъ ветеркомъ, приводящимъ тычинки въ дрожащее движете. ■ •
Изъ длиннаго ряда растешй, пыльца которыхъ разбрасывается, благодаря колебатю, или качанью тычинокъ, нужно прежде всего упомянуть о злакахъ. Опылеше ихъ настолько замечательно, что на немъ стоите остановиться подробнее. У части злаковъ, особенно у французскаго райграса (Arrhenatherum elatius), вы- браннаго нами для примера, кроюице листья, обыкновенно называемые пленками, внезапно раскрываются, что производится при помощи особеннаго вздупя ткани, находящейся при ихъ основаши (см. рис. на 181 стр.). Всл6дств1е этого скрытыя дотоле тычинки освобождаются и получаютъ возможность высовываться изъ пле- нокъ. Это высовываше совершается, благодаря необыкновенно быстрому росту тычиночной нити. Вычислено, что у некоторыхъ злаковъ нити эти удлиняются въ минуту на 1—1,5 мм., такъ что минуть черезъ десять оне достигают величины, въ 3—4 раза превосходящей прежнюю. У части относящихся сюда растешй нити растут внизъ, у другой части горизонтально, у третьей прямо вверхъ. Тургоръ ихъ клетокъ настолько великъ, что даже раступця вертикально вверхъ легко несут пыльникъ, нисколько не загибаясь при этомъ. У злаковъ, тычинки которыхъ обращены книзу, можно бы предположить, что такое положеше ея обусловлено весомъ пыльника. Ничуть не бывало. На самомъ деле и здесь наблюдается сильный тургоръ, и если перевернуть соцвет1я этихъ злаковъ, то тычинки, только что переставшая расти, держатся совершенно прямо и стойко смотрят къ небу. Впро- чемъ, вскоре эти соотношен!я меняются. Нити, до сихъ поръ стоявийя прямо, ослабеваю™, свешиваются “и наклоняются, стоявппя горизонтально также опускаются и все оне производят впечатлбше маятниковъ, къ которымъ привешены пыльники.
Рука объ руку съ этими изменешями, въ нитяхъ происходить и раскрываше пыльниковъ. Пока пыльники находились подъ защитою кроющаго листа, они были вытянуты и имели видъ прямой лиши (см. рис. 1 на 131 стр.). Каждый пыльникъ состоите изъ двухъ параллельныхъ пыльниковыхъ мешковъ, а на каж- домъ такому мешке находится по одной борозде, вдоль которой пыльникъ и растрескивается. Это растресциваше совершается только, когда данный пыльникъ обращенъ своимъ первоначально верхнимь концомъ книзу. Такъ какъ нить и пыльг никъ связаны между собою небольшой спайкою, ткань которой похожа на суставную, то пыльникъ способенъ вертеться, це обрываясь, и при всякихъ услов!яхъ въ состояши занять нужное положеше—онъ можете направлять внизъ свой верх- шй конецъ при любомъ . положеши нити, висячемъ, горизонтальномъ или верти- кальномъ. Разъ это случилось, пыльники трескаются по упомянутой выше лиши. Щель раскрывается только въ одномъ месте,, именно въ томъ конце пыльника, который смотрите внизъ. Это связано съ темь, что въ этомъ месте оба вмести-
лища пыльцы расходятся въ различныя стороны, какъ видно на фигуре 2. Зна- чеше же этого явлешя состоить въ томъ, что цветень въ виде пыли не можетъ тотчасъ же вывалиться, какъ только эти щели образовались; такъ какъ концы вместилищъ цветня, раздвигаясь, принимають форму сильно цзогнутыхъ челноковъ, то при спокойной погоде пыльца въ нихъ задерживается на долгое время (см. фиг. 3 здесь). Только после того, какъ ветеръ заколышетъ тычинку, пыльца
-Француз с к!Й райграсъ (Arrhenatherum elating): 1) замкнутый пыльникъ; 2) вскрывнпйся пыльникъ; 3) колосокъ съ раскрытыми пленками и свешивающимися пыльниками въ спокойную погоду; 4) тотъ же колосокъ при ветр^. Тычинки одного цветка съ качающимися пыльниками распыляющими цветень; тычинки другого цветка лишены пыльцы, отъ одной пыльникъ уже отвалился; тычинки третьяго цветка только еще начинаютъ выдвигаться. Рис. 1
и 2 увел, въ 12 разъ; рис. 3 и 4 въ 5 разъ. Ср. 129—131 стр. текста. '
выдувается съ нихъ въ виде легкаго облачка (см. рис. 4 здесь). Сначала сдувается только та щепоть, которая уместилась на выдающемся носике челнока; но она заменяется новою, падающей изъ верхнихъ частей пыльника. И эта пыльца, конечно, не долго остается въ покое: слбдуюпцй порывъ ветра сдуваетъ и ее. Это можетъ продолжаться очень долго—до техъ поръ, пока въ пыльцевомъ мешке остается хоть сколько нибудь цветця. Когда пыльникъ совершенно опорожнится, онъ отделяется отъ нити и падаетъ на землю въ виде пустой шелухи. Обыкновенно это отделеше происходить, однако, только черезъ несколько часовъ после распылешя и у большинства злаковъ, расцветшихъ раннимъ утромъ дли въ пол-
день, пустые пыльники болтаются на колоскахъ и метелкахъ иногда до самаго заката солнца.
Изменетя, предшествующая распылен!» цветня, у злаковь* более чЪмъ у всЪхъ друтихъ растешй подвержены вл!ятю погоды. Особенно важную роль игра- ютъ температура воздуха и степень влажности его. Низкая температура или дождь могутъ задержать раскрыто пленокъ не только на несколько часовъ, но даже и дней. Очень сухой воздухъ также действуеть замедляющимъ образомъ на ходъ описанныхъ явлешй. Лучшимъ услов!емъ для нихъ у большинства злаковъ является раннее утро, когда на поляхъ еще осталось немного росы, первые лучи солнца, падая косо на цветы, только слегка повышаютъ ихъ температуру, а легкай ветеръ чуть-чуть покачиваетъ колоски и метелки ихъ. Раньше всего, между 4 и 5 часами, иачинаютъ пылить мятликъ (Роа), манникъ (Glyceria), кипецъ (Koeleria) и фран- цузсгай райграсъ (Arrhenatherum elatius). Немного позже, именно между 5 и 6, наступаетъ очередь трясунки (Briza media), щучки (Aira caespitosa), пшеницы и ячменя (Triticum, Hordeum). Между 6 и 7 пылятъ рожь и большое число лутовыхъ травъ, именно ежа (Dactylis), бородачъ (Andropogon), коротконожка (Brachypodium) и мно- rie виды овсяницы (Festuca). Между 7 и 8 пылятъ овсы изъ рода Trisetum, лисй хвостъ (Alopecurus), аржанецъ (Phleum) и дубровка (Anthoxanthum). Затемъ, по крайней мере въ средней Европе, наступаетъ пауза. Изъ заграничныхъ злаковъ, выводимыхъ въ нашихъ садахъ, отъ 8—9 пылятъ просо и сорго (Panicum milia- ceum и Sorghum), отъ 9—10 щетинникъ (Setaria Italica) и бразильская трава саваннъ (Gynerium argenteum). Около полудня опять наступаетъ очередь нашимъ местнымъ Ллакамъ. Въ 11 часовъ пылятъ виды полевицы (Agrostis), отъ 12—1 перловникъ (Melica), безколенокъ (Molinia), белоусъ (Nardus), песчанникъ (Elymus) и мнопе вейники (Calamagrostis). После полудня пылятъ только немнопе злаки, наир., въ 2 часа костеръ (Bromus), въ 3 часа некоторые овсы (Avena), въ 4 часа пыреи (Agropyrum), а между 5 и 6 часами изгибистый молоточникъ (Aira flexuosa). Замечательно, что прося- никъ (Holcus) при благощиятныхъ услов!яхъ раскрываетъ свои колоски и пылить два раза въ день; утромъ въ 6 ч. и вечеромъ въ 7, и то, впрочемъ, при 14° температуре. Въ большинстве случаевъ весь процессъ длится въ одномъ цветке 15—20 минуть.
При раздвигаши пленокъ и съ выходомъ тычинокъ часто связаны перемены въ положеши и направлеши несущихъ колоски стеблей. Такъ, наир., цветоножки колосковъ Agrostis, Apera, Calamagrostis, Koeleria и Trisetum ко времени опылешя растопыриваются, образуя съ общимъ ихъ веретеномъ уголь въ 45—80°. Лишь только опылете кончается, все эти стебельки снова пригибаются къ главной оси всего соцвейя и метелка кажется тогда точно стянутой. Очевидно, движешя эти преследуютъ цель дать место высовывающимся тычинкамъ,, дабы оне безпре- пятственно могли качаться и выбрасывать свою пыльцу. У техъ злаковъ, цветы коихъ Собраны въ густыя соцвейя и у большинства осоковыхъ, именно у рода Carex, происходить, собственно говоря, не раскрываше, а только некоторое разслаблеше связи между кроющими чешуями, которое настолько незначительно, что легко ускользает отъ поверхностнаго наблюдешя. Въ такихъ случа- яхъ тычиночныя нити заметны только отчасти: пыльники выставляются и здесь вследств!е быстраго вырасташя нитей, раздвигающихъ чешуи. Лишь только нити достигнуть известной длины, верхн!й конецъ ихъ свешивается, пыльникъ какъ бы виситъ на немъ и разбрасывав!» цветня препятствй не представляется.
Подобно злакамъ раскидывается цветень также у конопли и хмбля (Cannabis, Humulus) и у многочисленныхъ видовъ щавеля и василистника (напр., Rumex alpinus и scutatus, Thalictrum alpinum, foetidum, minus); пыльца и тутъ освобождается изъ пыльниковъ, благодаря качашю ихъ на тонкой нити; только ра- стешя эти не имеютъ чешуй, а недозрелые пыльники прячутся подъ защиту не- болыпихъ лепестковъ. Кроме того у конопли, хмеля и названныхъ видовъ васи- листника пыльцевые мешки не расходятся врозь, а напротивъ: щели ихъ такъ узки, что сначала цветень только съ трудомъ и понемногу высыпается изъ нихъ. У подорожниковъ (Plantago) распыляюпцйся цветень выбрасывается пыльниками, сидящими на длинныхъ нитяхъ, тоже лишь вcлeдcтвie раскачивашя ихъ ветромъ. Въ почке нити эти еще сложены, но лишь только она открывается, нити расправляются и отходять отъ колоса прямо въ сторону. Несомые нитями подвижные пыльники широки и обыкновенно имеютъ форму пряничнаго сердца; оба пыльниковые мешка, изъ которыхъ они состоять, открываются лишь на стороне, обращенной къ небу, а потому и щель, черезъ которую цветень попадаетъ на воздухъ, находится также сверху. Вероятно, отъ этого то обстоятельства и зависитъ медленное освобождеше пыльцы у подорожниковъ, процессъ длится несколько дней. Къ подорожникамъ примыкаютъ въ этомъ отношеши вязы, японская боккошя (Bocconia Japonica),вacилиcтники съ прямыми тычинками (Thalictrum aquile- gifolium, angustifolium, flavum ит. д.), равно какъ виды черноголовника и крас- ноголовника (Poterihm nSanguisorba). Тычинки вязовъ всегда остаются прямыми, но ко времени раскрыванья пыльниковъ вытягиваются вдвое противъ своей первоначальной длины и раскрывппеся пыльники представляются тогда двумя плоскими чашами; у бокконш пыльниковые мешки имеютъ видь длинныхъ узенькихъ нишъ; ихъ вертикальный нити похожи на старинное украшеше временъ „барокъ“, такъ называемыя дрожапця иглы; оне причудливо изгибаются и колышатся при малей- шемъ дуновеши ветерка*). У частопопадающагося на лугахъ предальшйской флоры василистника (Thalictrum aquilegifolium), равно какъ у сибирскаго красноголовника (Sanguisorba alpina) тычиночныя нити булавовидно вздуты на верху и, подобно бок- коши, устроены такъ, что качаются при малейшемъ ветерке. Виды родовъ Plantago, Thalictrum и Ulmus замечательны въ томъ отношеши, что образовавшаяся въ сухую погоду щель на тычинке быстро закрывается въ дождь и остается замкнутой, пока онъ не пройдетъ.
Во всехъ разобранныхъ до сихъ поръ случаяхъ образовавшаяся въ пыльни- кахъ пыльца непосредственно разбрасывается въ окружающую атмосферу. Однако есть еще много растец!й, распыляющаяся пыльца которыхъ сначала падаетъ на такое место цвбтка, где находить хорошую защиту отъ сырости, остается тамъ некоторое время и затемъ сдувается ветромъ только при наступлен!и б л агопр!ятныхъ у с л о в i й. Временнымъ местопребывашемъ цветня делаются весьма разнообразный части цветка. У сосенъ, елей и пихтъ для этой цели служить изнанка другой тычинки. Какъ видно на рис. 1 стр. 134, у горной сосны (Pinus Pumilio) верхняя часть всбхъ тычинокъ несколько вдавлена, такъ какъ края ихъ несколько выгибаются, да кроме того на нихъ накладывается большая кожистая чешуя, которая
Прим. пер. ГПрим. пер. Г♦) Ихъ и теперь дамы носять на шляпахъ.
Прим. пер. Г
Прим. пер. Г
полуЧаётся путём*5 райрбёТанЕя " спайки, кром* того н&рёво и налево бтъ средней лйнЕина кожистой тычинк*1 находится неглубокая ложбинка. Как*5 легко убедиться, эта утлублётя служат* длЛ сохранейй ■' пыльцы, выпадающей из* вьппелёл&щаго'
Горная сосна (Pinns Pumilio): 1) отдельная тычинка сверху; 2) три стояшдя другъ надъ другомъ тычинки сбоку» освобождающаяся йзъ верхняго пыльцевого м-Ьшка, пыльца падаетъ на наружную сторону нижележащей тычинки 3) два колоска мужскихъ цв-бтовъ; 4) в-Ьтка, съ колосьевъ которой поднимается пыльца; 5) женсШе цв-Ьты. Рис. 1 и 2 увеличены 10 разъ; рис.З: 8 разъ; рис. 5: 2 раза; рис. 4 въ естественную величину. Ср. 135 стр. тексту И
; , сл’Ьдующш главы. t .
пыльника (см. рис. 2 на этой стр.), а такъ какъ обыкновенно вс4 пыльники, собранные въ колосокъ, раскрываются разомъ, то и у вс4хъ тычинокъ въ одно время на спинк&- откладывается цветень (см. рис. .3 на этой стр.). Пока в^тра нЬтъ, цветень
Тиссе (Taxus baccata): 1) пыльникъ еъ замкнутыми пыльниковыми м-Ьшка^Тиссе (Taxus baccata): 1) пыльникъ еъ замкнутыми пыльниковыми м-Ьшка^ми; 2) пыльникъ съ раскрытыми, и опорожненными пыльцевыми мешками;3) в^тка, нижн!е цв-Ьты которой выбрасывають пыльцу. ..Рис# 1 и 2 увеличены приблизительно въ 10 разъ, рис. 3, — 3 раза. Ср. 135 стр. текста.ми; 2) пыльникъ съ раскрытыми, и опорожненными пыльцевыми мешками;3) в^тка, нижн!е цв-Ьты которой выбрасывають пыльцу. ..Рис# 1 и 2 увеличены приблизительно въ 10 разъ, рис. 3, — 3 раза. Ср. 135 стр. текста.
Тиссе (Taxus baccata): 1) пыльникъ еъ замкнутыми пыльниковыми м-Ьшка^
Тиссе (Taxus baccata): 1) пыльникъ еъ замкнутыми пыльниковыми м-Ьшка^
ми; 2) пыльникъ съ раскрытыми, и опорожненными пыльцевыми мешками;
3) в^тка, нижн!е цв-Ьты которой выбрасывають пыльцу. ..Рис# 1 и 2 увеличены приблизительно въ 10 разъ, рис. 3, — 3 раза. Ср. 135 стр. текста.
ми; 2) пыльникъ съ раскрытыми, и опорожненными пыльцевыми мешками;
3) в^тка, нижн!е цв-Ьты которой выбрасывають пыльцу. ..Рис# 1 и 2 увеличены приблизительно въ 10 разъ, рис. 3, — 3 раза. Ср. 135 стр. текста.
остается лежать въ своемъ убежище, но лишь только вЬтеръ закачаетъ ветви
сосны, онъ сбрасывается и тогда легко видеть, какъ подымаются съ колосковъи уносятся ветромъ целый облака желтой пыли (см. рис. 4 на 134 стр.).
Несколько отличныя отъ вышеописанныхъ для сосенъ, пихтъи елей приспо- соблешя наблюдаются у тисса (Taxus baccata). Спайка тычинки не оканчивается у этого хвойнаго вздутой чешуёй, анесетъ на конце щитикъ въ вид4 кружка съ городчатыми краями. Вместилища цветня прикреплены снизу, иначе говоря, Съ Садней стороны этого щитика, въ чемъ легко убедиться, взглянувъна рис. 1. И ты
чинки собраны здесь въ округлую головку и щитовидныя спайки ихъ складываются въ виде мозаичнаго рисунка, такъ что съ поверхности совершенно не видно пыльниковъ. Когда цветень дости- гаеть зрелости и при- нимаетъ видъ пыли, пылья и ки, спрятанные подъ щитиками, начи- наютъ лопаться, края ихъ < съеживаются и тычинки принимаютъ теперь форму, изображенную, здесь на рис. 2. Теперь щитики похожи на купола, не-
сомые короткими стол- бами и прикрываюпце пространства, въ котб-
рыхъ сложена. свободная пыльца въ виде пыли. При сухой, теплой погоде ткань
щитиковъ несколько съеживается, вследств!е чего между ними получаются не*- болыше промежутки, такъ что шарь, образованный тычинками, кажется какъ бы треснувшимъ (см. рис. 3 на этой стр.). И вотъ, лишь только порывъ ветра заставить ветки тисса закачаться, изъ этихъ щелей вылетаетъ въ виде малень- кихъ облачковъ пыли, часть цветня. Вечеромъ, когда воздухъ становится сырее,
а также и днемъ въ дождливую погоду, щитики снова сжимаются вплотную, остав- ипйся цветень запирается и защищенъ отъ сырости. Когда затемъ наступаетъ сухая, /теплая погода, щели вновь раскрываются и последше остатки цветня выду
ваются изъ нихъ. ,
Приспособлешя, описанныя здесь въ наглядномъ примере тисса, встречаются съ. некоторыми видоизменешями у можжевельника, кипариса и негшючки (Juniperus Cupressus, Thuja); открытыя въ сухую и замкнутыя въ сырую погоду головки ты- чинокъ одного вида можжевельника, Juniperus Virginiana, были уже изображена на рис. 15—18 стр. 117. Къ удивлению, эти только что названныя хвойныя. не имею-
щ!я никакихъ родственныхъ связей съ чинаромъ (Platanus), обнаруживают совершенно одинаковыя съ нимъ приспособлешя для разноса пыльцы. Тычиночная спайка его напоминает щитикъ или подушечку, прикрываюпце пыльникъ, и каждая тычинка, взятая порознь, похожа на коротк!й гвоздь съ большою толстою шляпкою. Наряду съ маленькими бородавочками, въ которыхъ усматривают захирйвппе лепестки, шаровидное дно соцвййя несет большое число такихъ тычинокъ, похо- жихъ на гвозди. Онй торчат от шара во вей стороны и щитовидныя спайки ихъ сталкиваются друга съ другомъ, точь въ точь какъ у тисса. Какъ и тамъ, подъ по- кровомъ смыкающихся спаекъ образуются полости, служапця временнымъ мйстопре- бывашемъ клйтокъ цвйтня, выпавшихъ изъ треснувшихъ и съежившихся пыльни- ковъ. Процессъ распылешя этихъ клйтокъ, впрочемъ, нйсколько иной чймъ у тисса, кипариса и можжевельника. Дйло въ томъ, что у чинаровъ отдйльныя тычинки выпадают какъ камешки изъ мозаики и получаются дырки, являюпцяся отверст!ями для полостей, наполненныхъ цвйтнемъ. Изъ этихъ то дырокъ и выпадаетъ цветень въ видй маленькихъ облачйовъ, коль скоро соцвйтая, висяпця на длинныхъ ножкахъ, придут въ колебательное движете.
У различныхъ деревьевъ и кустарниковъ, мужегае цвйты которыхъ, собранные въ сережки, свйшиваются подобно бахромй на мебели, какъ, напр., у лещины (Согу- 1ns), ольхи (Alnus, см. рис. на 127стр.), березъ, тополей и граба, временнымъ мйстомъ oтлoжeнiя пыльцы служить изнанка цвйтовъ. Сережки вейхъ этихъ растетй сначала торчат кверху въ видй толстыхъ короткихъ ци- линдровъ или шишекъ. Вскоре, прежде -чймъ пыльники успеют лопнуть, стержень сережки вытягивается и свешивается внизъ; сидяпце на немъ цветы вслйдств!е этого вей приходят въ обратное положете—ихъ устье обращено внизъ, а спина кверху. Спинка каждаго цвйтка устроена такъ, что пыльца, выпадающая изъ пыль- никовъ выше лежащаго цветка, откладывается на ней и удерживается до тйхъ поръ, пока сережка не закачается от ветра и пыль не будет унесена имъ (см. рис. Juglans regia на фиг. 2, стр. 88).
Иногда роль складочнаго места для пыльцы беретъ на себя верхняя чашевидно углубленная сторона лепестковъ и прицвйтни- ковъ. Это замечается, напр., у различныхъ видовъ рдеста (Potamogeton), у веревочника (Triglochin) и облйлихи (HippophaS). У курчаваго рдеста (Potamogeton crispus), растевоя, живущаго подъ водою прудовъ и медленно текущихъ ручьевъ, колосья цвйтовъ показываются надъ поверхностью воды въ середине лета (см. рис. на 138 стр.); мясистая, краснобурыя, больппя рыльца способны принимать пыльцу уже когда рядомъ столице пыльники еще совершенно закрыта. Даже лепестки къ этому времени еще не успйли открыться и ихъ можно различить только подъ четырьмя поставленными на крест лопастями рыльца. Только когда рыльца уже начинают завядать, отгибаются чашевидные лепестки. Почти въ то же время на болыпихъ бйлыхъ пыльникахъ образуются продольный трещины, изъ которыхъ обильно высыпается желтая зернистая пыльца. Когда ко времени раскрывашя пыльника задует свйж!й сухой вйтерокъ, то часть цвйтня тотчасъ же уносится имъ; при безвйтрш же цвйтень частью падает внизъ въ углублете того лепестка, который, подобно ложкй съ короткой рукоятью, помйщается подъ пыльникомъ. Въ тихую погоду цвйтень может пролежать здйсь нйсколько часовъ. Только порядочный вйтеръ въ состояти унести его оттуда и доставить къ цвйтамъ, находящимся
еще на ранней стадш развитая, при чемъ четыре лучевыя лопасти рыльца у нихъ уже вдуть пыльцы, а пыльники еще не раскрывались и лепестки еще закрыты (см. рис. на 138 стр.). '
Еще замечательнее, чемъ у рдеста, временное отложеше цветня въ вогну- тыхъ лепесткахъ веревочника (Triglochin). У этого растетя также развитее рылецъ
Лещина (Corylus Avellana) съ цветами и плодами. Ср. стр. 136 и 139 и слбдуюшДя главы.
предшествуете созреванпо тычинокъ на 2—3 дня. Пока рыльце, имеющее видь шелковаго помпона, остается свежимъ и способнымъ къ принятаю пыльцы, пыльники еще замкнуты и раскрываются только, когда рыльце съеживается, вянете и темнеете (см. рис. на 139 стр.). Тычинки, числомъ 6, образуют две трехчленныя товки (ср. 648 стр. I тома), и подъ каждой тычинкой находится лепестокъ съ глубокой выемкою. Лишь только пыльники раскрываются, цветень постепенно скатывается въ углублеше стоящаго ниже лепестка, который къ тому времени успелъ уже несколько удалиться отъ оси цветка и не такъ прочно прикрепленъ къ ней.
Зд&ь дййбнь! остается, пбНа вееёръ не Ныдуетъ его иёъ5 его времёнйагё убежища. Замечательно to обстоятельство, ‘Птё не Boi 6 тычинок! п^тНа открываются сразу, а сначала делаютъ это 3 нижшя тычинки; когда вбтеръ разнесетъихъ пыльцу, он! отпадают! вместе съ лежащими Нодъ ними лепестками? ЗатЬмъ только начи- наеть отсФ&ватН отъ осн следующая мутовка лСпестков! ; пыльники tpexb верхнйхъ тычинокъ лопаются, цветень иль попадаетъ въ помещающаяся подъ ними углубле- шя лепестковъ и описанный уже выше процессъ повторяется въ точности.
Въ виде третьяго примера относящихся сюда явлешй, стоить назвать еще облепиху (Hippophae), изображённую на стр. 103, рис. 2—5. У этого кустарника
Пы.лящ1й курчавый рдестъ (Potamogeton erispus). Ср. текстъ, стр. 136.
цветы располагается по бокамъ древесныхъ ветокъ въ виде маленькихъ клуб- ковъ. Каждый мужской цветокъ состоитъ изъ четырехъ тычинокъ и двухъ чаше- видныхъ прицветниковъ, стоящихъ другъ противъдруга; последше соприкасаются своими краями и такимъ рбразомъ получается маленьк!й пузырекъ, въ которомъ скрыты четыре тычинки. Золотисто-оранжевая пыльца зерниста и выпадаетъ изъ пыльнйковъ еще въ То время, когда пузырь замкнуть: Она падаетъ на дно полости й отДийнб1 защищена тамъ прицветниками отъ дождя и росы. Когда надъ кустами обл-ЬЦихи пронесется теплый, сухой вЪтеръ, пузыри раскрываются, полу^ чаются дв'Ь прбтиволежапця другъ другу щели и цвЬтень выдувается, оттуда малыми порщями. При сырой погодб оба прицветника быстро складываются, защищая этимъ оставшуюся еще пыльцу отъ сырости; при: наступлеши сухой погоды они вновь разстулаются, даютъ Доступъ вбтру, который и уносить остатки цветня. Лосред- ствомъ этого простого приспособления пыльца съ одной стороны ограждается отъ
сырости/!а съ Другой получается /возможность доставлять ее рыльцами соседнихъ кустове толькопри вполне благощлятныхъ внешнихъ услов!яхъ. - '
' ■ Въ связи съприспособлешями, излагавшимися здесь въпоследовательномъ порядке, значете которыхъ состояло въ томъ, чтобы распылять цветень только въ наиболее благощиятный моментъ, находится еще одно услов!е: путь, которому следуете цветень/чтобы -попасть на рыльца, недолженъ быть ничемъ загражденъ, а само рыльцо должно по форме своей, быть приспособлено для улавливашя пыльцы. Что касается йёрваго/то въ сущности, само собою понятно, что на пути, который проходить цветень, не должно быть препятствий. Если бы цветы веревочника, рдеста или злаковъ были окружены широкими листьями, то на этйхъ листьяхъ застрявала бы большая часть пыльцы и погибла бы тамъ точно
такъ же, какъ если бы она упала въ воду или на землю. Соответственно этому вс4 цветы, опыляемые ветромъ, собраны Ьъ колоски, сережки или метелки и си-' дятъ на вершине стебля, который торчитъ прямо на воздухъ, а ни-- когда йе бываете покрыть соседними листьями. Надо обратить особое внимаше на то обстоятель- - ство, что большое число растешй, опыляемыхъ ветромъ, ' цветутъ раньше перюда развертыйайя
листьейъ, вверяя свой цветень вбтру въ то время, когда зеленая листва ихъ еще скрыта въ поч- кахъ иди только-только покидаетъ ихъ. Облепиха, ольха, ясень, ле-
В е р е в о ч ни къ (Triglochin palust^^; 1)цв6токъ съ султано- виднымъ рыльцемъ, которое уже созрело, тогда какъ вс-Ь пыльники еще замкнуты; 2) цв-Ьтокъ, рыльце котораго уже завяло, а три пыльника, стояпце ниже, раскрылись и отложили свой цветень въ сумочки околоцв-Ьтника. У обоихъ цв-Ьтовь срезаны передше нижше лепестки. Увеличены въ 8 разъ; ср. 137 стр. текста.
щина—веб эти растешя цветутъ въ то время, когда ветви ихъ ещё совсемъ шены своего зёленаго покрова (см. рис. на 103, 127,128 и 137 стр.). Если бы эти
ли-
растёйя начинали цвести позже, когда широте листья ихъ уже совершенно
вы-
росли/ то переносъ пыльцы ветромъ оказался бы почти невозможнымъ; путь къ рыльцамъ былъ бы загражденъ безчислёнными препятствьями, на которыхъ цветень долженъ бЫлъ бы неминуемо повиснуть. '
Что касается рылёцъ, то у растен!й,, опыляемыхъ при помощи ветра, они получаютъ видъ настоящихъ ловушекъ цветня. Въ одномъ случае они мясисты, припухлы и на обращенной къ вётру стороне покрыты точно бархатомъ (см. рис. на 138 стр.), въ другихъ случаяхъ они представляютъ сплетёте длинныхъ/ вблосатыхъ или усеянныхъ бородавками нитей, накъ, напр., у бу
мажной шелковицы (см. рис. 1 и 6 на 128 стр.); иногда они въ виде пёрьевъ (см. рис. на 131 стр.), малярныхъ кистей и султановъ (см. рис. на 139 стр.). Въ то время, когда погода благопр!ятствуетъ разносу пыльцы, они всегда свободны и располагаются такъ, чтр клетки цветня, носяпцяся по воздуху, при столкновеши
съ ними вязнуть на нихъ какъ. мухи въ паутине. И - тбмъ не менее, несмотря на все эта лриспособлешя, исходъ процесса былъ бы очень сомнителёнъ, если бы не
являлось на помощь другое обстоятельство. Ветеръ вообще очень ненадежный союзнику особенно если онъ имееть дело съ предметомъ, который относится къ нему совершенно пассивно и не можетъ иметь никакого вл!ян!я на направлеше полета. Значить, важно, чтобы разносъ и распределеше пыльцы захватили большое пространство, а это возможно опять-таки лишь въ томъ случае, когда число пыль- цевыхъ клетокъ очень велико. Если бы соцвйпе крапивы давало лишь несколько тысячъ пылинокъ, то можно было бы считать счастливой случайностью, когда одна такая пылинка попадетъ на рыльце, удаленное на 5 метровъ; однако число пылинокъ, раскидываемыхъ одной осоьбю крапивы, измеряется милл!ардами, и въ той же пропорцш увеличиваются шансы на благополучный исходъ опылешя. Если сорвать мужсше цветы хвойныхъ, лещинъ, березъ, конопли или крапивы еще до раскрывашя пыльниковъ и заставить пыльцу высыпаться на какую-либо подстилку, напр., на листъ бумаги, то приходится удивляться массе получающейся та- кимъ образомъ пыльцы. Кажется прямо невероятными что въ такихъ маленькихъ пыльникахъ развилась такая масса цветня и это кажущееся недоразумеше выясняется только, когда вспомнишь, какъ сильно скучены клетки, наполняющая пыль- никъ и какъ рыхло лежать оне теперь, высыпавшись изъ него. Въ годы особенно обильнаго цветешя хвойныхъ, съ сосновыхъ лесовъ при умеренномъ ветре поднимаются громадный облака пыли и носятся гораздо выше макушекъ деревьевъ; тогда не только женсше цветы, но и хвои, сучья и ветки этихъ и соседнихъ деревьевъ, листья и цветы травъ на ближайшихъ лугахъ кажутся усыпанными желтою пылью. Когда въ перюдъ цветешя хвойныхъ внезапно набежить гроза, то пыльца можетъ быть смыта дождемъ и стекаюпця съ пригорковъ дождевыя воды кажутся окрашенными въ желтый цветъ и оставляютъ полосы и пятна желтаго порошка; это давало поводъ ко многимъ предашямъ о сбрномь дожде, будто бы падающемъ съ неба).
Переносъ пыльцы животными.
Если бы каждая глава этой книги начиналась виньеткою, иллюстрирующей ея содержаше, то вначале этой главы пришлось бы поместить группу цветовъ, окруженную бабочками, пчелами или шмелями; художникъ долженъ былъ бы вплести въ завитушки заглавной буквы одну изъ техъ, всемъ знакомыхъ, картинъ, который приходится видеть въ свбтлые летше дни на поляхъ и въ лесахъ; эти картины даютъ богатый матер!алъ для поэтическахъ описашй и для живописи особенно у первобытныхъ народовъ. Впрочемъ, изображешя бабочекъ, качающихся на пестрыхъ цветахъ, и пчелъ, собирающихъ медъ, и теперь еще находятъ всегда благодарныхъ поклонниковъ. Молодое поколете особенно охотно засматривается на эти картины, а такъ какъ молодежь никогда не переводится, то никогда и не будетъ недостатка въ людяхъ, которымъ болбе по вкусу тесныя рамки пестраго
луга съ его красивыми красками, чбмъ величественный горный пейзажъ, охваты- ваюпцй громадное пространство. Но если уже поверхностный взглядъ на отношешя между цветами и ихъ посетителям!! способенъ доставить эстетическое удовольств!е и отношеше это и у всехъ народовъ давало поводъ къ поэтическимъ творешямъ, то какое же нравственное удовлетворение долженъ выносить тотъ, кто стремится раскрыть причины этихъ странныхъ соотношешй и привести полученные результаты въ связь съ другими научными вопросами. Можно смело утверждать, что тщательный изследовашя случаевъ посещешя цветовъ насекомыми сильно подвинули впередъ решеше главнейшихъ задачъ современнаго естествознашя и потому можно высказать предположеше, что въ скоромъ времени продолжеше ихъ при- подыметъ завесу съ многихъ друтихъ не разрешенныхъ еще загадокъ.
Зоологи утверждаютъ, что мнопя приспособлешя на теле животныхъ стоять въ связи съ формою известныхъ цветовъ; это мнеше ихъ совершенно основательно. Ботаники пришли къ подобному же выводу, именно мнопя особенности цветовъ соответствуютъ форме и образу жизни посещающихъ ихъ животныхъ. Какъ разъ те животныя, для которыхъ цветы являются единственнымъ источникомъ питашя, такъ что безъ нихъ они должны были бы погибнуть, какъ оказывается, чрезвычайно различаются по форме, величине, окраске и вкусамъ, по времени когда они летаютъ и по привычкамъ своимъ, зависящимъ отъ климата и почвы. Отъ кро- шечныхъ комаровъ существуетъ целый рядъ промежуточныхъ по величине формъ до колибри и медовыхъ птицъ, до гигантскихъ бабочекъ Цейлона, Бразилш и Новой- Гвинеи, разстояше между концами распростертыхъ крыльевъ которыхъ достигаетъ 16 см.; эти бабочки такъ тяжеловесны, что кажется будто перелетъ съ цветка на цветокъ для нихъ очень труденъ. Этому ряду животныхъ можно противопоставить такую же лестницу растешй. Характеръ окраски животныхъ, посещающихъ цветы, приспособлешя для полета у жуковъ, мухъ, пчелъ, бабочекъ и птицъ, разнообраз!е органовъ, при помощи которыхъ названный животныя достаютъ себе изъ цветовъ пищу, хватательные органы, посредствомъ которыхъ они прицепляются къ цветамъ и удерживаются на нихъ, щетинки и волоски, служапце для захвата пыльцы, все эти приспособлешя соответствуютъ параллельному имъ различие между формою и окраскою различныхъ цветовъ.
Одновременно съ раскрывашемъ первыхъ весеннихъ цветовъ выходятъ изъ куколокъ и первыя бабочки; пчелы и шмели просыпаются отъ своей зимней спячки въ тотъ самый солнечный день, когда сережки ивъ, вылупившись изъ своихъ по- крововъ, начинаютъ предлагать имъ свой медъ и свою пыльцу. Мнопе цветы, открывающееся раннимъ утромъ, посещаются только бабочками, который просыпаются въ это же время; когда цветы эти на ночь закрываются, и животныя также отправляются по домамъ, складываютъ крылышки и спять всю ночь. Друпе цветы раскрываются только после заката, когда все дневныя бабочки уже отправились на покой; и вотъ являются ночныя животныя, бабочки, совки, шелкопряды и бражники, который днемъ прятались по темнымъ угламъ и начинаютъ летать только при наступлении сумерекъ. Вотъ каковы взаимный соотношешя живыхъ су- ществъ, которыя прямо навязываются даже самому поверхностному наблюдателю, и о которыхъ у насъ уже не разъ шла речь.
Однако въ настоящее время мы не ограничиваемся более описашемъ фактически существующаго, а при всехъ явлешяхъ спрашиваемъ о ближайшихъ и
отдал енныхъ цричинахъ и ищемъвнутреннююсвязь между разыгрывающимися на нашихъглазахъ процессами. Тутъ самъ собою напрашивается вопросъ: что за- ставляетъ насеиомыхь и мелкихь пташекъ садиться на цветы, какую выгоду по- лучаютъ; рта этого растещя? Ответь гласить: въ #црторыхъ случаяхъ забота. о потомстве, въ другихъ поиски крова отъ непогоды, а чаще всего забота о про- питаши. Цветы предлагаютъ животнымъ убежище для ихъ вы-, водка, временный,кррвъ и изысканную пищу, но разсчитываютъ при этомъ на-взаимн^ое одолжен!е:—они над лейенарфкомыхъ овоею пыльцою, котррая переносится на рыльца другихъ подобныхъ цвйтовъ и такимъ способрцъ на ступ аютъ видоизмененья,, сопровождающаяся обраиован!©^^ сйцянъ. И вотъ следующимъ строкамъ предстоять рядомъ отдельныхъ случаевъ доказать этотъ ответь, высказанный голословцо, и, значить, обосновать его фактически. ;
Что карается прежде всего выбора места для отложендя яицъ, то уже давно известно, что ночныя бабочки рода Dian- thoecia и некоторые виды рода Mamestra откла- дываютъ свои яйца въ цвйты гвоздичныхъ ра- стен!й, напр., слепца, хлопушки, мыльной травы, дремы (Silene nutans, Silene inflata, Saponaria officinalis, Lychnis flos cuculi). Изъ яицъ, от- ♦ кладываемыхъ самкою посредстцомь довольно длиннаго яйцеклада, вскоре выходятъ малень- к!я гусеницы, которыя свободно движутся въ полости завязи, не разделенной перегородками,
СлЪпецъ (Silene mitaas) днемъ. Ср. 143 стр. наХОДЯТЪ ТВМЪ И СООТВбтСТВуЮЩШ КОрМЪ. Д^ЛО въ томъ, что гусеницы эти питаются семяпочками и молодыми семенами, сидящими въ полости завязи на конусовидномъ конце цветоложа, напоминающемъ иногда подушку. Когда оне выростаютъ, имъ не трудно бываетъ прогрызть боковую стенку завязи, выползти черезъ получившееся отверспе на волю, покинувъ свою прежнюю квартиру, и превратиться въ куколку. Если бы личинки Dianthoecia -объедали все семяпочки завязи, то для раетешя это было бы не только не полезно, а даже вредно; но семяпочекъ бываетъ такъ много, что это случается очень редко, а если бы это и произошло, то на томъ же растеши окажется другой цветокъ, въ которомъ останется достаточно зрблыхъ семянъ. Большинство вышеупомянутыхъ гвоздичныхъ цвететъ ночью, между прочими, и изображенный на стр. 142 и 144 слецецъ (Silene nutans); цветы эти раскрываются въ сумерки, ночью все время открыты и складываются на заре следующаго дня. Это явлеше повторяется на каждомъ цвйткб, по крайней мере трижды. Въ первый вечеръ раскрываются лепестки, которые до того времени были сложены въ почке; теперь они принимаютъ видъ звезды и даже слегка откидываются назадъ (см. рис. на 144 стр.); затемъ довольно быстро изъ середины цветка выталкиваются 5 тычинокъ, пыльники которыхъ вскоре лопаются, со: всехъ сторрнъ покрываются пыльцою и остаются въ этомъ состояши впродолжеше, всей ночи. Вт» поддень
сл!дующаго дня нити ввгЬпшяго круга тычинокъ выгибается наружу, а пыльццки съ нихъ сваливаются. Piste они продолжают вис!ть на концахъ загнутыхъ на- задъ нитей въ вид! пустыхъ м!шковъ. На сл!дуюпцй вечерь наступает очередь второму кругу тычинокъ, он! также выносятся къ з!ву дв!тка, лопаются въ Сумерки и высыпают свою пыльцу. На треий день и эти тычинки выгибаются, причемъ пыльники ихъ обыкновенно отваливаются, и съ настуцлешемъ сумерокъ выдвигаются бархатистыя рыльца S—образной формы, которыя раньше были сложены и спрятаны въ глубин! цв!тка. Рука объ руку съ этими процессами изм!- няется и положеше лепестковъ. Уже было сказано, что свернутые въ почк! лепестки первый день развертываются, расправляются въ вид! зв!зды и откидываются назадъ. Кром! того въ это время у цв!товъ бывает чудный ароматъ, при- влекаюпцй многихъ ночныхъ нас!комыхъ, но слышенъ этот запахъ только съ 8 ч. вечера до 3, приблизительно, часовъ утра. - Съ наступлешемъ дня лепестки снова свертываются, причемъ въ ясную и теплую погоду это происходит быстр!е, въ холодную же и с!рую — тише. При этомъ складываши на лепесткахъ образуются продольный складки, они становятся морщинистыми и дают 5 клубковъ, окружающихъ з!въ цв!тка; при б!гломъ взгляд! на такой цв!токъ можно подумать, что онъ уже отцв!лъ (см. рис. стр. 142). Но лишь только наступает вечеръ, морщины на лепесткахъ сглаживаются, сами они развертываются, раскрываются въ вид! зв!зды и вновь откидываются назадъ. Особенность этихъ цв!товъ заключается въ томъ, что внутренняя сторона лепестковъ окрашена въ б!лый, а наружная въ грязно-желтый, зеленоватый, буроватый, сизый или пепельно-с!рый, во всякомъ случа! въ неопред!ленный, не бросаюпцйся въ глаза цв!тъ. Зв!здчатые и откинутые назадъ лепестки, выставляюпце наружу свою внутреннюю сторону, легко зам!тны въ сумерки, между т!мъ какъ скомканные завернутые, видимые только съ задней стороны, они днемъ нисколько не бросаются въ глаза, а скор!е производят такое впечатл!те, будто уже завяли и потому побур!ли, какъ это видно на рис. на 142 стр. Всл!дств1е этого названные цв!ты днемъ не обращают на себя внимашя нас!комыхъ. .
Но къ этому-то, повидимому, растете и стремится. Нас!комыя, пос!щаюпця эти цв!ты днемъ, чтобы полакомиться его медомъ, являются для сл!пца далеко не желательными гостями. Нити тычинокъ откинуты назадъ, пыльники съежились или отпали, а если и не отпали, то во всякомъ случа! они пусты, и съ нихъ нельзя получить.цв!тня. Животное, жадное до меда не могло бы ни принести пыльцы на цв!токъ, ни унести ея и потому медь доставался бы ему совершенно даромъ. Напротивъ, цв!тамъ это было бы крайне невыгодно, такъ какъ сл!дую- щей ночью у нихъ было бы тогда слишкомъ мало приманки. Короче сказать, цв!- ты этихъ гвоздичныхъ растешй впродолжеши дня избавлены от пос!щешя насекомыми, такъ какъ у нихъ на показъ выставлена невзрачная сторона лепестковъ, аромата н!тъ и вообще они производят впечатл!ше, будто совершенно уже завяли и ничего путнаго ждать от нихъ нельзя. Но лишь только наступает ночь, тычинки, нагруженныя пыльцею, и бархатистыя рыльца высовываются ко входу въ цв!токъ, ароматъ его и б!лая окраска лепестковъ служит приманкою для" нас!- комыхъ, которыя теперь являются желанными гостями, конечно, впрочемъ, только тогда, если по величин! своего т!ла они могут принять на себя пыльцу и переносить ее съ цв!тка на цв!токъ. Друтихъ, слишкомъ мелкихъ или не ум!ющихъ
С л tn е ц ъ (Silene nutans) ночью; на одинъ цвйтокъ садится ночная бабочка Dianthoecia albimacula. Ср. 143 стр. текста.С л tn е ц ъ (Silene nutans) ночью; на одинъ цвйтокъ садится ночная бабочка Dianthoecia albimacula. Ср. 143 стр. текста.
С л tn е ц ъ (Silene nutans) ночью; на одинъ цвйтокъ садится ночная бабочка Dianthoecia albimacula. Ср. 143 стр. текста.
С л tn е ц ъ (Silene nutans) ночью; на одинъ цвйтокъ садится ночная бабочка Dianthoecia albimacula. Ср. 143 стр. текста.
летать, цвЬтокъ не подпускаеть къ себ4, для чего у него есть особыя приспосо- бДешя, о которыхъ р4чь впереди. Изъ желанныхъ же посетителей по величин^ и форме тела, длине хоботка и другимъ приспособлешямъ лучше всего подходить къ дблу оплодотворешя родъ Dianthoecia, одинъ видь котораго представленъ на рисунке въ момента посещешя цветка. И действительно, эти маленыпя ночныя бабочки охотно прилетаюта къ слепцу, пьюта его медъ, а самки кроме того откладываюта въ него свои яички. Случается, что самки, сосавш!я медъ на одномъ цветке, вымазываются его пыльцою, а затЬмъ перелетаюта на другой, чтобы отложить тамъ свои яйца, причемъ, конечно, оставляюта на рыльце и часть цветня. Результата этихъ процессовъ следующей. Цветы слепца и друтихъ упомянутыхъ гвоздичныхъ разсчитаны на мелкихъ бабочекъ изъ родовъ Dianthoecia и Маше- stra и почти исключительно или во вся- комъ случае преимущественно посещаются этими животными. Маленьюя бабочки эти получаюта тамъ медъ, самки ихъ нахо- дятъ удобное место для кладки яицъ. Взаимная услуга, оказываемая бабочками гвоздичному растешю состоять въ томъ, что оне переносятъ пыльцу съ цветка на цветокъ и темъ способствуютъ развитие плодовъ, которыхъ безъ ихъ участая наверное бы не было.
Описанныя здесь отношешя между маленькими ночными бабочками родовъ Dianthoecia и Mamestra и гвоздичными растеньями родовъ Silene, Lychnis и Sapo- naria повторяются для многихъ друтихъ бабочекъ и растешй. Въ такомъ же отно- шенш находятся, напр., мнопе виды ма- ленькихъ синихъ дневныхъ бабочекъ изъ рода Lycaena къ бобовымъ и розоцвет- нымъ растешямъ. Хорошенькая Lycaena Hylas посещаетъ цветы перелетника
(Anthyllis Vnlneraria), перенося цветень' съ одного растещя на другое. Самка откладываета яички въ завязь посещаемыхъ цветовъ, а изъ яичекъ выходятъ
личинки, питаюпцяся молодыми обменами. Во взросломъ состояши личинки поки- даютъ завязь и прячутся подъ землею, превращаясь тамъ въ куколки. Такое же отношеше существуетъ и между южно-европейской Lycaena Baetica и пузырнымъ. деревомъ (Colutea arborescens), между Lycaena Areas и красноголовникомъ (San- guisorba officinalis) и многими другими; но надо замбтить, что цвбты этого расте* шя пообщаются, кромб бабочекъ, еще и другими наебкомыми, которыя не откла- дываютъ яицъ въ завязь и вознаграждаются за перёносъ пыльцы однимъ тольке медомъ; такимъ образомъ этотъ случай относится сюда лишь отчасти.
Зато былъ открытъ образъ жизни одной моли, по имени Pronuba yticcasella, живущей на одномъ видб Yucca, который представляетъ замбчате л ьнбйш!й примбръ переноса пыльцы посредствомъ.
насбкомыхъ, отеладывающихъ яйца; поэтому мы его опишемъ подробнее. Цветы всехъ видовъ рода Yucca образуютъ объемистое соцвейе въ виде кисти (см. рис. на 661 стр. I тома); цветы имеютъ видъ колокола и висятъ на зеле-
Переносъ пыльцы насекомыми, откладывающими яйца: 1) ветка изъ соцвет!я Yucca filamentosa, средюй цветокъ раскрылся, нижнш, который днемъ былъ открыть, теперь уже замкнуть, остальные цветы еще въ етад!и почекъ; 2) отдельный цветокъ этого растешя, посещаемый молью Pronuba yuccasella, три передше покроволи- етики удалены; 3) рыльце Yucca filamentosa; 4) Pronuba yuccasella подлетаетъ къ Yucca filamentosa, освещенной луною; 5) голова Pronuba yuccasella, хоботовидныя челюстныя щупальца которой держать комъ, скатанный изъ пыльцы; 6) ветка съ соцвет!емъ Ficus pumila; соцветие этого растешя, имеющее видъ урны, представлено въ продольномъ разрезе; 7) отдельный женск!й цветокъ того же растешя со дна урны; 8,9) мужск!е цветы Ficus pumila съ верхней части урны; 10) урна Ficus Carica, наполненная галлами Blastophaga, въ продольномъ разрезе; вблизи устья фиговая оса (Blastophaga grossorum), выползшая изъ галла; 11) соцве-пе Ficus Carica, имеющее видъ урны, въ продольномъ разрезе; близъ устья две осы фиговыя, изъ которыхъ одна уже влезла въ соцветш, а другая собирается это сделать; 12) мужской цветокъ; 13) женск!й цветокъ Ficus Carica съ длиниымъ столбикомъ; 14) галлъ, развив- цпйся изъ женскаго цветка съ короткимъ столбикомъ; 15) Blastophaga grossorum вылезаеть изъ галла; 16) высвободившаяся Blastophaga; 17) она же въ увеличенномъ виде. Фиг. 1, 2, 4, 6, 10, 11, 16 въ ест. велич.; рис. 3 ув. въ 2, рис. 5 въ 20, рис. 7—9, 12, 13 въ 5разЪ; рис. 14, 15, 17 въ 8 разъ. Ср. 145—149 стр. текста.
ныхъ гладкихъ цвбтоножкахъ. Покроволистики, числомъ шесть, желтовато-бблаго или розовато цв^та и потому даже въ сумерки видны на далекое разстояше. Раскрываясь вечеромъ, они образуютъ широтой колоколъ (см. рис. 2 на этой стр.). Одно-
Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растешй, т. П. ДО
временно съ покроволистиками открываются и маленьше пыльники, которые сидятъ на толстыхъ бугорчатыхъ выгнутыхъ кнаружи нитяхъ, и на винтообразныхъ щеляхъ ихъ показывается желтая, липкая пыльца. Каждый цветокъ открытъ только впродолжеше одной ночи, уже на следующей день свободные концы его шести лепестковъ поникаютъ, цв-Ьтокъ получаетъ видъ шара или пузыря съ шестью узкими боковыми отверспями (см. рис. 1 на 145 стр.). Въ вечершя сумерки и ночью вокругъ цветовъ юкки кружатся целые рои маленькой беловато-желтой моли (Рго- nuba yuccasella; ом. рис. 4 на 145 стр.), которая при лунномъ свете имеетъ металлически видъ. Самки этихъ бабочекъ влезаютъ въ открытые колокола и стараются прежде всего овладеть пыльцею, но не для того чтобы ее съесть, а съ единственною целью перенести ее куда нибудь. Для этой цели у нихъ есть даже юсобыя приспособлешя. Первый членикъ челюстныхъ щупалецъ сильно удлиненъ, со внутренней стороны густо усаженъ щетинками и можетъ быть свернутъ какъ хоботъ (см. рис. 5 на 145 стр.). При помощи этого хобота насекомое захватываешь цветень, скатываешь его въ шарикъ и удерживаешь на себе. Шарикъ пыльцы бабочки прижимаютъ къ голове, заворачивая челюстныя щупальца, такъ что получается такое впечатлите, будто у бабочки зобъ. Нагруженная этимъ ко- момъ пыльцы, который иногда втрое больше головы, моль покидаешь одинъ цвбтокъ, чтобы тотчасъ же переправиться во второй. Прибывъ туда, она быстро б-Ьгаетъ въ кружокъ, изредка подпрыгивая и, наконецъ, растопыривъ ноги, садится разомъ на пару толстыхъ тычиночныхъ нитей, выгнутыхъ наружу. Теперь она старается достичь своимъ яйцекладомъ удобнаго места сбоку пестика и откладываешь туда яйца. Яйцекладъ состоитъ изъ четырехъ сложенныхъ вместе роговыхъ щетинокъ и въ состоянья пробуравить ткань пестика. ЗашЬмъ, отложивъ яички и вытащивъ яйцекладъ, моль бежитъ къ концу воронковиднаго рыльца (см. рис. 3 на 145 стр.), раскатываетъ тамъ свои хоботовидныя щупальца и запихиваешь пыльцу въ воронку рылецъ, причемъ все время киваетъ головою (см. рис. 2 на 145 стр.). Полагаютъ, что моль эта несколько разъ подрядъ повторяешь кладку яицъ и разгрузку пыльцы на одномъ и томъ же цветке.
Большинство яицъ, введенныхъ въ пестикъ, откладываются вблизи семяпо- чекъ. Они продолговаты, узки и прозрачны, быстро увеличиваются въ объеме и вскоре въ нихъ ясно замечается свернутый зародышъ. Уже на 34й или на 4-ый день выползаетъ личинка и тотчасъ же принимается съедать семяпочки въ полости завязи. Каждой личинке для полнаго развипя требуется 18—20 семянъ. Придя въ возрастъ, она прогрызаетъ пока еще сочную стенку завязи, выползаетъ сквозь дырку, по паутинной нити спускается на землю, сверлитъ себе тамъ углублеше и плетешь яйцевидный коконъ, въ которомъ и остается до следующаго лета. За 14 дней до начала цвететя юкки, она обращается въ куколку и въ то самое время, когда цветы юкки распускаются, изъ кокона освобождаются также и металлически- серебристыя бабочки.
Для полнаго выяснешя соотношешй между юккою и этой молью валено указать на то, что безъ учаейя насекомыхъ лишай цветень этого растешя не въ со- стояши попасть на рыльце. Только у Yucca aloefolia переносъ цветня на рыльце совершается иногда при посредстве лепестковъ или путемъ удлинешя тычиночныхъ нитей, однако у большинства видовъ этого рода, именно у техъ, плоды которыхъ представляютъ коробочку, этого наверное не бываешь. За исключешемъ этой моли
насекомыя прилетаютъ только очень редко и сб, который случайно забредутъ на эти цветы, нисколько не способствуют переносу пыльцы. Если бы Pronuba yuccasella не совершала этого переноса, то семяпочки, а стало быть и семена юкки неизбежно погибли бы. И действительно, если заградить кисеею моли доступъ къ цветамъ, то плоды изъ нихъ не развиваются. Въ техъ садахъ, где нетъ этой моли, юкки не приносятъ плодовъ. Yucca filamentosa, посещаемая на своей родине молью и приносящая тамъ обильныя коробочки плодовъ, не дала ни одного зрелаго сб- мени въ венскомъ ботаническомъ саду, гдб она отлично цвела, но где не было моли Pronuba. У некоторыхъ видовъ, напр., у Yucca gloriosa, никто еще никогда не виделъ плодовъ, ни на родине ея, ни въ садахъ, и потому полагаютъ, что моль, содействовавшая оплодотворенш этого вида, вымерла. Мы не станемъ решать этого вопроса; одно достоверно, что безъ содейств!я Pronuba yuccasella некоторые виды юкки, именно те, у которыхъ семена сидятъ въ коробкахъ, не обра- зуютъ плодовъ и семянъ. Съ другой стороны достоверно известно, что гусеница итого вида живетъ на юкке, и потому надо пршти къ заключенно, что моль з а- пихиваетъ пыльцу въ рыльце цветовъ юкки для того, чтобы личинки ея получали нужную имъ для жизни пищу.
Понятно, такой выводъ вовсе не требуетъ допущешя, что моль эта производить такой целесообразный переносъ пыльцы съ заранее обдуманнымъ намерешемъ. Но нельзя также ничего возразить противъ допущешя, что животныя эти безсозна- тельно помогаютъ растетямъ. Запихиваше пыльцы въ воронку рыльца не более и не менее удивительно, чемъ тотъ фактъ, что бабочки капустницы отдаленныхъ горныхъ долинъ отыскиваютъ немногочисленный въ этихъ местахъ поселки съ огородами, а иногда проводятъ целые часы въ этихъ поискахъ для того только, чтобы найти капусты, куда оне откладываютъ свои яички, желая обезпечить кормомъ свой выводокъ; мнопя гусеницы, живулця на деревьяхъ, обкладываютъ свой ко- конъ кусочками коры или лишаевъ, чтобы птицы не приметили ихъ, а друпя гусеницы, поселяюпцяся въ твердыхъ частяхъ растешя, пробуравливаюсь передъ пре- вращешемъ своимъ въ коконъ особый ходъ, чрезъ который могла бы выйти мягкая и нежная бабочка.
Надо еще упомянуть о томъ, что личинки Pronuba yuccasella не поедаюсь всехъ семяпочекъ той завязи, куда моль откладываетъ свои яйца. Въ одной завязи находится, приблизительно, около 200 семяпочекъ. Если изъ нихъ будетъ съедена половина, даже 2/3, то все-таки остается еще достаточное число неповрежденныхъ «семянъ, который могутъ теперь пойти въ дело, а между темъ если бы моль не вмешалась въ оплодотвореше, то не получилось бы ни одного семени, способнаго прорасти. То же относится, вероятно, и къ другимъ видамъ юкки съ плодами-коробоч* ками, напр., Yucca brevifolia и Hesperoyucca Whipplei; доказано, что для первой моль Pronuba synthetica, а для второй Pronuba maculata играюсь ту же роль, что Pronuba yuccasella для Yucca filamentosa. Очень вероятно, хотя и не доказано еще съ достоверностью, что у видовъ Yucca съ плодами-ягодами, какъ Yucca aloefolia, Treculiana и др., существуесь сожительство съ молью; на родине ихъ, въ Тексасе, Флориде, Каролине, Мексике и въ Луиз1ане на всехъ зрелыхъ плодахъ можно найти дырки и друпе знаки, заставляющее думать, что въ нихъ хозяйничали гусеницы.
Еще интереснее отношешя между смоковницами и небольшими осами изъ группы халцид!й. Чтобы понять эти соотношешя, нужно прежде всего 10*
148148РАЗМНОЖЕНЬЕ ПРИ помощи плодовъ.
148
148
познакомиться со строешемъ соцвепя смоковницъ. Если разсматривать продольный разрезъ фиги, изображенной на рис. 6 стр. 145, то прежде всего замечаешь, что это не простой плодъ, а скорее комплексъ плодовъ, разросшаяся боковая ветвь дерева, сильно укороченная, утолщенная и образовавшая долость, въ которой скрывается масса цветовъ, вернее пестиковъ. Так1я боковыя ветви имеютъ снаружи видъ палицы, груши или шара, на самомъ же деле это чаши или урны, съ внутренней поверхности которыхъ отходятъ цветоножки въ виде последних^ развет- влешй. Отверстае урны очень узко и кроме того еще заперто мелкими чешуйчатыми листочками. Цветы, заполняющее почти всю полость, бываютъ двухъ сортовъ, мужск!е и женсше. Оба рода цветовъ построены очень просто. Каждый мужской цветокъ состоять изъ 1—2, реже 3—6 тычинокъ, сидящихъ въ пазухахъ чешуй- чатыхъ листочковъ на короткихъ ножкахъ (см. рис. 12 на 145 стр.). У многихъ видовъ, напр., у Ficus pumila, тычинки имеютъ видъ ложки и пыльники помещаются въ местахъ, соответствующихъ углубленью этой ложки (см. рис. 8 и 9 на 145 стр.). Въ женскомъ цветке всего одна завязь съ единственною семяпочкою. Столбикъ отходить отъ завязи вкось и оканчивается рыльцемъ, строеше котораго очень разнообразно. При основанш завязи замечается неопределенное число ма- ленькихъ чешуекъ, которыя считаются околоцветникомъ (рис. 7 и 13 на 145 стр.). У многихъ видовъ въ одной и той же урне заключаются двоякаго рода цветы, съ более длинными столбиками и развитымъ рыльцемъ и съ короткимъ столбикомъ и видоизмененнымъ рыльцемъ. Последше называются цветами-галлами, почему—мы объяснимъ впоследствии (см. рис. 14 на 145 стр.). Распределенье мужскихъ и жен- скихъ цветовъ у различныхъ видовъ очень разнообразно. Въ урнахъ Ficus elastica мужск!е цветы разбросаны среди женскихъ, невидимому, безъ всякаго порядка, въ цветахъ Ficus pumila (см. рис. 6 на 145 стр.) на дне урны замечаются только жен- CKie цветы, а близъ устья одни мужск!е. Такое распределеше встречается, повидимому, чаще всего, но при этомъ могутъ быть дальнейшая paзличiя въ числе мужскихъ цветовъ. Дело въ томъ, что въ урнахъ многихъ видовъ устье ихъ усажено мужскими цветами очень обильно, у другихъ ихъ очень немного, а подчасъ случается, что ихъ и вовсе нетъ, такъ что въ урне остаются одни только женск!е цветы. У многихъ видовъ некоторый особи даютъ урны только съ женскими цветами, а друпя съ женскими, пополамъ съ мужскими, причемъ мужск!е сидятъ у отверстья урны, а женск!е на дне ея. Замечательнее всего то, что въ урнахъ многихъ видовъ жен- ск!е цветы, помещающееся подъ мужскими, все или отчасти превращаются въ галлы. Это, напр., часто наблюдается у разводимой повсюду въ южной Европе фиги (Ficus Санса), у которой тоже бываютъ особи двухъ родовъ, одне только съ женскими цветами, у другихъ же въ урнахъ при отверстш ихъ сидятъ мужск!е цветы, а ниже цветы-галлы (см. рис. 10 и 11 на 145 стр.). Первые известны подъ именемъ Ficus, последте подъ именемъ Caprificus.
Невольно является вопросъ, какое же значеше имеютъ цветы-галлы? Какь показываетъ самое ихъ названье, изъ такихъ цветовъ не развивается семянъ, а получаются галлы, происходить же это такимъ образомъ. Маленькая оса изъ упомянутой уже нами группы халцид!евыхъ (см. рис. 16 и 17 на 145 стр.), живущая на южноевропейской фиге и называемая зоологами Blastophaga grossorum, проникаеть черезъ устье урны въ ея внутреннюю полость, опускаетъ свой яйцекладъ отвесно въ завязь и откладываетъ вблизи семяпочки одно яичко. Белая безногая личинка»
развивающаяся изъ этого яйца, начинаеть быстро увеличиваться въ объеме и за- полняетъ всю завязь, семяпочка которой, конечно, погибаетъ. Завязь превращается теперь въ галлъ (см. рис. 14 на 145 стр.). Когда маленькая оса вырастаетъ, она вылезаетъ изъ этого галла. Безкрылые самцы выползаютъ раньше, прогрызая дырку въ галле, служащимъ имъ убежищемъ. Самки остаются въ своемъ помещены еще некоторое время и оплодотворяются тамъ самцами. Когда оплодотвореше совершится, оне выползаютъ (см. рис. 15 на 145 стр.), но остаются въ полости урны недолго, стараясь какъ можно скорее освободиться изъ нея. Поэтому оне взбираются къ устью урны, причемъ встречаются съ мужскими цветами и выма- зываютъ пылью голову, грудь, брюшко, ноги и крылья, словомъ все тело. Продравшись затемъ сквозь чешуйчатые листья къ наружной поверхности урны, оне обсушиваютъ на ней свои крылья и бегутъ къ другой урне той же или другой особи. Слово ббгутъ надо въ этомъ случае понимать буквально, ибо оне при этихъ пepeмeщeнiяxъ очень редко пользуются крыльями. Оне выбираютъ исключительно молодыя урны; для откладки яичекъвъ завязи, оне подбегаютъ къ отверстаямъ соцве- тай и сквозь чешуйки проскальзываютъ во внутреннюю полость. При этомъ оне часто повреждаютъ себе крылья, а иногда случается даже, что крылья и вовсе отламываются и остаются между листочками и горлышкомъ урны.
Проникнувъ въ полость соцветая, осы тотчасъ же принимаются за кладку яицъ, причемъ неизбежно касаются рылецъ женскихъ цветовъ. Такъ какъ осы эти до сихъ поръ еще вымазаны пыльцеЮ другого, более стараго цветка, служившаго имъ местомъ рождешя, то оне оставляютъ эту пыльцу на рыльцахъ и пе- реносятъ такимъ образомъ цветень одной урны въ другую. Когда пыльца попадаетъ на нормальные женсше цветы, она можетъ давать тамъ семена; если же она попадетъ на цветы-галлы, то действ!я ей обнаруживать не приходится, такъ какъ рыльца этихъ цветовъ более или менее недоразвиты. Впрочемъ, въ такихъ цве- тахъ сбмя не можетъ развиться и потому, что на его месте оса отложила свое яичко. У техъ видовъ смоковницъ, у которыхъ цветы-галлы не имеютъ особыхъ приспособлены, яйца откладываются въ нормально развитыя завязи. У обыкновенной фиги (Ficus Carica) было замечено, что въ нормальныхъ цветахъ яйца Blasto- phaga grossorum не развиваются, т.-е. другими словами, что такой цветокъ даже тогда не делается галломъ, когда названная оса втыкаетъ въ него свой яйцекладъ и откладываетъ яичко. Дело въ томъ, что столбикъ у нормальнаго цветка Ficus Carica (см. рис. 13 на 145 стр.) настолько длиненъ, или, иначе, яйцекладъ Blasto- phaga grossorum настолько коротокъ, что яйцо не проникаетъ въ полость завязи, а остается на месте, неблагощиятномъ для его дальнейшаго развитая и тамъ погибаетъ. Галловые цветы этого вида смоковницы, напротивъ, имеютъ короткш столбикъ (см. рис. 14 на 145 стр.), который вполне приспособленъ для принятая яйца на место семяпочки, а съ другой стороны совершенно не въ состояши давать зрелое семя, такъ какъ на заглохщемъ рыльце, цветень не пускаетъ пыльцевыхъ трубо- чекъ. Очевидно, здесь происходитъ смена ролей или, если угодно, разделеше труда. Осы на оба сорта цветовъ приносятъ пыльцу и стараются отложить яички. Галловые цветы спещально приспособлены для принятая осиныхъ яицъ и въ нихъ, действительно, личинки, и развиваются, рыльца же не въ состояши принимать цветня, •потому не получается и пыльцевыхъ трубокъ, а следовательно, и зрелыхъ семянъ. Зато на рыльцахъ цветовъ съ длинными столбиками пыльца прорастаетъ отлично
и потому развиваются нормальный обмена; однако длинный столбикъ является пре- пятств!емъ для правильнаго отложешя осиныхъ яичекъ и потому изъ такихъ цвб- товъ никогда не развивается галловъ или развиваются они только очень рбдко.
Перечислять вдбсь различный уклонешя, встрбчающ!яся на другихъ видахъ смо- ковницъ, было бы слишкомъ утомительно и завело бы насъ черезъ-чуръ далеко. Кромб того они далеко не такъ хорошо изучены, чтобы ихъ легко было представить въ одномъ общемъ очеркб. Замбтимъ только, что существуетъ около 600 видовъ Ficus, распро- страненныхъ въ тропическихъ и подтропическихъ странахъ Стараго и Новато Свбта, и что пока было найдено почти полсотни маленькихъ осъ изъ родовъ Blastophaga, Crossogaster, Sycophaga и Tetrapus, которыя способствуютъ переносу цвбтня у различныхъ видовъ смоковницъ. Нбкоторыя осы селятся въ нбсколькихъ видахъ смо- ковницъ. Такъ, напр., Blastophaga Brasiliensis была найдена въ соцвбт1яхъ семи различныхъ видовъ Ficus. Обыкновенно, однако, каждый видь имбетъ своихъ спе* щальныхъ осъ. Очень рбдко въ урнахъ одного и того же вида смоковницы находили два различныхъ вида осъ.
Въ нижней Италш и вообще въ южной Европб, гдб культурою фиговыхъ деревьевъ занимаются уже очень давно, смоковницы эти рбдко разводятся изъ сб- мянъ, а чаще отводками, причемъ обыкновенно сажаютъ черенки Ficus, т.-е. такихъ особей, который приносить лишь женск!е плодоносные цвбты. Дбло въ томъ, что онб даютъ лучппя и самыя сочныя фиги. Смоковницы, въ соцвбт!яхъ кото- рыхъ кромб мужскихъ цвбтовъ сидятъ только цвбты-галлы, т.-е. такъ называемые Caprificus, не культивируются, ибо большинство соплодш ихъ преждевременно вы- сыхаютъ и отваливаются. Только отдбльные экземпляры Caprificus разводятся кое- гдб съ тою цблью, чтобы вбшать соцвбпя его на вбтки Ficus. Этотъ процессъ называется капрификац!ей; существуетъ мнбше, что когда изъ урнъ Caprificus выползаютъ осы и залбзаютъ въ соцвбт!я Ficus, фиги на послбднемъ становятся вкуснбе. Хотя это повбрье очень распространено среди садовниковъ и сельскихъ жителей, однако оно ни на чемъ не основано. Плоды Ficus не нуждаются въ осахъ для того, чтобы сдблаться сладкими. На самомъ дблб изъ урнъ Ficus, въ которыхъ никогда не было осъ и не развилось сбмянъ, получаются отличныя винныя ягоды и большинство встрбчающихся въ продажб фигъ получаются изъ мбстностей, гдб капрификащи вовсе не знаютъ. Поэтому кажется, что обычай капрификащи является наслбд!емъ очень древнихъ временъ, когда садовникамъ не только приходилось думать о получеши хорошихъ плодовъ, но нужно было заботиться и о всхожихъ здо- ровыхъ сбменахъ. Хотя, на основанш сказаннаго, капрификащя и является совершенно лишнею, однако по привычкб постоянно продолжаютъ слбдовать старой тра- дицш, смысла которой народъ уже болбе и не понимаетъ.
Исключительно уббжищемъ на ночь и крышею отъ непогоды, словомъ, временнымъ мбстопребыван1емъ цвбты и покровы ихъ служить сравнительно рбдко. Большинство шмелей, осъ и пчелъ имбютъ свои пристанища въ видб безопасныхъ квартиръ, куда они скрываются съ наступлешемъ су- мерокъ; бабочки, въ болыпинствб случаевъ, остерегаются укрываться внутри ко- локольчиковъ и воронокъ цвбтовъ уже по одному тому, что имъ мбшаютъ туда забраться ихъ сравнительно больш!я крылья; кромб того онб при наступлении опасности* едва ли съумбли бы ускользнуть изъ полости цвбтка. Поэтому такой квартирою довольствуются только жуки, мухи и сбтчатокрылатыя изъ родрвъ Meligethes,
Melanostoma, Empis, Andrena, Cilissa и Halictus—все животныя, которыя не имеютъ ни постояннаго местожительства, ни вообще какихъ-либо собственныхъ логовищъ, а довольствуются первымъ попавшимся убежищемъ и остаются обыкновенно тамъ, гд4 застигнетъ ихъ ночь. Когда они находятъ въ этомъ месте цветы, въ полости которыхъ тепло, какъ въ натопленной комнате, где сверхъ того еще найдется чего побсть, то темъ лучше. Безъ сомнешя, по этому самому цветы колокольчиковъ (Campanula), где ночью температура всегда значительно выше окружающаго воздуха (ср. 505 стр. I тома), равно какъ и наперстянки, служатъ любимымъ убежищемъ насе- комымъ въ холодным ночи. Большая корзинки Crepis grandiflora и многихъ дру- гихъ сложноцветныхъ, внепше язычковые цветы которыхъ на ночь закрываются, служатъ любимымъ пристанищемъ жучковъ (Cryptocephalus violaceus, Meligethes aeneus) и темныхъ, маленькихъ пчелъ (Panurgus ursinus), нарочно разыскивающихъ эти цветы, потому что ночью внутри прикрытой головки температура всегда выше окружающей. Лишь только восходитъ солнце, названный животныя покидаютъ свои ночныя квартиры и при этомъ легко можетъ случиться, а во многихъ случаяхъ неизбежно случится, что пыльца будетъ захвачена ими съ собою, перенесена и оставлена на другомъ, иногда довольно отдаленномъ цветке.
Иногда насекомыя остаются на та к ихъ пр!ятныхъместахъ не только впродолжен!и ночи, но и надень, аподчасъ и на несколько дней. Когда маленьк!е жучки родовъ Anthobium, Dasytes и Meligethes разъ попадутъ въ глубину цветовъ магнолш и горечавокъ (Magnolia obovata, Yulan, Gentiana acaulis, ciliata, Pneumonanthe и друг.), то они оставляютъ это теплое безопасное место не раньше, какъ на третей день. То же относится и къ бронзовке (Cetonia), предпочитающей цветы Magnolia grandiflora. Обыкновенно она заползаетъ въ самый молодой, только что распустившшся цветокъ и лакомится тамъ его ме- домъ, который можно найти около рылецъ и между ними. Затемъ она съедаетъ часть пыльцы, выпадающей изъ пыльниковъ на лепестки, углубленные на подоб!е чаши. Когда цветы магнолш раскрываются въ полдень, бронзовки безъ смущешя продолжають сидеть въ нихъ и греются на солнышке; затемъ вечеромъ цветы закрываются и имъ тоже неть основатя покидать разъ выбранную квартиру; въ замкнутомъ пространстве температура подымается на 5 —10° выше окружающей среды, да кроме того бронзовки превосходно защищены отъ нападенш ночныхъ животныхъ. Такимъ образомъ оне остаются въ цветахъ магнолш, пока те не отпа- дутъ и ихъ, такъ сказать, сама судьба не выгонитъ изъ насиженнаго гнезда. Цветы мака (Papaver somniferum) точно также отыскиваются многими жуками и мухами и оставляются ими лишь когда цвбтокъ отпадетъ. Конечно, въ этомъ случае пре- бываше далеко не столь продолжительно, какъ въ цветахъ магнол!й, такъ какъ цветы мака закрываются только на одну ночь и уже на другой день отпадаютъ.
Въ описанныхъ до сихъ поръ случаяхъ насекомому было легко покидать выбранную имъ себе квартиру во всякое время дня; ведь цветы магнолгй, горечавокъ и мака открыты такъ широко, насколько это вообще возможно. Однако случается, что животное, отыскивая квартиру, залезавтънадно цветка и задерживается тамъ на некоторое время въ плену. Этотъ любопытный случай наблюдается преимущественно у аройниковъ и кирка- зоновъ. У многочисленныхъ аройниковъ (Arum, Dracunculus, Hilicodiceros и др.), образцомъ которыхъ мы выбираемъ Arum conocephaloides (см. рис. на 152 стр.).
чехолъ имбетъ видъ лавочнаго фунтика; кверху онъ широко раскрыть, ниже сечехолъ имбетъ видъ лавочнаго фунтика; кверху онъ широко раскрыть, ниже севдавленъ, какъ бы съ перехватомъ, а на днб опять нбеколько расширенъвдавленъ, какъ бы съ перехватомъ, а на днб опять нбеколько расширенърединырединыArum conocephaloides, передняя ст-Ьнка удалена, снизу на по- чаткЬ женскте цв^ты, за^т^мъ щетка во-Arum conocephaloides, передняя ст-Ьнка удалена, снизу на по- чаткЬ женскте цв^ты, за^т^мъ щетка во-лосъ, надъ нею тычинки и, наконецъ, верхшй вйнецъ щетинокъ. На дн^ котла видно много комаровъ изъ рода Ceratopogon, которые не могутъ уле- тЬть, такъ какъ твердый щетинки ниж- няго в^нца заграждаютъ имъ путьлосъ, надъ нею тычинки и, наконецъ, верхшй вйнецъ щетинокъ. На дн^ котла видно много комаровъ изъ рода Ceratopogon, которые не могутъ уле- тЬть, такъ какъ твердый щетинки ниж- няго в^нца заграждаютъ имъ путьсвоими острыми концами, направлен-ными внизъ.своими острыми концами, направлен-ными внизъ.въ видб бочонка или котла. Въ этомъ боченкб или котлб температура всегда значительно выше окружающей среды, такъ что 30—36° здбеь не рбдкость; у итальянскаго аронника (Arum italicum) наблюдали даже температуру въ 44° (ср. 506 стр. I тома). Веб эти аронники обладають противнымъ запахомъ, напоминающимъ падаль, гнилую мочу или что-нибудь подобное, но зато ихъ и поебщаютъ многочисленный наебкомыя, водяпцяся на трупахъ и вообще на гшю- щихъ веществахъ. Эти животныя садятся на торча- пцй изъ фунтика конецъ початка и слбзаютъ оттуда внизъ въ котловидное расширеше, гдб они находятъ теплое уббжище, да кромб того еще обильную пищу въ видб сочныхъ, тонкостбнныхъ клбтокъ, выстилаю- щихъ внутреннюю поверхность расширеннаго чехла. Тамъ, гдб чехолъ съуживается, отъ початка отходятъ во веб стороны твердый щетинки, представляющая родъ ламповой щетки. Такъ какъ концы большинства щетинокъ обращены внизъ, то онб позволяютъ наебкомому спускаться въ расширеше, а назадъ его не пускаютъ. Только черезъ нбеколько дней, когда уже высыпавшейся изъ пыльниковъ цвбтень начи- наетъ покрывать область початка, гдб находятся мужск!е цвбты, и наебкомыя, пролбзая вверхъ по початку, непрембнно должны вымазаться пыльцею, только тогда спадаются щетинки, перехватъ въ крою- щемъ листб нбеколько расширяется и запертое животное можетъ покинуть свое временное заключенДе, чтобы перенести пыльцу на новый початокъ арой- ника. У изображеннаго здбеь Arum conocephaloides находятся двб татя ламповыя щетки, одна выше, а другая ниже. Щетинки первой ослаббваютъ раньше второй, и когда путешествующее комары выпускаются изъ нижней части тюрьмы въ верхшй этажъ, имъ приходится здбеь еще немного порбзвиться, причемъ они непрембнно вымазываются пыльцею. Затбмъ
чехолъ имбетъ видъ лавочнаго фунтика; кверху онъ широко раскрыть, ниже се
чехолъ имбетъ видъ лавочнаго фунтика; кверху онъ широко раскрыть, ниже се
вдавленъ, какъ бы съ перехватомъ, а на днб опять нбеколько расширенъ
вдавленъ, какъ бы съ перехватомъ, а на днб опять нбеколько расширенъ
редины
редины
Arum conocephaloides, передняя ст-Ьнка удалена, снизу на по- чаткЬ женскте цв^ты, за^т^мъ щетка во-
Arum conocephaloides, передняя ст-Ьнка удалена, снизу на по- чаткЬ женскте цв^ты, за^т^мъ щетка во-
лосъ, надъ нею тычинки и, наконецъ, верхшй вйнецъ щетинокъ. На дн^ котла видно много комаровъ изъ рода Ceratopogon, которые не могутъ уле- тЬть, такъ какъ твердый щетинки ниж- няго в^нца заграждаютъ имъ путь
лосъ, надъ нею тычинки и, наконецъ, верхшй вйнецъ щетинокъ. На дн^ котла видно много комаровъ изъ рода Ceratopogon, которые не могутъ уле- тЬть, такъ какъ твердый щетинки ниж- няго в^нца заграждаютъ имъ путь
своими острыми концами, направлен-ными внизъ.
своими острыми концами, направлен-ными внизъ.
только ослабеваете, и верхняя щетка и комары могутъ летйть теперь безпрепятственно куда имъ вздумается.
Поистине удивительно, сколько насекомыхъ
въ среднеевропейскихъ лиственныхъ лесахъ Arum maculatum, посещаются преимущевъ среднеевропейскихъ лиственныхъ лесахъ Arum maculatum, посещаются преимущественно мелкими комариками, именно Psychoda phallaenoides, и въ котле соцвейяственно мелкими комариками, именно Psychoda phallaenoides, и въ котле соцвейяищуте и находятъ пристанища въ соцвейяхъ арой- никовъ. Маленыае аройники, напр., распространенные
въ среднеевропейскихъ лиственныхъ лесахъ Arum maculatum, посещаются преимуще
въ среднеевропейскихъ лиственныхъ лесахъ Arum maculatum, посещаются преимуще
ственно мелкими комариками, именно Psychoda phallaenoides, и въ котле соцвейя
ственно мелкими комариками, именно Psychoda phallaenoides, и въ котле соцвейя
нередко можно найти несколько сотенъ этихъ животныхъ. Въ котле кроющаго листа Arum conocephaloides, растущаго въ Венскомъ ботаническомъ саду, оказалось 3 вида небольшихъ черныхъ комаровъ изъ рода Ceratopogon и въ одномъ такомъ початке, опущенномъ въ спиртъ, найдено было около тысячи этихъ комариковъ. На дне одного соцв6т!я итальянскаго аройника (Arum Italicum) равнымъ образомъ нашли до 16 видовъ различныхъ мухъ, преимущественно изъ родовъ Chironomus, Limosina,
Aristoloehia г i n g е n s. (По Балл1ону.)
Sciara и Psychoda. Аройникъ Dracunculus crinitus посещается преимущественно большими мухами, именно Somomyia Caesar и Anthomyia scalaris. Въ котле Dracunculus Creticus, распустившагося въ Венскомъ ботаническомъ саду, наряду съ многочисленными зелеными и золотистыми мухами изъ родовъ Anthomyia, Lucilia и Somomyia, нашлись еще и некоторые падальные жуки (Aleochara fuscipes, Dermestes undulatus, Saprinus nitidulus и др.), а соцвейя итальянскаго Dracunculus vulgaris посещаются специально падальными жуками, главнымъ образомъ изъ родовъ Dermestes и Saprinus. Въ одномъ початке последняго растешя однажды было найдено более 250 жуковъ, принадлежащихъ 11 различнымъ видамъ.
Удивительное сходство съ соцвеиями аройниковъ обнаруживаюсь цветы кир- казона (Aristoloehia). Какъ у аройниковъ делится на три участки кроющш листъ, такъ здесь это делаетъ околоцветникъ. Прежде всего идетъ оторочка, имеющая
у европейским видовъ форму фунтика, а у американскихъ тропических!» разнообразный друття формы; такъ, напр., у изображенной на стр. 153 Aristolochia ringens она вытянута въ ладьеобразную нижнюю и крышковидную верхнюю губу; загЬмъ сле- дуетъ средны участокъ, обнаруживающей различный приспособлешя, посредствомъ которыхъ насекомымъ, ищущимъ пристанища, открывается входъ, но не выходъ, наконецъ, въ третьихъ, замечается боченкообразное, котловидное или пузырчатое дно цветка, на которомъ сидятъ тычинки и рыльце; это дно и составляетъ цель для насекомыхъ, ищущихъ убежища. После будетъ подробно изложено, какимъ обра- зомъ нагружаются цветнемъ насекомыя, попадающаяся въ этотъ котелъ, и какъ они разгружаютъ его; теперь же достаточно заметить, что животныя эти держатся въ котле до техъ поръ, пока не откроются пыльники. Когда это случится, въ трубча- томъ среднемъ участке начинаются изменешя, которыя даютъ заключеннымъ возможность вырваться на свободу.
Приманка животныхъ, переносящихъ пыльцу, вкусовыми веществами.
Среди пищевыхъ веществъ, которыхъ отыскиваеть животное въ растеши, наряду съ медомъ важную роль играетъ и пыльца. Въ этомъ отношены замечательна напр., пыльца мака (Papaver), перелески (Hepatica), многихъ ветренницъ (Anemone alpina, baldensis, silvestris и др.), розы (Rosa) и многочисленныхъ ладанниковъ и солнцецветовъ (Cistus и Helianthemum). Все эти растешя сходны въ томъ отношены, что цветы ихъ, раскрывшись, смотрятъ прямо кверху и имеютъ видъ звезды или чаши, такъ что пыльца, выпадающая изъ пыльниковъ, не теряется, а некоторое время остается лежать не верхней стороне лепестковъ, какъ это особенно хорошо заметно у цветовъ маковыхъ растеши (Eschscholtzia, Glaucium, Roemeria, Ar- gemone; см. рис. 1 на 107 стр. и стр. 155). Сравнивая ихъ съ медоносными цветами, о которыхъ речь впереди, окажется, что они построены очень просто,- что впрочемъ, легко объясняется: особый приспособлешя- для выделешя, накоплев!я и защиты меда для нихъ совершенно излишни.
Съ особенной любовью отыскиваются эти цветы мелкими жучками изъ родовъ Anthobium, Dasytes и Meligethes и не редко въ одномъ цветке ладанника или солнцецвета удается находить до полудюжины Dasytes, съ жадностью поедающихъ въ немъ пыльцу. Наряду съ жуками тамъ попадаются и многочисленный мухи, же- лающ!я полакомиться цветнемъ, именно известный мушки, стращомыи и сирфи- деи, которыя схватываютъ пыльцу концевыми клапанами своихъ челюстей, разма- лываютъ и глотаютъ порщями. Некоторый сетчатокрылыя, напр., виды рода Рго- sopis, затемъ пузыреножки (Thrips) питаются пыльцею и могутъ въ короткое время произвести въ ней громадный опустошешя, когда ихъ нападетъ большое количество.
Известно, что шмели и пчелы также собираютъ болышя количества цветня и делаютъ изъ него въ своихъ гнездахъ и ульяхъ запасы пищи для личинокъ. Сборъ производится при помощи особыхъ волосковъ и щетинокъ, покрывающихъ различ- ныя части тела, главнымъ образомъ конецъ брюшка, а также пятки и голени зад- нихъ ногъ. Часть волосковъ мягка и гибка, имеетъ видъ нежныхъ пушинокъ, и когда ихъ много рядомъ, то они работаютъ, какъ настоящая пылевыя щетки. Д4ло
въ томъ, что пыльца, которою они осыпаны или которой касаются, легко зацепляется въ пушке, но, разумеется, такъ же легко можетъ быть потомъ и снята съ нихъ. Напротивъ, друпе волоски, какъ было сказано, коротки и жестки, они .производить впечатлеше ресницъ или щетинокъ, располагаются правильными рядами и образуютъ въ общей сложности небольппя щеточки. У шмелей и пчелъ щетки эти помещаются на пяткахъ заднихъ ногъ, а у видовъ рода Osmia на нижней стороне задней части брюшка развита всего лишь одна щетка. Когда названный жи- вотныя зацепляютъ ногами или брюшкомъ за пыльникъ или покрытый цветнемъ лепестокъ, они сметаютъ пыльцу этой щеточкою и тогда промежутки между щетинками кажутся совершенно заполненными цветнемъ. Кроме того, пчелы и шмели мо- гутъ счесывать и сметать пыльцу мягкими пуховками, и такимъ образомъ приспо- соблешя эти какъ нельзя лучше отвечаютъ своей цели. У этихъ насекомыхъ сверхъ того встречаются еще друпя своеобразный приспособления, вроде корзинокъ — они помещены на ногахъ; это гладк!я, резко очерченный места, со всехъ сторонъ окруженный, какъ заборомъ, твердыми, палочковидными щетинками; въ нихъ запихивается скатанная въ клубки пыльца и такимъ образомъ доставляется домой. Мнопя сетчатокрылыя сма- чиваютъ цветень, въ особенности если онъ мучнистый или пылевой, медомъ, и скаты- ваютъ потомъ изъ него шарики, которые и кладутъ въ свои корзинки. Когда, напр.,
пчелы собираются достать рыхлой пыльцы цв4ты ^„.п. mexleana. Ср. 1» <^ подорожника (Plantago), выпадающей изъ
щелей пыльниковъ, то они выплевываютъ предварительно изъ своего хоботка немного меду, отчего рыхлая масса до некоторой степени склеивается и становится удобной для сбора. Кроме того, рыхлая пыльца нередко переносится на пораненный соседшй лепестокъ, откуда вытекаетъ обильный сокъ. Когда пыльца бываетъ липкою, то эти приспособлешя становятся излишними. Тогда достаточно слегка коснуться или мимоходомъ задеть цветокъ, и пыльца его уже липнетъ къ телу насеко- маго. Даже голыя части его груди, брюшка и ногъ могутъ быть обмазаны такою пыльцею.
Такъ какъ посещеше насекомыхъ выгодно растешямъ лишь, когда оно сопровождается переносомъ пыльцы съ цветка на цветокъ, то, разумеется, слишкомъ безпощадному уничтоженш пыльцы долженъ быть положенъ пределъ. Большая часть пыльцы все-таки можетъ быть пожертвована растешямъ для кормлешя ли- чинокъ, но сколько-нибудь непременно должно остаться на теле посетителей, чтобы переправиться на рыльца другихъ цветовъ. На самомъ деле растетя прекрасно достигаютъ этоготемъ, что вырабатываютъ большой избытокъ пыльцы. Все цветы, лишенные меду, и привлекающее животныхъ исключительно пыльцею, какъ вкусовымъ веществомъ, отличаются значительнымъ числомъ тычинокъ и даютъ много цветня, такъ что, несмотря на массовое уничтожен!е животными, все-таки его хватаетъ на все рыльца. Это бываетъ, напр., у изображенной здесь
Argemone. Жуки, поедаюпце цветень при посещены такихъ цветовъ, кажутся какъ бы напудренными—они не въ состоянья тотчасъ же освободиться отъ пыльцы, прилипшей къ ихъ груди, брюшку, надкрыльямъ и ногамъ, и потому неизбежно переносить ее на друпе цветы. Пчелы и шмели, садясь на эти цветы, также выле- заютъ изъ нихъ словно обсыпанные мукою; хотя они и проводить своими пяточными щетками по шерсти, чтобы смести пыльцу, повторяя это не разъ, однако, несмотря на то, на нихъ остается ея еще гораздо больше, чемъ нужно для опылешя рылецъ.
Въ цвйтахъ, скрывающихъ въ своихъ нбдрахъ медъ, съ пыль- цею обращаются очень экономно, и тамъ приняты веб меры, чтобы она не тратилась зря. Животныя, посещающая бедный пыльцею цветы, ограничиваются медомъ и вовсе не желаютъ поедать цветень или уносить его въ свои гнезда для кормлешя личинокъ. Напротивъ, они обыкновенно обмазываются или посыпаются пыльцею помимо ихъ воли, а подчасъ даже кажется, что этотъ грузъ имъ прямо-таки непр!ятенъ. Впрочемъ, врядъ ли они испытываютъ къ пыльце особое отвращеше: часто приходится видеть животныхъ, которыя только что, какъ ужаленныя, выскочили изъ цветка, выбросившаго на нихъ пыльцу, а черезъ нисколько мгновешй они уже вновь садятся на другой цветокъ того же растешя, где ихъ ожидаетъ тотъ же щиемъ. Да и странно было бы, если бы цветы съ одной стороны привлекали насекомыхъ различными приспособлешями, для того чтобы они разносили имъ пыльцу, а въ то же время они же бы и отгоняли своихъ гостей и те закаялись бы вновь посещать ихъ. Такого противор4ч!я въ Mip6 цветовъ никогда не бываетъ, напротивъ, все приспособлешя, им^ющiя целью переносъ пыльцы, представляютъ такую гармонпо, которая повергаетъ точнаго изеледователя въ изум- леше, граничащее съ восторгомъ.
Очень похожи на пыльцу по внешнему виду, но совершенно отличны отъ нихъ по своему развийю мучнистые и пыльцевидные налеты, которыми характеризуются цветы известныхъ орхидныхъ, главнымъ образомъ роды Eleanthus и Polystachya. Они состоять изъ кучи рыхлыхъ округлыхъ клетокъ и происходить путемъ распада четковидныхъ клбточныхъ рядовъ, возвышающихся надъ кожицею молодыхъ лепестковъ. Обыкновенно, впрочемъ, это случается только съ непарнымъ лепесткомъ орхидныхъ, известнымъ подъ назвашемъ губы, и онъ тогда имеетъ видъ тазика, наполненнаго мучнистою массою. Свободный клетки, производящая впечатлите муки или пыли, содержать въ себе крахмаль, сахаръ, жиръ и белко- выя соединешя, представляютъ поэтому превосходную пищу и служатъ, подобно клеткамъ пыльцы, средствомъ приманки насекомыхъ.
Въ общемъ, однако, таше пылевые или мучнистые налеты на лепесткахъ встречаются редко. Зато случается гораздо чаще, что въ пищу насекомымъ служатъ ряды клетокъ и ткани, отходяпця отъ кожицы известныхъ частей цветка и представляющаяся невооруженному глазу въ виде сосочковъ, бородавочекъ, волосковъ и вздуты; очевидно, и эти образоватя должны быть отнесены къ числу приманокъ. Въ цветахъ портулака (Portulaca oleracea) надъ круглой завязью образуется кольцевидное вздуйе, отъ периферш котораго отходятъ лепестки, а отъ внутренняго края тычинки. При этомъ легко заметить, что мясистое вздуйе между этими двумя кружками густо усажено стекловидными сосочками, которые хотя соку и не выделяютъ, зато подъедаются, а подчасъ и совершенно поедаются посещающими цветы маленькими насекомыми. То же можно сказать и о
нежныхъ волоскахъ, которыми усажены тычиночныя нити очнаго цвета. коровяка л традесканцш (Anagallis, Verbascum, Tradescantia); подъ микроскопомъ они оказываются сочными, отдельно стоящими или сгруппированными въ ряды клетками; то же относится и къ волоскамъ, покрывающимъ дно выгнутаго лепестка венерина башмачка (Cypripedium). У многихъ видовъ рода Lysimachia завязь усажена ’маленькими бородавочками, сочныя клетки которыхъ высасываются и поедаются животными, а въ цветахъ белянки (Leucojum vernum) можно найти тканевое тело въ виде подушки, окружающее завязь, значеше котораго аналогично тому, какое имеютъ вышеупомянутый маленьк!я бородавочки. У многочисленныхъ орхидныхъ, именно у родовъ Odontoglossum, Oncidium и Stanhopea, на околоцветнике находятся мясистыя вздуйя, шишки и гребешки, значеше которыхъ объясняется подобнымъ же образомъ.
Часто случается, что ограниченные участки плоскихъ лепестковъ состоять изъ тканей, которыя легко пробуравливаются и высасываются насекомыми. Эти участки отличаются обыкновенно отъ окружающихъ частей большимъ блескомъ, и можно подумать, что въ нихъ находится тонкш слой жидкости, чего на самомъ деле нетъ. Особенно резко бросается это въ глаза у цветовъ Centunculus minimus, крошечнаго первоцвета, чашевидный венчикъ котораго выложенъ при своемъ осно- ваши слегка выпуклыми крупными сочными клетками кожицы, которыя на солнце блестятъ какъ серебро. Подобное же замечается у лепестковъ волчьей стопы (San- guinaria), зверобоя (Hypericum), золотого дождя (Cytisus Laburnum), бобровника (Spartium) и многихъ другихъ растешй. Многочисленный изследовашя доказали также, что лепестки йацинтовъ и многихъ ветреницъ, цветы золототысячника, равно какъ и пустые, лишенные меда шпорцы нашихъ луговыхъ орхидныхъ (Orchis mas- cula, militaris, Morio и т. д.), прокалываются и высасываются насекомыми; при этомъ уместно будетъ вспомнить, что прокалывать сочныя ткани могутъ не только мухи, пчелы и шмели, но также и бабочки. Последшя имеютъ на концахъ челюстей, образующихъ # нихъ хоботокъ, острые придатки при помощи коихъ оне предварительно царапаютъ сочную ткань, а затемъ лишаютъ ее сока.
Своеобразная приманка насекомыхъ, привыкшихъ прокалывать и высасывать сочныя ткани, наблюдается у рода Eremurus, распространеннаго на Алтае, на Кавказе и въ Тавре. Это растете, принадлежащее къ лилейнымъ, несетъ на длинной стрелке еще удлиняющуюся во время цветешя кисть цветовъ. Когда раскроются цветочный почки, лепестки расправляются въ плоскости и въ виде шестилучевой звезды окружаютъ еще замкнутые пыльники. Это однако длится не долго. Лишь только пыльники лопнули и выпустили липкую оранжевую цыльцу, лепестки свертываются, вянуть и образуютъ маленькш, грязнобурый комокъ, на которомъ выделяются шесть зеленоватыхъ толстыхъ вздутш. Эти вздуйя, представляющая не что иное какъ сделавппеся сочными килевые отростки лепестковъ, производить впечатлеше зеленой листовой тли. Муха Syrphus pirastri, которая, какъ известно, отыскиваетъ тлю, прокалываетъ ее и высасываетъ ея соки, повидимому, принимаетъ эти вздуйя также за тлю; по крайней мере она точно также бросается на свернутые лепестки Eremurus, какъ на травяную тлю, и, что замечательнее всего, она при этомъ нагружается пыльцею съ тычинокъ и переносить ее на рыльца другихъ цветовъ.
Дальше еще не разъ будетъ речь о растешяхъ, цветы которыхъ остаются открытыми только впродолжеше одного дня, одной ночи, или даже всего несколько часовъ. Лепестки этихъ растешй, увядая, быстро спадаются, измбняютъ цветъ,
мнутся и свертываются подобно тряпке. Клеточный сокъ выступаетъ тогда изъ тканей и покрываетъ поверхность ихъ тонкимъ слоемъ жидкости. Эти дряблые лепестки также отыскиваются насекомыми, главнымъ образомъ мухами, которыя слизываютъ и высасываютъ сокъ, при чемъ вымазываютъ рыльце цветка принесенною съ другой особи пыльцею. Замечается это напр., у Calandrinia, Tradescantia и Villarsia. Однако, вообще говоря, это явлеше редкое по той простой причине, что число растешй съ такими нежными, быстро отмирающими цветами крайне ограничено.
Напротивъ, гораздо чаще приходится встречать выделеше соковъ на поверхности свежихъ тканей у цветовъ, остающихся открытыми впродолжеши долгаго времени; мы врядъ ли ошибемся, если скажемъ, что такое выделеше встречается у 90% цветовъ, посещаемыхъ насекомыми и колибри. Выделенный сокъ содержитъ ббльшее или меньшее количество сахара и сладокъ на вкусъ. Наряду съ сахаромъ въ немъ встречаются, однако, въ растворе еще и различный друпя вещества. Смотря по ихъ содержашю, меняется и консистенщя, цветъ и ароматъ сока. То онъ водя- нистъ и безцветенъ, то густъ, тягучъ и теменъ какъ сиропъ. Темный сокъ цветовъ Melianthus обладаетъ нещиятнымъ, даже противнымъ запахомъ; однако въ громадномъ большинстве случаевъ ароматъ сока напоминаетъ запахомъ медъ. Да ведь по существу своему этотъ сладкгй сокъ и есть ничто иное какъ медъ, а потому большинство ботаниковъ и называетъ его этимъ именемъ. Въ прежнее время ботаники обыкновенно называли его нектаромъ, а те части цветка, где онъ приготовляется и хранится, обозначались терминомъ нектары (медники).
Выделен1е меда происходить обыкновенно черезъ устьица, причемъ эти последн!я то равномерно распределены по поверхности соответствующей ткани, то скучены въ опредбленныхъ местахъ. Обыкновенно устьица велики и имеютъ такую же форму, какъ водныя устьица (ср. 366 стр. I тома). У ивы (Salix) шишковидный или плоскш нектарникъ несетъ на своемъ тупомъ конце только одно большое водное устьице, изъ котораго вытекаетъ безцвбтный медъ. Существуютъ и медники, совершенно лишенные устьицъ, причемъ cлaдкiй сокъ вытекаетъ изъ наружной стенки клетокъ кожицы путемъ дюсмоза/ Иногда внутреншй слой этихъ клбточныхъ стенокъ ослизняется, превращается въ камедь, а затемъ въ сахаръ и вытекаетъ изъ щелей пузыревидцо вздутой и трескающейся надкожицы.
Количество выдбляемаго меда очень различно. У многихъ растешй вытекаюпця изъ разбросанныхъ по лепестку устьицъ капельки такъ малы, что ихъ едва можно различить простымъ глазомъ, у другихъ медъ образуетъ тоншй по- кровъ и можно подумать, что данная ткань вымазана влажною кистью. Въ большинстве случаевъ маленьшя капельки стекаются въ болышя капли и выполняютъ тогда щели, трубочки, ямочки и чашечки, спещально для этого приготовленный. Иногда вместилища эти наполняются сплошь, и тогда при малейшемъ соприкосно- веши сладкш сокъ каплями стекаеть съ цветка. Такъ обстоять, напр., дело у Melianthus major, встречающегося въ Капской Области, у цветовъ котораго вместилища меда имеютъ видъ башлыка; при сотрясеши этихъ цветовъ изъ нихъ вы- падаетъ въ полномъ смысле слова медвяный дождь. У одного тропическаго орхид- наго, по имени Coryanthes, изъ двухъ маленькихъ роговидныхъ придатковъ цветка выделяется столько жидкаго меду, что онъ долгое время прямо стекаетъ съ кон- цовъ рога. Нижшй конецъ такъ называемой губы представляетъ углублеше, ко-
Жизнь растетн. П.Т-во .,Просвйщен1е“ въ
АЛЫПЙСКАЯ ЛЬНЯНКА ВЪ ИЗВЕСТНЯКОВОМЪ ЩЕБНЪ.
(Рис. съ натуры Э. Гейнъ.)
[Къ таОлицЪ: „Альпшская льнянка среди известняковаго гцебня“Д
герое постепенно заполняется капающимъ съ роговъ медомъ. Масса скопляющейся здесь жидкости достигаетъ 30 граммовъ.
Въ большинстве случаевъ главная приманка насекомыхъ—сахаръ,—содержится въ меде въ растворенномъ виде; это съ одной стороны зависитъ отъ его химиче- скихъ свойствъ, а съ другой оттого, что сладкая жидкость въ ямочкахъ и трубоч- кахъ цветка менее подвергается испарешю. Только у некоторыхъ орхидныхъ изъ рода Aerides въ сладкомъ соке цветка образуются довольно крупные кристаллы сахара. Свойство сахарнаго раствора, выд^ляющагося изъ кроющихъ чешуекъ нй- которыхъ сложноцвйтныхъ, превращаться уже вне цветка въ кристаллическ!е зернистые комочки, собственно говоря, относится не сюда, и потому мы упоминаемъ о немъ лишь вкратце. Объ этомъ случае, при которомъ муравьи получаютъ отличную пищу, будетъ речь въ одной изъ следующихъ главъ.
Обыкновенно медъ остается непосредственно на томъ самомъ месте, где онъ образовался и былъ выдел енъ; но существуютъ цветы, где наблюдается обратное, где сладкш сокъ утекаетъ съ места своего возникновешя въ особыя вместилища, называемый соковместилищами. Такъ это бываетъ, напр., у Coryanthes, Melianthus, Viola и Linaria. Уже было указано на то, что у Coryanthes существуетъ настоящая чаша, собирающая медъ, стекающы съ роговидныхъ тканевыхъ тЬлъ, где онъ выделяется. У Melianthus можно заметить два узенькихъ лепестка, съ ко- торыхъ медъ стекаетъ въ чашелистикъ, имеющш форму башлыка. У Viola каждая изъ двухъ нижнихъ тычинокъ снабжена длиннымъ отрогомъ, отходящимъ отъ (шайки, а изъ отроговъ этихъ выделяется медъ, который стекаетъ затемъ въ окру- жающш ихъ шпорецъ нижняго непарнаго лепестка. У льнянки, одинъ видъ которой, интересный во многихъ отношешяхъ, помещенъ на прилагаемой раскрашенной таблице (алыпйская льнянка [Linaria alpina] на известковомъ щебне), медъ выделяется вздупемъ, находящимся при основаны завязи, и стекаетъ оттуда черезъ узкую щель между двумя более длинными тычинками въ полый шпорецъ.
Выделять медъ могутъ не только все ступени цветоложа, но и все последовательные типы верхушечныхъ листьевъ цвйтка. Во многихъ цветахъ въ медники превращены лишь отдельные члены, въ другихъ целые кружки листьевъ. Часто наблюдаются и так!я тканевыя тела, значеше которыхъ по неполноте данныхъ исторы развитья трудно постичь, такъ что нельзя даже определенно решить1, представляютъ ли они изъ себя цветоложе или листъ. Поэтому не легко классифицировать и описать медники точнымъ и же- лательнымъ образомъ. Если въ последующемъ изложены будетъ соблюдаться известный порядокъ, то только потому, что мы обязаны стремиться къ ясности и понятности изложевая; что же касается действительной уверенности нашей, будто описываемый рядомъ образовашя фактически принадлежать одной и той же морфологической группе, то, къ сожаленью, мы далеки отъ нея.
Въ цветахъ большинства зонтичныхъ, дерна (Cornus), плюща, селезеночника (Chrysosplenium), многихъ каменоломокъ надъ завязью заметна подушечка ткани; тычинки и лепестки окружаютъ эту подушечку, не закрывая ея, и въ раскры- томъ цветке можно видеть, какъ блеститъ на солнце среди лепестковъ медъ въ виде тонкаго слоя. Середина плоско-блюдцевидныхъ цветовъ сумаха (Rhus), крушины (Rhamnus) и смородины (Ribes, см. рис. 5 на 741 стр. I тома) выложена мя- систымъ дискомъ, выделяющимъ жидкы медъ на всей своей поверхности. У сам-
шита (Buxus) въ серединб цветовъ, и притомъ какъ тычиночныхъ, такъ и пестич- ныхъ, имеются три смыкаюхщеся валика, на каждомъ изъ коихъ дожить по капле мода. У манжетки (Alchimilla), сиббальдш (Sibbaldia) и дивалы (Scleranthus) цветокъ разделенъ на два яруса—нижшй на подоб!е чаши, въ которомъ сидитъ завязь, и верх- шй, напоминаюпцй тазъ и образуемый покроволистиками. На границе обоихъ помещается продырявленный дискъ или, вернее, кольцо, которое можно уподобить д!а- фрагме микроскопа; кольцо это также блеститъ отъ покрывающаго его тонкимъ слоемъ меда. Очень своеобразны выделяюпця медъ ткани молочая (Euphorbia). Тесно скученные цветы окружены тамъ чашевиднымъ покровомъ, края котораго усажены полулунными поперечно-овальными или же округлыми тканевыми телами. Веб они блестятъ на своей поверхности отъ тонкаго слоя нектара, подобно поду- шечкамъ на завязяхъ зонтичныхъ.
Въ цвбтахъ терновника, миндальныхъ и персиковыхъ деревьевъ, малины и земляники, многихъ лапчатокъ и многочисленныхъ другихъ розоцветныхъ, вокругъ завязи или всей группы завязей развивается мясистая ткань, которая, начинаясь съ цветоложа, прилегаетъ къ основашю чашки подобно обоямъ (см. рис. 1 на стр. 161). Эта ткань выделяетъ медъ, однако снаружи этого заметить нельзя, такъ какъ его покрываютъ тычинки, которыхъ въ большинстве случаевъ очень много. Въ цветахъ кактусовъ нижняя чашевидная или трубчатая часть выложена совнутри слоемъ ткани, выделяющей медъ (см. рис. 2 на 161 стр.).
У дафноидныхъ, норичниковыхъ, геснер!евыхъ, бурачниковыхъ и губоцвет- ныхъ медоносная ткань образуетъ вокругъ основашя завязи замкнутое кольцо, тогда какъ у родственныхъ норичниковымъ погремковыхъ, именно у родовъ Bart- schia, Clandestina, Lathraea, Pedicularis, замечается лишь одно вздуйе съ боку завязи, ц у Rhinanthus и Melampyrum на томъ же месте можно найти мясистую, выделяющую медъ лопасть. У стручковыхъ ткань вокругъ основашя завязи также утолщена и вздута, и въ известныхъ местахъ отъ нея отходятъ бородавочкп и шишки, выделяюпця медъ. У левкоя (Matthiola annua и incana), у Alyssum, Schivereckia и Thlaspi так!я бородавочки сидятъ справа и слева отъ двухъ короткихъ тычинокъ, у Alliaria и Draba замечается по одной бородавочке на внешней, обращенной къ лепесткамъ стороне длинныхъ тычинокъ. Следуетъ ли принимать эти образованья за части стебля или за видоизмененные листья, этого еще определенно сказать нельзя. Во многихъ случаяхъ можно допустить первое, такъ, напр., у Haberlea, Рае- derota и Polemonium, где кольцеобразное вздут!е разделяется на пять симметрич- ныхъ лопастей, и у Scrophularia, где такихъ лопастей две. Въ цветахъ вьюнковъ (Convolvulaceae) основаше завязи окружено пятью утолщенными, выделяющими медъ чешуйками равной величины, образующими вместе маленьшй бокальчикъ; у толстян- ковыхъ съ кружковаго вздутия цветоложа передъ каждымъ плодникомъ отходить мясистая чешуйка, то плоская (Sedum annuum), то линейная и расщепленная на конце (Sedum atratum), вообще очень разнообразной формы. Въ этихъ случаяхъ медоносный образовашя почти несомненно представляются видоизмененными листьями.
Сравнительно очень редки случаи, когда медъ выделяется плодолистиками; это бываетъ, напр., у некоторыхъ первоцветовъ (Androsace, Aretia) где слабо выпуклая стенка завязи выделяетъ крошечный капли нектара, и у многихъ горечавокъ (Gentiana acaulis, asclepiadea, Bavarica, Pneumonanthe, prostrata, punctata и т. д.), где на вздутомъ на подоб!е луковицы основаши завязи появляется
5 бородавокъ, съ которыхъ на дно цветочной воронки стекаетъ обильное количество меда. Въ цветахъ некоторыхъ лилейныхъ (наир., Albuca, Ornithogalum, Tofjel- dia) медъ выделяется боковыми бороздами завязи, а у венечника (Anthericum) и у мелкаго чеснока (Allium Chamaemoly) на каждомъ изъ трехъ швовъ плодолистика замечается по маленькой ямочке, изъ которой медъ вытекаетъ по капле.
Гораздо чаще медники образуются на тычинкахъ, встречаясь здесь во всякихъ величинахъ и формахъ. Иногда даже вся тычинка превращается въ мед- никъ, что, конечно, отражается на образоваши пыльниковъ и цветня. Тычинки чер-
1
Медники: 1) цвЪтокъ лапчатки (Totentilla micrantha), передняя часть срезана; 2) цвбтокъ Mamillaria glochidiata, передняя часть срезана; 3) цвйтокъ лесного хм^ля (Atragene alpina), передняя часть срезана, 4) тычинка лесного хм-Ьля съ нитью въ вид-Ь желоба, 5) четыре такихъ тычинки, покрывающ!я другъ друга и прикрытыя лепесткомъ въ вид* ложки; 6) цвйтокъ ледниковаго лютика (Ranuncuhis glacialis), передняя часть цветка срезана, 7) лепестокъ этого растешя, сверху, 8^ онъ же въ продольномъ разр-Ьз^, сбоку. Рис. 3 въ ест. велич., остальные нисколько увеличены. Ср. 160, 162, 164 и 167 стр. текста.
ники и голубики (Vaccinium Myrtillus и uliginosum), а также тюльпана (Tulipa) не- сутъ при утолщенномъ широкомъ основаши своихъ нитей на наружной, обращенной къ лепесткамъ стороне маленькую ямочку, изъ которой выделяется медъ. У обыкновенной безвременницы (Colchicum autumnale) на тычинке, немного выше того места, где она срастается съ фюлетовыми лепестками околоцветника, помещается оранжевого цвета тканевое тело, выделяющее медъ, который заполняетъ желобъ лепестка. То же замечается и у другихъ безвременницъ и у видовъ рода Trillium. У журавельниковыхъ, особенно у Erodium и Geranium, при основаши нити, на каждой наружной тычинке, на стороне, обращенной къ чашелистикамъ, помещается нектарникъ въ виде бородавки, иногда несколько углубленной къ центру; по числу тычинокъ наружнаго круга ихъ всего пять. Почти неисчерпаемое разнообраз!е формъ обнаруживают медники при основаши тычиночныхъ нитей у звездчатокъ и
Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растешй, т. П. Ц
гвоздичныхъ. То все тычинки цветка утолщены при основаши и выд'Ьляютъ медъ изъ желтоватой ткани, обращенной къ завязи (какъ, напр., у Telephium Imperati), или при основаши каждой тычинки замечается пара медоотдЬляющихъ бородавокъ (напр., у Alsine mucronata и verna), то вздуваются нити тычинокъ, расположенныхъ передъ чашелистиками, и выд'Ьляютъ медъ на углубленной стороне своей, которая обращена къ завязи (напр., у Cherleria sedoides). Въ цветахъ Sagina Linnaei каждая тычиночная нить при основаши окружена кубковиднымъ медникомъ. Очень часто медники сосед нихъ тычинокъ сливаются у названныхъ растешй въ сплошное кольцо, на что имеется лишь намекъ у журавельниковъ, а у многихъ звезд- чатковыхъ (напр., у Spergula) и особенно у льновъ и гвоздичныхъ (Linum, Gypsophila, Dianthus, Lychnis) это бросается въ глаза. У большинства мотыльковыхъ тычинки также даютъ нектаръ. Девять спаянныхъ между собою нитей ихъ образуютъ же- лобокъ, въ который погружена завязь; эта завязь по направленью къ цветочному дну
Цв-Ьтокъ подсн-Ьжника (Ga-Цв-Ьтокъ подсн-Ьжника (Ga-lanthus nivalis).lanthus nivalis).съуживается въ ножку, а желобокъ, напротивъ, расширяется. Такимъ образомъ тамъ образуется желобъ и въ него то прилегающая части тычиночныхъ нитей выде- ляютъ медъ. Сверху полость закрывается десятою тычинкою, которая не даетъ меду. У лесного хмбля (Atragene alpina), принадлежащаго къ семейству лютиковыхъ, медъ въ изобилш выделяется въ углубленной въ виде желоба части тычиночной нити* где его очень охотно отыскиваютъ шмели (см. рис. 3, 4 и 5 на 161 стр.).
Цв-Ьтокъ подсн-Ьжника (Ga-
Цв-Ьтокъ подсн-Ьжника (Ga-
lanthus nivalis).
lanthus nivalis).
Очень часто медъ выделяется покровами ц в 6 т к а, какъ простымъ околоцветникомъ, такъ и вен- чикомъ или чашечкой (ср. 637 стр. I тома). У подснежника (Galanthus nivalis; см. рис.) медъ помещается въ
трехъ параллельныхъ продольныхъ бороздахъ на внутренней поверхности трехъ вы- емчатыхъ покроволистиковъ; въ цветахъ лилш, напр., Lilium Chalcedonicum, Carnio- licum, Martagon и bulbiferunr, каждый покроволистикъ пронизанъ вдоль желобомъ, оправленнымъ ребрами, а иногда и расходящимися въ виде оленъихъ роговъ утолще- шями ткани; желобокъ этотъ сплошь наполненъ медомъ. Мнопя орхидныя, какъ, напр., зозулины слезки (Listera), также обнаруживаютъ такой желобокъ, наполненный
сладкимъ медомъ, но лишь на одномъ изъ покроволистиковъ, именно на такъ называемой губе (labellum), которая вместе съ темъ является местомъ отдыха животныхъ, посещающихъ цветокъ. Тутъ они находятъ и сокъ. Въ околоцветнике гайника (Epipactis, см. рис. 3 на 638 стр. I тома) губа углублена въ виде ямочки и производить впечатлеше чаши, наполненной медомъ. У надбородника (Epipogum), изо- браженнаго на раскрашенной таблице при 107 стр. I тома, покроволистикъ, соот- ветствующш губе, вздуть кверху вроде шлема или фригшской шапочки и въ углублении этомъ хранится значительное количество меда. У многихъ другихъ ор- хидныхъ нижняя губа околоцветника снабжена сзади отросткомъ, называемымъ шпорцемъ,—туда также стекается значительное количество меда. Околоцветникъ изображеннаго на рис. 4 стр. 166 Tricyrtes pilosa образуется шестью листиками, изъ которыхъ три наружныхъ снабжены выемками при основаши, где и выделяется въ изобилш нектаръ. Въ цветахъ нарцисса (Narcissus), шпажника и касатиковъ (Gladiolus, Iris), равно какъ и у Sisyrinchum и Thesium, внутренняя сторона труб-
чатой части околоцветника или совершенно превращена въ медоносную ткань, или превращеше это касается по меньшей мере нижней трети его, но безъ образо- шя какихъ либо впадинъ. Необыкновенно изящны медники на околоцветникахъ американской Uvularia grandiflora, многочисленныхъ видовъ рода Fritillaria и въ особенности у Fritillaria imperialis, известной у садовниковъ подъ назвашемъ цар- скаго венца ). Каждый изъ шести покроволистиковъ этихъ растешй на внутренней своей поверхности обнаруживаетъ при утолщенномъ своемъ основаши округлую, резко очерченную ямку, въ которой сверкаетъ крупная капля меда.
Сравнительно редко медъ выделяется чашелистиками. Лучше всего такое выделеше можно наблюдать на дне окрашенной, несколько выемчатой и въ то же время мясистой чашечки многочисленныхъ видовъ рода Cuphea и капуцина (Tropaeolum). У последняго верхняя половина чашечки сзади продолжена въ длин
Цвбтокъвалерьяна (Valeriana officinalis) въ продольномъ разр-бз-Ь.Цвбтокъвалерьяна (Valeriana officinalis) въ продольномъ разр-бз-Ь.ный шпорецъ. Въ съуженной нижней части отрога образуется медъ въ такомъ количестве, что имъ часто заполняется весь шпорецъ.
Цвбтокъвалерьяна (Valeriana officinalis) въ продольномъ разр-бз-Ь.
Цвбтокъвалерьяна (Valeriana officinalis) въ продольномъ разр-бз-Ь.
расскрывашя вен- Однако такой слу-расскрывашя вен- Однако такой слу-Наконецъ дошла очередь и до медниковъ, образующихся въ области лепестковъ. Если медоносный ткани, встречав- ппяся на цветоложе, завязи, тычинкахъ, покроволистикахъ и чашелистикахъ обнаруживали удивительное разнообраз!е, то все это ничто сравнительно съ богатствомъ формъ, съ которымъ мы встречаемся здесь. Въ этомъ сочинеши невозможно дать полнаго описашя этихъ образовашй, надо будетъ ограничиться перечислешемъ самыхъ заметныхъ формъ, важныхъ для даль- нейшаго изложешя известныхъ процессовъ. У венчиковъ ко- ровяковъ (Verbascum Blattaria и phoeniceum) выделеше меда происходить на нижнемъ болыпомъ лепестке въ виде без- численныхъ капелекъ, разбросанныхъ на его среднемъ поле. Каждая капля выступаеть изъ устьица и потому ко времени чика этотъ лепестокъ кажется какъ бы покрытымъ росою.
расскрывашя вен- Однако такой слу-
расскрывашя вен- Однако такой слу-
Прим. пер. Г.11*Прим. пер. Г.11*чай встречается сравнительно очень редко; обыкновенно выдел енныя росинки стекаются въ одну массу, которая скопляется тогда въ одномъ какомъ-нибудь месте въ виде капли изрядной величины. У вьющихся видовъ жимолости (Lonicera Caprifolium, etrusca, grata, implexa, Periclymenum и т. д.), у толокнянокъ (Агс- tostaphylos alpina и Uva ursi), у Allionia и Crucianella, у одного вида грушанки, именно у Pirola secunda, равно какъ еще у многихъ другихъ растеши медъ выделяется только что описаннымъ образомъ въ нижней части трубчатаго или колоколь- чатаго венчика. У альшйской розы (Rhododendron ferrugineum и hirsutum) равно какъ и у подъельника (Monotropa) часть венчика, выделяющая медъ, мясиста и утолщена и каждый изъ сросшихся между собою лепестковъ имеетъ при основаши своемъ.углублеше въ виде ямки. Колесовидные венчики офелш, принадлежащихъ къ семейству горечавокъ, также снабжены медоноснымъ углублешемъ при основаши каждаго лепестка. Въ цветахъ не вьющихся жимолостей (Lonicera alpigena, nigra, Xylosteum и др.) венчикъ обнаруживаетъ надъ основашемъ выступъ, обра- зуюпцй медъ, а въ цветахъ кальцеоляргй (Calceolaria amplexicaulis, floribunda, Ра-
Прим. пер. Г.
11*
Прим. пер. Г.
11*
164164РАЗМН0ЖЕН1Е ПРИ ПОМОЩИ ПЛОДОВЪ.
164
164
vonii и др.) медоносная ямка сидитъ на конце завернутаго нижняго лепестка какъ въ домике. Венчикъ вaлepiaнъ (Valeriana globulariaefolia, montana, officinalis и др.) выделяетъ медъ въ маленькомъ выступе, который можно приметить на его трубочке (см. рис., стр. 163), а въ цветахъ жирянки (Pinguicula) венчикъ съуживается сзади и обращается въ острый, полый медоносный отрогъ въ виде шпорца (см. рисунокъ на раскрашенной таблице при 138 стр. I тома). Въ цветахъ бальза- миновъ (Impatiens) только одинъ изъ пяти лепестковъ снабженъ медоноснымъ шпор- цемъ, у водосбора же (Aquilegia), напротивъ, каждый вытянуть въ шпорецъ, выделяющей медъ на своемъ утолщенномъ конце. Маленыйе белые лепестки росянки (Drosera) вытянуты при основаны въ желтый ноготокъ и ткань этого ноготка выделяетъ небольшое количество меда. Подобное наблюдается и въ цветахъ люти- ковъ (Ranunculus); только у нихъ выделяющая медъ ткань резко очерчена и какъ бы выстилаеть круглую или обратно-яйцевидную ямочку, которая иногда, какъ,. напр., у Ranunculus alpestris, оказывается непокрытою, но въ другихъ, напр., у лед- никоваго лютика (Ranunculus glacialis), прикрыта чешуйкою (см. рис. 6, 7 и 8 на 161 стр.). Цветы житника (Hypecoum) обнаруживаютъ два супротивныхъ, разде- ленныхъ на три лопасти лепестка, на дне которыхъ подъ среднею лопастью находится по сравнительно большой ямке, наполненной выделившимся тамъ въ изо- билш медомъ (см. рис. 5 и 6 на 166 стр.). Совершенно своеобразно устроены медянки у Swertia perennis, относящейся къ семейству горечавокъ. На разстоянш не- сколькихъ миллиметровъ выше цветочнаго дна можно заметить на каждомъ лепестке по паре ямокъ, окруженныхъ твердымъ круговымъ валикомъ, а съ валика этого отходить длинная бахрома, образующая надъ ямкою родъ решетки. Ткань, выстилающая ямку, выделяетъ большое количество меда, а такъ какъ решетка не вполне закрываетъ ямку, то сквозь бахрому ея более или менее явственно про- свечиваетъ медъ.
При этомъ случае следуетъ вспомнить еще объ удивительныхъ медникахъ, которые включены у многихъ камнеломковыхъ, барбарисовыхъ и лютиковыхъ между лепестками и тычинками, вcлeдcтвie чего недавно стали предлагать для нихъ особое- назваше медолистиковъ. Они обнаруживаютъ невероятнейшая формы и очень, мало отвечаютъ обычному представленью о листе. Такъ, напр., у белозора (Parnassia), относящагося къ камнеломковымъ, они имеють форму ладони, на вогнутой стороне которой находятся две медоносный борозды, между темъ какъ пальцы оттопыриваются въ виде одинадцати тонкихъ придатковъ съ круглыми пуговками на конце. Въ цветахъ безцветъ-травы (Epimedium), относящейся къ семейству барбарисовыхъ, они имеють видъ туфель, у чернушки (Nigella), изъ лютиковыхъ, медолистики представляются въ виде чашекъ съ крышками, сидящихъ на ножкахъ (см. рис., стр. 165). Въ цветахъ борца (Aconitum) они имеють то форму фригшской шапки, то башлыка, то вальторна, и сидятъ на длинныхъ стоячихъ ножкахъ, вдоль которыхъ тянется по желобку. Въ цветахъ пукалки (Isopyrum) и Cimicifuga эти медолистики имеютъ- форму лопать или ложекъ на короткихъ ножкахъ, а на свободномъ конце своемъ. иногда несутъ пару загадочныхъ по своему значенью заостренныхъ головокъ. Цветы любника (Eranthis) и морозника (Helleborus) обнаруживаютъ внутри болыпихъ чаше- листиковъ трубчатые или чашевидные медники съ косо срезаннымъ концомъ, а у купальницы (Trollius) медники эти, появляющееся въ болыпомъ числе, имеють видъ лопаты, загнутой и несколько утолщенной на своей нижней трети и снаб-
женной тамъ медноносною ямкою (см. рис. 3 на 105 стр.). Въ цветахъ прострела (Pulsatilla vernalis и vulgaris) между крупными плоскими лепестками и тычинками вставлено два или три винтовыхъ оборота маленькихъ булавовидныхъ образована, изъ которыхъ выделяется обильный медъ, смачивающи основашя соседнихъ тычи- нокъ. Bci эти медолистики можно разсматривать либо какъ изменивппеся лепестки, либо какъ тычинки. У безцветъ-травы, чернушки, борца и пукалки они более походить на лепестки, у купальницы же и прострела ихъ скорее приходится отнестп къ тычинкамъ. На стр. 649 I тома мы приводили мнбше, по которому все покро- волистики не что иное, какъ превращенный тычинки. Съ этой точки зрешя, понятно, было бы напрасной тратой- времени ломать себе голову надъ темъ, следуетъ ли считать эти медолистики лепестками или тычинками.
По отношение къ посещающимъ цветы животнымъ эти и, вообще, подобнаго рода вопросы также не представляются важными. Зато для животныхъ, привле- каемыхъ медомъ, очень существенно, спрятанъ ли медъ въ закрытыхъ укромныхъ
3'4
Медовм'Ьстилища: 1) Медолистикъ Nigella elata; 2) онъ же въ продольномъ paspist; 3) медолистикъ Nigella sativa, сверху, 4) онъ же, крышка, запирающая медоносную ямку, срезана. ВсЬ рисунки нисколько увеличены. См. текстъ, стр. 164.
уголкахъ на дне цветковъ, или лежить открыто; поэтому мы делимъ медники, морфологическаго происхождешя которыхъ мы только что бегло коснулись, на упомянутыя две группы. ’
Медъ, ле*жащ1й открыто, доступенъ, конечно, всемъ животнымъ, посещающимъ цветы, однако только немногтя изъ нихъ могутъ съ успехомъ пользоваться имъ. Такъ, напр., бабочки и шмели съ длинными хоботами не могутъ слизывать лакообразнаго медвяного покрова, выстилающаго подушки ткани надъ завязью у бересклета, плюща и кизила, у камнеломокъ и зонтичныхъ. Зато именно этотъ медъ и привлекаеть жуковъ, мухъ, комаровъ и другихъ насекомыхъ съ короткими хоботками. Въ цветахъ названныхъ растенш буквально кишать жуки изъ рода Anthrenus, Dasytes, Meligethes, Telephorus и Trichius, а равно и безчисленное количество мухъ и комаровъ, которые слизываютъ языкомъ или плоскимъ хоботко- вымъ клапаномъ тонки плоски слой меда. Медъ, скопляющися въ виде болыпихъ капель въ углублешяхъ губы гайника (Epipactis), равно какъ въ венчике норичника (Scrophularia), точно также служить въ пищу только насекомымъ съ короткими хоботками, напр., осамъ, бабочки же и шмели избегаютъ его.
Какъ разъ обратное явлеше замечается у техъ растешй, где медъ спрятанъ въ ямочкахъ, трубкахъ или желобкахъ. Тамъ онъ становится недо- ступнымъ для большинства короткохоботныхъ насекомыхъ, зато является главнымъ источникомъ пищи для колибри, бабочекъ, шмелей и траурницъ. Конечно, и
въ этомъ случай приходится отмйчать большое разнообраз!е въ длишЬ хобота и въ глубинй того помйщешя, гдй спрятанъ медь. Въ цвйтахъ вереска (Erica carnea) разстояше между отдйляющимъ медъ дномъ и закрытымъ устьемъ венчика достигаетъ лишь нйсколькихъ миллиметровъ, въ цвйтахъ Oxyanthus tubiflorus, принадлежащего къ мареновымъ и встречающегося въ Cieppa Леоне, оно равняется 16 см., а у Angraecum sesquipedale, мадагаскарскаго орхиднаго растешя, славяща- гося величиною и" пышностью своего соцвйыя, на околоцветнике сидитъ шпорецъ въ 30 см. длины, наполненный при основаши медомъ.
Что касается приспособлены для укрыван!я меда въ ямкахъ, трубкахъ и желобкахъ, то они бываютъ двухъ родовъ. Либо доступъ къ убе-
Укрыван1емеда: 1) рыльце Gentiana Bavarica, запирающее входъ въ трубку венчика, отдельно, 2) цв^токь того же растешя, сверху; 3) цвйтокъ Phygelius capensis, передняя часть его срезана; 4) цвЪтокъ Tricyrtes pilosa передняя часть цветка ср’Ьзана; 5) одинъ изъ двухъ внутреннихъ лепестковъ житника (Hypecoum grandiflorum), разсматриваемый съ внутренней стороны, прилегающей къ завязи, 6) цв-Ьтокъ. Hypecoum grandiflorum, въ которомъ два внутреннихъ лепестка прилегаютъ къ завязи. Ср. 162, 164, 167 и 168 стр. текста.
жищу меда какъ-нибудь затрудняется, чего растешя достигаютъ съужешемъ прохода при помощи выступовъ, горбинокъ, вздутш, реберъ, клапановъ при устье трубки венчика, либо ямка, наполненная нектаромъ, вполне замкнута крышкою или приспособлешемъ, по устройству напоминающимъ двери или губы. Последнее приспособлеше устроено такъ, что животныя, желаюпця достать медъ, который они чуять въ отверстш, должны отворять эти дверцы или отодвигать нижнюю губу щели. Примйромъ такихъ запоровъ могутъ служить цветы хохлатки (Corydalis; см. рис. 29 на 641 стр. I тома), дымянки (Fumaria), львинаго зева (Antirrhinum) и льнянки (Linaria; см. рис. 9 на 638 стр. I тома). У некоторыхъ сольданелль (Soldanella; см. рис. 6 на 638 стр. I тома) две чешуйки образують затворъ, вполне напоминающих двустворчатую дверь. У Aeschynanthus grandiflorus венчикъ настолько съуженъ надъ цветочнымъ дномъ, выделяющимъ медъ, что только животное съ. длиннымъ и тонкимъ хоботкомъ или хыповомъ можетъ достичь этого меда. Надъ этимъ съужешемъ венчикъ, положимъ, снова расширяется, и притомъ до такой
степени, что даже колибри въ состояши просовывать голову въ это расширеше, при чемъ касаются ею то тычинокъ, то рыльца. Зато для более мелкихъ коротко- хоботныхъ насекомыхъ наполненное медомъ дно цветка оказывается совершенно недоступнымъ.
Иногда лепестки имеютъ такую форму и расположено, что образуютъ сводъ или полый конусъ надъ выделяющими медъ клетками цветочнаго дна; это ясно наблюдается у многочисленныхъ пасленовыхъ, первоцветовыхъ, бурачниковыхъ и коло- кольчиковыхъ (напр., Nicandra, Cyclamen, Borago, Campanula, Phyteuma), въ особенности же хорошо удается видеть это у кипрея узколистнаго (Epilobium angus- tifolium, Иванъ чай), шпажника (Gladiolus), мелкоцветной лапчатки (Potentilla mi- crantha), изображенной на рис. 1 на 161 стр., и, наконецъ, у мамилляр!й (см. рис. 2 на 161 стр.), принадлежащихъ къ нопаловымъ растешямъ.
Своеобразная защита нектарныхъ ямокъ путемъ наклонешя надъ ними многочисленныхъ тычинокъ наблюдается у ^ногихъ лютиковъ съ белыми цветами, напр., у Ranunculus glacialis. У этихъ растеши медъ выделяется въ маленькую ямку, помещающуюся на верхней стороне лепестка вблизи желтоватаго утолщен- наго ноготка его (см. рис. 6—8 на 161 стр.). Передъ этой ямкой сидитъ чешуйка, наклоненная къ лепестку подъ угломъ въ 40—50°. Надъ чешуйкою и рядомъ съ нею лежать многочисленный тычинки, расположенный въ несколько кружковъ и расходяпцяся оть центра цветка въ виде звезды; такимъ образомъ въ нектарную ямку при основанш каждаго лепестка могуть попасть только те насекомыя, которыя имеютъ силу приподнимать закрывающая эту ямку тычинки и откидывать на- задъ упомянутую чешуйку. Въ цветахъ альшйскаго хмеля (Atragene alpina) тычинки имеютъ углублешя въ виде желоба и выделяють въ этотъ желобъ значи- тельныя количества меда (см. рис. 4 на 161 стр.). Но такъ какъ въ каждомъ цветке нбсколько кружковъ тычинокъ, причемъ внешше кружки покрываютъ вну- тренше и опираются па спинки ихъ тычинокъ (см. рис. 3 на 161 стр.), да и все оне кроме того сплачиваются вместе кружкомъ прямостоящихъ, твердыхъ лепест- ковъ, имеющихъ видъ ложекъ (см. рис. 5 на 161 стр.), то все желобки образуютъ рядъ маленькихъ медовыхъ углублешй, доступъ къ которымъ открывается лишь сильнымъ насекомымъ.
Цветы Phygelius capensis, изображеннаго на рис. 3 стр. 161, при основаши своего трубчатаго венчика обнаруживают маленькш, наполненный медомъ выступъ, кото^ рый становится замкнутой полостью, благодаря именно тому, что завязь наклоняется къ нему вплотную и прижимается къ венчику. Въ цветахъ Tricyrtes pilosa (см. рис. 4 на 161 стр.) три наружныхъ покроволистика накапливают медъ въ выступе на дне цветка, трехгранная завязь какъ бы вклинивается въ щель между покроволистиками подобно пробке и такимъ образомъ изъ этихъ выступовъ получаются три замкнутыхъ нектарныхъ ямки. Подобное же соотношеше наблюдается въ цветахъ Hypecoum procumbens. Медъ выделяется здесь ивъ ямки надъ самымъ ноготкомъ двухъ внутреннихъ лепестковъ (см. рис. 5 на 161 стр.). Какъ у альшйскаго лютика, такъ и тут надъ самой ямкой подымается своеобразная чешуйка, предназначенная для того, чтобы на известной стадш своего развитая принимать цветень. Эта чешуйка отвесна, параллельна завязи и нижней своей частью прилегает къ ней (см. рис. 6 на 161 стр.). Такимъ образомъ нектарная ямка замыкается вплотную.
Въ конце концовъ замбтимъ еще, что въ некоторыхъ цветахъ самое рыльце служить для изолящи цветовъ, наполненныхъ медомъ. Такъ дбло обстоять, напр., у горечавокъ изъ группы Cyclostigma, цветокъ и рыльце одного вида которыхъ, именно Gentiana Bavarica, изображены на 1 и 2 рисункахъ 166 стр.
Окраска цвЪтовъ, какъ приманка для насЬкомыхъ и другихъ жи-вотныхъ.
Когда мы хотимъ сделать заметными издали изв'Ьстныя места, мы пользуемся для этого цветовыми контрастами. На жел'Ьзныхъ дорогахъ мы ставимъ сигналы, въ видЬ красной полосы на беломъ фоне, на черныхъ вывескахъ пишемъ золотыми буквами, рисуемъ черный кругъ съ точкой внутри въ виде цели для стрблковь. Подобные же контрасты въ окраске встречаются и у растен!й, цветы которыхъ являются желанною целью для насекомыхъ.
Въ виду того, что въ большинстве случаевъ цветы распускаются надъ зелеными листьями, становится понятнымъ, почему въ Mipe цветовъ чаще всего встречаются окраски, отличныя отъ зеленой и образующая съ ней хороппй контрастъ. У растешй балтшской флоры, цветы которыхъ имеютъ отличную отъ зеленой окраску, на долю белаго приходится 33%, желтаго 28, краснаго 20, синяго 9, фюлетоваго 8 и бураго 2%. На разстоянш более всего бросаются въ глаза белый, желтый и красный цвета, сишй же и фюлетовый сравнительно мало, а бурый почти не отличается отъ зелени листьевъ.
Заметной издали окраске цветовъ более всего способствуютъ лепестки, при чемъ всего ярче окрашена та сторона ихъ, которая обращена къ прилетающимъ животнымъ. Когда венчики или околоцветники имеютъ форму кувшина или колокола, который свешивается внизъ, такъ что животныя видять при пролете только наружную его сторону, то она и оказывается окрашенной более ярко, между темъ какъ у звездчатыхъ и чашевидныхъ цветовъ, обращенныхъ къ насекомымъ внутренней стороною, именно она и обнаруживаете более ярк!я краски. Есть даже цветы, у которыхъ лепестки снаружи зелены, и только внутренняя ^сторона окрашена въ белый, желтый или красный цветъ. Такъ, напр., у гусинаго лука (Gagea) только внутренняя сторона покроволистиковъ желтая; внешняя же зеленая. Когда цветы гусинаго лука закрыты, они нисколько не бросаются въ глаза; только раскрывшись на солнце, желтыя звезды-венчики ихъ яс^о отделяются отъ окружаю- щаго зеленаго фона. Подобное же явлете можно заметить на цветахъ птицемлечника (Ornithogalum), чистяка (Ficaria), очнаго цвета (Anagallis), Specularia и многихъ другихъ растенш.
Въ некоторыхъ случаяхъ, когда лепестки обращаются въ медники, или вообще когда имъ приходится исполнять какую либо другую функщю, плохо примиряющуюся съ окраскою, приманка животныхъ производится чашелистиками. Эти последше бывають въ такомъ случае уже не зелеными, а окрашены въ белый, желтый, красный, синей, фюлетовый или бурый цветъ, напр., у горицвета и ветрен- ницы (Helleborus niger u Anemone nemorosa), у калужницы и любника (Trollius, Eranthis), у алыпйскаго хмеля и борца (Atragene alpina, Aconitum Napellus), у прострела и сабельника (Pulsatilla pratensis, Comarum palustre). У цветовъ этихъ
Окраска цвътовъ, какъ приманка для насъкомыхъ и другихъ животныхъ. 169 растенш повторяется упомянутое уже явлеше, наблюдавшееся на лепесткахъ: свешивающееся колокола альшйскаго хмеля окрашены ярче снаружи, а звездчатые открытые цветы сабельника, совнутри.
Гораздо реже околоцветниковъ, венчиковъ и чашелистиковъ животныя приманиваются къ меду и пыльце тычинками, принимающими различные цвета. Въ областяхъ средней и северной Европы въ особенности соцвет!я ивъ бросаются въ глаза, благодаря большому количеству желтыхъ или красныхъ пыльниковъ, между темъ какъ лепестковъ у нихъ вовсе неть, а прицветныя чешуйки очень невзрачны и неприметны. У некоторыхъ лютиковыхъ растенш, именно у Actaea, Cimicifuga и Thalictrum, въ особенности же у новоголландскихъ акацш и родовъ Callistemon и Metrosideros, относящихся къ миртовымъ, у японской бокконш, а также у мно- гихъ видЬвъ рода Aesculus (напр., A. macrostachya) цветы оттого делаются особенно заметными, что тычиночныя нити окрашиваются въ белый, фюлетовый, красный или желтый цветъ. Колоски цветовъ ползущей северо-американской Ра- chysandra темъ и отличаются отв темнаго фона, что тычиночныя нити ихъ окрашены въ ослепительно белый цветъ. У многихъ аз!атскихъ степныхъ растенш, именно, у видовъ рода Anabasis (см. рис. 10 и 11 на 170 стр.), надъ каждымъ пыльникомъ сидитъ пузыревидный, то серножелтый, то ф!олетовый, то светло или темнокрасный придатокъ, который резко выделяется на окружающемъ его серозеленомъ фоне, такъ что на первый взглядъ его легко принять за лепестокъ. 7
Очень часто случается, что не сами цветы бросаются въ глаза по своей окраске, а окружаюпце ихъ прицветники. Массу примбровъ такого рода доста- вляють дерны (напр. Cornus florida и Suecica (см. рис. 12, стр. 170), миртовое Genetyllis tulipifera, зонтичныя (Astrantia, Smyrnium, Eryngium alpinum), губо- цветныя (Nepeta reticulata, Salvia splendens), сложноцветный (Cirsium spinosissi-7 mum, Gnaphalium Leontopodium, Carlina acaulis, см. рис. на 170 стр.), молочайныя (Poincettia pulcherrima, Euphorbia poly chroma, splendens, variegata), аройниковыя (Richardia aethiopica, Caladium Scherzerianum) и ананасовый (Nidularia, Lamprococ- cus, Pitcairnia). У некоторыхъ протейныхъ, напр., у Protea globosa, Bepxnie листья сгруппированы въ покровъ шарообразнаго ^золотисто-желтаго соцвет!я и окрашены въ голубоватый цветъ для того, чтобы выделяться на фоне обыкновен- ныхъ листьевъ травянисто-зеленаго цвета, которые помещаются ниже и раздвинуты. Даже цветоножки и стебельки, несущ!я соцвет!я, могутъ, благодаря яркой окраске своей, служить примаркою, какъ это приходится наблюдать у многихъ видовъ рода синеголовника (Eryngium amethystinum, creticum и др.).
Когда размеры окрашеннаго предмета уменьшаются далее известнаго предела, то даже самый ярк!й красный, желтый или белый цветъ на разстоянш перестаетъ бросаться въ глаза. Части цветка, напр., покроволистики, которымъ приходится издалека приманивать пролетающихъ мимо насекомыхъ, должны, следовательно, занимать известное пространство, чтобы служить вывескою; этого они достигають различными способами. Одинъ изъ нихъ состоять въ томъ, что отдельные цветы достигаютъ значительной величины. Однако не следуетъ думать, что это, повидимому, самое простое средство применяется чаще всего. На самомъ ле ле къ нему растешя прибегаютъ сравнительно редко. Едва одна тысячная часть всехъ явнобрачныхъ несетъ цветы, д!аметръ которыхъ больше 10 см., да и то
большинство изъ нихъ ограничивается тропическимъ поясомъ. Самые крупные цвбты въ Mip6 встречаются у paффлeзiй, одинъ видъ которыхъ йзображенъ на 200 стр. перваго тома. Rafflesia Schadenbergiana, паразитирующая на корняхъ Cissus
14589
Контрасты окраски у цветовъ: 1) Зонтичная кисть Lobularia nummulariaefolia съ цветами и молодыми плодами; 2) отдельный молодой цветокъ того же растешя; 3) молодой плодъ того же растешя, къ широкой стороне котораго прислонены два увеличенныхъ белыхъ лепестка; 4) колосъ Lavandula Stoechas, съ пучкомъ синихъ крою- щихъ листьевъ на макушке; 5 (зонтичная кисть Alyssum cuneatum съ молодыми, только что открывшимися цветами въ средней части и старыми, закрывшимися уже цветами по окружности; 6) лепестокъ изъ молодого, только что распустившагося цветка; 7) лепестки стараго, замкнутаго цветка того же растешя; 8) соцвет!е Muscari como- sum, верхте скученные на макушке и сидяпце на длинныхъ ножкахъ цветы безполы; 9) соцв-Ьт1е Trifolium badium, верхте молодые цветы светло-желтой окраски, нижте свешивающееся старые—темнобурой; 10) ветвь изъ соцветёя Halimocnemis mpllissima, высовывающееся изъ-за неприметнаго околоцветника пузыревидно вздутые придатки пыльника производить впечатлеше лепестковъ; 11) отдельная тычинка Halimocnemis mollissima — спайка продолжается выше пыльниковъ и образуетъ пузыревидное вздутёе; 12) соцвет!е Cornus florida, окруженное четырьмя большими белыми кроющими листьями; 13) василекъ (Centaurea Cyanus) — маленьюе цветы средняго поля окружены крупными безполыми цветами, имеющими видъ воронокъ; 14) соцвет!е-кисть Kernera saxatilis — завязь въ центре старыхъ цветовъ окрашена въ темный цветъ и окружена увеличенными лепестками; 15) соцве- Tie Orlaya grandiflora съ лучистыми краевыми цветами; 16) отдельно взятый краевой цветокъ того же растешя; 17) зонтикъ-кисть перечника (Iberis amara) — обращенные кнаружи лепестки краевыхъ цветовъ вдвое больше обра- щенныхъ къ центру. Рис. 2, 3 и 11 несколько увеличены, остальные въ ест. величину. См. 169—178 стр. текста
и живущая на одномъ изъ Филиппинскихъ острововъ, Минданао, несетъ цвбты, д!аметръ которыхъ достигаетъ 80 см., а вбсъ до 11 килограммовъ. Съ цвбтами Rafflesia могутъ поспорить своеобразный Paphiopedilium caudatum, лентовидные лепестки котораго достигаютъ 70 см. длины. Отъ этихъ гигантскихъ цвбтовъ до
Жизнь ристенНт. IL■.Т-во ..Просвищете" въ Спб.
VICTORIA REGIA НА Р. АМАЗОНКЪ.
следующихъ за ними по величине — большой скачекъ. Цветы вестъиндскихъ и бразильскихъ кирказоновъ (Aristolochia gigantea и grandiflora) достигают только 27 см. д!аметра. Положимъ, что въ этихъ цветахъ играет роль одно новое обстоятельство— они соответственно длинны, чего нельзя сказать о раффлез!яхъ. Цветы Aristolochia grandiflora, расширенный флагъ которыхъ сидитъ на изогнутой трубке, достигають, напр., длины до 33 см., и разсказывают, что дети, играя, нахлобучивают ихъ себе на головы какъ шапки. Почти такого же размера достигають цветы Magnolia Campbellii, которая водится въ Сиккиме (Гимaлaйcкiя горы) ). Когда прямые красные цветы этого растешя раскрываются на солнце, дiaмeтpъ ихъ достигает 26 см., чего кажется, ни у какой другой древесной породы не наблюдается. Одинъ изъ лотосовъ, именно Nelumbo speciosum, равно какъ и австра- лшская Nymphaea gigantea, несут цветы въ 35 см. дiaмeтpoмъ, а у мадагаскар- скаго орхиднаго Angraecum sesquipedale и у Lilium auratum, нередко разводимаго въ последнее время въ европейскихъ садахъ, цветы имеют въ поперечнике 24 см. Ддаметръ цветовъ въ 20—22 см. обнаруживают мнопе кактусы (напр., Echinopsis cristata, Cereus grandiflorus и nycticalus), южно американская Datura Knigthii, Nymphaea Devonensis и изображенная на приложенной таблице „Victoria regia на Амазонской рек6“. Цветы дiaмeтpoмъ въ 16—18 см. встречаются у Nelumbo luteum, Amaryllis solandriflora и у садоваго .мака (Papaver somniferum); цветы д!аметромъ въ 13—14 см. наблюдаются у Amaryllis aulica, Datura ceratocaula и Paeonia Mou- tan, цветы въ 10—12 см. у многихъ мексиканскихъ кактусовъ" (напр., Echinocactus oxygonus и Tetani) и у тыквы (Cucurbita Pepo).
Второе средство, при помощи котораго цветы обращают на себя внимаше, состоитъ въ томъ, что они группируются въ пучки, колосья, кисти, зонтики и корзинки. Отдельный цветокъ черной бузины (Sambucus nigra) имеет въ д!аметре 5—6 мм. и даже на темномъ фоне не могъ , бы быть замеченъ на разстоянш десяти шаговъ. Но тысяча до полутора тысячъ такихъ цветовъ, располагаясь въ плоское соцвет!е, поперечникъ котораго достигает уже- 16—18 см. бросаются въ глаза даже издали. Цветы приблизительно 10,000 различныхъ слож- ноцветныхъ, 1300 зонтичныхъ и безчисленнаго количества вaлepiaнoвыxъ, гвозди- чныхъ, звездчатыхъ, таволгъ, мотыльковыхъ, губоцветныхъ и глобулярш обязаны этой группировке теми, что ихъ замечают- издали. Взятые порознь, они въ виду незначительной величины своей были бы едва приметны.
Въ некоторыхъ случаяхъ задача обращать на себя внимаше возлагается пена все, но лишь на известные, цветы зонтика, кисти или корзинки. У крестоцвбтнаго Iberis (напр., Iberis amara, gibraltarica, umbellata, см. рис. 17 на 170 стр.), у большинства скабюзъ (напр., Scabiosa Columbaria, cretica, graminifolia) и у значительнаго числа зонтичныхъ (Daucus,-Heracleum, Orlaya; см. рис. 15 и 16 на 170 стр.) цветы, находящееся _ по краямъ соцв6т!я, получают одностороннее развийе; лепестки, направленные къ периферш, значительно увеличены и кажутся лучами, расходящимися от окружности соцвейя. Въ этомъ отношеши особенно замечательны также некоторый стручковый изъ родовъ Alyssum, Dentaria и Sisym-
brium. Нельзя сказать, что они неравномерно развиты на периферш, хотя и производить впечатлите лучистыхъ цв^товь. Это происходить оттого, что лепестки послб оплодотворешя пестиковъ не отпадаютъ, а складываются подобно листамъ книги и, что замечательнее всего, довольно долго продолжаютъ расти. Когда цветы икотниковъ (Alyssum montanum, Wulfenianum, cuneatum; см. рис. 5 на 170 стр.) достигаютъ высшей степени своего развитая, когда тычинки ихъ освобождаютъ пыльцу, а нектарники — медь, то желтые лепестки этихъ растешй имеютъ всего 3—4 мм. длины; после, когда пыльца унесена, рыльце высохло и медь пропалъ, а завязь обратилась уже въ маленьтй плодъ, длина лепестковъ достигаетъ уже 6—7 мм. (см. рис. 6 и 7 на 170 стр.). Значить, пока средше цветы соцвбтая находятся на высшей точке своего развитая и въ то же время малы и неприметны, старые цветы, помещающееся на окружности его, своими длинными лепестками оказываютъ всему соцветаю лучшую услугу. Старые цветы въ этомъ случае взяли на себя заботу о привлечеши насекомыхъ на пользу своихъ молодыхъ соседей ).
У многочисленныхъ растешй различ!е между краевыми и центральными цветами одной и той же корзинки не ограничивается изменешемъ размера и одно- стороннимъ развитаемъ, а доходить даже до совершеннаго изменешя формъ цвбтка. Цветы средняго поля стоять у нихъ стоймя и имеютъ форму маленькихъ трубо- чекъ, между темъ какъ краевые расходятся лучеобразно, больше, окрашены ярче и имеютъ то форму короткихъ широкихъ пластинокъ, какъ у тысячелистника (Achillea), то длинныхъ, узкихъ языковъ, какъ у арники (Arnica montana). У василька (Centaurea Cyanus; см. рис. 13 на 170 стр.) и родственныхъ ему видовъ краевые цветы получили видъ воронокъ съ лопастнымъ краемъ. Внутри этихъ воронокъ напрасно станешь искать тычинокъ и рыльца; онб стали беплодными или, какъ говорить, „пустоцветомъ“, такъ что въ корзинке василька произошло полное деле- ше функцш между цветами двухъ родовъ. Только цветы средняго поля снабжены тычинками и плодникомъ, только они таять на днб своихъ трубчатыхъ венчиковъ сладкш медъ и они одни могутъ после оплодотворешя дать плоды. Они очень
невзрачны и ихъ даже на близкомъ разстояши можно было бы просмотреть. Но къ нимъ являются на помощь торчапце въ стороны воронковидные цветы, которые окрашены въ великолепный лазуревый цветъ, видны издали и имеютъ назначен!е привлекать насекомыхъ къ своимъ способнымъ къ плодоношенью соседямъ. Это замечательное разделеше труда между цветами одной и той же корзинки, наблюдаемое у сложноцветныхъ, встречается также у калины (Viburnum Opulus) и у гортензш (Hydrangea Japonica, quercifolia и др.; см. рис. 8 на 107 стр.), но лишь у дико растущихъ особей; разводимая въ садахъ калина—„снежный комъ“, равно какъ и садовая гортенз!я, несутъ соцвейя, все члены (отдельные цветы) которыхъ пустоцветы, такъ что они не могутъ приносить плодовъ.
У названныхъ растенш служапце для приманки насекомыхъ безполые цветы расположены по. окружности корзинки или вообще плоскаго соцвейя; у многихъ видовъ родственнаго нашему пацинту рода Muscari (напр., Muscari comosum и tenuifolium; см. рис. 8 на 170 стр.) на верхушке кистевиднаго соцвейя встречается пучокъ безполыхъ цветовъ, который бросается въ глаза своей яркой окраской и, очевидно, играетъ относительно своихъ ниже сидящихъ и неприметныхъ сосбдей, половозрелыхъ цветовъ ту же роль, что и пустоцвбтъ по краямъ корзинки василька.
Въ техъ случаяхъ, когда прикрываюпце корзинку прицветники принимаютъ на себя роль приманки насекомыхъ и, соответственно этому, окрашены въ белый, желтый, красный или сишй цветъ, каждый отдельный членъ этихъ образованы бываетъ обыкновенно столь малаго размера, что его нельзя приметить даже на близкомъ разстояши; однако скоплен!емъ этихъ маленькихъ прицветни- ковъ иногда достигаются большие результаты и все соцвейе становится видимымъ уже издали. У рода Helichrysum, известнаго въ общежийи подъ именемъ иммортели, къ которому относятся, напр., священные цветы, привозимые греческими богомольцами съ Аеона (Helichrysum virgineum), у изящнаго Helichrysum frigidum, украшающаго вершины корсиканскихъ горъ, у желтоголоваго Helichrysum arena- rium, попадающагося на нашихъ песчаныхъ поляхъ и у многочисленныхъ видовъ этихъ растенш, встречающихся въ Капландш (одинъ изъ нихъ, именно Helichrysum eximium, изображенъ на таблице при 175 стр.), кожистыя cyxin чешуи, окру- жаюпця цветочную корзинку, окрашены въ ослепительно белый, золотисто-желтый или розовый цветъ. Взятыя порознь, чешуйки эти въ силу своей незначительной величины врядъ ли могли бы быть замечены; однако въ тесномъ содружестве, расположенный въ кроюлця обвертки, они уже издали обращаютъ внимаше на невзрачные цветы, заключенные въ нихъ. Само собою разумеется, что действ!е этихъ чешуйчатыхъ окрашенныхъ обвертокъ еще значительно усиливается, когда заключенные въ нихъ цветы группируются въ одной корзинке целыми сотнями и образуютъ густые клубки или пучки. Такимъ образомъ соцвейя, отдельные члены которыхъ не больше несколькихъ миллиметровъ, ясно видимы еще на разстояши многихъ сотенъ шаговъ. Очень поучительнымъ примеромъ могутъ служить въ этомъ отношении pacтyщiя дико въ Новой Зеландш на высоте 1200 — 2000 метровъ гасйи (Haastia pulvinaris и Sinklairii), изображеше которыхъ, исполненное съ натуры, мы помещаемъ ниже. Безчисленныя цветочный корзинки этихъ растешй собраны полушаровидными массами, которыя достигаютъ до ^2 метра высотою и 1 метра д!аметромъ. Какъ чешуйчатый обвертки, такъ и сами цветы белаго цвета, въ
виду чего они ярко отделяются отъ темныхъ камней и земли, который служать имъ фономъ на горныхъ утесахъ. Нередко случается, что колонисты принимаютъ эти гастш, прозванныя ими „vegetable scheep“ (растеше-овца), за заблудившихся овецъ, предпринимаютъ далек!я путешеств!я, чтобы вернуть въ стадо мнимыхъ бег- лецовъ, и, къ досаде своей, только въ непосредственной близости убеждаются въ* своей ошибке.
Удивительный случай приманки насекомыхъ прицветниками мы находимъ въ средиземно-морской флоре въ виде некоторыхъ лавендулъ и шалфеевъ (Lavandula
Двй новозеландская гаст!и (Haastia pulvinaris и Sinklairii), прозванныя английскими колонистами „vegetable sheep“ (растен1я-овцы).
pedunculata, Stoechas, Salvia viridis и т д.). Нижняя половина колоса несетъ у этихъ растенш пучки цветовъ, подъ которыми помещаются едва заметные прицветники, на вершине же колоса, напротивъ, цветы не развиты, зато тутъ увеличиваются прицветники; они ярко окрашены, собраны въ вихоръ и очень напоминаютъ сише или красные флаги, выкидываемые на башенкахъ и вышкахъ домовъ (см. рис. 4 на 170 стр.).
Растешя, до сихъ поръ выбранный нами для уяснешя значешя окраски въ области цветовъ, будь это самый цветокъ или его прицветникъ, постоянно обнаруживали только одинъ цветъ, отличный отъ зеленаго; иными словами весь цветокъ, все соцвепе или вся группа прицветниковъ на разстоянш представлялась чисто белой, красной, фюлетовой и синей, значительно отделяясь отъ другихъ частей. Очень часто, однако, контрастъ въ окраске цветовъ усили*
БЕЗСМЕР1 НИКИ И ХРУСТАЛЬНЫЙ ТРАВЫ на мыеЪ Доброй Надежды.
[Къ таблицЪ: „Безсжршникн и хрустальные травы" Д
Жизнь растенш П
TiuuTjeaJhuiL
вается т4мъ, что вместо одного цвета является два или три. Въ цве- тахъ многихъ кипреевъ (напр., Epilobium hirsutum и montanum) белый крестъ, образуемый рыльцами, оказывается лежащимъ на красномъ поле, у вороньяго глаза (Paris quadrifolia) вокругъ темнофюлотовой большой завязи кружкомъ расположены тычинки, цвета яичнаго желтка. Въ центре цветовъ бурачника (Borago officinalis) на синей звезде выделяется черный конусъ тычинокъ, у паслена (Solanum Dulcamara), равно какъ и у картофеля, на фюлотовой звезде вырисовывается желтый конусъ тычинокъ; у цветовъ адониса (Adonis flammea, aestivalis, autumnalis) многочисленный черныя тычинки образуютъ темное пятно на красномъ фоне, у синюхи (Polemonium coeruleum) оне даютъ оранжевое пятно на синемъ, у перелески (Hepatica) белое на синемъ фоне, а у многихъ коровяковъ (Verbascum Austriacum, nigrum) отъ светложелтаго венчика и оранжевыхъ пыльниковъ такъ и отделяются тычиночныя нити, опушенный фюлетовыми волосками. Темнофюлетовые лепестки двуцветной камнеломки (Saxifraga biflora) окаймляютъ золотистожелтое среднее поле, а въ цветахъ хрустальныхъ травъ (Mesembryanthemum), такъ часто попадающихся въ Капландш, желтое среднее поле, образующееся благодаря скопленгю тычинокъ, окаймлено массою лучистыхъ, узкихъ красныхъ лепестковъ. Это можно видеть на приложенной таблице, изображающей „иммортели и хрустальный травы Капской Области".
Во всехъ этихъ случаяхъ на фоне лепестковъ выделялись рыльца и тычинки; иногда, однако, сами лепестки даютъ цветовые контрасты относительно другъ друга. Такъ, напр., у Victoria regia внешн!е лепестки окрашены въ белый, а вну- тренше въ карминово-красный цветъ (см. таблицу при 171 стр.). У мотыльковыхъ часто можно заметить, что лепестокъ, вывернутый кнаружи и называемый обыкновенно парусомъ, окрашенъ иначе, чемъ лодочка и крылышки. Примеромъ могутъ послужить Vicia picta, Lathyrus odoratus, Baptisia australis. Особенно бросаются въ глаза те мотыльковыя, у которыхъ оба боковыхъ крыла окрашены въ темно- фюлетовый или почти черный цветъ и въ соседстве съ белымъ флагомъ кажутся какъ бы двумя темными глазами (напр., у Vicia Barbazetae, melanops и Faba).
Встречаются тысячи различныхъ цветовъ, у которыхъ лепестки разрисованы узорами, лентами, пятнами, полосками и оторочками и обнаруживаютъ самыя различный цвета по соседству другъ съ другомъ. Белые покроволистики белянки (Leucojum vernum; см. рис. на 631 стр. I тома) несутъ на самомъ кончике своемъ зеленое пятнышко, пурпурнокрасный парусь мотыльковаго Clianthus Dampieri имеетъ въ центре чернофюлетовый глазокъ, оранжевожелтые язычковые цветы Gorteria ringens несутъ при своемъ основаши черное пятно, на котор омъ можно различить белыя полоски и крапинки; нежные околоцветники Sisyrinchium anceps на верху представляются синими или фюлетовыми, при основаши же окрашены въ желтый или оранжевый цветъ; белыя коронки на венчике нарцисса (Narcissus poeticus; см. рис. на 176 стр.) снабжены красной оторочкой, а у голубыхъ цветовъ незабудки (Myosotis) входъ въ короткую трубочку венчика окруженъ йелтымъ вздутымъ кольцомъ. Обратимъ еще наше внимаше на те растешя, которыя получили, благодаря своей окраске, прозвище „трехцветныхъ"; таковы, напр., трехцветный вьюнокъ (Convolvulus tricolor), трехцветная ф!алка (Viola tricolor) и трехцветная вика (Vicia tricolor).
Иногда эти пятна, точки и полосы, отличаюпцяся отъ остальной части цветка своей окраскою, имеютъ специальное назначеше: они должны показывать насеко-
Нарциссъ (Narcissus poeticus); коронка въ цен- трй цветка оторочена красной (на рисункй черной) каймой. Ср. 175 стр. текста.Нарциссъ (Narcissus poeticus); коронка въ цен- трй цветка оторочена красной (на рисункй черной) каймой. Ср. 175 стр. текста.
Нарциссъ (Narcissus poeticus); коронка въ цен- трй цветка оторочена красной (на рисункй черной) каймой. Ср. 175 стр. текста.
Нарциссъ (Narcissus poeticus); коронка въ цен- трй цветка оторочена красной (на рисункй черной) каймой. Ср. 175 стр. текста.
мымъ лучппй и выгоднейшш для самого растешя путь къ меду; объ этомъ у насъ еще будетъ речь впереди, пока скажемъ только, что прежнее увлечеше, въ силу котораго всяк!я пятнышки считались „указателями дороги“ и даже получили соответствующее назваше, зашло уже слишкомъ далеко. Дело въ томъ, что эти знаки часто встречаются на цветахъ, совершенно лишенныхъ меда, какъ, напр., у Hibiscus Trionum и мака (Papaver somniferum и Rhoeas), такъ что ихъ значеше въ этомъ случае, очевидно, сводится только къ тому, чтобы сделать цветы более заметными. При этомъ приходится еще вспомнить о томъ достоверномъ факте, что цветы съ крапинками на венчике охотно, даже почти исключительно, посещаются мухами. Мнопя орхидныя и губо- цветныя, въ особенности же камнеломки (Saxifraga Aizoon, aizoides, bryoides, rotun- difolia, stellaris, sarmentosa и др.), могутъ служить прекрасными примерами сказанному. Какое соотношеше между мухами и желтыми, красными и фюлетовыми пятнышками, который подчасъ даже и сами изменяютъ- свой цветъ, до сихъ поръ еще не выяснено. Одно достоверно, что крошечный крас-л ныя и желтыя пятнышки, испещряюпця лепестки названныхъ камнеломокъ, ничуть не делаютъ ихъ более заметными для челове- ческаго глаза.
Довольно резкш цветовой контрастъ достигается темъ, что лепестки бываютъ окрашены иначе, чемъ соседке съ ними чашелистики и прицветники. Въ этомъ отношеши заслуживают внимашя цветы Acanthus, верхшй чашелистикъ которыхъ фюлетовый, а помещающееся подъ нимъ лепестки белаго цвета; интересны затемъ цветы Statice arborea съ синефюлетовой чашечкой и белымъ венчикомъ, равно какъ и соцвет!я
многихъ видовъ марьянника (Melampyrum arvense, grandiflorum, nemorosum), цветы которыхъ желты, а прицветники синяго, фюлетоваго или краснаго цвета, нако- нецъ некоторые виды жабрея (Sideritis montana, Romana), маленьше чернобурые лепестки которыхъ выделяются въ виде темныхъ точекъ на фоне желтыхъ при- цветниковъ.
Въ корзинкахъ сложноцветныхъ цветы, помещающееся по окружности, обыкновенно отличаются по окраске отъ цветовъ средняго поля. Поповникъ (Leucanthe- mum vulgare), желтые центральные цветы котораго окружены белыми краевыми, Pyrethrum carneum, где желтые оторочены красными, рудбекши цинши (Rudbeckia laciniata, fulgens, Zinnia hybrida и др.), где чернобурые окаймлены желтыми, и въ особенности многочисленный астры, у которыхъ центральные кружковые цветы окружены синими лучевыми, — вотъ превосходные примеры этихъ часто встречающихся цветовыхъ контрастовъ.
Очень часто цветовой контрастъ достигается темъ, что венчики мбняють свою окраску на различныхъ стад!яхъ развит!я. Въ состояши почки они бываютъ, напр., красными, после раскрывашя становятся фюлетовыми, а потомъ ко времени отмирашя — синими или малахитово-зелеными. Когда таше цветы собраны вместе, то получается иногда сильный световой эффектъ. Особенно замечательны въ этомъ отношены сочевичники (Orobus variegatus, vernus и Venetus), затемъ мнопя друия растешя, принадлежащая къ родамъ семейства бурачниковыхъ (напр., Pulmonaria officinalis, Mertensia Sibirica, Symphytum Tauricum), конскш каштанъ (Aesculus Hippocastanum) и некоторый ивы (напр. Salix purpurea, repens, Myrsinites), на которыхъ собранный вместе тычинки сначала пурпуровокрасны, потомъ делаются желтыми и, наконецъ, черными. Трубчатые цветы плоской, блюдце- I видной корзинки телекш (Telekia speciosa) сначала желты и лишь потомъ становятся бурыми, а такъ какъ распускаше отдельныхъ цветовъ корзинки идетъ центростремительно, то желтое среднее поле въ пер!одъ полнаго расцветашя оказывается окруженнымъ темнобурымъ кольцомъ. У многихъ видовъ клевера (Trifolium) можно заметить, что къ концу перюда цветешя изменивппе свой цветъ венчики не опа- даютъ, а только вянутъ и высыхаютъ, такъ что маленьк!й плодъ оказывается окруженнымъ ими какъ плащомъ. Ножки цветовъ, расположенныхъ въ зонтикахъ, напоминающихъ головку, откидываются назадъ и располагаются венкомъ, который окаймляетъ столице надъ нимъ молодые цветы другой окраски. Такъ,л напр., у дятельника (Trifolium hybridum) тесно скученные, прямые, молодые белые цветы окружены венцомъ старыхъ, приспущенныхъ розовыхъ цветовъ; у Trifolium spadi- ceum светложелтое среднее поле изъ молодыхъ цветовъ окружено поясомъ каштано- бурыхъ старыхъ, вследств!е чего также получается очень заметный контрастъ въ окраске (см. рис. 9 на 170 стр.).
Необычайно разнообразны контрасты въ кистяхъ крестоцветныхъ съ мелкими цветами. Они производятся частью путемъ изменешя окраски во время за- и от- цветан!я, частью посредствомъ увеличешя лепестковъ, которое, къ удивлешю, начинается лишь после отцветашя. У одной группы этихъ стручковыхъ, образцомъ которой могутъ служить Draba verna, Thlaspi rotundatum, Lobularia numularifolia (см. рис. 1 — 3 на 170 стр.), первоначально очень маленькие белые лепестки увеличиваются вдвое и прижимаются своей широкой стороной къ завязи, которая темъ временемъ успела сильно раздуться и окрасилась въ бурый или фюлетовый цветъ. Плодники, развиваюпцеся постепенно въ плоды, какъ бы оклеенные белыми лепестками, образуютъ тогда вокругъ молодыхъ белыхъ цветовъ словно венецъ, подобно тому какъ мы это видели у клеверовъ; такимъ образомъ все соцвет!е становится заметнымъ, хотя лепестки во время цветешя очень невзрачны.
У другой группы стручковыхъ, примеромъ которой можетъ служить Thlaspi alliaceum, а также часто встречающаяся на поляхъ какъ сорная трава — обыкновенная ярутка (Thlaspi arvense), завязь, развивающаяся въ плодъ, очень мало изменяется въ цвете, зато зеленые чашелистики более старыхъ цветовъ начинаютъ желтеть, такъ что во всей кисти желтый, зеленый и белый цветъ перемешаны въ лестромъ безпорядке. Третья группа, для которой могутъ служить образцомъ Alyssum calycinum, Draba aizoides и Arabis coerulea, отличается темъ, что после :тиветан1я изменяюсь цветъ не чашелистики, а лепестки. Лепестки Draba aizoides Alyssum calycinum, бывш!е во время цветешя золотистожелтыми, становятся Кёрнеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растен!й, т. П.12
белыми и прижимаются къ молодымъ зеленымъ плодикамъ; лепестки Arabis coerulea въ начале цветешя бываютъ синими, затемъ бледнеютъ и прикладываются вплотную къ молодымъ плодамъ, которые т^мъ временемъ прмбрЪли (фиолетовую окраску. Въ первой, второй и третьей группе широкая сторона плода служитъ фономъ для светлаго лепестка и такимъ образомъ все соцве™ становится явственнымъ. У четвертой группы, примеромъ которой можетъ служить каменный крессъ (Aethionema), молодые плодики совершенно закутываются увеличивающимися лепестками и потому для цветового контраста они служить не могутъ. Однако растете это все-же достигаетъ такого контраста. Молодые цветы сидятъ на короткой прямой ножке на конце общаго стержня и раскрывппеся маленьте лепестки обращены къ зрителю верхнею стороною. После отцветашя цветоножки удлиняются, наклоняются вбокъ и становятся перпендикулярно къ стержню соцв&пя. Лепестки между тбмъ продолжаютъ расти въ длину и ширину, они прикладываются другъ къ другу какъ листья въ книге и поворачиваютъ теперь къ зрителю ту сторону, которая раньше была обращена книзу. А такъ какъ верхняя и нижняя поверхность лепест- ковъ окрашены различно, то выходить, что теперь молодые цветы, скученные въ среднемъ поле кисти, оказываются другого цвета чемъ краевые, окаймляюпце это среднее поле. Лучше всего это явлеше наблюдается у видовъ Aethionema, водящихся на Тавре (Aethionema grandiflorum и diastrophis); у нихъ белое среднее поле окаймлено красивымъ краснымъ венцомъ старыхъ, сложившихъ свои лепесткй, цветовъ. Виды рода сердечника (Cardamine), образующее вместе съ некоторыми другими крестоцветными пятую группу, сходны съ только что описанными видами Aethionema въ томъ, что и у нихъ тоже лепестки увеличиваются и складываются известнымъ образомъ, но здесь интересующих насъ контрастъ обусловливается не противоположностью цвета верхней и нижней части лепестковъ, а изменешемъ окраски чашелистиковъ. Дело въ томъ, что первоначально зеленые чашелистики постепенно окрашиваются у старыхъ поникшихъ цветовъ въ желтый цветъ, между темъ какъ лепестки остаются попрежнему белыми или (фиолетовыми. Наконецъ, у цветовъ шестой группы, къ которой относится изображенная на 14 рис. 170 стр. Kernera saxatilis, лепестки старыхъ цветовъ не складываются и не прижимаются къ завязи, а удерживаютъ то положевДе, которое они занимали при начале цветешя, т. е. постоянно обращаютъ къ зрителю свою верхнюю сторону. Однако, по мере того, какъ цветы стареются, завязь у нихъ мощно раздувается, окрашивается въ темный буро-пурпуровый цветъ и выдвигается между лепестками. Лепестки, значительно увеличившДеся въ старыхъ цветахъ, образуютъ теперь какъ бы белую оправу для буро-пурпуроваго плодника и такимъ образомъ старые цветы на окружности кисти получаютъ пестрый видъ, бросающихся въ глаза издали.
Здесь будеть уместно упомянуть еще о томъ контрасте въ цвете, который обнаруживается у различныхъ растительныхъ видовъ, расту- щихъ на техъ-же местахъ д одновременно распускающихъ свои цветы. Когда на лугу стоять тысячи голубыхъ колокольчиковъ Campanula barbata, то попадающаяся среди нихъ оранжевыя звезды арники (Arnica montana), конечно, станутъ гораздо заметнее, чемъ если бы этихъ синихъ колокольчиковъ не было. Съ другой стороны то же можно сказать и о колокольчикахъ, синш цветъ кото- рыхъ становится значительно отчетливее, благодаря присутствие оранжевожелтыхъ звездъ арники. Легко допустить, что часто наблюдаемое соседство растешй съ
противоположною окраскою обусловливается именно указаннымъ соотношешемъ, а можетъ быть, такимъ же образомъ можно объяснить и другое обстоятельство, именно, изм£нен1е окраски одного и того же вида въ различныхъ местностяхъ, Предположимъ, что въ поле, на которомъ летомъ цветутъ массами каме-нибудь красные цветы, напр., гвоздика, поселится сишй колокольчикъ. Некоторый особи его несутъ белые цветы, что у колокольчиковъ случается довольно часто. Безъ сомнешя, они значительно лучше будутъ выделяться среди красныхъ гвоздикъ, чемъ сишя ихъ собратья, и потому у нихъ есть больше шансовъ обратить на себя внимаше насекомыхъ и, следовательно, принести плоды и семена. Современемъ этихъ белыхъ колокольчиковъ станетъ больше, и на лугу между красными гвоздиками будутъ выделяться преимущественно белые колокольчики. Если бы те же самые колокольчики поселились на лугу, где растутъ главнымъ образомъ растешя съ желтооранжевыми цветами, то насекомыя больше посещали бы сише цветы, которые на этомъ фоне заметнее; эти цветы развились бы тогда лучше, сильнее размножались бы и въ конце концовъ совершенно вытеснили бы друпе.
Въ окрестностяхъ горы Бреннера (въ Тироле) одинъ колокольчикъ (Campanula Trachelium) несетъ белые цветы, а въ восточной части известковыхъ Альпъ они у него сише; шпористая ф!алка (Viola calcarata), растущая въ^ западной части Центральныхъ Альпъ, обнаруживает голубые, а растущая въ восточной ихъ части въ Крайне—желтые лепестки. Astragalus vesicarius, растущш въ тирольской долине Винчгау, украшенъ желтыми цветами, въ известковыхъ горахъ Венгрш фюлетовыми, у Melittis Melissophyllum встречаются въ южномъ Тироле только белые, въ Нижней же Австрш и Венгрш только беловатопурпуровые цветы. Альшйск1й макъ (Papaver alpinum) на щебне нижнеавстр!йскихъ и штиршскихъ известковыхъ Альпъ отличается белыми цветами, а въ юго-восточныхъ Альпахъ, въ Крайне они у него темно-желтые; Anacamptis pyramidalis встречается къ северу отъ Альпъ только съ карминово-красными цветами, на далматскихъ же островахъ и въ Италш цветы у него бледные, цвета свежаго мяса. Алыпйская ветренница (Anemone alpina) даетъ въ тирольскихъ центральныхъ Альпахъ преимущественно бледножелтые цветы, по цвету напоминаюпце серу, въ восточныхъ известковыхъ Альпахъ цветы у нея исключительно белые. Phyteuma spicatum, дающая въ окрестностяхъ Вены беловато-желтые цветы, въ лесахъ Лил1енфельда (въ Трайзенской долине) обнару- живаетъ всегда сише венчики. Желтушникъ (Melampyrum cristatum) въ южномъ Тироле имееть бледно-желтые, въ Нижней Австрш и Венгрш красные прицветники цветочныхъ колосьевъ; такимъ образомъ можно было бы перечислить еще длинный рядъ видовъ, у которыхъ въ различныхъ местностяхъ, соответственно перемене окружающей растительности и совместному произрастанпо съ другими растешями, начинаета преобладать то одинъ, то другой цветь лепестковъ.
Въ предыдущемъ изложеши, касавшемся окраски цветовъ, зеленый цвета принимался цветомъ основного фона, на которомъ друпе должны возможно лучше выделяться, чтобы обратить на себя внимаше пролетающихъ мимо насекомыхъ. Конечно, во время перюда вегетацш основной тонъ растительнаго покрова пре- пиущественно бываетъ зеленымъ. Однако въ местностяхъ, где осенью деревья.и кустарники сбрасываютъ листья и где зимою и даже весною на почве леса и по -.пушке его скопляется слой сухой бурой листвы, а трава на лугахъ осенью вянетъ 12*
и изменяетъ цветъ, тамъ следующей весною основной тонъ почвы, покрытой растен!ями, уже не зеленый, а бледножелтый или бурый и. разумеется, на такой почве контрасты цветовъ должны быть совершенно иными. На желтобуромъ фоне сише цвета во всякомъ случае заметны лучше, чемъ на зеленомъ, и, вероятно, потому то столь много весеннихъ цветовъ, распускающихся надъ засохшею листвою, окрашены именно въ сишй цветъ. Цветы перелески (Hepatica triloba), раступце въ редкихъ лесахъ, отлично вырисовываются, благодаря своей синей окраске, на желтобурой опавшей листве лещины и граба; на зеленомъ лугу ихъ, напротивъ, врядъ ли можно бы было заметить. Въ Карсте сише цветы Omphalodes verna заметны уже на разстоянш ста шаговъ, когда они растутъ на усеянной бледножелтыми, высохшими листьями опушке леса, между темъ какъ на зеленомъ фоне ихъ на томъ же разстоянш значительно хуже видно. Тоже можно сказать и о многихъ другихъ бурачниковыхъ растешяхъ, попадающихся на подобныхъ местахъ (Pulmonaria angustifolia, Lithospermum purpureo- coeruleum), затемъ о барвинке (Vinca minor), о пролеске (Scilla bifolia) и о многихъ другихъ.
Въ техъ тенистыхъ уголкахъ леса, где съ поконъ веку скопился чернобурый наземъ, обнаружатся друг!е контрасты цветовъ, чбмъ на почве, покрытой ковромъ зеленой растительности. Цадъ темнымъ перегноемъ глубокой чащи леса достаточно и бледной окраски, какую обнаруживаетъ гнездовникъ (Neottia), подъельники (Monotropа), чешуйникъ (Lathraea) и друпя гнилостныя и паразитныя растешя — ихъ все-таки видно на разстоянш. На зеленомъ лугу этихъ растенш совершенно нельзя было бы приметить.
Зоологи утверждаютъ, что животныя, особенно те, которымъ приходится искать цветня или меду, обладаютъ высокоразвитой способностью различать цвета, что посещешя растешя пчелами, шмелями, бабочками, мухами и жуками значительно обусловливается окраскою цветка, что различный животныя предпочитаютъ разные цвета, такъ что существуютъ „излюбленныя66 и „нелюбимыя66 известными животными краски. Такъ, напр., излюбленнымъ цветомъ пчелъ является ультра- фюлетовосишй; чисто сишй и фюлетовый также являются въ достаточной мере притягательными, желтый уже менее, однако его еще не избегаютъ, къ зеленому оне равнодушны, красный же старательно обходится и потому долженъ быть при- численъ къ „нелюбимымъ“ цветамъ. Мнопя изследовашя надъ соотношешями между животными и цветами заставили ботаниковъ пршти въ общемъ къ темъ же выводамъ. Что касается въ частности с ин яг о и ф!олетоваго цветовъ, то совершенно справедливо, что эти цвета являются лучшимъ притягательнымъ сред- ствомъ для шмелей и пчелъ, что покажется особенно страннымъ, если вспомнить, что, какъ уже было сказано, сишй цветъ встречается у растенш далеко не часто. Что касается краснаго цвета, то мы можемъ подтвердить выводъ зоологовъ только съ некоторой оговоркою. Карминовокрасные и пурпуровые цветы вплоть до дальнейшихъ переходовъ къ фюлетовому, очень охотно посещаются насекомыми и потому только кроваво-красный, киноварно-красный и дальнейшее переходы къ оранжевому цвету могутъ быть признаны „нелюбимыми66 пчелами.
На садовой куртине была посажена группа Pelargonium zonale; рядомъ съ нимъ, черезъ дорожку, росъ узколистный кипрей (Epilobium angustifolium). Кроваво-красные цветы пеларгошя и фюлетовые цветы кипрея (Ивана-чая) раскры-
ваются одновременно. Пчелы и бабочки жужжать и резвятся вокругъ насаждешя, но, къ удивленно, бабочки останавливались передъ обоими растешями и не отда, вали преимущества ни одному изъ нихъ; между тбмъ пчелы безучастно пролетали- мимо кроваво-красныхъ цветовъ и обращали внимаше на одни только фюлетовые цветы кипрея. Въ венскомъ ботаническомъ саду помещаются рядомъ синш ис- сопъ (Hyssopus officinalis), бледно-фюлетовая Monarda fistulosa и кроваво-красная Monarda didyma. Bet три цветутъ въ одно время, приблизительно въ середине поля. Пчелы прилетаютъ въ изобилш, однако садятся только на иссопъ и на фюле- товую монарду, а кроваво-красные цветы Monarda didyma оне очевидно обходятъ. Мы нарочно не употребляемъ здесь выражешя избегають, такъ какъ представляется еще невыясненнымъ, действительно-ли оне не посещаютъ кроваво-красныхъ цветовъ вcлeдcтвie своего отвращешя къ этому цвету, или же тутъ играетъ роль некоторая специфическая слепота, благодаря которой, какъ известно, мнопе люди не видятъ краснаго цвета *). Если мы допустимъ, что пчела вообще не видитъ краснаго цвета, то станетъ понятнымъ, отчего она не посещаетъ пеларгошя и кроваво-красную монарду. Она не замечаетъ этихъ цветовъ, потому что въ глазу ея нетъ техъ нервовъ, которые передаютъ впечатлеше краснаго цвета. Однако, изъ этого не следуеть, чтобы и друпя животныя этого цвета не видели, напро- тивъ того, этотъ кровавокрасный цветъ можетъ служить для нихъ важнымъ сред- ствомъ приманки, действующимъ на большое разстояше. Какъ уже быдо сказано, цветы пеларгошя отъ времени до времени посещаются бабочками, Monarda didyma аккуратно разыскивается большимъ шмелемъ, да и къ другимъ кроваво-краснымъ цветамъ, особенно въ тропическихъ местностяхъ, прилетаютъ различный животныя
Особенно сильно действуютъ так!е цветы на колибри; кажется даже, что эти жадныя до меда маленьк!я птички охотнее другихъ садятся на кроваво-красные цветы. Можетъ быть это находится въ зависимости отъ того, что такого рода цветы наиболее распространены въ техъ местностяхъ, где водятся колибри. Во всякомъ случае странно, что кроваво-красный цветъ въ растительномъ Mipe Азш и Европы, именно въ алтайской, балтшекой, понтшекой и средиземно-морской флоре имеетъ очень мало представителей, между темъ какъ въ Америке, именно въ Каро- линб, въ Техасе, Мексике, Вестъ-Индш, Бразилш, Перу и Чили онъ свойственъ большинству цветовъ. Въ девственныхъ лесахъ центральной Америки путешественнику прежде всего бросается въ глаза большое число вьющихся и эпифитныхъ растешй изъ семействъ акантовыхъ, бигношевыхъ, ананасовыхъ, циртандровыхъ и гесне- р!евыхъ, цветы которыхъ характеризуются кровавокраснымъ цветомъ; таковы Bignonia venusta, Lamprococcus miniatus, Pitcairnia flammea, Nemanthus Guilleminia- nus, Mitraria coccinea и Beloperone involncrata. Названная американская область приходится также родиной лобелш, фуксш и бргошй съ огненно-краснымъ венчи- комъ (Lobelia cardinalis, fulgens, graminea, splendens, Texensis, Fuchsia coccinea cylindria, fulgens, radicans, spectabilis, Begonia fuchsioides), затемъ красныхъ шал-
феевъ (Salvia coccinea, cardinalis), вокругъ которыхъ резвятся колибри, разныт виды Alonsoa и Russelia, принадлежащее къ семейству норичниковыхъ, своеобразный эритрины (Erythrina crista galli, herbacea, speciosa) и цезальпиновыя родовъ Amherstia и Brownea (Amherstia nobilis, Brownea coccinea и grandiceps); цветы этихъ растенш веб безъ исключешя построены такимъ образомъ, что медъ ихъ можетъ достаться только порхающему на воздухе колибри. Дальнейшимъ изеледо- вашямъ тропическихъ местностей придется решать, есть ли на ряду съ бабочками и колибри еще друпя животныя, въ особенности мухи и жуки, которыя видятъ кровавокрасные цветы и летятъ на нихъ; оказывается, что существуютъ известйыя растешя, каковы, напр., бразильейе аройники съ болыпимъ кровавокраснымъ чех- ломъ (Anthurium Scherzerianum, Andreanum, Lawrenceanum), у которыхъ вовсе нетъ меда, такъ что они не разечитываютъ ни на бабочекъ, ни на колибри.
Понятно, что поебщетя кровавокрасныхъ цветовъ бабочками ночью прекращаются; ведь съ наступлешемъ сумерекъ кровавокрасные цветы точно такъ же перестаютъ быть видимыми, какъ и пурпуровые, фюлетовые или сише. Въ эту пору могутъ быть видимы только те цветы, у которыхъ сторона лепестковъ, обращенная къ животнымъ, окрашена въ белый или бледно-желтый цветъ, какъ это наблюдается, напр., у ночной свечи (Oenothera), жимолости (Lonicera Caprifolium), некоторыхъ никтагишй (напр.. Mirabilis longiflora), многихъ пасленовыхъ (напр., Nicotiana affinis, Datura Stramonium), у многочисленныхъ смолевокъ (напр., Silane nutans, longiflora, Saxifraga), различныхъ видовъ юкки и Calonyction и въ особенности яснее всего у мексиканскихъ кактусовъ, преимущественно изъ родовъ Echinocactus и Cereus. Хотя съ наступлешемъ ночи насекомыми посещаются и темные цветы, напр., Hesperis tristis, Pelargonium triste и atrum, но тутъ причина не въ окраске, а въ аромате цветовъ, о которомъ у насъ еще будетъ речь впереди. Безъ всякаго сомнешя белый цветъ въ сумерки наиболее отличается отъ другихъ, да и во всякое время его хорошо видно и потому, какъ кажется, ни одно животное не обходить его. Даже так!я животныя, у которыхъ способность къ различена цветовъ развита слабо и которыя, пожалуй, умеютъ отличать только светъ отъ тьмы, лучше всего распознаютъ белый цветъ. Желтые цветы, согласно наблюде- шямъ, особенно охотно посещаются насекомыми, собирающими и поедающими пыльцу, что, по всей вероятности, находится въ связи съ желтымъ по преимуществу цветомъ ея. На зеленовато-желтыхъ и желто-бурыхъ цветахъ, каковы, напр., цветы петрушки и пастернака, аралш и плюща, клена и крушины, руты и уксуснаго дерева (Petroselinum, Pastinaca, Aralia, Hedera, Acer, Rhamnus, Ruta, Rhus) встречаются чаще всего те мухи, которыя вообще водятся въ соломистомъ навозе и въ другомъ мусоре (напр., Lucilia cronicina, Onesia sepulcralis, Sarcophaga carnaria, Scatophaga stercoraria). Это явлеше пытаются объяснить сходствомъ между цветомъ названныхъ растенш и цветомъ навоза. Темнобурый цветъ, повидимому, производить особое действ!е на ось; бурые листья, преимущественно так!е, цветъ которыхъ напоминаетъ гшюпця груши и друпе плоды, приманиваютъ къ себе целые рои осъ,' пренебрегающихъ при этомъ цветами, которые намъ гораздо более бросаются въ глаза. Когда въ цветахъ наряду съ бурымъ цветомъ встречается еще бледно-красный и грязно-ф!олетовый, однимъ словомъ, когда получается комби- нащя цветовъ, напоминающая гшющее мясо падали, то ихъ посещаютъ целые рои мухъ и жуковъ, въ особенности, когда цветы эти вдобавокъ пахнуть падалью.
Жизнь растеши. II
АЛЫИЙСК1Е ЛУГА НА БЛАЗЕРЪ ВЪ ТИРОЛЪ (Рис. съ натуры Э. Гейнъ.)АЛЫИЙСК1Е ЛУГА НА БЛАЗЕРЪ ВЪ ТИРОЛЪ (Рис. съ натуры Э. Гейнъ.)
АЛЫИЙСК1Е ЛУГА НА БЛАЗЕРЪ ВЪ ТИРОЛЪ (Рис. съ натуры Э. Гейнъ.)
АЛЫИЙСК1Е ЛУГА НА БЛАЗЕРЪ ВЪ ТИРОЛЪ (Рис. съ натуры Э. Гейнъ.)
Можно было бы предполагать, что уже одного этого запаха достаточно * для приманки — однако врядъ ли это такъ; ведь въ такомъ случае было бы непонятно, отчего различные кирказоны, стапелш, раффлезш и баланофореи наряду съ запа- хомъ имйютъ также и цветъ падали. Конечно, трудно решить, какое учасйе въ приманивании достается на долю цвета, какое на долю запаха, и было бы преждевременно выводить изъ этого как!я бы то ни было заключешя. Вообще надо заметить, что только что сказанное не надо признавать чемъ-то вполне несомненнымъ. Изследоваше этихъ вопросовъ очень трудно, источниковъ ошибокъ такъ много, что полученные до сихъ поръ результаты, вероятно, еще нуждаются въ поправ- кахъ. Однако не надо также думать, что все сказанное не имеетъ никакого зна- чешя. Ведь доказано достоверно, что одни животныя предпочитаютъ таше-то цвета, друпе—так!е-то, такъ что присутств!е или отсутств!е, преобладаше или отступа- nie известнаго цвета необходимо надо ставить въ параллель съ подобными же явлешями въ Mipe животныхъ.
Весьма вероятно, что наблюдавшееся въ некоторыхъ областяхъ преобладаше известной окраски цветовъ также зависитъ отъ жи- вотнаго Mipa, именно потому, что весною летаютъ друг!я насе- комыя, чемъ летомъ, а осенью опять друг!я. Для балтшской флоры, при помощи метода вычерчивашя кривыхъ, заметили, что въ апреле и мае пре- обладаетъ белая окраска цветовъ, кривая которой потомъ постоянно опускается, такъ что поздней осенью она стоить очень низко. Кривая желтаго цвета дости- гаетъ наибольшей высоты въ мае, несколько опускается летомъ, а осенью снова достигаетъ значительной высоты. Кривая краснаго цвета держится весною низко, затемъ летомъ постепенно поднимается и достигаетъ наивысшей своей точки въ сентябре. Кривыя для синяго и фюлетоваго цветовъ хотя и не обнаруживаютъ за весь перюдъ вегетащи особыхъ колебанш, однако и у нихъ тоже, какъ и у желтой, можно заметить два наивысшихъ положешя, изъ которыхъ одно приходится на весну, а другое на осень.
Эта перюдическая смена преобладающей окраски относится, впрочемъ, только къ балтшской флоре; уже въ соседней съ нею средиземноморской области ходъ кривыхъ несколько изменяется, а въ Северной Америке, повидимому, наблюдаютъ на той же широте еще более резшя измйнешя. Въ алыпйской флоре о преобла- даши въ вегетащонный перюдъ известныхъ цветовъ вообще не можетъ быть и рйчи. На границе распространешя лесовъ, въ сущности, нйтъ уже ни весны, ни осени; тамъ есть только короткое лето, за которымъ следуетъ длинная зима, и потому всемъ растешямъ приходится торопиться цвести въ очень короткш срокъ, а животнымъ тоже надо воспользоваться недолгимъ перюдомъ безснйжья, если имъ не желательно сдохнуть съ голода. Едва только стаялъ снегъ, какъ почти одновременно появляются фюлетовые колокольчики сольданелль и золотистые цветы лапчатки (Soldanella и Potentilla), белые — лютика и проломника, красные — гвоздики и первоцвета (Ranunculus alpestris, Androsace obtusifolia, Silene acaulis, Primula minima), сишя горечавки и желтыя медвежьи ушки (Gentiana acaulis, verna, Primula Auricula), небесно-голубая незабудка и желтая ф!алка (Myosotis alpestris, Viola biflora), а также цветутъ камнеломки всевозможныхъ окрасокъ. Кто внимательно приглядится къ приложенной таблице „Альшйсше луга на горе Блазеръ въ Тироле“, вторую Э. Гейнъ изобразилъ съ натуры, тотъ сейчасъ же заметить, что на ней
представлены всевозможные цвета. Белый и красный, желтый и сишй, бурый и зеленый пестреют здесь въ красивомъ безпорядке на пространстве съ ладонь величиною. Пчелы, шмели, мухи и бабочки, существоваше которыхъ обусловлено медомъ этихъ цветовъ, летают въ это же время. Если то или другое изъ этихъ животныхъ запоздает, то самая жизнь его может подвергнуться опасности; въ самомъ дЬл’Ь, если случайно въ снежномъ сугробе, который не тает долгое время, не окажется запоздалаго цветка, то животное подвергнется опасности умереть съ голоду. -
Запахъ цв'Ьтовъ, какъ приманка для насЬкомыхъ и другихъживотныхъ.
Подобно цвету, и запахъ растенш состоит въ своеобразному соотношенш съ животнымъ м1ромъ. Какъ уже было объяснено въ другомъ месте (томъ I, стр. 429 и 453), запахъ, испускаемый листьями, стеблями и корнями, служитъ, глав- нымъ образомъ, къ отпугиванью враговъ, питающихся растешемъ; напротивъ того, ароматъ, исходящей отъ цв'Ьтовъ, имеет значеше какъ приманка для такихъ животныхъ, который въ случае посйщешя могут переносить пыльцу съ цветка на цветокъ, отъ особи къ особи и такимъ образомъ въ состояние принести растешю значительную пользу. У медвежьяго уха (Primula Auricula), у ясминника (Asperula odorata), у руты (Ruta graveoleus) и лаванды (Lavandula vera) цветы и листья имеютъ одинаковый запахъ, а потому здЬсь одно и тоже вещество приманивает насекомыхъ, ищущихъ меда и пыльцы, и отгоняет пасущихся животныхъ отъ листьевъ и цв'Ьтовъ. Однако такое равномерное распределен!е пахучихъ веществъ въ различныхъ частяхъ одного и того же растешя встречается сравнительно редко; гораздо чаще приходится наблюдать, что запахъ цветовъ отличается отъ запаха листьевъ. Такимъ образомъ некоторые луки (Allium Chamaemoly, Sibiricum, suaveolens) выделяют изъ своихъ цветовъ ароматъ меда, привлекающей насекомыхъ, тогда какъ листья его сильно пахнуть лукомъ, отгоняя пасущихся животныхъ. У большинства зонтичныхъ цветы также имЬють другой запахъ чемъ листья, стебли и корни. Листья изображеннаго на таблице при 742 стр. I тома сумбула (Euryangium Sumbul) пахнуть мускусомъ, корни кор!андра (Coriandrum sativum) отзывают противнымъ запахомъ клоповъ, листва болиголова (Conium maculatum) выделяет отвратительный запахъ мышей. А между темь цветы этихъ трехъ зонтичныхъ имеют общш нежный ароматъ меда, привлекаюпцй насекомыхъ ).
Число различныхъ запаховъ очень велико. По самой скромной оценке ихъ можно различить до пятисотъ. Однако точно определить и разграничить ихъ очень затруднительно, такъ какъ въ нашемъ языке отсутствуют соответствующая назва-
шя и потому остается только сказать, чтъ резеда пахнетъ резедою, рута — рутою и т. д. Положимъ, давно уже ощущалась потребность внести въ это разнообраз!е какой-нибудь порядокъ, собрать вм-ЬстЬ сходные запахи и создать изъ нихъ центры, вокругъ которыхъ могли бы группироваться остальные, приблизительно такъ, какъ мы это дЬлаемъ съ основными тонами въ музыка и основными цветами въ оптикЬ; однако до сихъ поръ этой потребности еще не удалось удовлетворить и главнымъ образомъ потому, что химическая природа этихъ запаховъ, которая должна была бы, конечно, лечь въ основу ихъ классификащи, до сихъ поръ еще почти совершенно неизвестна. Если мы въ дальнЬйшемъ изложеши даемъ распредЬлен!е запаховъ, то оно не имеетъ никакихъ притязашй быть полнымъ и непогрЬшимымъ, а представляетъ лишь попытку обозначить запахи на основаши изв-Ьстнаго принципа.
Итакъ, мы различаемъ пять группъ растительныхъ запаховъ и назы- ваемъ ихъ индолоидньщи, аминоидными, параффиноидными, бензолоидными и терпеноидными.
Къ первой группе относятся запахи, образующееся при разложенш белко- выхъ веществъ, въ которыхъ находится одно или несколько бензольныхъ ядеръ, содержащихъ также и азотъ; таковы, напр., лейцинъ и тирозинъ, скатолъ и ин- долъ ). По этому последнему эти запахи называются индолоидными. Они развиваются въ початкахъ различныхъ аройниковъ ), въ цветахъ всехъ южноафри- канскихъ стапелш, у баланофоровыхъ, раффлез!евыхъ и гидноровыхъ, въ около- цветникахъ приблизительно 200 кирказоновъ, а также у некоторыхъ тропическихъ орхидныхъ, каковъ, напр., Bolbophyllum Beccarii малайской флоры. Запахъ этотъ то напоминаетъ разлагающееся мясо млекопитающихъ, то тухлую рыбу (ср. 196 стр. I тома), то гшющую мочу или клей, жижу, навозъ и друйя не аппетитныя вещи. Вестъ-индская Aristolochia Gigas почему то напоминаетъ запахомъ гшющш табакъ, краснобурые цветы Calycanthus floridus пахнуть испорченнымъ виномъ, въ противоположность несущимъ ихъ деревянистымъ ветвямъ, которыя, какъ известно, имеютъ пр!ятный ароматъ, напоминаюпцй кухонную гвоздику. Мы уже говорили о томъ, что цветы съ индолоиднымъ запахомъ напоминаютъ по окраске трупы
животныхъ, что у нихъ оказываются пятна, фюлетовыя полосы и краснобурыя жилки на зеленоватомъ и бледножелтомъ поле (ср. стр. 183).
Къ индолоиднымъ запахамъ близки аминоидные. Подъ этимъ именемъ собираются все распространенные въ природе запахи, имеюпце въ своемъ основаны амины, и притомъ всехъ трехъ родовъ, первичные, вторичные и третичные, въ которыхъ либо одинъ, либо два, либо все три водорода изъ амм!ака замещены спиртовымъ остаткомъ. Доказано, что своеобразный запахъ боярышника (Crataegus) обусловливается триметиламиномъ. Съ большою вероятностью можно допустить, что еще мнопе друпе подобные цв^ты развиваютъ триметиламинъ или какое-нибудь другое соединеше, принадлежащее къ аминамъ. Запахъ цветовъ боярышника повторяется съ немногими изменешями въ цветахъ груши (Pirns), мушмулы (Mespi- lus), рябины (Sorbus), таволгъ (Spiraea ulmifolia, chamaedryfolia и др.), дерна (Сог- nus sanguinea), калинъ (Viburnum Lantana, Opulus), каштана (Castanea), бузины (Sambucus racemosa), ломоноса (Clematis Vitalba) и у барбариса (Berberis). Значительно разнится отъ него запахъ, выделяемый цветами божьяго дерева (Ailanthus), конскаго каштана (Aesculus Hippocastanum), ясеня (Fraxinus Ornus) и ночной свечи (Oenothera). Цветы плюща (Hedera) напоминаютъ по запаху селедочный разеолъ; цветы альшйскаго мака (Papaver alpinum) похожи по запаху отчасти на боярыш- никъ, отчасти на мускусъ. Два североамериканскихъ растешя, именно Pachysandra и Sanguinaria, выделяютъ запахъ, слабо отзывающей амм!акомъ, который наверно также аминнаго происхождешя. Наконецъ, сюда же относится еще и тотъ противный человеку запахъ Melianthus, о которомъ мы при случае (ср. 158 и 159 стр.) уже упоминали.
Третью группу образуютъ запахи, выделяемые такъ называемыми ароматическими веществами. Это соединешя съ однимъ бензольнымъ ядромъ, въ которомъ различные атомы водорода замещены остатками алкоголя и кислоты. Ихъ правильнее всего следовало бы называть бензольными запахами. Изъ лучше извест- ныхъ химическихъ соединены этого типа сюда относятся эйгенолъ, находимый въ цветахъ многихъ гвоздикъ (Dianthus Caryophyllus, plumarius, superbus), корицевый спиртъ, пахнущы пацинтами, салициловый алдегидъ изъ цветовъ лабазника (Spiraea Ulmaria), кумаринъ въ цветахъ ясминника (Asperula odorata), ароматическы ванил- линъ въ цветахъ гелютропа (Heliotropium). Сюда же принадлежишь, вероятно, и запахъ сирени (Syringa vulgaris), ландыша (Convallaria majalis), резеды (Reseda odorata), ясмина (Jasminum officinale), медвежьяго уха (Primula Auricula), жимолости (Lonicera Caprifolinm), белой акащи (Robinia Pseudacacia), ф!алки (Viola odorata), дряквы (Cyclamen europaeum), паулоши (Paulownia imperialis), иланга (Unona odo- ratissima) и запаховъ сливъ, которыми отличаются также Muscari racemosum и Polygala Chamaebuxus. Такимъ образомъ сюда принадлежатъ самые пр!ятные ароматы, изъ которыхъ производить большинство духовъ; поэтому ими можно будетъ пользоваться и при описаны запаховъ различныхъ растешй. Изъ бензолоидныхъ запаховъ мы, стало быть, можемъ говорить о запахахъ гвоздики, ыацинта, лабазника, ясминника, ванили, сирени, ландыша, резеды, жасмина, медвежьяго уха, жимолости, белой акац!и, ф!алки, дряквы, паулон!и, иланга и сливъ.
Замечательно, что Mnorie изъ этихъ запаховъ повторяются въ растешяхъ самыхъ разнообразныхъ семействъ. Такъ, напр., запахъ гвоздики свойственъ не ей одной, но и многимъ видамъ заразихи (Orobanche caryophyllacea, gracilis, lucorum^
некоторымъ орхиднымъ (напр., Platanthera bifolia, Gymnadenia сопореа), желтымъ цветамъ Ribes aureum, нарциссу (Narcissus poeticus), Virgilia aurea и въ несколько измененномъ виде Azalea pontica. Запахъ пацинта кроме этихъ цветовъ свойственъ еще многимъ смолевкамъ (Silene nutans, longiflora и др.), вечернице (Hesperis tristis) и пеларгошямъ съ темными цветами (Pelargonium atrum, glauciifolium, triste и др.). Давно уже известно, что запахъ ясминника слышится во многихъ злакахъ (Anthoxanthum, Hierochloa), а смешанный съ запахомъ меда встречается у донника (Melilotus). Очень распространенъ запахъ ванили. Помимо гелютропа (Heliotropium Europaeum и Peruvianum), более или менке сильнымъ запахомъ ванили обладаютъ некоторые виды ясминника (напр., Asperula glomerata, cynanchica, longiflora), волосовая трава (Linnaea borealis), бузникъ (Sambucus Ebulus), полевой вью- нокъ (Convolvulus arvensis), некоторый альпшсшя луговыя орхидныя (напр., Gymnadenia odoratissima, Epipactis rubiginosa, Nigritella nigra), альшйская соссюрея (Saussurea alpina), волчникъ (Daphne alpina) и нардосмгя (Nardosmia fragrans). Несколько иной запахъ, хотя въ общемъ напоминаюпцй ваниль, выделяется изъ желтыхъ частей цветка тропическихъ орхидныхъ рода Stanhopea и вполне схо- денъ съ нимъ запахъ нашего надбородника, встречающегося въ европейскихъ ело- выхъ лесахъ (Epipogum aphyllum). Значительно менее распространенъ запахъ сирени; однако у многихъ видовъ волчника (напр., Daphne striata и pontica) онъ выраженъ очень ясно, что темъ удивительнее, что эти виды волчника, не имeющie съ сиренью никакой родственной связи, на взглядъ поражаютъ насъ своимъ сход- ствомъ съ нею. Зато запахъ многихъ видовъ рода Syringa, напр., гималайской Syringa Emodi, совершенно не напоминаетъ запаха Syringa vulgaris. Запахъ ландыша, вообще говоря, встречается очень редко, всего лишь у некоторыхъ мекси- канскихъ нопаловыхъ, напр., Echinocactus Tetani. Запахъ резеды слышится въ цветахъ Cydonia Sinensis. Запахъ белой акацш встречается у довольно многочи- еленныхъ мотыльковыхъ, напр., у Cytisus alpinus и Spartium junceum, къ удивлешю также у цветовъ одного касатика: Iris odoratissima. Запахъ медвежьяго уха встречается у некоторыхъ родственныхъ Primula Auricula первоц^етовъ, а кроме того и у европейской калужницы (Trollius Europaeus). Запахъ жимолости издаютъ по вечерамъ мнопе виды, родственные Lonicera Caprifolium, кроме того еще гималай- скш Rhododendron Medemi, затемъ Ismene и одинъ видъ табака, именно Nicotiana affinis, распускающихся въ сумерки. Довольно распространенъ въ природе запахъ ф!алокъ. Кроме многочисленныхъ видовъ самихъ ф!алокъ (Viola odorata, mirabilis, polychroma) онъ ощущается еще у многихъ крестоцветныхъ, именно у левкоевъ (Matthiola annua, incana, varia и др.), у желтофюли (Cheiranthus Cheiri), немецкое народное назваше^котораго ,,Veigl“ по корню своему напоминаетъ Veilchen — ф!алку. Белянка (Leucojum vernum), цветущая позднею осенью горечавка (Gentiana ciliata), зеленый волчникъ (Daphne Laureola и Philippi), синяя нильская кувшинка (Nymphaea coerulea) и насекомоядная саррацешя (Sarracenia purpurea) также испу- скаютъ превосходный ароматъ ф!алокъ. Запахъ дряквы воспроизводится въ цветахъ грушанки, именно Pirola uniflora, въ цветахъ Genista canariensis, Clerodendron Bungei, Solanum tuberosum и Phalaenopsis Schilleriana. запахъ паулоши повторяется въ цветахъ Glycine Chinensis, а запахъ иланга въ цветахъ Zaluzianskia lychnidea и Calycanthus praecox.
Отъ бензолоидныхъ запаховъ химически разнятся спирты и кислоты углево-
дородовъ, носящихъ общее назваше параффиновъ ). Назовемъ ихъ параффи- ноидными запахами. Что касается химической природы ихъ, то изъ относящихся сюда соединен!# лучше всего изучена валер!ановая кислота, которая обусловливает запахъ многихъ валер!анъ, напр. Valeriana officinalis, montana и saxatilis, затЬмъ пеларгоновая кислота, находящаяся въ связи съ запахомъ розъ, именно центифольной розы; сюда же относится и рутовое масло, обусловливающее запахъ руты (Ruta graveolens) и другихъ родственныхъ ей видовъ, энантовый эфиръ, запахъ котораго слышится въ цветахъ винограда (Vitis vinifera) и гледичш (Gle- ditschia triacanthos, Sinensis и др.). Къ этому же порядку относится и запахъ липъ (Tilia alba, Americana, parvifolia и др.), а также Aesculus macrostachya, затЬмъ пасленовый запахъ многихъ видовъ дурмана (Datura), мандрагоры (Mandragora), петуши (Petunia) и многихъ другихъ пасленовыхъ, равно какъ и шоновъ (Paeonia) и американскаго Trillium grandiflorum; остается еще бузинный запахъ Sambucus nigra и Orchis pallens, и запахъ капроновой кислоты, выделяемой цветами Himantoglossum hircinum и въ несколько измененномъ виде также Orchis fragrans.
Принадлежит ли ароматъ свежаго желтаго пчелинаго воска и меда также къ этимъ параффиноиднымъ запахамъ или нбтъ, определенно этого еще нельзя сказать. Прежде думали, что этотъ своеобразный запахъ обусловливается мирициловымъ спиртомъ (алкоголь одного изъ параффиновъ), однако по изследовашямъ химиковъ очищенный мирициловый спиртъ лишенъ какого-бы то ни было запаха, такъ что по всей вероятности запахъ меда зависит от какого-нибудь другого соединешя. Во всякомъ случае, этот запахъ ближе всего подходит къ только что описан- нымъ и потому правильнее всего будет говорить о немъ именно теперь. Этотъ запахъ встречается у цветовъ очень часто, чтобы не сказать чаще всего. Иногда онъ встречается вместе съ запахомъ другого типа, особенно бензолоиднымъ, и этимъ обстоятельствомъ обусловливаются различный видоизменешя его. Более всего напоминает запахъ только что вынутыхъ изъ улья медовыхъ сот ароматъ цветовъ терновника, абрикоса, черешни и миндаля (Prunus spinosa, Armeniaca, avium, Amygdalus communis и др.), а также орХиднаго Herminium, крушины (Rhamnus pumila и др.) и Cimicifuga foetida. Несколько отличается запахъ цветовъ черемухи (Prunus Padus), подмаренниковъ (Galium Cruciata, vernum, verum), альшйской незабудки (Myosotis alpestris), флокса (Phlox paniculata), ваточника (Asclepias), заячьей травки (Cynanchum), хохлатки (Corydalis cava), многихъ моло- чаевъ (Euphorbia Cyparissias и др.), ивъ (Salix Caprea, daphnoides и др.), некото- рыхъ сложноцветныхъ (напр., Cirsium arvense и brachycephalum), многихъ зонтич- ныхъ (напр., Angelica officinalis, Heracleum Sphondylium, Meum Mutellina, Pimpinella magna), многочисленныхъ крестоцветныхъ (напр., Alyssum montanum, Erysimum
odoratum), многихъ тюльпановъ, шафрановъ и луковъ (Tulipa silvestris, Crocus multifidus, Allium Sibiricum, Chamaemoly и др.), гречихи (Polygonum Fagopyrum) и многихъ другихъ. Такъ называемый сладкш ароматъ клевера, который выделяется, впрочемъ, не только обыкновеннымъ луговымъ клеверомъ (Trifolium pratense), но и некоторыми другими видами его и вообще мотыльковыми (напр., Trifolium resupina- tum, Lathyrus odoratus), является также лишь неболыпимъ видоизменетемъ запаха меда.
Последняя группа запаховъ заключаетъ въ себе те безкислородныя эфирныя масла, который въ новейшей хим!и называются терпенами, такъ что запахи эти мы назовемъ терпеноидными. Вещества, выделяюпця эти ароматы, то скрыты въ различныхъ вместилищахъ растешй, то заключены въ головчатыя вздуйя на конце такъ называемыхъ железистыхъ волосковъ, главнымъ образомъ въ области стебля и листьевъ, въ цветахъ же гораздо реже. Наиболее известные изъ встречающихся въ цветахъ терпеноидныхъ запаховъ исходятъ отъ нерол!еваго масла, характеризующаго цветы померанцевъ (Citrus), гардешй (Gardenia), Pittosporum Tobira, сибирской Pirns baccata, Campelia Zanonia, Bouvardia longiflora, Vanda suavis, Dianthus monspessulanus и въ несколько измененномъ виде цветы некото- рыхъ магнолш (напр., Magnolia obovata и Youlan). Затемъ упомянемъ о лимонномъ масле, характеризующемъ запахъ тим!ана (Thymus citriodorus, montanus и др.), въ особенности же запахъ бад!ана—моисеева куста (Dictamnus Fraxinella) ), и лав ендов о е масло, встречающееся не только въ листьяхъ, но и въ цветахъ лавенды (Lavandula).
Мы уже неоднократно указывали на то, что иногда изъ одного и того же цветка одновременно могуть выделяться два запаха и что въ особенности ароматъ меда нередко соединяется съ какимъ-нибудь друтимъ. Такимъ образомъ опреде- леше запаха еще более затрудняется, въ особенности когда изъ двухъ запаховъ преобладает то одинъ, то другой, и когда такое преобладаше изменяется, смотря по времени дня. Нередко приходится слышать весьма различный мнешя объ аромате того или другого цветка. Одинъ наблюдатель сравнивает его съ ванилью^ другой съ ф!алкою. Может быть и оба правы, въ особенности въ томъ случае, если оба эти запаха действительно выделяются изъ растешя и все дело сводится лишь къ тому, какой изъ нихъ былъ лучше воспринять темь или другимъ изсле- дователемъ.
Затруднешя, представляемый подобнаго рода oпpeдeлeнieмъ запаха, въ значительной мере усиливаются еще благодаря тому обстоятельству, что при обонянш никогда нельзя избежать некотораго обмана чувствъ. При этомъ могут играть роль и зреше, и вкусъ. Когда увидишь гвоздику, то тотчасъ же мысленно возсо- здается ея запахъ. Это происходить еще раньше, чемъ запахъ гвоздики действительно дошелъ до органовъ обоняшя наблюдателя. Поэтому можно посоветовать при определеши запаховъ стараться вовсе не глядеть на данный цветокъ и про-
изводить изследоваше съ закрытыми глазами; можно, наконецъ, давать нюхать цветы знакомому, попросивъ его предварительно закрыть глаза.
Очень важно то обстоятельство, что родственные, по наружному виду даже совершенно сходные виды часто имеютъ совершенно различные запахи. Много примеровъ этому мы уже видели въ вышеприведенномъ списке, где, напр., значилось, что Gymnadenia сопореа пахнетъ гвоздикой, а крайне сходная съ нею Gymnadenia odoratissima — ванилью. Изъ видовъ волчника Daphne alpina пахнетъ ванилью, Daphne striata сиренью, Daphne Philippi ф!алками, a Daphne Blagayana гвоздикою. Близко родственный другъ другу Orchis fragrans и coriophora также сильно разнятся между собою по запаху. Виды Syringa, Tilia и Sambucus тоже превосходно различаются по одному, запаху. Еще больше интересу представ- ляютъ въ этомъ отношены розы. Кто хотя бы поверхностно занимался этимъ богатыми видами родомъ, тотъ сейчасъ же съ закрытыми глазами различитъ по запаху Rosa alpina, pimpinellifolia, arvensis, Indica, moschata, canina, Gallica, cinnamomea, Centifolia и Thea. Сильный гвоздичный запахъ испускаетъ Dianthus Caryophyllus, между темъ какъ Dianthus carthusianorum совсемъ лишенъ запаха, a Dianthus Monspessulanus явственно пахнетъ померанцевымъ цвбтомъ. Замечательно также, что изъ близкихъ родственниковъ некоторые пахнуть очень сильно, друпе совершенно лишены запаха. Platanthera montana не пахнетъ вовсе, между т4мъ какъ Platanthera bifolia обладаетъ ясно выраженнымъ ароматомъ гвоздики. Viola tricolor лишена запаха, Viola polychroma сильно пахнетъ ф!алками. Цветы Primula Lehmann! лишены запаха, у Primula Auricula, похожей на первую какъ две капли воды, запахъ очень силенъ. Эти факты представляются очень важными при решети вопроса о специфическомъ строены протоплазмы, о которомъ мы еще подробно будемъ говорить въ главе о происхождеши видовъ, а потому мы здесь только ограничиваемся краткою ссылкою на это обстоятельство.
При решеши вопроса о воспр!ятш запаховъ животными мы легко можемъ впасть въ многочисленный ошибки, такъ какъ мы судимъ преимущественно на основаны нашихъ собственныхъ ощущены, а между темъ весьма возможно, даже болбе чемъ вероятно, что обонятельный способности животныхъ, посещающихъ растешя, значительно различаются отъ нашихъ собственныхъ. Обонятельнымъ органомъ человека служить резко ограниченный участокъ слизистой оболочки верхней части носовой полости. Поверхностный клеточки этой слизистой оболочки известнымъ образомъ переплетаются въ своеобразную сеть съ последними развет- влешями обонятельнаго нерва и вотъ на это-то ограниченное пространство должны непосредственно действовать запахи, чтобы произвести въ мозгу должное впеча- тлеше. Это становится возможнымъ лишь тогда, когда воздухъ, насыщенный этими пахучими веществами, попадаетъ на известную часть слизистой оболочки носа. Прежде предполагали, что вещества, проносящ!яся надъ слизистою оболочкою, растворяются тамъ въ жидкости и лишь въ такомъ состояши вл!яютъ на кончики нервовъ. Однако такое предположеше противоречить ряду фактовъ, изъ которыхъ мы приведемъ только важнейппе. Какъ известно, мы узнаемъ по запаху некоторые металлы, мельчайппя откалываюпцяся частицы которыхъ попадаютъ къ намъ въ носъ, хотя въ области его слизистой оболочки они, наверно, не въ состояши растворяться. Точно также опытъ доказываете что мы въ состояши различать черезъ коротше промежутки времени разнообразные запахи, что не было бы воз-
можно, если бы впечатлите запаха являлось последств!емъ предварительнаго рас- творешя пахучихъ веществъ въ жидкости, пропитывающей слизистую оболочку носа. Особенно же убедителенъ тотъ факта, что у многихъ животныхъ органы обоняшя совершенно лишены слизистыхъ оболочекъ. Колбочки и шишки поверхности щупалецъ, образующая органы обоняшя у наськомыхъ, находятся, положимъ, въ связи съ ганглюзными окончаниями нервовъ; однако тутъ нельзя приметить ни слизистой оболочки, ни другихъ какихъ-либо подобныхъ образованы, которыя могли бы удерживать въ себе жидк!я вещества, а между темъ ведь известно, что обоняше у нас-Ькомыхъ бываетъ очень тонкимъ.
Поэтому, въ силу сказаннаго, раздражение концовъ нервовъ не можетъ быть последств!емъ предварительнаго растворешя пахучаго вещества, оно должно являться слЬдств!емъ переноса извЬстнаго рода движения. Можно представить себе дело такъ, что частички пахучихъ веществъ, носящихся въ воздухе, находятся въ вихревомъ, колебательномъ или другомъ какомъ-нибудь движении и что движете это передается концамъ обонятельныхъ нервовъ, лишь только оне придутъ въ соприкосно- веше съ органомъ обоняшя. Такъ какъ концы нервовъ не лежать открыто, то пере- носъ этотъ долженъ производиться черезъ части, лежапця надъ ними, и отъ стро- ешя этихъ поверхностныхъ слоевъ, непосредственно соприкасающихся съ воздухомъ, и будетъ зависеть, произойдете ли эта передача скорее или медленнее, хорошо или слабо. Чтобы раздражеше кончиковъ нервовъ, которое мы представляемъ себе въ виде известная рода движешя, могло дать впечатлеше запаха, необходима передача его съ конца нерва въ центральный органъ. И воте туть-то и получается дилемма: Зависите ли известный обонятельный ощущешя оттого, что часть кончиковъ нервовъ приходите въ раздражеше отъ воздЬйствы именно того, а друган отъ другого пахучаго вещества, такъ что, напр., специфически запахъ, распространяемый лавендовымъ масломъ, вызываете движете только въ известныхъ кон- чикахъ нервовъ, приспособленныхъ къ восщияйю раздражены этимъ масломъ? Или же различный обонятельныя ощущения зависятъ отъ того, что некоторый родъ движешя, свойственный частичкамъ известная вещества, такъ и переносится къ центральному органу и вызываете тамъ известное впечатление, при чемъ одно и то же нервное волоконце, только что передавшее родъ движешя лавендоваго масла, черезъ мгновеше передаете центральному органу движете частичекъ триметиламина?
Одна гипотеза предполагаете, что некоторый участокъ центральнаго органа, равно какъ и ведупця къ нему нервныя волоконца, хотя и кажутся намъ построенными совершенно тождественно, однако сильно разнятся по своей способности къ воспр!ят1ю раздражешя. Одна часть можетъ получить раздражеше только отъ ча- стицъ лавендоваго масла и не реагируете на триметиламинъ, другая же возбуждается къ деятельности лишь отъ движешя частицъ триметиламина, тогда какъ лавендовое масло не производите на нее никакого впечатленья. Принимая эту гипотезу, приходится допустить существование безчисленнаго множества кончиковъ нервовъ, соответствующее количеству пахучихъ веществъ; такое допущеше приходится дблать даже, если предположить, что одни и те же органы служите для передачи несколькихъ запаховъ, различающихся лишь силою производимая ими раздражешя. Другая гипотеза предполагаете, что каждое нервное волоконце построено такъ, что въ состояши передавать центральному органу всякаго рода по-
лучаемыя имъ движешя. Специфически колебашя, свойственный, напр., лавендовому маслу, должны, следовательно, вл!ять не только на окончашя нервовъ, но должны въ виде известнаго рода движешя передаваться черезъ все нервныя волоконца и быть восприняты центральнымъ органомъ въ виде известнаго рода впечатлешя; то же самое волоконце черезъ несколько мгновешй можетъ передавать уже колебашя триметиламина и вызывать въ мозгу соответствующее этому впечатлите. Такое д4йств!е волоконъ можно было бы сравнить съ телефономъ, передающимъ слова, произнесенный на одномъ конце проволоки, безъ изменешя къ другому ея концу. Представлеше о передаче известныхъ, возбуйсдаемыхъ пахучими веществами родовъ движешя отъ периферш къ центральному органу позволяете» намъ также допустить, что известный вещества не производить на наши органы обоняшя никакого впечатлешя. Колебашя, скорость которыхъ перейдетъ границу воспр!ят!я обонятельныхъ нервовъ, совершенно не могутъ вызвать впечатлешя запаха.
Примемъ ли мы ту или иную гипотезу, мы одинаково придемъ къ выводу, что люди и животпыя могутъ очень различаться соответственно различной способности ихъ обонятельныхъ нервовъ воспринимать впечатлешя. Когда частички какого-нибудь вещества не раздражаютъ ни одного нервнаго окончашя въ слизистой оболочке человеческаго носа, то изъ этого еще не следуетъ, что въ обоня- тельномъ органе того или другого животнаго не найдется нервовъ, которые могли бы воспринять движеше этихъ частичекъ. Такимъ образомъ можно понять, отчего одно животное не чувствуетъ запаха розъ, другое не слышитъ пацинта. Это обстоятельство очень важно: благодаря ему, мы понимаемъ, что некоторые цветы, ка- жупцеся намъ лишенными аромата, привлекаютъ известныхъ насекомыхъ; съ другой стороны мы замечаемъ, что одни цветы посещаются преимущественно такой то группой насекомыхъ, тогда какъ друпя ихъ избегаютъ или, вернее, не заме- чаютъ. Дикая лоза Ampelopsis quinquefolia, которую часто употребляютъ для укра- шешя беседокъ, перилъ и стенъ, даетъ летомъ цветы, охотно посещаемые пчелами. Окраска ихъ въ этомъ случае не можетъ служить приманкою, такъ какъ зеленый околоцветникъ теряется среди листьевъ и ускользаетъ на самомъ близкомъ разстояши даже отъ лучшаго глаза. Темъ не менее къ этимъ цветамъ со всехъ сторонъ собираются пчелы и не можетъ быть никакого сомнешя въ томъ, что цветы Ampelopsis привлекаютъ къ себе насекомыхъ на значительномъ разстояши. Если приманкою не можетъ служить окраска, то остается, значить, запахъ. Между темъ человеческое обоняше не можетъ уловить въ нихъ никакого запаха.
- Не менее интересны цветы переступня (Bryonia dioica). Они распределяются на двухъ различныхъ особяхъ, притомъ такъ, что на одномъ растеши развиваются лишь мужск!е, на другомъ лишь женсше цветы; такъ какъ пыльца не распыляется и не переносится у этого растеши ветромъ, то остается единственно возможнымъ переносъ ея при посредстве насекомыхъ. Между темъ цветы, въ особенности муж- CKie, очень невзрачны, на половину скрыты среди листвы, зеленаго цвета и очень слабо пахнуть. Мнопя насекомыя пролетаютъ мимо нихъ, не замечая ихъ присут- ств!я, и только одно перепончатокрылое, именно Andrena florea, посещаетъ эти цветы и умеетъ находить ихъ въ самыхъ скрытыхъ убежищахъ; это можно объяснить, невидимому, только темъ, что запахъ, выделяемый цветами переступня, действуетъ на обоняше этого перепончатокрылаго, тогда какъ друпя насекомыя его не замечають. На основаши опытовъ, производившихся съ цветами Bryonia.
было доказано, что они испускают очень сильные химичесте лучи; поэтому было высказано предположеше, не замечаютъ ли животныя этихъ лучей гораздо лучше, чемъ человекъ. Мы можемъ еще увеличить перечень такихъ неприметныхъ для человека и большинства животныхъ цветовъ, какъ будто лишенныхъ запаха, которые однако отлично разыскиваются различными животными; сюда относятся кирказонъ (Aristolochia Clematitis), черника (Vaccinimn Myrtillus), Chamaeorchis alpina, зозулины слезки (Listera ovata) и много другихъ. Весьма вероятно, что существуют цветы, которые, не въ примерь только что перечисленными, окрашены въ цвета, резко отличаюпцеся отв зеленой листвы, и въ то же время испускаютъ ароматъ, приманивающш известныхъ животныхъ. Однако ручаться за это ни въ какомъ случае нельзя. Само собою понятно, что при рйшенш этихъ вопро- совъ мы должны ограничиться наблюдешями надъ отношетемъ животныхъ къ цвй- тамъ въ живой природе, а такъ какъ при подобныхъ изследоватяхъ можете быть много источниковъ ошибокъ, то выводы приходится делать лишь очень осторожно. Поэтому такъ называемая „верность цветами“ насйкомыхъ, т. е. предпочтете, отдаваемое насекомыми тому или другому цветку, относительно аромата по крайней мере, можетъ быть изложена лишь въ самыхи общихи чертахъ. Въ виду этого мы упомянеми только о главнейшихи результатахъ такого рода изследоватй.
Сюда относится, наир., такого рода наблюдете: индолоидные запахи привле- каютъ къ себе некоторыхи мухъ изъ родовъ Scatophaga, Sarcophaga, Onesia, Lu- cilia, РугеШа, Calliphora, Sepsis и Musca и жуковъ изъ родовъ Aleochara, Dermes- tes, Saprinus, которые обыкновенно водятся на испражнешяхъ и падали; напротивъ, бабочки, пчелы и шмели не замечают этого запаха. Аминоидные запахи привлекают чаще всего болыпихъ и малыхи жуковъ, въ особенности бронзовокъ, эатймъ перепончато-крылыхи, а бабочекъ врядъ ли. Запахъ меда действуете главнымъ образомъ на пчелъ и осъ, но также на дневныхи бабочекъ и днемъ летающихи бражни- ковъ (напр., Macroglossa stellatarum), а также и на мелкихи жуковъ; зато его совершенно не замечаютъ насекомыя, предпочитающая индолоидный запахъ. Цветы съ па- раффиноидными запахомъ посещаются главнымъ образомъ известными перепончатокрылыми, который, къ удивлетю, сами обладают подобными же запахомъ, именно виды рода Prosopis. Запахъ пацинта действуете привлекающими образомъ на маленькихъ совокъ и шелкопрядовъ, а цветы жимолости посещаются крупными сумеречными бабочками. Однако ни одинъ изъ последнихъ двухъ запаховъ не привлекаете жуковъ. Дневныя бабочки также пролетаютъ мимо цветовъ жимолости, а это заставляете насъ думать, что запахъ этотъ либо совсемъ не воспринимается ими, либо непр!ятенъ имъ.
Мнопе запахи цветовъ, въ особенности параффиноидные, имеюте ту особенность, что на близкомъ разстоянш ощущаются хуже, чемъ въ нйкоторомн отда- ленш; это, вероятно, объясняется теми, что выделяемый цветами пахуч!я вещества при распространеши своемъ подвергаются вл!яшю кислорода или водяныхъ паровъ атмосфернаго воздуха, вследств!е чего въ нихъ происходить молекулярный пере- мещетя. Принимая во внимате недостаточность нашихи познанш о химическоми строеши пахучихъ веществъ, было бы рискованно высказывать по этому поводу свои предположетя. Вышеупомянутая особенность лучше всего наблюдается на липе и на винограде. Если подходить къ липе, стоящей въ полномъ цвету, то згмятный ароматъ ея сильнее всего^ слышенъ на разстоянш 30 шаговъ отъ нея:
Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растешй, т. П. 13
если же подойти къ ней вплотную и понюхать цветы непосредственно, то запахъ будет не такъ силенъ и не такъ пр!ятенъ, какъ на болыпемъ разстоянш. Однажды во время прогулки по Дунаю, въ той части его, берега которой покрыты вино- градомъ (Вахау), вся атмосфера долины, даже надъ водою, была до того насыщена ароматомъ цветовъ винограда, что можно было подумать, не находятся ли эти цвй- ты где нибудь подъ бокомъ. А между тбмъ ближайппя лозы росли 100 метровъ выше уровня воды и приблизительно въ 300 шагахъ отъ челнока. Затемъ, когда мы приблизились къ виноградникамъ, ароматъ сталъ значительно слабее; такимъ образомъ пришлось сделать парадоксальный выводъ, что по мере удалешя и рас- простраРйешя запаха онъ не ослабеваетъ а, напротивъ, усиливается. Если вспомнить, что при выделеши запаха изъ цветовъ винограда уменьшен!я объема этихъ цвб- товъ нельзя приметить, и что пахуч!я вещества изъ многихъ тысячъ цветовъ винограда представляют величину, почти не поддающуюся взвешиванью, если затемъ приблизительно вычислить объемъ воздуха надъ обширной дунайской долиной и сопоставить все эти данныя, то поневоле придешь къ заключешю, что въ_ томъ количестве воздуха, которое при вдыханш протекаетъ черезъ носъ, можетъ заключаться только очень мало частицъ пахучаго вещества.
Известно, что человекъ въ состоянш воспринимать некоторый пахуч!я вещества въ минимальномъ количестве и на невероятно болыпомъ разстоянш; въ этомъ свойстве его лежит и объяснеше такъ называемаго чутья у живот- ныхъ. Мы говоримъ о чутье, когда мы заключаемъ на основанш известныхъ дан- ныхъ, что известное животное воспринимает запахи, къ которымъ мы на томъ же разстоянш остаемся совершенно нечувствительными. А такъ какъ на основанш преж- няго нашего изложешя мы знаемъ, что животныя слышать запахи, совершенно не действующее на наши органы обоняшя, то не должно казаться страннымъ то обстоятельство, что пчела прилетает къ цветку Ampelopsis съ такого разстояшя, на которомъ этихъ цветовъ глазами ей, конечно, не различить. Она, значит, по запаху чует эти цветы за 300( шаговъ, какъ мы чуемъ виноградъ, хотя для насъ цветы Ampelopsis кажутся совершенно лишенными запаха.
Изъ громаднаго числа наблюденш, касающихся чутья животныхъ, мы остановимся лишь на относящихся къ посещение животными цветовъ и подробнее опи- шемъ главнымъ образомъ два изъ нихъ. Несколько лет тому назадъ на опушке небольшой кущи хвойныхъ венскаго ботаническаго сада былъ посаженъ кипрстй аройникъ Dracunculus Creticus. На разстоянш несколькихъ сотенъ шаговъ вокругъ не находилось ни навоза, ни падали и потому тамъ нельзя было приметить и следа навозныхъ мухъ. И вот, когда летомъ раскрылся большой початокъ этого арой- ника, напоминавшш лавочный фунтикъ, то, откуда не возьмись, со всехъ сторонъ налетело безчисленное множество навозныхъ и гнилостныхъ мухъ и жуковъ. Индо- лоидный запахъ початка былъ заметенъ человеку только на разстоянш несколькихъ метровъ, животныя же должны были слышать ег0 за несколько сотенъ метровъ. Въ томъ же саду посажена на небольшомъ участке земли жимолость (Loni- cera Caprifolium) и ее летомъ, въ сумерки, охотно посещает бабочка Sphinx Convolvuli. Эта бабочка, насосавшись меду, обыкновенно садится при наступленш ночи на кору старыхъ деревьевъ или на опавшую листву и, сложивъ крылья, остается въ оцепененш до вечера следующаго дня. Однажды въ летшй день кусокъ дерева со сфинксомъ былъ бережно вынуть изъ земли, бабочку отметили красной краской
и перенесли за 300 шаговъ отъ куста жимолости. При наступлеши сумерокъ сфинксъ несколько разъ повелъ щупальцами, служащими ему органомъ обоняшя, распра- вилъ крылья и стрелою полетелъ по тому направлешю къ саду, гдб стоялъ кустъ жимолости. Вскоре удалось заметить эту бабочку, отмеченную краскою, деятельно сосущею медь на жимолости. Она прямо полетела къ кусту и, значить, ясно почуяла его запахъ на разстоянш 300 шаговъ.
Одно изъ замечательныхъ соотношешй аромата къ животнымъ, на которое мы при случае уже указывали, состоитъ въ совпаден!и наиболее силь- наго развит!я аромата со временемъ лета известныхъ насеко- мыхъ. Различные виды жимолости (Lonicera Caprifolium, Periclymenum, Etrusca, grata и др.), петуши (Petunia violacea, viscosa и др.), Platanthera bifolia и многочисленные друйе виды растешй, цветущихъ летомъ и посещаемыхъ преимущественно ночными бабочками, пахнуть днемъ очень слабо, а то и вовсе не пахнуть; только после захода солнца, отъ 6 или 7 часовъ вечера до полуночи они въ изобильи выделяютъ пахуч!я вещества. Еще заметнее это свойство у вечерницы (Hes- peris tristis), темныхъ пеларгошй (Pelargonium triste, atrum и др.), и многочислен- ныхъ гвоздичныхъ (Silene.longitlora, nutans, viridiilora и др.), посещаемыхъ мелкими ночными бабочками; днемъ они совершенно не пахнуть, вечеромъ же выделяютъ сильный ароматъ, напоминающш запахъ пацинта; тоже можно сказать о вечернице-траве (Hesperis matronalis), цветы которой вечеромъ пахнуть ф!алками, и объ одномъ виде ясменника (Asperula capitata), издающемъ въ сумерки запахъ ванили. Съ другой стороны, мнопе цветы, посещаемые днемъ бабочками, пчелами и шмелями, съ заходомъ солнца перестають испускать запахъ. Желтые цветы бо- бровника (Spartium junceum) выделяютъ свой дивный запахъ акащи только, когда солнце стоить высоко падь горизонтомъ и упомянутыя насекомыя порхаютъ въ тепломъ воздухе. Вечеромъ въ нихъ нельзя открыть ни малейшаго запаха. Изящный клеверъ Trifolium resupinatum' и различные виды рода Prunus, цветы кото- рыхъ, окруженные днемъ роями пчелъ, пахнуть медомъ, совершенно лишаются аромата, лишь только пчелы отправятся вечеромъ на отдыхъ. То же можно сказать и о белозоре (Parnassia palustris), который пахнетъ только подъ теплыми лучами солнца, а вечеромъ перестаетъ издавать запахъ. Водящшся на Пиренеяхъ видъ волчника (Daphne Philippi) отличается тою особенностью, что цветы его только днемъ выделяютъ нежный запахъ фiaлoкъ.
Поднимался вопросъ, не существуетъ ли между окраскою и запа- хомъ цветовъ какого-нибудь замещен!я или взаимнаго дополнешя, такъ, напримеръ, что въ техъ случаяхъ, когда привлечете потребляющихъ медъ и пыльцу животныхъ производится яркой окраской околоцветника, запаха въ цве- тахъ уже нетъ и обратно. На эту мысль наводить тотъ фактъ, что мнопя расте- шя, отличаюпцяся яркими красками и величиною своихъ цветовъ, совершенно лишены запаха, каковы, напр., василекъ (Centaurea Cyanus), адонисъ (Adonis aestivalis и flammea), мнопя горечавки (Gentiana acaulis, Bavarica, verna), некоторые езды мытника (Pedicularis incarnata, rostrata и др.), камел!я (Camellia Japonica), длшйская азалея (Azalea Indica) и мнопе виды Amaryllis п Hemerocallis; съ дру- т:2 стороны, мнопя растешя съ невзрачными мелкими цветами, напр., резеда (Ве- Ьт'ш odorata), виноградъ (Vitis vinifera), плющъ (Hedera Helix), гледич!я (Gledit- - Lia triacanthos), лохъ (Elaeagnus angustifolia), распространяют сильный ароматъ.
При этомъ надо заметить, что многократно упоминавппеся нами пеларгоши (Pelargonium atrum и triste) и вечерница (Hesperis tristis), цветы которыхъ грязножел- таго или черноватаго цвета, такъ что вечеромъ лучшее зреше не въ состоянш ихъ заметить, выделяютъ сильный запахи пацинтовн, привлекающей многихъ мел- кихъ ночныхъ бабочекъ. Однако, какъ ни убедительны приводимые примеры, имъ можно противопоставить целый рядъ другихъ, доказывающихъ, что яркая окраска нередко соединяется съ сильными ароматомъ. Розы, гвоздики и левкои, мнопя тро- пичесшя орхидныя, магнолш, нарциссы, пышные гималайсше рододендроны дока- зываютъ, что высказанная догадка во всякомъ случае не имеетъ общаго повсе- местнаго приложешя.
Открытче доступа къ цветочному дну.
Принят1е и переносъ пыльцы .животными, очевидно, могутъ происходить лишь, если лепестки, подъ защитой которыхъ зрели въ пыльникахн цветень и развивались рыльца, дозволяютъ животными проникнуть къ цветочному дну. Дадимъ по этому поводу краткое объяснеше термина „открьте", такъ какъ онъ далеко не всегда соответствуетъ действительности. Цветы львинаго зева и льнянки (Antirrhinum. и Linaria), въ сущности, никогда не раскрываются,. а прилетающ!я за ме- домъ насекомыя должны сами открывать себе ходъ, отгибая внизъ нижнюю губу. Въ цветочныхъ почкахъ мотыльковыхъ верхшй лепестокъ, известный подъ назва- шемъ паруса, покрываетъ четыре остальныхи какъ плащи; только когда пыльца созреетъ и пыльники высвободить ее, парусъ отчасти откидывается назади и тогда говорить, что цветокн распустился. Однако въ мотыльковомн цветке все еще нельзя заметить отверстии; доступъ къ меду остается замкнутыми, какими они были и раньше, и насекомыя, желаюпця полакомиться ими, должны просунуть свой хоботокн между сомкнутыми лепестками. Между теми, въ сущности про- цессъ, описанный здесь, является настоящимъ раскрывашемъ полости, до сихъ поръ бывшей замкнутою въ почке, открыпемъ доступа въ недоступный до сихъ поръ части цветка, почему мы и выбрали для этой главы настоящее ея заглав!е.
Группировка лепестковъ въ нераскрывшейся еще почке въ каждомъ отдель- номъ случае точно определена и потому ботаники, описываюпце растеши, часто пользуются этими свойствомъ дли различ!я семействи и родовн. Ее называютъ почкосложешемн (aestivatio) и различаюти несколько типовн его. Прежде всего смятое почкосложеше, когда лепестки имеютн видн скомканнаго листа бумаги, какъ, напр., у мака, ладанника и граната (Papaver, Cistus, Punica), и складчатое почкосложеше, когда лепестки, сросшиеся въ воронку или колокольчики, образуютн правильный продольный складки каки, напр., у Венерина зеркала (Spe- cularia). Когда лентовидные лепестки некоторыхи сложноцветныхи (напр., одуванчика и козлобородника, Taraxacum, Tragopogon), кончающееся пятью маленькими треугольными зубчиками, свертываются ви почке по длине ви трубочку, замыкающуюся наверху этими пятью приникшими други кн другу зубчиками, то говорятъ о свернутомн почкосложенш, тогда какъ у зонтичныхъ и некоторыхи гвоздич- ныхи наблюдается форма, ви которой лепестки завернуты отв свободнаго конца кв основанью — это завернутое почкосложеше. Иногда плосше и складчатые листья венчика наложены други на друга таки, что каждый изв нихв покрываетъ
однимъ бокомъ соседшй лепестокъ, между темъ какъ съ другой стороны онъ самъ прикрыть соседомъ. Весь венчикъ въ то же время скрученъ но винтовой лиши. Такое почкосложеше, наблюдаемое у кислицы, барвинка, вьюнковъ, пасленовыхъ и бютнер!евыхъ, называется скрученнымъ. Чаще всего встречается такое почкосложеше, где соседше лепестки или лопасти околоцветника покрываютъ другъ друга какъ черепицы на крыше, причемъ они не скручены по винтовой лиши. Наружный листъ всего цветка хотя и покрываетъ друпе, однако самъ не покрыть ни съ той, ни съ другой стороны. Иногда два супротивныхъ лепестка покрываютъ внутренше, хотя сами ничемъ не прикрыты. Такое прчкосложеше, называемое че- репичатымъ, въ особенности ясно наблюдается на цветахъ розъ, яблонь, люти- ковъ и ветреницъ, и съ некоторыми изменешями встречается и у многихъ гвоз- дичныхъ и мотыльковыхъ. Въ некоторыхъ случаяхъ, какъ, напр., у копытня, сирени и винограда (Asarum, Syringa, Vitis), лепестки не налегаютъ другъ на друга, а только касаются своими краями, суживаются къ концу, поникаютъ тамъ другъ къ Другу, образуя полый конусъ, сводъ или куполъ; такое почкосложеше называется створчатымъ. Кроме того встречаются еще различный комбинащи этихъ почко- сложешй, у мака, напримеръ, смятые лепестки въ то же время расположены чере- пичато, у некоторыхъ гвоздикъ (Dianthus neglectus, glacialis и др.) черепичатые лепестки вместе съ темъ оказываются свернутыми. Случается также, что въ одномъ и томъ же цветке чашелистики имеютъ другое почкосложеше чемъ венчикъ. Такъ, напр., у неоднократно уже приведеннаго у насъ въ виде примера мака чашелистики створчаты, лепестки же смяты и черепичаты.
У двугубыхъ венчиковъ, отдельный части которыхъ различаются по рисунку и величине, хотя постоянно встречается черепичатое сложеше, однако уже по сути дела здесь, какъ и можно было ожидать, наблюдаются своеобразный измене- шя; конечно, описать ихъ въ подробностяхъ нетъ возможности, придется ограничиться несколькими наиболее частыми случаями, а потому мы выбирцемъ ташя семейства, съ которыми намъ еще не разъ придется иметь дело, именно губоцвет- ныхъ и норичниковыхъ. У первыхъ приподнятая средняя лопасть нижней губы образуетъ какъ бы крышку для трубки венчика, къ этой лопасти прикладываются обе боковыя, а все накрывается согнутой внизъ верхней губой. Въ цветочныхъ поч- кахъ Teucrium средняя лопасть нижней губы настолько выгнута кверху, что покрываетъ пыльники какъ полый шарь, а въ цветахъ львинаго зева и льнянки (Antirrhinum, Linaria), принадлежащихъ къ норичниковымъ, внутреншй запоръ цветочнаго дна образуется вздутою частью нижней губы, такъ называемымъ нёбомъ; нёбо прикрывается средней лопастью нижней губы, приподнятой кверху, а на эту лопасть, въ свою очередь, налегаютъ приспущенный лопасти верхней губы.
Все эти запоры и покровы, имеюпце целью воспрепятствовать доступу къ цвбтку, устраняются и отодвигаются. Когда лепестки, исполнивъ свою защитную роль, не играютъ более никакой роли, они сбрасываются безъ дальнейшихъ околичностей въ самый моментъ раскрывашя цветка. Положимъ, это редки случай, но онъ наблюдается у очень распространеннаго растешя, именно, у винограда (Vins). Лепестки винограда имеютъ створчатое почкосложеше и образуютъ сводъ надъ пыльниками, рыльцемъ и цветочными дномъ; они окрашены въ зеленый цветъ, :чень мало выделяются на-зеленой листве и вcлeдcтвie этого не могутъ служить ыелствомъ приманки для насекомыхъ. Да и вообще они не имеютъ уже больше
никакого значешя, напротивъ, при случай могли бы даже приносить вредъ, а потому цвйтамъ выгоднйе какъ можно скорйе освободиться отъ нихъ. Такъ оно на самомъ дйлй и бываетъ. Лепестки при основаши своемъ отделяются отъ цвйточ- наго дна и нижняя половина спирально заворачивается кнаружи и кверху, верхушки же ихъ остаются сросшимися и такимъ образомъ получается родъ колпака, который хотя и продолжаешь еще некоторое время висеть на пыльникахъ, однако, при ростй тычинокъ въ конце концовъ сбрасывается.
Такого рода способъ раскрывашя цветка встречается, какъ сказано, редко: въ огромномъ большинстве случаевъ вйнчикъ продолжаетъ играть роль въ послй- дующихъ стад!яхъ цвйтешя и потому его нельзя сбрасывать после раскрывашя цветка. Доступъ къ цветочному дну открывается въ такихъ случаяхъ благодаря расщепленпо лепестковъ въ верхней своей половине, такъ что получаются широ- шя щели, какъ, напримйръ, у различныхъ видовъ рода растрога (Phyteuma), или, что случается чаще, свободные концы ихъ расходятся, расправляются, иногда даже закидываются назадъ. Само собой разумеется, что такого рода расхождеше происходить сообразно тому положешю, какое лепестки занимали въ почке. Если поч- косложеше было створчатымъ, то лопасти лепестковъ откидываются подобно створ- камъ, если лепестки лежали другъ на друге какъ черепица на крыше, то они широко раздвигаются, если они лежали въ складкахъ, то эти складки расправляются и образуютъ плосше желобки, если они были смяты, то неровности разглаживаются ). Свернутые трубчатые и воронковидные венчики развертываются и часто приходится видеть, что для раскрывашя цветку приходится производить два п даже три различныхъ движешя.
Во некоторыхъ случаяхъ такимъ образомъ получаются только маленьшя во* рота, огряпиченнктя со всехъ сторонъ оттопыривающимися и закинутыми назадъ свободными концами лепестковъ; ворота эти ведутъ въ сводчатую, иногда темную трубчатую полость надъ дномъ цветка, въ другихъ случаяхъ,- напротивъ, весь цве- токъ раскрыть широко и имйетъ видь таза или чашки, какъ, напр., у розъ, ветре- ницъ или шоновъ.
Раздвигаше лепестковъ происходить обыкновенно очень быстро. У цветовъ жимолости (Lonicera Caprifolium) раскрываше начинается съ того, что нижшй ле- пестокъ венчика откидывается внизъ; затемъ откидываются назадъ боковые и верхше лепестки, тычиночныя нити расклеиваются и начинаютъ торчать врозь, какъ пальцы на руке. Движешя эти можно проследить простымъ глазомъ и весь процессъ длится едва две минуты. Еще скорее происходить раскрываше цветка у ночной свечи (Oenothera grandiflorh). Лепестки ея раздвигаются разомъ, расправляются впродолжеше полъ минуты, и если вообще можно говорить о растрески- ваши цветка, то именно въ этомъ случае. У цветовъ многихъ тропическихъ ор- хидныхъ лепестки тоже такъ быстро закидываются назадъ, что движешя эти легко заметны простому глазу. При раскрыванш дивныхъ цветовъ Stanhopea tigrina прежде всего раздвигаются на 5 см. внйшше лепестки, затемъ они еще дйлаютъ движешя толчками, вслйдств!е которыхъ они черезъ минуту оказываются сильно
Жизнь растений. П.Т-во Д^росвъшетв въ Спб.
ЦАРИЦА НОЧИ, Cereus nyeticalus (Мексика).
отогнутыми назадъ. Затемъ подобнымъ же образомъ загибаются назадъ и два внутреннихъ лепестка, и цветочное дно оказывается открытымъ для насекомыхъ. Весь процессъ длится не более 3 минуть. Замечательно, что при раскрываши цве- товъ этой Stanhopea слышится явственный звукъ, очень похожи! на хлопанье, ко- торымъ сопровождается разрывъ чашечки известной хлопушки (Silene inflata).
Существуютъ цветочный почки, раскрывающаяся раннимъ утромъ, такъ что первые лучи солнца застаютъ ихъ уже совершенно раскрытыми. Разводимое въ нашихъ садахъ вьющееся растете Ipomaea purpurea раскрываетъ свои цветочный почки уже въ 4 часа утра. Большинство дикихъ розъ раскрываются отъ 4 до 5 ча- совъ утра. Отъ 5 до 6 часовъ раскрывается большая часть видовъ льна, напр. Linum Austriacum и perenne. Отъ 6 до 7 часовъ раскрываются цветочный почки кипреевъ (Epilobium angustifolium и collinum), отъ 7 до 8 часовъ большинство вьюнковъ, напр. Convolvulus arvensis и tricolor. Между 8 и 9 часами раскрываются мнопя горечавковый и вероники, большинство видовъ кислицы (Oxalis) и разводимая въ садахъ гималайская лапчатка (Potentilla atrosanguinea). Отъ 9 до 10 распускаются цветочныя почки большинства тюльпановъ и опунцш (Tulipa, Opuntia), отъ 10 до 11 цветы маленькаго золототысячника (Erythraea pulchella), низмянки (Сеп- tunculus minimus), а отъ 11 до 12 цветы прямой лапчатки (Potentilla recta). Начиная съ полудня, наступаетъ длинный перерывъ до самаго вечера. Неизвестно ни одного растешя, цветы котораго въ нашихъ широтахъ и при обыкновенныхъ услов!яхъ раскрывались бы вскоре после полудня. Однако лишь только солнце начинаетъ приближаться къ горизонту, явлеше наступаетъ снова. Въ 6 часовъ вечера или около того растрескиваются цветочный почки вьющейся жимолости (Lonicera Caprifolium); вскоре затемъ раскрываются почки ночной свечи (Oenothera), горицветовъ (Lychnis diurna и vespertina). Отъ 7—8 ч. вечера распускаются цветы вечерницы (Hes- peris matronalis и tristis), ночной красавицы (Mirabilis Jalappa), пЬкоторыхъ смолевокъ (Silene noctiflora и vespertina) и многихъ видовъ дурмана (Datura Metel, Stramonium), отъ 8—9 опять таки некоторый смолевки (Silene longiflora, Saxi- fraga, Vallesia) и одинъ видъ табака (Nicotiana affinis); отъ 9 до 10 раскрывается изображенная на приложенной хромолитографш „царица ночи“— Cereus nycticalus.
Какъ начало, такъ и конецъ цветешя пр!уроченъ въ каждомъ отдельномъ случае къ известному сроку, а потому для каждаго вида существуетъ известная продолжительность пер!ода цветен!я. Цветы, раскрывающееся лишь на одинъ день, называются эфемерными или однодневными цветами. Следующая таблица заключаетъ въ себе рядъ эфемерныхъ цветовъ съ показатель времени начала и конца цветен!я.
Назваше растешя.
Раскрывается въ:
Закрывается въ:
Allionia violacea
3—4 утра
11—12 утра
Roemeria violacea
4—5 „
10-11„
Cistus Creticus
5-6 „
5—6 по полудни
Tradescantia Virginica
5-6 „
4-5„
Iris arenaria
6—7 „
3—4
Hemerocallis fulva
6—7 „
8—9,
Convolvulus tricolor
7—b „j
5-6„
Oxalis stricta
8—9 ,|
3-4„
s-Назваше растешя.
Раскрывается въ:
Закрывается въ:
Hibiscus Trionum Erodium Cicutarium Portulaca grandiflora Calandrinia compressa Drosera longifolia Arenaria rubra Portulaca oleracea Spergula arvensis Sisyrinchum anceps Mirabilis longiflora^ Cereus grandiflorus Cereus nycticalus
8—9 утра 8-9 „ 8-9 „ 9-Ю „ 9-Ю „
Ю-11 „ Ю-11 „ Ю-11 „ 11—12 „ 7—8 вечера 8—9 „ ■9-10 ;
11—12 утра _
4—5 по полудни
6-7„
1-2„
2-3 , „
3—4„
3—4„
3—4„
4—5„
2—3 утра
2—3„
2—3„
Соответственно числу часовъ, впродолжеше которыхъ эфемерные цветы остаются раскрытыми, ихъ можно расположить въ следующую таблицу:
часовъ:
часовъ:
часовъ:
Hibiscus Trionum .
. . 3
Sisyrinchum anceps.
. 5
Iris arenaria . . . .
0
Calandrinia compressa 4
Roemeria violacea .
. 6
Convolvulus tricolor. .
10
Portulaca oleracea .
. 5
Oxalis stricta . . .
. 7
Tradescantia Virginica.
10
Drosera longifolia .
. . 5
Mirabilis longiflora .
. 7
Portulaca grandiflora .
10
Arenaria rubra . .
. . 5
Cereus grandiflorus.
. 7
Cistus Creticus , . .
12
Spergula arvensis .
. 5
Allionia violacea . .
. 8
Hemerocallis fulva . .
14
Cereus nycticalus .
. 5
Erodium Cicutarium.
8
Эта таблица показываетъ, что растешя съ эфемерными цветами распадаются на две группы, на ташя, цветы которыхъ раскрываются между раннимъ утромъ и полуднемъ, и друпя, где этотъ процессъ происходить только вечеромъ, въ сумерки или ночью; последшя отличаются отъ эфемерныхъ цветовъ вообще термипомъ „эпиниктическихъ“ цветовъ.
Къ эфемернымъ цветамъ примыкають те, цветы коихъ раскрываются отъ 5 до 7 часовъ вечера, остаются открытыми всю ночь и утро следующаго дня и закрываются только къ полудню или даже къ вечеру, значить, обыкновенно остаются открытыми около 24 часовъ. Сюда относятся мнрпе виды дурмана и ночной свечи, салпысъ, ночная красавица и некоторые кактусы (напр., Datura Metel, Stramonium, Oenothera biennis, grandiflora, Morina Persica, Mirabilis Jalappa, Echinocactus Totani).
Другая группа растешй имеетъ ту особенность, что цветы ихъ раскрываются въ первый разъ утромъ, затемъ при наступленья сумерекъ закрываются, чтобы на следующее утро раскрыться вновь: однако между 2 и 5 часами пополудни цветы уже отваливаются или завядаютъ. Сюда относятся некоторый маковыя, мнопе виды льна, малина, некоторые лапчатки и нопалы (напр., Glaucium corniculatum и lu- teum, Papaver alpinum, Linum tenuifolium, Rubus Idaeus, Potentilla recta и Opuntia vulgaris).
Въ следующемъ списке помещены растешя, у которыхъ пepioдъ цветешя продолжается два дня и более.
Промежутокъ въ два дня между началомъ и концомъ цветешя отдельнаго цветка наблюдается у Centunculus minimus, Dianthus prolifer, Epilobium collinum*
Geranium pratense, Papaver somniferum, Potentilla atrosanguinea и вообще у большинства видовъ рода Potentilla, у Rosa arvensis и многихъ другихъ розъ, у Sapo- naria Vaccaria, Sinapis arvensis, Veronica aphylla и многихъ другихъ видовъ Veronica; въ три дня: у Lonicera Caprifolium, Potentilla formosa, Agrimonia Eupato- rium, Aphyllanthes monspeliensis, Galium infestum и некоторыхъ другихъ видовъ Galium, у Helianthemum alpestre и большинства другихъ видовъ Helianthemuni; въ 4 дня у Lychnis diurna, Sagina saxatilis, Sedum atratum, Scilla liliohyacinthus, Telephium Imperati, Sanguinaria Canadensis; въ 5 дней у Eschscholtzia Califor- nica, Fritillaria Meleagris, Scilla sibirica, Erythraea Centaurium, Linum viscosum; въ 6 дней у Digitalis purpurea, Erythraea pulchella, Hemerocallis flava, Lilium album, Oxalis lasiandra; въ 7 дней у Ranunculus acer и Pelargonium zonale; въ 8 дней у Eranthis hiemalis, Hepatica triloba, Parnassia palustris, Saxifraga bryo- ides; въ 10 дней у Cyclamen europaeum; въ 12 дней у Crocus sativus и Saxifraga Burseriana; въ 18 дней у Vaccinium Oxycoccus; въ 30 дней у Cattleya labiata; въ 40 дней у Cypripedium insigne и у различныхъ видовъ Odontoglossum; въ 50 дшей у Epidendrum Lindleyanum и Phalaenopsis grandiflora; въ 60 дней у Oncidium cruentum; въ 70 дней у Cypripedium villosum; въ 80 дней у Odontoglossum Rossii. Следовательно, продолжительность цвйтешя отдельныхъ цветовъ колеблется у различныхъ видовъ отъ 3 часовъ до 80 дней.
Это удивительное pa3Hoo6pasie находится въ зависимости отъ количества пыльцы въ отдельныхъ цветахъ равно какъ и отъ числа цветовъ на известной особи; кроме того оно зависитъ еще отъ того, переносится ли цветень на рыльце исключительно при посредстве насекомыхъ или нетъ. Цветы съ многочисленными тычинками и обильною пыльцою, напримеръ, мака, ладанниковъ и портулака, всегда очень недолговечны, между темъ какъ цветы, заключающее въ себе только одинъ пыльникъ, каковы, напр., большинство орхидныхъ, остаются свежими впродолжевае целыхъ недель. Если растительная особь развиваетъ каждый годъ всего одинъ цветокъ, какъ то- бываетъ, напр., у подснежника (Galanthus), одноцветной грушанки (Pirola uniflora), врроньяго глаза (Paris quadrifolia) и многихъ видовъ рода Trillium, то они очень- долго остаются раскрытыми и не вянуть; то же можно сказать и про те растешя, число цветовъ у которыхъ ограничивается двумя, тремя, какъ у тро- ническихъ орхидныхъ изъ родовъ Oncidium, Stanhopea и Cattleya. Ведь можетъ случиться, что, несмотря на все средства приманки, предоставленный въ распоря- жеше цветка, вследств!е дурной погоды къ нему впродолжеше -целыхъ недель не прилетитъ ни одного насекомаго. И вотъ, если цветокъ такъ устроенъ, что при отсутствш насекомыхъ, переносящихъ пыльцу, семена его не могутъ развиться, то при непродолжительномъ перюде цветешя результатъ его вышелъ бы более чемъ сомнительнымь; весьма возможно, что бедная цветами особь и вовсе не принесла бы плодовъ въ известный годъ. А изъ этого следуетъ, что такимъ растешямъ выгодно пребывать въ цвету возможно дольше. Чбмъ дольше цветы останутся свежими и раскрытыми, темъ болбе представляется шансовъ посЬщешя ихъ насекомыми, нагруженными пыльцею. ,
Если же, напротивъ, растительная особь впродолжеше года развиваетъ большое количество цветовъ, которые не появляются непосредственно другъ за другомъ, а следують черезъ известные промежутки времени, да если въ случае отсутствья насекомыхъ эти растешя въ состояши оплодотворяться собственною пыльцею, тогда
перюдъ цветешя можетъ быть очень непродолжительным!). Несмотря на короткш перюдъ распускашя отдйльныхъ цветовъ, данная особь оказывается въ цвету очень долго. Традесканцш отличаются эфемерными цветами (Tradescantia crassula, Virginica и др.), но оне развивають ихъ два месяца подрядъ и впродолжеше этого длиннаго перюда каждый день можно наблюдать новые раскрывшееся цветы. То же можно сказать и о большинстве крестоцветныхъ, ладанниковъ (Cistus), солнце- цветовъ (Helianthemum), росянке (Drosera) и о многихъ другихъ растешяхъ. Последнее растете раскрываетъ свои эфемерные цветы только въ хорошую погоду и то лишь черезъ день. По крайней мере у Drosera longifolia было замечено, что даже въ самую лучшую погоду цветы ея раскрываются черезъ день. Такимъ обра- зомъ особи съ многочисленными эфемерными цветами или же съ однимъ, раскры- тымъ въ продолжеше многихъ недель, по существу достигаютъ одного и того же.
Въ другомъ месте этой книги (стр. 102) сообщалось, что въ местностяхъ, обильныхъ росою, растешя, цветупця долгое время, рискуютъ погубить свою пыльцу, вследств!е чего у нихъ встречаются различныя приспособлетя, служапця для предотвращешя такой опасности. Одно изъ обыкновеннейшихъ защитныхъ средствъ состоитъ въ томъ, что цветы эти на ночь закрываются. Лепестки складываются внутрь, загибаются, ложатся другъ на друга, сдвигаются вместе и прини- маютъ вновь то положеше, какое они занимали въ почке. Такимъ образомъ раскрытый цветокъ какъ бы вновь сделался почкою. Если растешю приходится пользоваться преимуществами посещешя насекомыхъ, 'то закрывппйся на ночь цветокъ долженъ вновь раскрыться, лишь только миновала опасность смачиван!я росою и насекомыя вновь начинаютъ летать. Такъ оно на самомъ деле и бываеть; раскрываше происходить притомъ въ тотъ же самый часъ, когда впервые раскрылась почка. У многихъ цветовъ раскрывайте наблюдается всего лишь одинъ разъ на следующей день или вечеръ, у другихъ оно повторяется еще и на третш, четвертый, пятый, а у некоторыхъ осеннихъ шафрановъ даже на двенадцатый день. Какъ только начинаетъ свой полетъ известная группа насекомыхъ, такъ раскрываются и цветы, по своему строенью приноровленные къ этимъ насекомымъ. Когда же насекомыя перестаютъ летать и удаляются въ свои норы и вместе съ темъ наступаетъ для пыльцы опасность, то и лепестки даннаго цветка начинаютъ складываться надъ тычинками. Такимъ образомъ существуютъ, стало быть, растен!я, цветы которыхъ пер!одически раскрываются и замыкаются.
Это удивительное явлеше уже съ давнихъ поръ обращало на себя внимаше ботаниковъ и побудило проницательнаго Линнея создать на основаши многолет- нихъ наблюдений, производившихся имъ въ Упсале, такъ называемые цветочные часы. Дело въ томъ, что онъ сгруппировали растешя по тому времени, когда они раскрываются и закрываются, и нашелъ для каждаго часа известное число видовъ, у которыхъ какъ разъ въ это время происходить либо то, либо другое. Такъ какъ корзинки сложноцветныхъ, состояиця изъ большого числа отдель- ныхъ цветовъ, считались тогда однимъ сложнымъ цветкомъ, то и они вошли въ число растешй, способствующихъ определенно времени, темъ более, что какъ разъ у нихъ перюдическ!я движешя эти очень резко бросаются въ глаза. Конечно, въ дан- номъ случае перюдически смыкаются и расходятся не лепестки цветка, а цветы корзинки, но въ смысле цели и причины явлеше это остается неизменными, а
потому сложноцв'Ьтныя могуть смбло быть занесены въ списокъ элементовъ цв^- точныхъ часовъ. Если бы растешя, цвЬты которыхъ перюдически закрываются и раскрываются, были посажены рядомъ на небольшомъ участка, то мы могли бы отсчитывать на немъ время какъ на настоящихъ часахъ. Въ прежнее время въ ботаническихъ садахъ неоднократно пытались создать таше цветочные часы, однако попытки эти не приводили къ желаемой ц£ли, такъ какъ выбранный для этого растешя цвЬтутъ далеко не круглый годъ. Со временемъ, когда ботаника приняла другое направлеше, цв-Ьточные часы были названы датской забавой и заброшены совершенно. Такимъ образомъ цветочные часы Линнея позабыты и врядъ ли знакомы молодымъ ботаникамъ даже по имени. Однако въ виду того, что они им^ють ценность при рйшеши н^которыхъ затрогиваемыхъ нами вопросовъ, мы и вспомнимъ о нихъ и снабдимъ ихъ некоторыми примечашями.
Цветочные часы Линнея, установленные для Упсалы (60° сйв. шир.).
3—5 часовъ утра: Tragopogon pratense раскр.4—5 часовъ утра: Cichorium Intybus . . „ Leontodon tuberosum . „ Pieris hieracioides . . „часовъ утра:Hemerocallis fulva . . „ Papaver nudicaule . . „ Sonchus oleraceus . . „5—6 часовъ утра;Crepis alpina . . . . „ Rhagadiolus edulis . . „ Taraxacum officinale . „часовъ утра: Hieracium umbellatum „ Hypochoeris maculata. „6—7 часовъ утра: Alyssum utriculatum . „ Crepis rubra . . . . „ Hieracium murorum . „ Hieracium Pilosella. . „ Sonchus arvensis . . „часовъ утра: Anthericum ramosum. „ Calendula pluvialis. . „ Lactuca sativa . . . „ Leontodon hastUe . . „ Nymphaea alba . . . „ Sonchus Lapponicus . #7—8 часовъ утра: Mesembryanthemum bar- batum„Mesembryanthemum lin- guiforme„часовъ утра:Anagallis arvensis . . „3—5 часовъ утра: Tragopogon pratense раскр.4—5 часовъ утра: Cichorium Intybus . . „ Leontodon tuberosum . „ Pieris hieracioides . . „часовъ утра:Hemerocallis fulva . . „ Papaver nudicaule . . „ Sonchus oleraceus . . „5—6 часовъ утра;Crepis alpina . . . . „ Rhagadiolus edulis . . „ Taraxacum officinale . „часовъ утра: Hieracium umbellatum „ Hypochoeris maculata. „6—7 часовъ утра: Alyssum utriculatum . „ Crepis rubra . . . . „ Hieracium murorum . „ Hieracium Pilosella. . „ Sonchus arvensis . . „часовъ утра: Anthericum ramosum. „ Calendula pluvialis. . „ Lactuca sativa . . . „ Leontodon hastUe . . „ Nymphaea alba . . . „ Sonchus Lapponicus . #7—8 часовъ утра: Mesembryanthemum bar- batum„Mesembryanthemum lin- guiforme„часовъ утра:Anagallis arvensis . . „Dianthus prolifer . раскр. Hieracium Auricula . „8—10 часовъ утра: Taraxacum officinale . закр.часовъ утра: Calendula arvensis .раскр. Hieracium chondrilloides „9—10 часовъ утра: Arenaria rubra . . . „ Mesembryanthemum crystallinum . . . „ . Tragopogon pratense . закр.часовъ утра: Cichorium Intybus . . „ Lactuca sativa . . . „ Rhagadiolus edulis. . „ Sonchus arvensis .„10—11 часовъ утра: Mesembryanthemum nodiflorum . . .раскр.часовъ дня: Crepis alpina . . . . закр. 11—12 часовъ дня: Sonchus oleraceus . . „часовъ дня: Calendula arvensis. . „ Sonchus Lapponicus . „часъ дня: Dianthus prolifer . . „ Hieracium chondrilloi- des„1—2 часа пополудни: Crepis rubra . . . . „ 2 часа пополудни: Hieracium Auricula. . „ Hieracium murorum . „Dianthus prolifer . раскр. Hieracium Auricula . „8—10 часовъ утра: Taraxacum officinale . закр.часовъ утра: Calendula arvensis .раскр. Hieracium chondrilloides „9—10 часовъ утра: Arenaria rubra . . . „ Mesembryanthemum crystallinum . . . „ . Tragopogon pratense . закр.часовъ утра: Cichorium Intybus . . „ Lactuca sativa . . . „ Rhagadiolus edulis. . „ Sonchus arvensis .„10—11 часовъ утра: Mesembryanthemum nodiflorum . . .раскр.часовъ дня: Crepis alpina . . . . закр. 11—12 часовъ дня: Sonchus oleraceus . . „часовъ дня: Calendula arvensis. . „ Sonchus Lapponicus . „часъ дня: Dianthus prolifer . . „ Hieracium chondrilloi- des„1—2 часа пополудни: Crepis rubra . . . . „ 2 часа пополудни: Hieracium Auricula. . „ Hieracium murorum . „Mesembryanthemu m barbatumзакр.2—3 часа пополудни: Arenaria rubra . . . „2—4 часа пополудни: Mesembryanthemum crystallinum .часа пополудни: Leontodon hastile . . „ Mesembryanthemum linguiforme . . . . „Mesembryanthemum nodiflorum . . . . „3—4 часа пополудни: Anthericum ramosum. „ Calendula pluvialis. . „ Hieracium Pilosella. . „часа пополудни:Alyssum utriculatum . ^4—5 часовъ пополудни: Hypochoeris maculata „часовъ пополудни: Hieracium umbellatum „ Nyctago hortensis . .раскр. Nymphaea alba . . . закр.часовъ вечера:Geranium triste. . . раскр.часовъ вечера:Papaver nudicaule . . закр.7—8 часовъ вечера: Hemerocallis fulva. .„9—10 часовъ вечера: Cactus grandiflorus .раскр. Silene noctiflora. . .„12 часовъ ночи:Cactus grandiflorus . закр.Mesembryanthemu m barbatumзакр.2—3 часа пополудни: Arenaria rubra . . . „2—4 часа пополудни: Mesembryanthemum crystallinum .часа пополудни: Leontodon hastile . . „ Mesembryanthemum linguiforme . . . . „Mesembryanthemum nodiflorum . . . . „3—4 часа пополудни: Anthericum ramosum. „ Calendula pluvialis. . „ Hieracium Pilosella. . „часа пополудни:Alyssum utriculatum . ^4—5 часовъ пополудни: Hypochoeris maculata „часовъ пополудни: Hieracium umbellatum „ Nyctago hortensis . .раскр. Nymphaea alba . . . закр.часовъ вечера:Geranium triste. . . раскр.часовъ вечера:Papaver nudicaule . . закр.7—8 часовъ вечера: Hemerocallis fulva. .„9—10 часовъ вечера: Cactus grandiflorus .раскр. Silene noctiflora. . .„12 часовъ ночи:Cactus grandiflorus . закр.
3—5 часовъ утра: Tragopogon pratense раскр.
4—5 часовъ утра: Cichorium Intybus . . „ Leontodon tuberosum . „ Pieris hieracioides . . „
часовъ утра:
Hemerocallis fulva . . „ Papaver nudicaule . . „ Sonchus oleraceus . . „
5—6 часовъ утра;
Crepis alpina . . . . „ Rhagadiolus edulis . . „ Taraxacum officinale . „
часовъ утра: Hieracium umbellatum „ Hypochoeris maculata. „
6—7 часовъ утра: Alyssum utriculatum . „ Crepis rubra . . . . „ Hieracium murorum . „ Hieracium Pilosella. . „ Sonchus arvensis . . „
часовъ утра: Anthericum ramosum. „ Calendula pluvialis. . „ Lactuca sativa . . . „ Leontodon hastUe . . „ Nymphaea alba . . . „ Sonchus Lapponicus . #
7—8 часовъ утра: Mesembryanthemum bar- batum„
Mesembryanthemum lin- guiforme„
часовъ утра:
Anagallis arvensis . . „
3—5 часовъ утра: Tragopogon pratense раскр.
4—5 часовъ утра: Cichorium Intybus . . „ Leontodon tuberosum . „ Pieris hieracioides . . „
часовъ утра:
Hemerocallis fulva . . „ Papaver nudicaule . . „ Sonchus oleraceus . . „
5—6 часовъ утра;
Crepis alpina . . . . „ Rhagadiolus edulis . . „ Taraxacum officinale . „
часовъ утра: Hieracium umbellatum „ Hypochoeris maculata. „
6—7 часовъ утра: Alyssum utriculatum . „ Crepis rubra . . . . „ Hieracium murorum . „ Hieracium Pilosella. . „ Sonchus arvensis . . „
часовъ утра: Anthericum ramosum. „ Calendula pluvialis. . „ Lactuca sativa . . . „ Leontodon hastUe . . „ Nymphaea alba . . . „ Sonchus Lapponicus . #
7—8 часовъ утра: Mesembryanthemum bar- batum„
Mesembryanthemum lin- guiforme„
часовъ утра:
Anagallis arvensis . . „
Dianthus prolifer . раскр. Hieracium Auricula . „
8—10 часовъ утра: Taraxacum officinale . закр.
часовъ утра: Calendula arvensis .раскр. Hieracium chondrilloides „
9—10 часовъ утра: Arenaria rubra . . . „ Mesembryanthemum crystallinum . . . „ . Tragopogon pratense . закр.
часовъ утра: Cichorium Intybus . . „ Lactuca sativa . . . „ Rhagadiolus edulis. . „ Sonchus arvensis .„
10—11 часовъ утра: Mesembryanthemum nodiflorum . . .раскр.
часовъ дня: Crepis alpina . . . . закр. 11—12 часовъ дня: Sonchus oleraceus . . „
часовъ дня: Calendula arvensis. . „ Sonchus Lapponicus . „
часъ дня: Dianthus prolifer . . „ Hieracium chondrilloi- des„
1—2 часа пополудни: Crepis rubra . . . . „ 2 часа пополудни: Hieracium Auricula. . „ Hieracium murorum . „
Dianthus prolifer . раскр. Hieracium Auricula . „
8—10 часовъ утра: Taraxacum officinale . закр.
часовъ утра: Calendula arvensis .раскр. Hieracium chondrilloides „
9—10 часовъ утра: Arenaria rubra . . . „ Mesembryanthemum crystallinum . . . „ . Tragopogon pratense . закр.
часовъ утра: Cichorium Intybus . . „ Lactuca sativa . . . „ Rhagadiolus edulis. . „ Sonchus arvensis .„
10—11 часовъ утра: Mesembryanthemum nodiflorum . . .раскр.
часовъ дня: Crepis alpina . . . . закр. 11—12 часовъ дня: Sonchus oleraceus . . „
часовъ дня: Calendula arvensis. . „ Sonchus Lapponicus . „
часъ дня: Dianthus prolifer . . „ Hieracium chondrilloi- des„
1—2 часа пополудни: Crepis rubra . . . . „ 2 часа пополудни: Hieracium Auricula. . „ Hieracium murorum . „
Mesembryanthemu m barbatumзакр.
2—3 часа пополудни: Arenaria rubra . . . „
2—4 часа пополудни: Mesembryanthemum crystallinum .
часа пополудни: Leontodon hastile . . „ Mesembryanthemum linguiforme . . . . „
Mesembryanthemum nodiflorum . . . . „
3—4 часа пополудни: Anthericum ramosum. „ Calendula pluvialis. . „ Hieracium Pilosella. . „
часа пополудни:
Alyssum utriculatum . ^
4—5 часовъ пополудни: Hypochoeris maculata „
часовъ пополудни: Hieracium umbellatum „ Nyctago hortensis . .раскр. Nymphaea alba . . . закр.
часовъ вечера:Geranium triste. . . раскр.
часовъ вечера:Papaver nudicaule . . закр.
7—8 часовъ вечера: Hemerocallis fulva. .„
9—10 часовъ вечера: Cactus grandiflorus .раскр. Silene noctiflora. . .„
12 часовъ ночи:Cactus grandiflorus . закр.
Mesembryanthemu m barbatumзакр.
2—3 часа пополудни: Arenaria rubra . . . „
2—4 часа пополудни: Mesembryanthemum crystallinum .
часа пополудни: Leontodon hastile . . „ Mesembryanthemum linguiforme . . . . „
Mesembryanthemum nodiflorum . . . . „
3—4 часа пополудни: Anthericum ramosum. „ Calendula pluvialis. . „ Hieracium Pilosella. . „
часа пополудни:
Alyssum utriculatum . ^
4—5 часовъ пополудни: Hypochoeris maculata „
часовъ пополудни: Hieracium umbellatum „ Nyctago hortensis . .раскр. Nymphaea alba . . . закр.
часовъ вечера:Geranium triste. . . раскр.
часовъ вечера:Papaver nudicaule . . закр.
7—8 часовъ вечера: Hemerocallis fulva. .„
9—10 часовъ вечера: Cactus grandiflorus .раскр. Silene noctiflora. . .„
12 часовъ ночи:Cactus grandiflorus . закр.
Часы, которыми обозначены здбсь моменты раскрывашя и закрывашя цвб- товъ, относятся только къ яснымъ или болбе или менбе яснымъ днямъ. Когда небо покрыто тучами, въ дождь или тумань, цвбты либо вовсе не раскрываются, либо раскрываются только на половину, иногда же въ дождь, тумань или сбрую погоду процессы эти такъ запаздываютъ, что числами этихъ неправильностей даже и не выразишь. Нужно добавить, что приведенный наблюдешя были произведены на растешяхъ, положевте которыхъ къ солнцу было наиболее благопр!ятно, и что они относятся къ первымъ цвбтамъ, раскрывающимся на растительной особи. Такое ограничеше при выборб наблюдаемыхъ цвбтовъ неизббжно для получешя достаточно правильныхъ чиселъ.
Сравнивая наблюдешя, произведенный при этихъ услов!яхъ Линнеемъ въ Уп- салб (60° сбв. широты) съ такими же наблюдешями, произведенными на 13° юж- нбе въ Иннсбрукб (47° сбв. широты) надъ тбми же цвбтами, можно было сдблать интересный выводъ, именно, что въ Упсалб цвбты раскрываются на 1—2 и закрываются на 1—6 часовъ позже чбмъ въ Упсалб. Врядъ ли мы ошибемся, связавъ это обстоятельство съ тбмъ, что въ Упсалб солнце во время цвбтешя данныхъ растешй встаеть почти на полтора часа раньше чбмъ въ Иннсбрукб, а потому мы имбемъ право заключить, что раскрываше цвбтовъ прежде всего зависитъ отъ солнечныхъ лучей.
Очень трудно выяснить, въ чемъ состоитъ это учасйе солнечныхъ лучей, какимъ образомъ они вл!яютъ на измбнешя напряжешя, происходящая въ тканяхъ; между тбмъ вопросы эти настолько интересны, что для рбшешя ихъ не слбдуетъ жалбть труда. Прежде всего спросимъ: дается ли толчекъ къ этому замбчательному ив- мбнешю напряженности тканей свбтомъ или теплотою. Для рбшешя этого вопроса растешя, цвбты которыхъ, согласно наблюдешямъ, раскрываются вскорб послб того, какъ утренше лучи солнца начнутъ освбщать ихъ, именно Gentiana Ehaetica и asclepiadea, были помбщены въ стекляный цилиндръ и воздухъ въ немъ охлаж- денъ до извбстной температуры, которая и поддерживалась во все время опыта. Для этой цбли достаточно было окружить одинъ цилиндръ другимъ, нбсколько болыпаго размбра, и заполнить пространство между ними проточной водою при 7°. Такимъ образомъ помбщенныя во внутреншй цилиндръ растешя были окружены слоемъ воздуха въ 7°, а затбмъ слоемъ воды той же температуры. Такъ какъ слой воды пропускаетъ только свбтовые лучи, а тепловые задерживаетъ, то лишь первые могли заставить раскрыться цвбты, взятые для опыта. Ночью и рано утромъ горечавки въ стекляномъ цилиндрб были закрыты. Затбмъ на нихъ пали первые утренше лучи и вслбдъ за этимъ цвбты начали раскрываться! А между тбмъ температура окружающаго воздуха не повысилась, веб тепловые лучи были задержаны слоемъ воды. Опираясь на этотъ опытъ, мы вправб допустить, что именно свб- товые лучи заставили цвбты горечавокъ раскрыться. Однако слбдуюпцй контрольный опытъ показываетъ, какъ рисковано было бы утверждать, что только свбтъ заставляетъ цвбты раскрываться. Закрывшиеся вечеромъ цвбты горечавокъ были выдержаны ночью при температурб въ 7° и затбмъ поставлены въ темномъ по- мбщеши надъ нагрбтой желбзною плитою, такъ что температура окружающаго ихъ воздуха поднялась до 42°. Черезъ 3 минуты веб цвбты совершенно раскрылись.
Это кажущееся нротиворбч!е объясняется тбмъ, что свбтъ, падавшш на горечавки, находивппяся въ стекляномъ цилиндрб, переходилъ въ теплоту.
Ведь давно известно, что световые лучи, падая на тЬло и но вполне отражаясь отъ него, нагревают это тЬло (ср. 522 стр. I тома). Наверно то же случилось и съ горечавками, и явлеше это можно, значить, объяснить следующимъ образомъ. Движете световыхъ лучей переносится на цветы и переходить въ другую форму движешя, называемую теплотою. Теплота же вызываете, въ свою очередь, измене- шя тургора тканей и напряжешя ихъ и, наверно, даже роста. Такимъ образомъ теплота опять таки переходить въ другой родъ движешя и въ конечномъ результате является изменеше въ положенш лепестковъ, которое уже становится замет- нымъ нашему глазу въ виде раскрывашя цветка. Это объяснеше соответствуете и тому представлению, что подъ вл!ян!емъ света и тепла количество содержащейся въ известныхъ клбткахъ отмершихъ тканей воды быстро изменяется и что въ частяхъ цветовъ, клетки которыхъ не содержать живой протоплазмы, могуть происходить изменен!я въ напряжены, результатомъ которыхъ оказывается движеше. Далее это мирится съ предположешемъ, что перюдическое раскрываше и закрывате цветка находится въ связи съ химическими превращетями и перегруппировкою частицъ, выражающимися въ виде дыхашя, обмена веществъ и роста. Во всякомъ случае фактически доказано, что цветы, раскрывающееся и закры- вающ!еся пер!одически, еще не остановились въ росте после пер- ваго раскрывашя, а постоянно продолжаютъ удлиняться и расширяться. Лепестки любника (ср. стр. 109), безвременницъ, ветреницъ и гореча- вокъ, язычковыхъ цветовъ на головкахъ Bellis, Calendula и Doronicum продолжаютъ каждую ночь удлиняться на добрый кусокъ. Только до техъ поръ возможно перюдическое раскрываше и закрываше, пока они растутъ; лишь только прекращается росте, прекращаются и эти замечательный движешя.
Приведенная на 524 стр. I тома гипотеза о значеши антощана также соответствуете нашимъ представлешямъ о превращены въ лепесткахъ цветовъ света въ тепло. Тамъ было высказано предположеше, что это красящее вещество, появляющееся у растешй во всехъ переходахъ отъ краснаго къ синему, между про- чимъ, одарено способностью превращать светъ въ теплоту. Въ связи съ этимъ крайне интересно то обстоятельство, что белые лепестки периодически открывающихся и закрывающихся цветовъ ветреницъ (Anemone alpina, baldensis, nemorosa, silvestris, trifolia и др.) съ обратной стороны оказываются слегка окрашенными въ синш, фюлетовый или красноватый цвете. Язычковые цветы многочисленныхъ пе- рюдически раскрывающихся сложноцветныхъ (напр., Anacyclus officinarum, Bellis perennis, Calendula pluvialis, Hieracium Pilosella) также окрашены съ изнанки въ красный, синеватый или фюлетовый цвете. У замкнутыхъ цветовъ и цветочныхъ корзинокъ видна только задняя, обратная сторона лепестковъ, и потому они кажутся въ этомъ случае синеватыми, фюлетовыми или красными, тогда Какъ открытые цветы и цветочный корзинки бывают белыми, а у Hieracium Pilosella желтыми. Первые лучи утренняго солнца встречают прежде всего окрашенные антощаномъ клеточные слои на задней поверхности сложенныхъ лепестковъ, и есть полное основаше думать, что и въ этомъ случае антоц!анъ играетъ существенную роль при превращена света въ тепло.
Если утреннее открываше цветка и цветочной корзинки относится къ осве- щенпо и нагреванпо его солнцемъ, какъ действ!е къ причине, то, идя по этому
пути дальше, можно было бы заключить, что уменьшеше силы осв^щешя и нагрб- вашя обусловливаете закрываше цв^товь по вечерамъ, и можно было бы, нагревая и охлаждая цвЬты, заставлять ихъ въ любое время закрываться и раскрываться. Для многихъ растеши оно такъ и есть. Мы уже въ другомъ м£ст£ (стр. 111) раз- сказали, что Gentiana nivalis раскрываетъ и закрываетъ свои цв^ты по нисколько разъ иногда въ течете часа, если солнце то прячется, то снова выглядываете изъ- за тучъ. Мнопя друпя горечавки, тюльпаны, безвременницы, шафраны и льны (LL num catharticuni) могуте впродолжеше одного дня нисколько разъ закрывать свои цвЬты; у этихъ же растенш сильнее всего сказывается вл!ян!е ранняго восхода и поздняго заката солнца въ болыпихъ широтахъ. Но у большинства перюдически раскрывающихся растенш д^ло не такъ просто. Большинство видовъ льна и кислицы (Linum, Oxalis), равно какъ и краевые цв^ты въ корзинкЬ сложноцвЬтныхъ, хотя и производить всЬ движешя, соответствующая состояние освйщешя и нагрбвашя, съ большою точностью, будь это въ 6, 7 или 8 часовъ утра, однако, если они уже разъ закрылись, то въ этотъ день ихъ нельзя заставить вновь вполне раскрыться. Притомъ у большинства этихъ растенш цветы и цветочныя корзинки закрываются не при уменьшен!и тепла и освйщешя, т. е вечеромъ, а при самомъ высокомъ стоян!и солнца, именно въ полдень; у бородавника и козлобородника (Lampsana и Tragopogon) корзинки закрываются даже раньше, чемъ солнце достигнете зенита и, значить, на несколько часовъ раньше, чемъ наступить высшая температура дня. Вспомнимъ затемъ многочисленный ночныя ф!алки -(Hesperis) и гвоздичным, цветы которыхъ раскрываются только вечеромъ, когда температура воздуха падаетъ, и закрываются вместе съ первыми лучами солнца, приносящими светъ и тепло! Объяснять явлеше раскрывашя и замыкашя цветовъ какъ непосредственное следств!е освещешя и нагревашя значило бы то же, что омотреть на сонь животныхъ и человека какъ на непосредственное действ!е на- ступлешя сумерекъ. Отдаленную косвенную связь съ заменою света тьмою, тепла холодомъ мы можемъ въ этихъ случаяхъ допускать, но связь эту надо представлять ce6h такъ: ас сим ил яц!я, обмены веществъ и ростъ происходить у растен!й, какъ и у животныхъ, nepioдически, смотря по времени дня или ночи. При этомъ надо помнить, что известным следств!я асси- милящи, обмена веществъ и роста проявляются у различныхъ ор- ганизмовъ въ разное время, именно тогда, когда это для данныхъ суще ствъ наиболее выгодно. Для человека выгоднее спать ночью, для пяде- ницъ и совокъ наоборотъ. Для бородавника (Lampsana communis) въ виду его са- моопылешя, о которомъ будетъ речь впереди, выгоднее, чтобы корзинки его закрывались уже въ полдень, для ночной фiaлки и многочисленным смолевокъ (Silene) выгоднее раскрываться только къ вечеру въ виду того, что ихъ посещаютъ мел- ктя ночныя бабочки (ср. 142 стр.).
Конечно, все это далёко не удовлетворительно объясняетъ явлеше. Остается вполне загадочными, какъ это точное следоваше явлешй по временамъ дня, явле- нш, не завпсящихъ непосредственно отъ внешнихъ воздействш, стало у многихъ растенш наследственнымъ; это въ особенности относится къ часамъ закрывашя и раскрывашя цветовъ. Для т^хъ любознательныхъ лицъ который удовлетворятся, вместо объяснешя, латинскими или греческимъ назвашемъ явлешя, мы упомянемъ, что указанныя движешя лепестковъ называются автономными
Пр1емъ животныхъ, посЬщающихъ растешя, у преддвер!я цвЪтовъ.
Животныя, стараюпцяся проникнуть во внутреннюю часть цветка, где нахо- дятъ медь, цветень и друпя питательный вещества, могутъ быть распределены на две группы: на званыхъ и незваныхъ. Первыя приносить растетю своими посе- щешями большую пользу и потому въ цветахъ являются различный приспособле- шя, имеюпця целью привлекать животныхъ; друня, напротивъ, не только не при- носятъ пользы, но во многихъ случаяхъ прямо вредны, потому посещешя ихъ нежелательны и если они темъ не "менее стараются пролезть туда, где ихъ не спрашиваютъ, то приходится ихъ такъ или иначе отваживать. О средствахъ приманки для званыхъ гостей мы уже говорили въ предыдущихъ главахъ этой книги. Въ заключеше приходится только описать, какъ растете встречаешь званыхъ и не званыхъ гостей.
Прежде всего надо выяснить вопросъ, катя устроены приспособлешя для того, чтобы званые гости могли получить нужную имъ пищу безъ напрасной траты времени, безъ болщпихъ усилш и, что важнее всего, съ возможно большей выгодой для хозяйскаго растешя. Если бы приманиваемые званые гости не получали доступа къ цветамъ, наполненнымъ медомъ и другими питательными веществами, то это было бы такъ же нелепо, какъ если бы въ опустошенномъ уже доме, т. е. цветке, где более ничего нельзя найти, ворота продолжали быть гостепршмно растворенными настежь, какъ были раньше.
Соответственно этимъ практическимъ соображешямъ цветы, находящееся еще въ стащи почекъ, для которыхъ посещеше животными еще преждевременно, а равно и так!е, въ которыхъ животнымъ уже нечего делать, бываютъ или закрытыми, или делаются недоступными, или не имеютъ прелестей, приманивающихъ животныхъ. Чаще всего опадаютъ венчики и околоцветники, служивпне, благодаря аромату или заметной издали окраске, средствомъ приманки; опадаютъ они обыкно- венцо вскоре после переноса цветня на рыльце. Однако наблюдаются случаи, когда лепестки, отслуживъ свою службу какъ средство приманки, еще продолжаютъ оставаться некоторое время на местахъ, такъ какъ имъ приходится иногда исполнять еще какую нибудь функщю. TaKie остающееся цветки ни въ какомъ случае не должны мешать посбтителямъ, не должны отвлекать ихъ отъ более молодыхъ цветовъ, которымъ наступаетъ очередь оплодотворен! я, словомъ, они должны сделаться для насекомыхъ недоступными. Чаще всего это достигается темъ, что лепестки принимаютъ то самое положеше, какое занимали въ почке, и потому не редко случается, что такой старый цветокъ чрезвычайно на- поминаетъ цветочную почку, какъ, напр., у изображенной на 145 стр. юкки. Иногда одна лопасть венчика или чехла соцвейя накидывается на входъ къ внутреннимъ частямъ на подоб!е занавеса; хорошимъ примеромъ этому могутъ служить мнойе аронники, а главнымъ образомъ европейскш кирказонъ (см. рис. 8 на 210 стр.). Очень часто случается, что старые цветы, не имеюпце больше никакой надобности зъ насекомыхъ, свешиваются внизъ, уступая, такъ сказать, дорогу молодымъ; это легко заметить у множества мотыльковыхъ и бурачниковыхъ. У Morina Persica и ■'разильскаго мареноваго Exostemma longiflorum старые цветы не только откиды- гаются назадъ, но и раскрашиваются такъ, чтобы не обращать больше на себя внима-
н!я насекомыхъ. Дело въ томъ, что во время цветешя эти трубчатые цветы, разсчи- тываюпце на посещеше вечернихъ и ночныхъ бабочекъ, окрашены въ ясно видимый даже въ сумерки белый цветъ; однако лишь только цветень попадетъ на рыльца, венчики вянуть, несколько свешиваются внизъ и прюбретаютъ къ следующему вечеру мутно красный цветъ, такъ что въ сумерки ихъ не заметишь теперь даже на близкомъ разстояши.
Такимъ образомъ можно было бы привести еще целый рядъ примеровъ того, что цветы, снабженные средствами для приманки насекомыхъ, делаются доступными лишь въ тотъ перюдъ своего развитая, ш когда посещеше животнаго, нагру- женнаго пыльцею, можетъ имъ представить действительную выгоду. Зато на этой ступени развитая доступъ къ цветку этимъ званымъ гостямъ по возможности облегчается. Мало того, что цветы широко раскрыты или легко раскрываются — ворота ихъ обыкновенно въ этотъ пер!одъ цветен!я направлены въ ту сторону, откуда следуетъ ждать посещен!я желанныхъ гостей.
У многихъ растешй, примеромъ которыхъ могутъ служить царсшй венецъ (Fritillaria) и колокольчики (Campanula barbata, persicifolia, rapunculoides), первоначально отвесный цветоножки незадолго до раскрывашя венчика такъ сильно сгибаются внизъ, что входъ въ цветокъ обращенъ теперь къ земле. Для шмелей и пчелъ это положеше крайне выгодно. Они снизу вдетаютъ въ устье свешивающихся колокольчиковъ, захватываютъ рыльце, столбикъ и тычинки, находя- щ!еся въ центре цветка, и съ легкостью взбираются къ своду колокола, содержащему медъ. Очевидно, шмели и пчелы, жадные до меда, потому особенно предпо- читаютъ цветы, имеюпце видъ колокола, что въ этихъ цветахъ они не встречаютъ сколько нибудь серьезныхъ конкурентовъ. Ведь для всехъ животныхъ, любящихъ сосать медъ, летая вокругъ цветка, для мухъ, слизывающихъ его съ плоскаго блюдца, для жуковъ, требующихъ большихъ скоплешй пыльцы, такое положеше цветка неудобно и неподходяще. Впрочемъ, не следуетъ забывать, что такое по- ложеше цветка, когда входъ въ него обращенъ къ земле, приносить ему и друпя выгоды, именно, при этомъ положенья пыльца лучше всего сохраняется отъ сырости (ср. 112 стр.).
У очень многихъ растешй цветочный почки сидятъ на прямыхъ цветонож- кахъ и торчать къ небу; но коль скоро цветы достаточно созрели для пр!ема насекомыхъ, цветоножки свешиваются настолько, что цветы оказываются направленными въ сторону. Затемъ, когда посещеше животныхъ становится из- лишнимъ, лепестки увядаютъ, сморщиваются и отпадаютъ, или же весь старый цветокъ откидывается внизъ и обращается къ земле. Эта перемена направлешя особенно резко наблюдается у жимолости (Lonicera) и ночной свечи (Oenothera, рис. на 270 стр.).
Весьма своеобразно получается это боковое положеше у некоторыхъ мо- тыльковыхъ; въ виде примера выберемъ ракитникъ— золотой дождь (Cytisus Laburnum; см. рис. на 209 стр.). Пока все цветы кисти представляютъ изъ себя почки, стержень соцветая направленъ кверху, а отдельные цветы расположены такъ, что лепестокъ, известный подъ назвашемъ паруса, обращенъ кверху, лодочка же книзу (рис. 1); затемъ стержень соцветая начинаетъ свешиваться и ко- нецъ его обращается къ земле. Вследств1е этого цветочный почки приходятъ въ обратное положеше, парусь обращенъ теперь книзу, а лодочка кверху. Но прежде
чбмъ паруЬъ начнетъ оттопыриваться отъ другихъ лепестковъ и цветокъ вслед- cTBie этого станетъ доступенъ насекомыми, цветоножка поворачивается на 120°; парусь теперь оказывается на верху, а лодочка внизу, какъ показываетъ рис. 2 на этой стр. Въ этомъ положены лодочка представляетъ наиболее удобствъ для прилетающихъ насекомыхъ. Замечательно, что это поворачиваше цветоножки не имеетъ места, если молодую кисть ракитника удержать въ вертикальномъ положены посредствомъ нити.
Положен!© цв-Ьтовъ ракитника (Cytisus Laburnum) для болЬе удобнаго посЬщен!я насЬкомыми: 1) кисть, торчащая кверху, веЬ цв-Ьты еще замкнуты; 2) свЬшивающаяся кисть, часть цвЬтобъ раскрылась. Ср. 208 стр. текста.
Орхидныя также представляютъ въ этомъ отношены массу интересныхъ при- меровъ; только у нихъ поворачиваются обыкновенно не цветоножки, а нижняя завязь, имеющая видъ ножки. Известно, что у орхидныхъ особенно бросается въ глаза по форме и величине лепестокъ, названный ботаниками губою; этотъ лепе- стокъ служить пристанищемъ для насекомыхъ по крайней мере у двухъ третей всехъ видовъ орхидныхъ. Въ почке этотъ лепестокъ обращенъ кверху, и у небольшого числа орхидей, напр., у Nigritella и Epipogum (см. рис. 10 на 210 стр.) это положеше остается за нимъ всю жизнь. Однако у большинства орхидныхъ, именно луговыхъ видовъ, колоски которыхъ обращены кверху, завязь винтообразно поворачивается и при томъ такъ сильно, что то, что раньше было наверху, оказывается внизу и наоборотъ; такимъ образомъ губа
Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растешй, т. П. |4
делается превосходнымъ пристанищемъ для насекомыхъ. Какъ уже было сказано, такое поворачиваше цветка замечается у большинства нашихъ лу- говыхъ орхидныхъ; но оно наблюдается и у техъ видовъ, которые водятся подъ тропиками эпифитно на коре старыхъ деревьевъ или скалистыхъ утесахъ, покры- тыхъ наземомъ; впрочемъ, въ этомъ случае поворачиваше происходить лишь, когда цветоножка растешя торчитъ прямо кверху, какъ у изображеннаго на приложен-
приспособлена для пр!ема насбкомыхъ при вхбд^ въ цв^токь: 1) Veronica Chamaedrys; 2) Ophrys cornuta; 3) Corydalis lutea спереди, 4) сбоку; 5) Galeopsis grandiflora; 6) Aristolochia labiosa; 7) Aristolochia cor- data; 8) Aristolochia Clematitis, одинъ изъ трехъ цв-Ьтовъ начинаетъ увядать и свесился внизъ, губа околоцветника склоняется у этого цветка ко входу въ его полость, 9) продольный разрезъ цветка Aristolochia Clematitis, на дне цветка, вздутомъ на подоб!е боченка, два комара (Ceratopogon), которые не могутъ высвободиться, такъ какъ выходъ запертъ твердыми волосками на шейке околоцветника; 10) цветокъ Epipogum aphyllum,' И) полли- нш этого цветка, 12) колонка этого цветка съ сердцевиднымъ щитикомъ, 13) отъ прикосновешя кончикомъ карандаша щитокъ прилипаетъ къ нему и оба поллитя извлекаются изъ своего убежища. Рис. 9,11—13 несколько увеличены, остальные въ естеств. величину. Ср. 207, .209, 211, 212, 214 стр. текста и следуюпця главы.
ной таблице Oncidium Papilio. Мнопя тропичесшя орхидныя имбють не прямую, а свешивающуюся цветоножку, въ особенности же виды Stanhopea, изъ которыхъ одинъ, именно Stanhopea devoniensis, изображенъ рядомъ съ Oncidium Papilio; у последнихъ цветы расположены на свешивающемся стержне колосомъ. Такимъ цве- тамъ уже не нужно поворачиваться для приведешя губы въ надлежащее положе- ше и действительно это поворачиваше завязи, такъ хорошо наблюдаемое' у Oncidium Papilio, у Stanhopea отсутствуетъ вовсе. Зато если искусственно привязать ниткою молодой колосъ Stanhopea такъ, чтобы онъ смотрелъ вверхъ, то все цветы его въ 24 часа повернутся на 180°, такъ что въ прямыхъ колосьяхъ цветы въ
[Къ таблицЪ: „Вестъ-Индскгя op-xudeu4 ]
Жизнь pac'reuitt. П.
растешй. И
Т-во „Просв'Ьщете" въ (пб.
ВЕСТЪ-ИНДСК1Я ОРХИДЕИ.
(Oncidium Papilio Stanhopea Devoniensis.)
конце концовъ займутъ точь-въ-точь такое же положеше, какъ и въ свешивающихся внизъ.
Интересно еще и то обстоятельство, что у многихъ растеши все отходяпця отъ стержня почки поворачиваются въ одну сторону, такъ что получаются одно- сторонн1е колосья или кисти, какъ это можно видеть у наперстянки и у ви- довъ Pentstemon. Устье цветовъ постоянно поворачивается въ ту сторону, съ которой приходится ожидать прилета насекомыхъ или колибри. Если, напримеръ, наперстянка стоитъ на опушке леса, то все цветы отворачиваются, отъ тенистаго леса, гдб мало насекомыхъ, и обращаются къ залитому солнцемъ лугу, по которому резвятся полчища пчелъ и шмелей. Некоторый губоцветныя изъ родовъ Salvia и Satureja только тогда поворачиваютъ свои цветы въ одну сторону, когда имъ приходится стоять около стены или крутого утеса. Если же они имеютъ возможность раскинуться свободно во все стороны, то и цветы ихъ следуютъ всемъ направлешямъ. Точно такъ же обстоитъ дело и у техъ растешй, обыкновеннымъ местонребывашемъ которыхъ являются узшя расщелины древнихъ развалинъ или же уступы крутыхъ утесовъ, каковы, напр., львиный зевъ (Antirrhinum majus), цветы котораго всегда отворачиваются своимъ устьемъ отъ стены или утеса, даже если стена эта хорошо прогревается и освещается солнцемъ.
Къ числу посетителей цветовъ, обращенныхъ входнымъ отверспемъ вбокъ, относятся мелгая совки, бражники, колибри и вообще все те животныя, который сосутъ мёдъ на лету, кружась около цветка. Имъ не нужно точки опоры и потому посещаемые ими цветы лишены какихъ бы то ни было приспособлен^, могущихъ служить имъ пристанищемъ. У этихъ цветовъ петь ни пластинокъ, ни бахромы, ни шишекъ и бугровъ, за которые могли бы цепляться caдящiяcя на цветы насекомыя. Лопасти отгиба, пpикpывaющiя въ почке входъ въ цветокъ, принимаюсь въ раскрывшихся цветахъ вьющейся жимолости (Lonicera Caprifolium), въ посещаемой бражниками любке (Platanthera bifolia) и у Melianthus major, изъ котораго сосутъ медъ мелк!я птички, такое поможете, что совершенно не могутъ служить пристанищемъ для насекомыхъ; эти лопасти даже выгибаются, отворачиваются отъ устья и положительно закатываются назадъ, чтобы не мешать порхающимъ около цветовъ насекомымъ запускать въ нихъ свой хоботокъ, какъ это видно на рис. 9 —13 стр. 213. Если у цветовъ Mira- bilis longiflora, Nicotiana affinis, Posoqueria fragrans, Narcissus poeticus, Oenothera biennis, посещаемыхъ ночными бабочками и колибри, существуетъ сильно развитый отгибъ, то, вcлeдcтвie своей нежности и положешя, онъ никогда не можетъ служить местомъ отдыха, а является лишь средствомъ приманки, такъ какъ, благодаря своему белому или желтому цвету, ясно виденъ на значительномъ разстояти даже въ сумерки.
Иначе обстоитъ дбло, когда посещающая цветокъ животныя предварительно усаживаются при входе въ него и затемъ уже проникаюсь дальше къ местамъ отло- жешя меда. Подобно голубямъ, прилетающимъ въ голубятню, и этимъ живот- нымъ необходима какъ бы пристань,—место, на которомъ они могли бы усесться л расположиться; и вотъ оказывается, что у цветовъ, обращенныхъ устьемъ въ ?т:рону, въ этомъ отношеши имеются всякаго рода приспособлешя.
У надбородника (Epipogum aphyllum) удобное место пристанища для шмелей 3:mbus lucorum) образуется выступающей впередъ и косо внизъ расширенной ко-
212212РаЗМНОЖЕШЕ ПРИ помощи плодовъ.
212
212
ловкою (см. рис. 10, 12 и 13 на 210 стр.). Въ общемъ же колонка ркдко оказываетъ нас'Ькомымъ подобную услугу. Несравненно чаще оказывается, что насбстомъ слу- жатъ болбе или менбе выдающееся надъ околоцв*Ьтникомъ тычинки или пестикъ, какъ, напр., у конскаго каштана (Aesculus), многочисленныхъ лилей- ныхъ (Funkia, Anthericum, Paradisia, Phalangium), румянки и бад!ана (Echium, Dictamnus), равно какъ и у вероникъ съ большими пвЪтами (Veronica; см. рис. 1 на 210 стр.). Но еще чаще для этой цкли приспособляется отгибъ вкнчика или околоцветника, получаюпцй въ такомъ случае своеобразное развитее. Прежде всего здесь приходится вспомнить о кирказонахъ, цветы которыхъ представляютъ почти неисчерпаемое обшие всевозможныхъ, то пластинчатыхъ, то палочковидныхъ приспособ- лешй. У изображенной на 153 стр. Aristolochia ringens боченкообразно вздутый при основаши цветокъ кончается придаткомъ, имеющимъ видъ лопаты; у бразильской Aristolochia labiosa (см. рис. 6 на 210 стр.) передъ узкими проходами въ полость цветка находится большая пластинка; у Aristolochia cordata (рис. 7) для мелкихъ мухъ, являющихся желанными гостями, приготовленъ длинный тонкш насесть, а у европейскаго кирказона, Artistolochia Clematitis (рис. 8 и 9) оказывается тупая немного углубленная губа, на которую опускаются комары, прежде чемъ пробраться внутрь цветка.
Околоцветники орхидныхъ, равно какъ губоцветныхъ и норичниковыхъ, обна- руживаютъ невероятное разнообраз!е приспособлешй, облегчающихъ достутгь къ цветку званымъ гостямъ. Мы встречаемся при этомъ съ разнообразнейшими бухтами, лопастями, бахромою, шишками и бугорками нижней губы, которые должны служить подлетающимъ мухамъ, осамъ, пчеламъ и шмелямъ удобнымъ местомъ пристанища. У дивной орхидеи Phalaenopsis Schilleriana, цветокъ которой изобра- женъ на рис. 1, 213 стр., красиво вырезная плоская нижняя губа снабжена придаткомъ, имеющимъ форму кресла и действительно служа- щимъ кресломъ для мухъ, прилетающихъ къ цветамъ. За этимъ кре- сломъ помещается колонка, вершина которой занята пыльникомъ, а ниже находится рыльце въ виде углублешя. Въ это углублете, внутренняя стенка котораго покрыта медомъ, ведеть круглое отверстае вроде слухового окна; на верхнемъ краю этого окна виднеется такъ называемый клювикъ въ виде трехграннаго остр!я или, вернее, въ виде птичьяго клюва, который высовывается въ это отверстае (рис. 2). Когда муха захочетъ слизать этотъ медъ, она садится на кресло и всовываеть свою голову въ это отверстае (рис. 5). При этомъ она касается чрезвычайно липкаго конца клювика, который тотчасъ же и прилипаеть къ верхней части ея головы. Лишь только муха, поевши, покидаеть насиженное местечко, она вытягиваеть изъ пыльника оба поллишя, связанные съ клювикомъ; ея голова кажется теперь усаженной двумя шарами на ножкахъ (рис. 6.). Муха переходить затемъ на другой цветокъ и снова садится на кресельце нижней губы. За тотъ небольшой промежутокъ времени, который ей потребовался для перелета, обе ножки, несупця шары, успели изогнуться впередъ, подобно лебединой шее (см. рис. 7 на 213 стр.), и когда муха снова просунетъ свою голову въ оконце цветка, то и поллиши впихиваются въ полость рыльца (см. рис. 8 на 213 стр.) и прилипаютъ къ ея внутренней стенке.
Весьма замечательны приспособлешя для опоры, имеющаяся на нижней губе Ophrys cornuta и пикульниковъ (Galeopsis). Нижняя губа перваго растешя обнару- живаетъ пару полыхъ конусовъ, придающихъ всему цветку рогатый видъ (см. рис.
Пргемъ животныхъ, посъщающихъ РАСТЕШЯ, У ПРЕДДВЕРЬЯ цвътовъ. 213
2 на 210 стр.); у Galeopsis имеются два рожка, внутри полыхъ (см. рис. 5 на 210 стр.). У цветовъ вс£мъ изв^стнаго львинаго з^ва (Antirrhinum) и родственныхъ ему многочисленныхъ видовъ льнянки (Linaria; см. рис. на таблиц^ при 159 стр.) оть нижней губы подымаются два замбтныхъ бугра; затЬмъ зд4сь устроено еще и другое приспособлеше: званыя животныя, нажимая при своемъ посЬщеши закрытаго цвЬтка на нижнюю губу, отодвигають ее и попадаютъ въ полость з4ва. Забавно
Приспособлен^ для пр i е ма животныхъ при вход & въ цв4токъ: 1) Цв-Ьтокъ Phalaeno- psis Schilleriana, 2) колонка этого цветка, спереди и снизу рыльцевой полости поднимается оть губы отростокъ, имйюшдй видъ кресельца, 3) поллиши Phalaenopsis съ сердцевиднымъ щиткомъ, видъ спереди, 4) то же, сбоку, 5) муха, усевшаяся на кресельц-Ь, вводить голову въ полость рыльца и при этомъ приклеивается головою къ клювику, 6) голова этой мухи съ приклеенными къ ней поллитями, 7) та же голова, ножки поллитевъ изогнулись въ вид^ лебединой шеи, 8) муха, вводящая въ полость рыльца другого цветка приклеенные къ ней поллинш, цвЬтокъ пред- ставленъ въ продольномъ разр^зй; 9) цвйтокъ Platanthera bifolia, 10) тотъ же цвЬтокъ, посещаемый бражникомъ Sphinx pinastri; отъ Sphinx pinastri видна только голова, вытянутый хоботокъ введенъ въ длинный шпорецъ цветка; 11) голова Sphinx pinastri съ вытянутымъ хоботкомъ; 12) цвйтокъ Melianthus major съ боку; переднее лепестки срезаны ; 13) цвЬтокъ Lonicera Etrusca. Рис. 2, 3, 4, 6 и 7 несколько увеличены, друпе рисунки въ естеств. величину. Ср. 211—213 стр. текста и следуюпця главы.
видеть, какъ шмель прилетаетъ къ львиному зеву, какъ онъ опускается на бугры «го нижней губы, какъ вслйдств1е этого зевъ раскрывается при помощи особыхъ приспособлешй, действующихъ подобно шарниру, и какъ затЬмъ шмель съ быстротою молши исчезаетъ въ полости цветка, чтобы достать тамъ приготовленнаго для него меду. Шмель садится на спинку выемчатой нижней губы, напоминающей по форме туфлю, и, слегка отталкиваясь отъ верхней губы, легко раскрываеть зевъ тзетка. При этомъ показывается скрытое доселе въ углублеши, имеющемъ видъ туфли, вместилище меда; оно напоминаетъ по форме выемчатую тряпицу и содер-
жить въ себе много меду. Это вместилище подносится ко рту насекомаго, усев- шагося на нижней губе цветка, какъ наполненная чашка. Но это продолжается лишь, пока нижняя туфлевидная часть губы остается придавленной. Какъ только шмель покинетъ цветокъ, нижняя губа вновь устремляется вверхъ, зевъ цветка закрывается и вместилище меда снова скрывается въ его полости.
Большинство цветовъ, направленныхъ вбокъ, имеють ту особенность, что лепестки ихъ не развиты равномерно во все стороны. Только правая и левая половины цветка соответствуютъ одна другой по форме и величине, верхняя же и нижняя сильно рознятся. Это соответствуетъ, приблизительно, лицу человека, голове позвоночнаго или телу насекомаго, а весьма мнопе цветы даже действительно напоминаютъ голову животнаго или бабочку, муху, паука и т. д. (см. таблицу Оп- cidium Papilio и Stanhopea devoniensis при стр. 210 и Ophrys cornuta и Galeopsis на рис. 2 и 5 стр. 210). Это явлете симметрш у цветовъ, устье которыхъ направлено вбокъ, известное у ботаниковъ подъ именемъ зигоморфизма ), безусловно имеетъ целью доставлеше удобствъ для посещающихъ растете насекомыхъ.
У цветовъ, направленныхъ устьемъ кверху, безразлично, представляется ли это устье въ виде узкой трубки или въ виде оторочки плоской чаши, зигоморфизмъ оказывается лишнимъ и потому так!е цветы построены по в семь направлен!ямъ одинаково. Лепестки ихъ располагаются какъ спицы въ колесе или лучи, расходяпцеся отъ центра круга къ периферш; последнее сравнеше дало поводъ назвать тате цветы актиноморфными (лучевидными; ср. 637 стр. I тома) ).
Прим. ред.Прим. ред.Так1е актиноморфные цветы, обращенные устьемъ къ небу, представляютъ для посещающихъ ихъ животныхъ очень удобное место пристанища. Шмели, посещающее торчапце кверху раскрытые цветы го- речавокъ (напр., Gentiana asclepiadea, Pannonica, Pneumonanthe, punctata), садятся прежде всего на край венчика и оттуда сползають въ глубокую трубочку, причемъ во время сосашя меда они подчасъ совершенно исчезаютъ въ ней. Въ большинстве случаевъ, однако, край венчика очень неженъ и настолько слабъ, что более тяжелый насекомыя, именно жуки, не находятъ въ немъ достаточной опоры и въ этихъ случаяхъ они предпочитають располагаться въ середине цветка. Особенно удобнымъ местомъ для отдыха и высасывашя меда являются широшя щитовидныя, блюдцевидныя и звездчатыя рыльца, каковы, напр., рыльца тюльпановъ, вороньяго глаза, опунщй, мака и мексиканскаго аргемона (Tulipa, Paris, Opuntia, Papaver, Argemone; см. рис. на 155 стр.). У розъ, лютиковъ и ветреницъ приподнятые кверху и торчапце къ небу многочисленные пестики соединены въ одинъ пучекъ или пуговку, благодаря чему также получается удобное место для подлета насекомаго (см. рис. на 215 стр.). Иногда столбикъ или рыльце ветвятся и одно изъ разветвлешй принимаетъ косое или горизонтальное направлеше, такъ что и въ этомъ случае получается насесть, какой обыкновенно делаютъ въ птичьихъ клеткахъ; примеромъ сказанному могутъ служить цветы многочисленныхъ вьюнковъ (напр., Convolvulus arvensis и Siculus). Въ прямыхъ цветахъ зонтичныхъ, кизило- выхъ и арал!евыхъ, расположенныхъ зонтикомъ, местомъ для подлета мухъ и ма-
Прим. ред.
Прим. ред.
ленькихъ жуковъ служить тканевая подушечка, выделяющая медъ; она помещается
У многихъ растешй удобною опорою дляУ многихъ растешй удобною опорою длянадъ завязью, пучки тычинокъ, помещающееся цветовъ, какъ, напр., у мирть, зверобоя (Hypericum), новогодландскихъ акацш и многихъ просвирниковыхъ (Malvaceae), по крайней мере въ первые перюды ихъ цветешя.
У многихъ растешй удобною опорою для
У многихъ растешй удобною опорою для
У сложноцветныхъ, ворсянковыхъ и протейныхъ, равно какъ у множества гвоздикъ, валер!анъ и молочайныхъ многочисленные мелйе цветы собраны густыми пучками, головками и зонтиками, производящими впечатлеше одного большого цветка. Къ такимъ соцвеиямъ животныя прилетаютъ точно такъ же, какъ и къ еди- ыичнымъ цветамъ, усаживаясь то на краю, го въ центре, иногда даже на прицвет- пикахъ, которые у многихъ видовъ, напр. у Cornus florida (см. рис. на 216 стр.) служатъ вместе съ темъ и средствомъ приманки.'
Гвоздики и ворсянки нашихъ странъ, цветы которыхъ, соединенные въ пучки пли головки, хранить въ глубине своей медъ, преимущественно посещаются дневными бабочками, зигенами и огневками, цветы зонтичныхъ и молочаевъ, медъ которыхъ лежитъ открыто, привлекають къ себе мухъ, осъ и другихъ сетчатокрылыхъ съ короткимъ хоботкомъ. Къ соцвет1ямъ сложноцветныхъ и протейныхъ приле- таеть масса самыхъ различныхъ животныхъ въ зависимости отъ формы и положе- ШЯ соцве™ и глубины вместилищъ, где сокрыты медъ или цветень. Но подробное перечислеше всехъ относящихся сюда слу- чаевъ было бы вдвойне неуместно: во первыхъ, мы вышли бы тогда изъ рамокъ этой книги, а во вторыхъ, часто прину-
насекомыхъ являются актиноморфныхънасекомыхъ являются актиноморфныхъВ-Ьтреница (Anemone nemorosa): 1) все растете въ ест. величину, 2) скученные пестики въ центра цв'Ьтка, являюпцеся опорою для насбкомыхъ, увеличено. Ср. 214 стр. текста.В-Ьтреница (Anemone nemorosa): 1) все растете въ ест. величину, 2) скученные пестики въ центра цв'Ьтка, являюпцеся опорою для насбкомыхъ, увеличено. Ср. 214 стр. текста.въ центревъ центреждены были бы повторяться. Поэтому мы ограничимся лишь однимъ примеромъ, однимъ протейнымъ, соцвепе котораго имеетъ очень странную форму. Это растеше,
насекомыхъ являются актиноморфныхъ
насекомыхъ являются актиноморфныхъ
В-Ьтреница (Anemone nemorosa): 1) все растете въ ест. величину, 2) скученные пестики въ центра цв'Ьтка, являюпцеся опорою для насбкомыхъ, увеличено. Ср. 214 стр. текста.
В-Ьтреница (Anemone nemorosa): 1) все растете въ ест. величину, 2) скученные пестики въ центра цв'Ьтка, являюпцеся опорою для насбкомыхъ, увеличено. Ср. 214 стр. текста.
въ центре
въ центре
называемое Dryandra, представляетъ низенькш кустарники и входить въ составь австралгйскихъ кустарныхъ зарослей, известныхъ подъ назвашемъ скрёбъ (scrub). Цветы этой Dryandra расположены такъ, что образуютъ периферпо чаши, верхшй шаметръ которой достигаетъ 4 см. Дно этой чаши усеяно только чешуйками, и
тамъ скопляются капельки жидкости, выделенной соседними цветами; по запаху жидкость эта напоминаетъ сливки, начинающая чуть-чуть скисать. По краю этой странной чашки сидятъ несколько загнутые внутрь пестики на ножкахъ, очень на- поминаюпце булавки. На вершине пестика въ первый перюдъ цветешя отлагается пыльца, затемъ тамъ образуются рыльца и при томъ съ темъ разсчетомъ, чтобы они могли принимать пыльцу другихъ особей, принесенную животными. Такое рас- положеше цветовъ и сока, повидимому, не разсчитано на переносъ пыльцы насе-
С оrnns floridа; маленьк!е скученные цветки этого растен1я окружены четырьмя большими белыми прицветниками, служащими какъ для приманки, такъ и для удобнаго помещен!я насекомыхъ. (По Балл1ону.) Ср. 215 стр. текста.
комыми. Зато весьма вероятно, что кенгуру, живупця въ этихъ кустарниковыхъ чащахъ австралшскаго скрёба, опускають свои морды въ чашевидное соцвепе, вы- лизываютъ заключающейся тамъ сокъ и при этомъ безсознательно вымазываютъ носъ пыльцою, которую затемъ переносить на другой цветокъ. Вышина кустарника Dryandra, въ связи съ ростомъ кенгуру, а равно форма и размеры чашевиднаго соцвейя по сравнение съ формою и величиною морды этого сумчатаго делаютъ вышеупомянутое предположеше очень вероятными
Приспособлешя, къ которымъ прибегають растешя, чтобы дать желаннымъ гостямъ своимъ изъ животнаго царства возможность напитаться безъ особой траты времени, безъ усилш и съ пользою для хозяина, влекутъ за собою еще и другого рода приспособлешя: при ихъ помощи растен!е получаетъ возможность отгонять и отпугивать нежелательныхъ или вредныхъ посетителей
животнаго происхожден!я. А вредными и нежелательными для растетя являются веб животныя, при посещети своемъ такъ или иначе мбшаюпця быстрому переносу пыльцы и связанной съ нимъ выгоде перекрестнаго опылевоя. Прежде всего нежелательными гостями приходится считать мелкихъ безкрылыхъ животныхъ, которыя прокладывають себе дорогу по стеблямъ и для получетя меда должны взбираться по цветоножке и цвбточнымъ покровамъ. Предположимъ, что такое животное, пользующееся для передвижетя лишь ногами, забралось внутрь цветка, вымазалось тамъ пыльцою и, нагруженное ею, снова покинуло бы цветокъ; чтобы перенести пыльцу въ цветокъ другой особи, это животное должно было бы спуститься по листьямъ и стеблю данной особи, затемъ взобраться на вторую, пролезть въ ея цв-Ьтокъ и оставить тамъ принесенную имъ съ собою пыльцу. Сколькимъ опасностямъ подвергается при этомъ пыльца! Помимо траты времени, съ которою связанъ такой переносъ, какъ легко она можетъ свалиться по дороге, зацепиться за листья, черешки и волоски или же погибнуть отъ ветра и непогоды; и какъ мало шансовъ на то, чтобы цв-Ьтокъ, въ который безкрылое насекомое, несмотря на всевозможный превратности пути, въ конце концовъ доставитъ пыльцу, оказался годнымъ для ея принят!я!
Какъ сильно разнятся отъ только что описаннаго летаюпця насекомыя и лег- коподвижныя лакомыя до меда птицы, именно колибри! Съ изумительной быстотою реють они по воздуху, порхаютъ съ растешя на растете, въ несколько минуть успевають заглянуть въ 2, 3, 4 и более цветовъ и въ самый короткгй срокъ мо- гутъ перенести цветень въ самомъ свежемъ виде на далемя разстоятя. Безъ сомнетя, так!я птицы и крылатыя насекомыя являются поэтому лучшими посредниками при оплодотворенш и наиболее полезными гостями цветовъ. А между темъ и при этихъ быстрыхъ воздушныхъ посетителяхъ остается въ силе одинъ фактъ, благодаря которому иногда вся ихъ роль сводится къ нулю. Что толку растение отъ быстраго переноса пыльцы отъ особи къ особи, отъ цветка къ цветку, если полныя сперматоплазмою клетки отлагаются не на надлежащемъ месте, если оне не попадаютъ на рыльце, где только и могутъ оне проростать и пускать цветневую трубочку? Допустимъ, что мелкая муха прилетитъ къ цветку красной наперстянки, усядется на нижнемъ краю венчика и затемъ станетъ пробираться отсюда къ меду, не задевая при этомъ ни пыльниковъ, ни рыльца, скрытаго подъ верхнею губою венчика. Допустимъ также, что наперстянка не отказала мухе въ своемъ меде, что насекомое наелось и покидаетъ цветокъ темъ же путемъ, ка- кимъ проникло въ него. Какую выгоду получить данное растете отъ такого гостя? Никакой! Напротивъ, оно окажется въ накладе;—ведь въ цветке не осталось более сладкаго сока, предназначавшагося для более крупныхъ насекомыхъ, тело кото- рыхъ при поискахъ меда непременно должно было вымазаться пыльцею или задеть за рыльце. Значить, благодаря посещетю мелкой мухи, не достигнется цель всехъ этихъ дивныхъ приспособленш и пыльца наперстянки не будеть перенесена изъ цветка въ цветокъ. Этимъ объясняется, почему не все животныя, прилетающ!я къ цветку, являются для него желанными посетителями, почему и среди нихъ попадаются незваные гости, особенно среди насекомыхъ и птицъ, тело ко- торыхъ по размеру своему не можетъ содействовать скрещиванью различныхъ цветовъ; этимъ незванымъ гостямъ растете закрываеть доступъ къ меду.
Нетъ недостатка въ цветахъ, приспособленныхъ сразу къ телу и болыпихъ
и малыхъ насекомыхъ. У входа въ так!е цветы мы найдемъ особыя складки, бородавки, бугорки, перильца, сетки и волосяные покровы, которые хотя и съужи- ваютъ, затрудняютъ и ограничиваютъ доступъ въ цветокъ, однако не запираютъ его совершенно. Болышя сильныя животныя не смущаются этими валиками, складками и поставленными по дороге перилами; имъ достаточно сделать небольшое усил!е, погнуть прутики такихъ перилъ, пропустить свой хоботъ сквозь мягкий волосяной покровъ и такимъ образомъ проложить себе путь; между темъ мелкимъ животнымъ приходится перелезать черезъ эти складки, валики и перильца, кото- рыхъ имъ не удается отстранить отъ своего пути. А въ этомъ-то и заключается вся сущность этихъ многочисленныхъ баррикадъ, запирающихъ вход- ныя ворота въ цветокъ. Деловътомъ, что когда мелк!я животныя стараются перелезть или обойти поставленный имъ по пути препятств!я, они зад^ваю^ъ пыльники или рыльца и неизбежно приходятъ съ ними въ соприкосновен! е. Такимъ образомъ при помощи этихъ образованы мелкимъ насекомымъ указывается наиболее выгодный для растетя путь къ меду и въ этомъ смысле ихъ можно назвать проводниками.
Когда будетъ речь о процессахъ нагрузки пыльцы на посещающихъ цветокъ насекомыхъ, мы еще коснемся подробнее этихъ важныхъ приспособлешй. Однако и сейчасъ мы не можемъ пройти ихъ молчашемъ. Было бы очень трудно отграничить приспособленья, заставляются проникшихъ въ цветокъ насекомыхъ держаться известнаго направлешя, отъ техъ, который представляютъ незванымъ го- стямъ непреодолимый препятств!я при покушеши на цветочный сокъ. То же приходится сказать и о делены средствъ защиты на две категоры: отъ безкрылыхъ насекомыхъ, съ одной, и крылатыхъ, съ другой стороны. И эти две категорш не всегда легко разграничить, и если мы въ последующемъ изложены и попытаемся дать такую группировку, то лишь въ силу следующего соображешя: и въ этомъ, и въ подобныхъ ему случаяхъ некоторая односторонность въ оценке и разборе мате- р!ала значительно облегчаеть правильное понимаше сути дела.
Прежде всего мы опишемъ приспособлешя, служапця цветамъ защитнымъ средствомъ отъ вредныхъ покушен!й со стороны безкрылыхъ насекомыхъ, прилезающихъ съ земли. Одно изъ самыхъ замечательныхъ такихъ приспособлешй состонтъ въ томъ, что цветочный медъ защищается другимъ ме- домъ, выделяемымъ въ области листьевъ; это наблюдается, напримеръ, у гималай- скаго бальзамина Impatiens tricornis. У этого растешя два маленькихъ прилистника, помещающееся при основаны листа, превращены въ железки. Эти железки имеютъ видъ мясистаго, кверху слабо, а книзу сильно выпуклаго блюдца, которое частью приросло къ основанью листа, частью же къ кожице черешка и поставлено такъ, что все насекомыя, пробирающаяся вверхъ по стеблю, неизбежно должны пройти мимо него. Образовавшиеся и выделившыся изъ этой железки медъ собирается на верхушке полукруглаго и обращеннаго книзу вздутая этого блюдца въ виде капли. Такимъ образомъ насекомыя, стараюпцяся пробраться за медомъ въ цветокъ, встре- чаютъ его гораздо ближе и удобнее въ болыпомъ количестве уже въ области листьевъ. Насекомыя, особенно лакомые до сладкаго сока муравьи, не заставляя собя долго просить, жадно хватаются за этотъ медъ и не думаютъ лезть за нимъ выше—къ цветамъ. Такимъ образомъ въ цветахъ Impatiens tricornis никогда не найдешь муравьевъ, тогда какъ прилистники, пониже, буквально усеяны ими. Въ
цветахъ эти маленьшя животныя оказались бы очень невыгодными пришельцами — они достигали бы вытянутаго въ шпорецъ лепестка, въ которомъ хранится медъ, не задевая по дороге ни рыльца, ни пыльниковъ. Мало того, что они похитили бы тамъ медъ, не способствуя скрещивашю, они прогнали бы еще летающихъ насе- комыхъ, для которыхъ онъ приготовленъ, именно техъ, что вымазываются при поискахъ за нимъ пыльцою и оставляютъ ее на рыльцахъ другихъ цветовъ. На основаны этихъ наблюдены мы вправе сказать, что на это отваживаше непрошенных ъ гостей отъ цветовъ надо смотреть, если не какъ на непосредственное, то во всякомъ случае какъ на некоторое средство для устремлевАя вни- ман!я и жадности въ другую сторону, какъ это нередко делается и среди людей.
Выделеше меда изъ прилистниковъ Impatiens tricornis, имеющее целью отвлекать жадныхъ до меда муравьевъ отъ цвбтовъ, начинается у этого растешя только, когда у него раскроются цветочный почки. На это следуетъ обратить особое внимаше въ виду того, что неоднократно высказывалось предположеше, не имйетъ ли медъ, выделяемый прилистниками, назначеше охранять зеленые листья отъ прожорливыхъ гусеницъ, улитокъ, жуковъ и т. д. Дело въ томъ, что удалось сделать одно очень интересное наблюдете: некоторые маленьте, очень злые муравьи живутъ въ товарищескомъ сожительстве съ многими растешями (ср. 451 стр. I тома). Растешя доставляютъ муравьямъ квартиру, пользуясь для этого особыми полостями, и даютъ имъ въ виде пищи выделешя, состоятся изъ сахаристыхъ и белковыхъ веществъ; за то муравьи защищаютъ листву отъ нападешя прожорливыхъ животныхъ. Лишь только къ листьямъ растешя, дающаго муравьямъ „и столъ и домъ“, приблизится одинъ изъ такихъ недруговъ, муравьи, подобно гарнизону крепости, готовятся къ защите и ухитряются прогонять противника, кусая его или забрызгивая муравьиной кислотою. Такимъ образомъ защищаютъ они отъ листоядныхъ животныхъ листву многихъ цекрошй, акацы и другихъ растены, для которыхъ придумали назваше „мирмекофильныхъ растешй“; въ конце этой главы мы разскажемъ еще объ одномъ случае, когда цветочный почки некоторыхъ слож- ноцветныхъ защищаются отъ летающихъ жуковъ также благодаря вмешательству муравьевъ. Однако для листвы Impatiens tricornis муравьи не представляются защитниками; ко времени развертывашя листьевъ у названнаго растешя еще нетъ никакого меда, а потому нетъ и муравьевъ, да и позже, когда листья достигнуть предельной величины, а на вздутыхъ прилистникахъ ихъ появятся капли меда, наслаждающееся вкусною трапезою муравьи нисколько не смущаются прикоснове- шемъ къ соседней листовой пластинке и не защищаютъ ея даже, когда врагъ собирается скушать ее целикомъ.
На ряду съ защитою цветовъ отъ безкрылыхъ муравьевъ при помощи отва- живaнiя ихъ медомъ, выделяющимся на листьяхъ, приходится поставить мнопя друпя приспособлевая, cлyжaщiя непосредственною защитою цветовъ отъ животныхъ, приползающихъ къ нимъ съ земли. Беглаго взгляда на эти приспособлешя достаточно, чтобы заметить удивительное сходство между ними и теми средствами, къ какимъ прибегаютъ садовники для защиты оранжерей- ныхъ растены и деревцовъ питомниковъ отъ гусеницъ, улитокъ, мокрицъ, уховертокъ и всякой другой нечисти. Чтобы помешать подползашю этихъ маленьнихъ назойли- выхъ гостей животнаго происхождешя къ тепличнымъ растешямъ, садовники ставятъ вазоны съ этими растешями на пустые опрокинутые горшки, поставленные
въ плошки съ водой такъ, что они высовываются надъ поверхностью воды примерно на палецъ. Такимъ образомъ нуждающаяся въ защите растешя оказываются какъ на острове и посещеше надоедливыхъ безкрылыхъ насекомыхъ становится совершенно невозможными ибо они боятся воды. Въ питомникахъ садовники обе- регаютъ свои саженцы темъ, что обвертываютъ стволъ ниже кроны липкою тряпкою или обмазываютъ кору птичьимъ клеемъ или другимъ какимъ-либо липкимъ веще- ствомъ, къ которому и приклеиваются насекомыя, дерзнувппя всползти на эти линия кольца. Противъ гусеницъ, улитокъ и другихъ животныхъ съ тонкою кожею превосходно защищаетъ терновый венецъ, окружающей стволикъ.
И вотъ, если сравнить эти способы защиты, придуманные садовниками, съ приспособлешями, вырабатываемыми дикорастущими растешями, обнаружится поразительное сходство. И у нихъ тоже главныя средства защиты сводятся къ тому, что растете уединяетъ себя посредствомъ воды, защищаетъ доступъ къ себе липкими кольцами или венцами колючихъ шипиковъ, направленныхъ противъ животныхъ; этими средствами дитя растешя стараются отвадить отъ своихъ цветовъ лакомыхъ до меда животныхъ, подползающихъ къ нимъ съ земли по стеблю и цветоножкамъ.
Что касается въ частности уединешя цветовъ водою, то это приспо- соблеше замечается у множества водныхъ и болотныхъ растешй. Цветы кувшинокъ, примеромъ которыхъ можетъ служить Victoria regia, изображенная на таблице при 171 стр., затемъ цветы и соцвейя сусака (Butomus), стрелолиста (Sagittaria), частухи (Alisma), турчи (Hottonia), пузырчатки (Utricularia), ужовника (Villarsia), водокраса (Hydrocharis), водореза (Stratiotes) и еще многихъ другихъ не могли бы лучше быть защищены отъ ползающихъ насекомыхъ, лакомыхъ до меда, цветня и подчасъ даже нежныхъ лепестковъ, какъ окружая свой стебель водою. Мухи и жуки, прилетаюпце по воздуху, чтобы полизать меду и покушать цветня, являются желанными гостями, такъ какъ способствуютъ перекрестному оплодо- творешю этихъ растешй, тогда какъ безкрылыя животныя, насекомыя, улитки, мокрицы и др., благодаря окружающей цветоножку воде, не могуть попасть къ цветку. Подобнымъ же образомъ функщонируютъ скоплешя воды въ сросшихся листовыхъ влагалищахъ ворсянки (Dipsacus) и американскаго Silphium perfolia- tum (рисунокъ и объяснеше см. на 239 стр. I тома), затемъ подобный же скоплешя воды въ воронковидныхъ влагалищахъ листьевъ многихъ ананасовыхъ (Aechmea, Billbergia, Lamprococcus, Tillandsia и др.), причемъ листья расположены въ виде розетки; впрочемъ, не надо забывать, что, кроме указанныхъ выгодъ, данныя растешя получаютъ отъ этихъ скоплешй воды еще и друйя (ср. 240 стр. I тома).
Гораздо чаще, чемъ водою, наблюдается защита цветовъ отъ непрошен- ныхъ гостей посредствомъ липкихъ веществъ. Обыкновенно это липкое вещество, появляющееся у растешй съ той стороны, откуда приходится ждать на- шеств!я непрошенныхъ гостей, походить на птичш клей; химическгй составь его еще не опредблень въ точности, иногда оно напоминаетъ аравшскую камедь или вишневый клей, подчасъ это смола или смесь смолы съ слизью, — то что назы- ваютъ теперь бластоколлемъ. Реже всего липкимъ веществомъ является млечный сокъ, вытекающш изъ треснувшихъ клеточныхъ стенокъ, легко твердеющш на воздухе и прюбретающШ отъ этого клейкость. Последнее чаще всего наблюдается
у асклешадовыхъ и у многихъ видовъ латука (напр., Lactuca sativa). Маленыйе верхн1е листья, ножки корзинокъ и расположенные черепичато прицветники, образующее обвертку медоносныхъ цветовъ этого растешя, биткомъ набиты млечнымъ сокомъ; они гладки и упруги и нисколько не мешаютъ безкрылымъ маленькимь животнымъ достигать съ земли верхнихъ корзинокъ. Однако лишь только они, продолжая свой путь къ цветамъ, коснутся упругихъ клеточныхъ слоевъ кожицы, они разсекаютъ своими коготками стенки этихъ клетокъ и изъ тонкихъ разрезовь тотчасъ вытекаетъ млечный сокъ. Не только ноги, но и туловище вскоре оказывается обмазаннымъ белымъ млечнымъ сокомъ, а если муравьи еще укусятъ ткань, что случается постоянно, то и челюсти ихъ покрываются этою жидкостью. Движете муравьевъ такимъ образомъ затрудняется; млечный сокъ становится имъ въ тягость, они хотятъ освободиться отъ него, чистятъ ногами ротъ и стараются снять млечный сокъ и съ туловища, если оно успело запачкаться. Но при этихъ усиленныхъ движешяхъ въ кожице получаются все новыя и новыя поранешя, млечный сокъ вытекаетъ все въ большемъ и большемъ количестве и положеше муравья становится еще хуже. Мнопя изъ этихъ животныхъ стараются спастись темъ, что какъ можно быстрее бегутъ къ краю верхнихъ листьевъ и сваливаются оттуда на землю, но не многимъ удается этотъ маневръ; млечный сокъ твердееть на воздухе, вскоре обращается въ бурую тягучую массу и все усил!я муравья освободиться отъ этого клейкаго вещества ни къ чему не ведутъ; движешя жи- вотнаго становятся все слабее и, наконецъ, на прицветникахъ или верхнихъ частяхъ ножки оказываются лишь неподвижные трупы.
Друпя клейшя вещества образуются двояко. Либо ихъ выделяютъ известный клбтки ровнаго слоя кожицы, либо на кожице подымаются особыя образовашя, известныя подъ назвашемъ железъ и железистыхъ волосковъ, изъ которыхъ и получаются клейгая вещества. Въ первомъ случае отъ клетокъ ровнаго слоя кожицы отстаетъ кутикула и въ полость, образовавшуюся такимъ путемъ, выделяется часть липкаго содержимаго клетки. Иногда кутикула вздувается въ виде пузыря, который въ конце концовъ лопается, выпуская липкое вещество. Известныя части стебля и цветоножекъ получаютъ оттого такой видъ, какъ будто ихъ вымазали клеемъ, и производятъ впечатлеше прутьевъ, употребля- емыхъ для ловли птицъ (см. прим, къ 152 стр. I тома). Въ другомъ случае, липкое вещество, благодаря диффуз!и, попадаетъ на внешнюю, поверхность клетокъ, называемыхъ железистыми. Иногда освобождение* липкаго вещества происходить следующимъ образомъ: необыкновенно тонкая- стбнка железистой клетки трескается при малейшемъ соприкосновеши, причемъ липкое вещество переходить на тело, прозводящее давлеше, и остается на немъ.
Чаще всего лшшя вещества, защищаются растешя отъ ползающихъ животныхъ, развиваются на цветоножкахъ и стержняхъ соцвет!й. Здесь они такъ типичны, что заметить ихъ можно даже при самомъ поверхностномъ наблю- денш. Мнопя растешя даже въ народе получили назвашя, указывающая на ихъ свойства, таковы, напр., смолевка (Silene), смолянка (Lychnis viscaria). Ботаники, прежнихъ временъ также назвали некоторый растешя мухоловами на томъ основа- ши, что находили на нихъ мертвыхъ прилипшихъ насекомыхъ; таковы, напр., Silene muscipula, Roridula muscipula и видовыя назвашя viscidus, viscosus, viscosis- simus, glutinosus, который особенно часто прилагались въ семействахъ норичнико-
выхъ, губоцв4тныхъ и гвоздичныхъ, равно какъ и у видовъ Ledum, Cistus, Linum, Aquilegia и Robinia. У гвоздичныхъ родовъ Dianthus, Lychnis ж Silene^ гдЬ клейки! цветоножки встречаются особенно часто, легко видеть, что липкш слой действительно служить для защиты отъ нападешя ползающихъ по стеблю насекомыхъ. Нижняя часть стебля, гдб н4тъ цветовъ, у этихъ растешй (напр., Dianthus viscidus, Lychnis Viscaria, Silene muscipula) зеленаго цвета и на немъ не видно и следа краснобураго липкаго покрова; последит начинается всегда лишь подъ той парой
Липк1я железы какъ средство защиты цв-Ьтовъ отъ приползающихъ къ нимъ мелкихъ жив-от- ныхъ: 1) Цв-Ьтокъ Linnaea borealis, 2) чашечка, нижняя завязь и прицветники того же растешя; 3) три язычковыхъ цветка изъ головки Crepis paludosa съ расположенными подъ ними железистыми чешуйками обвертки; 4) цветокъ Plumbago europaea, края чашечки усажены липкими железами, сидящими на ножкахъ; 5) цветокъ Kibes Grossularia, липкая железы помещены на нижней еавязи; 6) цветокъ Epimedium alpinum, лппк1я железы располагаются на цветоножке; 7) цветокъ Saxifraga controversa, передняя часть его срезана, лишня железы помещены на цветоножке и на наружной стороне чашечки; 8) цветокъ Circaea alpina, нижняя завязь усажена липкими железками, сидящими на ножкахъ. Рис. 5 въ ест. величину, друНе увеличены въ 2—10 разъ.
листьевъ, изъ пазухи которыхъ выходить цветочная ножка. На стержняхъ соцветий клей покрываетъ только верхнюю часть каждаго междоузл!я, находящуюся въ не- посредственномъ соседстве съ цветами (см. рис. на 142 стр.).
Еще чаще покрова, состоящаго изъ веществъ, вытекающихъ изъ трещинъ лопнувшей надкожицы на цвЬтоножкахъ, встречаются железы, сидяпця на ножкахъ или расположенный прямо на кожицЬ; на ощупь оне тоже липки, такъ что мелюя животныя, соприкасаясь съ ними, легко къ нимъ приклеиваются. Въ виде примера назовемъ безцветъ-траву (Epimedium alpinum), изображенную выше на рис. 6. На кроющихъ чешуйкахъ цветочныхъ корзинокъ и другихъ соцветий, равно какъ на чашечкахъ и нижнихъ завязяхъ у родовъ Grindelia и Clandestina встречаются лишае марше покровы, у Linnaea, Crepis, Ribes, Saxifraga, Circaea и Plumbago, яапротивъ, наблюдаются железистые волоски (рис. 1—5, 7 и 8 на этой стряпипе).
Изображенная ниже Cuphea micropetala обнаруживаешь замечательное при- способлеше того же типа. Какъ наглядно видно на рис. 4, лепестки здесь обратились въ крошечные ланцетовидные листики, которые прикреплены къ трубке чашечки въ утлублешяхъ, имеющихъ видъ впадинъ и помещающихся на верхнемъ конце ея. Чашечка окрашена въ пестрый цветъ, имеетъ видъ трубки, достигаетъ 22 — 28 мм. длины при 6 — 7 мм. ширины; при основами она выпячивается и въ это углублеше высачивается большое количество меда. Завязь, поставленная косо, сравнительно велика; въ томъ месте, где она переходитъ въ столбикъ, заметно вздуйе, примыкающее вплотную къ верхней стенке чашечки (рис. 2). Такъ какъ обе боковыя стенки завязи также вплотную примыкаютъ къ чашечке, то, значить,
Липк1я щетинки на краю чашечки, защищающая цв-Ьты отъ маленькихъ ползающихъ животныхъ: 1) Cuphea micropetala, 2) цродольный разр'Ьзъ того же цветка, 3) поперечный разр-Ьзъ того же цветка, на высотб основашя столбика, 4) часть края того же цветка, усаженнаго липкими щетинками, расходящимися въ видй лучей отъ круглыхъ пуговокъ. Рис. 1—3 увелич. въ 2 раза, рис. 4 — въ 8 разъ. Ср. 224 стр. текста.
медъ закупоривается ею какъ пробкою. Однако на завязи справа и слева находится по борозде, расширяющейся кнаружи въ виде воронки, какъ это показано на рис. 3; такимъ образомъ получаются два канала шириною въ полмиллиметра каждый, которые ведутъ въ полость, наполненную медомъ; сами они тоже зачастую наполнены имъ. Жадныя до меда насекомыя, способствующая оплодотворение, должны просовывать свой хоботокъ въ эти каналы. Понятно, что имъ было-бы очень невыгодно, если бы устье каналовъ заняли муравьи, мешая имъ питаться медомъ; а потому и растешю невыгодно, чтобы безкрылые муравьи могли доставать медъ изъ его цветовъ. Между темъ именно медъ Cuphea micropetala особенно привлекаешь этихъ животныхъ, такъ какъ они, будучи вообще очень осторожными и осмотрительными, часто становятся жертвою липкихъ свойствъ некоторыхъ частей растешя. Кроме того трубка чашечки настолько широка, что по крайней мере более мелк!е виды муравьевъ легко могутъ пробраться по боковымъ стенкамъ къ медоноснымъ каналамъ завязи. Однако тутъ то и защищается входъ въ цветокъ отъ этихъ посетителей. Надъ недоразвитыми лепестками венчика на краю чашечки возвышаются образовашя въ виде пуговокъ, на которыхъ сидятъ 4— 6 растопы-
ренныхъ щетинокъ, выделяющихъ медъ, который лучше всего сравнить съ прутьями, употребляемыми для ловли птицъ (см. рис. 1, 2 и 4 на 223 стр.). Эти щетинки въ совокупности своей образуютъ пучокъ, венчающш оторочку чашечной трубки: если муравей, подползающш къ цветку со стороны основашя чашечки, коснется его, то онъ неминуемо погибъ. Напротивъ, крылатыя животныя, порхаюпця во время сосанья или же, если они малы, забирающаяся внутрь цветка, нисколько не смущаются близостью клейкихъ ворсинокъ, направленныхъ несколько кнаружи, и эти то животныя и являются для Cuphea micropetala зваными гостями.
Существуютъ также растенья, у которыхъ не только чашечки, прицветники и цветоножки снабжены липкими покровами, волосками и железками, но также и листья, даже если они сгруппированы въ виде розетки, какъ, напр., у многихъ первоцветовъ (Primula glutinosa, viscosa, villosa), камнеломокъ (Saxifraga controversa и tridactylites), у толстянковыхъ (Sedum villosum, Sempervivum montanum) и у раз- личныхъ степныхъ растенш (Cleome ornithopodioides, Bouchea coluteoides и др.). Не можетъ быть сомнетя въ томъ, что цветы этихъ растенш защищаются клейкими покровами отъ вредныхъ безкрылыхъ посетителей. Достаточно небольшого внимашя, чтобы убедиться, что нередко мелтя животныя, неосторожно отважив- ппяся на опасный путь, ведущш къ цветку, липнуть къ клею и погибаютъ. Однако надо помнить, что въ многихъ случаяхъ трупы прилипшихъ животныхъ доставляютъ растешямъ важное подспорье въ ихъ питанш и что такъ называемые железистые волоски этихъ растенш крайне напоминаютъ аналогичный образовашя у росянки, жирянки и росолиста (ср. стр. 138—143 и 150—152 I тома).
Теперь будетъ уместно указать и на восковые покровы цветоножекъ и стеблей, несущихъ соцвет!я, которые хотя служатъ въ большинстве слу- чаевъ еще и для другихъ целей, однако, по крайней мере у некоторыхъ растенш, играютъ роль какъ защита цветовъ отъ ползающихъ животныхъ. Такъ, напр., для воскового налета, покрывающаго въ виде синеватаго инея цветоносный ветви двухъ ивъ (Salix daphnoides и pruinosa) ), такая роль несомненно доказана. Эти два вида ивы, оба двудомные, съ липкою пыльцею, всецело зависятъ въ смысле оплодотво- решя отъ пчелъ; поэтому для нихъ очень важно, чтобы медъ ихъ доставался только этимъ животнымъ, а не тратился понапрасну какимъ-либо другимъ образомъ. Безкрылые муравьи поэтому также вычеркиваются изъ списка желательныхъ посетителей. И вотъ, если эти животныя, привлеченный душистымъ ароматомъ меда, станутъ л6зть по стеблямъ и веткамъ названныхъ ивъ, то подъ самымъ соцве- таемъ они встречаютъ место, покрытое воскомъ и сделавшееся потому очень скользкимъ. Ослепленные жадностью, они стараются какъ можно скорее перебраться черезъ эти места, однако же постоянно падаютъ на землю иногда съ высоты несколькихъ метровъ и несутъ такимъ образомъ наказаше за свой разыгравшшся аппетитъ.
Хотя и нетъ точныхъ наблюдешй, однако представляется очень вероятнымъ, что и у Melianthus, Dentaria, Sanguinaria, Fritillaria и многихъ другихъ растеньй восковой налетъ, делающш цветоножки очень скользкими, играетъ подобную же роль.
Прим. рвд.Прим. рвд.Эти лишие и восковые покровы удерживаютъ отъ прониканья въ цветокъ преимущественно насекомыхъ съ довольно твердымъ хитиновымъ покровомъ, а среди
Прим. рвд.
Прим. рвд.
нихъ главнымъ образомъ безкрылыхъ муравьевъ, столь лакомыхъ до сладкихъ соковъ. Зато весьма мало защищаютъ так!я вещества отъ улитокъ. Эти животныя не особенно боятся такихъ клеевыхъ веществъ. Оне ухитряются переправляться черезъ нихъ, выпуская изъ себя особую слизь, благодаря которой уничтожается дййств!е клея. Зато улитки и вообще животныя съ мягкой кожею очень чувствительны къ шипамъ, колючкамъ и твердымъ щетинкамъ; въ то время какъ муравью съ легкостью и безъ всякаго для себя вреда удается переправляться черезъ колючую обвертку корзинки чертополоха, животныя съ мягкой шкуркою останавливаются въ такихъ местахъ и стараются избегать всякаго прикосновешя къ колючимъ образовашямъ. Лучшимъ средствомъ борьбы съ такими животными являются твердые шипы и колючки, острыя щетинки, разставленныя по пути, ведущему къ цветку. Приходится еще заметить, что мягкотелый животныя, именно улитки и гусеницы, опасны не темъ только, что поЬдаютъ медъ или цветень, а съедаютъ оне весь цветокъ пеликомъ. Но въ этомъ случае значеше колючекъ для цветовъ то же, что и для листьевъ, а потому мы можемъ прямо сослаться на 427 стр. I тома. Приходится указать лишь на два обстоятельства. Во первыхъ, во всехъ техъ случаяхъ, когда колючими образовашями приходится защищать не только листья, но и цветы, число ихъ постоянно увеличивается по мере приближешя къ цветамъ. Во вторыхъ, колючки, расположенный вокругъ цветка, не только служатъ для защиты отъ непрошенныхъ гостей, а зачастую вместе съ темъ имеютъ целью указывать прилетающимъ насекомымъ настоящш путь къ цветку, где имъ приходится оставить принесенную уже пыльцу или набрать новой- Последнее замечаше относится главнымъ образомъ къ многочисленнымъ цветочнымъ покровамъ, образуемымъ большимъ количествомъ тесно скученныхъ прицветниковъ, которыхъ животныя должны миновать, чтобы достичь меда. Какъ известно, мелше цветки сложноцветныхъ, ворсянковыхъ и гвоздикъ, соединенные въ корзинки или пучки, очень богаты медомъ. Однако сладкш сокъ ихъ достается только насекомымъ, прилетающимъ сверху, где на пути приходятся тычинки и рыльце. Расходоваше меда другими путемъ, напримеръ, снизу или съ боковъ, должно быть такъ или иначе предотвращено. Между темъ существуетъ не мало насекомыхъ, какъ, напр., пчелы и шмели, который чуютъ медъ сквозь тонкую оболочку, прокусываютъ ее и такимъ образомъ достаютъ себе медъ какъ бы заднимъ ходомъ. И вотъ, чтобы этого не случалось, покровы цветка или обвертка соцвеыя должны быть возможно мало проницаемыми, дабы съ этой стороны нельзя было ожидать покушешй на медъ. И действительно, во всехъ этихъ случаяхъ обвертки оказываются настоящими баррикадами, если только ползаюпця животныя не были раньше задержаны какимъ либо другимъ средствомъ защиты. А такъ какъ сбоку могутъ подступать и крылатыя насекомыя, то растешю приходится вдвойне позаботиться о своей безопасности. Достаточно взглянуть на корзинку чертополоха или на соцвеПе гвоздики, и мы сразу заметимъ твердый, плотный и крепкш валикъ, состоящей изъ чешуй, расположенныхъ черепичато, который и образуютъ покровъ для маленькихъ богатыхъ медомъ цветовъ. Самый сильный шмель сталъ бы понапрасну стараться прокусить этотъ валикъ и доставить себе доступъ къ меду со стороны. Если онъ не хочетъ отказаться отъ добычи, то ему поневоле приходится перелезть черезъ этотъ защитный валикъ и проникнуть въ наполненные медомъ цветы сверху.
Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растетй, т. II.|5
Принято думать, что расширенные, вздутые и сроспиеся въ пузыре- видныя образовашя прицветники также могутъ служить для защиты меда съ боковъ и указывать насбкомымъ дорогу, по которой они должны проникать къ нему, именно мимо рыльца и пыльниковъ. Это для извЬстныхн случаевъ, безспорно, справедливо. Если бы, напр., медъ находился на разстояши 20 мм. отъ вздутой стенки чашечки, то шмелю, хоботокъ котораго не длиннее 8 мм., невозможно было бы достигнуть меда этими путемъ и ему гораздо проще было бы избрать для этой цели обыкновенный путь черезъ раскрытый зевъ цветка. Однако такого рода соотношеше между длиною хоботка и разстояшемъ меда отъ тонкихъ кожи- стыхъ стенокъ чашечки наблюдается очень редко; во многихъ случаяхъ разстояюе это едва достигаетъ 8 мм., такъ что большинство шмелей, прокусывая вздутую въ пузырь чашечку, легко могутъ добраться до меда сбоку. Нельзя также умолчать о томъ, что действительно многимъ шмелямъ гораздо проще доставать себе медъ именно такимъ образомъ, сбоку, и что вздутая чашечка имеетъ въ этомъ отношеши смыслъ лишь какъ защита отъ безкрылыхъ насекомыхъ, напр. муравьевн; зато эти образовашя служатъ подлетающими шмелямъ какъ указатель правильной дороги, да и то, впрочемъ, довольно редко. Между растешями европейской флоры насчитывается до 300 видовъ, цветы которыхъ могутъ быть такимъ способомъ лишены меда, да и действительно лишаются его: шмель подлетаетъ къ вздутому цветку, прокусываетъ тонкую кожистую стенку чашечки или венчика, вводитъ въ образовавшееся отверсые свой хоботокъ и похищаетъ такимъ образомъ медъ изъ растешя ). Для многихъ растенш, у которыхъ переносъ пыльцы производится исключительно насекомыми, подобнаго рода вторжете и грабежъ можетъ кончаться пагубно. Оплодотвореше не наступаетъ, семяпочки цогибаютъ и размножеше семенами становится невозможными. Тактя растешя цвели, значить, напрасно. Тутъ мы встречаемся съ противор£ч!емъ кажущейся столь очевидною гармонш между формою животныхъ и растенш; это npoTHBopinie можно решить только одними способомн: приходится предположить, что растешя эти, медь которыхъ потребляется шмелями, взамени того ничего ими не дающими, столь древняго происхождешя, что во время ихъ возникновешя еще не было шмелей, по крайней мбрб ви данной растительной области.
Описанныя до сихъ пори приспособлешя имели целью защищать цветы отъ животныхъ, подползающихъ къ ними си земли, и соответственно этому они были расположены по тому пути, которыми приходится следовать этими животными, т. е. они встречаются на стебляхъ, цветоножкахъ, прицветникахъ и чашечкахъ; защитный приспособлешя противъ маленькихъ крылатыхъ враговь, расположены главными образомн внутри цветовн. Въ этомъ отношении интереснее всего бахромки и волоски, встречающееся внутри цветовн. Эти образовашя группируются вн неправильный скоплешя, напоминаюпця хлопья, ватныя пробки
или локоны шерсти, или же они поставлены рядами и похожи тогда на перила или мережки. Въ первомъ случай они иногда заполняютъ всю внутреннюю полость колоколовиднаго или чашевиднаго вйнчика, какъ, напр., въ цвйтахъ то- локнянокъ (Arctostaphylos Uva ursi и alpina; см. рис* 1 на этой стр.), или же
Пучки волосъ, защищающте цв'Ьты отъ непрошенныхъ гостей: 1) продольный разр^зъ цветка толокнянки (Arctostaphylos Uva ursi); 2) продольный разр^зъ цветка Centranthus ruber, 3) поперечный разр^зъ того же цветка; 4) вырезка изъ цветка тюльпана (Tulipa Silvestris); 5) продольный разр^зъ цветка Cobaeascandens; 6) продольный разрйзъ цветка Daphne Blagayana; 7) продольный разр^зъ цветка Lonicera alpigena; 8) продольный раз- р£зъ цветка Vinca herbacea (лопасти венчика частью срезаны), 9) отдельная тычинка этого растешя, 10) стол- бикъ и рыльце того же растешя. Рис. 5 въ ест. велич., друпе увеличены въ 3—10 разъ. Ср. 228 стр. текста.
ограничиваются только трубчатою частью вйнчика, какъ у маленькаго альшйскаго первоцвйта (Primula minima). У рододендрона (Rhododendron hirsutum и ferrugi- neum), равно какъ у многихъ видовъ жимолости (Lonicera nigra, Xylosteum и alpigena; см. рис. 7 на этой стр.) вйнчикъ снизу усаженъ волосками, которые перепутываются съ волосками, отходящими отъ тычинокъ, въ одно сплетете, закрывающее доступъ къ хранилищамъ меда. Во многпхъ случаяхъ внутренняя часть вйнчика остается гладкою и только основаше тычпночныхъ нитей усйяно хлопьями
волосъ, прикрывающихъ медникъ, какъ, наир., у белладонн, лищя и синюхи (Atropa,. Lycium, Polemonium). У вьющагося мексиканскаго норичниковаго растешя Lopho- spermum scandens, разсчитывающаго на колибри, медоносное цветочное дно, въ которомъ находятся 5 впадинъ, отделяется отъ остальной части цветка пробкою изъ мягкихъ волосъ, съ одной стороны отходящихъ отъ завязи, а съ другой отъ основашя тычинокъ; такая пробка легко пробуравливается крепкимъ клювомъ птицы, мелтя же насекомыя никакъ не могутъ ея преодолеть. У известнаго вьющагося растешя Cobaea scandens (см. рис. 5 на 227 стр.) основаше каждой тычинки покрыто какъ бы белою шерстью и вместе все пять образуютъ настоящую пробку, которая делить колокольчикъ цветка на заднюю часть, скрывающую медъ, и переднюю, въ которой помещаются пыльники и рыльца. Въ цветке тюльпана (см. рис. 4 на 227 стр.) медъ выделяется тычинками. Каждая тычинка снабжена въ нижней части своей желобкомъ, и этотъ желобокъ наполненъ медомъ. Эта медоносная ямка, однако, совершенно скрывается за стоящимъ впереди нея войлоч- нымъ покровомъ, и насекомыя, который хотятъ полакомиться медомъ, должны просунуть черезъ этотъ покровъ свою голову и приподнять всю тычинку. У волч- ника (Daphne Blagayana; см. рис. 6 на 227 стр.) завязь, сидящая на ножке, покрыта волосками и потому медъ, выделяющейся на дне цветка изъ мясистаго взду- т!я, имеющаго видъ валика, отлично спрятанъ отъ незваныхъ гостей, старающихся, похитить его. Въ цветахъ Vinca herbacea (см. рис. 8 —10 на 227 стр.), водящейся въ понтшскихъ степяхъ, верхушки тычинокъ, а также и блюдцевидной головки столбика усажены пучками волосковъ, сплетающихся другъ съ другомъ и запираю- щихъ трубку венчика, такъ что можно подумать, что въ него запихана ватная пробка. Одно изъ наиболее своеобразныхъ приспособлений встречается въ цветахъ. Centranthus (см. рис. 2 и 3 на 227 стр.). Трубка венчика этого цветка, длина которой не более 12 мм., а ширина 1 мм., разделена по длине на два отделешя кожистой, тонкой перегородкою, причемъ въ верхнемъ отделеши помещаются столбики въ виде нитей, а нижнее, несколько более широкое, кончается мешковидными вздуыемъ, въ которое выделяется медъ. Это нижнее отделеше густо усажено волосками, которые хотя и позволяют просунуть хоботокъ, однако совершенно преграждаютъ мелкими насекомыми возможность добраться до меда. Таки каки веб эти волоски свободными концами направлены кв центру трубки (рис. 3 на 227 стр.), то они до известной степени образуют переходи къ волосяными венцами, мережками и перилами, о которыхъ мы говорили выше каки о другого рода воло- сяныхъ образовашяхи въ цветкахъ.
Чаще всего сетки и перила сложены изъ бахромы прямыхи, упругихъ волос- ковъ, которые отходятъ отв кольцевиднаго ободка или края внутренней трубчатой части венчика и, какъ сказано, направлены свободными концами кв середине трубки венчика. Иногда эти сетки или перильца встречаются непосредственно при входе вв трубку, какв, напр., у лесной- вероники (Veronica officinalis), или же немного дальше передняго конца зева, какв у железняка (Verbena officinalis), иногда же на самомв дне трубки, какв у Acanthus, Phlox, Horminum, Prunella. Усеян- ныя бахромой чешуйки, сгрупированныя вв простые, двойные или тройные ряды, наблюдаются у многихв горечавокв и страстоцветовв. У некоторыхв рутовыхъ, напр., у Haplophyllum, на дне цветка образуется перегородка изв волосковв, отхо- дящихв отъ основашя тычинокъ, а у подъельника (Monotropa) волоски выростаютъ.
на особомъ вздутш ниже рыльца и расположены въ виде звезды; они достигаютъ лепестковъ, образуя красивыя перила. У Swertia perennis медъ выделяется въ ма- ленькихъ чашечкахъ, близъ основашя лепестковъ, а съ кольцевиднаго валика, окружающаго эти чашечки, отходятъ многочисленный бахромки, концы которыхъ склоняются другъ къ другу, перекрещиваются, спутываются и покрываютъ скоп- лешя меда, подобно птичьей клетке. Это перечислеше далеко не исчерпываетъ всехъ возможныхъ случаевъ образовашя сетей, перилъ и волосяныхъ венцовъ; однако оно даетъ приблизительное поняые о большомъ разнообразш, которое въ этомъ отношеши наблюдается.
Впрочемъ, еще разнообразнее те защитный средства противъ непрошенныхъ гостей, который образуются путемъ изгиба, заворачивашя и скучивашя различныхъ частей цветка, вследств!е чего медъ оказывается заклю- ченнымъ въ тесные каналы и особый полости. Сюда относятся те длинныя, узк!я трубочки, въ который бабочки, переносяиця пыльцу, легко запускаютъ свой хоботокъ, между темъ какъ друпя животныя, безполезныя для растешй, туда не могутъ проникнуть, затемъ - различные бугры и вздуыя, равно какъ лопасти и ребра, отходяпця отъ лепестковъ, которые суживаютъ входъ или разделяютъ его на несколько особыхъ очень узкихъ входовъ; кроме того, сюда же принадлежать крышки надъ вместилищами меда, который болышя, сильныя насекомыя легко могутъ снять, и шлагбаумы, запираюпце входъ передъ носомъ непрошенныхъ гостей; наконецъ, тычинки и друпя части цветка складываются известнымъ обра- зомъ, вследств!е чего всемъ животнымъ, неудобнымъ для цветка, доступъ къ меду становится невозможными. Часть этихъ приспособлено!, впрочемъ, уже описана въ другомъ мбсте (стр. 164—168) и тамъ же приведены соответствующее рисунки.
Мы уже упоминали при случае (стр. 164—168) о томъ, что мнопе цветы пе- р!одически перестаютъ приманивать животныхъ; на это свойство ихъ также приходится смотреть, какъ на способъ защиты отъ нашеств!я нежелательныхъ посетителей. Кстати скажемъ по этому поводу, что те же самыя явлешя, который наблюдаются у гвоздичныхъ, посещаемыхъ мелкими ночными бабочками, имеютъ место и у одного капландскаго норичниковаго растешя, именно у Zaluzianskia lych- nidea. И у этого растешя цветокъ снабженъ длинной медоносною трубкою и оторочкою, десять лопастей которой окрашены съ наружной стороны въ чернопурпуровый, а съ внутренней въ ослепительно белый цветъ. Днемъ лопасти завернуты внутрь, такъ что видна лишь невзрачная наружная сторона. Цветы въ это время совершенно лишены запаха, на нихъ нельзя заметить никакихъ средствъ приманки и потому днемъ животныя не замечаюсь ихъ и нролетаютъ мимо. Но лишь только наступить темнота, лопасти оторочки развертываются и внутренняя сторона становится далеко видимой. Изъ цветовъ теперь выделяется сильный запахъ иланга, привлекающей вечернихъ и ночныхъ бабочекъ. Эти бабочки прплетаютъ массами и весьма полезны для растешй въ смысле переноса пыльцы. У вечерницы (Hes- peris tristis), а также у несколькихъ пеларгошевъ (наир., Pelargonium atrum и tristе) описанный здесь для Zuluzianskia процессъ изменяется лишь въ томъ отношеши, что у нихъ играетъ роль только запахъ. Лепестки у этихъ растешй съ двухъ сторонъ неприметнаго цвета, именно желтовато-зеленаго съ грязными красными жилками пли оливковаго съ большими черными пятнами. Они не завертываются днемъ и не развертываются на ночь и цветъ ихъ не играетъ существенной ролл
въ смысле приманки насекомыхъ. Зато запахъ ихъ имеетъ въ этомъ отношеши большое значеше. Въ ясный день цветы вечерницы и пеларгошевъ лишены запаха и потому ихъ мало замечаютъ; но лишь только начинаетъ смеркаться, онп начи- наютъ выделять запахъ пацинтовъ, привлекающей много мелкихъ ночныхъ бабо- чекъ. Въ особенности вечерница постоянно бываетъ окружена въ это время мелкими совками изъ рода Plusia, и эти-то насекомыя и переносятъ пыльцу съ цветка на цветокъ.
Вечерницы, а также часто уже упоминавшаяся нами, изображенная на 142 и 144 стр., смолевка Silene nutans (последнее растете можеть служить образцомъ для всей группы) замечательны въ томъ отношеши, что у нихъ выработаны сразу два защитныхъ средства отъ непрошенныхъ гостей. Отъ дневныхъ животныхъ они спасаются тЬмъ, что лепестки днемъ принимаютъ такой видъ, что перестаютъ приманивать насекомыхъ, а кроме того стержни соцветш покрыты кольцомъ желези- стыхъ волосковъ или просто клеемъ, такъ что и ползаюпця животныя, именно муравьи, не имеютъ къ нимъ доступа ). ,
После всего сказаннаго нами о муравьяхъ, где эти животныя постоянно выставлялись злейшими врагами растешй, страннымъ, можетъ быть, покажется, что и они являются желанными и полезными посетителями известныхъ растешй. Однако, тутъ будетъ наиболее уместно указать на муравьевъ какъ на стражей и защитниковъ цветовъ. Напомнимъ при этомъ то, что мы говорили на стр. 218 о переманиваши растешемъ съ области цветовъ на область листьевъ и о взаим- номъ сожительстве муравьевъ съ растешями. Что касается этого сожительства, то повторимъ вкратцб, что некоторые муравьи защищаютъ растешя отъ нападешя травоядныхъ животныхъ на листья этихъ растешй; взаменъ они получаютъ безопасную квартиру въ особыхъ камерахъ, находящихся * въ колючкахъ, шипахъ и стебляхъ, а на листьяхъ для нихъ отлагается своеобразная зернистая масса, дающая имъ обильную пищу (ср. 451 стр. I тома). Конечно, эта защита является взаим- нымъ одолжешемъ, которое муравьи оказываютъ вовсе не изъ чувства благораспо- ложешя къ растешямъ, а единственно ради своихъ собственныхъ интересовъ. Раз- рушеше листвы и гибель растешя, неминуемо следующая за этимъ разрушешемъ, лишила бы муравьевъ двухъ важныхъ условш ихъ жизни, а потому, если муравьи защищаютъ листья хозяйскаго растешя отъ покушающихся на нее животныхъ, то они защищаютъ при этомъ, собственно говоря, лишь свою квартиру и пров!антъ.
И вотъ, нечто подобное замечается на цветочныхъ корзинкахъ нЬсколькихъ сложноцветныхъ юговосточной Европы, напр., на Centaurеа alpina и Ruthenica, Jurinea mollis и Serratula lycopifolia; последшй видъ изображенъ на 231 стр. Молодыя корзинки этихъ сложноцветныхъ подвергаются гибельному для нихъ нашествпо не- которыхъ прожорливыхъ жуковъ. Особенно часто приходится находить на нихъ жуковъ, родственныхъ майскимъ и бронзовкамъ, напр., Oxythyrea funesta, которые безъ дальнейшихъ околичностей прогрызаютъ въ корзинке глубок!я дыры и раз
рушаютъ кроме зеленыхъ сочныхъ чешуи обвертки также и молодые цветы и добираются иногда до самаго цветоложа. Конечно, пристоль разрушительной деятельности ихъ дальнейшее развит!е соцвейя и образоваше плодовъ становится не- возможнымъ, и вотъ, чтобы предотвратить такую опасность, является целый >гар- низонъ воинственныхъ муравьевъ. На расположенныхъ черепичато зеленыхъ при- цветникахъ молодой, еще закрытой цветочной корзинки изъ широкихъ водныхъ устьицъ выделяется медь и притомъ въ столь большомъ количестве, что ранним,ъ утромъ на каждой чешуе можно заметить каплю сладкаго сока, а потомъ, когда
Цветочная корзинка Serratula lycopifolia, защищаемая отъ нападешя прожорливаго жука (Oxythyrea funesta) муравьями (Formica exsecta). Ср. 230 стр. текста.
вода испарится, кусочекъ зернистаго сахара, а иногда даже и кристаллики сахара. Муравьямъ этотъ сахаръ очень по вкусу, въ твердомъ или жидкомъ виде—-безразлично, и они большими толпами набрасываются на вкусную трапезу. Само собою разумеется, что они защищаютъ богато накрытый для нихъ столь отъ нашествй извне. Когда приближается одинъ изъ названныхъ прожорливыхъ жуковъ, они тот- часъ же становятся въ позищю, прижимаются къ растенью заднею парою ногъ, а передшя, въ особенности же крепшя челюсти свои выставляютъ на встречу врагу, какъ это очень наглядно изображено на рисунке. Въ этомъ положеши они остаются до техъ поръ, пока врагъ не отступить, причемъ въ случае надобности на него выбрызгивается порщя муравьиной кислоты; только по окончанш схватки они снова спокойно принимаются за еду. Никогда не приходилось наблюдать, чтобы на дветочныхъ корзинкахъ указанныхъ сложноцветныхъ схватывались другъ съ дру-
гомъ муравьи одного и того же вида, хотя часто случается, что на одной кор- зинк'Ь Jurinea mollis сидитъ 10—15 штукъ муравьевъ Camponotus Aethiops, а на корзинкЬ Serratula lycopifolia столько же экземпляровъ Formica exsecta, причемъ вс4 они жадно сосутъ медъ.
Замечательно, что выделеше сахара изъ водныхъ устьицъ кроющихъ чешуи уменьшается и совершенно прекращается по Mipi того, какъ корзинки раскрываются, прожорливые жуки перестаютъ ихъ посещать и защита ихъ, стало быть, становится излишнею. Тогда гарнизонъ удаляется, иными словами, муравьи оста- вляють соцвет!е и спускаются на землю. Ведь животныя эти имели въ виду исключительно охрану своего корма, и потому, сами не подозревая этого, они сделались стражами и защитниками молодыхъ цветовъ!
Нагрузка пыльцы.
Разсказавъ о приспособлешяхъ, касавшихся пр!ема растешями желательныхъ и непрошенныхъ гостей животнаго происхождешя при входе въ цветокъ, мы мо- жемъ перейти теперь къ описашю процессовъ, благодаря которымъ животныя, попавпия въ цветокъ, нагружаются пыльцою.
Самый простой способъ нагрузки пыльцы состоитъ въ томъ, что животное при своемъ движенш въ области цветка целикомъ вымазывается п ы л ь- цею и какъ бы напудривается ею. Это наблюдается у многихъ зонтич- ныхъ, ворсянковыхъ и гвоздичныхъ, отдельные цвбты которыхъ хотя и не содержать много тычинокъ, но где, благодаря соединенно многихъ цветовъ въ зонтикъ, корзинку, колосъ, пучекъ и пр., животное получаетъ обширное поле для своихъ движенш; при этихъ движешяхъ пыльники, качаюпцеся *на тонкихъ, длинныхъ ни- тяхъ, легко приходятъ въ колебаше и разбрасывают цветень во все стороны. У розъ, ветреницъ, шоновъ, маковъ, магнолш и опунцш, у которыхъ тычинокъ много, насбкомыя, ползаюпця между пыльниками и питаюпцяся пыльцою, также легко вы- мазываютъ себе голову, грудь, брюшко, крылья и ноги мучнистою пыльцою. То же случается и въ початкахъ аройниковъ, въ околоцветнике кирказона и въ урнахъ фигъ, куда забираются комары, осы и жуки, которые, покидая эти помещешя, также вымазываются пыльцею. Объ этомъ уже была речь на стр. 148—153 этой книги. Въ указанномъ месте упоминалось о томъ, что животныя, попадаюпця въ пленъ въ околоцветникъ кирказона, освобождаются черезъ несколько дней, причемъ оказываются нагруженными пыльцею. Этотъ процессъ, о которомъ мы говорили тамъ лишь вскользь, настолько Замечателёнъ, что стоить подробнее остановиться на немъ, по крайней мере на одномъ его частномъ случае. У весьма рас- пространеннаго вида кирказона, Artistolochia Clematitis (см. рис. 8 на 210 стр.) дорога въ шаровидно вздутую нижнюю часть околоцветника идетъ черезъ удобную для прилета пластинку въ виде языка, затемъ проходить узкимъ корридо- ромъ, внутреншя стенки котораго усажены волосками. Свободные концы этихъ во- лосковъ направлены внутрь, т. е. въ шаровидно вздутую камеру, и позволяют ма- ленькимъ посетителямъ животнаго происхождешя, чернымъ комарикамъ родовъ Ceratopogon и Chironomus проникать сквозь этотъ каналъ и вступать въ полость. Но, разъ попавши туда, имъ приходится примиряться съ лишешемъ свободы, по
крайней мере на несколько дней. Упомянутые волоски дозволяют входить въ полость, но загораживают обратный путь, такъ какъ острые концы ихъ направлены навстречу комарикамъ, желающимъ покинуть полость (см. рис. 9 на 210 стр.). Первое время плена переносится насекомыми безропотно, такъ какъ высокая температура тюрьмы щлятна имъ, да кроме того они находят обильную пищу въ сочныхъ клеткахъ, которыми выложена внутренняя сторона камеры, какъ обоями. На 2-й или 3-й день плена открываются пыльники, прироыше къ боковымъ стен- камъ пестика, и на дно камеры высыпается зернистое содержимое ихъ. Эта пыльца тоже служитъ комарамъ въ пищу и легко убедиться въ томъ, что она имъ приходится по вкусу. Однако въ конце концовъ пленникамъ все-таки надоедает ихъ заключеше, они стараются выбраться, бойко бегают по камере, причемъ вымазывают пыльцею всю поверхность своего тела. После этого наступает часъ осво- бождешя; волоски въ узкомъ корридоре вянут и спадаются, путь наружу становится открытымъ и напудренные пыльцею комарики быстро покидаютъ цветокъ кирказона, въ которомъ они впродолжеше несколькихъ дней находили прпотъ и пищу. Временное пребывате въ плену не оставило по себе непр!ятнаго воспоми- нашя: едва вырвавшись изъ одного цветка, они отыскивают и вползают въ другой, который только что сделался доступнымъ. На это обстоятельство надо обратить особенное внимаше, если хочешь выяснить себе описанное явлеше. Разъ цветокъ сталъ доступенъ комарамъ, т. е. раскрылся, рыльце его можетъ уже принимать на себя цветень, между темъ какъ пыльники еще закрыты. И вот, когда молодые комары переползаютъ изъ старыхъ цветковъ въ более молодые и встречают тамъ рыльце, стоящее у нихъ на пути въ конце темнаго корридора, они оставляют на немъ принесенную съ собою пыльцу и могутъ произвести такимъ обра- зомъ выгодное для растешя перекрестное оплодотвореше.
Во многихъ случаяхъ насбкомыя, достигая, цветочнаго дна, вымазываютъ пыльцею только верхнюю или нижнюю сторону своего тела или же лишь известные участки его; происходитъ это оттого, что они касаются пыльниковъ, стоящихъ такъ или иначе на ихъ пути. Одинъ разъ покрывается пыльцею только хоботокъ, другой разъ голова, въ трет!й разъ плечо или спина, въ четвертый верхняя, въ пятый нижняя сторона брюшка. Случается также, что цветень собирается и уносится пчелами въ особыхъ сумочкахъ, прила- женныхъ къ ногамъ; объ этихъ сумкахъ у насъ уже была речь въ одной изъ предыдущихъ главъ. На 146 стр. мы упоминали еще объ одномъ странномъ случае: у маленькой моли (Pronuba yuccasella) первый членикъ щупалецъ превращается въ хватательный органъ, при помощи котораго эта моль собирает цветень Yucca, катает изъ него шары ипридерживаетъ такой шаръ нижнею частью головы (см. рис. 5 на 145 стр.).
Въ техъ случаяхъ, когда местомъ прилета и отдохновешя въ цветке слу- жатъ выступающая изъ него или оканчивающаяся при самомъ входе въ него тычинки, то во время самаго прилета и затемъ по мере пронпкашя къ цветочному дну насекомое вымазываетъ себе пыльцею нижнюю часть те л а; это бывает, напр., у цветовъ функш, румянки, норичника, борца (Funkia, Echium, Scrophularia, Aconitum). У одного вида альпшской розы (Rhododendron Chamaecis- tus) и у дубравки (Veronica Chamaedrys; см. рис. 1 на 210 стр.) насекомыя, под- летаюпця къ цветамъ, поставленнымъ горпзонтально, опускаются на торчапця изъ
22
2
2
нихъ тычинки, какъ на насесть А эти тычинки устроены такъ, что отъ сопри- косновешя съ насекомыми оне поворачиваются внизъ и внутрь. Тотчасъ, же нижняя сторона подлегЬвшаго насЬкомаго прижимается къ пыльникамъ и цветень прилипаетъ къ ней. Массовое прилипан!е цветня къ нижней части
тела насекомаго встречается у блюдцевидныхъ соцвгЬт1й слож- поцв£тныхъ. Изъ маленькихъ труб-
чатыхъ или язычковыхъ цветовъ, образующихъ корзинку сложно- цветнаго, вскоре после раскрыва- шя венчика высовываются столбики, снаружи покрытые пыльцою, а такъ какъ эти цветы раскрываются целыми кружками, то многочисленные столбики, окруженные пыльцею, выступаютъ рядомъ въ виде маленькаго леса на плоскости корзинки. Поэтому более крупное насекомое, садящееся на корзинку, тотчасъ же вымазы-
Приспособлена для нагрузки пыльцы: 1) цветокъкасатика (Iris Germanica), три покроволистика направлены
вверхъ, три свешиваются внизъ, на последнихъ ясно заметная бородка изъ желтыхъ волосковъ, резко отличающихся отъ ф!олетовыхъ покроволистиковъ; волоски эти должны указывать прилетающимъ насекомымъ путь къ трубке околоцветника, заполненной медомъ, 2) верхняя половина трубки околоцветника съ тремя путями къ меду; надъ каждымъ стоить тычинка съ длиннымъ линейнымъ, обращеннымъ кнаружи пыльникомъ, а надъ каждой тычинкой располагается одно изъ трехъ рылецъ, имеюшихъ видъ лепестковъ. Ср. 235 стр. текста. - .
вается пыльцею н^сколькихъ цв£товъ. Если кромб того насекомое еще станетъ вертеться и крутиться на плоскости соцв^тя, погружая свой хоботокъ то въ одинъ, то въ другой цв^токь, то оно при этомъ задЬнетъ еще больше пыльцы и покипеть корзинку съ полнымъ грузомъ ея. .
Очень своеобразно производится нагрузка пыльцы у орхидныхъ растешй, из- вйстныхъ подъ назвашемъ венериныхъ башмачковъ (Cypripedium). Эти растешя выгружаютъ свою липкую пыльцевую массу всегда лишь на одно плечо посЬщающаго ихъ насЬкомаго. Какъ это происходить, мы
возможно кратко пояснимъ на примере европейскаго венеринаго башмачка (Cypri- pedium Calceolus). Цветокъ этого орхиднаго, изображенный на рис. 1 236 стр., состоитъ изъ шести листочковъ, изъ которыхъ одинъ имеетъ видъ деревяннаго башмака, т. е. сильно выемчатъ и несетъ на дне этой выемки пучокъ сочныхъ „волосъ". Иногда изъ клетокъ, входящихъ въ составь такого волоса, выделяются капли меда. Этими волосами пользуются мелк!я пчелы изъ рода Andrena и стараются проникнуть въ полость лепестка. Для этого имъ открывается три пути — либо два маленькихъ отверстая, помещающаяся вправо и влево отъ колонки, либо большое овальное отверсые впереди этой колонки. Оне выбираютъ последшй путь и проскальзываютъ подъ широкимъ жесткимъ рыльцемъ на дно полости. Пршдя туда, оне поедаютъ сочныя клетки, а потомъ, спустя некоторое время, начинаютъ помышлять о возвращеши на свободу. Однако это не такъ-то легко имъ удается. Края средняго широкаго отверстая загнуты внутрь (см. рис. 2 на 236 стр.) и устроены такъ, что взобраться на нихъ совершенно невозможно, такъ что пчеламъ
Продольный разр^зъ цвйтка ночной св-Ьчи (Oenothera biennis). Ср. стр. 236.
не остается другого пути кроме одной изъ двухъ маленькихъ дырокъ въ задней стенке полости. Однако и черезъ нихъ не легко выбраться и пчеле приходится буквально протискиваться черезъ одно изъ этихъ узкихъ отверстай, причемъ она однимъ плечомъ задеваетъ мягкую, липкую пыльцу того пыльника, который обра- зуетъ внутреннш край соответствующаго выходного отверстая. Остается лишь прибавить, что насекомое, одно плечо котораго вымазано .пыльцою, пролезаетъ въ другой цв6токъ и оставляетъ пыльцу на жесткомъ рыльце.
Очень часто приходится наблюдать, что насекомыя, въ поискахъ за медомъ, задЬваютъ пыльники спиною и вымазываютъ себе спину цветнемъ. Шмели, очень удобно располагающееся на бородке свешивающихся лепестковъ ка- сатиковъ (Iris; см. рис. на 234 стр.) и проникаюпце оттуда вглубь къ медоноснымъ каналамъ трубки околоцветника, попадаютъ при этомъ подъ крышу листоподобнаго рыльца и вместе съ темъ подъ тычинку; тычинка такъ поставлена и такъ изогнута, что вполне соответствуетъ изгибу шмелиной спины и брюшка. Цветень постоянно выгружается на спину животнаго. Подобнымъ же образомъ задеваютъ пыльники и вымазываютъ себе спину пчелы, когда попадаютъ въ открытые цветы шпажника (Gladiolus), глухой крапивы (Lamium) и другпхъ губоцветныхъ. То же п.жно сказать и про шмелей, проникающихъ за медомъ въ больпие колокола Glo- шша, въ цветы наперстянки (Digitalis) или льнянки и львинаго зева (Linaria,
Antirrhinum). Въ последнемъ случай двй пары крупныхъ пыльниковъ прилажены подъ самой крышею верхней губы и выпадающая изъ нихъ пыльца образуетъ два круглыхъ комка, которые отделяются при посещены животныхъ отъ полостей пыльниковъ, прилипаютъ къ спине ихъ и заносятся такимъ образомъ къ другимъ цвйтамъ. Бабочки, запускаюпця, паря передъ горизонтальными цветами ночныхъ свечей (Oenothera; ср. рис., стр. 235), свой хоботокъ въ длинную, наполненную медомъ
Приспособленхя для нагрузки пыльцы на насбкомыхъ, пос^щающихъ цвйты: 1) цвйтокъ европей- скаго венерина башмачка (Cypripedium Calceolus), сквозь одну изъ скважинъ сбоку колонки протискивается перепончатокрылое насекомое (Andraena), плечо котсраго вымазывается цвйтнемъ, 2) продольный разрйзъ черезъ губу и колонку венерина башмачка, 3) летающая Andraena; 4) цвйтокъ белозора (Parnassia palustris); переднее "лепестки, медники и тычинки срезаны, изъ видимыхъ на рисунка тычинокъ три лишены пыльниковъ, четвертая поставлена такъ, что пыльникъ приходится по средний цвйтка, 5) отдйльный медникъ бйлозора (Parnassia); 6) цвйтокъ Malcol- mia maritima, передн!й чашелистикъ, два переднихъ лепестка и двй тычинки срйзаны, видимая часть завязи усажена продольнымъ рядомъ твердыхъ прямыхъ щетинокъ; 7) продольный разрйзъ цвйтка Leonurus heterophyllus; 8) цвйтокъ Kernera saxatilis на первой стадш развипя (видъ сверху), 9) тотъ же цвйтокъ на дальнййшихъ стад!яхъ развит!я (видъ сверху), 10) тотъ же цвйтокъ, передши чашелистикъ и два переднихъ лепестка срйзаны; 11) продольный разрйзъ черезъ цвйтокъ Trolling europaeus. Рис. 1 и 2 въ ест. величину, друпе увеличены отъ 2 до 8 разъ. Ср. 235, 237—241 стр. текста.
трубку цвйтка, касаются при этомъ головою пыльниковъ, окружающихъ устье трубки, и обсыпаютъ себй преимущественно эту часть тйла пыльцою. То же касается и тйхъ птицъ, который пытаются добыть бурый медъ изъ бокаловиднаго нижняго чашелистика цвйтовъ Melianthus (см. рис. 12, стр. 213) и при этомъ касаются головою выше расположенныхъ пыльниковъ.
Цвйты, paзcчитывaющie на то. что насйкомыя, проникаюпця къ цветочному дну, вымазываютъ пыльцею голову, брюшко, спину, плечо или хоботокъ, въ общемъ такъ разнообразно устроены, что размеры этой книги не дозволяютъ намъ перечислить ихъ. Потому мы опишемъ лишь несколько наиболее бросающихся въ глаза случаевъ; задача наша облегчается уже темъ, что приспособлешя эти отчасти
сходны съ уже описанными, когда шла речь о средствахъ защиты меда. Прежде всего приходится вспомнить о цветахъ, внутренность которыхъ усажена шипиками или острыми, твердыми щетинками. Известно, что насекомыя, сосупця медъ, именно шмели, очень заботятся о своемъ хоботке; они прячутъ его въ техъ случаяхъ, когда онъ имъ не нуженъ, въ особыя борозды своего тела, а во время употреблешя всячески стараются избегать столкновешя его съ острыми телами, такъ какъ въ этомъ случае его легко поранить. Поэтому острые шипики и щетинки превосходно указываютъ проникающимъ въ цветокъ насекомымъ дорогу, которой они должны следовать. Они тщательно избегаютъ острыхъ предметовъ и, оставаясь верными этой привычке, попадаютъ въ татя места, где имъ неизбежно приходится вымазывать пыльцою спину, голову или хоботокъ. Это бываетъ, напр., у многихъ крестоцветныхъ (Braya alpina, Malcolmia Africana, maritima, см. рис. 6, стр. 236), въ цветахъ которыхъ животнымъ указываютъ путь къ меду две группы прямыхъ тверды±ъ -острыхъ щетинокъ, помещенныхъ на завязи; следуя этому пути, животныя неизбежно касаются пыльниковъ головой и хоботкомъ. То же приходится сказать и о цветке одного губоцветнаго, именно Leonurus heterophyllus (см. рис. 7 на 236 стр.), который въ глубине своего зева за нижней губою обна- руживаетъ пучокъ острыхъ шипиковъ. Насекомыя, желаюпця проникнуть къ цветочному дну и въ то же время стараюпцяся избежать этихъ шипиковъ, принуждены проводить свой хоботокъ подъ самой верхней губой, причемъ они касаются расположенныхъ тамъ пыльниковъ. Въ цветахъ многихъ маленькихъ горечавокъ, растущихъ на высокихъ горахъ, именно Gentiana glacialis и папа, доступъ къ цветочному дну прикрыть четырьмя клапанами, разсеченные края которыхъ настолько гибки, что более сильныя насекомыя легко могли бы туда проникнуть. Но если бы насекомыя избирали этотъ путь, они не задевали бы по дороге пыльниковъ, а этого нельзя. И вотъ, чтобы они не соблазнялись этой дорогою, бахрома клапановъ густо усажена крошечными шипиками. Насекомыя минуютъ опасный путь и охотнее достигаютъ меда, пользуясь свободнымъ отверсыемъ, остающимся между местами прикреплешя клапановъ; путь этотъ совершенно безопасенъ и достаточно широкъ, пользуясь же имъ, насекомое обязательно должно коснуться пыльниковъ, наполненныхъ цветнемъ. Во многихъ случаяхъ насекомыя обмазываются пыльцою потому, что къ меду ведетъ всего лишь одинъ каналъ, внешн!й конецъ котораго суженъ мозолистыми краями или чешуямии клапанами, причемъ место сужешя приходится надъ пыльниками илп рядомъ съ ними. Такъ бываетъ у многихъ бурачниковыхъ, масличныхъ, первоцветныхъ и спнюховыхъ. Когда бабочка Macroglossa осенью высасываетъ медъ изъ цветовъ флокуса, принадлежащаго къ синюховымъ, то вводимый ею въ узкую трубочку хоботокъ нагружается пыльцею, такъ какъ, благодаря форме и расположенно частей цветка, только хоботокъ приходить въ соприкосновеше съ пыльниками.
У такъ называемыхъ револьверныхъ цветовъ встречается подобное же приспособлеше. Револьверными цветами называютъ так!е, въ общемъ зеве которыхъ видны отверсНя узкихъ трубочекъ, напоминаюпця барабанъ револьвера. Эти трубочки образуются весьма различно. У выонковъ и горечавокъ (Convolvulus, Gentiana) пыльники, приросш!е,къ венчику, торчать въ сторону пестика, отчего главная трубка разделяется на четыре илп пять особыхъ, меныпихъ трубочекъ. У некоторыхъ журавельниковъ и у многихъ видовъ льна (напр., Geranium Bober-
tianum, Linum viscosum) изъ середины каждаго лепестка къ центру' его выдаете: отрогъ, благодаря чему дно цветка делится на пять трубокъ, кольцомъ окружак- щихъ пестикъ и тычиночныя нити. У другихъ вндовъ льна, именно изъ группы Cathartolinum, каждый лепестокъ вздуть по средине и утончается къ краямъ. становится тамъ плоскимъ и углубляется. Тамъ где углубленные края соседнихъ лепестковъ сталкиваются другъ съ другомъ, получается полуканалъ, ведущш къ цветочному дну. Въ цветахъ жидовской вишни (Physalis) въ трубке венчика находится 5 желобковъ, которые, встречаясь на средине цветка съ мохнатыми тычиночными нитями, образуютъ трубки. Во всехъ этихъ револьверныхъ цветахъ отверсыя пыльниковъ обращены въ сторону трубки, такъ что насекомое, пропуская въ эту трубку хоботокъ, неизбежно нагружается пыльцею.
Въ цветахъ полевой горчицы (Sinapis arvensis), Diplotaxis и некоторыхъ другихъ крестоцветныхъ треснувш!е пыльники производить винтовое движен!е, смыслъ котораго состоитъ въ томъ, чтобы отворотить отъ рыльца покрытую пыльцею сторону и поместить ее такъ, чтобы насекомыя, собирая медь, касались ея. У другихъ крестоцветныхъ, у которыхъ по строешю цветы напоми- наютъ револьверные, хотя доступъ къ меду и не открывается черезъ трубку, тычиночныя нити своеобразнымъ способомъ изогнуты для того, чтобы поставить пыльники на дороге къ нектар!ямъ. Такъ, напр., на дне цветка Kernera saxatilis (см. рис. 8, 9 и 10 на 236 стр.) медъ собирается только около двухъ узкихъ сторонъ завязи, хотя тычинки поставлены вокругъ нея. Допу- стимь, что тычинки и близъ узкой, и близъ широкой стороны завязи росли бы прямо кверху — тогда насекомое, прилетевшее за медомъ, вымазывалось бы только цветнемъ пыльниковъ, примыкающихъ къ узкой стороне плодника. И вотъ, чтобы и друпе пыльники могли отдавать свою пыльцу, несмотря на то, что подъ ними нетъ медниковъ, нити ихъ изогнуты подъ прямымъ угломъ, какъ это видно на 9 и 10 рис. 236 стр. Такимъ - образомъ все пыльники цветка пр!урочиваются къ месту, где насекомое можетъ встретить ихъ и вымазаться пыльцею.
У многихъ зигоморфныхъ цветовъ, направленныхъ въ сторону (напр., Antirrhinum, Gladiolus) наблюдается вращен!е тычиночныхъ нитей, вследCTBie котораго несомые ими пыльники становятся въ нужное время на дороге къ меду. Друпя движения ты чинок ъ, преследующая ту же цель, встречаются у много- численныхъ гвоздичныхъ, лютиковыхъ, камнеломокъ, толстянковыхъ и росянковыхъ. Цветы такихъ гвоздичныхъ по строешю напоминають револьверные цветы; лепестки ихъ снабжены ноготкомъ, уходящимъ вглубь трубчатой чашечки, а отгибы образуютъ надъ чашечкою пластинку. По средине ноготка ко дну цветка тянется желобокъ или борозда, а на верхнемъ конце ея, тамъ, где бабочки опускаютъ свой хоботокъ, на пластинке можно заметить много пятенъ и крапинокъ, иногда даже чешуйки, сгруппированный попарно, который имеютъ назначешемъ облегчать дорогу хоботку и обращать на нее внимаше насекомыхъ. У этихъ гвоздики недавно лопнувш!е пыльники располагаются при входе въ цветокъ такъ, что бабочки, зaпycкaющiя въ борозды свои хоботки, неизбежно должны вымазывать пыльцею голову и самый этотъ хоботокъ. Разъ это случилось, тычиночныя нити отворачиваются въ сторону или подгибаются подъ пластинку лепестковъ и тогда наступаетъ очередь другимъ тычинкамъ, пыльники которыхъ, въ свою очередь, занимаютъ места при входе въ указанный борозды и желобки. У лютиковыхъ, именно, у Eranthis, Helleborus, Iso-
ругшп, Nigella, Trollius (см. рис. 11 на 236 стр.) вокругв сложнаго пестика, зани- мающаго середину цветка, располагаются въ несколько кружковъ многочисленный тычинки. Оне окружены кольцомъ очень мелкихъ ленестковв, имеющихъ видь лавочныхв фунтиковв или трубочекъ и называемыхв нектар!ями, а уже вокругъ этими нектар!евъ располагаются больные белые, желтые, красные или голубые листья, которыми описательная ботаника обозначила терминомъ „лепестковидные чашелистики*. Вскоре после того каки цветокв раскроется и внутреншя части его станутъ доступными насекомыми, раскрываются и пыльники наружнаго круга тычинокв. Нити ими вытягиваются и поникаюти, скручиваются и изгибаются таки, что пылиники оказываются каки рази надв устьемв наполненнаго медомв бокаль- чика. Насбкомыя, разсчитываюпця поживиться этомв медоми, неизбежно должны задеть эти тычинки. На следуюпцй дени членит перваго кружка тычинокв передвигаются кнаружи кн „лепестковиднымв чашелистиками*, а на ими место становятся тычинки второго кружка, который приходится уже ближе кв центру цветка. На третш дени и эти тычинки выпячиваются наружу и защищаются тычинками третьяго кружка. Такв продолжается дело, пока все тычинки не перебываютв у медоносныхв бокальчиковв. Все это производится св поразительной точностью и аккуратностью.
Описанные выше процессы можно наблюдать и вв цветахв белозора (Parnas- sia palustris), имеющихв видв чашки. Только вв этомв случае число тычинокв ограничено пятью и подлетающее животное встречаетв каждый разв только одинв пыльникв, какв это можно видеть на 4 рис. 236 стр. Медь выделяется двумя удлиненными маленькими полостями, расположенными на внутренней поверхности своеобразныхв бахромчатыхв образованы. Когда ищущее меда насекомое напа- даетв на цветокв сверху, то ему ничего больше не остается, какв задеть хобот- комъ пыльникв, который какв разв вв этотв самый день трескается, выпускаетв пыльцу и становится на самой дороге кв меду. Впрочемв, у этого белозора есть еще одно очень странное приспособ л enie и о немв то и приходится теперь сказать несколько словв. Мы задаемв себе вопросв: какв поступаютв насекомыя, который направляются кв меду не сверху, а св краю цветка? Ведь, подвигаясь отв края цветка кв описаннымв выше вместилищамв меда, они натолкнутся тамв на пре- пятств!е вв виде решетки, которая образуется лучевидно расходящейся бахромою медоносныхв листьевв. Однако эта решетка не представляетв чего-либо непреодолимая; бахрома, образующая ее, не выделяетв липкихв веществв и не оканчивается колючими остр!ями, нанротивв, на концахв сидятв шарики, и потому отдельным палочки напоминаютв булавки или, лучше сказать, пальцы лягушки (см. рис. 5 на 236 стр.). Насекомыя, подползаюпця кв этимв решеткамв отв края лепестка, св легкостью и безв всякаго вреда для себя переползаютв черезв эту решетку, попадаютв на ту сторону бахромчатыхв нектар!евв, которая обращена кв центру цветка, и находятв тамв то, чего ищутв, именно медв. Однако при нерелезаши черезв решетку они настолько приближаются кв середине цветка, что задеваютв тамв ту тычинку, которая является вв этотв день дежурною, т. е. открылась и, выпуская цветень, совершаетв соответствующая двпжешя вв сторону того пути, по которому насекомыя пробираются кв меду. Мы встречаемся здесь 2в однимв изв своеобразныхв случаевв, когда цветокв сразу приноровленв кв ;азнаго ^poдa посетителямв, — кв насекомымв, прплетающимв за медомв сверху и
подползающимъ къ нему сбоковъ, отъ края лепестка. И въ томъ, и въ другомъ случае они поставлены въ необходимость задевать пыльникъ и нагружаться его пыльцек
Во всехъ этихъ случаяхъ пыльца сама вытекала изъ пыльниковъ либо въ виде вздутыхъ массъ, лежащихъ въ широко разверстыхъ щеляхъ гнездъ, либо она покрывала липкимъ слоемъ длинный столбикъ, который вынесъ ее изъ трубки пыльниковъ. Насекомыя, посещающ!я татпе цветы, непосредственно приходятъ съ нею въ соприкосновеше; она ничемъ не прикрыта и располагается такъ, что миновать ее невозможно. У растешй, о которыхъ мы поведемъ речь теперь, дело обстоитъ иначе. Тамъ пыльца, которую приходится унести, не лежитъ прямо на виду, а спрятана въ трубкахъ и нишахъ и ее приходится извлекать изъ этихъ логовищъ, разъ насекомое должно быть нагружено ею. Въ цветахъ будяка и василька (Onopordon и Centaurea), соединенныхъ въ корзинки, какъ и у всехъ другихъ сложноцветныхъ, пыльники, поддерживаемые тонкими нитями, срослись въ трубку, сквозь которую пропущенъ столбикъ. Пыльники открываются и опоражниваются внутрь и цветень, стало быть, выгружается въ трубку, причемъ касается проходящаго сквозь нее столбика. У большинства сложноцветныхъ столбикъ после этого удлиняется и выпираетъ пыльцу къ выходу изъ трубки. Но у цветовъ будяка и василька дбло обстоитъ иначе. Тутъ столбикъ не удлиняется и цветень остается въ трубке, образуемой сросшимися пыльниками. Но лишь только какое нибудь насекомое наступить на среднее поле корзинки и, цепляясь за отдельные цветы, дотронется до тычиночныхъ нитей, поддерживающихъ трубку пыльниковъ, какъ эти нити тотчасъ же сокращаются и съеживаются, трубка подтягивается внизъ какъ футляръ, цветень, приставим къ столбику, всл£дств!е этого освобождается и насекомое, послужившее поводомъ къ такого рода изменешямъ, сметаетъ эту пыльцу нижнею частью своего брюшка (ср. 119 стр.). Того же результата достигаютъ и некоторый мотыльковыя, но они пользуются для этого совершенно иными средствами. У одной группы ихъ, общеизвестными примерами которой могутъ служить ракитникъ, донникъ, жлеверъ и эспарцетъ (Cytisus, Melilotus, Trifolium, Onobrychis), пара лепестковъ, называемая лодочкой и служащая для удобнаго прилета насекомыхъ, образуетъ углублеше, переходящее наверху въ очень узкую щель. Въ этомъ углублены спрятаны десять крепкихъ, частью сросшихся тычинокъ съ пыльниками, покрытыми цветнемъ. И вотъ, когда прилетитъ шмель, усядется на лодочку и вдвинетъ свой хоботокъ къ цветочному дну, где хранится медъ, то вследств!е этого лодочка отдавливается внизъ, скрытые въ ней пыльники освобождаются, а цветень ихъ обмазываетъ нижнюю поверхность насекомаго, главнымъ образомъ его голову и грудь. Какъ только насекомое покидаетъ цветокъ, лодочка возвращается въ свое прежнее по- ложеше и снова въ ней прячутся тычинки, обыкновенно отдавппя лишь часть своего цветня. Является новый посетитель и процессъ повторяется снова, и два, три, четыре различныхъ насекомыхъ могутъ быть нагружены пыльцею изъ одного и того же цветка. У чины и сочевичника, у обыкновеннаго гороха и вики (Latby- rus, Orobus, Pisum, Vicia) процессъ въ общихъ чертахъ остается темъ же, только тутъ пыльца въ самый моментъ прилета насекомаго выметается изъ лодочки осо- бымъ органомъ, который находится на конце столбика и называется „столбиковой щеткоюи. При этомъ нижняя сторона насекомаго неизбежно намазывается цветнемъ.
Своеобразный процессъ нагрузки пыльцы замечешь у цветовъ Mimulus и
Galeopsis, тычинка котораго изображена на рис. 19 стр. 83. В4нчикъ у Mimulus имеете две губы и подъ крышею верхней губы спереди помещается двулопастное рыльце, захлопывающееся отъ прикосновешя, а за нимъ две пары тычинокъ. Пыльники этихъ последнихъ по форме напоминаютъ коробки, разделенный перегородкою на два гнезда, причемъ каждое гнездо прикрыто особою крышкою. Если ввести въ цветокъ иглу и при этомъ коснуться тычинокъ, то крышки раскрываются, цветень обнажается и прилипаете къ игле. Если вместо иглы въ цветокъ проникнетъ насекомое, то произойдете то же самое; впрочемъ, въ этомъ случае кроме того захлопываются и лопасти рыльца, о чемъ еще будетъ речь. -
Въ разсмотренныхъ случаяхъ цветень обнажался и нагружался лишь въ моменте посещешя насекомаго. Но не менее, замечательны друпе случаи, когда массы пыльцы, скрытыя въ углублен!яхъ, приклеиваются къ телу насекомаго-посетителя при помощи особаго органа и затемъ вытаскиваются изъ своего логовища. Этотъ способъ нагрузки пыльцы, встречающейся преимущественно у орхидныхъ, .заслуживаете» особаго внимашя. Поэтому представляется не лишнимъ пояснить его на несколькихъ наглядныхъ примерахъ, причемъ необходимо предпослать краткш очеркъ своеобразнаго строешя цветовъ орхидныхъ вообще. Какъ известно, все орхидныя имеюте нижнюю завязь, которая въ перюдъ цветешя производить впечатлеше цветоножки. Такъ какъ въ строеши завязи ось играете значительную роль (ср. 74 стр.), то съ морфологической точки зрбшя, пожалуй, правильно будетъ считать завязь ножкою цветка. Во всехъ случаяхъ эта завязь несете на верхушке своей два следующихъ другъ за другомъ кружка лепестковъ. Въ каждомъ кружке два лепестка сходны, тогда какъ трети непарный резко отъ нихъ отличается. Особенно бросается въ глаза это отлич!е у непарнаго лепестка нижняго круга, который назвали губою (labellum). Этотъ лепестокъ действительно иногда напоминаетъ губу, но чаще онъ принимаете форму башмака, челнока или чаши (см. рис. 1 на 236 стр.), или же похожъ на вытянутый языкъ, или на брюшко паука либо насекомаго (см. рис. 2 на 210 стр. и на таблице при стр. 210). Губа часто бываете лопастною по краямъ или же бахромчатой, или разсеченной на длинныя, завитая въ локоны ленты; вообще тутъ замечается крайнее разнообраз!е очертанш, величины и формы и въ этой губе главнымъ образомъ кроется причина диковиннаго вида орхидныхъ, сделавшихся, благодаря этому, знаменитыми. Ось цветка, образуемая сначала завязью, затемъ продолжается въ такъ называемую колонку, которая выдвигается изъ его середины. Это образоваше несете тычинки и рыльце, оказывается несколько сдвинутымъ отъ центра цветка и постоянно расположено какъ разъ напротивъ губы, такъ что достунъ къ цветочному дну находится между губою и колонкою въ центре цветка. У одной небольшой группы орхидныхъ, образцомъ которой можете служить венеринъ башмачекъ (Cypripedium; см. рис. 1 и 2 на 236 стр.) бываете пара тычинокъ, у большинства же другихъ въ каждомъ цветке находится всего по одной. Тычиночную нить можно заметить лишь при тщательномъ наблюдеши, при бегломъ же осмотре она совершенно теряется. Обыкновенно пыльникъ (или пара пыльниковъ) погружеиъ въ углублеше колонки или прижать и какъ бы приросъ къ ней сбоку или на вершине. Въ цветахъ многихъ орхидныхъ, какъ напр. у изображеннаго на 242 стр. гайника, наряду съ хорошо развитою тычинкою, состоящей изъ двухъ пыльниковыхъ меш- к:въ, справа и слева можно заметить еще по чахлой тычинке въ виде трехуголь-
Кернеръ ф.-Марилаупъ. Жизнь растешй, т. П. 16
наго зубца. Рядомъ съ тычинкою колонка несетъ еще три рыльца, соотв'Ьтствую- цця концамъ трехъ плодолистиковъ. У выше-упомянутой группы орхидныхъ, пред- ставителемъ которой служить венеринъ башмачекъ (Cypripedium), "веб три рыльца въ состояти принимать цв'Ьтень, у другихъ орхидныхъ къ этому приспособлены только два, да и тЬ сливаются обыкновенно въ одну пластиночку; третье рыльце обращается въ такъ называемый клювикъ (rostellum), образоваше, играющее видную
Нагрузка и выгрузка пыльцевого комочка въ цветахъ некоторыхъ орхидныхъ: 1) цветочный ко- лосъ гайнпка (Eplpactis latifolia), къ которому подлетаетъ оса (Vespa Austriaca), 2) цветокъ того же растен!я спереди, 3) тотъ же цветокъ сбоку, обращенная къ читателю половина околоцветника срезана, 4) оба комочка цветня, связанные клювикомъ, 5) тотъ же цветокъ въ моментъ посещев!я его осою, которая, слизывая медъ, приклепваетъ себе клювикъ съ пыльниками ко лбу, 6) оса покидаете цветокъ; ко лбу ея прилипли комочки цветня, стояние прямо, 7) оса посещаетъ другой цветокъ и прижимаете къ рыльцу комочки цветня которые за время перелета успели уже ' ' поникнуть. Рис. 1 въ естеств. величину, остальные увеличены вдвое. Ср. 243 стр. текста.
роль въ процессахъ, которые намъ предстоитъ описать. Иногда клювикъ им*Ьетъ видъ колпачка или клапана, иногда опъ походить на мйшечекъ или карманъ, на скошенную крышу, ребро или лпстпкъ, но всегда опъ находится въ пзвЪстномъ соотношении съ пыльникомъ и какъ бы прикрываетъ его конецъ. Благодаря распадению изв*Ьстныхъ клЪточныхъ слоевъ, въ этомъ клювикЬ образуется тягучая, очень липкая масса, весьма похожая на птичш клей и во многихъ случаяхъ принимающая видъ бородавки. Пыльникъ имЪетъ два пгЬзда. Гнезда эти, изъ которыхъ каждое. содержись по комку цветня (такъ называемый поллинШ), лопаются очень рано, обыкновенно еще въ такую пору, когда цвЪтокъ закрыть. Тогда
можно заметить, какъ изъ продольныхъ трещинъ пыльниковыхъ гнездъ выгляды- ваютъ поллиши, кроме того видно, что узкш конецъ ихъ связанъ съ липкой массой клювика. Смотря по видамъ, способъ этой связи сильно разнится и мы не можемъ здесь пускаться въ детальное изложеше всехъ этихъ особенностей; достаточно сказать, что связь эта всегда столь прочна, что оба комка цветня могутъ быть вынуты изъ своего ложа и унесены, лишь только липкая масса приклеится къ какому- нибудь прикоснувшемуся къ нему телу и будетъ выхвачена изъ места своего воз- никновешя. Весьма распространенный въ Европе гайникъ (Epipactis latifolia), выбранный нами какъ отличный примеръ указаннаго своеобразнаго строешя цветка, можете разъяснить и показать намъ веб указанный особенности (см. рис. 2 и 3 на? 242 стр.). Губа въ верхней части своей углублена въ виде чаши и содержите большое количество меда. За губою следуете четыреугольное рыльце, несомое колонкою, надъ нимъ клювикъ въ виде бородавки, а надъ клювикомъ пыльникъ. Два находящееся въ пыльнике комочка цветня связаны съ липкою бородавкою клювика. На рис. 4 стр. 242 наглядно изображено, какой видъ имеете пара комоч- ковъ цветня, вытянутыхъ изъ пыльника. Медъ, выделяемый чашевидными углуб- лешями, легко доступенъ насекомымъ съ короткимъ хоботкомъ и потому цветы гайника охотнее всего посещаются осами. Когда оса (на рисунке изображена Vespa Austriaca) садится на губу, она обхватываете ногами бугорки на нижней части этой губы и постепенно, снизу вверхъ, начинаете слизывать медъ изъ чаши, въ которой онъ помещается. Дойдя до верху, она неминуемо касается лбомъ лип- каго участка Клювика. Последнш тотчасъ же прилипаете къ месту прикосновешя (см. рис. 5 на 242 стр.). И вотъ, когда оса покпдаетъ цветокъ, завершивши свою трапезу, она вытягиваете изъ гнездъ пыльника оба поллпшя, связанный клейкимъ теломъ, и съ такимъ курьезпымъ головнымъ уборомъ пускается въ дальнш путь (см. рис. 6 на 242 стр.). Уже было сказано, что осы не удовлетворяются порщей меда изъ одного цветка — оне отыскиваютъ еще и друпе цветы, поступая какъ уже описано. Во время перелета съ цветка на цвЬтокъ цветневые комки, прплиппие ко лбу осы, поникаютъ къ ея рту и, принимаясь за медъ второго цветка, лакомка-пасекомое прижимаете этотъ поллпнш къ его четырехугольному рыльцу (см. рис. 7 на 242 стр.).
Описанный здесь для гайника процессъ въ общпхъ чертахъ повторяется у всехъ орхидныхъ объ одной тычинке, губа которыхъ направлена внизъ; конечно частности представляютъ громадное разпообраз!е, чего и можно было ожидать въ виду чрезвычайныхъ отлпчш, представляемыхъ и самою формою цветка орхидныхъ и его посетителей. Постараемся въ самомъ краткомъ виде изложить некоторым изъ этпхъ наиболее бросающихся въ глаза отклопешй. Какъ уже было сказано, наибольшее разнообраз!е представляютъ клювикъ и губа. У некоторыхъ родовъ, какъ, наир., у зозулиныхъ слёзокъ (Listera), медоносная часть губы не имеете вида чашки, а представляете длинный, узкш желобокъ, который лпжутъ маленьк!е жуки; въ другихъ случаяхъ губа имеете выступъ назадъ и продолжается въ такъ называемый шпорецъ, причемъ насекомым пробуравливаютъ и высасываютъ его клетки, наполненныя сладкимъ сокомъ; это бываете, напр., у ятрышника (Orchis). Случается также, что медъ высачивается въ узкую трубку шпорца, чемъ особенно приманиваются бабочки; таковы кокушникъ (Gymnadenia) и кукушкины слезки Tlatanthera; см. рис. 6 на 213 стр.).
На клювике очень часто образуются два отдельныхъ липкихъ тельца, изъ 16*
которыхъ каждое соединяется съ однимъ комочкомъ цветня. У зозулипыхъ слё- зокъ (Listera) клювикъ имеетъ видъ листика и прикрываетъ рыльца подобно ширмЬ, но въ начале цветешя совершенно не сцязанъ съ цветневымъ комочком^. Однако. лишь только что-нибудь къ нему прикоснется, изъ него тотчасъ вытекаетъ капля тягучей жидкости, которая съ одной стороны прилипаетъ къ телу, коснувшемуся клювика, а съ другой — приклеивается къ комочку цветня, лежащему надъ клюви- комъ; черезъ 2— 3 секунды эта жидкость уже затвердеваетъ и склеиваетъ такимъ образомъ постороннее тело съ комочкомъ цветня. Когда на нижнюю губу садятся маленьшя осы изъ родовъ Cryptus, Ichneumon и Tryphon и еще более мелк!е жуки изъ рода Grammoptera и начинаютъ вылизывать медъ изъ желобка, подвигаясь снизу кверху, они къ концу своей трапезы неизбежно касаются края клювика; во мгновеше ока къ нимъ приклеиваются только что описаннымъ образомъ поллиши и, когда животное улетаетъ на другой цветокъ, ему, помимо его воли, приходится уносить съ собою крепко прилипш!е ко лбу комочки цветня какъ безплатное при- ложеше къ обеду.
Замечательно, что лштая тела приклеиваются иногда даже къ глазамъ насе- комаго, что неизбежно влечетъ за собою ограничеше правилънаго зрешя. Это особенно часто случается у техъ орхидныхъ, пыльниковыя гнезда которыхъ сильно расходятся книзу и прикрепляются къ клювику посредствомъ двухъ отдельныхъ липкихъ’ телъ. Въ цветахъ Platanthera montana оба комочка цветня такъ сильно расходятся, что образуютъ уголъ въ 70° и даютъ какъ бы ярмо, сквозь которое бабочки должны просунуть голову, если желаютъ высосать медъ изъ длиннаго шпорца. При этомъ поллиши неизбежно приклеиваются при помощи липкихъ те- лецъ по обе стороны головы, при чемъ нередко заклеиваются глаза. У различу ныхъ видовъ кокушника (Gymnadenia) комочки пыльцы виснутъ по бокамъ хобот- ковъ мелкнхъ совокъ, у бровника (Herminium Monorchis), напротивъ, они прили- паютъ къ переднимъ ногамъ мелкихъ сетчатокрылыхъ и жуковъ, лижущихъ медъ. Такимъ образомъ можно было бы привести еще целый рядъ приспособлены, вы- ясняющихъ удивительный соотношешя между формою цветовъ и посещающихъ ихъ животныхъ.
Ко времени прилета насекомыхъ губа только что опиСанныхъ орхидныхъ, соцве™ которыхъ все прямыя, бываетъ обращена къ земле; происходить это, благодаря скручиванпо стержневидныхъ нижнихъ завязей (см. таблицу при 210 стр.). Только одна маленькая группа орхидей сохраняетъ въ зреломъ возрасте, въ пе- рюдъ прилета насекомыхъ, тоже самое положеше, которое цветокъ занималъ въ почке. Образцомъ этой группы можеть служить надбородникъ (Epipogum aphyllum) — замечательное растете, объ оригинальномъ образе жизни котораго намъ уже неоднократно приходилось говорить (см. текстъ и рис. на стр. 107 перваго тома). На этой картине, равно какъ на рис. 10, стр. 210, можно заметить, что пять частей околоцветника этого цветка длинны, узки и несколько выгнуты кнаружи и окружаютъ то место, где колонка, приспособленная для прилета насекомыхъ, слегка выдается въ виде пластинки.. Сверху все это покрываетъ шестой листъ околоцветника, напоминающш по наружному виду колпакъ или шлемъ. Во внутренней полости этого шлемоииднаго листа сохраняется медъ, и шмели, желаю- пце этимъ медомъ полакомиться, должны податься на пластинке, служащей имъ подмостками, несколько впередъ, причемъ они неизбежно касаются пластинки ниж-
нею стороною своего тела. Однако пластинка, служащая для подлета насекомыхъ, у надбородника образуется колонкою, несущей пыльники и рыльца. Сравнительно съ теми орхидными, губа которыхъ обращена книзу, отдельные члены цветка расположены у надбородника въ обратномъ порядке. Обращенный книзу конецъ колонки несетъ пыльники, затемъ следуетъ клювикъ, на которомъ помещается чрезвычайно липкая бородавка, далбе рыльце, подымающееся въ виде крутой стены- (см. рис. 12, на 210 стр.). Яйцевидные комки цветня прикреплены къ • липкой бородавке клювика при помощи длинныхъ, тягучихъ нитей (см. рис. 11, на 210 стр.) и прикрыты кожистой шапочкой, принадлежащей пыльнику. И вотъ, когда шмель Bombus lucorum, летающш вътенистыхъ лесахъ, захочетъ достать меду и
протискивается отъ нижнягопротискивается отъ нижнягокрая къ шлемовидному покроволистику, въ которомъ приходить въ непосредственное соприкосновеше съ ’1.края къ шлемовидному покроволистику, въ которомъ приходить въ непосредственное соприкосновеше съ ’1.Приспособлена для прикрепления поллин!евъ асклеНадоваго растен!я (Aselepias Cornuti) къ лапкамъ насекомаго при помощи зажимовъ: 1) Цветокъ Aselepias Cornuti сбоку, 2) тотъ же цве- токъ въ сильно увеличенномъ виде, передн!е два лепестка и передняя стенка одного пыльника срезаны, 3) поперечный разрезъ того же цветка, 4) зажимающее тельце съ двумя пЪллишями, 5) ножка насекомаго съ приставшими поллин!ями. Рис. 1 въ еетеств. величину, друпе увел, отъ 2—5 разъ. Ср. 246 стр. текста.Приспособлена для прикрепления поллин!евъ асклеНадоваго растен!я (Aselepias Cornuti) къ лапкамъ насекомаго при помощи зажимовъ: 1) Цветокъ Aselepias Cornuti сбоку, 2) тотъ же цве- токъ въ сильно увеличенномъ виде, передн!е два лепестка и передняя стенка одного пыльника срезаны, 3) поперечный разрезъ того же цветка, 4) зажимающее тельце съ двумя пЪллишями, 5) ножка насекомаго съ приставшими поллин!ями. Рис. 1 въ еетеств. величину, друпе увел, отъ 2—5 разъ. Ср. 246 стр. текста.
протискивается отъ нижняго
протискивается отъ нижняго
края къ шлемовидному покроволистику, въ которомъ приходить въ непосредственное соприкосновеше съ ’1.
края къ шлемовидному покроволистику, въ которомъ приходить въ непосредственное соприкосновеше съ ’1.
Приспособлена для прикрепления поллин!евъ асклеНадоваго растен!я (Aselepias Cornuti) къ лапкамъ насекомаго при помощи зажимовъ: 1) Цветокъ Aselepias Cornuti сбоку, 2) тотъ же цве- токъ въ сильно увеличенномъ виде, передн!е два лепестка и передняя стенка одного пыльника срезаны, 3) поперечный разрезъ того же цветка, 4) зажимающее тельце съ двумя пЪллишями, 5) ножка насекомаго съ приставшими поллин!ями. Рис. 1 въ еетеств. величину, друпе увел, отъ 2—5 разъ. Ср. 246 стр. текста.
Приспособлена для прикрепления поллин!евъ асклеНадоваго растен!я (Aselepias Cornuti) къ лапкамъ насекомаго при помощи зажимовъ: 1) Цветокъ Aselepias Cornuti сбоку, 2) тотъ же цве- токъ въ сильно увеличенномъ виде, передн!е два лепестка и передняя стенка одного пыльника срезаны, 3) поперечный разрезъ того же цветка, 4) зажимающее тельце съ двумя пЪллишями, 5) ножка насекомаго съ приставшими поллин!ями. Рис. 1 въ еетеств. величину, друпе увел, отъ 2—5 разъ. Ср. 246 стр. текста.
прикрытыми комочками цветня, а къ нижней части его брюшка приклеивается липкая бородавка клювика; когда вследъ затемъ насекомое оставляетъ цветокъ, клапаны пыльниковъ откидываются назадъ, оба комочка цветня, висяпце на лип- комъ тельце, вытягиваются изъ своего логовища и выносятся изъ цветка (см. рис. 13 на 210 стр.).
Отдаленное сходство съ только что описанными процессами, совершающимися 6 въ цветкахъ орхидныхъ \И состоящими въ томъ, что цветень прилипаетъ къ телу насекомаго, представляютъ явлешя, наблюдаемыя въ семействе асклеп1адовыхъ; у нихъ комки цветня при помощи особыхъ щипчиковъ, прикрепляются къ ногамъ насекомыхъ. И въ этомъ семействе цветень образует такъ называемые поллинш или комки, соединенные между собою попарно, такъ что при первомъ взгляде на пару такихъ поллишевъ (см. рис. 4 на этой стр.) мы невольно вспоминаемъ объ аналогичныхъ образовашяхъ у орхидныхъ. Однако при ближайшемъ раземотренш тутъ открываются значительный различ!я. Прежде всего узелокъ, посредствомъ котораго поллинш связаны, не мягокъ и не клеекъ, i представляет твердое тело съ двумя лапами, захватывающими предметы какъ еппцетъ; во вторыхъ, поллинш не имеют вида дубины, какъ у орхидныхъ, а
представляютъ блестяпце роговидные листики; въ третьихъ, два связанные другь съ другомъ поллишя принадлежать не одной, а двумъ сосбднимъ тычинкамъ. Какъ показываетъ поперечный разрбзъ цвбтка эскулаповой травы (Asclepias Сог- nuti; см. рис. 3 на 245 стр.), середина этого цвбтка занята пятиграннымъ стол- бочкомъ. Къ каждой сторонб этого столбочка прилегаетъ вздутая двугнбздная тычинка, съ боковыхъ краевъ которой спускаются внизъ кожистыя оторочки. Оторочки эти не прилегаютъ къ столбочку, а вывернуты кнаружи и помещаются все попарно, приблизительно, какъ загнутые кверху края двухъ листовъ бумаги, ле- жащихъ на столб. Все это вмбстб производить такое впечатлбше, будто покрышка пятиграннаго столбочка, образуемая тычинками, разрбзана по гранямъ этого столбочка сверху внизъ. Такъ какъ вздутая часть тычинокъ покрыта выемчатыми лепестками съ роговиднымъ отрогомъ, въ которыхъ содержится медъ, то отъ тычинокъ снаружи замбтны только вздутыя кожистыя оторочки, да пять раз- рбзовъ, что наглядно изображено на рис. 1 и 2 на стр. 245. Въ глубинб каж- даго такого вырбза помбщается по одному зажимающему тбльцу, отъ котораго отходятъ лентовидные тяжи, соединяющее его съ поллишемъ сосбдней тычинки. Такимъ образомъ каждое зажимающее тбльце связываетъ два поллишя, изъ которыхъ одинъ развился въ правомъ гнбздб лбвой тычинки, а другой въ лбвомъ гнбздб правой ея сосбдки. Большое количество меда, помбщающееся въ лепест- кахъ, имбющихъ видъ лавочнаго фунтика, привлекаетъ къ этимъ цвбтамъ аскле- шадовыхъ, благодаря своему аромату, безчисленныя количества насбкомыхъ. Такъ . какъ медъ лежитъ близъ самой поверхности и можетъ быть извлеченъ даже на- сбкомыми съ короткимъ хоботкомъ, то на ряду съ пчелами и шмелями прилетаетъ также много осъ и сфегидъ, и потому такой цвбтокъ съ сидящими на немъ пестрыми насбкомыми, въ особенндсти великолбпными скол!ями (Scolia haemorrhoidalis, quadripunctata, bicincta) представляетъ красивое зрблище. Цвбты, поникаюпце какъ разъ въ то самое время, когда въ нихъ больше всего меду, не доставляютъ насбкомымъ никакихъ удобствъ въ смыслб креселъ, насбста или цластйнокъ для спокойнаго высасывашя сока. Веб части цвбтка гладки и скользки, и только въ указанныхъ вырбзкахъ между медоносными лепестками наебкомыя находятъ хорошую точку опоры. Запуская туда лапки своихъ ногъ, усаженный коготками, наебкомыя проводить ихъ черезъ всю щель разрбза, при чемъ прикрбпляются ко- готкомъ къ зажимающему тбльцу. Затбмъ, когда они, оставляя цвбтокъ, вытаски- ваютъ лапку изъ упомянутой вырбзки, то вмбстб съ этимъ изъ гнбздъ пыльни- • ковъ вытаскиваются и два поллишя и выносятся такимъ образомъ на свбтъ Бож1й.
Одинъ изъ коготковъ лапки наебкомаго зажать теперь какъ бы щипчиками, на которыхъ висятъ оба поллишя (см. рис. 5 на 245 стр.).-
То, что происходить дальше, въ сущности, не относится къ этой главб; однако намъ кажется умбстнымъ вкратцб разсказать здбеь о судьбб этихъ полли- шевъ; имъ необходимо доставиться къ рыльцу и при томъ къ рыльцу другого цвбтка. Гдб же эти рыльца? Пятигранный центральный столбочекъ, о которомъ раньше была уже рбчь, содержитъ внутри себя завязь. Но доступъ къ ней запирается такъ называемыми рыльцевыми камерами, который располагаются весьма близко отъ конца средняго столбочка, имбющаго видъ пуговицы, и открыты кнаружи. Входныя отверстия, такъ же, какъ и зажимаюпця тбла, скрыты въ вырб- захъ, и наебкомыя, наступая на эти вырбзы, вмбстб съ тбмъ кончиками ногъ за-
деваютъ и рыльцевыя камеры. Если животныя раньше посетили другой цветокъ и тамъ къ лапкамъ ихъ пристали поллинш, т о они затаскиваютъ ихъ и къ но- вымъ цветкамъ. Когда насекомыя, прибывъ къ новому цветку, ищутъ твердой опоры и попадаютъ въ вырезъ, они запихиваютъ поллинш въ рыльцевыя камеры, скрытыя въ томъ вырезе. Затемъ они вытаскиваютъ ногу, причемъ ленты, соеди- нявппя поллинш съ зажимающимъ теломъ, рвутся и поллинш остаются въ рыль- цевой камере, а щипчики продолжаютъ зажимать ногу насекомаго. При этомъ къ лапке можетъ прицепиться новое зажимающее тело съ поллишями и вообще процессъ можетъ повторяться много разъ. Ловили насекомыхъ, посещавшихъ цветы
Нас ось для нагрузки цветня: 1) Lotus corniculatus, 2) цв-Ьтокъ того же растешя, увеличенный вдвое S) тотъ же цв^токь, парусь внять, 4) онъ же безъ паруса и крылышекъ, остается одна лишь лодочка, 5) одинъ лепестокъ лодочки снять, внутри ея видны тычинки, при чемъ болЪе длинныя изъ нихъ на свободномъ концй своемъ вздуты въ видЬ булавы, полый конусъ надъ тычинками заполненъ цв^тнемь, и въ этотъ цвЪтень погружены столбикъ и рыльце, 6) лодочка сдвинулась внизъ по направлен!») стрелки, вслйдств!е чего изъ отверстия полаго конуса пучкомъ булавовидно вздутыхъ тычиночныхъ нитей выпирается цв'Ьтень, 7) лодочка еще бол^е сдвинулась по направлен!») стрелки, такъ что рыльце выходить изъ полаго конуса и становится передъ его устьемъ, Ср. 248 стр. текста. *
Asclepias Cornuti, и находили иногда на одной ноге ихъ 5 — 8 такихъ зажимаю- щихъ тблецъ. . .
Это защемлеше поллишями ногъ насекомаго принадлежитъ къ самымъ заме- чательнымъ явлешямъ, наблюдавшимся вообще въ области цветовъ, и потому нельзя было бы удивляться, если люди, не видевпия всехъ описанныхъ приспо- соблешй своими глазами, признали бы во всемъ этомъ измышлеше праздной фан- тазш досужаго ботаника. Однако наряду съ описаннымъ процессомъ мы можемъ указать еще на четыре другихъ, которые не менее этого могутъ возбудить уди- влеше наблюдателя; нагрузка пыльцы.на тело животнаго совершается въ этихъ случаяхъ посредствомъ особаго рода движен!й частей цветка. Цветень прикрепляется къ насекомымъ, не благодаря движенпо этихъ последнихъ—они только обусловливаютъ при проннкновеши въ цветокъ некото- рыя изменешя въ расположенш его частей, вследств!е чего цветень высыпается
на известный части ихъ тела, прижимается къ нимъ или просто на просто выбрасывается на нихъ. ‘
. Цъ некоторыхъ случаяхъ невозможно сравнивать приспособленья у растеши съ произведешями человеческаго искусства; однако, разсматривая эти насосы и рычаги, намъ такъ часто напрашивается на мысль подобное сравнеше ихъ съ различными инструментами и машинами человеческаго обихода, что было бы странно отрицать въ этихъ случаяхъ всякое сходство. Напротивъ того, понима- ше этихъ приспособлешй существеннымъ образомъ облегчается, когда мы припи- сываемъ имъ такое же значеше, какое имеютъ въ обиходе людей различные снаряды и оруд!я. Исходя изъ такой точки зрешя, мы и разобьемъ те приспособлешя для нагрузки пыльцы на животныхъ, о которыхъ намъ предстоите говорить, на четыре категорш: на приспособлешя, напоминаюпця насосъ, коромысло, пращу и сеялку.
Прежде всего о насосахъ въ цветахъ мотыльковыхъ. Не у всехъ, но у весьма многихъ мотыльковыхъ, именно у вязеля, люпина, волчуга, перелет- ника (Coronilla, Hippocrepis, Lupinus, Ononis, Anthyllis) въ особенности же у лядвенца (Lotus corniculatus; см. рис. 1 и 2, стр. 247), выбраннаго нами въ виде примера, оба боковые лепестка, называемые въ ботанике крыльями, кверху выпуклы и такъ смыкаются другъ съ другомъ, что образуютъ надъ лодочкою выпуклое седло. Съ лодочкой эти лепестки находятся въ особой своеобразной связи. Вблизи основашя на каждомъ изъ нихъ замечается складчатый выступъ, и выступъ этотъ приходится аккуратно въ углублеше, находящееся въ соответствующей части лодочки (см. рис. 3 и 4 на 247 стр,). Такимъ образомъ между этими частями устанавливается прочная связь и малейшее давлеше на крылышки передается лодочке. Когда пчела или шмель садится верхомъ на пару крылышекъ, соединен- ныхъ въ виде седла, то не только крылышки, но и лодочка оттягивается внизъ, при чемъ изъ маленькой щели на конусовидномъ конце лодочки выдавливается цветень, имеюпцй видъ теста; иногда онъ напоминаете червячекъ, иногда узкую ленту, но какъ въ томъ, такъ и въ другомъ случае онъ придавливается къ нижней поверхности брюшка, а иногда и къ ногамъ сидящаго верхомъ на крылышкахъ насекомаго. Этотъ процессъ изображенъ на рис. 5 — 7 на 247 стр. Какъ видно на этихъ рисункахъ, некоторый тычинки ниже несомаго ими пыльника вздулись на подоб!е булавы, прижимаются вплотную другъ къ другу и помещаются въ конусообразной полой лодочке точь въ точь какъ поршень въ насосе. Да они и рабо- таютъ какъ поршень. Когда лодочка, вследств!е давлешя, оказываемаго на нее насекомыми, начинаете двигаться по направлешю стрблки, то свободные концы тычинокъ вдвигаются дальше въ полый конусъ и выдавливаютъ оттуда часть цветня черезъ маленькое отверсйе при вершине. Когда давлеше ослабеваете, тогда и лодочка возвращается въ свое первоначальное положенье. Точный наблю- дешя показали, что выкачиваше цветня можете повторяться у одного и того же цветка до восьми разъ, предполагая, что лодочка оттягивается внизъ не слишкомъ сильно. Еще приходится -заметить, что при более сильномъ нажапи лодочки нзъ щели, находящейся въ конце ея, выглядываете и рыльце (смлрис. 7 на 247 стр.) и прижимается къ брюшку шмелей и пчелъ, о чемъ еще будетъ речь.
Такого рода насосъ, какимъ мы его только что описали, встречается у однихъ лишь мотыльковыхъ. Зато другое приспособлен!е—коромысло, о которомъ намъ
предстоитъ речь, встречается въ цветахъ представителей разнообразнейшихъ семействъ. Во всехъ относящихся сюда случаяхъ движете тычиночныхъ нитей, имеющее целью нагрузить пыльцу на тело посещающаго цветокъ насекомаго, производить на зрителя такое впечатлете, будто онъ видитъ передъ собою молотокъ, уда- ряющш по колоколу башенныхъ часовъ; а между темь родъ движетя этихъ нитей бываетъ очень разнообразенъ. Одинъ разъ приводится въ движете двуплеч!# рычаги, другой разъ тычинки сразу расправляются, точно сначала были чемъ-то сжаты, наконецъ, въ третьемъ случае раздражимыя тычиночныя нити меняютъ свое положете при малейшемъ прикосновенш къ нимъ.
Нагрузка цветня при помощи коромысла: 1) часть соцв-Ь-пя Salvia glntinosa, въ правый цвЪтокъ забирается шмель, на спину котораго спускается пыльникъ, наполненный цв^тнемъ, 2) другая часть того же соцветия съ тр^йя открытыми цветками, находящимися на различныхъ ступеняхъ развитая, л^вый цв^токь со шмелемъ, при- несщимъ съ другого цветка цыльцу и намазывающимъ ее на свесившееся рыльце, 3) тычинка Salvia glntinosa съ качающейся спайкою, 4) продольный разр^зъ цветка этого растетя—стрелка указываетъ направлеше, которому следуетъ шмель, проникающей къ цветочному дну, 5) тотъ же продольный разрезъ, нижнее плечо спайки прижато кь задней стенке цветка, вследств!е чего опустилось другое плечо, несущее на конце гнездо пыльника.
Сравни 250 стр. текста.
Самымъ известнымъ примбромь коромысла являются тычинки въ цветахъ шалфея. Ни у одного вида этого обширнаго рода губоцветныхъ указанное приспособ лете не выражено такъ ярко, какъ у липкаго шалфея (Salvia glntinosa), почему мы его и выбираемъ за образецъ. Какъ видно на рисунке на этой стр., цветы этого растетя направлены вбокъ и потому нижняя губа является для прилетающихъ шмелей лучшимъ местомъ пристанища. Когда шмель‘желаетъ проникнуть къ меду, скрытому въ заднихъ частяхъ цветка вокругъ завязи, онъ долженъ отъ нижней губы пролезать въ широкооткрытую пасть цветка. И вотъ туть то и поставленъ замечательный шлагбаумъ. Справа и слева у входа стоить по одной тычинке см, рис. 3 на этой стр.), состоящей изъ прямой, короткой, твердой и неподвижной нити и качающагося на длицрой дугообразной спайке пыльника. Скреплете этихъ двухъ частей производится при помощи сочленешя, допускающаго лишь известнаго
рода колебательный движен!я (см. рис. 4 и 5 на 249 стр.). Качающаяся часть тычинки состоитъ изъ одного верхняго более длиннаго плеча рычага, кончающегося наполненнымъ цветнемъ пыльцевымъ мЪшкомъ, и другого более короткагс плеча, свободный конецъ котораго несколько расширенъ въ виде лопатки и слегка утолщенъ на подоб!е узла. Когда шмель ударяетъ въ нижнее плечо рычага пс направленно стрелки (рис. 4), то верхнее опускается (рис. 5). Такъ какъ об! тычинки, устроенный такимъ образомъ, помещаются рядомъ, нижшя плечи ихъ рычаговъ соединены, то и onycKanie верхнихъ плечъ происходить единовременно и даже можно было бы подумать, что у шалфея всего одна качающаяся тычинка. И цотъ, когда шмель, подбирающшся къ цветочному дну, начинаетъ нажимать на загораживающая ему дорогу нижшя плечи рычаговъ, то верхшя. опускаясь вследств!е этого внизъ, тотчасъ же вымазываютъ его своею пыльцею * (рис. 1). Далбе будетъ описано, какъ шмели эти, посещая другой цветокъ, обма- зываютъ этой пыльцею рыльце (рис. 2), спущенное ко входу въ цветокъ. Аналогичное приспособлеше въ цветахъ весьма распространеннаго въ средиземноморской области обыкновеннаго шалфея (Salvia officinalis) отличается отъ описаннаго лишь темъ, что и на нижнемъ плече образуется немного цветня, который при движеши насекомаго внутрь цветка обмазываетъ ему голову. Качающуюся часть тычинки приходится считать у шалфея за пыльникъ, спайка котораго сильно видоизменена. Она превратилась въ твердую дугу, на каждомъ конце которой приходится по одному гнезду. У липкаго шалфея нормальное гнездо, наполненное пыльцею, развивается лишь на верхнемъ конце, тогда какъ нижшй совершенно лишенъ цветня. Напротивъ, у обыкновеннаго шалфея, какъ уже было сказано, и на короткомъ нижнемъ плече рычага развивается немного цветня. У тычинокъ техъ многочислен- ныхъ видовъ шалфея, для которыхъ можетъ служить образцомъ полевой шалфей (Salvia pratensis), нити. чрезвычайно коротки и нижняя половина пыльника, т. е. нижнее плечо рычага, обращено въ четыреугольную лопасть. Лопасти двухъ сосед- нихъ тычинокъ соединены такимъ образомъ, что закрываютъ входъ въ цветокъ подобно подъемной двери. Только въ месте соприкосновешя обеихъ лопастей заметно маленькое углублеше, въ виде раковины, которое точь въ точь приходится въ подобное же углублеше соседней лопасти, такъ что въ общемъ въ центре этой подъемной двери получается маленькое OTBepcTie. Въ это отверспе попадаетъ хоботокъ насекомыхъ и они, надавливая ца него, отодвигаюсь дверцу назадъ, вместе съ темъ приподнимая ее. Но лопасти, образующая дверцу, являются короткими плечами рычага, такъ что, приподнимая дверцу, насекомыя вызываютъ опу- скаше длиннаго плеча рычага, на конце котораго помещаются гнезда, наполненный пыльцею. Такимъ образомъ верхняя часть насекомаго, сосущаго медъ, вымазывается цветнемъ.'
Въ то время, какъ у шалфея цветень выгружается на верхнюю часть тела шмеля, у мексиканскихъ лопещй онъ подобнымъ же образомъ попадаетъ на нижнюю часть посещающаго цветокъ насекомаго. Эти лопещй (Lopezia coronata, miniata, racemosa) обращаютъ на себя внимаше еще темъ, что цветы ихъ имеютъ всего одну тычинку, дающую пыльцу. Эта тычинка зажата въ стоящемъ подъ нею сложенномъ по длине лепестке, конецъ котораго напоминаетъ ложку. Лишь только насекомое опуститься на этотъ лепестокъ, вернее на расширенный въ виде ложки конецъ его, какъ тотъ моментально опускается внизъ; въ то же самое время
выскакиваете зажатая въ немъ тычинка, ударяетъ по нижней стороне животнаго и выгружаете въ этомъ месте свою пыльцу.
Въ цветахъ барбариса (Berberis) выгрузка обусловливается раздражимостью тычиночныхъ нитей. Каждый цветокъ содержитъ шесть тычинокъ, расположенныхъ въ два кружка; онб направлены косо вверхъ и прячутся въ лепесткахъ, имеющихъ видъ чаши. У внутренней части основашя тычиночныхъ нитей, близъ завязи, на дне цветка выделяется большое количество меда, который образуется вздут!ями лепестковъ, окрашенными въ цветъ шафрана. Этотъ медъ привлекаетъ пчелъ и шмелей, прицепляющихся къ поникшимъ кистямъ. Уже въ моментъ прицеплешя насекомыя часто наступаютъ на цветокъ передними ногами и касаются при этомъ тычинокъ; когда же насекомое просовываете хоботокъ ко дну цветка, оно неизбежно касается основашя тычинокъ. Между темъ малейшее прикосновевте къ нижней части тычинокъ действуете на нихъ раздражающимъ образомъ, вызывая изменешя въ напряжеши Тканей и внезапное движеше въ виде толчка—тычинка ударяетъ по насекомому, при чемъ насекомое, вымазывается пыльцею. Обыкновенно тычинка ударяетъ насекомое въ голову; но цветнемъ облепляется также и хоботокъ, проникавппй къ меду, и передшя ноги, наступавшгя на внутреншя части цветка.
Подобнымъ же образомъ производится нагрузка пыльцею въ цветахъ опунщи (Opuntia). Сравнительно крупные цветы Opuntia vulgaris при ясной погоде раскрываются въ 9 часовъ утра. Тогда въ цветке можно различить мясистое четырехлопастное рыльце, увенчивающее конусовидный толстый пестикъ и являющееся наиболее удобнымъ местомъ пристанища для насекомыхъ. Пестикъ поднимается йзъ ямки, наполненной сладкимъ медомъ, вокругъ нея располагаются многочисленным стояч!я тычинки. Раскрытые пыльники этихъ тычинокъ нагружены зернистою пыльцею, нити ихъ въ нижней четверти своей представляются бледно-желтыми, а выше принимаютъ золотисто-желтый цвете. Если прикоснуться къ блестящей золотистой части нити, то она тотчасъ же изгибается дутою, извиваясь еще винтообразно, причемъ направляется къ столбику и перекидывается черезъ ямку, наполненную медомъ. Пчела, прилетая, прежде всего садится на большое рыльце, высовывающееся среди тычинокъ, и старается спуститься оттуда къ ямке съ медомъ. А при этомъ движеши ей неизбежно приходится коснуться чувствительной части тычиночныхъ нитей, при чемъ нити тотчасъ же наклонятся къ пчеле и ВЫ' мажутъ ее пыльцею, легко высыпающейся изъ пыльниковъ. Наблюдать это зрелище крайне интересно: ты^иночныя нити целыми группами, одне за другими, наклоняются къ насекомому и ударяютъ его. Пчела, однако, нисколько не смущается движешемъ этихъ тычинокъ и ударами, которымъ оне ее подвергаютъ,—она спокойно даетъ цветню высыпаться на нее. Она можете потомъ счистить его съ себя, собрать въ корзиночки и снести въ свою постройку. Такъ какъ въ согнутомъ по- ложеши тычинка остается по крайней мере столько времени, пока данное насекомое не покинете цветка, то и при выходе пчелы мнопя тычинки тоже не упу- стятъ случая опорожнить свою пыльцу. Обыкновенно пчелы, покидая цветокъ опунщи, со всехъ сторонъ оказываются покрытыми цветнемъ.
Пыльца, заключавшаяся въ ударныхъ пыльникахъ частью прижимается къ телу насекомыхъ, частью же увлекается животными, когда они покидаютъ цветокъ. ^тимъ ударныя приспособления отличаются оть техъ, который имеюте целью осы-
пать животное пыльцею и метать ее въ нихъ; ихъ называю™ общимъ именемъ метательныхъ приспособлен1й. Выбрасыванье цветня производится, благодаря внезапному расправленью то столбика, то тычиночныхъ нитей, а у некото- рыхъ орхидныхъ даже самихъ пыльниковъ и клювика. Число метательныхъ приспособлены очень велико и потому мы можемъ привести здесь только наиболее типичные случаи. Прежде всего остановимся на описаши Crncianella stylosa, ра-
Метательный снарядъ для нагрузки пыльцы: 1) Продольный разрядъ замкнутаго цветка Crucianella sty-losa; рыльце, усаженное съ наружной стороны бородавочками, помещается между двумя замкнутыми пыльниками;2) тотъ же продольный разр^зъ, пыльники раскрылись и отлагаютъ свой цветень на бородавчатой наружной сто-роне рыльца; 3) рыльце, покрытое снаружицветнемъ, придвинуто къ своду закрытаго венчика, благодаря выпрям-лешю столбика; 4) венчикъ раскрылся, выскакиваюпцй изъ него столбикъ выбрасываетъ пыльцу, отложенную нанаружной части рыльца; 5) далеко высунувш!йся изъ цветка столбикъ несетъ раскрывшееся двулопастное рыльце,только теперь сделавшееся способнымъ воспринимать цветень. Все рисунки увеличены въ 4 раза. Ср. 253 стр.текста.
стешя, встречающагося въ северной Персы и изображеннаго выше и на стр. 254. Оно принадлежитъ къ семейству мареновыхъ. Его краснорозовые цветы соединены въ пучки, сидяпце на конце ветокъ, и распространяю™ запахъ меда, слышный издалека. Если удалить въ цветке переднюю стенку венчика и заглянуть во внутренность его, то прежде всего приходится обратить внимаше на длинный, тонкш столбикъ, свернутый змейкой, и на толстое рыльце, втиснутое въ промежутокъ между пыльниками (см. рис. 1 на этой стр.). После раскрывашя пыльниковъ цветень высыпается изъ гнездъ ихъ и ложится на наружную, бородавчатую часть рыльца (см. рис. 2 выше). Вследъ затемъ столбикъ расправляется, его изгибы становятся круче и, благодаря этому, покрытое цвйткомъ рыльце выносится надъ опустевшими пыльниками и подымается до самаго свода остающагося закрытымъ венчика. На этой ста-
ли, изображенной на рис. 3, столбикъ положительно придавленъ къ своду венчика и находится въ состоянш столь сильнаго напряжешя, что при раскрываши венчика энъ съ силою расправляется и цвйтень раскидывается въ видй облака пыли (рис. 4). Если насйкомыхъ почему либо нйтъ, то разбрасываше пыльцы происходить само собою. Въ случай же посйщешя мелкихъ перепончатокрылыхъ или мухъ, садящихся на цвйты и, конечно, по неволй дотрагивающихся до верхушки готоваго раскрыться цвйтка,' края вйнчика вдругъ расходятся, и насйкомое, послужившее причиною такого внезапнаго раскрывашя, снизу обсыпается пыльцею, какъ это показано на рис. 1 на 254 стр. Что затймъ происходить съ этими цвйтами, мы увидимъ позже и при этомъ же случай объяснимъ рисунокъ 5, помйщенный на стр. 252,
Метательный снарядъ мотыльковаго растения: 1) Цв-Ьтокъ Spartium Junceum, спереди, лодочка закрыта,. 2) тоть же цв'Ьтокъ, лодочка раскрылась и скрытыя тамъ досел'Ь тычинки откинулись кверху вм-Ьст-Ь со столбикомъ. 5) тотъ же цв-Ьтокъ съ раскрытою лодочкой и поднятыми тычинками, видъ сбоку, 4) видъ одного изъ двухъ лепест- ковъ, образующихъ лодочку, если смотреть на него съ внутренней стороны. Ср. 255 стр. текста.
Уже съ давнйхъ поръ извйстенъ метательный апаратъ въ цвйтахъ чилшскаго и перуанскаго рода Schizanthus, одинъ видъ котораго, именно Schizanthus pinnatus, получилъ доступъ въ наши сады. Въ раскрытомъ цвйткй этихъ. растенш обра- щаетъ на себя внимаше прежде всего непарная, закинутая назадъ й испещренная пятнами лопасть, служащая для приманки насйкомыхъ. Подъ нею помйщаются двй меньшихъ, разбитыхъ на большое число долей, которыя имйютъ видъ лодочки и служатъ для насйкомыхъ удобнымъ мйстомъ пристанища. Желобки этой лодочки крйпко придерживаютъ пару тычинокъ, но лишь только насйкомое опустится на лодочку и запустить свой хоботокъ подъ упомянутый выше флагъ, эти тычинки' освобождаются, ’ съ силою подымаются кверху и высыпаютъ цвйтень пзъ пыльниковъ.
Подобное же выбрасываше пыльцы наблюдается и у цвйтовъ многихъ хохла- токъ, Напр., у Corydalis lutea (см. рис. 3 и 4 на 210 стр.). Вйнчикъ этого растенья слагается изъ четырехъ лепестковъ, верхняго, нижняго, праваго и лйваго. Оба по- лйдше лепестка по величинй и формй тождественны и складываются приблизительно какъ двй ладони. Нижнш лепестокъ чрезвычайно малъ и имйетъ форму лопаты; верхнш крупнйе прочихъ, вытянуть сзади въ полый отрогъ, въ которомъ гранится медъ, и спереди расширенъ и загнуть какъ поля у шляпы. Подъ этой загнутой кверху частью и помйщается входъ въ цвйтокъ и въ это отверстие и сслжны пролйзать насйкомыя, шцупця меда. Для этого они садятся на боковые ле-
пестки, которые мы сравнили съ ладонями. Чтобы они могли удержаться на нихт на лепесткахъ устроены горизонтальный ребра и лопасти, чрезвычайно напоми- наюпця стремя сЪдла. Да стремена эти и въ самомъ дiлi служатъ для указанной ц’Ьли; д*Ьло въ томъ, что подлетаюпця пчелы опираются на нихъ ногами и такимъ образомъ какъ бы 4здятъ верхомъ на обоихъ боковыхъ лепесткахъ, какъ на еЬдл£ Лишь только нас4комыя сядутъ верхомъ на с^дло и запустятъ хоботокъ подъ
1•2
Нагрузка пыльцы при помощи метательныхъ снарядовъ: 1) Crucianella stylosa, изъ цв-Ьтовъ которой выбрасывается пыльца, обсыпающая нижнюю часть т^ла перепончатокрылаго; 2) Spartium junceum, лодочка ниж- няго цветка еще закрыта и стоить горизонтально, лодочка другого цвЬтка, повыше, уже опустилась и тычинки подброшены кверху, на третш цв^токь опустилось перепончатокрылое (XyLocarpa violacea), на нижнюю часть брюшкА котораго и высыпается цветень. Ср. 252, 253 и 255 стр. текста.
флагъ, суставчатое сочленеше между верхними вздутыми лепестками и двумя боковыми, образующими это сЪдло, тотчасъ же раздвигается; сйдло при этомъ опускается книзу . и скрытая до топ поры въ углублеши его тычинки выскакпвартъ кнаружи. Такъ какъ мучнистая пыльца этихъ хохлатокъ очень рано освобождается и остается на пыльнпкахъ, то при такомъ двпжеши тычинокъ она высыпается на нижнюю часть т^ла насЪкомыхъ, сидящихъ на цв'ЬткЬ.
Выбрасыван1е цветня изъ пыльниковъ превосходно наблюдается у меластомо- выхъ и у многочисленныхъ мотыльковыхъ изъ родовъ Astragalus, Indigofera Medicago и Phaca, равно какъ у Genista, Retama, Sarothamnus, Spartium и Ulex*
Въ виде примера мы выберемъ изъ мотыльковыхъ весьма распространенный въ гредиземно-морской области ) кустарникъ бобровникъ (Spartium junceum). Рис. 1 и 2 язображаютъ цветокъ этого растеши спереди, при чемъ мы тотчасъ узнаемъ откинутый назадъ большой парусъ, два боковыхъ крылцшка и сложенную подъ ними также изъ двухъ лепестковъ лодочку. При основаши каждаго лепестка лодочки замечается по вздуйю и по ямке (см. рис. 4 на 253 стр.), которыя находятся съ связи съ подобными же образовашями на обоихъ Крылышкахъ, такъ что обе пары лепестковъ какъ бы приклепаны и вклинены другъ въ друга; такимъ эбразомъ всякое давлеше, производимое на крылышки, передается лодочке. Кроме того въ обоихъ крылышкахъ близъ основашя ихъ можно заметить тупой зубецъ (рис. 3 на 253 стр.), который въ закрытомъ цветке прячется за парусомъ, а затемъ, упираясь въ парусъ, поддерживаетъ въ горизонтальномъ направлеши крылышки и лодочку. Въ лодочке скрываются напряженный, подобно часовой пружине, десять тычинокъ и одинъ столбикъ; изъ пыльниковъ очень рано освобождается цветень, отлагаясь въ передней части лодочки. И вотъ, если сверху надавить на крылышки, вздутыя на подоб!е подушки, а стало быть, при посредстве ихъ, и на лодочку, то тупые зубья, поддерживавшие крылышки на парусе, какъ бы выходятъ изъ колеи и крылышки вместе съ лодочкою опускаются сразу внизъ; тычинки и столбикъ, скрытые въ желобке лодочки, при этомъ расправляются и подбрасываютъ свою зернистую пыльцу кверху. Когда давлеше на вздутыя крылышки производится насекомымъ, взобравшимся на нихъ, то, конечно, происходитъ то же и нижняя поверхность брюшка насекомаго вымазывается пыльцею (см. рис. 2, стр. 254).
Такъ какъ цветень только что описанныхъ растешй представляется въ виде мучнистой или пылевидной массы, то каждый разъ, когда ихъ метательный сна- рядъ начинаетъ действовать, въ полномъ смысле этого слова поднимается пыль. Это производить впечатлеше взрыва въ цветке, и потому садовники называютъ некоторый изъ этихъ растешй, напр., виды рода Schizanthus, растешями со „взрыв- чатыми“ цветами.
Прим. ред.Прим. ред.Гораздо реже встречаются ташя метательный приспособлешя, которыя выбрасываютъ разомъ всю пыльцу одного пыльника въ виде связной массы. Въ этомъ отношеши особенно замечательны бразильсюй кустарникъ Posoqueria fragrans (изъ сем. мареновыхъ) и несколько тропическихъ ор- хидныхъ. Цветы Posoqueria во мпогпхъ отношешяхъ напоминаютъ цветы жимолости: въ нихъ также можно заметить горизонтальную вытянутую длинную трубку и пять короткихъ лопастей венчика, которыя при раскрываши цветка несколько закидываются назадъ. Раскрываше цветка происходить вечеромъ, околоцветппкъ белаго цвета, въ нижней части наполненъ медомъ и въ сумерки и ночью выделяетъ далеко слышный ароматъ, все это признаки, указывающее, что цветы эти, подобно жимолости, принаровлепы къ посещешю сумеречными и ночными бабочками съ длипнымъ хобот- комъ. Пять тычинокъ спрятаны въ глубине зева цветка, пыльники ихъ плотно смыкаются и образуютъ пуговку яйцевидной формы, которая располагается тотчасъ же подъ входомъ въ вепчикъ. Пыльники раскрываются на одинъ день раньше лепестковъ, и желтоватая пыльца ихъ высыпается въ полость только что упомянутой пуговки. Тамъ она скатывается въ кругловатые комки, которые делаются
Прим. ред.
Прим. ред.
довольно липкими. Полая пуговка пыльниковъ поддерживается тычиночными нитями неодинаковой длины; изъ нихъ особенно отличаются отъ другихъ две тЬме что оне дугообразно изогнуты и кроме того особенно раздражимы. Лишь толье что-нибудь коснется ихъ средней части, пять тычинокъ съ быстротою молнш раздвигаются, одна пара отходить на право, другая на лево, а пятая непарная тычинка отшвыриваетъ комокъ цветня по широкой траектории. Если прикосновен^ раздражимаго места было произведено ночною бабочкой, которая хотела ввести свой хоботокъ въ длинную трубку околоцветника, то липкая масса пыльцы подбрасывается прямо на ея хоботокъ и приклеивается къ нему. Замечательнее всегс то?< что непарная тычинка, расправляющаяся подобно часовой пружине, запираетъ входъ въ трубку венчика и не позволяетъ животному вводить въ нее свой хоботокъ. Только 8—12 часовъ спустя тычинка, запиравшая входъ въ околоцветникъ. начинаетъ подыматься и къ следующему вечеру снова принимаетъ то положеше которое она занимала до описаннаго явлешя. Такимъ образомъ доступъ ко дну цветка снова становится свободнымъ и бабочки могутъ вводить теперь свой хоботокъ внутрь трубки до самаго меда, не рискуя уже быть обезпокоенными надоедливой тычинкою. И вотъ, когда прилетаетъ бабочка, которая незадолго до того была нагружена комкомъ пыльцы, она опустить свой хоботокъ въ открытую трубку более стараго цветка, заденетъ рыльце, помещающееся въ его центре, и перенесетъ на него цветень, прилипппй къ ея хоботку.
Изъ числа орхидныхъ, имеющихъ метательныя приспособлетя, особенно замечательны Catasetum и Dendrobium. О Catasetum стоить разсказать подробнее уже потому, что у этого растешя разбрасыван!е обусловливается раздражешемь не только самого метательнаго снаряда, а передается при помощи особаго органа. Какъ у многихъ другихъ орхидныхъ съ губою, обращенною кверху, и у Catasetum (см. рис. 1 и 2 на 257 стр.) подъ полою внутри губою помещается колонка. На вершине своей эта колонка несетъ пыльники, надъ ними клювикъ, а надъ клю- викомъ углублеше въ виде ямки. Края ямки мясисты и отъ нея отходятъ два своеобразно построенные придатка, сильно напоминаюпце пару роговъ; эти рога расходятся въ стороны и направлены косо впередъ и кнаружи. У большинства видовъ, между прочимъ и у приводимаго нами въ виде примера Catasetum triden- tatum, одинъ рогъ какъ бы перекинуть черезъ другой (см. рис. 7 на 257 стр.}. По существу, каждый рогъ представляетъ не что иное какъ лентовидную лопасть; она завертывается по длине и такимъ образомъ получается трубка съ острымъ концомъ, имеющая видъ рога. Ткань обоихъ роговъ безъ всякаго резкаго перехода сливается съ стоящимъ подъ ними клювикомъ. Хотя ткань эту изследовали самымъ подробнымъ образомъ и не нашли въ ней ничего особеннаго, темь не менее она оказывается необыкновенно раздражимой. Опытъ и наблюдешя показали, что если произвести давлеше на свободный конецъ рога, то давлеше это тотчасъ же передается по всемъ группамъ клетокъ этой ткани въ ту часть клювика, которая превратилась въ липкое тельце. Стоить только задеть свободный конецъ одного изъ роговъ, и клеточная ткань, которой придерживалось до сихъ поръ липкое тело клювика, разрывается и это липкое тело становится спободнымъ. Но такъ какъ оно, кроме того, поддерживается въ своемъ положеши и состояши напряжешя упругой дугообразной лентой, связывающей его съ комкомъ цветня (см. рис. 3 на 257 стр.), то освобожден!© липкаго тела обусловливаетъ вместе съ темь и быстрое
движете кверху этой ленты. При этомъ она расправляется, вырываетъ и липкое тбло, и клубочекъ цветня изъ ихъ укромнаго логовища и откидываеть его отъ колонки, служившей ей до тЬхъ поръ подпорою (си. рис. 4 на этой стр.), описывая при этомъ широкую дугу. Липкое тело во время полета направлено впередъ, по-
Метательные снаряды цветовъ орхидныхъ: Цветокъ Catasetum tridentatum: 1) сбоку; 2) спереди; 3) продольный разрезъ цветка; лента, связывающая комки цветня съ липкимъ тельцемъ, дугообразно натянута надъ взду- т!емъ колонки; 4) одинъ комокъ цветня и липкое тельце отделились и отбрасываются расправляющейся лентою $ передняя стенка пыльника, до сихъ поръ прикрывавшая комокъ цветня, также откидывается назадъ; 5) комокъ цветня, липкое тельце и соединяющая ихъ лента, края которой несколько загнулись, видъ спереди; 6) тоже сбоку; 7) колонка вынута изъ цветка, снизу пыльникъ, выше упругая, дугообразно изогнутая лента, затЪмъ рыльцевая полость» съ мясистыхъ краевъ которой отходятъ два роговидныхъ, раздражимыхъ придатка; 8) цветокъ Dendrobium fimbriatum: 9) онъ же въ продольномъ разрезе; 10) пыльникъ на конце колонки, имеющей видь башлыка, сбоку; 11) пыльникъ откидывается назадъ и комки цветня выбрасываются; 12) комочки цветня Dendrobium fimbriatum. Рис. 10—12 увелич. въ 5 разъ, проч1е въ ест. величину.
этому оно прежде другихъ частей встречается съ предметомъ, служащимъ мишенью, и прилипаетъ къ нему. После этого лента, связывающая комокъ цветня съ липкимъ теломъ, оказывается выпрямившейся (ср. рис. 5 и 6 на этой стр.).
Совершенно иначе устроенъ метательный снарядъ у большинства видовъ Dendrobiiun. У выбраннаго нами примеромъ Dendrobium fimbriatum (см. рис. 8 и 9) колоши оканчивается пыльникомъ, имеющимъ форму опрокинутаго колокола. Этотъ Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растешй, т. П.17
258 2. РАЗМН0ЖЕН1Е ПРИ помощи плодовъ. f
пыльникъ разделенъ перегородками на гнезда, а въ гнездахъ помещаются комочки цветня, которые находятся въ связи съ липкимъ тельцемъ и потому легко выпа- даютъ изъ пыльника, если только это станетъ возможнымъ, благодаря положенно пыльника. Пыльникъ сидитъ на тонкой, ремневидной нити и соединенъ съ нею посредствомъ суставчатаго сочленен!я. Достаточно самаго легкаго прикосновешя для того, чтобы заставить его качаться. Въ только что раскрывшемся цветке, колонка котораго не имела еще случая натолкнуться на что бы то ни было, пыльникъ, похожш на колоколъ, покоится-Ща особенномъ вырезе колонки, напоминаю- щемъ ступеньку; онъ поддерживается въ своемъ положенш двумя придатками, зубцами, стоящими справа и слЬва на этомъ вырезе (см. рис. 10 на 257 стр.). Когда же спереди на пыльникъ оказываютъ давлеше, онъ выводится изъ своего положешя, быстро откидывается назадъ и вместе съ темъ изъ него выбрасываются содержавшиеся въ гнездахъ комочки цветня (см. рис. 11 на 257 стр.). Такъ какъ выбрасываемые комочки цветня лишены липкихъ телецъ (см. рис 12 на 257 стр.), то трудно понять, какимъ образомъ они нагружаются на животныхъ, давшихъ толчекъ этому движенпо. Т6мъ не мешЬе весьма вероятно, что рука объ руку съ вышвыривашемъ пыльцы идетъ и ея нагрузка. Къ сожаленью, все наблюдения, сделанный надъ цветами дендроб!я, произведены на оранжерейныхъ экземплярахъ, въ естественныхъ же услов!яхъ на дико-растущихъ особяхъ ихъ ещё никто не изучалъ.
Къ метательнымъ снарядамъ примыкаютъ аппараты для разс6иван!я пыльцы. Въ нихъ пыльца, идущая въ дело, постоянно имеетъ видъ муки или пыли и высыпается изъ своихъ вместилищъ при сотрясении. У разсбиватощи хъ щипцовъ тычиночныя нити можно сравнить съ лапами щипцовъ, а пыльники, несомые ими, въ открытомъ состоянии имеютъ видъ чашекъ или впадинъ, углубленная сторона которыхъ направлена вбокъ. Въ такихъ чашкахъ мучнистый цветень не могъ бы и держаться, есди-бы тамъ не было известныхъ приспособлений. Чтобы нагляднее представить себе эти приспособлешя, вообразимъ себе щипчики для сахару, на конце каждой лапы которыхъ находится, какъ известно, по углубление. Если сжать обе лапы этихъ щипцовъ, то оне сложатся вогнутыми сторонами и въ образуемой такимъ путемъ полости могутъ держаться мелк!е куски сахара, а иногда, если выпуклый части хорошо пригнаны одна къ другой — и порошокъ не высыпется оттуда. Однако лишь только лапы щипцовъ разойдутся, то, конечно, и порошокъ, содержавшийся въ утлублешяхъ, выпадетъ изъ нихъ и обсы- пдетъ то, что подъ ними находится.
Вотъ такое же точно приспособлеше мы встречаемъ въ цветахъ многихъ акантовыхъ и норичниковыхъ. Подъ крышею изъ верхушечныхъ листьевъ, чаще всего подъ верхней губою горизонтальнаго маскоподобнаго венчика, можно заметить следующую картину: пыльники двухъ противоположныхъ тычинокъ плотно смыкаются другъ съ другомъ какъ две чашки или выемки. Кр6пк1я, но въ то же время упрупя тычиночныя нити поддерживаютъ ихъ въ этомъ положенш и края этихъ чашекъ, наполненныхъ пыльцою, такъ аккуратно пригнаны одинъ къ другому, что безъ толчка извне ни одна пылинка не можетъ вывалиться. Иногда две противолежапця и складывающаяся вместе чашечки соединяются на верхнемъ краю сплетающимися въ войлокъ волосами. TaKie пыльники очень напоминаютъ створки раковины устрицы и, подобно имъ, открываются только съ одного свобод-
наго края. И вотъ. лишь только обе чаши, соединены ли оне наверху или нетъ, хотя бы только слегка начинаютъ расходиться, то изъ образовавшейся щели тот- часъ же высыпается струйкою мучнистый цветень и въ силу тяжести падаетъ внизъ. При этомъ падеши онъ иногда направляется въ известное место при помощи нбжныхъ ресничекъ, расположенныхъ по краю пыльника; такимъ образомъ растете заботится о томъ, чтобы цветень не пропадалъ зря. Раздвигаше чашечекъ производится насекомыми, а въ тропическихъ местностяхъ, вероятно, и колибри, которые въ поискахъ за медомъ запускаютъ свой длинный клювъ въ зевъ и трубку венчика. При этомъ случае они либо продеваютъ хоботокъ или клювъ прямо между чашечками пыльниковъ, либо надавливаютъ на известные придатки къ чашамъ, либо раздвигаютъ упрупя тычиночныя нити. Первый случай наблюдается у Bartschia alpina. Входъ въ цветокъ этого растешя очень съуженъ, благодаря тому, что край нижней губы приподнять кверху; за этимъ теснымъ входомъ расположены сравнительно болышя пыльниковыя чаши, верхше края которыхъ соединены спутавшимися въ виде войлока волосами. Если насекомое хочетъ добраться до меда, то ему придется предварительно раздвинуть нижше края этихъ пыль- никовыхъ чашекъ, причемъ ихъ непременно обсыплетъ цветнемъ. Въ цветахъ погремка и чешуйника (Rhinanthus, Lathraea) входъ въ цветокъ определенъ еще точнее, и если насекомое не желаетъ причинять себе вреда, то оно не смеетъ уклониться отъ назначеннаго ему пути даже и на миллиметръ. Дело въ томъ, что тычиночныя нити, стояпця тутъ въ середине воротъ цветка, усажены твердыми, острыми шипиками, съ которыми насекомыя, очень бережно относящаяся къ своему хоботку, тщательно избегаютъ встречаться; такимъ образомъ единственный безопасный ходъ ко дну цветка, это путь сквозь легко раздвигающаяся при малейшемъ нажаты и опушенный мягкими волосками чашечки пыльниковъ (см. рис. 4—6 на 261 стр.). Въ цветахъ Clandestina, Trixago и еще многихъ другихъ ндричниковыхъ щетинокъ на тычиночныхъ нитяхъ нетъ, зато каждая пыльниковая чашка снизу продолжается въ длинный ремневидный отрогъ, котораго насекомое неизбежно должно коснуться и отодвинуть всторону. Благодаря этому, соот- ветствуюпця пыльниковыя чашечки раздвигаются и въ моментъ расхождетя мучнистый цветень струйкой сыплется на голову и спину насекомаго, толкнувшаго отрогъ. Въ цветахъ мытниковъ, Pedicularis asplenifolia, rostrata и многочисленныхъ другихъ родственныхъ видовъ, пыльники такъ глубоко спрятаны подъ выпуклостью верхней губы, что непосредственнаго прикосновешя къ нимъ со стороны животнаго нельзя и ожидать. Здесь насекомыя проникаютъ глубже, между тычиночными нитями, раздвигаютъ ихъ и производить при этомъ изменешя въ взаим- номъ расположены всехъ частей, такъ что и пыльниковыя чашечки расходятся другъ отъ друга и заставляютъ мучнистую пыльцу высыпаться. Замечательно, что у названныхъ видовъ рода Pedicularis верхняя губа срослась въ трубку, но для высыпашя цветня въ этой трубке устроена своеобразная щель; кроме того, интересно еще и то, что при такой форме сеятельнаго аппарата на нижней части пыльниковъ нетъ придатковъ, а тычиночныя нити лишены шипиковъ. Другого рода снарядъ мы находимъ у техъ видовъ рода Pedicularis, образцомъ которыхъ можетъ служить часто встречающаяся на Альпахъ Pedicularis recutita. Въ цветахъ этого растешя (см. рис. на стр. 260) пылники, несомые упругими нитями, въ лодномъ смысле слова зажаты между боковыми стенками. Раздвигаше пыльнико-
до того времени оьи нити и, въ третьихъ,до того времени оьи нити и, въ третьихъ,Pedicularisrecutita: 1) цЬлый цвЬтокъ, 2) продольный раер*Ьзъ его, 3) шлемъ венчика наклонился внизъ, всл,Ьдств1е чего высыпается пыльца. Увелич. въ 3 раза.Pedicularisrecutita: 1) цЬлый цвЬтокъ, 2) продольный раер*Ьзъ его, 3) шлемъ венчика наклонился внизъ, всл,Ьдств1е чего высыпается пыльца. Увелич. въ 3 раза.
до того времени оьи нити и, въ третьихъ,
до того времени оьи нити и, въ третьихъ,
Pedicularisrecutita: 1) цЬлый цвЬтокъ, 2) продольный раер*Ьзъ его, 3) шлемъ венчика наклонился внизъ, всл,Ьдств1е чего высыпается пыльца. Увелич. въ 3 раза.
Pedicularisrecutita: 1) цЬлый цвЬтокъ, 2) продольный раер*Ьзъ его, 3) шлемъ венчика наклонился внизъ, всл,Ьдств1е чего высыпается пыльца. Увелич. въ 3 раза.
выть чашечекъ возможно лишь въ томъ случае, если раздастся въ стороны зажи- мающш ихъ шлемъ. Такое явлеше происходить действительно и совершается оно очень своеобразно. Когда прилетаютъ шмели, они обхватывають передними ногами вытянутую впередъ шлемовидную верхнюю губу и нагибаютъ ее на 30° внизъ; это имъ нетрудно сделать оттого, что при основаны шлема справа и слева отъ зева цветка прилажены твердыя ребра, которыя действуют какъ система рыча- говъ и сообщаю™ свое движете всей верхней губе. Благодаря такому наклонении верхней губы, во первыхъ раздаются въ стороны боковыя стенки шлема, которыя [и туго натянуты, во вторыхъ загибаются внизъ тычиночныя раздвигаются пыльниковыя чашечки и мучнистый пылевидный цветень высыпается на прилетевшее насекомое. Но, чтобы вся эта сложная система рычаговъ могла действовать успешно, необходимо, чтобы прилетевшее насекомое запустило свой хоботокъ въ одно, строго определенное место цветка, именно въ маленькы желобокъ на нижней губе, а потому все остальныя части воротъ цветка, въ которыя возможно было бы проникнуть, замурованы или защищены отъ посещешя. Таковъ, напр., край верхней губы, густо усаженный острыми, короткими шипиками, прикосновешя которыхъ насекомыя тщательно избегаю™.
Подобный же приспособлешя у цветовъ аканта (Acanthus longifolius, mollis, spinosus; см. рис. 1—3 на 261 стр.) значительно отличаются отъ только что описанныхъ темъ, что пыльники ихъ не двугнездны, а одногнездны, при- чемъ гнйздо менее похоже на чашечку, чемъ на узкую, длинную нишу. Край этой ниши густо усаженъ короткимъ пуш- комъ, что значительно способствуетъ лучшему скрепленго сложенныхъ другъ съ другомъ пыльниковъ. Тычиночныя нити точно выточены изъ слоновой кости, оне невероятно крепки и ихъ не такъ-то легко раздвинуть. Только боль- mie сильные шмели въ состоянии вывести эти тычиночныя
нити изъ ихъ положешя, обусловливаю™ такимъ образомъ раздвигание чашечекъ пыльниковъ и при этомъ верхняя часть ихъ тела обсыпается мучнистою пыльцею. Значительно разнятся отъ этихъ приспособлены, высыпающихъ цветень, те^ которыя имеютъ видъ песочницъ. Ихъ приходится чаще всего встречать у колокольчатыхъ, свешивающихся и поникающихъ цветовъ. На конце или близъ конца пыльниковъ этихъ цветовъ находятся две маленьшя дырочки, а сами пыльники расположены такъ, что въ моментъ высыпашя цветня дырочки обращены внизъ. Въ этихъ песочницахъ мучнистая пыльца спрессована въ очень плотную массу,, однако она понемногу разрыхляется небольшими порщями и эти порцы высыпаются внизъ приблизительно такъ, какъ мы высыпаемъ песокъ или, въ булочныхъ,. мелкш сахаръ изъ коробокъ, пронизанныхъ дырками. Иногда песочницы эти привешены внутри колоколообразныхъ цветовъ такъ, что уже въ начале цветенья дырки ихъ направлены внизъ, какъ это бываетъ, напр., въ цветахъ белянки (Leuco- jum vernum) или брусники (Vaccinium Vitis Idaea); иногда, напротивъ, песочницы эти прикреплены къ упругимъ тычиночнымъ нитямъ, которыя согнуты такъ, что-
въ начале дырки направлены ко дну цветка. Для того чтобы изъ песочницъ, обращенныхъ дырками кверху, могла высыпаться пыльца, имъ нужно опрокинуться, и вотъ при этомъ то и является на помощь насекомое. Такъ, напр.- совершается этотъ процессъ у обычной обитательницы нашихъ лесовъ — гру- шанки Pirola secunda. Песочницы этихъ цветовъ поддерживаются нитями, изо гнутыми въ виде буквы S и находящимися въ состояши напряжешя; эти нити прижимаютъ пыльники къ лепесткамъ (см. рис. 7 этой стр.). И вотъ, какъ только, насекомыя, попадая въ колоколъ, передвинуть лепестки, напряженныя и изогнутая тычиночныя нити расправляются, песочницы ихъ всл4дств!е этого опрокидываются и дырочки ихъ направляются внизъ (см. рис. 8 на этой стр.).
Приспоеоблен1я для высыпан!я цветня: 1) ЦвЬтокъ Acanthus longifolius, часть лепестковъ срезана прочь 2) тычинки Acanthus, складывавшхяся въ щипчики, раздвинуты и цвЬтень высыпается, 3) пыльникъ Acanthus; 4) продольный разрЬзъ цветка Rhinanthus serotinus, 5) тычинка этого цвЬтка, 6) четыре тычинки Rhinanthus спе реди, пыльники соединены на макушкЬ, а снизу раздвинулись, такъ что цв-Ьтень высыпается; 7) цвЬтокъ Pirola secunda; часть лепестковъ и тычинокъ срЬзана, 8) тотъ же цвЬтокъ, одинъ лепестокъ отодвинуть, отчего придерживаемый имъ пыльникъ опрокинулся и высыпаетъ цв-Ьтень, дЬйствуя подобно песочницЬ. СтрЬлка показываетъ на рис. 1, 4 и 8 направлеше, котораго придерживается насЬкомое, пробираясь къ цвЬточному дну. Рис. 1 и 2 въ ест. величину, остальные увеличены 2—5 разъ. Ср. 260 и 261 стр. текста.
Въ очень многихъ случаяхъ пыльники снабжены особыми отрогами, кото- рыхъ неизбежно приходится задеть насекомому, что всегда приводить къ осво- божденпо щепотки цветня. У подснежника (Galanthus), дряквы (Cyclamen), ра- мондш (Ramondia) и многихъ другихъ растенш разнообразнейшихъ семействъ, это просто твердые шипики, отходяпце отъ свободнаго конца пыльниковъ и запи- раюпця насекомому дорогу; у земляничника (Arbutus) и у толокнянки (Arcto- staphylos; см. рис. 1 на 227 стр.) отъ спинки каждаго пыльника отходятъ два рожка, задеваемые насекомымъ при его движенш къ цветочному дну, отчего весь пыльникъ — песочница приходить въ сотрясете и цветень высыпается изъ ея дырочекъ.
Пыльники — песочницы развиваются обыкновенно въ лучистыхъ, свешивающихся или поникающихъ цветахъ и все описанныя нами растешя этого типа действительно обладаютъ такими цветами: это пониклые колокольчики, построенные по всемъ направлешямъ одинаково. Изъ немногихъ зигоморфныхъ цветовъ съ пыльниками — песочницами мы лишь вкратце укажемъ на кальцеолярш и мела-
стомовыя. Пыльники этихъ цвЪтовъ опираются на коротая нити и, подобно шал- феямъ, могутъ быть приведены въ колебательное движете. Однако въ то время какъ пыльники цв^товь шалфея раскрываются продольною щелью и содержать въ себб лишай цветень, тЬ же органы кальцеолярш и меластомовыхъ раскрываются дырочками на верхушкб и содержать въ себб мучнистый или пылевидный цветень. Когда насекомое толкнеть такой пыльникъ, то онъ приходить въ качаше и опрокидывается, причемъ на насекомое тотчасъ высыпается изъ дырочекъ пыльниковъ мучнистый цветень.
Третью форму приспособлешя для разсйнвашя пыльцы можно назвать кону- сомъ — сеялкою; конусъ этотъ образуется кружкомъ неподвижныхъ тычинокъ, складывающихся вм^стЬ въ полый конусъ. Пыльникъ каждой тычинки состоитъ
Приспособления для высыпан!я цветня: 1) Продольный разрйзъ цветка Soldanella alpina, 2) тычинка этого- цветка со стороны, прилегающей къ столбику, 3) схематически поперечный разр^зъ столбика съ прилегающими къ нему пятью пыльниками, столбикъ обозначенъ бол^е светлой, спайка болбе темной штриховкою, а цветень изобра- женъ точками; 4) продольный разрбзъ цветка Symphytum officinale, 5) двй тычинки и три чередующаяся съ ними чешуйки, на боковыхъ краяхъ усаженный шипиками, 6) отдельная тычинка Symphytum; 7) цвбтокъ Borago officinalis, 8) пыльниковый конусъ этого растешя, одна тычинка оттянута назадъ по направленно стрйлкн, всл^дств!е чего высыпается щепоть пыльцы, 9) тычинка съ рукояткой на пыльник^, имеющей видъ зубца, 10) схематически поперечный разр-Ьзъ черезъ столбикъ и пыльниковый конусъ Borago, столбикъ и спайка пяти пыльниковъ обозначены штрихами, а цветень —- точками. Рис. 7 въ ест. величину, остальные увелич. йъ 2—5 разъ. Ср. 263 стр. текста.
изъ двухъ гнездъ, который раскрываются продольными щелями и принимаютъ видъ открытыхъ нишъ. Для того чтобы мучнистый или пылевидный цветень не высыпался изъ открытыхъ нишъ раньше времени, а оставался тамъ до прихода насекомыхъ, устроены двоякого рода приспособлешя. Эти наполненный цветнемъ лоханки пыльника крепко накрепко прижаты къ столбику, который они окру- жаютъ теснымъ кольцомъ, или же эти ниши обращены другъ къ другу и закрываются такъ же плотно, какъ и пыльники — щипчики. Первый случай наблюдается у сольданелль (наир., Soldanella alpina; см. рис. 1 — 3 на этой стр.), послЬдвай у многочисленныхъ вересковыхъ и бурачниковыхъ (см. рис. 4—10 на этой стр.). Въ обоихъ случаяхъ конусъ, образуемый 4 или 5 ланцетовидно удлиненными пыльниками, сохраняетъ цветень въ 8 или 10 длинныхъ узкихъ гнезд ахъ, который расходятся при малейшемъ сдвиге его и выпускаютъ свое содержимое. Когда рас- крываше гнездъ обусловливается насекомыми, раздвигающими эти плотно сомкнутый части, впуская свой хоботъ въ как!я-либо части пыльниковаго конуса, та цветень неизбежно падаетъ на животное, обыкновенно высыпаясь щепотками. Какъ только насекомыя вытаскиваютъ срой хоботокъ назадъ, упрупя нити тычинокъ
вновь принимаютъ прежнее положеше, игра начинается снова и пыльца можетъ высыпаться изъ одного и того же конуса по нисколько разъ.
Насбкомыя попадаютъ къ цветочному меду съ разныхъ сторонъ; у вересковъ обыкновенно просовывая хоботокъ въ вершину, у бурачника (Borago officinalis; см. рис. 7 на 262 стр.) въ основаше пыльниковаго конуса. Пчелы и шмели под- летаютъ къ поникшимъ цв4тамъ этого растешя снизу, прицепляются къ нимъ передними ногами, такъ что голова и хоботокъ попадаютъ къ основанью, а изогнутое брюшко къ вершине конуса. При этомъ они захватываютъ коготками особый зубовидный отростокъ тычиночной нити (рис. 9 на 262 стр.), отрываютъ захваченную тычинку отъ ея соседокъ; въ то же время изъ конуса вываливается мучнистый цветень (см. рис. 8 на 262 стр.), опыляя брюшко сосущаго насекомаго. Въ цветахъ многихъ бурачниковыхъ, напр., у живокости (Symphytum) и восковой травы (Cerinthe), появляются особыя чешуйки, усаженный шипиками, который чередуются съ пыльниками (см. рис. 4 — 6 на 262 стр.) и расположены такъ, что насекомыя, очень бережно относящаяся къ своему хоботку, въезжаютъ въ пыльниковый конусъ съ вершины, вследств!е чего обсыпается цветнемъ голова, а не брюшко. У Solda- nella (рис. 1 и 2 на 262 стр.) отъ вершины каждаго пыльника отходитъ по два отростка, которыхъ и толкаютъ проникаюпця въ цветокъ насекомыя, вcлeдcтвie чего высыпается пыльца. Значить, и въ этомъ случае повторяются те же самыя приспособлешя, который были найдены у пыльниковъ— щипчиковъ и описаны на стр. 261, а потому мы можемъ и не касаться этого подробнее. Следуетъ, впро- чемъ, упомянуть еще о пыльниковомъ конусе въ цветахъ ф!алки (Viola; см. рис. 1 на 265 стр.), главнымъ образомъ потому, что онъ отличается отъ всехъ другихъ случаевъ въ виду зигоморфизма цветка этого растешя и своеобразнаго способа извлечешя пыльцы изъ гнездъ, который практикуется здесь насекомыми. Дело въ томъ, что пыльниковый конусъ у фiaлки помещается надъ нижнимъ ле- песткомъ, снабженнымъ сзади медоноснымъ выступомъ, такъ называемымъ шпор- цемъ. Когда насекомыя собираются высасывать медъ изъ шпорца, то имъ приходится подбираться подъ пыльниковый конусъ и вдвигать хоботокъ въ желобокъ лепестка, несущаго пшорецъ. И вотъ тутъ то они встречаютъ губу рыльца, при чемъ неизбежно задеваютъ и несколько сдвигаютъ её. Но такъ какъ къ столбику прилегаютъ пять тычинокъ, то, вследств!е измененья положешя столбика, передвигаются и пыльники, при чемъ хоботокъ насекомаго обсыпается цветнемъ, высыпавшимся изъ раздвинувшихся пыльниковъ. ’
■ Выгрузка пыльцы.
НасЬкомыя и птицы, сосупця медъ, на которыхъ въ одномъ цв4тк4 была нагружена пыльца, должны выгрузить её въ другомъ цв^тий. Такъ какъ подобный нереносъ связанъ съ оплодотворешемъ, то не можетъ быть безразлично какъ, гдЪ и когда онъ произойдетъ. М4стомъ назначешя цветня является рыльце и настоящая пора для такого переноса наступаетъ, когда рыльце это въ состояши удержать принесенный къ нему цветень. Если пыльца будетъ выгружена не на рыльце, а на какую-либо другую часть цветка, или если рыльце ко времени выгрузки завяло и сморщено, и не въ состояши удержать попавппй на него цветень.
то послбдшй погибнетъ точно такъ же, какъ если бы онъ упалъ въ воду или е^ землю. Поэтому для успешнаго переноса важно не только время выгрузки, но е положеше и свойство рыльца. Если пыльца была высыпана на спину насеке- маго, то и рыльце должно встретиться со спиною этого насекомаго; если цветень прилипъ къ хоботку, то этотъ же хоботокъ долженъ коснуться и рыльца; еслЕ цветень присталъ къ нижней части животнаго, то и рыльце располагается въ такомъ месте входа въ цветокъ, котораго проникающее въ цветокъ насекомое неизбежно должно коснуться. Изъ этого следуетъ, что животнымъ, на которыхъ былъ нагруженъ цветень, приходится придерживаться того же пути при посещены цветка, котораго они держались раньше, и что положен!е пыльниковъ, являющееся наиболее выгоднымъ для нагрузки цветня, въ большинстве случаевъ оказывается наиболее подходящимъ и для рыльца, на которое цветень выгружается. Это обстоятельство наводить на мысль, что, можетъ быть, уместнее было бы въ этой книге излагать выгрузку пыльцы параллельно съ нагрузкою. При случае мы такъ и делали; однако вести изложеше обоихъ процессовъ все время рядомъ сильно повл!яло бы на выбранный нами способъ описашя переноса пыльцы животными, а потому мы посвящаемъ вопросу о выгрузке пыльцы особую главу, причемъ будемъ по возможности ссылаться на описанныя уже раньше явлешя.
Въпрошлой главе шла речь о перемещены пыльниковъ и рылецъ, при чемъ было разсказано, что у цветка белозора (Parnassia; см. рис. 4 на 236 стр.) пыльники одинъ за другимъ передвигаются къ центру, такъ какъ именно тамъ лежить путь къ меду, и сосупця насекомыя поставлены въ необходимость касаться пыльниковъ, стоящихъ на ихъ пути. Однако каждая такая тычинка прикрываетъ собою рыльце, сидящее на яйцевидной завязи, а потому на это рыльце не можетъ попасть цветень съ другой особи того же вида. Поэтому необходимо и последней тычинке отодвинуться отъ центра, чтобы рыльце сделалось доступнымъ. И вотъ, это-то на самомъ деле и замечается. Рыльце оказывается обнаженнымъ на томъ самомъ месте, где прежде помещались пять тычинокъ одна после другой; когда теперь насекомое приходить за медомъ, оно оставляетъ на этомъ рыльце цветень, принесенный съ другихъ цветовъ. У Funkia, Centranthus и Impatiens дело обстоитъ подобно тому, какъ у белозора. Въ цветахъ Impatiens пыльники образуютъ родъ колпачка, который такъ плотно покрываетъ рыльце, что на первой поре цветенья его совершенно не видно. Только после того какъ этотъ колпачекъ оторвется и отпадетъ, рыльце обнажается и находится теперь на томъ самомъ месте, где раньше помещались пыльники. Въ этихъ случаяхъ положеше, которое рыльце занимало во время цветенья, не должно изменяться, чтобы животныя, нагруженный пыльцею, попадали на то самое место, где раньше находились пыльники. Зато столбики большинства камнеломокъ (напр., Saxifraga bryoides, cuneifolia, Geum, rotundifolia, stellaris), равно какъ и рыльца многихъ горечавокъ и въ особенности'револьверныхъ цветовъ гвоздичныхъ, должны непременно изменять свое положеше. Первоначально рыльца этихъ цветовъ сложены въ середине ихъ, а пыльники окружаютъ ихъ кольцомъ; затемъ, после того какъ пыльники отпадутъ и нити ихъ отогнутся въ сторону, столбики/ вернее рыльца, растопыриваются, изгибаются, скручиваются и занимаютъ какъ разъ то самое место, где раньше находились тычинки и освобождали свой цветень.
Еще бол'Ье р4зк1я движен!я производить столбики губоцв'Ьтныхъ. Какъ можно видйть на рисункЬ, изображающемъ лшпйй шалфей (Salvia glutinosa), въ первой nopt цв&гешя изъ-подъ края верхней губы высовывается только конецъ столбика въ видб простого остр!я (см. рис. 1 и 2 на 249 стр.; цвЪтокъ справа). Шмель, попа- даюпцй въ это время въ цветокъ, получаетъ отъ него пыльцу, но не касается
ю
Приспособления для удерживания принесенной пыльцы: 1) Цвйтокъ полевой ф!алки (Viola arvensio) часть лепестковъ срезана, 2) головчатый конецъ столбика этого цветка, снизу 3) завязь ф!алки, окруженная кону- сомъ пыльниковъ; на маленькую губу — рыльце намазывается пыльца при помощи остр!я; стрелка показываетъ направлете движешя этого остр!я; 4) рыльце нарцисса (Narcissus poeticus) съ мелко-зубчатыми краями; 5) рыльца шпажника (Gladiolus segetum) съ рбсничатыми краями; 6) пестикъ Sarracenia purpurea, завязь окружена тычинками; 7) воронковидное рыльце шафрана (Crocus sativus), два рыльца срезаны; 8) цвбтокъ Mandrogora vernalis въ первыхъ стад!яхъ расцв^татя, 9) тотъ же цвйтокъ въ бол-Ье позднихъ стадаяхъ цв^тетя, часть чашечки и венчика срезана; 10) цветокъ росянки (Drosera longifolia) сверху, 11) часть усаженнаго бородавочками липкаго рыльца росянки; 12) цвбты копытня (Asarum Europaeum) на первой стадш ихъ развит!я, 13) тотъ же цветокъ на позднейшей стадш; 14) рыльце Roemeria; 15) рыльце Opuntia vulgaris; 16) рыльце Thunbergia grandiflora, нижняя губа обмазывается ныльцею (направлете указано стрелкою); 17) цветокъ Azalea procumbens, часть лепестковъ срезана; 18) пестикъ мака (Papaver sonmiferum). Рис. 6, 18 естеств. велич., остальные несколько увеличены. Ср. 266—272 стр. текста.
конца столбика. Затемъ столбики дугообразно свешиваются внизъ, веточки его, образующая двулопастное рыльце, раздвигаются и становятся какъ разъ передъ входомъ въ цветокъ, такъ что шмели—посетители неизбежно должны обмазать ихъ пыльцою более молодыхъ цветовъ (см. рис. 2 на 249 стр.; цветокъ слева). Замечательное перемещеше рыльца и пыльниковъ наблюдается у цветовъ шпажника (Gladiolus), Helleborus, Иванъ чая (Epilobium angustifolium), зеленой Jacquinia и различныхъ видовъ жимолости (Lonicera), затемъ норичника (Scrophularia), у ви- довъ Pentstemon и Cobaea, наконецъ у многочисленныхъ пасленовыхъ, какъ, напр.
белладонн (Atropa), белены (Hyoscyamus), Scopolia и Mandragora. Если взглянуть на только что раскрывшшся цветокъ мандрагоры (см. рис. 8 на 265 стр.), то сей- часъ же за входомъ въ него, въ самомъ центре можно заметить округлое липкое рыльце. Тычинки, стояпцл вокругъ, еще замкнуты и прислонены къ внутренней стороне венчика, а такъ какъ къ этому времени входъ въ цветокъ еще не вполне раскрылся, то ихъ едва видно. Какъ поразительно меняется внешность цветка за какихъ-нибудь два дня! Столбикъ, несупцй рыльце, отогнулся въ сторону и прислонился къ внутренней стенке венчика, пыльники же, напротивъ, за это время успели передвинуться къ центру сильно расширившагося входа въ цве- токъ, покрыты пыльцою и такимъ образомъ, значитъ, переменились местомъ съ рыльцемъ (см. рис. 9 на 265 стр.). Въ известномъ отношены и у цветовъ многихъ зонтичныхъ, ворсянковыхъ и сложноцветныхъ, соединенныхъ въ зонтики или корзинки, тычинки и рыльца меняются местами: у нихъ рыльца всегда развиваются только тогда, когда соседшя съ ними тычинки уже съежились, а пыльники ихъ отвалились. Въ корзинкахъ многихъ ворсянковыхъ (Cephalaria, Succisa) вначале цветы покрыты пыльниками, потомъ, напротивъ того, видны только столбики съ рыльцами. Такъ какъ насекомыя нагружаютъ на себя при посещены этихъ соцветй массу пыльцы, то, разумеется, и выгрузка ея происходить такимъ же образомъ, т. е. насекомое, окруженное со всехъ сторонъ цветнемъ, попадая на другое со- цвейе, какъ бы усеянное многочисленными рыльцамп, лапками черезъ секунду вымазываетъ пыльцею несколько дюжинъ ихъ.
Нечего и объяснять, что маленьк!е острые шипики, твердыя щетинки и друг!я подобный образовали, указывающая животнымъ правильный путь, имбютъ такое же значен!е для выгрузки цветня на рыльце какъ и для нагрузки ея; въ этомъ отношены достаточно указать на сказанное на стр. 235, 259 и 263. Здесь придется упомянуть только объ одномъ образованы, также имеющемъ отношете къ выгрузке цветня на рыльце. Въ цветахъ многихъ крестоцветныхъ, напр., Kernera saxatUis (см. рис. 8 и 10 на 236 стр., изображающемъ это растете на начальной и конечной стады цветешя) лепестки во время раскрывашя цветка еще малы, торчать кверху, несколько загнуты внутрь и прилегаютъ къ большому рыльцу, почти совершенно запирающему входъ въ цветокъ. Насемомыя, желаюпця пососать меду, принуждены, благодаря такому положение лепестковъ, просовывать свой хоботокъ внутрь цветка у самаго рыльца. Если хоботокъ этотъ былъ вымазанъ пыльцею другого цветка, то она непременно должна коснуться рыльца. Затемъ, после того какъ рыльце увянетъ и лепестки увеличатся, весь цветокъ разрыхляется, покрытые цветнемъ пыльники становятся видимыми и доступными и, если насекомыя теперь пожелаютъ проникнуть своимъ хоботкомъ къ цветочному дну, то они снимуть цветень съ пыльниковъ. Тоже почти приспособлен!© повторяется съ некоторыми изме- нешями у цветовъ копытня (Asarum). Раскрыло околоцветника начинается у этого цветка съ того, что между тремя лопастями его образуются три щели для про- лезашя маленькихъ мухъ, желающихъ проникнуть внутрь цветка (см. рис. 12 на 265 стр.). Подъ этими тремя щелями располагаются рыльца, и насекомыя, пользующаяся указаннымъ входомъ, неизбежно должны перешагнуть черезъ нихъ и вымазаться ихъ пыльцею. Затемъ, когда рыльца уже нагружены ею, эти три лопасти околоцветника, соединявпияся до сихъ поръ на вершинб, расхо-
дятел (см. рис. 13 на 265 стр.). Тогда уже не нужно указывать насекомымъ
дороги.
Наряду съ наиболее удобными для выгрузки пыльцы формою и положешемъ рыльца приходится разсказать о способности его удерживать на се64 принесенную пыльцу. Какъ и следовало ожидать, въ этомъ отношеши цветы, посещаемые насекомыми, весьма мало напоминаютъ те, которые опыляются вет- ромъ. Во всехъ случаяхъ, когда насекомому приходится смести связанный между собою мучнистыя массы цветня, нежныя, перистыя рыльца злаковъ и многихъ другихъ растешй, опыляемыхъ при посредстве ветра, весьма мало годились бы; въ этихъ случахъ нужны рыльца съ выступающими впередъ краями, лопает я м и и ребрами, проходя мимо которыхъ животныя неизбежно оставлялибычастьпыльцы. Обыкновенно рядомъ съ выступающими впередъ
Выгрузка пыльцы: 1) Цв-Ьтокъ желтаго Mimulus luteus, 2) тотъ же цв-Ьтокъ въ продольномъ разр'Ьз^ съ откры- тымъ рыльцемъ, 3) тотъ же цвйтокъ съ закрытымъ рыльцемъ, 4) стержень, вводимый по направленно стрелки, оста- вляетъ принесенную на немъ пыльцу на нижней лопасти рыльца, 5) рыльце закрылось вслОДств1е этого движетя, стержень, продолжая движете по направлетю стрелки, открываетъ замкнутый пыльникъ и нагружается цвбтнемъ, 6) нижняя губа рыльца настолько приподнялась, что стержень, выводимый изъ цветка по направлетю стрелки, не прикасается къ нему, всл^дстае чего пыльца, которою онъ нагруженъ, йе попадаетъ на рыльце. Рис. 1—3 въ ест. величину, остальные нисколько увеличены.
краями находится и углублеше, заполняемое принесенной пыльцою. Такъ, напр., столбикъ Thunbergia (см. рис. 16 на 265 стр.) кончается воронкообразнымъ рыльцемъ, край котораго выступаетъ съ одного бока на подоб!е лопаты. Когда животныя, попадаюпця къ цветочному дну, касаются этого рыльца, то пыльца принимается лопатою и тотчасъ же попадаетъ въ воронковидное углублеше. На- секомыя, просовывающая свой хоботокъ въ цветокъ полевой ф!алки (Viola arven- sis), неизбежно должны коснуться очень узкой лопасти, которая выдается съ нижней стороны головчатаго рыльца (см. рис. 1—3 на 265 стр.), и когда хоботокъ облепится пыльцею, то она остается на одной стороне лопасти. Затемъ насекомое, вытаскивая хоботокъ обратно, прижимаетъ при этомъ лопасть къ головке рыльца, вследств!е чего только что оставленная на лопаточке пыльца попадаетъ въ полость рыльца. Цветы касатиковъ обладаютъ столбиками, крайне напоминающими по форме и окраске лепестки. На концахъ ихъ развиваются двугубыя рыльца (см. рис. 1 и 2 на 234 стр.). Верхняя губа поднята кверху, довольно велика и разделяется на две острыя лопасти, нижняя губа образуетъ тонкую узкую лопасть, вытянутую поперекъ. Путь, котораго придерживаются шмели, желаю- пце пососать меду съ цветовъ касатиковъ, ведеть подъ двулопастное рыльце и,
когда шмели нагружены пыльцою другихъ цветовъ, имъ невозможно бываете не коснуться тонкаго края нижней губы и они задеваютъ за него какз за ножъ рубанка, причемъ съ ихъ спины соскабливается вся пыльца и залягается между двумя губами. Мнопя педалиновыя, норичниковыя и пузырчатка (Martynia, Crotolaria, Catalpa, Mimulns, Rehmannia, Torenia, и Utricnlaria), примером которыхъ можетъ служить желтый Mimulns luteus (см. рис. 1—3 на 267 стр.), несутъ двулопастныя рыльца, производятся движешя. Когда цветень, принесенный насекомымъ, попадающимъ въ цветокъ, вымазываетъ нижнюю губу рыльца (рис. 4). то обе губы тотчасъ же складываются какъ листы въ книге (рис. 5) и такимъ образомъ принесенный цветень падаетъ на то место рыльца, где онъ можетъ развиваться дальше. Когда вследъ затбмъ насекомое вытаскиваетъ свой хоботокъ, забирая при этомъ пыльцу изъ запертаго крышечкою пыльника, то нечего бояться того, что эта пыльца . попадетъ на внутреннюю часть рыльца, такъ какъ нижняя губа его уже не стоить по дороге, а приподнята вверхъ, какъ бы прихлопнута (рис. 6).
Рыльце Mimulns luteus остается закрытымъ после прикосновешя иглою приблизительно впродолжеше пяти минуть, затЬмъ раскрывается снова, нижняя губа занимаетъ прежнее положеше и можетъ вновь захлопнуться отъ прикосновешя. У другого вида того же рода, именно у Mimulns Roezlii, рыльце остается закрытымъ впродолжеше семи минуть. То же можно сказать и о рыльцахъ катальпы (Catalpa). Дольше десяти минуть не остается закрытымъ ни одно рыльце назван- ныхъ выше растешй. Это повторяющееся раскрываше рыльца очень важно на тотъ случай, если бы прилетевшее насекомое не принесло съ собою цветня. Раскрываясь вновь, рыльце какъ бы ожидаетъ второго посещешя. Если и это посЬ- щевте окажется безрезультатнымъ, то оно можетъ раскрыться и въ третш разъ. Раскрываше и закрываше повторяется вообще до тбхъ поръ, пока наконецъ не прилетитъ такое насекомое, которое въ состояши принести пыльцу на рыльце. Родъ Glossostigma отличается отъ другихъ норичниковыхъ съ захлопывающимся рыльцемъ тбмъ, что рыльце ихъ образуется только одной раздражимою лопастью, которая наклоняется къ пыльникамъ и становится на пути проникающему въ цве- токъ насекомому. Лишь только оно коснется рыльца и цветень останется на немъ, лопасть эта приподнимается, такъ сказать, уступаетъ насекомому дорогу, и потому опылеше собственною пыльцею изъ соседнихъ пыльниковъ становится не- возможнымъ.
Приспособлешя, о которыхъ до сихъ поръ шла речь, сводятся къ тому, что посещающая цветокъ насекомыя смазывають свой цветень на выступаюпця лопасти, края и ребра, а оттуда она уже переносится на соответственно построенную часть рыльца. Къ этой первой группе приспособления: для удержашя цветня примыкаетъ вторая, состоящая въ томъ, что насекомое, проникающее къ цветочному дну, оставляетъ принесенную съ собою пыльцу на бородавчатыхъ клеткахъ кожицы рыльца. Это наблюдается, напримеръ, въ цветахъ мальвовыхъ и гвоздичныхъ, столбикъ которыхъ съ одной стороны усаженъ длинными, прозрачными какъ стекло сосочками и не только устроенъ какъ щетка, но и функщони- руеть подобнымъ же образомъ. Въ цветахъ солнцецвета (Helianthemum), равно какъ и у желтой лилш (HemerocaUis) на головчатомъ рыльце сидятъ длинные совочки, расположенные кисточкой, чаще же всего опушеше густыми, не особенно
длинными и тесно скученными волосками производить впечатлите бархата, и ташя рыльца въ описательной ботаникб носятъ назваше „бархатистыхъ". Изъ общеиз- вестныхъ растеши съ бархатистыми рыльцами можно назвать въ виде примера роды Erythraea, Daphne и Hibiscus. У многихъ растешй сосочки рыльца выдаются впередъ очень мало, и поверхность представляется тогда бородавчатой, шершавой, иногда даже зернистою. Когда цветы скучены и пыльцу приходится выгрузить сразу на несколько рылецъ, то они обыкновенно бывають линейными и только съ одной стороны усажены сосочками, какъ у Cephalaria, или же покрыты ими сплошь, цакъ у Armeria, но всегда они имеюуь такую форму и положеше, чтобы насекомыя, снуюпця по цветочной головке, могли возможно легче и скорее задеть все рыльца. У тЬхъ растешй, где рыльце, сидящее посредине чашевидныхъ цветовъ, служить местомъ пристанища для насекомыхъ, или вся поверхность его густо покрыта сосочками (напр., у Roemeria; см. рис. 14 на 265 стр.), или сосочки группируются въ полосы, расходяпцяся отъ средняго поля въ виде лучей, что прекрасно видно на рыльце мака (Papaver; см. рис. 18 на 265 стр.). Часто сосочки покрываютъ только край рылецъ и походятъ тогда на глазныя ресницы или на зубцы гребня. Это особенно наблюдается тогда, когда рыльце имеетъ форму одной или несколь- кихъ лопастей, когда эти лопасти углублены въ виде ложки, таза или воронки и сравнительно велики, и когда насекомыя при входе въ цветокъ касаются своимъ усыпаннымъ пыльцею теломъ только края этихъ рыльцевыхъ лопастей. Такъ бы- ваетъ, напр., въ цветахъ многихъ горечавокъ, нарциссовъ, шпажниковъ и шафра- новъ (напр., Gentiana Bavarica, Narcissus poeticus, Gladiolus segetum, Crocus sati- vus; см. рис. 4, 5 и 7 на 265 стр.).
Выгруженная пыльца задерживается между сосочками рыльца приблизительно такъ, какъ пыль остается на куске бархата, на щетке или на гребенке, и потому вовсе не требуется, чтобы рыльце непременно было липкимъ. Понятно, что въ по- следнемъ случай выгруженная пыльца удерживается еще лучше. Въ самомъ деле существуютъ рыльца, покрытыя слоемъ прозрачныхъ стекловидныхъ сосочковъ и въ то же время очень лшшя, благодаря выделешю поверхностными клетками кожицы слоя жидкости, напр., у росянки, Drosera, см. рис. 10 и 11 на 265 стр.). Въ общемъ, однако, эти случаи редки. Обыкновенно бархатистый и усаженныя длинными сосочками рыльца не бываютъ липкими, но такими оказываются бородав- чатыя и зернистыя рыльца. Примеромъ растешй съ очень липкими рыльцами могутъ служить зонтичныя, альшйсшя розы, толокнянки, верески, черника и брусника, грушанка, белладонна, гречихи и бартппя. Часто липкое рыльце кон- чаетъ собою нитевидный, тонкш столбикъ, представляется маленькимъ блюдцемъ или же вздувается въ виде головки и при этомъ меньше обращаетъ на себя вни- маше величиною, нежели блескомъ, которымъ оно обязано липкому покрову. У Swie- tenia Mahagoni оно имеетъ форму диска, у Azalea procumbens (см. рис. 17 на 265 стр.) плоской подушки съ пятью лучеобразно расходящимися краями, у ищцйской смоквы (Opuntia, см. рис. 15 на 265 стр.) оно образуетъ змеевидно завитое мясистое вздутае, обвивающееся вокругъ конца столбика, а у ночной свечи (Oenothera; см. рис. на стр. 270) оно состоитъ изъ четырехъ мясистыхъ, крестообразно распо- ложенныхъ линейныхъ лопастей. Замечательно, что липкая рыльца особенно часто встречаются у такихъ растешй, цветень которыхъ высыпается изъ пыльниковъ-пе- еочницъ въ виде муки или мелкаго сахара. Такими же рыльцами отличаются и все
растеши, у которыхъ цветень состоять изъ четверокъ клетокъ, оплетаемыхъ нежными нитями. У большинства названныхъ растешй цветень въ моментъ прикосновешя такъ крепко прилипаетъ къ рыльцу, что даже сильнымъ дуноветемъ или сотрясе- шемъ его нельзя уже более удалить. Мнопя лишая рыльца напоминаютъ прутья,
смазанныя птичьимъ клеемъ и употребляемый для ловли мел- кихъ птицъ. Сходство это тЬмъ больше, что тягуч!й слой, обу- словливающш липкость, не вы- сыхаетъ, а впродолжеше не- сколькихъ дней остается полу- жидкимъ и клейкимъ.
Во многихъ случаяхъ рыльца становятся липкими только после того, какъ ткань ихъ получаетъ способность вызывать проростате попавшихъ на нее пылинокъ. Въ этомъ отношенш очень замечательно растете Cephalaria Alpina, принадлежащее къ семейству вор- сянковыхъ. Уже вскоре после раскрыватя венчика растете это производить такое впечат- леше, будто рыльце его совершенно созрело и въ состояти удерживать цветень. Однако это основано на обмане зретя: если провести рукою по рыльцу, то цветень тотчасъ же сваливается съ него. Только че- резъ два дня онъ прилипаетъ плотно, после того какъ ткань рыльца покроется тонкимъ слоемъ липкой жидкости, не- видимымъ простымъ глазомъ;
Ночная св^ча (Oenothera biennis). (По Балл! о ну.)ЦВеТвНЬ ТОГДа ТОТЧаСЪ Жв На-
чинаетъ пускать трубочки, про- никаюпця въ ткань рыльца. Какъ и во многихъ другихъ случаяхъ, этого явлетя нельзя обобщать; такъ, напр., у большинства зонтичныхъ рыльца бываютъ уже липкими, хотя ткань ихъ не въ состояти оказать на пылинки должнаго действ!я. Въ цветахъ длиннаго лука (Allium Victorialis) пыльца также прилипаетъ къ рыль- цамъ уже въ то время, когда они еще не въ состояти заставлять пылинку пускать трубочки и даже не успели развить на себе свойственныхъ имъ бородавокъ. Рыльца орхидныхъ делаются липкими даже тогда уже, когда еще нетъ намека на семяпочки» Во всехъ этихъ случаяхъ лишай слой имеетъ назначеше удерживать
цветень на рыльце до т4хъ поръ, пока въ ткани его не произойдете известныхъ изменены, заставляющихъ пылинки пускать цветневыя трубочки.
Только что упоминавппяся лишая рыльца орхидныхъ замечательны, впро- чемъ, еще въ одномъ отношеши, окоторомъ стоить поговорить; речь идете о томъ способе, посредствомъ котораго цветень выгружается на рыльце. У гайннка (Epi- pactis latifolia), изображеннаго на 242 стр., рыльце имеете форму четыреугольной таблицы и обращено къ основанью тазовидной нижней губы, наполненной медомъ. Когда оса, слизывающая этотъ медъ, ударяется лбомъ о клювикъ, прикрепленный къ переднему краю рыльца, этотъ столбикъ моментально прилипаетъ къ ея лбу; затемъ оса покидаете цветокъ и при этомъ вытягиваете связанный съ клювикомъ два комка цветня и улетаете съ ними. И вотъ, лобъ осы оказывается украшеннымъ парою комковъ цветня, какъ это изображено на рис. 6 стр. 242. Сначала комки эти стоять на лбу прямо, затемъ, уже черезъ несколько минуть, ойи меняютъ свое положеше. Вследств1е высыхашя массы, связывающей отдельный четверки пыли- нокъ, они скручиваются, наклоняются къ ротовому аппарату насекомаго и кажутся двумя большими наростами на передней части головы, (см. рис. 7 на 242 стр.). Но разъ цветню нужно попасть на липкое рыльце другого цветка, иначе не можете и быть. Если бы комки цветня стояли на голове осы прямо, торчкомъ, то они не попали бы на рыльце другого цветка, съ котораго оса станете вновь слизывать медъ; такими образомъ они совершенно не будутъ исполнять своей роли или станутъ исполнять ее лишь очень плохо. Если же комки цветня свесились со лба осы внизъ, то она неизбежно должна прижать ихъ къ липкой четырехугольной поверхности рыльца. Четверки клетокъ цветня соединены въ круглые или неправильной формы четырехугольные комки, и эти комки, связанные посредствомъ тя- гучихъ нитей, въ свою очередь, расположены такъ, что образуютъ въ совокупности комочекъ. И вотъ, когда такой комочекъ прижимается къ липкому рыльцу, все пылинки, приходяпця въ соприкосновеше съ клейкимъ теломъ, прилипаютъ и при- томъ такъ сильно, что при отлете насекомаго чаще разрываются тягуч!я нити внутренности комка, но пыльца, приставшая къ рыльцу, уже не отстаете отъ него. Оба эти приспособлешя, играюпця такую важную роль при выгрузке пыльцы, именно вращен!е и опускан!е пыльцевого комка, торчавшаго вначале прямо, равно какъ и отрываше тонкихъ нитей, связывающихъ пылинки по четыре — наблюдаются не только у гайника (Epipactis), взятаго примеромъ, а еще у многихъ другихъ орхидныхъ, украшающихъ наши поля и леса. Сюда относятся виды Orchis, Gymnadenia и Platanthera. Отличаются отъ описаннаго приспособлешя въ цветахъ надбородника (Epipogum; см. рис. на 210 стр.). Здесь каждый комокъ цветня съ одной стороны окруженъ толстымъ тяжемъ, ведущими въ лишай клю* викъ (рис. 11). Когда комки цветня вытягиваются шмелемъ изъ своего убежища, они опрокидываются и получаютъ видъ двухъ вишень, качающихся на плодонож- кахъ. Отъ этого весь органъ, вытянутый изъ пыльниковъ, становится несколько длиннее, что очень важно: иначе цветень надбородника не могъ бы попасть на рыльце. Дело въ томъ, что у этого растешя рыльце помещается выше клювика и цветень можете попасть на него только въ томъ случае, если комки цветня будутъ сидеть на длинныхъ ножкахъ.
Каждое изъ этихъ приспособлены вновь подтверждаете положеше, что размерь всехъ органовъ, имеющихъ отношеше къ переносу пыльцы, долженъ быть
опредблень точнМшимъ образомъ, иначе цв^теше окажется безрезультатными. Пepeмiщeиie рыльца на одинъ миллиметръ уже можеть помешать цветню попасть на нужное Micro и произвести опылеше. Во многихъ случаяхъ даже еще бoлie незначительное H3MiHenie могло бы кончиться роковыми образомъ. Существуютъ растешя, рыльца которыхъ только въ извЪстныхъ, очень небольшихъ участкахъ HMiioib способность заставлять psiTeHb пускать трубочку. У астръ такимъ MicroMb является лишь узшй край крошечныхъ в^очекъ столбика, у многихъ губоцв^- ныхъ—только кончикъ нижней в^очки столбика. Одно изъ нaибoлie крупныхъ рылецъ встр4чается у Sarracenia purpurea. Рыльце имЪетъ здЪсь форму зонтика (см. рис. 6 на 265 стр.) въ 3,5 см. поперечникомъ, на краю его находятся пять лопастей, а въ глубииЬ выемокъ между лопастьми на внутренней поверхности по маленькому сосочку. Только эти сосочки способны воспринимать цвЪтень, и если считать рыльцемъ лишь то Micro, на которомъ цв^ень можеть пускать трубочки, то у Sarracenia окажется пять рылецъ въ вщ$ сосочковъ.
За выгрузкой цвiтня на рыльце cлiдyютъ не только HSMineHifl въ пыльникахъ и ткани рыльца, но также и въ окружающихъ частяхъ 4BiTKa, именно въ в!нчик& Что касается перваго, то уже нево- оруженнымъ глазомъ можно залйтить завядаше, съеживаше и измгЬнеше окраски поверхностныхъ кл^окъ. У Bcixb Tixb растешй, лишая рыльца которыхъ не за- ставляютъ пылинокъ тотчасъ же проростать въ трубочки, иногда до этихъ H3MiHe- шй проходятъ п^лыя не^ли, у другихъ же растешй это наблюдается уже черезъ ^сколько часовъ. Въ этомъ отношеши зaмiчaтeльны пасленовыя, именно адамова голова (Nicandra physaloides) и белладонна (Atropa Belladonna). Мало того, что у нихъ уже черезъ часъ пocлi опылешя рыльце начинаетъ 6ypiTb и увядать — даже и весь столбикъ подвергается HSMiHeniro, oтдiляeтcя отъ завязи и сбрасывается. Значить, въ этомъ cлyчai тотчасъ пocлi того какъ luiiTKH npiTHa попадутъ на ткань рыльца, начинаютъ развиваться пыльцевыя трубки, уже черезъ ^сколько часовъ достигаюпця сЬмяпочекъ, скрытыхъ внутри завязи.
Еще бoлie бросаются въ глаза ri изм4нешя, которымъ подвергаются лепестки. Лишь только завянетъ рыльце, сейчасъ же отмираютъ и лепестки, отд1ляются отъ цвiтoлoжa и отпадаютъ.
Увядаше лепестковъ происходить различнымъ способомъ. Они теряютъ свою упругость, наклоняются другъ къ другу, уменьшаются въ o6beMi и BMicri съ ймъ H3MiHai0Tb свой цв^ъ. Изъ лепестковъ однодневныхъ psiTOBb при этомъ изъ тканей выделяется вода, подобно тому какъ это бываетъ у листьевъ, побывав- шихъ осенью на сильномъ Moposi и sariMb выставленныхъ на солнопёкъ: они становятся вялыми и получаютъ такой видъ, будто ихъ мяли или выварили. Со- psiTiH HiKoropHXb мотыльковыхъ, напр., изъ рода клевера (Trifolium), высыхають и шуршать какъ сухая листва. Серединою между этими двумя противоположностями являются Ti многочисленные цв^ты, которые завядаютъ, съеживаются, загибаются и въ конце концовъ опадаютъ, какъ это бываетъ у многихъ KpecTonpiT- ныхъ, валер!анъ и сложноцв^ныхъ. Лепестки при увядаши принимаютъ по большей части то самое положеше, которое занимали въ почкахъ. Такъ, напр., язычковые UBiira козлобородника (Tragopogon) при увядаши закатываются въ трубочку и такимъ образомъ получаютъ тотъ самый видъ, какой HMixn при раскрываши. Конечно, это явлеше не безъ исключешй; язычковые HBim Bellidiastrum и многихъ
другихъ астръ при увяданш завертываются спирально кнаружи, а у Hieracium sta- ticaefolium тоже спирально, но внутрь, да и вообще такое винтовое закручиваше завядающихъ, засыхающихъ и изменяющихъ окраску лепестковъ не является редкостью. Уже прежде мы при случае разсказали о томъ значенш, какое имеетъ изменеше окраски, идущее рука объ руку съ завядашемъ лепестковъ (см. 207 стр.). У многихъ растенш случается, что вскоре после опылешя соседше лепестки на- чинаюеъ порознь или въ совокупности отпадать, не завядая предварительно, примеромъ чему могутъ служить цветы розъ, миндальныхъ деревьевъ, первоцветовъ и фуксш.
Внезапное увядаше и отпадете лепестковъ действительно находится въ связи съ выгрузкою цветня на рыльце, другими словами, съ проникновешемъ цветневыхъ трубочекъ въ ткань рыльца; это было доказано многочисленными опытами, поставленными нарочно для решешя этого вопроса. Если изъ двухъ раскрывшихся въ одно и то же время цветовъ одинъ обсыпать цветнемъ, а другой поставить въ так!я услов!я, чтобы выгрузка на него посторонней пыльцы стала невозможною, последней цветокъ всегда остается долгое время свежимъ и лепестки его дольше остаются на цветоложе чемъ въ первомъ случае. Изъ двухъ распустившихся въ одно и то же время и поставленныхъ въ одинаковый услов!я цветовъ крупноцветнаго льна (Linum grandiflorum) венчикъ цветка, рыльце котораго было обсыпано пыльцою, сохранился 35 часовъ, цветы же, рыльце которыхъ не получало пыльцы, держались 80 часовъ. Изъ двухъ цветовъ Anagallis Philippi, одинаковаго возраста, венчикъ того цветка, на который попала пыльца, опалъ черезъ четыре дня, у цветовъ же, защищенныхъ отъ пыльцы, онъ держался шесть дней. Цветы Mamillaria glochidiata, рыльца которыхъ покрыты цветнемъ, завяли и закрылись на два дня раньше неопыленныхъ. Если бы вообще требовалось доказа- тельствъ, чтобы признать за венчикомъ значеше органа, привлекающаго насеко- мыхъ, то приведенные нами факты могли бы вполне удовлетворить насъ. Разъ цель достигнута, разъ рыльце покрылось цветнемъ, дальнейшая приманка насе- комыхъ оказывается лишнею; лепестки тотчасъ же перестаютъ функщонировать, отпадаютъ или вянутъ, не расходятся уже более, словомъ перестаютъ служить для животныхъ средствомъ приманки. Это можно объяснить себе только такимъ обра- зомъ, что изменетя, вызванный въ ткани рыльца развивающимися клетками цветня, начинаютъ касаться более и более широкихъ областей, что въ конце кон- цовъ они распространяются и на лепестки, и что вследств!е химическихъ молеку- лярныхъ перемещенш, распространяющихся отъ ткани рыльца до венчика, происходить внезапное ослаблеше связи лепестковъ съ цветоложемъ и столь же внезапное уменьшеше тургора лепестковъ.
Здесь приходится упомянуть еще и о томъ, что- преждевременному отмиранью и отпадешю лепестковъ только что опыленныхъ цветовъ противополагается явлен!е крайней продолжительности цвeтeнiя махровыхъ цветовъ, особенно техъ, все тычинки и плодолистики коихъ превратились въ лепестки. Таше цветы держатся на 2, 3, даже 8 дней дольше такъ называемыхъ простыхъ цветовъ. Это наблюдается особенно ясно у пеларгошй, тюльпановъ, гвоздикъ и левкоевъ.
1818Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растенш. т. II.
18
18
Скрещиваже.
Когда Гёте жилъ въ Карлсбаде, молодой садовникъ ежедневно приносилъ пучки цветущихъ растеши собравшимся къ источнику прйзжимъ. Все, мужчины и женщины, съ живымъ интересомъ искали назвашй этихъ растеши при помощи сочиненш знаменитаго уже въ то время шведскаго ботаника Линнея. Это оты- скиваше назвашй называлось опред4лен1емъ растешй, и диллетанты занимались имъ съ болыпимъ усердаемъ, смотря на него какъ на особый видь игры въ загадки или какъ на пр!ятное, занимательное времяпрепровожден1е. И среди спе- щалистовъ Линней нашелъ сочувств!е, какое редко приходилось встречать современнику. Его методъ быстро завоевалъ весь образованный м!ръ и его „система" въ школахъ царствовала нераздельно. Подымались также, правда, и притомъ преимущественно изъ среды диллетантовъ, единичные голоса противъ новаго учешя. Гёте разсказываетъ, что несколько посетителей Карлсбада называли заняйе ра- стетями по руководству шведскаго ботаника пустою игрою, которая не даеть ничего ни уму, ни воображенью и никого не можетъ на долго удовлетворить. Очевидно, и Гёте понялъ слабость Линнеевскаго метода. Счетъ и заняпе числами и безъ того были не по немъ, какъ и основанное на мало заметныхъ признакахъ различеше формъ; его интересовало гораздо менее то, чбмъ растенья отличались, чемъ то, что у нихъ было общее и что весь м!ръ растеши соединяло въ одно, составленное изъ многихъ членовъ, целое, и понятно, что онъ никогда не могъ увлечься Линнеевской ботаникой.
Но, какъ это ни странно, то, что, Гёте призналъ за слабую сторону Линнеевской системы, было и ея силою. Какъ разъ то обстоятельство, что числа могли служить верною путеводною нитью въ массе растительныхъ формъ, что давалась возможность, посредствомъ счета цветочныхъ частей, достичь яснаго разделешя растешй, и въ значительной степени также настойчивое проведеше выставленныхъ принциповъ, действовали обаятельно на любителей и ученыхъ. Эти же преимущества объясняють также, почему въ новейшихъ ботаническихъ сочинешяхъ постоянно возвращаются къ Линнеевской системе, когда требуется кратчайшимъ путемъ узнать место, которое какой либо видь занимаеть среди безконечнаго сонма наблюденныхъ до сихъ поръ растительныхъ формъ.
Позже явится еще случай ближе заняться оценкою различныхъ системъ растешй съ исторической точки зрешя; здесь насъ интересуетъ Линнеевская система только въ виду вопроса о распределена тычинокъ и плодниковъ, т. е. органовъ, въ которыхъ развиваются те и друпя половыя клетки. Данный, полученный изъ изеледовашя распределешя этихъ органовъ, въ которыхъ развиваются оплодотво- ряюлця и оплодотворяемый, т. е. мужешя и женскья, половыя клетки, и соста- вляютъ основы системы Линнея, служапця главнейшими признаками для разгра- ничешя такъ называемыхъ классовъ, которыхъ у Линнея 24.
Классы 1 — 20 Линнеевской системы содержать явнобрачныя, все цветы, которыхъ обоеполы, т. е. у которыхъ каждый цветокъ даннаго вида содержитъ и тычинки, и пестики. Въ 1 —13 классъ размещены виды, тычинки которыхъ одинаковой длины и не срощены ни между собою, ни съ пестикомъ, а каждый изъ этихъ 13 классовъ отличается по числу развитыхъ въ каждомъ цветке тычинокъ.
Растешя съ одною тычинкою въ каждомъ цвбткб помещены въ первый классъ, съ двумя тычинками въ каждомъ цвбткб во 2-й классъ, и такъ далбе до 10-го класса, къ которому относятся растешя съ десятью тычинками. Классъ 11-й заключает растешя, содержатся 11 — 20 тычинокъ, классы 12 и 13 тб, цвбты которыхъ содержать 20 и болбе тычинокъ въ каждомъ цвбткб. Оба послбдше классы Линней отличает, руководствуясь тбмъ, возникают ли тычинки на оси выше или ниже мбста прикрбплешя пестика. Въ 14 и 15 классы отнесены веб растешя, въ обоеполыхъ цвбтахъ которыхъ тычинки не равной длины, а именно цвбты при- надлежапце къ 14 классу растешй, содержать четыре тычинки, изъ которыхъ двб длиннбе и двб короче, а цвбты растешй, отнесенныхъ къ 15 классу, имбютъ шесть тычинокъ, изъ коихъ четыре длиннбе и двб короче. Классы 16 — 20 заключают веб явнобрачныя, тычинки которыхъ какимъ либо образомъ срощены между собою или съ пестикомъ. Къ 16 классу принадлежат растешя, у которыхъ веб тычинки цвбтка срощены своими нитями въ трубку, къ 17 классу ташя, у которыхъ тычинки, вслбдств!е сросташя нитей, образуют двб группы, а къ 18 классу ташя, у которыхъ тычинки, вслбдств!е сросташя нитей, образуют три или болбе пучковъ. У растешй 19 класса въ каждомъ цвбткб пыльники срощены между собою въ трубку, а въ 20 классъ отнесены растешя, тычинки коихъ срощены съ пестикомъ. Затбмъ слбдуютъ растешя, цвбты которыхъ не обоеполы или лишь частью обоеполы, и изъ нихъ въ 21 классъ помбщены однодомныя растешя, т. е. на одномъ и томъ же недблимомъ несупця частью тычиночные, частью плодупце цвбты, а въ 22 классъ двудомный растешя, развиваюлця на одномъ недблимомъ лишь тычиночные цвбты, на другомъ только плодупце цвбты. Классъ 23 заключает многобрачный (polygamia), т. е. растешя, у которыхъ тычиночные, плодупце и обоеполые цвбты развиты то на томъ же, то на разныхъ не- дблимыхъ въ разнообразной группировкб. Въ 24 классъ соединены веб тайнобрачный.
Линней, слбдовательно, приписывалъ 20 изъ 23 классовъ явнобрачныхъ обоеполые цвбты. При такомъ перевбеб обоеполые цвбты казались ему составляющими правило; онъ считалъ ихъ совершеннбе однополыхъ, приводилъ ихъ численный перевбеъ въ непосредственную связь съ образовашемъ плодовъ и думалъ сое- динеше тычинокъ и завязей въ одномъ цвбткб всего проще и всего естественнбе объяснить тбмъ, что, вслбдств!е непосредственнаго сосбдства способныхъ къ зача- т!ю и оплодотворяющихъ органовъ, оплодотвореше могло происходить гораздо легче, чбмъ при разъединеши въ пространствб, а поэтому образоваше всхожихъ ебмянъ всего вбрнбе обезпечено. Словомъ, составилось представлеше и выразилось даже въ видб основного положешя, что оплодотвореше въ обоеполыхъ цвбтахъ начинается перенесешемъ пыльцы на принадлежащее тому же цвбтку рыльце, т. е. происходит процессъ, который теперь мы называемъ самоопылен!емъ (auto- gamia). Позднбйппя изелбдовашя, однако, показали, что нбкоторыя растешя имбютъ лишь съ виду обоеполые цвбты, что хотя въ ихъ цвбтахъ и находятся рядомъ тычинки и пестики, но пыльцевыя клбтки въ пыльникахъ недоразвиты и лишены способности производить оплодотвореше. Въ нбкоторыхъ цвбтахъ, считавшихся обоеполыми, въ свою очередь, завязь оказалась настолько измбненною, что не была способна производить всхож!я обмена. Также и снабженный частью однополыми, частью обоеполыми цвбтами растешя, который Линней назвалъ многобрачными
и соединилъ въ 23-й классъ, встречаются гораздо чаще и въ гораздо большемъ раз- нообразш, чемъ это принималось раньше.
Съ точки зр^шя нашихъ теперешнихъ сведены правильнее называть цвет- ковыя растешя двуполыми и однополыми. Двуполые цветы содержать кроме пестика всегда еще одну или несколько тычинокъ. Въ пестике развиваются семяпочки, изъ которыхъ после совершившагося оплодотворетя получаются всхож!я семена, а въ пыльникахъ тычинокъ развивается способная къ оплодотворешю пыльца. Прежде эти двуполые цветы называли обоеполыми, но теперь следуетъ еще определеннее установить это выражеше, называя ихъ настоящими обоеполыми цветами.
За двуполыми следуютъ однополые цветы. Для нихъ характерно, что только часть участвующихъ при оплодотворенш органовъ достигла полнаго развитая и можетъ исполнить свою задачу. Однополые цветы, содержание лишь пестики съ способными къ развитаю семяпочками, а тычинки которыхъ недоразвиты или со- всемъ отсутствуют^ называются женскими или плодущими цветками; цветы, заключаюпце лишь тычинки съ способною къ оцлодотворешю пыльцею, а пестики которыхъ недоразвиты или совсемъ отсутствують, называются мужскими или тычиночными цветами. Можно различить четыре формы однополыхъ цветовъ: 1) Ложно-обоеполые плодущ!е цветы, въ которыхъ развиты пестики и тычинки, и потому на первый взглядъ производящее впечатлевае обоеполыхъ цветовъ. Ихъ пестики содержать способные къ оплодотворенш и къ развитаю семяпочки, но клетки, образуюпцяся въ ткани пыльниковъ, лишены способности вызывать оплодотвореше. 2) Ложно-обоеполые тычиночные цветы. Они составляють противоположность ложно-обоеполымъ плодущимъ цветкамъ. Такъ какъ въ нихъ тоже содержатся пестики и тычинки, то ихъ можно было бы принять за обоеполые цветы, но более внимательное изследоваше показываетъ, что здесь завязи не достигають того развитая, какое необходимо для получешя всхожихъ семянъ; семяпочки, а обыкновенно и рыльце, пестика отстаютъ въ развитаи, тогда какъ пыльца въ пыльникахъ достигаетъ полной половой зрелости. 3) Чисто плодущ!е цветы. Въ нихъ находятся только способные къ развитаю плодники, тычинокъ же нетъ и следа. 4) Чисто тычиночные цветы, противоположность чисто плодущимъ. цветамъ; они содержать тычинки, въ пыльникахъ которыхъ развивается половозрелая пыльца, но совершенно лишены плодниковъ. За однополыми следуютъ пустые цветы (пустоцветъ), которые или совершенно лишены плодниковъ и тычинокъ и состоять только изъ покроволистиковъ, или въ середине которыхъ находятся половые органы въ недоразвитомъ виде.
Представленный здесь формы цветовъ связаны многими переходами. Въ, обоеполыхъ цветахъ дивалы (Scleranthns) нередко изъ четырехъ тычинокъ недоразвиты две или три; тычинки хотя и стоять на своемъ месте, но пыльники сморщены и лишены половозрелой пыльцы; только одна или две тычинки хорошо^ развиты. Изъ восьми тычинокъ разводимой въ цветникахъ Clarkia pulchella обыкновенно лишь четыре, стояпця между лепестками, образують способную къ оплодотворешю пыльцу, остальныя же 4 имкютъ недоразвитые пыльники. Но иногда недоразвиты 5, 6, 7 или даже все пыльники. Известное подъ назвашемъ мокрицы сорное растете SteUaria media имкетъ въ двухъ пятичленныхъ мутовкахъ десять тычинокъ; но лишь редко все оне несутъ пыльники съ плодотворною пыльцею»,
обыкновенно 5 внутреннихъ и не редко еще одна, другая во внешней мутовке сморщены и лишены .пыльцы. Taide случаи образуютъ ясные переходы отъ настоящихъ обоеполыхъ цвбтовъ къ ложно-обоеполымъ плодущимъ цветамъ. Цветочный головки черноголовника (Poterium polygamum) содержать кроме чисто плодущихъ и чисто тычиночныхъ цветовъ еще настояпце обоеполые цветы. Въ чисто тычиночныхъ цветахъ большею частью развито 16 тычинокъ; обоеполые цветы содержать 8, 7, 6 и, постепенно беднбя, иногда только одну тычинку. Остальныя тычинки здесь не недоразвиты, а совсбмъ не залягаются и совершенно отсутствуютъ. TaKie цвбты можно прямо считать за переходы отъ настоящихъ обоеполыхъ цвбтовъ къ чисто плодущимъ цвбтамъ; если представимъ себб, что выпадете тычинокъ идетъ еще дальше, чбмъ только что описано, и примемъ, что и послбдняя тычинка не была заложена, то предполагаемый цвбтокъ будетъ уже не обоеполымъ, а чисто плодущимъ.
Необычайно разнообразны также степени обособлетя въ отдблб ложно-обоеполыхъ плодущихъ и тычиночныхъ цвбтовъ. Татарникъ (Cirsium), цвбтущш ясень (Fraxinus Ornus), спаржа (Asparagus officinalis), хурма (Diospyros Lotus), виноградъ (Vitis vinifera), некоторый скабюзы, камнеломки, валер!аны и т. д. частью имбютъ цвбты, которые при первомъ взглядб можно принять за обоеполые. Въ нихъ не только имбются ясные, хорошо развитые пестики, но также виднбются и тычинки, въ пыльникахъ которыхъ развились въ большемъ или меныпемъ количествб пыль- цевыя клбтки; но опыты съ такою пыльцою показали, что она, будучи перенесена на рыльца, не развиваетъ пыльцевыхъ трубокъ, и тате цвбты, слбдовательно, не настояпце обоеполые, а лишь лже-обоеполые цвбты. То же можно сказать и о части цвбтовъ въ метелкахъ конскихъ каштановъ (Aesculus, Pavia) и нбкоторыхъ видовъ щавеля (Rumex alpinus, obtusifolius и др.), а также о цвбтахъ въ середине корзинокъ мать-и-мачихи, ноготковъ и белокопытника (Tussilago, Calendula, Petasites), имбющихъ видъ настоящихъ обоеполыхъ цвбтовъ, но изъ завязей которыхъ никогда не получается плодовъ съ всхожими семенами, такъ какъ рыльце не такъ устроено, чтобы перенесенная на нихъ пыльца могла развивать трубки. Но, съ другой стороны, известно очень много растешй, въ цвбтахъ которыхъ то пестики, то тычинки настолько неразвиты, что ихъ можно заметить лишь при тщатель- нбйшемъ изслбдовати. Дневной горицвбтъ (Lychnis diurna) на нбкоторыхъ кус- тахъ имбетъ цветы съ хорошо развитыми пестиками и воспршмчивыми рыльцами но тычинки въ нихъ очень мелки, представляютъ треугольный тельца длиною едва 1 мм., а вместо пыльника находится маленькш узелокъ безъ пыльцы. На другихъ кустахъ тотъ же горицветъ приноситъ цветы съ 10 тычинками, длинныя, лентовидныя нити которыхъ заканчиваются крупными пыльниками съ половозрелою пыльцею; но на мбстб пестика находится очень маленькш узелокъ съ двумя кончиками вместо рылецъ.
Подобное же явлете наблюдается и въ цвбтахъ нбкоторыхъ валер!ановъ (Valeriana dioica, simplicifolia и др.). Въ кистяхъ явора (Acer Pseudoplatanus) можно заметить веб возможные переходы отъ ложно-обоеполыхъ тычиночныхъ цвб- товъ съ сравнительно большими завязями къ такимъ, въ которыхъ пестики недоразвиты или совершенно отсутствуютъ. Эти случаи, къ которымъ можно прибавить еще много другихъ, показываютъ, что нбтъ недостатка въ переходахъ отъ ложно-обоеполыхъ къ чисто-плодущпмъ и чисто-тычиночнымъ
дветамъ; заметимъ еще, что у растенш съ пустыми цветами, особенно унбсколь- кихъ видовъ степного пацинта (Muscari), наблюдались переходы отъ настоящихъ обоеполыхъ цвбтовъ къ пустоцвету. Следует упомянуть еще о замечательныхъ образоватяхъ, названныхъ галловыми цветами (ср. стр. 148): это тоже, собственно, пустые цветы и отъ нихъ иногда встречаются несомненные переходы къ чисто-плодущимъ цветамъ. Не смотря на эти переходы, до некоторой степени сглаживаюпце границы между различными формами цветовъ, лучше удержать примененный для отдельныхъ формъ назвашя, такъ какъ иначе было бы невозможно наглядно представить распределеше половъ у явнобрачныхъ.
Какъ уже было упомянуто, ботаники въ прежнее время довольствовались разделешемъ растенш относительно распределешя половъ на растешя съ обоеполыми, однодомными, двудомными и многобрачными цветами (ср. стр. 267); но такое разделеше не соответствует более современному состояние нашихъ све- дбшй. Въ последующемъ мы попытаемся дать приблизительный обзоръ крайне запутанныхъ по этому вопросу отношешй, имея, насколько возможно, въ виду и старое разделеше.
Къ первой группе относятся виды, развивающее на всехъ недели- мыхъ исключительно настоящее обоеполые цветы. Хотя она и не такъ велика, какъ думали во времена Линнея, но все же она, наверно, самая значительная и заключает, во всякомъ случае, более трети всехъ явнобрачныхъ рас- тенгй. Въ виде примеровъ назовемъ сирень, бирючину, гусиный лукъ, волчье лыко, сусакъ, липу и ветреницу. Затемъ следует вторая группа видовъ, где недблимня, кроме настоящихъ обоеполыхъ цветовъ, разви- ваютъ еще ложно-обоеполые плодущ!е цветы, какъ, напр., Oxyria digyna и Geranium lucidum. Третья группа заключает виды, кусты которыхъ развиваютъ, кроме настоящихъ обоеполыхъ цветовъ, еще ложнообоеполые тычиночные цветы. Между темъ какъ вторая группа представлена лишь бедно, въ третью относятся сотни видовъ изъ различнейшихъ семействъ. Отметимъ птелею (Ptelea trifoliata), луговую гречиху или змбевикъ (Polygonum Bistorta), кокете каштаны (Aesculus, Pavia), некоторый аралш (напр., Aralia nudicaulis), несколько видовъ подмаренника и ясменника (напр., Galium Cruciata, Asperula taurina) и особенно мнопя зонтичныя. У последнихъ расположете и распределеше обоего рода цветовъ для каждаго рода точно узаконено и находится въ самой тесной связи съ явлешями при перенесенш пыльцы, другими словами, съ перекрестнымъ опылешемъ и последующимъ самоопылешемъ. У Anthriscus въ зонтичкахъ средняго зонтика преобладают настоящее обоеполые цветы, окруженные немногими ложно-обоеполыми тычиночными цветами; зонтички боковаго зонтика, наоборот, состоят только изъ ложно-обоеполыхъ тычиночныхъ цветовъ. У Caucalis срединные зонтички построены исключительно изъ ложно-обоеполыхъ тычиночныхъ цветовъ, тогда какъ остальные зонтички состоят изъ двухъ настоящихъ обоеполыхъ цветовъ и 4 — 7 ложно-обоеполыхъ тычиночныхъ цветовъ. У Astrantia крупные срединные зонтички содержат 12, окруженныхъ немногими ложно-обоеполыми тычиночными цветами, настоящихъ обоеполыхъ цветовъ, боковые же меньппе зонтички состоят только изъ ложно-обоеполыхъ тычиночныхъ цветовъ. У Athamanta cretensis, Chaerophyllum aromaticum и Meum Mutellina во всехъ зонтичкахъ находится одинъ срединный настоящей обоеполый цветокъ; онъ
окруженъ ложно-обоеполыми тычиночными цветами, а последше опять окружены настоящими обоеполыми цветами. Chaerophyllum Cicutaria и Laserpitium latifo- hum содержатъ во всехъ зонтичкахъ ложно-обоеполые тычиночные цветы на короткихъ цветоножкахъ, окруженные настоящими обоеполыми цветами на длин- ныхъ ножкахъ. Turgenia latifolia содержитъ во всехъ зонтичкахъ 6 — 9 ложно- обоеполыхъ, правильныхъ цветовъ въ середине и 5 — 8 настоящихъ обоеполыхъ, неправильныхъ цветовъ по окружности, а у Sanicula Europaea въ каждомъ зон- тичке три срединныхъ настоящихъ обоеполыхъ цветка окружены 8 —10 ложнообоеполыми тычиночными цветами. Въ четвертой группе каждый экземп- ляръ несетъ кроме настоящихъ обоеполыхъ цветовъ также настоя- щте плодупце цвбты. Сюда относится большое число сложноцветныхъ, типомъ которыхъ можно считать астры (Aster, Bellidiastrum, Stenactis, Solidago, Buphthal- mum, Inula, Arnica, Doronicum и т. д.). Трубчатые цветы средней части каждой корзинки суть настоящее обоеполые, язычковые же цветы края — чисто плодупце цветы. То же самое распределеше половъ встречается и у тбхъ сложноцветныхъ, краевые цветы которыхъ не язычковидные, а нитевидные, какъ у Homogyne и Helichrysum. За исключешемъ названныхъ сложноцветныхъ, такое распределеше наблюдается очень редко. Пятая группа заключаетъ виды, которые на всехъ кустахъ кроме настоящихъ обоеполыхъ цветовъ разви- ваютъ также чисто-тычиночные цветы, напр., чемерица (Veratrum), цар- ск!й венецъ (Fritillaria imperialis), белокрыльникъ (Galla palustris) и мнопе злаки изъ родовъ Andropogon, Arrhenatherum, Hierochloa, Holcus и Pollinia. Къ шестой группе относятся виды, которые на всехъ кустахъ кроме ложнообоепо- лыхъ тычиночныхъ цвбтовъ приносятъ чисто-плодупце цвбты, но лишены настоящихъ обоеполыхъ цветовъ. Къ этой группе принадлежать ноготки (Calendula), мать-и-мачиха (Tussilago) и Micropus. Въ серединномъ участке корзинки находятся у этихъ сложноцветныхъ трубчатые ложнообоеполые тычиночные цветы. Эдельвейсъ (Gnaphalium Leontopodium) и белокопытникъ (Petasites) также относятся къ этой группе. Но распределеше въ отдельныхъ корзинкахъ у обоихъ последнихъ растений своеобразно и отлично отъ распределешя у друтихъ, выше поименованныхъ сложноцветныхъ. Эдельвейсъ встречается, именно, въ трехъ формахъ. У одной средняя корзинка всего соцветия содержитъ только ложно-обоеполые тычиночные цветы, тогда какъ расположенный вокругъ нея корзинки состоять изъ чисто-плодущихъ цветовъ, у второй формы средняя корзинка также состоить исключительно изъ ложно-обоеполыхъ тычиночныхъ цветовъ, но въ краевыхъ корзинкахъ ложно-обоеполые тычиночные цветы окружены чистоплодущими цветами, а у третьей формы все корзинки заключаютъ ложно-обоеполые тычиночные цветы, окаймленные чисто плодущими. У белокопытника все корзинки въ середине имбють ложно-обоеполые тычиночные цветы и по окружности чисто плодупце, но число этихъ цветовъ, къ удивленно, различно на раз- ныхъ кустахъ. Одни кусты содержатъ въ корзинкахъ очень много ложно-обоеполыхъ тычиночныхъ цветовъ и лишь очень мало чисто плодущихъ, друпе наобо- ротъ. Эти двоякаго рода кусты очень заметно отличаются и по внешнему виду, такъ что при бегломъ разсматриванш белокопытникъ можно принять за двудомное растете. Седьмая группа заключаетъ все те виды, которые на всехъ кустахъ развиваютъ, кроме чисто тычиночныхъ цветовъ, чисто
плодупце цв4ты и которые прежде, собственно, и называли однодомными. Примерами этой большой группы будутъ: дубъ (Quercus; см. рис., ниже), лещина (Corylus; см. рис., стр. 137), ольха (Alnus; см. рис., стр. 127), грецкш орбхъ (Juglans; см. рис., стр. 88), сосна (Finns; см. рис., стр. 134), нисколько кра- пивныхъ (напр., Urtica urens), мнопя ароидныя (Arum, Ariopsis, Arisema, Richardia
Прим^ръ однодомнаго растен!я: Л^тыш дубъ (Quercus pedunculata), въ верхней части в^тви плодупце цвЪты, въ нижней части тычиночные цв^ты, 2) отдельный плодупцй цветокъ того же растешя, 3/ три тычиночныхъ цветка того же растешя. Фиг. 1 въ ест. велич., фиг. 2 и 3 увелич. 4 раза. Ср. текстъ, стр. 280.Прим^ръ однодомнаго растен!я: Л^тыш дубъ (Quercus pedunculata), въ верхней части в^тви плодупце цвЪты, въ нижней части тычиночные цв^ты, 2) отдельный плодупцй цветокъ того же растешя, 3/ три тычиночныхъ цветка того же растешя. Фиг. 1 въ ест. велич., фиг. 2 и 3 увелич. 4 раза. Ср. текстъ, стр. 280.и др.), мнопя пальмы, большое количество болотныхъ и водныхъ растеши (Myriophyl- lum, Sagittaria, Spar- ganium, Typha, Zan- nichellia), несколько злаковъ (Heteropogon, Zea Mays) и въ особенности много моло- чайныхъ и тыквенныхъ растеши. Виды восьмой группы имеютъ на каждомъ куст-Ь трояк!е цветы, на- стоящ!е обоеполые, ложно - обоеполые плодушде и ложнообоеполые тычиночные цветы. Сюда относятся разные клены (напр., Acer Pseudoplatanus й pla- tanoides), сумахи (напр., Rhus Cotinus и Toxicodendron), лавры (напр., Laurus nobilis и Sassafras), несколько щавелей (напр., Rumex alpinus и obtusifolius), стенница (Parietaria), а также некоторый камнеломки (напр., Saxi-
Прим^ръ однодомнаго растен!я: Л^тыш дубъ (Quercus pedunculata), въ верхней части в^тви плодупце цвЪты, въ нижней части тычиночные цв^ты, 2) отдельный плодупцй цветокъ того же растешя, 3/ три тычиночныхъ цветка того же растешя. Фиг. 1 въ ест. велич., фиг. 2 и 3 увелич. 4 раза. Ср. текстъ, стр. 280.
Прим^ръ однодомнаго растен!я: Л^тыш дубъ (Quercus pedunculata), въ верхней части в^тви плодупце цвЪты, въ нижней части тычиночные цв^ты, 2) отдельный плодупцй цветокъ того же растешя, 3/ три тычиночныхъ цветка того же растешя. Фиг. 1 въ ест. велич., фиг. 2 и 3 увелич. 4 раза. Ср. текстъ, стр. 280.
fraga controversa и tridactylites). Типомъ девятой группы, куда принадлежать
виды, которые на одномъ кусте несутъ настоящее обоеполые, чисто плодушде и чисто тычиночные цветы, можно считать ясень (Fraxinus excelsior; см. рис., стр. 129).
Далбе следуютъ группы, у видовъ которыхъ двояше или троя Kiе цветы распределены на двухъ или несколькихъ неделимыхъ. Виды десятой группы имеютъ на одномъ кусте настоящее обоеполые цветы, на другомъ ложно обоеполые плодушде цветы. Къ этой группе принадлежать мно-
rie валер!аны (напр., Valeriana montana, Saliunca, supina), некоторый ворсянковыя Гнапр., Scabiosa lucida, Knantia arvensis), несколько каменоломокъ (напр., Saxifraga aquatica), виноградная лоза (Vitis vinifera), мнопя гвоздичныя (напр., Dianthus gla- cialis и prolifer, Lychnis Viscaria, Silene noctiflora) и въ особенности очень мно- пя губоцветныя (напр. Calamintha, Glechoma, Marrubium, Mentha, Origanum, Prunella, Thymus). Въ одиннадцатую группу соединяются виды, развивающ!е на одномъ кусте настоящее обоеполые цветы, на другомъ ложно-
Типъ двудомнаго растентя: Ломкая верба (Salix fragilis), 1) вЪтвь съ плодущими цветами, 2) в^твь съ тычиночными цветами. Ест. велич.
обоеполые тычиночные цветы, какъ у многихъ лютиковыхъ (напр., Anemone baldensis, Pulsatilla, alpina, vernalis, Ranunculus alpestris, glacialis), у не- сколькихъ др!адовыхъ (напр., Dryas octopetala, Geum montanum и reptans), также и у некоторыхъ виноградныхъ (напр., Vitis silvestris, macrocirrha). Двенадцатая группа содержитъ виды, развиваюпце на одномъ кусте ложнообоеполые плодущ!е цветы, на другомъ ложнообоеполые тычиночные цветы. Это наблюдалось у крушинъ изъ колена Cervispina (Rhamnus cathartica, saxatilis, tinctoria), у различныхъ гвоздичныхъ (напр., Lychnis diurna и vespertina), у спаржи (Asparagus officinalis), у толстянковаго Rhodiola rosea, альшйской смородины (Ribes
alpinum) и татарника (Cirsium). Кошачьи лапки (Gnaphalium dioicum) и родственные имъ виды сушеницы (Gnaphalium alpinum, carpaticum) также принадлежать сюда. Къ тринадцатой группе относятся многочисленные виды, несущ!е на одномъ кусте чисто плодущ!е цветы, на другомъ чисто тычиночные цветы; они названы Линнеемъ двудомными. Примбры: хвойникъ (Ephedra), цикадеи, можевельникъ, тиссъ и гингко (Juniperus, Taxus, Gingko), мно- йя осоки (напр., Carex Davalliana, dioica), валлиснер!я (Vallisneria, см. рис., т. I, стр. 670), конопля и хмбль (Cannabis, Humulus), бумажная шелковица (Brousso- netia paryrifera; см. рис., стр. 128), Куръ-зелье (Mercurialis), некоторые щавели (Rumex Acetosa, Acetosella), облбпиха (Hippophae), тополи и осины (Populus) и ивы (Salix; см. рис. ниже). Четырнадцатая группа заключаетъ веб виды, разви- ваюпце на одномъ кустб настоящее обоеполые цвбты, на второмъ кустб ложнообоеполые плoдyщie цвбты и на третьемъ ложнообоеполые тычиночные цвбты. Гвоздичныя растетя представляютъ много при- мбровъ этой группы; укажемъ: Saponaria ocymoides, Silene acaulis, nutans, Otites, Saxifraga. Рбже такое распредблете встречается у горечавковыхъ, какъ, напр., у Gentiana ciliata. Къ этой группе примыкаетъ еще пятнадцатая группа, куда должны быть причислены виды, у которыхъ трояк!е цветы распределены на различныхъ кустахъ по четыремъ способамъ, такъ что можно различить четыре различныхъ формы. Типомъ служить козло- бородная таволга (Spiraea Aruncus). Это растете развиваетъ настояпце обоеполые цветы, ложнообоеполые плодупце цветы и тычиночные цветы, въ середине которыхъ замечается еще маленькое острое тельце, въ виде последняго остатка неразвитой завязи, и которые поэтому могутъ быть признаны за ложнообоеполые тычиночные цвбты. Эти трояк!е цветы распределены слбдующимъ образомъ. Некоторые кусты развиваютъ только ложнообоеполые плодупце цветы, друпе только ложнообоеполые тычиночные цветы, третьи кроме настоящихъ обоеполыхъ цвбтовъ также ложнообоеполые тычиночные цветы, а затбмъ встречаются еще кусты, на которыхъ все цветы настояпце обоеполые.
Къ этому обзору надо еще добавить, что некоторые виды, хотя редко, представляютъ отклонешя отъ обычнаго распредблетя половъ. Такъ, напр., иногда встречаются кусты двудомной крапивы (Urtica dioica) съ чисто плодущими и чисто тычиночными цветами вместе. У ивъ иногда наблюдается то же самое. Постельница (Clinopodium vulgare) въ большинстве случаевъ на всбхъ кустахъ известной местности имбетъ настояпце обоеполые цветы, но встречаются также кусты, где въ нбкоторыхъ цвбтахъ пыльники совершенно или отчасти пропали. Vitis cordata, которая въ Вбнскомъ ботаническомъ саду разводится только въ виде кустовъ съ тычиночными цветами, развивала, действительно, въ течете многихъ лбтъ лишь тычиночные цветы, но изредка въ известные годы на этихъ кустахъ появлялись кроме тычиночныхъ еще настояпце обоеполые цветы. У несущихъ плодупце цветы кустовъ двудомнаго Куръ-зелья (Mercurialis annua) неоднократно наблюдались единичные тычиночные цветы, а у Lychnis diurna и vespertina иногда встречаются и чисто тычиночные цветы, и единичные настояние обоеполые цвбты. Въ соцвбт1яхъ клещевины (Ricinus communis) изрбдка встречаются среди чисто пло- дущихъ цвбтовъ и чисто тычиночныхъ цвбтовъ единичные настояпце обоеполые цветы, а на некоторыхъ кустахъ Saponaria ocymoides наблюдались вместе лож-
нообоеполые тычиночные, ложнообоеполые плодупце и настоящее обоеполые цвЬты.
Сообщенные здбсь результаты новейшихъ изслбдовашй не подтверждаясь выраженнаго въ Линнеевской системе растешй указашя, что значительно преобладающее число явнобрачныхъ развиваетъ лишь обоеполые цветы, а вместе съ темъ падаютъ и выставленный Линнеемъ гипотезы о совершенстве и значеши этихъ цветовъ.
Но если, какъ теперь оказывается, разделен!е половъ въ пространстве представляетъ столь широко распространенное явлеше, то съ нимъ должна быть связана какая либо выгода, а эта выгода можетъ состоять лишь въ томъ, что происходитъ скрещиван!е. Подъ скрещиван!емъ *) у явжн брачныхъ понимаютъ перенесете мужскихъ половыхъ клетокъ изъ одного цветка на рыльца заключающаго женстя половыя клетки пестика другого цветка; различаюсь однородное и разнородное скрещиваше. Однородное скрещивате происходитъ, когда пыльца одного цветка опы- ляетъ рыльце другого цветка, отделеннаго въ пространстве, но принадлежащего къ тому же виду. При разнородномъ скрещивати пыльца одного цветка опыляеть рыльце въ цветке другого вида. Само собою понятно, что въ последнемъ процессе, названномъ также гибридизац!ею, оба участвующее цв-Ьтка разделены въ пространстве. При однородномъ скрещиванш можно различить еще два случая, именно гейтоногам!ю, когда оба скрещивающееся цветка суть непосредственные соседи и находятся на одномъ и томъ же кусте, и ксеногам!ю, когда оба скрещивающ!еся цвЬтка принадлежать хотя и различнымъ кустамъ, но тому же виду.
Если мы считаемъ размещеше половъ на различные кусты или на различные цветы выгоднымъ или даже услов!емъ для получешя скрещивашя, то это еще далеко не значить, что оно есть единственное приспособлеше, имеющее следств!емъ гибридизащю, ксеногампо и гейтоногампо. Наоборотъ, несомненно, что и въ настоящихъ обоеполыхъ цветахъ можетъ быть достигнута та же цель, т.-е., что могуть скрещиваться и так!я растешя, все цветы которыхъ содержать способную къ оплодотворешю пыльцу и способныя къ развитью завязи. Правда, для того требуются некоторый особенности въ данныхъ обоеполыхъ цветахъ, и задачею следующихъ строкъ и будетъ представить самыя замечательный изъ нихъ, поясняя ихъ несколькими примерами. Въ некоторыхъ случаяхъ скрещи- вате достигается взаимнымъ положетемъ соединенныхъ въ на- стоящемъ обоеполомъ цветке двоякихъ половыхъ органовъ. Если въ цветке отъ начала до конца цветешя рыльце занимаетъ такое положеше, что, хотя посещающая насекомыя могутъ касаться его, но оно не можетъ быть само собою опылено пыльцею ближайшихъ пыльниковъ, то относительно такого цветка позволительно предполагать, что онъ разсчитанъ на скрещиваше. Такъ дело об- стоитъ, напр., у белой лилш (Lilium album), желтой лил!и (HemerocaUis flava и
^ Кернеръ примЪняетъ здЬсь терминъ скрещиваше въ болЪе широкомъ смыслЪ, чЪмъ это обыкновенно принято, вместо термина „перекрестное опылеше". „Скрещива- шемъ“, собственно, принято называть то, что Кернеръ называетъ „разнороднымъ скрещи- вашемъ*. Прим. пер. Т.
fulva), венечника (Anthericum) и многихъ луковичныхъ растешй Капланда (Amaryllis, Albuca и др.). Цветы ихъ направлены входными воротами въ бокъ, и стол- бикъ настолько выдается за нагруженные приставшею пыльцою пыльники, что ег: рыльце никогда, ничего не получаеть изъ этой пыльцы. Но если прилетаюпця кл цветку насекомыя пользуются столбикомъ, опускаясь на него, и если эти живот- ныя прилетаютъ съ другихъ цветовъ, нагруженныя пыльцею, то неизбежно происходить опылеше рыльца чужою пыльцею, другими словами, скрещиваше. То жо касается и многихъ бурачниковыхъ (напр., Echium), норичниковыхъ (напр., Рае- derota Ageria), вьюнковъ (напр., Convolvulus sepium), жимолостныхъ (напр.. Linnaea borealis), рододендровыхъ (напр., Rhododendron Chamaecistus) и нопа- ловъ (напр., Mamillaria). Также и у некоторыхъ обращенныхъ зевомъ къ небу цветовъ (напр., Lilium bulbiferum, Glaucium luteum, Gentiana verna) наблюдается то же отношеше между ихъ пыльниками и рыльцами. Въ цветахъ волчьяго лыка (Daphne Mezereum) рыльце находится не впереди и выше пыль- никовъ, какъ у разсмотренныхъ до сихъ поръ растешй, а заканчиваетъ стоящую на дне цветочной трубки завязь, нагруженные же пристающею пыльцею пыльники прикреплены къ цветочной трубке выше рыльца. Въ вертикальныхъ цветахъ немного пыльцы можетъ иногда изъ этихъ пыльниковъ, особенно при сморщиваны ихъ въ конце цветешя, свалиться на рыльце; но большинство цве- товъ волчьяго лыка отстоитъ горизонтально отъ ветвей, и въ этихъ цветахъ едва возможно, чтобы приставшая пыльца сама собою попала на рыльца, хотя разстоя- ше между пыльниками и рыльцами не больше несколькихъ миллиметровъ. Но цветы волчьяго лыка такъ обильно посещаются пчелами, что большинство рылецъ опыляется чужою пыльцею и такимъ образомъ происходить скрещиваше. Также и у большинства орхидей пыльца изъ своихъ укромныхъ местъ извлекается только насекомыми и едва ли когда либо переносится ими на рядомъ находящееся рыльце, а всегда на рыльце другого цветка.
Своеобразное отношеше наблюдается урастешй, названныхъ гетеростиль- ными (разностолбными). Несколько горечавковыхъ (напр., Menyanthes trifoliata, Gentiana Rhaetica и Germanica), различные виды ленца (Thesium), многочисленный первоцветный (напр., Androsace, Aretia, Gregoria, Hottonia, Primula; см. рис. стр. 285, фиг. 1 и 2), а также мнопя бурачниковыя (напр., Myosotis, Mertensia, Pulmonaria; см. рис. стр. 285, фиг. 3 и 4) и различный друпя растешя на одномъ кусте несутъ цветы съ сравнительно короткимъ столбикомъ, и пыльники въ этихъ цветахъ стоять выше рыльца; на другомъ кусте те же виды разви- ваютъ только цветы съ сравнительно длиннымъ столбикомъ, и пыльники въ та- кихъ цветахъ стоять ниже рыльца. Въ начале цветешя рыльца не могутъ сами собою получить пыльцы ни изъ стоящихъ надъ ними, ни изъ стоящихъ подъ ними пыльниковъ. Наоборотъ, въ это время насекомое, касающееся при введены своего хоботка въ короткостолбный цветокъ расположенныхъ вокругъ збва венчика пыльниковъ и нагружающееся при этомъ пыльцею, перенесетъ эту пыльцу при последующемъ посещены длинностолбнаго цветка на рыльце, такъ какъ это рыльце какъ разъ находится на той же высоте въ цветке, какъ и кольцо пыльниковъ въ короткостолбномъ цветке. Едва ли надо еще говорить, что и, обратно, пыльца, прилипшая на средней высоте трубки венчика длинностолбнаго цветка къ хоботку сосущаго медъ насекомаго, при следующемъ посещены короткостолбнаго
лвЬтка будетъ отложена на рыльце подымающегося до той же высоты столбика. Достаточно упомянуть здбсь, что известны растешя, рыльца и пыльники которыхъ имйютъ троякую группировку; напр., у плакунъ-травы (Lythrum Salicaria) цвбты одного куста снабжены длинными, второго средними и третьяго куста короткими столбиками, а расположенные въ два круга пыльники у этого растешя въ длинно- столбныхъ цвйтахъ приходятся подъ рыльцами, тогда какъ въ среднестолбныхъ пыльники образуютъ одинъ кружокъ подъ рыльцемъ и одинъ надъ рыльцемъ, а въ короткостолбныхъ цв^тахъ -оба кружка пыльниковъ находятся надъ рыльцами. Точно также лишь вкратцЬ укажемъ, что ниже изображенная Eschscholtzia раз- виваетъ въ своихъ цвйтахъ столбики неравной длины, именно въ однихъ, болЬе крупныхъ цвбтахъ два болбе длинныхъ и два болЬе короткихъ, изъ которыхъ
Гетеростильные цвйты: 1) кустъ Primula minima съ длинностолбымъ цвбткомъ, 2) кустъ того же вида съ короткостолбымъ цв-Ьткомъ; 3) короткостолбый, 4) длиностолбый цв'Ьтокъ Pulmonaria officinalis; 5) короткостолбый, • 6) длинностолбый цв-Ьтокъ Eschscholtzia Californica. Bc-Ь фиг. въ ест. велич. Ср. текстъ, стр. 284 и 285.
первые получаютъ пыльцу изъ другихъ цв-Ьтовъ и разсчитаны на скрещиваше, тогда какъ посл^дше опыляются пыльцою изъ стоящихъ рядомъ съ ними пыльниковъ (см. рис. выше, фиг. 6), а затбмъ еще въ другихъ, немного меньшихъ цвйтахъ четыре столбика, которые вей столь коротки, что не выдаются надъ доставляющими пыльцу пыльниками (см. фиг. 5). Относительно замЪчательныхъ лютиковыхъ и др!адовыхъ (Anemone baldensis, Pulsatilla alpina, vernalis, Ranunculus alpestris, glacialis, Geum montanum, reptans и т. д.), развивающихъ кромЪ ложнообоеполыхъ тычиночныхъ цвбтовъ двоякаго рода обоеполые цв£ты: одни съ крупными плодовыми головками и короткими немногими тычинками и друпе съ маленькими плодовыми головками и болЬе длинными, многочисленными тычинками, мы ограничимся здйсь лишь указашемъ, что первые разсчитаны на скрещиваше, посл^дше на автогамно.
Другое приспособлеше, имеющее цЬлью скрещиваше настоящихъ обоеполыхъ цв^товъ, это взаимное перембщеше пыльниковъ и рылецъ. Хотя объ немъ уже упоминалось въ этой книгб (ср. стр. 256), оно должно быть еще разъ раземотр^но, такъ какъ представляетъ одно изъ главнЬйшихъ ведущихъ къ скре- щиванно обоеполыхъ цвЬтовъ приспособленья и, собственно, можетъ быть понятно
только въ виду этой ц4ли. По существу, это перем^щете происходить слЬдую- щимъ образомъ. То мбсто, которое некоторое время занималось способнымъ къ восщиятпо рыльцемъ, позже оказывается занятымъ нагруженными пыльцою пыльниками и наоборот. Такъ какъ это мбсто находится какъ разъ на дороге сосу- щихъ медъ насекомыхъ, то последшя въ одномъ цветке касаются лишь рылецъ. въ другихъ только пыльниковъ, что затемъ неминуемо ведет къ скрещиванью. Перемещено зависит или отъ наклонешя, изгибашя или передвижешя тычиночныхъ нитей, или отъ подобныхъ же изменены направленья столбиковъ. Бывает также, что и нити пыльниковъ, и столбики въ томъ же цветкб изменяют свое положеше и, буквально, меняются местами. Можно различить не менее десяти случаевъ пере- мещешя. У одной группы растешй, примеромъ которой может служить карликовый лукъ (Allium Chamaemoly), въ середине только что раскрывшагося цветка видно способное къ воспрьятно рыльце, тогда какъ пыльники по бокамъ прижаты къ листочкамъ околоцветника. Позже, когда пыльники вскрылись и отдают пыльцу, они передвигаются, всл£дств1е своеобразныхъ движешй нитевидныхъ ножекъ, по направленно къ середине, становятся около самаго рыльца и образуют желтый клубокъ, котораго неизбежно должны коснуться посещающая насбкомыя, тогда какъ раньше въ томъ же месте они могли коснуться лишь рыльца. У второй группы, къ которой относятся некоторый горечавки (Gentiana asclepiadea, ciliata, Pneumo- nanthe), большинство мальвовыхъ (Abutilon, Malva), многочисленные виды борца (Aconitum), фуншя (Funkia), принадлежащей къ валер!ановымъ Centranthus, въ мо- лодыхъ цветахъ у самой ведущей къ меду дороги находится пыльца, высыпаемая то лишь единственнымъ пыльникомъ (см. рис. стр. 287, фиг. 2 и 3), то пятью или шестью, иногда же очень многими, представляющими вместе целый пучокъ. Рыльца сначала спрятаны за пыльниками или ниже ихъ. Позже ножки пыльниковъ загибаются полукругомъ назадъ и рыльца обнажаются. Если имеется только одно рыльце, скрытое до того за пыльникомъ, какъ у Centranthus, то, конечно, обнажается лишь это единственное рыльце (см. рис., стр. 287, фиг. 2 и 3). Если теперь насекомыя направляются къ меду, то они касаются обнаженныхъ рылецъ совершенно такъ же, какъ ранее они должны были касаться пыльниковъ. Третья группа заключает виды шпажника (Gladiolus), аканта (Acanthus), пентстемона (Pentstemon) и шалфея (Salvia; см. рис., стр. 249). Въ поставленныхъ бокомъ цветахъ этихъ растешй столбики и рыльца прижаты къ крышеобразной части цветовъ надъ пыльниками; позже, однако, столбикъ наклоняется и нагибается внизъ, и вслед- ств1е этого рыльца приходятся какъ разъ на линш проникновошя къ меду, такъ что насекомыя, держапцяся этой лиши, нагружаются въ молодомъ цветке пыль- цею, а въ старыхъ откладывают пыльцу и производят скрещиваше. У четвертой группы, къ которой принадлежат роды Allionia и Phalangium, въ начале цветошя рыльце на далеко выдвинутомъ столбике помещается передъ пыльниками и насекомыя, прилетая къ цветамъ, неизбежно должны прежде всего коснуться этого рыльца. Позже столбикъ загибается подъ угломъ въ 80 — 90° въ сторону, вслед- ств1е чего рыльце убирается съ ведущей къ меду линш. Когда теперь прилетают насекомыя, то они приходят въ соприкосновеше только съ покрытыми пыльцою пыльниками. Въ цветахъ пятой группы, для которой родъ дубровникъ (Teucrium; см. рис., стр. 287, фиг. 4— 6) может служить примеромъ, перемещеше представляет некоторое сходство съ перомещошемъ у Centranthus, именно въ томъ
этношенш, что ихъ пыльники становятся на дорогб проникающихъ къ цветоложу насекомыхъ, но позже отгибаются назадъ, освобождаютъ дорогу насекомымъ и одновременно открывають рыльца; но, съ другой стороны, имеется и значительное раз- лич!е, такъ какъ у дубровника и столбикъ мбняетъ свое положеше, изгибается дугою и настолько наклоняется внизъ, чтобы рыльца какъ разъ пришлись на то место, которое раньше занимали пыльники. Въ цветахъ шестой группы, типами ко- торыхъ могуть считаться базиликъ (Ocymum Basilicum) и известное лазящее растете Cobaea scandens, происходить подобное же перемещеше, какъ у дубровника, но тычиночныя нити здесь загибаются не кверху, и столбики не книзу, а наобо- ротъ; въ начале цветенья пыльники помещаются вдоль входа къ меду, находящемуся на дне цветка, позже они опускаются отъ входа внизъ, тогда какъ столбикъ поднимается дугою вверхъ и приводить рыльце какъ разъ на то место, когорое
Перем^щенте пыльниковъ и рылецъ: 1) СоцвЬпе Centranthus ruber, 2) отдельный цв-Ьтокъ того же растешя вскоре послй раскрыт!я, 3) тотъ же цвйтокъ на поздн-Ьйшей стадш цвбтешя; 4) соцв'ЬНе Teucrium orientate, 5) отдельный цв4токъ того же растешя, вскоре после раскрыт!я, 6) тотъ же цветокъ на позднейшей стадш. Фиг. 1 и 4 въ ест. велич., фиг. 2, 3, 5 и 6 немного увелич. Ср. текстъ, стр. 286.
раньше занимали пыльники. Замечательное перемещенье рылецъ и пыльниковъ у растенш седьмой группы, представленной белладонной (Atropa), скошшей (Scopo- lia), беленою (Hyoscyamus) и мандрагорою (Mandragora), было уже разсмотрено на стр. 266 и пояснено рисунками на стр. 265, фиг. 8 и 9. Въ молодыхъ цветахъ рыльце стоить въ середине цветовъ, и пыльники прислонены къ стенке венчика, въ состарившихся цветахъ пыльники стоять въ центре цветка, а столбикъ прижался къ стенке. Примерами для восьмой группы являются кустарные виды жимолости Lonicera alpigena, nigra и Xylosteum и родъ Scrophularia. Ихъ цветы направлены въ сторону; сначала прямой столбикъ выдается изъ середины цветка, и рыльце оказывается поставленнымъ непосредственно вдоль ведущей къ меду линш, пыльники у Lonicera помещаются еще выше этой линш, а у Scrophularia находятся на конце полукругомъ изогнутыхъ вверхъ нитей и скрыты въ полости урно- образнаго венчика. Позже рыльце отодвигается отъ указанной лиши, вследств!е того, что столбикъ загибается дугою или коленомъ книзу; зато пыльники оказываются теперь на занятомъ раньше рыльцемъ месте, что происходить вследств!е вытягивашя и изменешя направленья тычиночныхъ нитей. Морозникъ (Helleborus),
который можеть служить примеромъ для девятой группы, имееть сравнительна крупные, богатые медомъ цветы. Медъ находится не какъ у ранее разсмотрен- ныхъ растеши въ центре цветка, а выделяется въ фунтикообразныхъ вместилп- щахъ, стоящихъ вокругъ тычинокъ. Соответственно съ этимъ сосупця медъ насекомыя направляются не къ центру, а къ окружности цветовъ, изъ чего следуетъ. что рыльца и пыльники, которыхъ должны коснуться насекомыя, расположены пс соответствующей окружности. После раскрытая цветовъ столбики оказываются растопыренными и такъ изогнутыми, что рыльца приходятся надъ медовместилищами. Пыльники скучены въ середине цветка, и посещающая насекомыя не касаются ихъ. Позже столбики выпрямляются и передвигаются къ середине цветка, затс ножки пыльниковъ удлинились и при этомъ держались такого направлешя, что пыльники приходятся надъ медовместилищами и здесь должны быть задеты сосущими медъ насекомыми. Для десятой группы изберемъ примеромъ руту (Ruta; см. рис. ниже). Цветокъ содержитъ десять пыльниковъ, поддерживаемыхъ прямыми, расположенными звездою нитями. Изъ этихъ нитей сперва поднимается одна кверху, ставить поддерживаемый ею пыльникъ въ середину цветка по лиши посещешя, ведущей къ меду, отделяемому мясистымъ кольцомъ у основашя пестика, сохра- няетъ такое положеше около сутокъ, затемъ снова отгибается и возвращается въ прежнее положеше. Въ то время, какъ первая тычинка отгибается,
и проходить опять тотъ жеи проходить опять тотъ жеЦвФтокъ руты (Ruta graveolens), увел.3 и4\поднимается другая
и проходить опять тотъ же
и проходить опять тотъ же
раза. (По Баллюну.)
путь туда и обратно. И такъ это продолжается, пока веб десять пыльниковъ, одинъ за другимъ, не стояли въ середине цветка. Когда, наконецъ, и десятая тычинка снова отогнулась назадъ, въ центре цветка становится видимымъ на томъ же месте, где раньше по очереди выставляли пыльники свою пыльцу, рыльце, ставшее за это время воспршмчивымъ къ опыленью.
Къ перемещение рылецъ и пыльниковъ примыкаеть другое находящееся въ связи съ скрещивашемъ обоеполыхъ цветовъ явлеше,именно отдблеше и отпа- ден!е рылецъ ко времени вскрыт!я расположенныхъ вокругъ рыльца пыльниковъ. Примеромъ для этого случая можеть служить принадлежащая къ кра- пивнымъ стенница (Parietaria; см. рис., стр. 289, фиг. 2— 4). Въ обоеполыхъ цве- тахъ этого растешя рыльце развивается всегда еще до раскрытая цветка, и поэтому къ началу цветешя кистевидное рыльце выдается изъ зеленоватой цветочной почки (см. рис., стр. 289, фиг. 3). Согнутыя ножки пыльниковъ напряжены подобно часовымъ пружинамъ и закрыты смыкающимися мелкими зеленоватыми покроволистиками. Еще прежде чемъ эти нити отскочатъ вверхъ и разсеютъ свою пыльцу въ виде облака по воздуху, рыльце вянетъ и спадается, столбикъ отделяется вместе съ рыльцемъ отъ завязи, и последняя ко времени освобождешя пыльцы изъ пыльниковъ оканчивается остр!емъ, представляющимъ изъ себя не что иное, какъ засохшее основаше отпавшаго столбика (фиг. 4).
Гораздо чаще отделешя и отпадешя рыльца при начале освобождешя пыльцы изъ рядомъ стоящихъ пыльниковъ наблюдается отпаден!е пыльниковъ и тычинокъ въ то самое время, когда сосбдшя рыльца становятся вос- пр!имчивымикъопылен1ю. Въ цветахъ бальзамина (Impatiens glandulosa.
Nolitangere, tricornis и др.) пыльники срощены между собою и образуют вроде колпачка надъ рыльцемъ. После того,, какъ цветокъ раскрылся и сделался доступ- нымъ прилета,ющимъ насекомымъ, пыльники тотчасъ же растрескиваются, и у входа въ цветокъ виднеется лишь образованный вскрывшимися пыльниками колпа- чокъ. Позже нити тычинокъ отделяются и колпачокъ изъ пыльниковъ вываливается изъ цвЬтка. Лишь теперь въ середине цветка показывается рыльце, ставшее за это время воспршмчивымъ. У крупноцветныхъ видовъ журавельника (наир., Geranium argenteum, pratense, silvaticum; см. ниже помещ, рисунокъ, фиг. 1) наблюдается сходное отношеше. Почти одновременно съ раскрыыемъ цветка растрескиваются и несколько изъ прикрытыхъ до того лепестками пыльниковъ. Въ известномъ порядке вскрываются затемъ и остальные, и теперь все предлагают свою пыльцу.
Совершенно дихогамные цвЪты: 1) Geranium silvaticum съ совершенно протерандричпыми цветами; 2) Parie. taria officinalis съ совершенно протерогиничными цветами; 3) отдельный цв'Ьтокъ Parietaria съ воспршмчивыми кистевидными рыльцами и согнутыми закрытыми пыльниками; 4) тотъ же цвЬтокъ на позднейшей стад!и развит!я, ыльце отпало, нити тычинокъ вытянулись, и пыльники выбрасываютъ имеющуюся пыльцу. Фиг. 1 и 2 въ ест- велич., фиг. 3 и 4 немного увелич. Ср. 288 и 291 стр. текста.
Рыльца въ середине цветка еще сомкнуты. Какъ только они начинают расходиться, пыльники отпадают от своихъ нитей, и теперь пять воспршмчивыхъ къ опылешю растопыренныхъ рылецъ оказываются окруженными утратившими пыльники шиловидными нитями. Тоже относится и до техъ камнеломокъ, типомъ ко- торыхъ может служить изображенная на стр. 290, фиг. 1, Saxifraga rotundifolia. После разступашя покроволистиковъ въ продолжеше несколькпхъ дней наблюдается странная игра тычинокъ. Какъ только одинъ изъ пыльниковъ вскроется, его нить поднимается прямо вверхъ (см. рис., стр. 290, фиг. 2), остается, однако лишь короткое время въ этомъ положеши и уже на слбдуюпцй день или черезъ день отгибается въ сторону и снова держится направления, какое она занимала раньше. Сидящш на ней пыльникъ отпадает^ или, если п остается въ виде сморщеннаго образовашя на конце нити, то уже9 утратплъ свою пыльцу. Это под- няые и опускаше тычиночныхъ нитей проходитъ по известной очереди по всемъ тычинкамъ цветка. Лишь после того, какъ они все лишились пыльниковъ или пыльцы, расходятся оба короткихъ столбика, которые до того были согнуты
Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растеши, т. И. 19
подобно губамъ клещей и смыкались своими рыльцами, и послЁдше становятся воспршмчивыми къ опыленпо (см. рис., стр. 290, фиг. 3). Б4лозоръ (Parnassia palustris; см. рис., стр. 236, фиг. 4), мнопя мокричныя и гвоздичныя (напр., Alsine verna, Silene Saxifraga), а также некоторые валер!аны (напр., Valeriana officinalis) и тюльпаны (напр., Tulipa Didieri), сл^дуютъ такому же порядку въ развиты и такъ-же теряютъ пыльники. У мокрицъ и гвоздикъ также весьма часто бываеть, что ихъ лишенныя пыльниковъ нити полукругомъ отгибаются подъ покроволистики и настолько прячутся, что данный обоеполый цвЪтокъ можно принять за чисто плодущш. ,
То, къ чему бальзамины, камнеломки, б^лозоръ, мокрицы, гвоздичныя и мнопя друпя, снабженный обоеполыми цветами растешя стремятся при помощи отпад ешя пыльниковъ, у другихъ достигается тЬмъ, что пыльники цвЬтка въ тотъ моментъ, когда начинается воспр!имчивость рядомъ стоящихъ рылецъ, прикрываются покроволистиками, такъ что они не въ со-
Круглолистная камнеломка (Saxifraga rotundifolia): 1) вЪточка с(щв*ьт1я съ цветами на разныхъ ступеняхъ развит1я; 2) продольный разр^зъ отдЪльнаго цветка съ сомкнутыми рыльцами и одною пылящею тычинкою, другая утратила свой пыльникъ, а еще четыре тычинки им-Ьють еще закрытые пыльники, 3) тотъ же цв’Ьтокъ на бол-Ье поздней стадш развпт!я, рыльца стали воспршмчивы. Фиг. 1 въ ест. велич., фиг. 2 и 3 увелич. 4—5 разъ. Ср. текстъ стр. 289 и 290.
стоян!и бол^е отдавать пыльцы. А всл£дств1е этого рыльца могутъ быть опылены только чужою пыльцою, или, что то-же, въ этихъ обоеполыхъ цвбтахъ возможно лишь скрещиваше. Въ обоеполыхъ цвйтахъ традескантш (Tradescantia crassula, Virginica и др.) пыльники вскрываются на некоторое время ранЬе, ч4мъ рыльца становятся воспршмчивыми. Въ первый пер!одъ цвЪтешя изъ цв^товь можетъ быть выносима только пыльца. Но какъ только рыльца готовы къ опы- ленпо, тычинки свертываются въ спираль, а вскоре затЬмъ увядаютъ покроволистики и покрываютъ въ виде какъ бы разжеванной, мокрой ткани сидяпце на свернувшихся нитяхъ пыльники. Столбикъ все еще выдается изъ этихъ цвбтовъ и рыльца остаются весь следуюпцй день еще восприимчивы. Къ этимъ цветамъ прилетаютъ затЬмъ маленьшя мошки и друпя насекомыя съ короткимъ хоботкомъ, чтобъ сосать сокъ смятыхъ покроволистиковъ, и при этомъ касаются рыльца и опыляютъ его пыльцою, принесенною ими съ отдаленныхъ цветовъ, тогда какъ опылеше ихъ пыльцою рядомъ находящихся пыльниковъ теперь невозможно. Своеобразное явлеше наблюдается въ цветахъ Telephium Imperati, растешя, при- надлежащаго къ мокричнымъ и распространенная въ южной Европе. Въ начале цветешя рыльца въ середине цветка плотно сомкнуты; окружаюпц! ихъ пыльники вскрыты и отдаютъ пыльцу, уносимую насекомыми. Для того, чтобы позже, когда рыльца стали готовы къ опыленпо и разошлись, пыльца изъ соседнихъ пыльниковъ не могла попасть на рыльце, углубленные покроволистики, которые до того
были распростерты въ виде звезды, сближаются и прикрываютъ пыльники, вслед- ств1е чего на воспршмчивое рыльце можетъ попасть пыльца лишь изъ другихъ более молодыхъ цветовъ.
Описаннымъ здесь устройствомъ достигается въ обоеполыхъ цветахъ-то же, что и распределетемъ двоякихъ половыхъ органовъ на различный особи или на различные цветы той же особи. Въ обоихъ случаяхъ получается разъединете въ пространстве образованныхъ однимъ видомъ двоякихъ половыхъ органовъ. Столь же важно, какъ разделerne въ пространстве, для достижения скрещивашя и разъ- единен!е во времени участвующихъ при оплодотворети двоякихъ половыхъ органовъ, или, точнее говоря, не одновременная половая зрелость раз- виваемыхъ однимъ видомъ пыльцевыхъ клетокъ, рылецъ и сбмя- почекъ. Въ большинстве случаевъ разъединете во времени и въ пространстве находятся въ связи другъ съ другомъ, и поэтому уже выше приходилось указывать не однократно на неодновременную половозрелость и зависящую отъ этого неодновременную способность къ совокупленью. Неодновременную половозрелость у растешй назвали дихогам!ею и различаютъ протерогиничную и проте- рандричную дихогамьи. А именно, если рыльца готовы принять пыльцу, удержать ее и вызвать развипе пыльцевыхъ трубокъ уже въ такое время, когда пыльца въ цветахъ того же вида еще скрыта въ незреломъ состояши въ гнездахъ пыльниковъ, то тате виды растешй называются протерогиничными; наоборотъ, если пыльца уже выпускается изъ вскрывшихся пыльниковъ, когда рыльца того же вида еще не половозрелы, т. е. еще не готовы къ опыленью, то растительный видь называется протерандричнымъ. На кистевидномъ соцветш узколистнаго кипрея (Иванъ-чая, Epilobium angustifolium), изображенномъ на стр. 292, фиг. 1, видно, что вверху цветы еще закрыты, немного ниже следуютъ три только что раскрывшихся цветка, изъ которыхъ среднш посещается шмелемъ, а еще дальше книзу находятся цветы, раскрытые уже несколько дней. Въ недавно раскрывшихся цветахъ пыльники уже покрыты пыльцею, находящаяся на отогнутыхъ коленообразно внизъ столбикахъ рыльца сомкнуты въ виде булавы и еще не способны къ восщлятпо, и это растете поэтому протерандрично. На стр. 292, фиг. 2 изображена кисть цветовъ принадлежащего къ лилейнымъ Eremurus Caucasicus. И здесь самые верхше цветы являются еще въ виде почекъ, следуюпце подъ этими почками цветы только что раскрылись, а еще ниже идутъ более старые цветы. Въ только что распустившихся цветахъ пыльники еще закрыты и не пылятъ, но рыльце, заканчивающее въ виде точки загнутый дугообразно вверхъ столбикъ, уже готово къ воспр!яйю пыльцы, и это растете поэтому протерогинично. Какъ про- терогиничная, такъ и протерандричная дихогам!я можетъ быть совершенною и несовершенною. Она совершенна, когда зрелость рыльца начинается лишь после того, какъ пыльца изъ пыльниковъ того же цветка уже удалена ветромъ или посещающими цветы насекомыми, такъ что она не можетъ более вл!ять оплодотворяю ще въ томъ же цветке, или если рыльце уже завяло, отсохло или даже отпало, когда пыльники того же цветка или того ^е вида вскрываются, дають выходъ пыльце или выбрасывають ее изъ пыльниковъ, какъ это наблюдается, напр., у стенницы (см. рис., стр. 289, фиг. 2—4). Дихогам1я несовершенна, если зрелость обоего рода половыхъ органовъ хотя и не наступаетъ одновременно, но see же способность къ совокупленью одного пола еще не угасла, когда наступаетъ 19*
зрелость другого пола въ цвбтахъ даннаго вида. Несовершенная дихогам!я, конечно, можетъ представлять различный степени. Въ долгов'Ьчныхъ цв£тахъ одинъ поль можетъ опережать другой на нисколько дней, въ скоро пропадающихъ цвбтахъ. однако, эта разница можетъ ограничиваться едва четвертью дня. Стручковыя (крестоцветный) растешя вей цЬликомъ имйютъ протерогиничные цвйты. Когда лепестки раздвигаются, въ середине цветка показывается уже воспршмчивое рыльце, тогда какъ стояпце вокругъ него пыльники еще закрыты. Но это длится лишь
Несовершенно дихогамные цвйты: 1) Epilobium angustifolium съ протерандричными цветами; 2) Eremuru» Caucasicus съ протерогиничными цветами. Ср. текстъ, стр. 291.
короткое время, вскоре вскрываются и пыльники, и теперь оба пола способны къ совокупление. У Lepidium Draba, Sisymbrium Sophia и еще многихъ другихъ разница во времени отъ того момента, когда становится доступнымъ рыльце, до того момента, когда пыльники начинаютъ отдавать пыльцу, составляетъ всего 2—5 ча- совъ. Тоже относится и до многочисленныхъ солнцецв-Ьт^ъ, маковыхъ, нопаловъ,. лютиковыхъ, др!адовыхъ, бурачниковыхъ, горечавковыхъ, вересковыхъ и вaлepia- новыхъ (напр., Helianthemum alpestre, Glaucium luteum, Opuntia vulgaris, Actaea spicata, Adonis vernalis, Atragene alpina, Clematis Vitalba, Potentilla caulescens, Cynoglossum pictum, Lithospermum arvense, Menyanthes trifoliata, Arctostaphylos uva- ursi, Vaccinium Myrtillus, Valerianella dentata). Даже эфемерные - или эпиниктные-
цветы въ большинстве случаевъ дихогамны. Цветы ночной красавицы (Mirabilis Jalappa) распускаются между 7 и 8 часами; когда отгибъ венчика расправляется, напоминающее маленькую кисточку рыльце уже способно принять пыльцу, но все пыльники даннаго цветка еще закрыты. Лишь черезъ 10 —15 минуть пыльники растрескиваются и отдаютъ пыльцу. Разница во времени здесь столь незначительна, что ею пренебрегало большинство наблюдателей, и этимъ объясняется, что тате цветы не хотели вовсе считать дихогамными. Но какъ разъ то обстоятельство, что даже въ эфемерныхъ цветахъ способность къ совокупленью обоего рода половыхъ орга- новъ наступаетъ не въ то же время, очень важно для вопроса о значеши дихогамш, и это надо здесь особенно отметить.
При протерогиничной дихогамш не редкость, что готовое къ восщлятпо пыльцы рыльце уже выдвигается изъ цветка, когда покроволистики еще плотно сомкнуты и цветокъ производить вполне впечатлите почки. Такъ обстоитъ дбло у изображеннаго на стр. 138 курчаваго рдеста (Potamogeton crispus), асфодилей (напр., Asphodelus albus), ожикъ (напр., Luzula nivea), вязовъ (напр., Ulmus campe- stris), подорожниковъ (напр., Plantago media), некоторыхъ рододендроновъ (напр., Rhododendron Chamaecistus), у Prunus Myrobalanus, Cortusa, Deutzia и многихъ другихъ. Съ другой стороны, известны многочисленный протерандричныя дихогамныя растешя, изъ пыльниковъ которыхъ пыльца освобождается уже въ то время, когда покроволистики еще сложены въ виде почекъ. Если вскрыть близкую къ раскрытие цветочную почку изображенной на стр. 252 Crucianella stylosa, то сразу видно, что пыльники уже вскрылись раньше и отложили пыльцу подъ сводомъ закрытой цветочной почки на утолщенную бородавчатую внешнюю сторону конца столбика. Также и въ цвбтахъ ресничатой альшйской розы (Rhododendron hirsutum) пыльца уже внутри цветочныхъ почекъ выступаеть изъ пыльниковъ, и у многихъ сложно- цветныхъ, колокольчиковъ и мотыльковыхъ наблюдаются подобный же явлешя.
Хотя тысячи растенш наследовались относительно дихогамш, все же сведешй по этому вопросу еще не достаточно, чтобы сказать, имеется ли больше протерогиничныхъ или протерандричныхъ видовъ. Даже при приблизительной оценке въ этомъ отношеши можно легко впасть въ грубую ошибку. Особенно опасно поспешно обобщать и считать правиломъ для всего отдела те результаты, которые были добыты при изследоваши несколькихъ видовъ одного рода или несколькихъ родовъ одного семейства, потому что, действительно, большинство растительныхъ родовъ содержать кроме преимущественно протерогиничныхъ видовъ всегда еще несколько протерандричныхъ и наоборотъ. Лил1еобразныя растешя въ большинстве ботаниче- скихъ сочиненш указываются какъ протерандричныя; въ действительности же мнопе принадлежащее къ нимъ роды и виды (Amaryllis, Asphodelus, Colchicum, Erythronium, Leucojum, Lilium Martagon, Narcissus poeticus, Ornithogalum umbella- tum, Scilla, Trillium и др.) несовершенно протерогиничны. Среди зонтичныхъ, который все должны быть, по показашямъ, протерандричны, имеется порядочное число протерогиничныхъ родовъ и видовъ, какъ, ЙЬпр., Aethusa, Astrantia, Cauca- lis, Eryngium, Hacquetia, Pachypleurum, Sanicula, Scandix и Turgenia. Тоже можно сказать и о камнеломкахъ. Большинство ихъ, действительно, протерандрично, но некоторый, какъ Saxifraga androsacea и peltata, ясно протерогиничны. Крупноцветные виды журавельника (Geranium argenteum, lividum, pratense, silvaticum) протерандричны, мелкоцветные (Geranium columbinum, lucidum, pusilium, Robertia-
num)—протерогиничны. Изъ семейства норичниковыхъ роды Digitalis и Pentstem:г протерандричны, роды Linaria, Paederota, Phygelius, Scrophularia, Veronica—np:- терогиничны. Также и къ семейству бурачниковыхъ принадлежать частью проте- рандричные (напр., Borago, Echium), частью протерогиничные виды (напр., Супс- glossum, Lithospermum). Изъ лютиковыхъ родъ Aconitum протерандриченъ, тогд. какъ роды Adonis, Anemone, Atragene, Clematis и Paeonia протерогиничны. Въ семействе горечавковыхъ часть, именно Swertia perennis, Gentiana asclepiadea, ci- liata, cruciata, Froelichii, Pneumonanthe, punctata и prostrata, протерандрична. другая часть, напр., Menyanthes trifoliata, Gentiana Bavarica, Germanica, tenella. Bhaetica и verna, протерогинична. Подобный же отношешя замечаются и у вере- сковыхъ, валер!ановыхъ, Polemoniaceae и многихъ другихъ. Исключительно протерандричны, насколько известно, сложноцветный, колокольчики, губоцветный, мальвовый, гвоздичныя и мотильковыя, исключительно протерогиничны ситники и ожики, кирказоновыя и дафновыя, жимолостныя, глобуляр!евыя, пасленовыя, розанныя, барбарисовый и крестоцветный.
Уже было указано, что неодновременное наступлеше половой зрелости въ большинстве случаевъ соединено съ разъединешемъ обоихъ половъ въ пространстве, или, другими словами, что у растенш, въ цветахъ которыхъ какимъ либо путемъ произошло разъединено обоего рода половыхъ органовъ въ пространстве, темъ не менее встречается еще и дихогам!я. Такъ, напр., все виды раЬтен!й, обоеполые цветы которыхъ, вcлeдcтвie взаимнаго положен!я ихъ половыхъ органовъ или вcлeдcтвie перемещен!я пыльниковъ и ры- лецъ, и безъ того должны опыляться перекрестно, кроме того оказываются еще дихогамными, хотя дихогам!я иногда и очень кратковременна. Также и растен!я съ гетеростильными цветами дихогамны, именно постольку, поскольку или особи съ короткостолбиковыми, или особи съ длинностолбиковыми цветами ранее развиваются. Если разсмотреть мнопя сотни кустовъ Primula Auricula, растущихъ рядомъ при одинаковыхъ внешнихъ услов!яхъ на скалистомъ откосе, то легко убедиться, что особи съ длинностолбиковыми цветами опережаютъ особи съ короткостолбиковыми. Всегда первыя уже отцвели, когда короткостолби- ковыя еще находятся въ полномъ цветеши. У Primula longiflora наблюдается какъ разъ обратное; тутъ кусты съ короткостолбиковыми цветами уже въ полномъ цвету, когда длинностолбиковые рядомъ растущихъ кустовъ еще закрыты.
Къдихогамнымърастен1ямъ принадлежать, далее, также имеющiя ложнообоеполые цветы. Валер1аны, Valeriana dioica, polygama и tripteris, на томъ же местонахожденья раскрываютъ свои ложнообоеполые плодупце цветы на 3 — 5 дней раньше, чемъ свои ложнообоеполые тычиночные цветы, и потому эти растешя ясно протерогиничны. У альпшскаго щавеля (Kumex alpinus) рыльца ложнообоеполыхъ плодущихъ цветовъ уже въ течете 2 — 3 дней бываютъ готовы къ воспр!ятью, прежде ч4мъ ^пыльники въ ложнообоеполыхъ тычиночныхъ цветахъ и въ настоящихъ обоеполыхъ цветахъ на той же особи вскрылись. У ясени (Fraxinus excelsior) рыльца плодущихъ цветовъ уже могутъ быть опылены, когда въ рядомъ находящихся тычиночныхъ и обоеполыхъ цветахъ все пыльники еще закрыты. Обыкновенно последше освобождаютъ свою пыльцу лишь черезъ четыре дня. Весьма замечательна также дихогам!я злаковъ, несущихъ рядомъ съ настоящими обоеполыми цветами и чисто тычиночные цветы, какъ, напр., Anthoxanthum
odoratum, Hierochloa australis, Melica altissima и Sesleria coerulea. Пыльники осво- бождаютъ въ цветахъ этихъ растешй свою пыльцу всегда лишь, когда рыльца ря- домъ были уже въ продолжете двухъ дней воспршмчивы. То же наблюдается и у техъ сложноцветныхъ, въ корзинкахъ которыхъ рядомъ съ настоящими обоеполыми цветами стоять чисто плодупце цветы, и у техъ, который кроме ложнообое- полыхъ тычиночныхъ цветовъ содержать въ корзинке и чисто плодупце цветы. Рыльца плодущихъ цветовъ всегда бываютъ уже воспршмчивы къ опылетю, когда изъ соседнихъ настоящихъ обоеполыхъ цветовъ или ложнообоеполыхъ тычиночныхъ цветовъ нельзя еще получить пыльцу, и это длится въ среднемъ два дня. Въ виде примеровъ этому укажемъ Aster alpinus, Aronicum glaciale, Bellidiastrum Michelii, Doronicum cordatum, Erigeron alpinum, Gnaphalium Leontopodium, Tussi- lago Farfara и Calendula officinalis. Также протерогиничны и губоцветныя, не- супця на одной особи только настояпце обоеполые цветы, на другой только ложнообоеполые плодупце цв'Ьты. У душицы (Origanum vulgare) ложнообоеполые пло- дулце цв'Ьты опережаютъ настояпце обоеполые цв'Ьты не менее какъ на восемь дней, или даже более.
Здесь следуетъ еще разъ отметить, что все эти указатя относятся только до цветовъ, развивавшихся при одинаковыхъ вн'Ьшнихъ услов!яхъ, и что упомянутое запаздывате или опережете не обусловлено тенистымъ или солнечнымъ местообиташемъ.
Что касается однодомныхъ растен!й, то они, насколько это видно изъ имеющихся изеледоватй, оказались в ci протерогиничными. Осоки, рогозы и ежеголовники (Carex, Typha, Sparganium), ароидныя съ однодомными цветами, кукуруза (Zea Mays), однодомная крапива (Urtica urens), уруть (Myriophyllum), черноголовникъ (Poterium), нетреба (Xanthium), бешенный огурецъ (Ecballium Elaterium), однодомныя молочайныя растетя (Euphorbia, Eicinus), а также ольхи, березы, грецкш орехъ, платаны, вязы, дубы, орешники и буки—все весьма резко протерогиничны. У большинства этихъ растетй, особенно у названныхъ въ конце деревьевъ и кустарниковъ, пылящая пыльца освобождается всегда изъ пыльниковъ лишь послб того, какъ рыльца на той же особи были уже въ течете 2 — 3 дней воспршмчивы. Иногда эта разница въ половой зрелости бываетъ еще больше. У зеленой или альшйской ольхи (Alnus viridis) эта разница равна 4 — 5 днямъ, а у мелкаго рогоза (Typha minima) даже девяти днямъ. Двудомный растен!я также большею частью протерогиничны. Въ большихъ ивовыхъ заросляхъ по берегамъ нашихъ рекъ некоторые виды иногда представлены тысячами кустарниковъ. Часть ихъ несеть тычиночные цветы, другая плодупце. Они растутъ на той же почве, въ одинаковой мере освещаются солнцемъ и обвеваются ветромъ, и, не смотря на эти одинаковый внештя вл!ятя, кусты съ плодущими цветами заметно опережаютъ своихъ соседей съ тычиночными цветами. Рыльца миндальной ивы (белотала, Salix amygdalina) у^е втечете 2 — 3 дней воспршмчивы къ опылетю, а далеко вокругъ не раскрылся еще ни единый пыльникъ этого вида ивы. То же относится и до пурпурнаго лозника (Salix purpurea), корзинной вербы (S. viminalis), ломкой вербы (S. fragilis) и др. У низкихъ алыпйскихъ ивъ (Salix her. bacea, retusa, reticulata) также наблюдается это явлеше; но тутъ разница во времени ограничена всего однимъ днемъ. Если разематривать среди лета безчислен- ные кусты конопли (Cannabis sativa), выроеппе одинъ около другого изъ посеянной
на гладкой пашне, то бросается въ глаза, что у большинства кустовъ, несущихъ плодупце цветы, рыльца уже воспршмчивы, хотя еще не раскрылся ни единых тычиночный цветокъ. Только черезъ 4— 5 дней после того, какъ начали цвести покрытый плодущими цветами особи, раскрываются на соседнихъ кустахъ и тычиночные цветы, и ветеръ разсыпаетъ изъ качающихся пыльниковъ порошащуюся пыльцу. У куръ-зелья, особенно у многолетнихъ видовъ этого рода (Mercurialis ovata и perennis), растущихъ небольшими насаждешями въ нашихъ лесахъ, при чемъ на той же почве чередуются особи съ плодущими и особи съ тычиночными цветами, рыльца становятся воспршмчивы по крайней мере за два дня до распы- лешя пыльцы. То же наблюдалось и у хмеля (Humulus Lupulus) и еще многихъ другихъ двудомныхъ растенш.
Все эти факты имеютъ большую важность для вопроса о значенш перекрест- наго опылешя. Если бы неодновременная половая зрелость наблюдалась лишь у растенш, имеющихъ настоящее обоеполые цветы, то дихогам!ю можно было бы считать только за усовершенствоваше техъ устройствъ, которыя должны предотвращать опылеше рылецъ пыльцею изъ рядомъ находящихся пыльниковъ, т. е. самоопылеше или автогамно. Такъ, напр., взаимное положеше пыльниковъ и рылецъ въ цветахъ трюстника (Triglochin см. рис., стр. 139) делаетъ почти невозможнымъ, чтобы пыльца попала на рыльце того же цветка; но эта возможность не была бы еще совершенно исключена, если бы пыльники освобождали пыльцу въ то время, когда рыльца еще воспршмчивы. Но если въ цветахъ трюстника рыльца уже со- всемъ засохли ко времени распылешя, то автогам!я совершенно невозможна, и въ этомъ отношепш дихогам!я будетъ усовершенствовашемъ упомянутаго уртройства цветка. TaKie случаи совершенной дихогамш, каше наблюдаются у трюстника, страницы, белозора и т. д., однако, сравнительно редки, и для преобладающаго числа несовершенно дихогамныхъ обоеполыхъ цветовъ такое объяснеше не подхо- дитъ. Еще менее оно подходитъ для однодомныхъ и двудомныхъ растенш. У по- следнихъ, ведь, объ автогамш или самоопыленш вообще не можетъ быть и речи.
Такъ какъ неодновременное наступлеше зрелости обоихъ половъ того же вида является приспособлешемъ, встречающимся у большинства, даже, можетъ быть, у всехъ растенш, то нельзя предполагать, чтобы это устройство не имело никакого значешя.
Попытаемся теперь объяснить значен!е дихогам!и, и пригласимъ читателя сперва зайти въ одну изъ ивовыхъ зарослей, вкратце онисанныхъ выше. Пурпурная ива (Salix purpurea) какъ разъ начинаетъ цвести. Плодупце цветы имеютъ уже воспршмчивыя для опылешя рыльца, но тычиночные цветы еще отстали въ развитш и ни единый пыльникъ въ нихъ еще не вскрылся. Зато тычиночные цветы корзинной вербы (Salix viminalis), растущей въ перемежку съ пурпурною ивою въ той же заросли, находятся въ полномъ развитш. Пыльца корзинной вербы имеется въ избытке. Многочисленный пчелы, привлеченный запа- хомъ и цветомъ сережекъ, перелетаютъ отъ куста къ кусту, сосутъ медъ и собираютъ пыльцу. Оне при этой работе не очень разборчивы и не ограничиваются однимъ видомъ, а столь же охотно прилетаютъ къ пурпурной иве, какъ и къ корзинной вербе, и если имеются еще друпе виды ивъ, то и на нихъ. Если теперь пчела прилетаетъ къ плодущимъ цветамъ пурпурной ивы, чтобы сосать здесь медъ, и если эта пчела покрыта пыльцею, которую она собрала только что
передъ тЬмъ на другой иве, то эта пыльца можетъ принадлежать только корзинной иве, лавровой иве, ивб-бредине или какому либо другому виду, тычиночные цветы которыхъ уже настолько подвинулись въ развитаи, что отдаютъ пыльцу; пурпурной иве эта пыльца не можетъ принадлежать, такъ какъ во всей местности еще не вскрылся ни единый пыльникъ этого вида ивы. Но если рыльца пурпурной ивы опыляются пыльцою корзинной ивы, то происходить разнородное скре- щиваше или гибридизащя. Лишь черезъ два или три дня можетъ совершиться однородное перекрестное опылеше: теперь и тычиночные цветы пурпурной вербы выдвинули свои пыльники, широко раскрылись и отдаютъ освобожденную пыльцу посещающимъ насекомымъ. Посл4дшя и не мешкаютъ посбщешемъ открывшихся тычиночныхъ цветовъ пурпурной вербы, нагружаются пыльцою и переносятъ ее на все еще способный къ опыленпо рыльца того же вида. Въ начале цве- тен!я, следовательно, у названной ивы, благодаря дихогамш, возможно разнородное cкpeщивaнie и лишь позже однородное. То же наблюдается, понятно, у всехъ другихъ ивъ и, вообще, у всехъ двудомныхъ растен!й, цветы которыхъ несовершенно протерогиничны.
Чтобы показать, что у однодомныхъ растенш совершаются те же процессы, вступимъ на край торфяника, на которомъ многочисленный осоки (Carex) состав- ляютъ основу растительнаго ковра. Различнейшие виды здесь перемешаны въ пестромъ безпорядке. Тутъ по краю темныхъ лужицъ растутъ Carex acutiformis, filiformis, riparia, vesicaria, paniculata, тамъ на примыкающемъ болотистомъ лугу Carex flava, canescens, glauca, Hornschuchiana и еще мнопя друпя. Эти осоки цве- тутъ не все одновременно, а однимъ очередь приходить немного раньше, другимъ несколько позже, при чемъ одне расцветаютъ какъ разъ тогда, когда у другихъ цветы достигли полнаго развитая, у третьей группы цветете уже идетъ къ концу. Все однодомныя осоки протерогиничны. Рыльца уже 2— 3 дня воспршм- чивы къ опыленпо, далеко выдвинулись за кpoющiя чешуи и поставлены такимъ образомъ, что принесенная воздушными течетями пыльца должна къ нимъ приставать. Но пыльники въ тычиночныхъ цветахъ соответственная вида все еще не вскрылись. Поэтому само собою понятно, что рыльца въ течете перваго и второго дня часто опыляются пыльцою другихъ, раньше расцветшихъ видовъ; такъ какъ пыльники последнихъ уже вскрылись, то каждый порывъ ветра будетъ высыпать изъ нихъ пыльцу, разсеетъ ее по всему торфянику и опылить все, что только способно къ опыленью. Цветневая пыль, освобождающаяся позже изъ стоя- щихъ надъ зрелыми рыльцами тычиночныхъ цветовъ, можетъ быть принята, соответственно ея более поздней зрелости, лишь во второй очереди. Следовательно, несовершенная диxoгaмiя и у растеши съ однодомными цветами также является причиною, что сперва происходить разнородное и лишь позже однородное скрещиваше.
Какъ известно, даже при одинаковыхъ внешнихъ ycлoвiяxъ не все кусты одного вида расцветаютъ въ тотъ же день, и это обстоятельство достойно внима- шя по той причине, что позволяем предполагать, что раньше расцветаше кусты одного вида доставляют пыльцу для рылецъ позже расцветшихъ кустовъ того же вида. Это, наверно, весьма часто и бывает, но столь же верно, что рыльца самаго перваго расцветающаго куста протерогиничнаго вида сперва могутъ быть опылены только пыльцею другихъ еще раньше цветущихъ видовъ и, действительно,
ими опыляются, такъ что въ высказанномъ раньше выводб не требуется ник^- кихъ измбнешй.
Такъ какъ растешя съ ложнообоеполыми цвбтами совершенно такъ же относятся къ перенесение пыльцы, какъ и двудомный и однодомныя, то слбдуетъ ожидать, что у нихъ дихогам!я имбетъ такое же значеше, какое только что был. выяснено. Высоте (консше) щавели изъ группы Lapathum, именно, Rumex alpinus nemorosus и obtusifolius, содержать въ своихъ метелкахъ преимущественно ложно - обоеполые плодупце цвбты, ложнообоеполые тычиночные, и вмбстб съ ними въ неболыпомъ числб настояпце обоеполые цвбты. Какой бы мы кустъ не стали разематривать, всегда мы на немъ замбтимъ, что рыльца въ своемъ развиты значительно опередили пыльники. Рыльца уже воспршмчивы, пыльники еще закрыты. При такихъ услов!яхъ первые цвбты растешя, будь то ложнообоеполые или настояпце обоеполые, могутъ получить пыльцу лишь съ другихъ кустовъ, цвбтущихъ уже нбеколько дней, изъ уже вскрывшихся качающихся пыльниковъ которыхъ вбтеръ выдуваетъ пыльцу. И если даже принять, что изъ 100 кустовъ Rumex obtusifolius, образующихъ гдб нибудь маленькое насаждеше, не веб расцвбтаютъ въ одно время, вслбдств!е чего происходить безчисленное скрещиваше между цвбтами сосбднихъ, принадлежащихъ къ тому же виду особей, то первыя развив- пияся рыльца перваго на версты кругомъ расцвбтшаго куста Rumex obtusifolius могутъ получить пыльцу въ течете нбеколькихъ дней только съ другихъ ви- довъ щавеля, а потому въ садомъ началб цвбтешя у Rumex obtusifolius можетъ совершаться лишь разнородное скрещиваше. Уже было раньше упомянуто, что у принадлежащей къ губоцвбтнымъ душицы (Origanum vulgare) кусты, несупце ложнообоеполые плодупце цвбты, расцвбтаютъ на цблыхъ восемь дней раньше, чбмъ кусты съ настоящими обоеполыми цвбтами. Къ тому слбдуетъ еще добавить, что для перваго расцвбтающаго на нбеколько верстъ кругомъ куста нбтъ пыльцы того же вида, а потому въ случаб, если рыльца все таки будуть опылены при посредствб наебкомыхъ, пыльца можетъ происходить лишь отъ другого вида. У сложноцвбтныхъ, въ корзинкахъ которыхъ совмбстно находятся настояпце обоеполые и ложнообоеполые плодупце цвбты, половая зрблость первыхъ также запаздываетъ, сравнительно съ послбдними, на нбеколько дней, вслбдств!е чего первые цвбты кустовъ, открывающихъ въ извбетной мбстности цвбтеше, могутъ получить пыльцу только оть другихъ уже раньше расцвбтшихъ видовъ, т. е. сначала обречены на разнородное скрещиваше или гибридизащю. Въ понтшекой флористической области встрбчаются нбеколько совмбстно растущихъ девясиловъ (Inula Oculus Christi, ensifolia, Germanica, salicina и др.), зацвбтающихъ среди лбта въ опредбленномъ порядкб, при чемъ одинъ видъ всегда начинаетъ цвбети лишь, когда другой уже стоить въ полномъ цвбту. Въ каждой корзинкб этихъ девясиловъ находятся по окружности язычковые ложнообоеполые плодупце, а въ серединб трубчатые настояпце обоеполые цвбты. Первые распускаются раньше послбднихъ, и у каждаго вида девясила бываетъ время, хотя бы ограничивающееся 1—2 днями, когда къ рыльцамъ краевыхъ ложнообоеполыхъ цвбтовъ можетъ быть принесена наебкомыми только пыльца другихъ видом, потому что собственной пыльцы еще не имбется. Къ этому примбру можно добавить еще много другихъ, изъ которыхъ вытекаетъ, что, если у растен!й съ ложнообоеполыми цвбтами въ на- чалб цвбтен!я совершается разнородное и лишь впocлбдcтвiи
однородное скрещиваше, то это зависитъ преимущественно отъ несовершенной дихогам!и.
У растеши съ настоящими обоеполыми цветами дело обстоитъ не иначе. У видовъ съ гетеростильными ложнообоеполыми цветами развиваются раньше то особи съ длинностолбиковыми, то особи съ короткостолбиковыми цветами. Какъ уже упомянуто, у Primula Auricula опережаютъ въ развиты особи съ длинностолбиковыми цветами, у Primula longiflora— особи съ короткостолбиковыми, и поэтому рыльца первыхъ длинностолбиковыхъ, какъ и короткостолбиковыхъ кустовъ первоцветовъ могутъ опыляться пыльцою только другихъ видовъ, что и совершается не редко въ природе при посредстве насекомыхъ, вызывая образоваше многочисленныхъ гибридныхъ первоцветовъ. Что касается растеши съ не гетеростильными настоящими обоеполыми цветами, то у нихъ повторяется то же самое. Если видъ проте- терогиниченъ, какъ, напр., боровой прострелъ (Pulsatilla patens), то первенцы ихъ цветовъ не могутъ получить пыльцы изъ пыльниковъ того же вида, ибо таковой не имеется во всей обитаемой названнымъ видомъ местности; возможно, однако, что они будутъ опылены пыльцою другихъ, тамъ же растущихъ и раньше рас- цветшихъ видовъ прострела. Это относится, конечно, только къ первому времени цвЬтешя и только къ т4мъ кустамъ вида, которые первыми въ известной местности раскрываютъ свои цветы; у позднее расцветшихъ столь же возможно однородное скрещиваше, такъ какъ тогда первые цветы уже освободили пыльцу, которая собирается и переносится насекомыми. Среди растешй съ настоящими обоеполыми цветами известны, какъ было уже говорено раньше, очень мнопя, которыя не про- терогиничны, а протерандричны. Тутъ рыльца первыхъ цветовъ не могутъ быть опылены, такъ какъ они еще не достигли половой зрелости и еще не доступны. Но что делается съ пыльцою этихъ протерандричныхъ первыхъ цветовъ? Если она, вообще, вскоре после освобождешя изъ пыльниковъ попадаетъ при посредстве ветра или насекомыхъ на рыльце, то последнее можеть принадлежать только другому виду, у котораго рыльца уже воспршмчивы. Къ концу цветешя въ цветахъ большинства протерандричныхъ видовъ нетъ больше пыльцы, но рыльца этихъ отстав- шихъ цветовъ теперь только достигли половой зрелости. Они могутъ получить пыльцу лишь изъ другихъ, еще не столь далеко подвинувшихся въ своемъ раз- вит1и цветовъ. Для техъ же цветовъ, которые цветутъ самыми последними въ какой либо местности, если они протерандричны, пыльцы того же вида совсемъ больше нетъ, и они могутъ опылиться только пыльцею другихъ видовъ. Следовательно, и у растешй съ настоящими обоеполыми цветами, будь они проте- рогиничны или протерандричны, въ самыхъ первыхъ или, соответственно, самыхъ последнихъ цветахъ имеется стремлен!е къ разнородному скрещивашю.
Изъ сообщенныхъ здесь результатовъ можно вывести положеше, что для каждаго дихогамнаго растешя въ начале и въ конце цветешя даны услов!я для разнороднаго скрещивашя или, что то же самое, для гибридизац!и, и что въ Природе главнейшимъ основашемъ для по- лучешя разнороднаго скрещивашя является дихогам!я и при томъ особенно несовершенная дихогам!я. Этимъ, конечно, не отрицается, что и при однородномъ скрещиванш дихогамья также играетъ важную роль. Въ об- щемъ, однако, можно держаться того вывода, что разнородное скрещиваше обу-
словлено преимущественно разъединешемъ половъ во времени, а однородное cklt* щиваше—разъединешемъ половъ въ пространстве. Съ этимъ выводомъ находит. ~ въ согласы и тотъ фактъ, что разъединеше половъ во времени и въ пространств большею частью связаны между собою, т. е., что двудомные, однодомные и ложе:- обоеполые цветы, а также и те обоеполые цветы, половые органы которыхъ разъединены пространствомъ, все же несовершенно дихогамны, такъ какъ этимъ npz- способлешемъ дается возможность, что въ цветахъ того же самаго вида въ началз или въ конце времени цветен!я можетъ совершаться разнородное, въ остальное Жт время цветешя—однородное скрещиваше. Также объясняется этимъ и то явлеше что несовершенная дихогам!я встречается гораздо чаще, ч£мъ совершенная, чт: двудомные виды растеши съ совершенно дихогамными цветами, вообще, не известны, и что, если таковой когда либо и появился бы, онъ вскоре долженъ быль бы пропасть. Если принять, что где либо растетъ видъ ивы съ двудомными, совершенно протерогиничными цветами, то у него могла бы совершаться только гиб- ридизащя; получаюпцеся вследств!е этого молодые ивовые кусты были бы, следовательно, все гибриды, форма которыхъ не тождественна съ формою основного вида. Видъ самъ, такимъ образомъ, не могъ бы, вообще, обновляться путемъ образовашя плодовъ, онъ не оставилъ бы потомства той же формы, или,другими словами, онъ бы вымеръ.
Среди обусловленнаго пространственнымъ разъединешемъ половъ однород- наго скрещивашя было выше (ср. стр. 283) различено два случая: ксеногам!я и гейтоногам!я. Если скрещивающееся цветы принадлежать различнымъ кустамъ того же вида, то получается ксеногам!я, когда они принадлежать тому же кусту—гей- тоногам!я. Резкая граница между ними едва ли можетъ быть проведена. Ответ- вляюпцеся отъ куста отводки, которые затемъ отделяются и образуютъ особенные кусты, морфологически равнозначущи, имея въ виду ихъ исторпо развийя, *от- ветвлешямъ куста, не отделяющимся, а остающимся съ нимъ въ соединены. Когда, поэтому, скрещиваются цветы, раскрывппеся на происшедшихъ посредствомъ образовашя отводковъ отдельныхъ кустахъ, то этотъ процессъ, конечно, но разнится существенно отъ скрещивашя, совершающегося между цветами на остающихся въ соединеши ветвяхъ. Тбмъ не менее следуетъ, въ виду некоторыхъ явлены, находящихся въ связи съ ббльшимъ или меныпимъ разстояшемъ между скрещивающимися цветами, различать оба случая.
Какъ при ксеногамы, такъ и при гейтоногамы перенесеше пыльцы совершается частью при посредстве воздушныхъ течешй, частью посещающими цветы животными. Какъ это происходить и какое безконечное разнообраз!е наблюдается въ этомъ отношены, было подробно описано въ предыдущихъ главахъ. Но гейтоно- гам!я часто достигается еще двумя другими путями, именно, при помощи прикла- дыван!я воспршмчивыхъ рылецъ къ освобожденной пыльце соседнихъ цветовъ и посредствомъ паден!я пыльцы. Такъ какъ совершающееся этими путями перекрестное опылеше раньше могло^ыть упомянуто лишь случайно, оно должно быть здесь разсмотрено еще подробнее.
Когда соединенные въ корзинки, клубочки, зонтики, пучки, колосья и кисти цветы столь сближены, что рыльца одного цветка легко могутъ соединиться съ покрытыми пыльцою пыльниками другого цветка, то этимъ даны услов!я для скрещивашя соседнихъ цветовъ. А такъ какъ этотъ видъ перекрецтнаго опылешя, дей-
ствительно, очень распространенъ и у некоторыхъ видовъ съ большою правильностью постоянно повторяется во всбхъ следующихъ другъ за другомъ поколешяхъ, то мы вправе привести только что названный формы соцветш въ связь съ гейто- ногам!ей и признать, что значеше скученныхъ соцветш состоитъ преимущественно въ достиженш скрещивашя соседнихъ цветовъ куста.
Какъ можно было ожидать напередъ, такое скрещиваше выражено въ особенности у сложноцветныхъ, цветы которыхъ столь тбсно сближены, что все соцвепе при ббгломъ взгляде можно принять за одинъ цветокъ, а потому будетъ целесообразно поставить при разсмотренш гейтоногамии это богатое, заключающее свыше 10,000 видовъ семейство на первое место. Начнемъ съ описашя гейтоно- гамш у техъ сложноцветныхъ, корзинки которыхъ содержать только язычковые цветы. Язычковыми ботаникъ называеть, какъ известно, те цветы, венчикъ которыхъ только у основашя трубчатъ, тогда какъ свободный конецъ распростертъ и высовывается подобно языку. У гусянки (Prenanthes) каждая корзинка составлена всего изъ пяти такихъ язычковыхъ цветовъ. Изъ каждаго цветка выдается трубка пыльниковъ, въ которую включенъ тонкш, длинный столбикъ. Столбикъ снаружи усаженъ жесткими, вверхъ направленными щетинками, такъ называемыми выметающими волосками, и когда онъ вытягивается въ длину, что совершается тот- часъ же после раскрыйя цветовъ, то уже заранее освобожденная внутрь трубки пыльниковъ пыльца вычищается при помощи выметающихъ волосковъ. Тогда надъ опорожненной трубкою пыльниковъ выдается длинный столбикъ, совершенно желтый отъ покрывающей его пыльцы. Обе ветви каждаго столбика сперва сомкнуты, но вскоре разъединяются, вследств!е чего* обнажается рыльцевая ткань, развитая на внутренней стороне ветвей столбика. Если теперь прилетаютъ насекомым, приносящая съ другихъ кустовъ пыльцу, то обнаженная рыльцевая ткань можеть быть опылена этою пыльцею. Но приставшая къ выметающимъ волоскамъ на наружной стороне ветвей столбика пыльца на этой стадш все еще не попадаеть на воспршм- чивую внутреннюю ихъ сторону. Какъ только, однако, язычковидные венчики начи- наютъ вянуть и сморщиваться, обе ветви столбика сильно растопыриваются и изгибаются подобно змейкамъ въ сторону и книзу, одновременно сближаются и столбики, и при этомъ неизбежно ветви столбиковъ соседнихъ цветовъ переплетаются и все еще воспршмчивыя рыльца одного цветка приходить въ соприкосновеше съ еще лежащею на выметающихъ волоскахъ пыльцею другого и такимъ образомъ опыляются.
Совершенно тотъ же процессъ происходить въ корзинкахъ латука (Lactuca), синяго чистотела (Mulgedium) и расторопши (Chondrilla), только здесь цветовъ въ корзинке несколько больше и они расположены по 2 — 3 винтовымъ оборотамъ. Кроме того, ветви столбика не изгибаются змеевидно, а только растопыриваются и немного завертываются назадъ, чего, однако, совершенно достаточно для того, чтобы привести ихъ въ соприкосновеше съ соседними цветами и совершить скрещиваше. Достойно внимашя еще, что у гусянки язычковидные венчики въ конце цветешя свертываются кнаружи, тогда какъ у латука и другихъ перечисленныхъ сложноцветныхъ они смыкаются и образуюсь покровъ вокругъ скрещивающихся ветвей столбика. Козелецъ (Tragopogon), ястребинка (Hieracium), скерда (Crepis), сладкш корень (Scorzonera), куль-баба (Leontodon), одуванчикъ (Taraxacum) и еще мнопя друпя сложноцветный, типомъ которыхъ могутъ служить поименованный, содержать
въ одной корзинкб до 100 язычковыхъ цв^товь, расположенныхъ по нисколькими оборотамъ спирали (см. рис., стр. 107, фиг. 5). Язычки вбнчиковъ утромъ расходятся, вечеромъ сходятся, и подобно язычкамъ и трубки пыльниковъ и столбики утромъ нисколько наклонены къ окружности корзинки, вечеромъ же опять приподняты и сближены между собою. Это сближеше наконецъ превращается въ непосредственное соприкосновеше, и такъ какъ развит!е протерандричныхъ цвЪтовъ идете отъ окружности къ центру корзинки, всл,Ьдств1е чего рыльца внйшнихъ цвЬтовъ уже восприимчивы къ опылешю, когда во внутреннихъ пыльца только что выдви-
Гейтоногам1я съ пристающею пыльцею: 1) Скрещиван1е ветвей столбиковъ сосйднихъ цвйтовъ въ корзим- кахъ Eupatorium cannabinum, 2) продольный разр-Ьзь черезъ верхнюю часть цвйтка Eupatorium, об-Ь вйтви столбика параллельны и торчать еще въ трубкй пыльниковъ, окруженной, въ свою очередь, краемъ венчика; 3) зонтичекъ Chaerophyllum aromaticum, настоящее обоеполые цв-Ьты раскрыты, ложнообоеполые тычиночные цв-йты еще закрыты ; 4) тотъ же зонтичекъ, съ настоящихъ обоеполыхъ цвйтовъ тычинки отпали, ложнообоеполые тычиночные цвйты раскрылись, изъ съеживающихся пыльниковъ послйдиихъ падаетъ пыльца на рыльца первыхъ. Вей фигуры немного увелич. Ср. текстъ, стр. 303 и 307.
гается изъ трубки пыльниковъ, то при этомъ соприкосновеши неминуемо происходить скрещиваше сосбднихъ цв^товь. Съ этимъ находится также въ связи, что язычковидные венчики въ каждой корзинк^ неравной длины (см. рис., стр. 107, фиг. 5). Если бы они были одинаковой длины, упомянутое соприкосновеше и скрещиваше были бы невозможны, между столбиками наружныхъ и внутреннихъ цвЪ- ловъ были бы включены въ видЬ препятствующихъ перегородокъ язычковидные венчики. Это избегнуто тЬмъ, что внутреннее язычки настолько короче, насколько нужно, чтобы столбики могли приложиться другъ къ другу. У многихъ принадле- жащихъ сюда растешй, напр., у козельца (Tragopogon), гейтоногамш способствуете еще то обстоятельство, что въ каждой корзинкЬ цвЬты наружнаго оборота приходятся какъ разъ между двумя цветами сл-Ьдующаго внутренняго оборота. ВслЬд-
cTBie этого при смыканш корзинки изъ обеихъ ветвей столбика одинъ прикладывается слева, другой справа къ покрытымъ пыльцою столбикамъ стоящихъ передъ ними цветовъ.
Между сложноцветными съ исключительно трубчатыми цветами имеются, сравнительно, лишь немнопе виды, у которыхъ соединенные въ одну корзинку цветы скрещиваются другъ съ другомъ. Наиболее замечательны изъ относящихся сюда виды рода седашъ (напр., Eupatorium aromaticuni и cannabinum; см. рис., стр. 302, фиг. 1 и 2). Корзинки ихъ содержатъ очень мало цветовъ, у Eupatorium cannabinum пять, раскрывающихся последовательно въ течете 5 — 8 дней. Въ каждой корзинке, такимъ образомъ, всегда находятся въ ближайшемъ соседстве более старые и более молодые цветы. Столбики отличаются своимъ устройствомъ отъ таковыхъ у другихъ сложноцветныхъ; они разсечены до половины на две длинныя нитевидныя ветви, и эти ветви только у основатя снабжены воспршмчи- вою къ опылетю рыльцевою тканью; остальная часть до верху густо усажена короткими щетинками, не разъ уже упомянутыми выметающими волосками. Пока ветви столбика еще заключены въ трубку пыльниковъ (см. рис., стр. 302, фиг. 2), оне параллельны и плотно сомкнуты; и после того, какъ оне удлинились и далеко высунулись за трубку пыльниковъ, оне остаются еще некоторое время сложенными. Такъ какъ при выхождеши вымeтaющie волоски вычистили пыльцу изъ трубки пыльниковъ, то снаружи густо покрыты пыльцою. Но это продолжается лишь короткое время; вскоре ветви столбика расходятся и растопыриваются подъ угломъ въ 40 — 50 градусовъ. При этомъ ветви, столбиковъ неизбежно скрещиваются подобно клинкамъ шпагъ, пыльца отделяется отъ выметающихъ волосковъ, отваливается и попадаетъ на воспршмчивую рыльцевую ткань. Случается также, что сложенныя и покрытия пыльцею ветви столбика при выхождеши изъ трубки пыльниковъ касаются ветви столбика более стараго соседняго цветка, которая, подобно шлагбауму, становится имъ поперекъ дороги, и при этомъ отдаютъ свою пыльцу рыльцевой ткани этой ставшей поперекъ ветви столбика.
Цветочный корзинки мать-и-мачихи (Tussilago) и ноготковъ (Calendula) составлены изъ двоякихъ цветовъ. Среднш цветокъ покрыть трубчатыми ложнообоеполыми тычиночными цветами, а по окружности корзинки находятся язычковые чисто плодупце цветы. Последше расцветаютъ раньше, чемъ цветы средняго участка, и поэтому могутъ быть сначала опылены только пыльцею изъ другихъ, * более подвинувшихся въ развитш корзинокъ. Но вскоре выносится также пыльца изъ окаймленныхъ язычковыми цветовъ средняго участка и является въ виде на- ложеннаго на трубку пыльниковъ комочка. Но въ томъ, какимъ способомъ эта пыльца попадаетъ на рыльца соседнихъ язычковыхъ цветовъ, оба разсматриваемые рода различаются. У мать-и-мачихи многочисленные краевые язычковые цветы, которые днемъ отстояли и вcлeдcтвie своей яркой, желтой окраски издалека были видны и служили приманкою для насекомыхъ, между 5 и 6 часами пополудни смыкаются и при этомъ такъ загибаются надъ срединными цветами, что неминуемо должны коснуться и ихъ пыльцевыхъ комочковъ. Пыльца при этомъ пристаетъ къ язычковымъ цветамъ, и когда на следующее утро корзинки снова раскрываются и язычковые цветы загибаются кнаружи, тф приставшая пыльца отделяется и со- скальзываетъ къ выдающимся у основашя язычковъ воспршмчивымъ рыльцамъ. У ноготковъ процессъ проще. Тутъ ветви столбиковъ краевыхъ язычковыхъ цветовъ
изогнуты ковнутри надъ граничащими съ ними срединными цветами, и при томъ уже, когда эти последше еще все закрыты. Когда затемъ срединные цветы раскрываются и изъ ихъ трубокъ пыльниковъ выносится пыльца, эта последняя неизбежно попадаетъ на рыльце соседнихъ язычковыхъ цветовъ.
По внешнему виду весьма похожи на мать-и-мачиху и ноготки, различаясь, однако, относительно распределешя половъ, золотарникъ (Solidago), астра (Aster) и мнопя друпя сложноцветный, соединяемым подъ именемъ Asterineae. Трубчатые цветы средняго участка въ каждой корзинке суть настояпце обоеполые цветы, а язычковидные цветы края — чисто-плодупце. Эти последше развиваются раньше первыхъ и, какъ уже было упомянуто, разечитаны на разнородное скрещиваше. Но черезъ несколько дней раскрываются и обоеполые срединные цветы и притомъ прежде всего самые наружные. Пыльца выносится изъ нихъ, и въ то же время эти цветы изгибаются несколько кнаружи, такъ что лежащая въ виде комоч- ковъ на пыльниковой трубке пыльца или непосредственно приходить въ сопри- KOCHOBeHie съ воспршмчивыми рыльцами краевыхъ цветовъ, или скоро падаетъ на нихъ.
У весьма многихъ сложноцветныхъ корзинка содержитъ только настояпце обоеполые цветы съ трубчатымъ венчикомъ. РазвиПе цветовъ здесь также идеть отъ окружности къ центру корзинки и въ каждомъ отдельномъ обоеполомъ цветке происходитъ всегда такимъ образомъ, что пыльца вскоре после раскрытая венчика вычищается и выносится изъ трубки пыльниковъ посредствомъ покрывающихъ наружную поверхность столбика выметающихъ волосковъ или бугорковъ. Пыльца теперь представляетъ маленьше комочки у верхняго устья трубки пыльниковъ* но остается здесь въ такомъ виде лишь короткое время. Смыкавппяся до сихъ поръ обе ветви столбика, внешняя поверхность которыхъ покрыта пыльцею, вскоре раз- ступаются, часто также дугообразно загибаются назадъ и этимъ обнажаютъ ихъ воспршмчивую ткань рылецъ. Пыльца при этомъ большею частью сбрасывается и падаетъ, разделяясь на мелк!я крошки, следуя закону тяготешя, внизъ. При этомъ она попадаетъ на воспршмчивую рыльцевую ткань ниже стоящихъ более старыхъ цветовъ и вызываетъ гейтоногампо. Но чтобы сброшенная съ более молодыхъ цветовъ пыльца достигла цели и попала какъ разъ на рыльца ниже стоящихъ, болбе старыхъ цветовъ, у принадлежащихъ сюда сложноцветныхъ имеются различный приспособлешя. У Homogyne сидяпце на ровномъ ложе трубчатые цветы неодинаковой длины. Краевые цветы немного короче среднихъ, такъ что ветви стол- биковъ первыхъ приходятся ниже, чемъ у последнихъ. Но этого недостаточно для того, чтобы пыльца, отделяющаяся и падающая съ выше поставленныхъ ветвей столбиковъ, попала на рыльцевую ткань ниже стоящихъ ветвей; эти последшя помещаются несколько дальше по окружности корзинки, а потому необходимо, чтобы несупце пыльцу столбики наклонились къ окружности корзинки, если находящаяся на нихъ пыльца должна попасть на место. Это, действительно, и происходитъ. Первоначально прямые и вверхъ стояпце столбики загибаются на уголъ. въ 70 — 90 градусовъ кнаружи, при томъ раньше еще, чемъ обе ветви ихъ раз- ступятся и сбросятъ вынесенную изъ трубки пыльниковъ пыльцу. Такимъ образомъ отпадающая позже пыльца неизбежно попадаетъ на ниже стояпця рыльца болбе старыхъ цветовъ. Бываетъ также, что покрытыя еще пыльцею растопыренным ветви столбиковъ молодыхъ цветовъ приходятъ въ непосредственное-.
соприкосновеше съ рыльцевою тканью на ветвяхъ столбиковъ болбе старыхъ цветовъ, при чемъ также происходить гейтоногам!я. ■
Подобный же явлен!я, какъ у взятой для примера Homogyne, наблюдаются у многихъ другихъ сложноцветныхъ, корзинки которыхъ составлены исключительно изъ трубчатыхъ обоеполыхъ цветовъ. Незначительное отклонеше показываютъ высокогорный полыни, напр., Artemisia Mutellina и spicata, въ корзинкахъ которыхъ срединные цветы выдаются надъ соседями не только вследств!е большей длины, но и потому, что ложе корзинки, на которомъ сидятъ трубчатые цветы, заметно выпукло. Стояпце на вершине купола цветы, понятно, выдаются надъ стоящими по окружности. У очень многихъ сложноцветныхъ (напр., Doronicum glaciale и scorpioides, Senecio cordatus и Doronicum, Telekia и Buphthalmum, Anthemis и Matricaria) ложе, на которомъ сидятъ цветы, сначала плоско или лишь слабо выпукло, но въ течете цветешя столь значительно поднимается, что получаетъ видъ полушар!я или даже конуса. Въ корзинкахъ Doronicum это поднят!© достигаетъ 1 см., а, сравнительно, еще значительнее оно у Anthemis и Matricaria. Ближай- шимъ следств!емъ этого превращения ложа является, понятно, и изменен!© въ направленш стоящихъ на ложе трубчатыхъ цветовъ. Бываетъ, что цветы, стоящ!© на ложе раскрывающейся корзинки вертикально, позже занимаютъ почти горизонтальное положен!©. Но всего замечательнее, что эти изменешя совершаются одновременно съ дальнейшимъ развит!емъ цветовъ. Какъ известно, въ корзиновидныхъ соцвет!яхъ краевые цветы раскрываются первыми, а центральные последними (ср. томъ I, стр. 739—740). Цветы каждаго внешняго круга, поэтому, всегда уже более развиты, чемъ цветы следующего внутренняго круга, и когда у внешнихъ воспршм- чивая рыльцевая ткань уже обнажена, на внутреннихъ пыльца только что,выносится изъ пыльниковой трубки и сбрасывается съ расходящихся ветвей столбика. При этомъ, вследств!е выше упомянутыхъ изменены ложа, на которомъ находятся цветы, воспр!имчивыя рыльца приходятся какъ разъ по лиши паден!я пыльцы изъ внутреннихъ цветовъ. Иногда, впрочемъ, паденья пыльцы и не требуется, такъ какъ цветы столь густо расположены одинъ надъ друтимъ и другъ возле друга, что растопыривающ!яся рыльца более старыхъ цветовъ какъ разъ приходятъ въ соприкосновеше съ пыльцою молодыхъ цветовъ.
Подобно сложноцветнымъ, и у зонтичныхъ растешй много мелкихъ цветовъ такъ тесно скучены, что легко можетъ произойти касаше и соединен!© ры- лецъ и пыльцы соседнихъ цветовъ, и при взгляде на эти группы цветовъ напе- редъ можно предполагать г©йтоногам!ю. Это предположен!© при более подробномъ изследоваши вполне оправдывается; действительно, зонтичныя по разнообразью ведущихъ къ гейтоногам!и приспособлены едва уступають сложноцветнымъ. Глав- нейшья изъ этихъ приспособлешй мы приведемъ здесь. Прежде всего мы встрб- чаемъ группу, типами которой можно принять роды Eryngium и Hacquetia. Виды этой группы имеютъ головкообразно собранные цветы, окруженные крупными листочками обвертки. Веб цветы обоеполы и протерогиничны. Тычинки еще загнуты крючкомъ внутрь, пыльники еще закрыты и лепестки сложены, но заканчивающееся липкими, блестящими рыльцами столбики уже далеко выдаются изъ почки. Въ это время рыльца могутъ быть опылены только ^ыльцею другихъ кустовъ или другихъ видовъ. Позже нити пыльниковъ вытягиваются и выпрямляются, пыльники растрескиваются, и цзъ образовавшихся щелей выступает пыльца. Последняя или тот-
Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растентй, т. П. 20
часъ или вскоре приходить въ соприкосновеше съ все еще воспршмчивыми рыльцами более старыхъ цветовъ; длинные столбики, именно, за это время еще более, чбмъ въ начале цветешя, наклонились въ сторону, и ихъ рыльца, всл4дств!е этого, попали въ область соседнихъ цветовъ, где они неизбежно или заденутъ покрытые пыльцою пыльники, или будутъ опылены отпадающею отъ сморщивающихся пыльниковъ зернистою пыльцею.
Несколько отклоняются отъ этой группы зонтичныхъ роды подлесникъ (Sani- cula), звездовка (Astrantia) и гладышъ (Laserpitium). Отклонешя зависятъ главнымъ образомъ отъ того, что у видовъ этихъ трехъ родовъ кроме обоеполыхъ встречаются и тычиночные цветы. У подлесника каждый зонтичекъ состоитъ изъ трехъ срединныхъ настоящихъ обоеполыхъ цветовъ и изъ 8 —10 расположенныхъ коль- цомъ вокругъ первыхъ тычиночныхъ цветовъ. Обоеполые цветы протерогиничны, раньше развиваются, и поэтому въ начале цветешя рыльца могутъ опыляться только пыльцею другихъ кустовъ или другихъ видовъ. Позже тычинки обоеполыхъ цветовъ выпрямляются и выдаются, какъ и столбики, далеко изъ цветовъ. Но такъ какъ столбики стоятъ вертикально вверхъ, а нити тычинокъ имеютъ косое на- правлеше, то пыльники и рыльца того же цветка все таки не сходятся. Зато вскоре затбмъ происходить скрещиван!е обоеполыхъ цветовъ съ соседними тычиночными цветами следующимъ образомъ. Тычинки обоеполыхъ цветовъ вянуть и отпадаютъ, столбики теперь широко растопыриваются и слабою дугою изгибаются кнаружи, отчего все еще воспршмчивыя рыльца заходятъ въ область стоящихъ вокругъ тычиночныхъ цветовъ, которые за это время вскрылись и пыльники которыхъ обильно снабжены пыльцею. Опылеше рылецъ теперь неизбежно, или вследств!е взаимнаго касашя рылецъ и пыльниковъ, или вследств!е выпадешя пыльцы изъ съеживающихся пыльниковъ. Расположеше цветовъ у звездовки (Astrantia) сходно съ Хветорасположешемъ у подлесника въ томъ, что каждый зонтичекъ содержитъ кроме обоеполыхъ еще тычиночные цветки, что сначала развиваются обоеполые, что последн!е протерогиничны, а потому лишня рыльца са- мыхъ первыхъ вскрывающихся въ известной местности цветовъ могутъ опыляться только пыльцею другихъ видовъ. Позже столбики обоеполыхъ цветовъ растопыриваются и рыльца какъ бы отыскиваютъ себе пыльцу изъ пыльниковъ соседнихъ тычиночныхъ цветовъ, которые между темъ уже вскрылись. Гладышъ (Laserpitium), хотя Въ общемъ имеетъ такое же распределеше цветовъ, какъ подлесникъ и звез- довка, но отличается темъ, что обоеполые цветы въ раскидистомъ крупномъ зонтике не протерогиничны, а протерандричны. Темъ не менее гейтоногам1я происходить такимъ же образомъ, какъ у звездовки, т. е. рыльца на концахъ растопыривающихся столбиковъ добываюсь себе пыльцу изъ пыльниковъ соседнихъ тычиночныхъ цветовъ. Такъ какъ протерандричные обоеполые цветы развиваются раньше тычиночныхъ, то воспршмчивость рылецъ въ первыхъ какъ разъ сходится съ временемъ освобождешя пыльцы изъ пыльниковъ последнихъ.
Замечательную противоположность разсмотреннымъ до сихъ поръ зонтичнымъ растешямъ, у которыхъ въ целяхъ гейтоногамш рыльца одного цветка посред- ствомъ удлинешя, изгибашя и захождешя столбика въ пределы соседнихъ цвб- товъ, такъ сказать, сами отыскиваютъ пыльцу, составляютъ зонтичныя, столбики и рыльца которыхъ сохраняютъ свое первоначальное положеше, но где, зато, пыльники вытягиваются, удлиняются и принимаютъ такое положеше, что освобо-
жденная изъ ихъ пыльниковъ пыльца попадаетъ на рыльца соседнихъ цветовъ. Одна группа относящихся сюда видовъ, для которыхъ примеромъ изберемъ далеко распространеннаго въ европейскихъ высокогорныхъ странахъ толстореберника (Ра- chypleurum), развиваетъ на конце стебля одинъ единственный плостй зонтикъ, цветы котйраго сплошь обоеполы. Эти обоеполые цветы протерогиничны; ихъ лип- ыя рыльца способны принимать пыльцу уже въ то время, когда пыльники въ техъ же цветахъ еще закрыты. Во время этого перваго перюда цвбтетя возможно, следовательно, лиЩь скрещиваше съ другими особями. Позже тычинки выпрямляются, отстоятъ почти звездообразно во все стороны, и несомые длинными нитями пыльники попадаютъ такимъ образомъ въ пределы соседнихъ цветовъ. Такъ какъ рыльца все еще воспршмчивы, то часть выступающей изъ растрескивающихся пыльниковъ пыльцы каждого цветка неизбежно попадаетъ на рыльца соседнихъ цветовъ. Мало отличается процессъ, совершающейся въ зонтикахъ Siler, хотя цветы этого растешя не протерогиничны, какъ у толстореберника, а ясно проте- рандричны. Что, несмотря на это различ!е въ последовательности половой зрелости, все же достигается та же цель, объясняется следующимъ образомъ. Соединенные въ одинъ зонтикъ цветы у Siler развиваются неодновременно, какъ у толстореберника, а лишь весьма постепенно отъ окружности зонтика къ центру, вслед- ств1е чего пыльники стоящихъ въ центре зонтика цветовъ растрескиваются только тогда, когда стояпце по окружности цветы уже утратили свою пыльцу и рыльца уже стали воспршмчивы къ опылешю. Такъ какъ нити тычинокъ такъ длинны, что доходятъ до середины краевыхъ соседнихъ цветовъ, то часть зернистой, выпадающей изъ сморщивающихся пыльниковъ пыльцы все таки откладывается на ставппя между темъ воспршмчивыми рыльца, и такимъ путемъ съ большою правильностью происходить гейтоногам!я.
Pachypleurum и Siler, равно какъ и все зонтичныя, для которыхъ оба названные рода служатъ примерами, закдючаютъ въ своихъ зонтикахъ только обоеполые цветы и отличаются этимъ отъ порезника (Athamanta), медвежьяго корня (Meum) и бутеня (Chaerophyllum; см. рис., стр. 302, фиг. 3 и 4), въ зонтикахъ которыхъ перемешаны обоеполые и тычиночные цветы, и которые, следовательно, сходны съ подлесникомъ и звездовкою. Это иное распределете цветовъ не вызы- ваеть, однако, отклонешя отъ только что описаннаго процесса опылешя, и сле- дуетъ еще только упомянуть, что у этихъ растенш настоящее обоеполые цветы всегда расцветаютъ раньше, чемъ принадлежащее къ тому же зонтику тычиночные цветы. Лишь, после того какъ въ обоеполыхъ цветахъ отпали тычинки, а рыльца въ течете пары дней ожидали въ воспршмчивомъ состоянш пыльцу съ другихъ кустовъ, раскрываются въ тычиночныхъ цветахъ выдвинувшиеся за это время далеко за лепестки пыльники и выпускаютъ пыльцу, падающую на рыльца обоеполыхъ цветовъ. Успешность этого процесса темъ более обезпечена, что число тычиночныхъ цветовъ всегда значительно превышаетъ число обоеполыхъ. Зонтикъ Chaerophyllum aromaticum, изображенный на стр. 302, заключаетъ, напр., кроме одного центральнаго и 3—5 краевыхъ обоеполыхъ цветовъ, 20 тычиночныхъ, такъ что на 8 —12 рылецъ приходится около 100 пыльниковъ. Сверхъ того обоеполые цветы у этихъ зонтичныхъ принимаютъ ко времени расцветашя тычиночныхъ пветовъ такое положите, что опылете ихъ рылецъ выпадающею пыльцою совершенно неизбежно.
Одинъ изъ самыхъ любопытныхъ случаевъ гейтоногамш наблюдается у техъ зонтичныхъ, примерами которыхъ могутъ служить роды купырь (Anthriscus), фен- кель (Foeniculum), кишнецъ (Coriandrum), поручейникъ (Sium) и гальбанъ (Feru- lago). Bet виды этихъ родовъ имеютъ двояк!я соцв^ыя. Первые расцветающ!е зонтики содержать преимущественно настоящее обоеполые и единичные, примешанные къ нимъ, тычиночные цветы; но позже расцветающее зонтики заключаютъ исключительно тычиночные цветы. Обоеполые цветы, первые по очереди, совершенно протерандричны; прикрепленные къ длиннымъ нитямъ пыльники помещаются одинъ за другимъ въ середину цветка, растрескиваются здесь и раздаютъ свою пыльцу; на следуюпцй день данная тычинка отпадаетъ. После того, какъ все нити тычинокъ отпали, рыльца делаются воспршмчивыми къ опылешю- Они пребываютъ въ такомъ состоянш дня два и въ течете этого времени могутъ быть опылены только пыльцою другихъ кустовъ. Теперь наступаетъ чередъ зонтиковъ, несущихъ исключительно тычиночные цветы. Боковые стебли, заканчивающееся этими зонтиками, за это время выросли въ вышину, удерживая такое направлеше, что ихъ зонтики приходятся надъ воспршмчивыми рыльцами обоеполыхъ цветовъ и какъ бы образуютъ верхше этажи всего соцвейя. Когда затемъ пыльники тычинокъ, расположенныхъ во второмъ этаже, вскрываются, и когда далее стенки этихъ пыльниковъ съеживаются, то пыльца падаетъ, следуя силе тяжести, въ виде мельчайшихъ зернистыхъ комочковъ отвесно внизъ. Рыльца ниже стоящихъ более старыхъ цветовъ такимъ образомъ попадаютъ подъ настоящш дождь пыльцы, и легко убедиться, что большинство этихъ рылецъ действительно опыляется падающею пыльцою.
Описанные выше случаи гейтоногамш у*сложноцветныхъ и зонтичныхъ можно считать типами для многихъ растенш другихъ семействъ. Особенно у техъ ма- реновыхъ, жимодостныхъ, дерновыхъ, норичниковыхъ, гречишныхъ и аройниковыхъ, цветы которыхъ тесно сближены въ головки, клубочки, пучки, колосья и кисти, описанныя явлешя повторяются до малейшихъ подробностей. Такъ, напр., оба столбика въ протерандричныхъ, собранныхъ въ пучки цветахъ одного вида ясменника, Asperula taurina, удлиняются, растопыриваются и загибаются совершенно какъ у гладыша; они попадаютъ вследств!е такой перемены положешя также въ пределы более молодыхъ соседнихъ цветовъ, въ которыхъ еще имеется пыльца, и ихъ рыльца здесь действительно приходятъ въ со- прикосновеше съ пыльцею. Этому процессу у названнаго ясменника еще существенно способствуетъ то обстоятельство, что последше распускающееся цветы суть тычиночные. У красной бузины (Sambucus racemosa), у различныхъ видовъ дерна (Cornus florida, mas, sanguinea), у техъ виноградныхъ лозъ (Vitis), который имеютъ настояпце обоеполые цветы, у кизляка (Lysimachia thyrsiflora), равно какъ у не- которыхъ тавологъ (Spiraea) процессъ гейтоногамш напоминаетъ явлешя у Siler trilobum, такъ какъ направлеше столбика и положеше рыльца остаются неизмененными, но нити пыльниковъ вытягиваются, изгибаются и откладываютъ пыльцу на рыльца соседнихъ цветовъ. У различныхъ видовъ калины (Viburnum Lantana, Opulus) къ^тому же еще имеется такое приспособлеше, что пыльца, отделяющаяся отъ вышедшихъ изъ пределовъ своего цветка пыльниковъ соседнихъ’цветовъ, падаетъ на дно чашевиднаго венчика, где находится крупное, подушковидное рыльце*
Все эти растешя имеютъ зернистую пыльцу, которая при отсутствш ветра
можетъ падать отвесно на рыльца сосйднихъ цв^тобъ, но въ перенесены которой нередко принимаютъ участ1е и воздушный течешя. За ними слйдуетъ группа растен!й съ обоеполыми цветами, у которыхъ гейтоногам!я преимущественно происходить при посредства воздушныхъ точен iff. Объ этихъ растешяхъ упоминалось уже при другомъ случай, когда мы хотйли показать неточность раздйлешя растешй на опыляемыя животными и опыляемыя вйтромъ (ср. стр. 121). Лринадлежапця сюда растенья, именно, можно от-
Гейтоногамия еъ пылящею пыльцою: 1) Erica carnea, в^твь съ односторонними цветами, 2) цвйтокъ того же растетя на первой стадги развитая, 3) тотъ же цвбтокъ на последней стадш развитая, 4) одна тычинка Erica carnea; 5) Lathraea Squamaria, верхняя часть соцв-Ьтая, 6) только что раскрывшийся пв-Ьтокъ спереди, 7) два пыльника изъ этого цветка съ еще закрытыми гнездами, 8) цв^токь на позднейшей стадии развитая, спереди, 9—11) продольные разрезы трехъ цв^тковь, находящихся на первой, второй и третьей стад!яхъ развит!я, 12) два пыльника, изъ гнездъ которыхъ выпала пылящая пыльца. Фиг. 1 и 5 въ ест. велич., остальныя фцг. немного увелич.
Ср. тексть, стр. 309—311.
нести и къ первымъ, и ко вторымъ, сначала они опыляются животными, позже вбтромъ. Распространенный въ алыпйскихъ странахъ отъ долинъ до самыхъ вы- сокихъ вершинъ известковыхъ горъ весеншй верескъ (Erica carnea), который можетъ служить примбромъ для нбсколькихъ сотенъ вересковыхъ, много и охотно пообщается пчелами и, какъ показываетъ опыть, при этихъ посбщешяхъ часто происходить скрещиватя цвбтовъ частью того же, частью различныхъ кустовъ. Но гораздо чаше еще совершается у этого растешя скрещиваше сосбднихъ цвбтовъ посредствомъ воздушныхъ течешй. Какъ это происходить, мы разъяснимъ съ помощью рисунка (см. выше, фиг. 1—4). Расположенные рядами цвбты направлены своими устьями веб въ одну сторону и въ тоже время косо внизъ (см. рис., фиг. 1). Ихъ развит1е начинается съ верхняго конца вбтви и отсюда постепенно идетъ
книзу. Одновременно съ раскрьтемъ венчика показывается и рыльце. Оно выдвигается удлиняющимся столбикомъ далеко за край венчика. Столице вокругъ столбика пыльники еще закрыты и вполне или на половину скрыты въ венчике (фиг. 2). Когда теперь прилетають пчелы, чтобы сосать медъ со дна цветка, то при та- комъ положеши столбика оне неизбежно касаются рыльца. Въ случае, если пчелы принесли пыльцу съ другихъ вересковъ, происходить тотчасъ же скрещиваше раз- личныхъ кустовъ. За это время и въ пыльникахъ образовались крупный дырочки (см. стр. 309, фиг. 3). Но такъ какъ отвертя въ соседнихъ пыльникахъ какъ разъ приходятся одно къ другому и въ этомъ положении удерживаются съужен- нымъ несколько у устья венчикомъ какъ кольцомъ, то пыльца остается накопленною въ пыльниковыхъ гнЪздахъ, и лишь тогда, когда происходить небольшое сме- щеше пыльниковъ, тетрады пыльцы выпадаютъ въ виде пыли. Смещеше же пыльниковъ совершается каждый разъ, когда пчелы впускаютъ свой хоботокъ къ меду на дне цветка, а потому пчелы, при своемъ прилете сперва коснувппяся высуну- таго рыльца, въ следующее мгновеше обсыпаются на хоботке, голове и груди пыльцею. Если обсыпанная пчела вследъ затймъ посетить цветокъ другого куста, то произойдет упомянутое скрещиваше, и тамъ, где растутъ различные, одновре- временно цветупце верески, можно ожидать и разнороднаго скрещивашя, Рыльце, будетъ ли оно опылено при посредстве пчелъ пыльцею другого куста или другого вида или не будетъ, все равно, вянетъ дня черезъ два и тогда более не способна принять пыльцы. Зато удлиняются въ томъ же цветке тычиночныя нити и выно- сятъ сидяпце на нихъ пыльники передъ устье венчика. Вслйдств1е этого пыльники теряютъ свою связь, разступаются, и пыльца выпадаетъ изъ ихъ гнездъ при ма- лейшемъ сотрясеши (см. рис. стр. 309, фиг. 4). Достаточно незначительнаго коле- башя цветоносной ветви, чтобы вызвать выпадете пылящей пыльцы. Все еще вос- пршмчивыя лития рыльца болфе молодыхъ цветовъ, и притомъ какъ находящаяся въ непосредственномъ соседстве на техъ же ветвяхъ, такъ и более отдаленный на другихъ ветвяхъ того же куста, неизбежно опыляются пылящею пыльцею.
Въ соцве^и Петрова-креста или чешуйника (Lathraea Squamaria) скрещиваше совершается въ общихъ чертахъ по тому же способу. Цветы, подобно тому, какъ у весенняго вереска, обращены все въ одну сторону, откуда можно ожидать прилета насекомыхъ (см. рис., стр. 309, фиг 5). Они протерогиничны, и воспршм- чивое рыльце уже выдается немного за край венчика, когда последней только чта раскрылся и когда стояпце за нимъ пыльники еще закрыты (см. стр. 309, фиг. 6, 7 и 9). Въ течете этого времени рыльце можетъ быть опылено только пыльцею другихъ, уже более подвинувшихся въ развиты кустовъ того же вида или другихъ, раньше цветущихъ видовъ. Венчикъ, столбикъ и тычиночныя нити все еще растутъ въ длину; до того согнутый крючкомъ столбикъ выпрямляется, рыльце, находившееся раньше передъ узкимъ входомъ въ цветокъ, теперь оказывается вы- двинутымъ, пыльники трескаются, и цветокъ теперь вступилъ во вторую стадго своего развипя (см. стр. 309, фиг. 8 и 10). Опылеше рыльца производится въ это время насекомыми, а именно, по имеющимся сведешямъ, шмелями, которые сосутъ выделяемый мясистою припухлостью подъ завязью медъ и переносятъ пыльцу Петрова креста съ цветка на цветокъ. Прилетая, они сперва задеваютъ выдающееся рыльце и опыляютъ его пыльцею, собранною въ другомъ месте, а за- тймъ впускаютъ свой хоботокъ между пыльниками, соединенными сверху посред-
ствомъ мягкихъ волосковъ. 'Они тЪмъ точнее должны держаться этого пути, что иначе могутъ пострадать. Нити тычинокъ подъ пыльниками усажены острыми шипиками (см. стр. 309, фиг. 10), соприкосновешя съ которыми шмели тщательно избегаютъ. Они входятъ, следовательно, между супротивными и сомкнутыми въ виде щипчиковъ пыльниками, раздвигаютъ ихъ, вызываютъ этимъ выпадете пыльцы и обсыпаются на хоботке и голове мучнистою пыльцею. Затемъ насту- паетъ третья и последняя стад!я развиНя. Столбикъ и рыльце вянутъ, сморщиваются и засыхаютъ, тычиночныя нити удлиняются и выносятъ сидяпце на нихъ пыльники передъ край венчика (см. рис., стр. 309, фиг. 11 и 12). Здесь прекращается существовавшая до того связь супротивныхъ пыльниковъ; они расходятся, содержащаяся въ ихъ гнездахъ пыльца уносится при сотрясеши налетающимъ ветромъ и переносится къ еще воспршмчивымъ рыльцамъ более молодыхъ сосед- нихъ цветовъ. Если цветокъ уже раньше былъ посещенъ шмелями, то въ углуб- летяхъ пыльниковъ едва ли находится много пыльцы; если же посещешя насекомыми не было, то выдвинутые изъ цветка пыльники еще обильно наполнены пыльцею и последняя тогда въ виде маленькаго облачка поднимается къ рыльцамъ молодыхъ цветовъ въ верхней части колоса. Гейтоногам1я здесь совершается, следовательно, какъ и во многихъ другихъ случаяхъ, только подъ конецъ цвете- шя. Первоначально цветокъ разсчитанъ на разнородное скрещиваше, затемъ на скрещиваше различныхъ кустовъ того же вида и только, если эти оба процесса. вследств!е отсутств!я посещешя насекомыхъ, не произошли, на скрещиваше со- седнихъ цветовъ. Явлешя и приспособлешя въ цветахъ Clandestina rectiflora, Bartschia alpina и некоторыхъ другихъ Rhinanthaceae въ главныхъ чертахъ сходны съ таковыми у Петрова-креста.
Относительно гейтоногамш ея обоеполыхъ цветовъ следуетъ разсмотреть здесь еще принадлежащую къ мареновымъ персидскую Crucianella stylosa. Объ этомъ растеши упоминалось раньше (стр. 253) и было сказано, что при прикосновеши къ сомкнутымъ въ виде полаго конуса лопастямъ венчика происходитъ быстрое раскрываше венчика и выбрасываше скрытой къ поломъ конусе пыльцы. Если это прикосновеше совершается насекомыми, то они обсыпаются выброшенною пыльцею, и если эти насекомыя затемъ посещаютъ еще друпе цветы той же Crucianella, изъ середины которыхъ выдается стройный, несущш на своемъ утолщенномъ конце рыльцевую ткань, столбикъ (см. рисунокъ, стр. 252, фиг. 5), то они неизбежно должны перенести приставшую къ ихъ телу пыльцу на эту рыльцевую ткань. Если же посещешя насекомыми не было, то раскрываше венчика и выбрасываше пыльцы происходитъ, наконецъ, само собою; выброшенная пылевидная пыльца разсеиваетя по близости въ воздухе и попадаетъ такимъ путемъ къ воспршмчивымъ рыльцамъ ближайшихъ и более отдаленныхъ соседнихъ цветовъ.
А в т о г а м i я.
Подъ автогам!ею или самоопылен!емъ подразумевается оПылеше ры- лецъ пыльцею изъ тычинокъ, принадлежащихъ тому же цветку, въ которомъ на- находятся и опыляемыя рыльца. Автогам1я, поэтому, можетъ встречаться лишь въ обоеполыхъ цветахъ, изъ чего, однако, еще не следуетъ, что въ такихъ цветахъ
можетъ происходить только автогам!я. Что последний выводъ былъ ошибочно сдб- ланъ Линнеемъ, показано въ предыдущей главе. Тамъ было указано на почти неисчерпаемое число приспособлены, который въ обоеполыхъ цветахъ могутъ привести къ скрещиванию, а именно, прежде всего къ скрещиванью различныхъ ви- довъ, затЬмъ къ скрещиваюю цветовъ различныхъ кустовъ того же вида и, нако- нецъ, къ скрещиванью цветовъ того же куста. Этотъ важный результатъ новейшихъ изследованы вызвалъ не только поправку взглядовъ знаменитаго шведскаго ботаника, но и мнеше, будто автогам!я въ растительномъ царстве избегается. Дар- винъ думалъ даже, что въ автогамш заключается нечто вредное, такъ какъ имеется столько намековъ на избежаше ея. Такое мнеше, хотя и принятое въ настоящее время повсюду въ виде положения и даже выставляемое какъ законъ природы, не является, однако, правильнымъ выражешемъ наблюденныхъ фактовъ. Верно, что прежде всего существуетъ стремлеше къ скрещивашю, но не верно, что автогам!я избегнута. Если произошло скрещиван!е, тогда, само собою понятно, последующая автогам!я не имбетъ значешя, но если скрещиван!я не было, то автогам!я вступаетъ въ свои права, и приспособлешя, имеющ!я целью вызвать автогам!ю, не менее разнообразны, чемъ способствующая скрещивашю. Темъ и удивительно строение цветовъ, что оно въ разное время имеетъ въ виду две, до известной степени, противоположный цели: скрещиванье и автогамш.
Такъ какъ этотъ выводъ составляетъ главнейшее основаше теоры о проис- хождены видовъ растешй, которую намъ придется развить позже, то необходимо предварительно сообщить наблюденья, приведппя къ нему. Это, однако, не легкая задача. Въ теченье 25 летъ я изследовалъ по отношению къ указанному явленью цветы свыше тысячи видовъ растенй, частью на ихъ коренныхъ местопребыва- шяхъ, частью въ садахъ, имевшихся въ моемъ распоряжении, на всехъ ступе- няхъ развипя, отъ распускашя до отцветашя, и заметокъ накопилось такъ много, что даже краткое изложеше отдельныхъ случаевъ наполнило бы несколько томовъ такого же объема, какъ настоящы. Поэтому я долженъ ограничиться соедине- шемъ отдельныхъ случаевъ по ихъ сходству въ группы. Но и эти группы поразительно многочисленны, и даже при краткомъ обзоре ихъ все еще необходимо значительное ограниченье. При такихъ услов!яхъ всего лучше выбрать для каждого изъ подлежащихъ разсмотренью приспособлены въ виде примера одинъ или пару видовъ растений и на нихъ вкратце описать то, что достойно внимашя.
Простейппй, ведущш къ автогамы, процессъ следующей. Цветокъ раскрывается; рыльце находится передъ входомъ въ цветокъ и уже готово къ опыленью; пыльники тесно примыкаютъ къ рыльцу, но еще закрыты. Автогам1я теперь невозможна, зато ветромъ или посещающими цветы насекомыми можетъ быть совершено скрещиван!е. Во вторую половину цветенья вскрываются пыльники того же цвбтка, приложенные къ рыльцу, и рыльце тотчасъ же опыляется освобожденноюпыльцеюихъ. Достойныхъ внимашя различы въ этомъ простей- шемъ случае автогамы немного. Онъ наблюдается особенно у однолетнихъ мелкоцвет- ныхъ растешй (напр., Centunculus minimus, Geranium pusilium, Lithospermum arvense) и затемъ у различныхъ луковичныхъ растешй изъ отдела лилейныхъ, напр., у не- сколькихъ видовъ Fritillaria u Narcissus, всехъ видовъ Trillium и Uvularia и у некоторыхъ шафрановъ (Crocus). У Trillium grandiflorum и Uvularia grandiflora въ
каждомъ изъ трехъ угловъ, образованныхъ растопыренными рыльцами, заложено по два пыльника, и изъ каждаго вскрытаго пыльника только пыльца изъ внутрь направленной половины пыльника идетъ на автогамно, тогда какъ пыльца кнаружи направленной половины и после совершившейся автогамш еще можетъ быть взята насекомыми и употреблена на перекрестное опылеше. У царскаго венца (Fritillaria imperialis) пыльца только трехъ болбе длинныхъ тычинокъ попадаетъ на рыльца того же цветка. У этого растешя изъ шести тычинокъ три длиннее и три короче; только пыльники трехъ длинныхъ прилегаютъ къ трехзубчатому рыльцу; эти по- следше и вскрываются раньше пыльниковъ трехъ короткихъ тычинокъ. Вскрыпе сопровождается съеживашемъ, а съеживаше— укорочешемъ пыльниковъ съ 20 на 10 мм., и здесь, страннымъ образомъ, освобожденная пыльца при съеживаши и укорочеши пыльниковъ буквально соскабливается краями прилегающихъ рылецъ. У украшающаго луга альшйскихъ долинъ раннею весною мшшардами цветовъ шафрана Crocus albiflorus пыльники въ начале цветешя примыкаютъ своею выпуклою спинкою къ рыльцу. Наполненные пристающею пыльцею гнезда пыльниковъ направлены кнаружи и поставлены такъ, что направляюпцяся къ меду въ глубине цветка насекомыя должны задеть и набрать выступившую изъ гнездъ пыльниковъ пыльцу. Съ другой стороны, рыльца занимаютъ такое положеше, что посещаются насекомыя, прежде чемъ коснуться пыльниковъ, задеваютъ воспршмчивую ткань рыльца. При такомъ взаимномъ положеши рылецъ и пыльниковъ въ первое время цветешя насекомыя, посещаются цветы этого шафрана, безъ сомнешя, вызываютъ многочисленный скрещивашя,/ и такъ какъ пыльники, какъ сказано, прилегаютъ своею спинкою, лишенной пыльцы, къ рыльцу, то теперь еще не можетъ совершиться автогамся. Подъ конецъ цветешя, однако, происходитъ поворачиваше пыльниковъ, вследств!е чего пыльца одного гнезда каждаго пыльника задеваетъ за соседнее рыльце. Автогамш существенно способствуетъ еще то, что въ течеше цве- тевая трубка околоцветника удлиняется на 5 —15, а приросппя къ околоцветнику нити тычинокъ — на 3 — 4 мм. Вслед ств!е этого удлинешя пыльники буквально передвигаются вдоль краевъ рылецъ и последшя темъ обильнее опыляются пыльцею.
Въ повислыхъ цветахъ, пыльники которыхъ соединены въ конусъ, авт о г а- м!я получается вследств!е того, что тычиночныя нити подъ конецъ цветешя теряютъ упругость, такъ что наполненныя пыльцею гнезда не столь крепко сомкнуты, какъ раньше. Въ начале цветешя относящаяся сюда растешя, изъ которыхъ для примера назовемъ подснежники (Galanthus), часто упоминавшуюся и изображенную на стр. 262, фиг. 1, сольданеллу (Soldanella) и родственное ей, по форме цветка, однако, живо напоминающее дрякву Dodecathion, принаровлены къ скрещиванпо. Столбикъ значительно выдается за конусъ пыльниковъ. Насекомыя, являюпцяся въ виде посетителей, задеваютъ сперва за рыльце, затбмъ ослабляютъ на мгновеше связь конуса и тотчасъ же обсыпаются щепоткою пыльцы. Посещая затемъ друпе цветы, они опыляютъ сперва ихъ рыльце принесенною пыльцею и вызываютъ такимъ образомъ скрещиваше. Если же посещешя насбкомыми не состоялось, то конусъ въ конце цветешя наполненъ мучнистою пыльцею, и эта пыльца падаетъ при самомъ слабомъ колебаши повисшихъ цветовъ и даже безъ всякаго толчка изъ утлублешй пыльниковъ, связь которыхъ другъ съ другомъ ослабла, внизъ на рыльца.
И въ прямыхъ цветкахъ, притомъ безъ изменешя положетя покроволисти- ковъ, тычинокъ и столбиковъ, совершается во второй части цветешя автогам!я че- резъ над еще пыльцы. Для того, чтобы первоначально было возможно скрещивате. так!е цветы протерогиничны. Позже, когда пыльники уже вскрылись, часть зернистой пыльцы отделяется и опыляетъ находящееся немного ниже рыльце, Въ т4хъ прямыхъ цвбтахъ, венчикъ которыхъ имеетъ форму воронки, отпадающая пыльца соскальзываетъ внизъ къ рыльцу по крутой, гладкой стенки воронки, и въ такихъ случаяхъ, когда венчикъ до известной степени беретъ на себя проведете пыльцы, нетъ безусловной необходимости, чтобы пыльники стояли отвесно надъ рыльцемъ. Примеромъ принадлежащихъ сюда ра- стетй можетъ служить сирень (Syringa). Она замечательна еще темъ, что ея цветы протерогиничны лишь на очень короткое время, но и после растрескивашя пыльниковъ не происходить въ продолжеше одного или двухъ дней еще автогамш, такъ какъ пыльники направлены кнаружи. При такомъ положении пыльниковъ выступающая изъ нихъ пыльца не можетъ сама собою попасть въ трубку венчика; лишь позже, когда пыльники вследствхе постепеннаго съеживашя стенокъ покрыты кругомъ пыльцею, часть пыльцы падаетъ внизъ къ находящемуся въ трубке во- ронковиднаго венчика рыльцу.
Очень часто происходить въ вверхъ или косо вверхъ направленныхъ цветахъ автогам!я такимъ образомъ, что въ течете цветешя пыльники, помещаю- щ!еся первоначально ниже рылецъ, перемещаются вследств!е удли- нен!я нитей на уровень рылецъ и здесь откладываютъ пыльцу. Большинство относящихся сюда видовъ протерогиничны; нити пыльниковъ вертикальны, прилегаютъ къ завязи или столбику или параллельны имъ. Въ начале цветешя пыльники настолько отдалены отъ рыльца, что выступающая изъ нихъ пыльца не можетъ сама собою попасть на рыльце того же цветка; но последующее вытягиваше тычиночныхъ нитей разсчитано относительно времени и пространства такъ, что пыльники, какъ только они покрылись пыльцею, какъ разъ доходятъ до уровня рыльца, прикладываются къ воспршмчивой ткани и непосредственно отдаютъ пыльцу для автогаши. Примерами растешй, у которыхъ наблюдается этотъ про- цессъ, являются мушкатница (Adoxa Moschatellina), большинство видовъ дивалы (Scleranthus), мнопя стручковый, камнеломки, кипреи, журавельники, вьюнки и гвоздичиныя.
Изъ большого семейства стручковыхъ особенно достойны внимашя встре- чаюпцеся въ снежныхъ ямахъ высокихъ горъ мелкоцветные виды Arabis coerulea, Braya alpina, Cardamine alpina, Rhizobotrya alpina, равно какъ однолетне и двулетне виды Lepidium campestre, sativum, Sisymbrium Alliaria, Thalianum, Thlaspi alliaceum и arvense. У этихъ растенй рыльце имеетъ видь сидящей на завязи округлой подушечки, которая сейчасъ же становится видимою, какъ только расположенные подобно черепице на крыше лепестки венчика раздвинутся. Въ это время рыльце можетъ быть опылено только вследств!е вызваннаго насекомыми скрещиваня, такъ какъ все пыльники даннаго цветка еще закрыты. Но теперь четыре длинныхъ тычинки растутъ вверхъ вдоль стенки завязи и при томъ какъ разъ на столько, насколько нужно, чтобы сидяпце на нихъ пыльники пришлись да одинаковую высоту съ рыльцемъ. Такъ какъ за это время пыльники вскрылись, то выступающая изъ нихъ пыльца неизбежно понадаетъ на воспршмчивыя клетки
по окружности подушковиднаго рыльца. Неоднократно, впрочемъ, наблюдалось, что только одинъ изъ поднятыхъ вверхъ четырехъ пыльниковъ отдаетъ свою пыльцу рыльцу того же цветка, три же остальные хотя и помещаются рядомъ съ рыль- цемъ, но все же не касаются его непосредственно. Пыльца этихъ трехъ пыльниковъ, повидимому, существуетъ для того, чтобы посещаются эти стручковый растешя мухи перенесли ее на друпе болбе молодые цветы съ целью скрещивашя.
Подлежащая здесь разсмотрешю камнеломки (напр., Saxifraga androsacea) имеютъ два рыльца, который узко-линейны или продолговаты. Пыльца изъ при- поднятыхъ пыльниковъ обыкновенно откладывается на бока рыльца, именно близъ основашя. Но и здесь замечательно, что большею частью только одинъ изъ пяти приподнятыхъ пыльниковъ даетъ пыльцу для автогамш, друпе же не приходятъ въ соприкосновеше съ рыльцами, такъ какъ остаются несколько ниже ихъ.
У несколькихъ мелкоцветныхъ кипреевъ (Epilobium montanum, parviflorum и др.) рыльце состоитъ изъ четырехъ отстоящихъ, накрестъ соединенныхъ толстова- тыхъ лопастей, между которыми вдаются столько же угловъ. Когда лепестки раз- ступаются въ первый разъ, что всегда происходитъ раннимъ утромъ, пыльники находятся подъ крестовиднымъ рыльцемъ, но еще въ течете того же дня нити пыльниковъ такъ сильно удлиняются, что пыльники поднимаются вверхъ до вдающихся угловъ крестовиднаго рыльца. За это время пыльники вскрылись, и уже ве- черомъ перваго дня совершается автогам!я, такъ какъ пыльца выступаетъ изъ открытыхъ гнездъ пыльниковъ и опыляеть рыльце. Въ течете ночи лепестки смыкаются и цветокъ несколько поникаетъ; на следующее утро они снова разсту- паются, ножки пыльниковъ удлинились еще на небольшой участокъ, два или три нагруженныхъ пыльцею пыльника теперь находятся даже надъ рыльцемъ и отчасти прикрываютъ его. Где накануне находилось рыльце, теперь оказывается клу- бокъ покрытыхъ цыльцею пыльниковъ, съ которыхъ насекомыя могутъ забрать и перенести на друпе цветы пыльцу. Утромъ въ первый день, следовательно, въ цветахъ этихъ кипреевъ возможно лишь скрещиваше, вечеромъ въ первый день происходитъ автогам!я, а на следующ!й день раздается пыльца для скрещивашя съ другими бол^е молодыми цветами; такая последовательность ясно указываетъ, что автогам!я не всегда заключаетъ цветете.
У несколькихъ мелкоцветныхъ видовъ журавельника (Geranium columbinum, lucidum, Robertianum и др.) происходить сходный явлешя. Въ середине раскрыв- шагося въ первый разъ цветка видно пятилучевое, готовое къ опылешю рыльце и десять тычинокъ, пыльники которыхъ все еще закрыты. Пять тычинокъ длиннее и сидяпце на нихъ пыльники находятся почти на одной высоте съ пятилу- чевымъ рыльцемъ, друпя пять короче, и пыльники ихъ образують кольцо ниже рыльца. Уже къ вечеру перваго дня пыльники длинныхъ тычинокъ вскрылись и отдали свою выступающую пыльцу концамъ соседнихъ лучей рыльца. У Geranium lucidum уже 4 часа спустя после раскрытая цветовъ происходитъ опылеше рыльца. Но цветете этимъ не кончается; ночью цветы смыкаются и для защиты пыльцы поникаютъ или свисаютъ (см. рис., стр. 114, фиг. 1 и 2), и после того какъ на следующее утро цветы снова поднялись вверхъ, пять расноложенныхъ передъ лепестками тычинокъ удлиняются на столько, что ихъ вскрывппеся между т6мъ пыльники вдвигаются въ выемки между лучами рыльца, отчего боковые края этихъ лучей рыльца также получаютъ пыльцу. Некоторые пыльники затемъ сверхъ
того еще приподнимаются надъ рыльцами, что, очевидно, опять таки, разсчитан: на то, чтобы неупотребленная наавтогампо пыльца теперь была перенесена насекомыми на друпе цветы, находящееся еще на первой стадш развипя.
У несколькихъ вьюнковъ, примбромъ которыхъ изберемъ известную Ipomaes purpurea, изъ пяти тычинокъ цветка всегда только две или три принимаютъ уча- crie въ автогамш. Параллельный столбику и обыкновенно къ нему также прилегающая тычинки не одинаковой длины; самая короткая имеетъ 9, самая длинная 17, а проч!я 11, 13 и 15 мм. длины. Всл£дств1е этого пыльники помещаются на неравной высоте одинъ около и надъ другими и сложены, не закрывая другъ друга, что имеетъ ту выгоду, что вдоль пути къ меду цветоложа пыльца отдается на сравнительно большомъ протяженш. Но даже пыльникъ самой длинной тычинке при раскрыта цветка находится еще на 3 мм. ниже рыльца. При такомъ поло- женш и въ виду того, что цветы протерогиничны, въ начале цвететя можетъ совершаться скрещиваше при посредстве насекомыхъ. Позже тычинки, однако, настолько удлиняются, что пыльники двухъ или трехъ самыхъ длинныхъ изъ нихъ перемещаются до высоты рыльца и отдаютъ ему свою пыльцу. Автогамш способ- ствуеть еще то обстоятельство, что венчикъ въ конце цветешя закручивается и прижимаетъ покрытые пыльцею пыльники къ рыльцу.
Къ этимъ вьюнкамъ примыкаетъ целый рядъ протерандричныхъ гвоздичныхъ, преимущественно дву- и однолетшя растешя. какъ, напр., Agrostemma Githago, Saponaria Vaccaria и Silene conica, у которыхъ одинаковымъ образомъ пыльники, вследств!е удлинешя тычинокъ, перемещаются къ рыльцамъ. Изменешя совершаются въ такихъ цветахъ съ большою правильностью следующимъ путемъ: 1) лепестки распускаются, доступъ къ цветоложу открытъ, пыльники стоящихъ передъ чашелистиками тычинокъ уже треснули и отдаютъ пыльцу, которая можетъ быть взята насекомыми и употреблена на скрещиваше съ другими цветами, но не на автогамно, такъ какъ воспршмчивая ткань столбиковъ того же цветка еще не доступна. 2) Пыльники тычинокъ, стоящихъ передъ чашелистиками, отпали или ихъ нити перегнулись за окружность цвбтка; столбики, несупце воспршмчивую ткань рыльца, растопыриваются и помещаются подобно спицамъ колеса въ середину цветка, чтобы насекомым, прилетаюпця съ пыльцею изъ другихъ цветовъ, могли ихъ опылить; пыльники стоящихъ передъ лепестками тычинокъ еще закрыты. 3) Пыльники последнихъ подымаются вверхъ растущими въ длину нитями, при- ходятъ вследств!е этого на высоту и въ непосредственное соприкосновеше съ растопыренными рыльцами, вскрываются, освобождаютъ пыльцу и откладываютъ ее на воспршмчивую рыльцевую ткань. У однолетней Silene conica все это совершается въ течете одного дня, у многолетней же ледниковой гвоздики въ про- долженш 5—6, а при дурной погоде 7—9 дней.
Одними изъ приспособленш, чаще всего ведущихъ къ автогамш, является следующее. Пыльники и рыльца находятся на одинаковой высоте, но пыльники вследств!е положешя и направлешя своихъ нитей настолько отстоятъ отъ рыльца, что перенесете пристающей пыльцы не можетъ произойти само собою. Но въ блaгoпpiятный моментъ нитевидным прямым и упрупя нити пыльниковъ произ- водятъ особым движешя, имеюпця целью перенести пыльцу изъ пыльниковъ на рыльца техъ же цветовъ. Тычиночным нити наклоняются къ середине цветка, пыльники вследств!е этого приводятся въ соприкосновеше
съ находящимися здесь рыльцами и прижимаютъ выступившую изъ ИХЪ гн£здъ пыльцу КЪ ВОСПрШМЧИВОЙ ткани. У НеКОТОрЫХЪ ИЗЪ относящихся сюда растенш перемещешю, напоминающему движете часовой стрелки, предшествуют вытягиваше и удлинеше тычиночныхъ нитей, и въ этомъ смысле эти растешя представляютъ перехода къ ранбе описаннымъ, въ цвбтахъ которыхъ автогам1я совершается всл6дств1е выросташя и удлинешя ножекъ пыльниковъ. Изъ принадлежащихъ къ этой группе растенш назовемъ Azalea procumbens и Draba aizoides, многочисленный камнеломки изъ группъ Aizoonia и Tridactylites и въ особенности мнопя мокричныя и гвоздичныя растешя.
У названныхъ камнеломокъ, содержащихъ въ каждомъ цветке два круга тычинокъ, можетъ считаться правиломъ, что пыльца, освобождаемая въ ныльни- кахъ пяти стоящихъ передъ чашелистиками тычинокъ, идетъ на автогамно, а пыльца пяти тычинокъ, находящихся передъ лепестками, на скрещиваше. Обратное отношеше наблюдается у принадлежащихъ сюда мокричныхъ, напр., Malachium aquaticum, Sagina saxatilis, Spergula arvensis и Stellaria media. У нихъ пыльца пяти стоящихъ передъ чашелистиками пыльниковъ служить для скрещивашя, а пяти находящихся передъ лепестками для автогамш.
Къ этимъ растешямъ, главнейшими типами которыхъ являются камнеломки изъ группъ Aizoonia и Tridactylites и упомянутый мокричныя, примыкаетъ другая группа, состоящая преимущественно изъ стручковыхъ растенш. Большею частьщ это однолетше виды съ мелкими цветами, которые лишь скудно посещаются насекомыми, и плоды которыхъ преимущественно должны считаться результатомъ автогамш. Cochlearia Groenlandica, Draba borealis и verna, Clypeola Messanensis, Lobularia nummularia, Hutchinsia alpina, Schievereckia Podolica, Lepidium Draba, Alyssum calycinum — вотъ немнойе примеры, выборъ которыхъ, добавимъ, долженъ также показать, что относящаяся сюда стручковый растешя распространены отъ крайняго севера до Сахары и отъ высокихъ горъ до степныхъ областей низменностей и что тотъ же процессъ автогамш повторяется при самыхъ различныхъ. внешнихъ условьяхъ. Все эти стручковый растешя протерогиничны; они имбють две более короткихъ и четыре более длинныхъ тычинки. Пыльники последнихъ при раскрыли входа въ цветокъ еще замкнуты, но уже находятся на одной высоте съ рыльцемъ. Такъ какъ эти пыльники немного отстоять отъ рыльца въ горизонтальномъ направленш, то автогам!я не возможна даже, когда гнезда пыльниковъ вскрываются и выступаетъ пыльца. Лишь подъ конецъ цве- тешя прямо вверхъ направленный тычиночныя нити настолько передвигаются къ. середине цветка, что держащаяся на пыльнике пыльца попадаетъ на рыльце. Пыльца более короткихъ тычинокъ, напротивъ, только у немногихъ видовъ попадаетъ на рыльце того же цветка; ея назначеше— быть взятою насекомыми и пойти на скрещиваше, тогда какъ пыльца более длинныхъ тычинокъ преимущественно служить автогамш. У Lepidium Draba имеется то замечательное приспо- соблеше, что четыре длинныхъ тычинки въ первое время цветовая движутся кнаружи и временно прячутся за лепестками, такъ что посещающая насекомыя не могутъ ихъ коснуться и отобрать пыльцу. Этимъ достигается та выгода, что всегда остается пыльца для совершающейся въ конце автогамш. У Hutchinsia alpina изъ четырехъ длинныхъ тычинокъ обыкновенно только одна приближается настолько къ рыльцу, что последнее можетъ быть опылено, и когда это опы-
лете совершилось, эта тычинка снова удаляется къ окружности цветка. Большею частью эти процессы происходя™ очень быстро, у Alyssum calycinum вь течете немногихъ часовъ, у Draba verna въ короткш промежутокъ времени оть утра до вечера.
У некоторыхъ однолетнихъ видовъ кислицы, напр., у Oxalis stricta, въ каждомъ Цветке имеются пять короткихъ и пять длинныхъ тычинокъ. Пыльника последнихъ находятся на одинаковой высоте съ рыльцами, хотя въ начале цв1- тешя и несколько въ стороне отъ нихъ, такъ что въ это время насекомыми прилетающими съ приставшею къ нимъ пыльцею съ другихъ цветовъ и опускающимися на рыльца, можетъ быть вызвано скрещиваше. Но уже черезъ несколькс часовъ более длинныя тычинки наклоняются къ рыльцамъ и опыляютъ ихъ. И въ этихъ случаяхъ пыльца пяти короткихъ тычонокъ не попадаетъ на рыльце того же цветка и предлагается насекомымъ для скрещиватя. Подобно тому какъ у этихъ однолетнихъ видовъ кислицы, и у большинства зверобоевъ (Hypericum) неодинаковая длина тычинокъ въ связи съ неодновременною половою зрелостью цредставляетъ ту выгоду, что въ конце цвететя происходить автогам!я, тогда какъ раньше насекомыя могли вызывать различнаго рода скрещиватя. У Hypericum perforatum, которыми мы воспользуемся здесь въ виде примера, пестикъ окруженъ многочисленными, нитевидными, не равной длины образовашями, несущими пыльники; они распределены въ только что раскрывшемся цветке такимъ образомъ, что самыя длинныя находятся въ непосредственномъ соседстве съ цен- тральнымъ пестикомъ, а самыя коротшя—на окружности цветка. Пыльники освобождаю™ пыльцу не одновременно, а по группами. Сперва раскрываются пыльники короткихъ, затемн среднихъ и, наконецъ, длинныхъ тычинокъ. Какъ только пыльникъ вскрывается, нитевидная ножка его наклоняется ко внутри, и такимъ образомъ постепенно коротшя, средшя и длинныя нити поднимаются и передвигаются къ средине цветка. Но такъ какъ только пыльники самыхъ длинныхъ тычинокъ находятся на одинаковой высоте съ рыльцами, то, понятно, автогам!я можетъ совершаться подъ конецъ, передъ самымъ увядашемъ цветка.
Широко распространенный брандушки (Ornithogalum umbellatum) въ раскры- томъ цветке содержать шесть тычинокъ въ двухъ трехчленныхъ мутовкахъ. Тычинки внутренней мутовки длиннее, и ихъ пыльники раскрываются первыми; тычинки внешней мутовки короче, и ихъ пыльники трескаются днемъ позже. Все шесть хотя и направлены вверхъ въ только что раскрытомъ цветке, но все же несколько косо отстоять кнаружи, такъ что ихъ пыльники отделены отъ маленькаго, занимающаго середину цветка рыльца разстояшемъ въ 3 мм. Пока они удерживаю™ такое положеше, пыльца не можетъ попасть сама собою на рыльце, и въ это время цветокъ устроенъ такъ, чтобы при посредстве отыскивающихъ медъ насекомыхъ совершались скрещиватя. Подъ конецъ цвететя и длинныя и коротшя тычинки приближаются къ середине; но только пыльники трехъ более короткихъ прикладываются къ рыльцу и опыляютъ его; пыльники трехъ более длинныхъ совсемъ не касаются рыльца, такъ какъ стоять выше. Въ отлич!е отъ ранее описанныхъ случаевъ у брандушекъ, следовательно, пыльца короткихъ тычинокъ предназначена для автогамш, а пыльца длинныхъ для скрещиванш. Это вытекаетъ также изъ того, что пыльники трехъ длинныхъ поставлены передъ самымъ входомъ къ медовымъ ямкамъ завязи и здесь неизбежно задеваются
проникающими въ цветокъ насекомыми, тогда какъ передъ пыльниками трехъ короткихъ тычинокъ нетъ меда. Насекомыя поэтому и не пытаются проникать здесь, вследств!е чего тамъ остается пыльца, которая въ конце цветевтя можетъ быть употреблена на автогампо.
Своеобразное устройство наблюдается у свойственной южной Европе Aphyl- lanthes monspeliensis. Какъ и выше разсмотренные брандушки, ея цветы содержать три более длинныя и три более коротая, вверхъ отстояпця тычинки, пыльники которыхъ въ начале цветешя не касаются рыльца. Но передъ окончательнымъ смыкашемъ покроволистиковъ все тычинки склоняются къ рыльцу, а такъ какъ последнее построено изъ трехъ нижнихъ и трехъ верхнихъ долекъ и какъ бы состоять изъ двухъ ярусовъ, то пыльца изъ пыльниковъ трехъ короткихъ тычинокъ попадаетъ на ниже стояпця рыльца, а в.следъ затемъ пыльца изъ более длинныхъ на три верхнихъ рыльца.
У многихъ другцхъ растешй, у которыхъ все тычинки равной длины, и пыльники которыхъ уже при расцветами находятся на высоте рыльца, поддерживаемые вверхъ стоящими нитями пыльники сперва удалены отъ рыльца, но позже после различныхъ движешй нитей прикладываются къ рыльцамъ, отлагая здесь свою пыльцу. Это наблюдается, напр., у Paris quadrifolia, несколькихъ видовъ Scilla, у Chelidonium и Roemeria, у Swertia perennis и punctata, Samolus Valerandi, Lysi- machia nemorum и двулетнихъ видовъ перелойки (Androsace).
Нити тычинокъ, наклонемемъ которыхъ къ рыльцу вызывается автогам!я, у разсмотренныхъ выше растешй въ начале цветешя прямы, иногда на короткое время изгибаются дугообразно кнаружи, но передъ отцветамемъ, въ особенности въ тотъ моментъ, когда совершается автогам!я, оне все опять выпрямлены. Надо указать еще на одну группу растешй, у которыхъ нити тычинокъ уже въ почке дугою загнуты внутрь и у которыхъ дугообразный изгибъ за- мбтенъ еще, когда изъ данныхъ пыльниковъ пыльца откладывается на рыльце того же цветка. Изъ числа такихъ растений, у которыхъ, следовательно, автогам!я вызывается наклонен!емъ загнутыхъ внутрь тычи- ночныхъ нитей, прежде всего следуетъ назвать несколько однолетнихъ зонтич- ныхъ съ протерогиничными цветами (Aethusa Cynapium, Caucalis daucoides, Scandix Pecten Veneris, Turgenia latifolia и др.). Въ зонтикахъ игольчатаго кервеля (Scandix Pecten Veneris; см. рис. стр. 320) соединены цветы двоякаго рода: ложнообоеполые тычиночные (фиг. 1) и настояпце обоеполые (фиг. 2— 4). Обоеполые цветы раскрываются раньше тычиночныхъ; очередь последнихъ наступаетъ лишь, когда первые уже сбросили свои тычинки и лепестки. Едва только загнутые внутрь лепестки несколько раздвинулись, какъ въ середине цветка показывается мелкобугорчатый, отделяющей медъ дискъ и показываются оба коротае столбика. Рыльца на концахъ столбиковъ уже воспршмчивы, но тычинки въ это время еще согнуты крючкомъ внутрь и пыльники последнихъ еще закрыты (см. рис., фиг. 2). И на следующш день, когда лепестки уже сильнее разступились и ножки пыльниковъ уже вытянулись (см. рис., фиг. 3), окружаюпце воспршмчивое рыльце пыльники еще закрыты, и въ это время можетъ произойти опылеме только чужою, принесенною насекомыми пыльцею. Но теперь приводятся въ дeйcтвie и пыльники и ихъ нити. По порядку 1, 3, 5, 2, 4 загнутыя тычинки съ короткими промежутками наклоняются такъ къ середине цветка, что пыльники, вскрывппеся между
темъ и нагруженные пыльцею, накладываются на рыльца, совершенно такъ, какъ это видно на фиг. 4 нижепомещеннаго рисунка. Въ этомъ положети каждая тычинка остается лишь короткое время; вскоре она производить обратное движете и уступаетъ свое мбсто следующей по очереди. Когда все тычинки проделали эти движенья, оне, равно какъ и лепестки, отделяются и падаютъ. ОтдЬлеше меда на бугорчатомъ диске прекращается, опыленный рыльца буреютъ, и цветете кончено» Лишь когда все обоеполые цветы отцвели, развиваются ложнообоеполые
Автогам1я вслйдств1е наклонен1я согнутыхъ тычиночныхъ нитей: 1) ложнообоеполый тычиночный цв-бтокъ, 2—4) настоящее обоеполые цв-Ьты игольчатаго кервеля (Scandix Pecten Veneris), настоящее обоеполые цв^ты въ сл^дующихъ другъ за другомъ состоятяхъ, первоначально разсчитанныхъ на скрещиван!е, но позже ведущпхъ къ автогамш; 5—7) настояшДе обоеполые пв-бты кокорыша (Aethusa Cynapium), въ слйдующихъ другъ за другомъ состояшяхъ, разсчитанныхъ первоначально на скрещиваше, а позже ведущихъ къ автогамш. ВсЬ фигуры увелич. Ср. текстъ, стр. 319—320.
тычиночные цветы, что можетъ быть объяснено только темъ, что они должны доставлять пыльцу для протер огиничныхъ цветовъ другихъ особей, находящихся еще на первой ступени цветешя. Кокорышъ (Aethusa Cynapium; см. рис. выше, фиг. 5 и 7) отличается отъ игольчатаго кервеля и другихъ выше названныхъ однолетнихъ зонтичныхъ темъ, что все цветы зонтика обоеполы, и что загнутыя въ цветочной почке подобно часовой пружине ножки пыдьниковъ при расцветаши не только выпрямляются, но и удлиняются, такъ что тогда пыльники стоять выше рыльца. Какъ уже было упомянуто, у кокорыша (Aethusa Cynapium) бываетъ также, что пыльники не прикладываются плашмя къ рыльцамъ, а останавливаются несколько выше рыльца, высыпая на него свою пыльцу (см. рис., стр. 309, фиг. 7);
у мелкой же Aethusa segetalis гораздо чаще наблюдается накладывате пыльни- ковъ на рыльце, подобно тому какъ у игольчатаго кервеля (см. рис., стр. 320, фиг. 4).
По образцу разсмотренныхъ выше однолйтнихъ зонтичныхъ совершается автогам!я также у многочисленные мелкоцветныхъ подмаренниковъ (напр., Galium infestum, Mcllugo, tricorne), у повилики или пряжи (Cuscuta), у альшйской цирцеи (Circaea alpina) и у репейника (Agrimonia Eupatoria). Относительно цирцеи (см. ниже рис., фиг. 1 — 5) надо только упомянуть, что тычинокъ здесь всего две, и что иногда съ целью автогамш прикладывается только одинъ пыль- чикъ къ рыльцу (фиг. 3), но нередко и оба (фиг. 4). Въ последнемъ случае по-
376
Автогам1я всл-6дств1е наклонения согнутыхъ тычиночныхъ нитей: 1) Circaea alpina, 2) недавно распу- «тивппйся цв-Ьтокъ этого растен!я, передтй лепестокъ удаленъ, 3, 4) тотъ же цв-Ьтокъ на позднейшей стадш развитая, 5) плодъ Circaea alpina; 6) Agrimonia Eupatoria, 7—10) цветы того же растен!я, въ последовательныхъ состоя- юяхъ, сначала разсчитанныхъ на скрепщваше, позже ведущихъ къ автогамш, 11) молодой плодъ этого растешя Фиг. 1, 6 и 11 въ ест. велич., остальныя фиг. увелич. Ср. текстъ, стр. 321, и въ следующихъ главахъ.
лучается впечатлеше, точно рыльце захвачено двумя лапками клещей. Въ цве- тахъ репейника (фиг. 6 —11) находится 12 — 20 тычинокъ; нити нхъ въ только что раскрывшемся протерогйничномъ цветке такъ слабо загнуты внутрь, что каждая нить соответствует, приблизительно, только шестой части круга (фиг. 7); но какъ только вскрылись пыльники, нити одна за другой загибаются къ середине цветка (см. рис. выше, фиг. 8), ихъ изгибъ составляет, наконецъ, полукругъ, и некоторые изъ покрытыхъ пыльцею пыльниковъ приходят въ непосредственное соприкосновевйе съ все еще воспр!имчивыми рыльцами (фиг. 9). После того какъ рыльца опылены, пыльники вскоре отпадают от нитей, и последшя еще больше вкручиваются, какъ это представлено на фиг. 10.
Опунщи (Opuntia) и многочисленные виды розъ (Rosa) представляют сходный чвлешя. Дугообразно согнутыя тычиночныя нити неодинаковой длины, пыльники Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растетй, т. И.21
самой внутренней мутовки вскрываются первыми, но ихъ пыльца, не смотря н_. близость рылецъ, не имеетъ значешя для автогамш, потому что пыльники нахс- дятся ниже рылецъ и съ последними не приходить сами собою въ соприкоснс- веше. Только нити самой наружной мутовки имеютъ соответственную длину, и только оне загибаются и наклоняются настолько къ середине цветка, что ихъ пыльники непосредственно налегаютъ на рыльца. Но такъ какъ пыльники этихъ тычинокъ вскрываются последними въ данномъ цветке, то и автогам!я совершается лишь въ последшй моментъ цветешя, а во все остальное время" цветокъ разсчи- танъ только на скрещиваше. Несколько лютиковыхъ, какъ, напр., Anemone Hepatica и Transsilvanica, Ranunculus alpestris, acer и montanus, имеютъ цветы, устройство которыхъ до некоторой степени напоминаетъ цветы розъ. Въ середин! цветка подымается группа пестиковъ съ короткими столбиками и почти сидячиме рыльцами, и эта группа окаймлена многочисленными тычинками, расположенными въ несколько кружковъ и окруженными, въ свою очередь, покроволистиками. Цветы протерогиничны, и въ начале цветешя можетъ происходить только скрещиваше при посредстве насекомыхъ. И позже, когда пыльники внешней мутовки вскрылись и раздаютъ пристающую пыльцу, цветокъ принаровленъ еще къ скре- щивашю, такъ какъ разстояше между пыльниками и рыльцами сравнительно велико, и посещающая насекомыя каждый разъ опускаются на срединную головку завязей и отсюда переходятъ пс покрытымъ пыльцею пыльникамъ къ окружности цветка, чтобы отсюда снова улететь и посетить новый цветокъ. Но постепенно развиваются и тычинки внутреннихъ мутовокъ; до того очень коротшя нити значительно удлиняются, загибаются внутрь и накладывают вскрывш!еся между темъ и покрытые пыльцею пыльники на рыльца. Такъ какъ съ наступлешемъ сумерекъ покроволистики этихъ лютиковыхъ смыкаются и вследств!е слабаго изгиба цвето- ножекъ цветы становятся поникшими, то можно было бы думать, что и эти изгибы играютъ роль при автогамш, темъ более, что у многихъ другихъ лютиковыхъ, о которыхъ речь будетъ еще впереди, такое учасИе действительно встречается; но у выше названныхъ анемонъ и лютиковъ такое участ!е не необходимо, и у нихъ закрываше и поникаше цветовъ въ дождливую погоду и въ течеше ночи следует признавать, вероятно, только защитою пыльцы отъ сырости (ср. стр. 114).
Къ этимъ многочисленные растешямъ съ протерогиничными цветами при- мыкаютъ еще несколько протерандричныхъ видовъ изъ родовъ Gypsophila, Saxi- fraga и Cuphea. Цветы Gypsophila repens содержать десять тычинокъ, изъ которыхъ пять сидятъ передъ чашелистиками, а пять передъ лепестками. Въ почке оне все согнуты крючкомъ, позже, въ распустившемся цветке, оне выпрямлены и направлены кнаружи. При такомъ положены соприкосновеше покрытыхъ пыльцею пыльниковъ съ рыльцами, который между темъ въ центре цветка стали воспршм- чивыми, невозможно; но передъ самымъ концомъ цветешя тычинки загибаются внутрь, вследств!е чего пыльники накладываются на рыльца. Сходный явлешя наблюдаются и у камнеломокъ изъ отдела Cymbalaria. Изъ десяти тычинокъ каж- даго цветка сперва поднимаются cтoящiя передъ чашелистиками. Ихъ пыльники вскрываются и отдаютъ пыльцу уже въ то время, когда рядомъ cтoящiя сомкнутый рыльца еще не могутъ быть опылены. Эта пыльца, очевидно, заготовлена только для скрещивашй. После того какъ эти тычинки въ известной очереди предлагали свою пыльцу въ течеше пары дней, оне наклоняются кнаружи и сбрасывают пыль-
ники. Лишь теперь расходятся до того приложенные другъ къ другу столбики и рыльца становятся воспршмчивыми. Такъ какъ пыльники расположенныхъ передъ чашелистиками тычинокъ отпали, а пыльники расположенныхъ передъ лепестками тычинокъ еще не вскрылись, то въ этотъ перюдъ цвбтешя рыльца могутъ быть опылены только пыльцею другихъ цветовъ, или же другихъ кустовъ. Наконецъ просыпаются къ жизни и расположенный передъ лепестками тычинки, оне сильно загибаются ковнутри, прижимаютъ вскрывшиеся между темъ пыльники къ все еще воспршмчивымъ рыльцамъ, и такимъ образомъ вызываютъ въ конце цветешя автогампо.
Случаи, когда рыльца добываютъ себе пыльцу изъ пыльниковъ того же цветка, можно соединить въ два отдела, именно, когда вследств!е уко- рачивашя, удлинешя, наклонешя и изгибашя отдельныхъ частей пестика проис- ходитъ непосредственное соприкосновеше рыльца съ пыльниками и выпадающею изъ нихъ пыльцею, и затбмъ, когда воспршмчивая ткань, всл4дств!е известныхъ изменешй въ положеши завязи, столбика или рылецъ, приходить въ соприкосновеше съ пыльцею изъ пыльниковъ того же цветка, отложенною и скопившеюся где либо въ цветке. Относящееся къ первому отделу случаи разделяются на четыре группы. Къ первой группе принадлежать все те случаи, когда автогам!я является следств!емъ укорачивашя столбика. Нопалы мексиканскаго плоскогорья, особенно различные виды родовъ Cereus, Echinopsis и Mamillaria, содержать въ своихъ цветкахъ многочисленный нитевидныя тычинки, oкpyжaющiя, располагаясь въ несколькихъ винтовыхъ оборотахъ, доступъ къ меду цветоложа. Въ эту массу тычинокъ включенъ нитевидный длинный столбикъ, заканчивающейся звездчатымъ, лучистымъ рыльцемъ. Когда покроволистики только что разступаются, пыльники уже оказываются покрытыми пыльцею. Рыльце же, выдвинутое на порядочный кусокъ надъ и передъ пыльниками, еще закрыто; нитчатыя дольки его примыкаютъ другъ къ другу, образуя подоб!е булавы, и объ опылеши его еще не можетъ быть и речи. Цветы все ясно протерандричны, и отдаваемая въ первый пepioдъ цветешя пыльца можетъ идти только на скрещиваше. Затемъ развивается рыльце; нитчатыя дольки его распростерты въ виде звезды передъ входомъ къ меду, и нaлeтaющiя животныя, покрытый пыльцею съ другихъ цветовъ и желающей сосать медъ, принуждены сначала отдать часть своей ноши рыльцу и вызвать скрещиваше. Это продолжается, смотря по видамъ, то лишь несколько часовъ, то несколько дней, или даже свыше недели. Когда затемъ приближается конецъ цве- тешя, столбикъ укорачивается, и рыльце, стоявшее до того передъ пыльниками, втягивается между все еще покрытыми пыльцою пыльниками, такъ что опылеше его неизбежно. У Cereus dasyacanthus рыльце тотчасъ после раскрытая цветка находится на 1 см. передъ пыльниками; столбикъ, заканчивающшся пмъ, имеетъ въ это время длину 20 см.; подъ конецъ цветешя онъ длиною всего еще въ 16,5 см., следовательно, рыльце у этого растешя втягивается на 3,5 см. между покрытыми пыльцею пыльниками и находится не передъ, а на 2,5 см. за пыльниками самыхъ длинныхъ тычинокъ.
Вторая группа заключаетъ въ себе все случаи, когда автогам!я проис- ходитъ вследств!е удлинешя завязи или столбика. Произрастающая въ теплыхъ долинахъ южныхъ Альпъ безцветъ-трава или клобучекъ (Epimedium alpi- num), пoникaющie цветы которой изображены на фпг. 1—3 рис. на стр. 324, имеетъ четыре накрестъ поставленныхъ чашелистика и подъ ними четыре лепестка 21*
въ видб изящныхъ туфелекъ, обильно содержащихъ медь въ тупомъ, мбшкошы- номъ углубленш. Завязь веретеновидна и несеть на короткомъ столбик^ усаженнс т маленькими сосочками рыльце. Тычинки, числомъ четыре, спинками прилегают^ къ завязи; пыльники ихъ повернуты кнаружи, ланцетны, и надъ пыльниками поды* мается въ видб остр!я копья маленькая листовидная чешуя (см. рис. ниже, фиг. 4
Автогам1я всл,Ьдств1е удлинен!я пестика: 1—3) цв^ты безцв-Ьтъ-травы (Epimedium alpinum) въ сагЬдую- щнхъ другъ за другомъ состоятяхъ, разсчитанныхъ сперва на скрещивате, позже ведущихъ къ автогамш, 4) закрытый пыльникъ, видъ съ широкой стороны, 5) тотъ же пыльникъ, видъ съ узкой стороны, съ каждаго изъ обоихъ пгЬздъ передняя станка отделилась и поднялась вверхъ, 6) тотъ же пыльникъ, отделившаяся дольки еще болйе сжались, такъ что образуютъ подобте шапочки надъ ланцетовиднымъ кончикомъ. Фиг. 1—3 увелич. 10 разъ, фиг* 4, 5, 6 — 25 разъ. Ср. текетъ, стр. 323—325.
Цвбты протерогиничны, т. е. усаженное сосочками, обрамленное четырьмя упомянутыми чешуями рыльце уже воспршмчиво, когда пыльники еще закрыты (фиг. 1). Въ это время рыльце можетъ быть опылено пыльцою другихъ цвбтовъ. Затбмъ вскрываются двугнЬздные пыльники, и притомъ совершенно своеобразнымъ спосо- бомъ. Съ каждаго гнезда передняя станка отстаетъ въ видб лопасти, къ внутренней сторонб которой пристала вся пыльца даннаго гнезда пыльника. 066 лопасти сморщиваются, укорачиваются, закручиваются кверху, загибаются дугою назадъ надъ листовиднымъ кончикомъ пыльника (см. рисунокъ выше, фиг. 5), а также надъ находящимся у самаго листовиднаго кончика рыльцемъ (фиг. 2). Все это совершается
одновременно у всЬхъ четырехъ пыльниковъ, и въ результате этого процесса оказывается, что рыльце теперь прикрыто колпакомъ, состоящимъ изъ восьми завер- нутыхъ лопастей. Такъ какъ къ лопастямъ съ обращенной при закручиванш кнаружи стороны присталъ толстый слой пыльцы, то находящейся надъ рыльцемъ колпакъ снаружи покрытъ ею (см. рис., стр. 324, фиг. 2). Если теперь прилетаютъ насекомыя, чтобы сосать медъ изъ туфлеобразныхъ лепестковъ, то они должны задать покрытый пыльцею колпакъ и неизбежно облепляются пыльцею, тогда какъ раньше они на томъ же месте принуждены были касаться рыльца. Въ этомъ со- стояши цветокъ держится два дня. Въ то же время происходить изменен!я и въ пестике, хотя и незначительный, но очень важный для автогамш. А именно, если рыльце не было уже въ начале цветешя опылено при посредстве насекомыхъ пыльцею другихъ более старыхъ цветовъ, то весь пестикъ удлиняется насколько необходимо, чтобы еще не опыленное рыльце вдвинулось въ покрытый пыльцею колпакъ. Такъ какъ подъ конецъ цветешя участвующая въ образовании колпака лопасти еще более закрутились (см. рис., стр. 324, фиг. 6), то рыльце неизбежно приходить въ соприкосновеше съ держащеюся на лопастяхъ пыльцею (фиг. 3) и совершается автогам!я.
Сходное явлеше наблюдается и у нбсколькихъ стручковыхъ растений, при- меромъ которыхъ можетъ служить полевая горчица (Sinapis arvensis). Цветы этихъ растений сплошь протерогиничны. Когда раскрывается раннимъ утромъ цветочная почка, то обращенные внутрь пыльники еще закрыты, но выступающее немного надъ пыльниками рыльце уже воспршмчиво. На этой первой стадш развитая цветка можетъ совершаться опылеше рыльца только принесенною насекомыми пыльцею другихъ цветовъ. Черезъ день цветокъ представляетъ совсемъ иную картину. Четыре более длинныя ножки пыльниковъ вытянулись и въ то же время несколько отогнулись кнаружи, и пыльники оказываются приподнятыми надъ рыльцемъ. Между темъ какъ въ почке пыльники были обращены внутрь, они теперь, вследств!е быстро произведеннаго поворота, вскрылись на обращенной кнаружи стороне двумя продольными щелями и предлагаютъ пыльцу. Рыльце теперь вполне скрыто отъ глазъ наблюдателя и не можетъ быть опылено, такъ какъ пыльники, какъ сказано, отвернули свою покрытую пыльцею сторону, а приносимая насекомыми пыльца другихъ цветовъ не можетъ попасть на рыльце, потому что пыльники образуютъ надъ нимъ колпакъ. Все на этой стадш развитая разсчитано на то, чтобы выставленная пыльца забиралась насекомыми и шла на скрещиваше. Еще днемъ позже наблюдатель видитъ третью картину. Тычинки выпрямились, вследств!е чего пыльники еще более приблизились къ рыльцу и кругомъ покрыты пыльцею, а пестикъ удлинился. Вследств1е этого удлиневая рыльце вдвинулось въ колпакъ изъ пыльниковъ и обильно покрылось пыльцею.
Въ поникшихъ цветахъ борового хмеля (Atragene alpina) и обыкновеннаго на болотистыхъ лугахъ венгерской низменности цельнолистнаго ломоноса (Clematis integrifolia) автогам!я также происходить вследств!е выдвигашя пестиковъ до по- крытыхъ пыльцею пыльниковъ. Оба названный растешя въ течеше короткаго времени протерогиничны и въ начале цветешя разсчитаны на скрещиваше. Тесно при- легаюпце другъ къ другу на подоб!е кровельныхъ черепицъ тычинки образуютъ все вместе короткую трубку, въ глубине которой сидятъ многочисленные, собранные головкою пестики, тогда какъ на свободномъ краю трубки пыльники раздаютъ свою
пыльцу. Первыми вскрываются пыльники самыхъ наружныхъ и въ то же время са- мыхъ длиныхъ тычинокъ, затемъ среднихъ и, наконецъ, самыхъ короткихъ, непосредственно граничащихъ съ пестиками. Пыльца самыхъ внешнихъ пыльниковъ слу- житъ преимущественно для скрещивания и уже въ виду своего положешя едва ли когда либо можетъ быть употреблена на автогамгю; но и изъ пыльниковъ короткихъ тычинокъ, вскрывающихся последними, пыльца не могла бы попасть къ рыль- цамъ, если не происходило бы удлинешя пестика. Последнее действительно происходить въ течете обоихъ последнихъ дней цвететя. Такъ какъ въ это время пыльники все еще содержать пыльцу, то несколько растопыренный рыльца удлиняющихся пестиковъ при пpoxoждeнiи черезъ трубку обильно покрываются пыльцею (см. рис., стр. 161, фиг. 3).
Цветы манжетки (Alchimilla vulgaris) также протерогиничны; пыльники четырехъ короткихъ тычинокъ при раскрыванш цветка еще закрыты, уже воспршм- чивое рыльце стоить въ середине цветка и лишь мало выдается надъ отвер- ст!емъ, которыми пронизана протянутая черезъ цветокъ пленка, отделяющая медь. Въ это время возможно только скрещиваше. Но въ течете 24 часовъ столбикъ, несущш рыльце, вырастаетъ, придерживаясь косого направлетя, такъ что встре- чаетъ одинъ изъ четырехъ пыльниковъ, вскрывшихся между темь поперечною щелью. При этомъ рыльце почти неизбежно опыляется освобожденною здесь пыльцею (см. рис., стр. 117, фиг. 5). Пыльца трехъ остальныхи пыльниковъ можетъ быть еще собрана мухами и пойти на скрещиваше.
Вотъ несколько примеровъ для техн случаевъ, когда автогам!я происходить вследств!е роста и удлинешя столбиковъ или пестиковъ целикомъ. Въ общемъ это явлеше принадлежитъ къ более редкими; это тбмъ замечательнее, что автогам!я вследств!е роста и удлинешя тычинокъ встречается весьма часто. Еще реже авто г а м i я получаетсявследств!енаклонен!я столбика, все время остающагося прямыми. Всего резче можно видеть это явлеше у американ- скаго губоцветнаго Collinsonia Canadensis. Ви только что распустившемся цветке длинный, далеко высовывающшся столбики стоить вн самомн центре между обеими, почти столь же длинными, далеко выдающимися изн цветка тычинками. Подъ конецн цветевия столбики начинаетн наклоняться кп одной изи тычинокн, они движется подобно часовой стрелке на 20°—40° и рыльцемн постоянно встречаешь покрытый пыльцею пыльники одной изи тычинокн.
Гораздо чаще автогам!я совершается такими образомн, что части пестика, в и особенности столбики, изгибаются, вcлeдcтвie чего рыльца или приводятся в и непосредственное соприкосновен!е сн пыльцею изв тычинокн того же цветка, или та к в помещаются под в пыльниками, что выпадающая пыльца должна попасть на них в. Изгибв столбика зависитъ отв формы и положешя цветка и, вв особенности, отв положешя, занимаемаго пыльниками. Цветы коровяка (Verbascum Thap- sus), мауницы (Valerianella Auricula, carinata и др.), равно какв не вьющихся ви- довъ жимолости (Lonicera alpigena, nigra, Xylosteum) протерогиничны, и столбики при открытш доступа вн цветокн такв поставленв, что пробираюпцяся кв цветоложу насекомыя должны задеть за рыльца. Понятно, что вв это время возможно только скрещиваше. Когда затемв вскрываются пыльники, рыльце совершенно устраняется съ дороги: столбикъ загибается книзу или къ одному боку, такъ что
рыльце ни при посредстве' насекомыхъ, ни само собою не можетъ пршти въ со- прикосновеше съ пыльцею изъ пыльниковъ того же цветка. Только подъ конецъ цветешя столбикъ возвращается въ свое первоначальное положеше, снова загибается вверхъ, и рыльце прижимается къ все еще покрытымъ пыльцею пыльни- камъ. Цветы царскихъ кудрей (Lilium Martagon) пониклы и листочки ихъ околоцветника полукругомъ завернуты назадъ; каждый изъ нихъ снабженъ желобомъ, прикрытымъ въ середине двумя смыкающимися краевыми пластинками, такъ что скопившйся въ немъ медъ можетъ быть высасываемъ насекомыми только съ обоихъ концовъ, т. е. у внутренняго и наружнаго устьевъ желоба. Цветы эти про- терогиничны. Столбикъ въ недавно раскрывшемся цветке прямой и сидящее на немъ рыльце такъ поставлено, что насекомыя, желаюпця сосать медъ у внутренняго устья упомянутаго медоноснаго желоба, должны его коснуться. Такъ какъ въ это время пыльники еще закрыты, то къ рыльцу можетъ только пристать пыльца дру-
Автогам1я вслйдств1е изгиба столбика: 1) Цвйтокъ Tricyrtes pilosa на первой, 2) на последней стад!и развитая; 3) цвйтокъ Morina Persica на первой, 4) на последней стадти развитая, 5) рыльце Morina, опыленное пыльцею того же цветка; 6) цвйтокъ Euphrasia minima на первой, 7) на последней стад!и развитая. Вей фигуры немного увелпч. На фиг. 2—4, 6 и 7 ерйзана передняя часть цвйтка. Ср. текстъ, стр. 328.
гихъ более старыхъ цветовъ. Позже вскрываются пыльники. Они такъ поставлены передъ наружнымъ устьемъ медоноснаго желоба, что насекомыя, жeлaющiя здесь сосать, неизбежно должны снять съ нихъ пыльцу, не касаясь при этомъ, однако, рыльца. Уже на этой второй стащи развипя цветка столбикъ несколько изогнулся въ сторону, подъ конецъ цветешя изгибъ становится столь сильнымъ, что рыльце приходить въ соприкосновеше съ однимъ или же иногда и съ двумя пыльниками и достаетъ себе съ нихъ пыльцу. Иногда, однако, рыльце не достигаешь цели, а потому у царскихъ кудрей автогам!я не такъ обезпечена, какъ въ большинстве другихъ случаевъ. Нельзя также не упомянуть, что изгибъ совершается только, когда рыльце не было уже ранее опылено чужою пыльцею. Если уже въ начале цветешя произошло скрещиваше, то изгиба не бываетъ или онъ совсемъ незначителенъ.
Добывайте пыльцы рыльцемъ посредствомъ загиба столбика внизъ наблюдается у разныхъ видовъ Tricyrtes, Morina, Oenothera и Epilobium, затемъ у не- сколькихъ Rhinanthaceae, гвоздичныхъ и лютиковыхъ и у большинства мальвовыхъ. Выше изображенные цветы Tricyrtes pilosa протерогиничны. Каждый изъ трехъ стол- биковъ согнуть внизъ и вилкообразно разделенъ, такъ что несколько походить на когти. Рыльцевая ткань находится на конце когтя и задевается насекомыми, же-
лающими сосать медъ изъ снабженныхъ полымъ выростомъ листочковъ околоцветника. Свободные концы тычинокъ согнуты книзу дугою, и пыльники какъ бы пол- вешаны подъ когтеобразными ветвями столбика (фиг. 1). Когда пыльники отдаютл- пыльцу, они такъ поставлены, что насекомыя, пробираюпцяся къ меду цветоложа должны ихъ коснуться и набрать пыльцы. Безъ посредства насекомыхъ при не- изменномъ положены рылецъ и пыльниковъ и при неизменномъ направлены цветка вверхъ опылеше рыльца не могло бы произойти. Поэтому на случай отсутствье посещены насекомыхъ происходить загибаше когтеобразныхъ столбиковъ книзу. Это загибаше длится до тбхъ поръ, пока находящаяся на конце когтя рыльцевая ткань не придетъ въ непосредственное соприкосновеше съ покрытыми пыльцек пыльниками (см. рис. стр. 327, фиг. 2).
Въ то время какъ описанный процессъ у Tricyrtes pilosa разыгрывается въ продолжеше недели, онъ въ цветахъ Morina Persica (см. рис., стр. 327, фиг. 3—5; совершается въ течете немногихъ часовъ. Разница въ созреваны рылецъ и пыльниковъ составляетъ у Morina Persica едва полчаса; но даже этого короткаго срока достаточно, чтобы сделать въ начале цветешя возможнымъ скрещиваше, тогда какъ во второй пepioдъ цв'Ьтешя совершается aBToraMin. Bet виды рода Morina, следовательно и взятая здесь для примера Morina Persica, раскрываютъ свои цветы въ начале сумерекъ. Какъ только края вЬнчика расправились, показывается въ центре цветка надъ самымъ входомъ къ меду толстое, припухлое рыльце, несущее на нижней стороне воспрымчивую ткань. Два стоящихъ сзади пыльника еще закрыты, и если теперь насекомыя вводятъ свой хоботокъ въ наполненную медомъ длинную трубку, то, въ случай насЬкомыя принесли пыльцу съ другихъ, несколько раньше распустившихся цветовъ, неизбежно происходить скрещиваше. Если посещены насекомыхъ не было, столбикъ уже на следующее утро настолько дугообразно нагибается книзу, что рыльце ложится плашмя на вскрывппеся между темь пыльники (см. рис., стр. 327, фиг. 4). Пыльца легко пристаетъ, и если вынуть затемь изъ цветка прижатое къ пыльнику рыльце, то къ нему оказывается прилепленнымъ толстый комокъ пыльцы (см. рис., стр. 327, фиг. 5).
Совершенно подобное же изгибаше столбика, какъ у Morina, происходить и въ цветахъ. многихъ Rhinanthaceae, напр., Rhinanthus minor, Trixago apula, Melam- pyrum pratense, Euphrasia minima (см. рис., стр. 327, фиг. 6 и 7). У этихъ расте- шй повторяется вообще весь процессъ, какъ онъ только что былъ описанъ, лишь пыльца у нихъ не пристающая, а мучнистая и переносится на воспрымчивую ткань не посредствомъ прикладывашя и прижимашя рыльца къ пыльникамъ, а достаточно, если рыльце вcлeдcтвie коленчатаго или полукружнаго изгиба столбика подводится подъ пыльники. Тычинки развиты здесь по типу щипцовъ (ср. стр. 258). На первой и второй cтaдiяxъ развитая цветовъ мучнистая пыльца выпадаетъ изъ дырочекъ пыльниковъ только, когда упрупя, согнутыя тычинки раздвигаются насекомыми. Если же насекомыя не посещаютъ цветовъ, то пыльца, понятно, остается въ своихъ вместилищахъ. На третьей стады развитая цветка тычинки и саадинан- ная съ ними часть венчика теряютъ упругость, вcлeдcтвie чего крепко сомкнутые до того пыльники несколько расходятся, и мучнистая пыльца падаетъ внизъ. Но такъ какъ столбикъ между темъ на столько нагнулся внизъ, что блестящее, липкое рыльце приходится подъ переднею парою пыльниковъ, то часть пыльцы по- падаетъ на рыльце, и такимъ образомъ происходить автогам!я (см. рис., стр. 327,
фиг. 7). Иногда же столбикъ въ передней трети настолько загибается, что получается какъ бы накручиванье его, и тогда бываете также, что рыльце вдвигается промежъ разступающихся пыльниковъ, при чемъ приходить въ соприкосновеше и съ волосками, покрывающими пыльники, обыкновенно обсыпанными пыльцою.
Tricyrtes, Morina и только что разсмотрбнныя Rhinanthaceae протерогиничны, ослинники, кипреи, горицветы и мальвовый, у которыхъ автогам!я также происходить вследств!е наклоненья рыльца къ покрытымъ пыльцею пыльникамъ, наобороть, протерандричны. Когда расправляются лепестки ослинника (Oenothera) и крупно- цветныхъ кипреевъ (Epilobium hirsntmn, angustifolium; см. рис., стр. 292, фиг. 1), четыре ветви столбика, несупця воспршмчивую ткань и называемый обыкновенно рыльцами, еще плотно сложены, и объ опыленш рылецъ теперь не можете быть и речи, тЬмъ более, что вследств!е бокового наклона или коленчатаго изгиба столбика рыльце оказывается отодвинутымъ отъ пути, ведущаго къ меду цветоложа. Теперь передъ точками, где насекомыя могут добыть меду, стоять восемь пыльниковъ, отдаюпце, одинъ за другимъ, пыльцу. Вскоре затемъ, у энотеръ уже че- резъ полчаса, у крупноцвбтныхъ кипреевъ черезъ 24 часа, столбикъ выпрямляется, становится въ середину цветка, его четыре вЬтви разступаются и расположены накресть передъ доступомъ къ меду. Въ течете короткаго времени рыльца сохра- няютъ такое положеше, и едва ли надо еще разъяснять, что теперь отыскиваюпце медъ шмели, прилетаюице съ пыльцею более молодыхъ цветовъ, могуть совершать скрещиваще. Но вскоре четверо рылецъ загибаются или свертываются внизъ, такъ что ихъ восприимчивая ткань приходить въ соприкосновеше съ все еще держащеюся на пыльникахъ пыльцею (см. рис., стр. 292, нижше цветы фиг. 1). Авто- гамш способствуете обыкновенно еще то, что нити тычинокъ несколько поднимаются, а похожая на цветоножку нижняя завязь слабою дугою загибается книзу, вслед ств!е чего цветокъ поникаете.
Среди лютиковыхъ такое же приспособлеше встречается у несколькихъ ви- довъ чернушки (Nigella). Цветы ихъ протерандричны. Первое явлеше, наблюдаемое у нихъ после распускашя лепестковъ, состоите въ томъ, что тычинки въ определенной последовательности наклоняются къ окружности цветка и помещаюте свои вскрывппеся пыльники надъ самыми наполненными медомъ нектар!ями. Насекомыя, прилетаюпця за медомъ, неизбежно должны задеть за пыльники и нагрузиться пыльцею. Когда все тычинки, одна за другою, проделали эти движешя, пробуждаются и столбики, до того бывппе неподвижными и стоявппе прямо вверхъ, и настолько нагибаются кнаружи, что развитая на ихъ концахъ рыльцевая ткань, ставшая между темъ воспршмчивою, приходится надъ нёктар!ями. Когда, при та- комъ положении рыльца, насекомыя, нагруженный пыльцею более молодыхъ цве- товъ, прилетают за медомъ, они отлагаютъ чужую пыльцу на рыльце и вызы- ваютъ такимъ путемъ скрещивате. Изгибъ кнаружи растопыренныхъ столбиковъ, однако, еще не законченъ. Все дальше и дальше загибаются они книзу, пока рыльца не столкнутся съ пыльниками, на которыхъ все еще держится немного пыльцы.
Известны также некоторый гвоздичный и мокричныя (Lychnis alpina, Alsine Gerardi, Cerastium arvense, lanatum, Stellaria graminea, Holostea), у которыхъ w рыльца передъ самымъ увядашемъ обоеполых^ цветовъ добывают себе пыльцу изъ пыльниковъ того же цветка посредствомъ дугообразнаго изгиба. Цветы ихъ
не совершенно протерандричны. Прежде всего созреваютъ тычинки, стояпця не- редъ чашелистиками; ихъ пыльники вскрываются и раздаютъ пыльцу, которая однако, можетъ пойти только на скрещиваше, такъ какъ рыльца въ данномъ цв4тея еще не вбспршмчивы. На следуюпцй день нити этихъ тычинокъ загибаются насколько возможно къ периферш цветка, и некоторый при этомъ теряють своя пыльники. Между тЬмъ расположенный передъ лепестками тычинки удлинились пыльники ихъ вскрылись, и ихъ пыльца, какъ и первыхъ, можетъ быть взята насекомыми. Еще черезъ день эти тычинки немного загибаются къ окружностя цветка, никогда не утрачивая, однако, своихъ пыльниковъ, а дожидаются, покрытый пыльцою, конца цветешя. На четвертый день столбики, стоявшее до этихъ поръ въ центре цветка, растопыриваются, отгибаются дугообразно, у некоторыхъ видовъ закручиваются подобно винту и вследств!е этого приходятъ въ непосредственное соприкосновеше съ выше упомянутыми пыльниками и съ держащеюся еще на нихъ пыльцою.
Въ цветахъ выше поименованныхъ мокрицъ и гвоздичныхъ описанные изгибы тычинокъ и столбиковъ распределяются на 4—5 дней, у мальвъ (Malva borealis, rotundifolia и др.) те же явлешя происходить въ течете 48, а у Hibiscus Trionum и Abutilon Avicennae въ продолжеше 3 — 8 часовъ. Йъ только что распустившихся цветахъ мальвъ поднимается снопъ изъ многихъ нитей, несущихъ на ихъ свободномъ конце кругловатые, покрытые пыльцею пыльники, и въ тоже время облекающихъ и прикрывающихъ столбики. Тычинки, изъ которыхъ составленъ этотъ снопъ, вскоре отгибаются дугою, и теперь въ томъ же самомъ месте, где раньше стояли пыльники, показывается пучекъ столбиковъ, несущихъ рыльцевую ткань, ставшую между темъ воспршмчивою. Но и это положеше, очевидно разсчи- танное на скрещиваше посредствомъ насекомыхъ, сохраняется не долго; столбики скручиваются въ виде буквы S и настолько въ то же время загибаются внизъ, что сосочки, образующее рыльцевую ткань, приходятъ въ соприкосновеше съ отогнувшимися только что пыльниками. У растущей по берегамъ Тиссы большими зарослями грудницы (Abutilon Avicennae) снопъ тычинокъ никогда не прикрываетъ столбиковъ, а уже въ тотъ моментъ, когда разступаются лепестки, надъ пыльниками торчать пять стройныхъ столбиковъ, заканчивающихся красными бархатистыми шаровидными рыльцами. Насекомыя, прилетающая въ это время и садя- щ!яся на бархатистыя рыльца или задевающая за нихъ, могутъ произвести скрещиваше. Но уже черезъ часа два столбики отгибаются полукругомъ, и рыльца накладываются на ниже помещающееся пыльники, обильно покрытые пыльцею. Дру- пя мальвовыя, напр., Anoda hastata, представляютъ относительно изгиба столбиковъ обратное явлеше. Въ цветочныхъ почкахъ ихъ и пыльники, и столбики ко- ленчато согнуты по направленью къ цветоложу. После того какъ расправились по- кроволистики, сперва выпрямляются тычинки, поднимаются вверхъ и образують снопъ изъ нитей, несущихъ каждая нагруженный пыльцею пыльники. Позже на- ступаетъ чередъ столбиковъ изогнуться и выпрямиться. Они двигаются тою же дорогою и втискиваются въ снопъ тычинокъ. Рыльца более длинныхъ столбиковъ при этомъ приходятся несколько надъ пыльниками, а рыльца более короткихъ столбиковъ непосредственно прикладываются къ пыльникамъ, и такъ какъ послед- Hie все еще содержать немного пыльцы, то обыкновенно происходить автогам!я.
. Отдаленное сходство съ этою автогам!ею имееть процессъ, наблюдаемый въ
цвйтахъ росянки (Drosera). Шаровидная завязь этого растешя песета три столбика, и каждый изъ этихъ столбиковъ разделенъ на двй лопатчатыя лопасти, несупця на верхней стороне рыльцевую ткань. Въ раскрытомъ чашевидномъ цветке лопасти эти расправлены въ горизонтальной плоскости подобно спицамъ колеса (см. рис., стр. 265, фиг. 10). Тычинки же, напротивъ, стоятъ вверхъ, перекрещиваются въ открытомъ цвйтке съ лопастями подъ прямымъ угломъ, и ихъ пыльники расположены выше, чймъ рыльцевая ткань. Когда начинается закръгпе цвйтовъ, вей шесть лопастей загибаются кверху на столько, что рыльцевая ткань должна коснуться пыльцы пыльниковъ.
У несколькихъ губоцветныхъ и пузырчатковыхъ автогам!я совершается вслЬд- CTBie изгиба не столбика, а рыльца. Такъ, напр., у пикульниковъ (Galeopsis ochro- leuca, Tetrahit и др.), протерандричные цветы которыхъ въ начале такъ устроены, что въ случай посйщешя насекомыми должно произойти скрещиваше, подъ конецъ
Автогам1я всл,Ьдств1е спиральнаго закручивантя тычинокъ и столбиковъ: цвЪтокъ Commelyna сое- lestis: 1) на первой, 2) на второй, 3) на третьей стадтяхъ развипя: продольные разрезы. ВсЬ фиг. нисколько увеличены. Ср. текстъ, стр. 332.
цвйтешя покрытый рыльцевою тканью кончикъ нижней вйтви столбика на столько загибается внизъ и назадъ, что приходить въ непосредственное соприкосновеше съ покрытыми пыльцою пыльниками болйе длинныхъ тычинокъ, а у нйкоторыхъ видовъ чистеца (Stachys palustris, silvatica и др.) незадолго передъ отцвйтешемъ обй рыльцевыя в^тви загибаются внизъ и добываютъ себе пыльцу съ пыльниковъ. Открытые сбоку цветы жирянки (Pinguicnla), изображенной въ I томе на таблице у стр. 138, содержатъ две колйнчато согнутыхъ вверхъ тычинки, оканчивающихся чашевидными пыльниками, и надъ ними яйцевидную завязь, на которой сидита крупное лопастевидное рыльце. Нижшй край рыльца, несущш восприимчивую ткань, свешивается подобно занавйсу надъ пыльниками. Насйкомыя, впускающ!я свой хо- ботокъ въ медоносный шпорецъ цветка, сначала задйваютъ за край рыльца, а за- тймъ за стояпце сзади пыльники,. опыляютъ, следовательно, приближаясь съ пыль- цею съ другихъ цвйтовъ, сперва рыльце и въ следующей мигъ набираютъ новую пыльцу для другихъ цвйтовъ. Этимъ даны услов!я для скрещивашя, происходящаго довольно часто у этихъ растешй. Но если насйкомыя не прплетаютъ и скрещивашя не совершается, то край рыльца на столько завертывается, что воспршмчивая ткань касается чашевидныхъ пыльниковъ. Такъ какъ здесь скоплено еще много пыльцы, то неизбежно совершается автогам!я. Подобно этому обстоять дйло и въ цвйтахъ пузырчатки (Utricularia) и, вероятно, у большинства Utriculariaceae.
Сравнительно рйдко автогам!я совершается такимъ образомъ, что передъ са-
Mirabilis Jalappa. (По Баллхону.)Mirabilis Jalappa. (По Баллхону.)
Mirabilis Jalappa. (По Баллхону.)
Mirabilis Jalappa. (По Баллхону.)
мымъ завядашемъ нити тычинокъ и столбики закручиваются спи
рально или винтомъ, образуя клубокъ, причемъ рыльца прихо- дятъ въ непосредственное соприкосно.вен!е съ пыльцою одногс или нбсколькихъ пыльниковъ и опыляются ею. Большинство расте
ши, у которыхъ наблюдается этотъ странный процессъ, эфемерны; въ прочемъ они принадлежать къ самымъ различнымъ семействамъ. У несколькихъ Commelynaceae. какъ у Commelyna coelestis (см. рис., стр. 331), рыльце въ расположенныхъ бо-
комъ, только что раскрывшихся цветахъ стоить передъ и подъ пыльниками (фиг. 1).
Если въ этотъ перюдъ цвете- шя приближаются насекомыя, чтобы полакомиться на свое- образныхъ, пальчато, лопаст- ныхъ нектар!яхъ, то они опускаются на тычиночныя нити, представляющая наиболее удобное для намеченной цели место, а такъ какъ пыльники уже отдаютъ пыльцу, то насекомыя тотчасъ же ею облепляются. Вскоре затемъ нити тычинокъ закручиваются спирально, а столбикъ, который между темъ, какъ и тычиночныя нити, удлинился, такъ загибается, что его рыльце приходится немного выше, чемъ въ начале, и является самымъ удобнымъ ме- стомъ для опускающихся насе- комыхъ (см. рисунокъ, стр. 331, фиг. 2). Если теперь приле- таютъ насекомыя, посетивпия передъ темъ друпе, более молодые цветы, то они произво- дятъ скрещиваше. Но такое положеше вещей сохраняется не долго; столбикъ также за
кручивается спирально, сплетается съ закрученными тычинками, и при этомъ рыльце неизбежно приходить въ соприкосновеше съ темъ или другимъ пыльни- комъ и опыляется его пыльцою (фиг. 3). Поразительно сходны явлешя, про- исходяпця въ цветахъ АШоша violacea, Mirabilis Jalappa и еще несколькихъ дру- гихъ Nyctaginaceae. Относительно цветовъ названной АШоша можно еще только
упомянуть, что они протерогиничны, что рыльце около 6 часовъ утра, когда начинается цветеше, превышаетъ пыльники, что черезъ несколько часовъ пыльники, вследств!е особыхъ движешй столбика и тычинокъ, превышаютъ рыльце, и что въ 10 часовъ уже начинается ведущее къ автогамти закручиваше тычинокъ и стол- биковъ. Въ только что раскрывшихся цветахъ ночной красавицы (Mirabilis Jalappa;
см. рис., стр. 332) кисточкообразное рыльце расположено передъ пыльниками, и въ случай прилета насекомыхъ ими задеваются сперва сосочки рыльца и лишь затЬмъ пыльники. Подняия и опускашя тычинокъ и столбиковъ здесь не бывает; но закручиваше совершается такимъ же образомъ, какъ и у Allionia, и какъ только наступила автогам!я, отгибъ околоцветника складывается, превращается въ дряблую массу и лежит затемъ надъ клубкомъ, образованнымъ тычиночными нитями и стол- бикомъ. Цветы портулака (Portulaca oleracea) отличаются от цветовъ Commelyna, Allionia и Mirabilis темъ, что обладаютъ пятью рыльцами, напоминающими своею формою нежныя перышки и распростертыми въ виде звезды среди чашевиднаго, вверхъ стоящаго цветка. Поднимаюпцяся въ косомъ направлеши изъ цветоложа тычинки стоять вокругъ рыльца, но въ начале цветешя имеют такое положеше, что между ихъ пыльниками и рыльцами имеется небольшой промежутокъ, почему держащаяся на пыльникахъ пыльца не может сама собою попасть на рыльце. Спустя несколько часовъ распростертый чашевидно на солнце покроволистики сближаются и цветокъ начинаетъ закрываться; перышковидныя рыльца, все пять, загибаются на одну сторону и постепенно закручиваются спирально. Но и нитевид- ныя тычинки совершаютъ первоначально дугообразный, позже спиральный или винтовой изгибъ, вследств!е чего покрытые пыльцею пыльники прижимаются къ пе- рышковиднымъ рыльцамъ. И у портулака, подобно тому какъ у ночной красавицы и другихъ растенш съ эфемерными цветами, дряблые покроволистики образуют покровъ надъ клубкомъ перепутанныхъ нитей.
Какъ уже было упомянуто, такая автогамтя встречается преимущественно у цветовъ — однодневокъ. У техъ, которые остаются раскрытыми только несколько часовъ, за описанными движешями можно следить, такъ сказать, на глазъ. У не- многихъ относящихся сюда видовъ, цветы которыхъ раскрыты два, три или несколько дней, эти изгибы и закручивашя, разумеется, совершаются гораздо медленнее. У армерш (Armeria alpina, vulgaris и др.) въ середине тазовиднаго цветка пять рылецъ расположены какъ у портулака, но рыльца здесь не перистыя, а представляют стройные цилиндры, имйюпце отъ короткихъ, густо сближенныхъ сосочковъ бархатистый видъ. Прироеппя къ короткой трубке венчика тычинки поднимаются передъ лопастями отгиба венчика, и пыльники приходятся между лучами рыльца. Но, не смотря на незначительное разстояше между пыльниками и рыльцами, все таки ни въ первый, ни во второй перюдъ цветешя пыльца не попадает сама собою на воспршмчивую рыльцевую ткань. Въ начале цветешя тычинки занимают такое положеше, что насекомыя, проникаюпця за медомъ, должны коснуться покрытыхъ пыльцею пыльниковъ, рыльца же въ это время еще торчатъ вверхъ. Немного позже пыльники и рыльца меняются, какъ во многихъ другихъ случаяхъ, местами; тычинки поднимаются вверхъ, а рыльца, напротивъ, растопыриваются и приходятся на пути къ меду. Что такое перемйщеше связано съ скре- щивашемъ, указывалось такъ часто, что кажется липшимъ повторять это еще разъ. Но если, вследств!е отсутств!я посещены насекомыхъ, не происходить скрещивашя, столбики закручиваются винтомъ, въ то же время двигаются къ центру цвйтка и переплетаются съ стоящими тут тычинками, также загнувшимися винтообразно. При этомъ неизбежно бархатистый рыльца принимают держащуюся еще на пыльникахъ пыльцу.
Изъ сказаннаго до сихъ поръ объ автогамш вытекает, между прочимъ.
также, что у очень многихъ растеши образованная въ пыльникахъ пыльца, ос> бенно, если она пристающая, во время отцветашя еще наполняетъ ниши пыльнг- ковъ или л ежить на отогнутыхъ краяхъ вскрывшихся вместилищъ. Даже въ случай, если посещающая цветы насекомыя сняли часть пыльцы и перенесли ее нг друйе цветы, постоянно остается еще достаточное для автогамш количество, z лишь въ рйдкихъ случаяхъ вместилища, въ которыхъ образовалась пристающая пыльца, въ конце цветешя совершенно опорожнены. Но имеются также растешя. у которыхъ пристающая пыльца, какъ только она стала половозрелою, посредствомъ особыхъ приспособлешй вычищается или выметается, или какимъ либо другимъ способомъ удаляется изъ пыльниковъ и отлагается въ особомъ месте въ предй- лахъ цветка. О пыльце сложноцветныхъ известно, что она выжимается и выдвигается изъ срощенныхъ въ трубку пыльниковъ удлиняющимся, заключеннымъ въ трубке столбикомъ и затемъ оказывается на верхнемъ устье трубки въ виде на- легающаго на конецъ столбика комочка. У колокольчиковъ все содержимое пыльниковъ складывается на наружной стороне столбика; то же происходить у видовъ Phyteuma и некоторыхъ мелкоцветныхъ горечавокъ. Съ другой стороны, у не- сколькихъ растешй часть пыльцы сбрасывается вследств!е съеживашя стенокъ пыльниковъ, попадаетъ на волосковидныя образовашя завязи, въ углублешя чаше- видныхъ покроволистиковъ или въ какое либо другое место цветка и скопляется тутъ для дальнейшаго употреблешя. Едва ли возможно также избежать, чтобы сосупця медъ или поедаюпця пыльцу насекомыя при своихъ посещешяхъ не задевали за нити тычинокъ, вызывая этимъ отпадете пыльцы, остающейся на опре- деленныхъ частяхъ венчика, чашечки или околоцветника. Такая пыльца, разумеется, можетъ найти применеше подобно держащейся на пыльникахъ, и действительно бываетъ, что рыльца добываютъ себе пыльцу пыльниковъ того же цветка изъ ея времениыхъ складов ъ, и что т а к имъ о б р а- зомъ совершается автогам!я. Приспособлешй, ведущихъ къ этой цели, не слишкомъ много, но зато число видовъ растешй, у которыхъ происходить такая автогам!я, весьма велико. Въ особенности добыча отложенной н а в н е ш- ней стороне столбика или его ветвей пыльцы воспр!имчивою тканью на краю или на внутренней стороне ветвей столбика встречается у сотенъ колокольчиковъ и тысячъ сложноцветныхъ.
Можно различить два процесса: во первыхъ, перекрещиван!е и, во вто- рыхъ, спиральное закручиван!е назадъ ветвей столбика. Первый процессъ наблюдается особенно у астероидныхъ (Aster, BeUidiastrum, Erigeron, Solidago), въ особенности у стоящихъ въ середине корзинки этихъ растешй труб- чатыхъ цветовъ, но также и у многихъ сложноцветныхъ, все цветы которыхъ язычковидны. У взятаго для примера Aster alpinus (см. рисунокъ, стр. 336, фиг. 1—3) ветви столбика коротки, толстоваты, на внутренней стороне гладки и ровны, на внешней несколько выпуклы и усажены къ свободному концу сосочковидными выметающими волосками. Воспршмчивая рыльцевая ткань находится по краямъ ветвей столбика ниже выметающихъ волосковъ и узнается по зернистому виду тургесцирующихъ клетокъ. Фиг. 1 рисунка на стр, 336 показываетъ въ рядомъ стоящихъ цв6тахъ положеше ветвей столбика отъ начала до конца цветешя. Почти одновременно съ раскрыйемъ трубчатаго венчика обе ветви столбика выдвигаются
надъ трубкою пыльниковъ, и упомянутыми выметающими волосками пыльца вычищается изъ пыльниковой трубки. Воспршмчивая рыльцевая ткань въ это время еще не доступна, и ветви столбика еще плотно примыкаютъ другъ къ другу. Теперь не можетъ совершиться опылеше ни своею, ни чужою пыльцою, и пыльца выставлена только для того, чтобы насекомыя унесли ее для скрещивашя. 064 в4тви столбика зат^мъ поднимаются еще выше, отделяются и несколько разсту- паются, вследств!е чего скопившаяся на ихъ выметающихъ волоскахъ пыльца, если она не была уже унесена насекомыми, большею частью сбрасывается и потребляется для гейтоногамш (ср. стр. 304). Небольшая часть пыльцы, однако, остается на нижнихъ выметающихъ волоскахъ, и эта то часть и идетъ на автога- м!ю (см. рис., стр. 336, фиг. 2). Автогам1я, наконецъ, и происходить такимъ обра- зомъ, что обе ветви столбика загибаются и перекрещиваются, подобно рукамъ, складываемымъ на груди, вследств!е чего пыльца, приставшая къ нижнимъ выме- тающимъ волоскамъ одной ветви столбика, приводится въ непосредственное сопри- косновеше съ воспршмчивою тканью на краю другой ветви. Обе перекрещенный ветви столбика живо напоминаютъ теперь также клювъ клеста, какъ это видно на рисунке на стр. 336, фиг. 3. Ветви столбиковъ техъ сложноцветныхъ, корзинки которыхъ состоять изъ однихъ язычковыхъ цветовъ, всегда гораздо длиннее, чемъ у астероидныхъ, производить впечатлеше нитей и усажены на внешней стороне далеко книзу выметающими волосками. У части этихъ сложноцветныхъ, изъ которыхъ мы приведемъ Crepis grandiflora, Hieracium umbellatum и Leontodon hastile, также передъ самымъ отцветашемъ совершается изгибаше и одновременно закру- чиваше обеихъ ветвей столбика, еще более, чемъ у Asteroideae, напоминаюпця пе- рекрещиваше рукъ и имеюпця следств!емъ автогамно.
Второй процессъ, именно, спиральное закручиваше назадъ в4твей столбика, всего лучше выраженъ у крестовниковъ, особенно высокихъ, обыкновенныхъ въ нашихъ лесахъ видовъ: Senecio Fuchsii и nemorensis, а также у васильковъ (Сеп- taurea). Для примера возьмемъ широко распространенный въ предгор!яхъ Альпъ горный василекъ (Centaurea montana; см. стр. 336, фиг. 4—7). Столбикъ здесь имеетъ существенно иное устройство, ч4мъ у разсмотренныхъ выше сложноцветныхъ. Рыльцевая ткань разстилается по внутренней поверхности ветвей столбика, въ особенности близъ свободныхъ концовъ, и выметаюпце волоски находятся только на узкомъ поясе подъ местомъ раздвоешя столбика. Выметаше пыльцы изъ трубкп пыльниковъ (см. рис. выше, фиг. 4) происходить какъ у другихъ сложноцветныхъ; только у васильковъ это выметаше еще ускоряется быстрымъ укорачивашемъ раз- дражимыхъ тычиночныхъ нитей при прикосновенш насекомыхъ (ср. стр. 240). После того, какъ главная масса выметенной пыльцы удалена насекомыми или сброшена вследств!е разступашя ветвей столбика (фиг. 5), воспршмчивыя вну- треншя поверхности последнихъ оказываются такъ поставленными, что насекомыя, облепленныя на другихъ цветочныхъ корзинкахъ пыльцою, должны вызвать скре- щиваше. Но это состояше длится лишь короткое время; вскоре обе ветви столбика закручиваются спирально назадъ до техъ поръ, пока воспршмчивая ткань нхъ первоначально внутренней стороны не придетъ въ соприкосновеше съ оставшеюся на выметающихъ волоскахъ пыльцею и не произойдетъ автогам!я (см. рис., стр, 336, фиг. 6 и 7).
У большинства колокольчиковъ (Campanula) встречается такое же заверты-
вате ветвей столбика, и этотъ процессъ им4етъ то же значеше, какъ у сложи:- цв^тныхъ. Но у нихъ пыльца попадаетъ на внешнюю сторону столбика нбсколъ:-:: отличнымъ способомъ. Внутри закрытой цветочной почки длинные пыльники, правда прилегаютъ, какъ у сложноцв'Ьтныхъ, къ поднимающемуся въ середин^ столбику образуя какъ бы трубку вокругъ него; также и пыльники вскрываются на внутренней ихъ сторонгЬ, отлагая всю пыльцу на внешнюю сторону столбика, усажен-
89
Автогам1я вслЬдств!е перекрещиван!я или спиральнаго закручиван!я ветвей столбика: 1) Aster alpinus, часть корзинки, содержащая одинъ краевой плодупцй цвЬтокъ съ язычковиднымъ вЬнчикомъ и три средин- иыхъ трубчатыхъ цвЬтка, трубчатые въ послЬдовательныхъ, ведущихъ къ автогам!и состояшяхъ, 2) вЬтви столбика Aster alpinns, только что разъединившаяся, но на выметающихъ волоскахъ которыхъ еще держится немного пыльцы, 3) вЬтви столбика перекрещены, такъ что пыльца съ выметающихъ волосковъ одной вЬтви переносится на рыльце- вую ткань другой в-Ьтви столбика; 4—6) цвЬты изъ середины корзинки Centaurea montana въ послЬдовательныхъ, ведущихъ къ автогамш состояшяхъ, 7) обЬ вЬтви столбика настолько закручены назадъ, что рыльцевая ткань приходить въ соприкосновеи!е съ пыльцею на выметающихъ волоскахъ; 8) Campanula persicifolia, продольный разрЬзъ черезъ недавно раскрывшийся цвЬтокъ, 9) тотъ же разрЬзъ, вЬтви столбика настолько закручены назадъ, что рыльцевая ткань приходить въ соприкосновеше съ пыльцею на внЬшней сторонЬ столбика; 10) цвЬтокъ Phyteuma orbi- culare при переходЬ изъ первой во вторую стад!ю развит!я, 11) на послЬдней стадш. Фиг. 8 и 9 въ ест. велич., остальныя фиг. увелич. Ср. текстъ, стр. 334—337.
ную нужными прозрачными сосочками и потому прекрасно приспособленную къ удержашю пыльцы; но пыльца не выметается изъ пыльниковъ, а пыльники, отло- живъ пыльцу на столбики, разъединяются, съеживаются, значительно укорачиваются и виднеются лишь въ видЬ опорожненныхъ, изогнутыхъ и засохшихъ остат- ковъ на дн£ венчика (см. рисунокъ выше, фиг. 8). В^тви столбика бъ это время уже растопырены и такъ расположены у устья венчика, что отыскиваюпце медъ на днЬ цветка пчелы и шмели необходимо должны задать воспршмчивую ткань на концахъ ветвей столбика. Если эти насбкомыя приносить съ собою пыльцу съ другихъ цв'Ьтовъ, то скрещиваше неизбежно. Ниже вглубь тб же нас4комыя на-
гружаются пыльцею, отложенною на столбики, и могуть перенесть ее на друпе цветы. Подъ конецъ цветешя ветви столбика завертываются спиралью назадъ; воспршмчивая ткань на концахъ этихъ ветвей прижимается къ столбику и опыляется пыльцею, которой все еще достаточно сохранилось на этомъ месте (см. рис., стр. 336, фиг. 9). Примеромъ избрана здесь крупноцветная Campanula persici- folia, у которой ветви столбика имбють длину въ 1—1,6 см. и совершаютъ 1%—2 оборота спирали. У большинства друтихъ колокольчиковъ (напр., С. barbata, сагра- tica, pyramidalis, Rapunculuk, spicata), можно заметить на ветвяхъ столбика только 1—1У2 оборота спирали, а у некоторыхъ (напр., С. patula, rapunculoides) завертывайте немного превышаетъ 2 оборота. У родственнаго съ Campanula рода Glosso- comia коротк1е пыльники сначала прилегають къ головчато - утолщенному концу столбика, отлагають здесь свою пыльцу и затемъ, завядая, отступаютъ. Если теперь прилетають за нектаромъ насекомыя, то они снимаютъ часть пыльцы, отложенной подъ головкою столбика, и могуть производить ею скрещивашя. Но вскоре раскрывается головка столбика и расщепляется на четыре лопасти, который быстро отгибаются и настолько завертываются назадъ, что ихъ концы, усаженные воспршм- чивою рыльцевою тканью, приходить въ непосредственное соприкосновеше съ отложенною подъ концомъ столбика пыльцею и неминуемо происходить автогам!я. Родь рапунцель (Phyteuma), примеромъ котораго избранъ Phyteuma orbiculare (см. рис., стр. 336, фиг. 10 и 11), отличается относительно разсматриваемыхъ здесь явлешй отъ ближайшихъ родовъ колокольчиковъ тбмъ, что откладываше пыльцы, равно какъ и отступаше и засыхаше опорожненныхъ пыльниковъ происходить, когда концы покроволистиковъ еще срощены въ трубку. Въ течете ко- роткаго времени конецъ столбика торчитъ тогда, будучи покрыть пыльцею, надъ венчикомъ, обе ветви его разъединяются, и усаженные воспршмчивою рыльцевою тканью кончики ветвей принаровлены теперь къ скрещивашю при посредстве на- секомыхъ (см. рис., стр. 336, фиг. 10). Но если посещешя насекомыхъ не было, то ветви .столбика завертываются спиралью назадъ, и ихъ кончики прикладываются къ пыльце, находящейся на столбике (см. рис., стр. 386, фиг. 11). У всехъ изследованныхъ видовъ (Phyteuma confusum, hemisphaericum, orbiculare, spicatum) ветви столбика совершаютъ 1—2 оборота спирали. У Phyteuma Halleri наблюдалось также, что после автогамш прозрачные волоски на столбике, равно какъ и находящаяся на нихъ пыльца, быстро высыхають, и что ветви столбика снова развертываются.
Изъ горечавокъ это явлеше замечается особенно хорошо у маленькой, распространенной на высокихъ горахъ въ окрестностяхъ Бреннера въ Тироле Gentiana prostrata. Цветы ея протерандричны; пыльники прилегають въ почке къ короткому столбику и сомкнутому еще рыльцу, вскрываются и откладываютъ свою пыльцу на внешней стороне названныхъ частей пестика. Отсюда пыльца можетъ быть взята, после раскрытая венчика, и употреблена на скрещиваше. Немного позже обе лопасти рыльца растопыриваются, и если теперь въ цветокъ прони- каютъ насекомыя, то они задеваютъ за воспршмчивыя места рыльца и могуть здесь отложить чужую пыльцу; наконецъ обе лопасти рыльца завертываются спиралью назадъ и притомъ до техъ поръ, пока воспршмчивая ткань на ихъ верхней стороне не достигнетъ до все еще держащагося на короткомъ столбике остатка ПЫЛЬЦЫ.
Кериеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растен!й, т. П. 22
Гораздо реже завертывающаяся назадъ рыльца добываютъ себб пыльцу съ края трубки пыльниковъ, съ волосковъ на вйнчикй, съ щетинокъ хохолка иле изъ ямчатыхъ углублены лепестковъ. Взятае пыльцы съ края трубки пыльниковъ наблюдалось у несколькихъ сложноцвйтныхъ, особенно видовъ Adenostyles и Cacalia, и у арники (Arnica montana). Столбикъ Adenostyles не имеетъ настоящихъ выметающихъ волосковъ и усаженъ снаружи только сосочками, обусловливающими железистый, шершавый видъ столбика и давшими поводъ къ назвашю растешя (Adenostyles—железистый столбикъ). ПылЬца поэтому и не выметается изъ трубки пыльниковъ, а выдавливается. Край трубки пыльниковъ пятизубчатъ; каждый зу- бецъ несколько свернутъ и почти ладьеобразно вогнуть; благодаря этому, онъ спо- собенъ удерживать часть выдавленной пыльцы. Эта пыльца только въ случае, если опылеше рылецъ не произошло инымъ способомъ, йдетъ на автогамно, при чемъ обе ветви столбика завертываются назадъ до тйхъ поръ, пока воспршмчивая ткань не придетъ въ соприкосновеше съ краемъ трубки пыльниковъ. Ветви столбика арники (Arnica montana; см. рис., стр. 339, фиг. 1—6) только на незначительно утолщенныхъ концахъ снаружи усажены выметающими волосками, и пыльца здесь настоящимъ образомъ выметается (фиг. 1 и 4). При этомъ всегда немного пыльцы остается на пятизубчатомъ краю трубки пыльниковъ. Какъ затемъ вслед ств!е спи- ральнаго завертыватя ветвей столбика пыльца попадаетъ на воспршмчивую рыль- цевую ткань, наглядно представлено на рис. на стр. 339.
Примерами взятая пыльцы съ волосковъ венчика изберемъ одинъ колоколь- чикъ, двй гвоздики и два губоцвйтныхъ. У крапиволистнаго колокольчика (Campanula Trachelium) венчикъ совнутри густо усаженъ волосками. Волоски эти въ цветочной почкй стоять горизонтально внутрь, касаясь столбика и пыльниковъ. Откла- дываше пыльцы на столбикъ происходить какъ у ранее разсмотренныхъ колоколь- чиковъ (ср. стр. 336), но какъ только пыльники отступаютъ, всегда немного пыльцы попадаетъ на волоски, и последше всегда уже оказываются облепленными частью пыльцы, когда раскрывается венчикъ. Проникаюице въ цвйтокъ шмели и пчелы могутъ, понятно, произвести скрещиваше, какъ у остальныхъ колокольчи- ковъ. Но подъ конецъ цветовая у Campanula Trachelium ветви столбика не завертываются до самаго столбика; тутъ достаточенъ уже загибъ полукругомъ до облеп- ленныхъ пыльцою волосковъ, чтобы снабдить воспршмчивую рыльцевую ткань кон- чиковъ столбика пыльцою.
У произрастающей въ южныхъ Альпахъ гвоздики Dianthus neglectus и у ледниковой гвоздики (Dianthus glacialis) отгибъ лепестковъ усаженъ волосками. После того какъ пыльники предоставили свою пыльцу насекомымъ, нити ихъ дугообразно загибаются кнаружи, при чемъ пыльца прикрепляется къ волоскамъ отгиба; на- секомыя, посещающая протерандричные цветы, также обыкновенно разсыпаютъ немного пыльцы, которая падаетъ на отгибъ лепестковъ. Приходить конецъ цве- тетя. Стоялця передъ входомъ въ цветокъ рыльца ожидаютъ отъ насекомыхъ пыльцы друтихъ цвйтовъ, т. е. скрещивашя. Иногда насекомыя не прилетаютъ, и въ этомъ случай использывается въ последнш моментъ пыльца, отложенная на волосистомъ отгибй лепестковъ. Густо усаженный прозрачными сосочками рыльца изгибаются въ виде буквы S, проходить подобно щетке по отгибу и при этомъ опыляются удержанною тутъ пыльцею. •
У Ballota nigra, обыкновеннаго на огородахъ и у заборовъ губоцветнаго съ
протерандричными цветами, уже въ начале цветешя часть пыльцы падаетъ на волосистый покровъ, од6вающ1й края верхней губы. Если у этого растешя не произошло опылешя рыльца при посредствб насекомыхъ, то въ конце цветешя нижняя ветвь столбика отгибается внизъ и достаетъ себе скопившуюся на упомяну- томъ волосистомъ покрове пыльцу. Подобное же явлевае совершается и у обитающей въ средиземноморской флористической области Salvia viridis; столбикъ при отсут- ствш носещешй насекомыхъ отгибается здесь почти на полный кругъ, чтобы рыльце пришло въ соприкосновеше съ пыльцею, уже въ начале цветешя скопившейся на нижней губе. Добыча пыльцы, скопившейся въ чашевидныхъ углубле- шяхъ венчика, рыльцемъ, сидящимъ на загнутомъ книзу столбике, была замечена
Автогамтя вслЬдств!е изгиба вЬтвей столбика: 1—3) цвЬты Arnica montana въ послЬдовательныхъ, ве- .дущихъ къ автогамли состояшяхъ, 4) сложенный вЬтви столбика арники, недавно выдвинутыя изъ трубки пыльни- ковъ, на выметающихъ волоскахъ и у устья трубки пыльниковъ держится пыльца, 5) вЬтви столбика выдвинуты дальше и растопырены, 6) вйтви столбика отогнуты назадъ, такъ что рыльцевая ткань приходить въ соприкосновеше съ приставшею къ трубка пыльниковъ пыльцею; 7—9) цвЬты Senecio viscosus въ посл’Ьдовательныхъ, веду- щихъ къ автогамп! состояшяхъ, 10) отогнутая внизъ вЬтвь столбика Senecio viscosus, рыльцевая ткань которой соприкасается съ приставшею къ щетинкамъ хохолка пыльцею. ВсЬ фигуры увелич. Ср. текстъ, стр. 338—340.
.до сихъ поръ только у Tozzia alpina и Pirola media, но, вероятно, встречается и у другихъ растенш.
Замечательный случай, что воспршмчивое рыльце достаетъ себе пыльцу съ волосковъ такъ называемаго хохолка, представленъ на рисунке выше, фиг. 7—10. У вздтаго для примера липкаго крестовника (Senecio viscosus) ветви столбика только у вершины усажены пучками выметающихъ волосковъ. Когда столбикъ удлиняется, эти волоски выметаютъ пыльцу изъ трубки пыльниковъ; пыльца ле- житъ тогда въ виде округлаго комочка на трубке пыльниковъ (см. выше, фиг. 7) и можетъ быть взята насекомыми. Въ это время волоски хохолка и вен- чикъ имеютъ длину въ 6 мм. Вскоре затемъ растопыриваются обе быстро удлинившаяся ветви столбика, пыльца, если ее не взяли еще насекомыя, сбрасывается и падаетъ на волоски хохолка, къ неровностямъ которыхъ она пристаетъ (см. выше, фиг. 8). Теперь воспршмчивая ткань на внутренней, къ этому временно обращенной вверхъ стороне ветвей столбика должна опыляться при посредстве насекомыхъ пыльцею другихъ цветовъ. Все части за это время удлини-
лись; волоски хохолка длиною въ 7 мм., венчикъ въ 6,5 мм. Наконецъ цвбтокъ вступаетъ въ третью стадию развитая. 064 вбтви столбика загибаются полукру- гомъ назадъ, и восщиимчивая ткань ихъ приходить въ соприкосновеше съ воле- сками хохолка, чему существенно еще способствуетъ то обстоятельство, что вс- лоски хохолка удлинились съ 7 до 8 мм., такъ что теперь даже выдаются надъ ветвями столбика (см. рис., стр. 339, фиг. 9 и 10).
Въ раземотрбнныхъ до сихъ поръ случаяхъ въ производств^ автогамш участвуют только тычинки и пестики. То наклоняются и загибаются нити тычинокъ. то несулце рыльцевую ткань органы, иногда и обе части идут взаимно навстречу и положительно отыскивают другъ друга. Покроволистики, расположенные въ мутовкахъ вокругъ тычинокъ, напротивъ, у этихъ растешй не принимаютъ непо- средственнаго участая въ явлешяхъ автогамш. Остается раземотреть растен!я, у которыхъ автогам!и способствуютъ покроволистики.
Всего проще это происходить, когда прироеппе къ внутренней стороне трубчатыхъ, воронковидныхъ или тарельчатыхъ цв4товъ пыльники, всл4дств!е суживан!я или закрывашя цв4товъ, приводятся въ соприкосновеше съ рыльцемъ. Для примера возьмемъ Thyme- laea Passerina. Невзрачные мелгае цветы содержать нектаръ и привлекают своимъ медовымъ запахомъ мелкихъ насекомыхъ, который при сосаши сладкаго сока снимают пыльцу съ пыльниковъ, переносить ее на рыльце другихъ цвбтовъ и про- изводятъ скрещивашя. Пыльники, приросте къ внутренней сторон^ воронковид- наго околоцветника, первоначально удалены отъ рылецъ лишь на ^ мм- Не смотря на такое незначительное разстояше, липкая пыльца не попадает въ начале цв4- тетя сама собою на рыльце того же цвбтка. Только въ конце цвбтешя около- цвбтникъ въ верхней трети несколько стягивается, и находящееся здесь на одинаковой высоте съ рыльцемъ пыльники прижимаются къ рыльцу. У принадлежащей къ портулаковымъ Claytonia perfoliata автогам!я происходить тбмъ же способомъ, и oтличie заключается лишь въ томъ, что здбеь пыльники имбютъ особый ните- видныя ножки, срощенныя съ основашемъ лепестковъ. Эти нити принимаютъ участае во вебхъ движеньяхъ лепестковъ, и поддерживаемые ими пыльники при закрываши венчика прижимаются какъ разъ къ рыльцу.
Въ другихъ случаяхъ прироспия совнутри къ лепесткамъ тычинки, пыльники которыхъ въ начале цвбтешя находятся подъ или за рыльцами, во время цветешя приподнимаются вслбдств!е роста и удлинешя лепестковъ и такимъ образомъ въ конце цвбтешя прикладываются къ боковымъ краямъ рылецъ. У пасленоврхъ (Hyoscya- mus, Lycium, Nicotiana, Physalis, Scopolia) это явлеше весьма обыкновенно. Оно наблюдалось также у горечавковыхъ (напр., Erythraea pulchella, Gentiana campes- tris, tenella). У нбкоторыхъ изъ этихъ растенья удлинеше трубки вбнчика весьма, значительно, сравнительно съ величиною цвбтка. У табака (Nicotiana Tabacum) оно равно почти ^ см-
Въ большинстве случаевъ удлинеше трубки венчика, впрочемъ, идетъ руку объ руку съ вытягивашемъ тычиночныхъ нитей. Вслбдств1е такого совмбстнаго роста пыльники въ короткостолбиковыхъ цвбтахъ лищя (Lycium halimifolium) выдвигаются въ течете 24 часовъ на % см- Въ цвбтахъ белены (Hyoscyamus niger) раскрывппеся утромъ пыльники находятся на 7 мм. ниже рыльца; но уже
вечеромъ того же дня они, вслЬдств1е одновременнаго роста трубки венчика и приросшихъ къ ней тычинокъ, приподнялись до рыльца и прижаты къ нему. У всехъ этихъ растешй, сплошь протерогиничныхъ, впрочемъ, въ начале цветешя возможно скрещиваше, которое, действительно, очень часто и происходить при посредстве насекомыхъ.
Чрезвычайно любопытный случай представляютъ также крупноцветные виды очанки (Euphrasia Rostkoviana, versicolor, Kerneri) и некоторые погремки (Rhi- nanthus serotinus и Alectorolophus). Цветы этихъ растешй боковые; венчикъ ихъ имеетъ трехлопастную нижнюю губу и двулопастную, шлемовидно вогнутую верхнюю губу. Къ трубке венчика прикреплены четыре тычинки въ виде щипчиковъ. Пыльники скрыты подъ кровлею верхней губы; длинный нитевидный столбикъ согнуть въ виде буквы 8, расположенъ надъ пыльниками и въ начале движешя значительно превышаеть пыльники (см. рис., стр. 261, фиг. 4). Рыльце и пыльники занимаютъ теперь такое положеше, что насекомыя, проникаюпця въ цве- токъ, сперва должны задеть рыльце, а вследъ затемъ обсыпаются пыльцею, выпадающею изъ щипчикообразныхъ пыльниковъ. Если насекомыми посещаются последовательно несколько находящихся на различныхъ стадаяхъ развитая цве- товъ, то скрещивашя неизбежны. Если же насекомыя отсутствовали, то трубка венчика удлиняется, и вследств!е этого приросппя къ ней тычинки выдвигаются впередъ. Такъ какъ столбикъ сохраняетъ первоначальную длину, то рыльце, находившееся до сихъ поръ передъ пыльниками, приходится рядомъ или надъ последними. Рыльце, следовательно, какъ бы обгоняется пыльниками. У крупно- цветныхъ видовъ очанки растянутый ynpyrift столбикъ давитъ на выдвинутые пыльники, вызываеть ихъ расхождеше и опускается книзу. Его рыльце вслед- CTBie этого попадаетъ между все еще наполненными пыльцею створками пыльниковъ и здесь неминуемо опыляется. У названныхъ видовъ погремка столбикъ проскальзываетъ мимо пыльниковъ и обыкновенно касается пыльцы, выпавшей изъ ослабшихъ щипчиковъ подъ конецъ цветешя и приставшей къ волоскамъ пыльниковъ и къ складкамъ венчика.
Гораздо рбже, чемъ венчикъ, участвуеть указаннымъ образомъ чашечка въ произведеши автогамш. Пока известна только северо-американская Tellima gran- diflora, у которой въ начале цветешя рыльце находится немного выше пыльниковъ, но вскоре, вследств!е удлинешя чашечки и выдвигашя приросшихъ къ чашечке тычинокъ, нагоняется и опыляется покрытыми пыльцею пыльниками.
У многихъ растешй автогам!я происходить вследств!е того, что рыльце просовывается черезъ трубку отпадающаго венчика, при чемъ касается или нагруженныхъ ще пыльцею пыльниковъ или облепленной пыльцею внутренней стороны венчика. Это явлеше возможно при условш, что во время полнаго цветешя рыльце превышаеть пыльники, и когда венчикъ отпадаетъ, рыльце еще воспршмчиво. Эти услов!я, действительно, соблюдены у всехъ относящихся сюда растешй. У видовъ рода Gilea, затемъ у бразильской Psychotria leucocephala длинные, нитевидные столбики разделены на рас- топыренныя ветви, несупця нежную рыльцевую ткань, и эти ветви во время полнаго цветешя далеко выдаются за край венчика, а также и за пыльники. Вслед- CTBie этого насекомыя, прилетаюпця на таше цветы, сперва встречаютъ выдающаяся рыльца и производить, если они прилетаютъ нагруженный пыльцею съ друтихъ
цвйтовъ, прежде всего скрещиваше. Съ другой стороны, это положеше и форх- рылецъ имйетъ ту выгоду, что, въ случай отсутств!я насйкомыхъ, при отпадешх вйнчика, т. е. въ послйднш моментъ цвйтешя, еще можетъ произойти опылеш- все еще воспршмчиваго рыльца. Не рйдко можно видйть у названныхъ растешп что отдйлившшся вйнчикъ остается некоторое время висйть на длинномъ столбик? и растопырённыхъ рыльцахъ, что, во всякомъ случай, существенно способствует? автогамш. Такое повисаше отдйлившагося вйнчика встрйчается, впрочемъ, и у цвй- товъ съ пуговковиднымъ или коротколопастнымъ рыльцемъ, какъ, напр., у Digitalis, Verbascum, Anchusa, Oestrum, Anagallis, Soldanella, Rhododendron и различ- ныхъ другихъ норичниковыхъ, бурачниковыхъ, пасленовыхъ, первоцвйтныхъ и ве- ресковыхъ. У Oestrum aurantiacum, обладающаго тою особенностью, что пыльники. сидящ!е на упругихъ, согнутыхъ нйсколько внутрь нитяхъ, прижимаются къ столбику, вйнчики обыкновенно остаются висйть на столбикй еще дня два послй ихъ oтдйлeнiя и только послй оплодотворешя отпадаютъ вмйстй со столбикомъ. Вообще, для дocтижeнiя автогамш при просовыванш столбика черезъ oтпaдaющiй вйнчикъ имйются очень разнообразный приспособления, отъ подробнаго описашя которыхъ мы должны отказаться.
Къ растешямъ, рыльца которыхъ опыляются при просовыванш рыльца черезъ трубку отпадающаго вйнчика, примыкаетъ группа ыщовъ, у которыхъ опы- леше рылецъ пыльцою пыдьниковъ того же цвйтка совершается слйдующимъ об- разомъ. Въ началй цвйтешя лепестки облйпляются неболыпимъ количествомъ пыльцы. Эта пыльца остается, такъ сказать, про запасъ. Если рыльце даннаго цвйтка за это время не было опылено чужою пыльцою, то подъ конецъ цвй- тен!я лепестки производятъ движешя, вслйдств!е которыхъ пыльца, прилйпленная къ ихъ поверхности, краямъ, лопастямъ или склад- камъ, попадаетъ на рыльце того же- цвйтка. Относящееся сюда случаи очень многочисленны, и для большей наглядности лучше соединить ихъ въ неболышя группы и разъяснить на особенно замйчательныхъ примйрахъ.
У Argemone, Hypecoum и Specularia, избранныхъ нами въ видй примйровъ для первой группы, не замйчается въ продолжеше цвйтешя значительнаго удли- нешя облйпленныхъ пыльцею лепестковъ. У Argemone и безъ того цвйтеше продолжается только одинъ день, и явлеше происходить слйдующимъ, очень простымъ образомъ. Какъ только утромъ лепестки широко расходятся и снопъ тычинокъ, окружающш пестикъ, также разрыхляется, тотчасъ же немного пыльцы падаетъ въ блюдцевидныя углублешя лепестковъ (см. рис., стр. 343, фиг. 1). Цвйты направлены вверхъ; пестикъ тоже стоить вертикально, и звйздчатое рыльце его, представляющее самое удобное мйсто для опускашя насйкомыхъ, хотя и незначительно, но все же настолько выдается надь пыльниками и настолько далеко въ горизон- тальномъ направленш отъ нихъ, что пыльца сама собою не можетъ попасть на воспршмчивую ткань. Насйкомыя, прилетаюпця съ грузомъ пыльцы съ другихъ цвйтовъ, въ течете дня произведутъ, пользуясь упомянутымъ мйстомъ для опускашя, скрещиваше. Наступаетъ вечеръ. Лепестки смыкаются, загибаются вверхъ, и одинъ изъ нихъ непосредственно накладывается своею покрытою пыльцею стороною на рыльца (см. рис., стр. 343, фиг. 2).
Гораздо запутаннйе дйло у житника (Hypecoum). Цвйты этого растешя (см. рис. 343, фиг. 3 и 4) снабжены двумя маленькими чашелистиками и четырьмя боль-
шими трехлопастными лепестками. Посл^дше расположены попарно крестъ на крестъ; одна пара прикреплена ниже, другая выше. На лепесткахъ верхней пары средняя лопасть развита замйчательнымъ образомъ; она вогнута, въ молодомъ цветке имеетъ форму ложки или кармашка, по краю бахромчата и имеетъ целью въ самомъ начале цветешя принять всю пыльцу пыльниковъ. Пыльники срощены
Автогам1я при посредствЬ лепестковъ: 1) ЦвЬтокъ Argemone Mexicana, раскрытый на солнцЬ, на блюдце- видныхъ лепесткахъ находится выпавшая изъ пыльниковъ пыльца, 2) тотъ же цвЬтокъ закрывппйся, одинъ изъ облЬпленныхъ пыльцею лепестковъ наложился на рыльце (передн!й лепестокъ удаленъ); 3) закрытый цв’Ьтокъ Ну- pecoum grandiflorum, въ ест. величину, 4) тотъ же цв’Ьтокъ увелич., 5) продольный разрЬзъ черезъ раскрытый цвЬтокъ, первая стад!я, 6) раскрытый цвЬтокъ, у котор аго покрытыя пыльцею лопасти внутреннихъ лепестковъ на- чинають расходиться, 7) тотъ же цв’Ьтокъ на позднЬйшей стадш, 8) одинъ изъ внутреннихъ лепестковъ, средняя лопасть покрыта пыльцею, подъ нею медоносная ямка, 9) продольный разрЬзъ закрытаго цвЬтка, послЬдняя стад!я; 10) Specularia Speculum, продольный разрЬзъ раскрытаго цвЬтка, первая стад!я, 11) поперечный разрЬзъ закрытаго цвЬтка, первая стад!я, 12) продольный разрЬзъ раскрытаго цвЬтка, вторая стад!я, 13) закрытый цвЬтокъ, 14) поперечный разрЬзъ закрытаго цвЬтка, вторая стадия, 15) продольный разрЬзъ раскрытаго цвЬтка, послЬдняя стадия, 16) поперечный разрЬзъ закрытаго цвЬтка, послЬдняя стад!я. Фиг. 1—3 въ ест. величину, проч!я увелич. Ср. текстъ, стр. 342—345.
зд^сь, какъ у сложноцвбтныхъ, въ обхватывающую столбикъ трубку, но раскрываются не какъ у сложноцвбтныхъ—на обращенной внутрь сторон^, а кнаружи. Во время раскрывашя и выхождешя пыльцы къ нимъ прилегаютъ об4 ложки или кармашковидныя средшя лопасти верхнихъ лепестковъ, и вся пыльца переходить, какъ сказано, на эти лопасти (см. рисунокъ выше, фиг. 5). Разъ этотъ переходъ совершился, об£ нагруженныя пыльцею лопасти расходятся, при томъ прежде всего у верхнихъ свободныхъ концовъ и на ихъ боковыхъ краяхъ (см. рисунокъ выше, фиг. 6). Всл4дств1е этого пыльца выставлена наружу и можетъ быть перенесена
насекомыми, прилетающими, чтобы добыть скрытый медь изъ маленькой ямки подь лопастью (фиг. 8). Оба линейныхъ рыльца въ это время еще прилегаютъ другъ къ другу и ихъ ткань еще не можетъ опыляться; только черезъ два дня после перваго раскрытая цветка они расходятся, растопыриваются и представляют тогда самое удобное место для опускающихся насекомыхъ, желающихъ проникнуть къ меду въ выше упомянутыхъ медоносныхъ ямкахъ. Они находятся какъ разъ на томъ же месте, где раньше была выставлена пыльца (см. рис., стр. 343, фиг. 7), и если теперь опускаются на рыльца насекомыя^ прилетаюпця после посещешя другихъ более молодыхъ цветовъ, то рыльцевая ткань неминуемо опыляется чужою пыльцею. Нагруженныя пыльцею лопасти двухъ верхнихъ лепестковъ, особенно ихъ боковые края, за это время еще гораздо больше отогнулись; прежде выпуклая спинка ихъ теперь ладьеобразно углубилась, и вся лопасть какъ бы вывернулась. Оба растопыренный рыльца расположены подъ прямымъ угломъ къ обоимъ верхнимъ лепесткамъ, и концы ихъ направлены параллельно средней лиши обоихъ нижнихъ лепестковъ. Вследств1е этого рыльца настолько удалены отъ пыльцы на лопастяхъ, что автогам!я не можетъ совершиться безъ посторонней помощи. Эту помощь берутъ на себя двое наружныхъ и нижнихъ лепестковъ, а именно, следующимъ образомъ. Когда наступаетъ вечеръ, цветы житника закрываются; сперва поднимаются обе не покрытыя пыльцею лопасти верхнихъ лепестковъ, а затЬмъ ихъ прикрываютъ въ виде двухъ болыпихъ створокъ оба нижн!е трехлопастные лепестка (см. рис., стр. 343, фиг. 3 и 4). Когда на второй или третай день края покрытой пыльцею лопасти отвернулись выше указаннымъ образомъ и прикрываюпце ихъ оба лепестка соприкасаются съ отвороченными и несущими пыльцу краями, то къ последнимъ прилипаетъ часть пыльцы, и на следующей день, когда цветокъ раскрылся, на средней лиши обоихъ наружныхъ лепестковъ замечается полоска прилипшей пыльцы (см. стр. 343, фиг. 7). Въ последшй день цветешя кончики обоихъ рылецъ, о которыхъ выше было упомянуто, что они направлены по средней лиши обоихъ наружныхъ лепестковъ, отгибаются полукру- гомъ внизъ, и когда при наступлеши сумерокъ цветокъ снова закрывается, то приставшая къ средней ливши створчатыхъ лепестковъ пыльца прижимается къ кончи- камъ рылецъ (см. стр. 343, фиг. 9) и такимъ образомъ въ последай моментъ цветешя совершается автогам!я.
Цветы Specularia Speculum (см. рис., стр. 343, фиг. 10—15 )протерандричны, какъ и цветы обыкновеннаго колокольчика (Campanula); ихъ пыльники, образующее въ только что распустившемся цветке трубку (см. стр. 343, фиг. 10 и 11), открываются внутрь и всю свою пыльцу откладывают на нежные волоски, которыми усаженъ столбикъ снаружи. После того, какъ опорожненные и сморщенные пыльники разъединились, въ середине цветка виднеется покрытая пыльцею булава, служащая для собирающихъ медъ насекомыхъ местомъ опускашя (см. стр. 343, фиг. 12). Теперь насекомыя могут только забрать пыльцу, потому что ветви столбика еще прилегаютъ другъ къ другу и воспршмчивая ткань еще не доступна. Каждый вечеръ кубковидный, направленный расширешемъ кверху венчикъ закрывается такъ, что получаются пять выдающихся угловъ или складокъ (см. стр. 343, фиг. 13). При этомъ углы складокъ доходят до покрытаго пыльцею столбика (см. стр. 343, фиг. 14) и часть пыльцы прилипаетъ къ нимъ. Когда на следующее утро венчикъ раскрывается, то на внутренней стороне его замечаются линейныя
волоски прилипшей пыльцы. За это время три короппя ветви столбика разъединились и растопырены; пыльца, покрывавшая до сихъ поръ столбикъ, отпала (см. стр. 343, фиг. 15) или унесена насекомыми. Если теперь на растопыренный ветви' столбика опускаются насекомыя, къ которымъ только что передъ тймъ при посещены более молодыхъ цветовъ пристала пыльца, то необходимо должно получится скрещивав4е. Наступаю™ сумерки, цветокъ закрывается такимъ же образомъ, какъ въ предыдущее вечера, облепленные пыльцею края выдающихся складокъ прикладываются къ растопыреннымъ и несколько отогнувшимся ветвямъ столбика и опыляют рыльцевую ткань (см. стр. 343, фиг. 16). Въ случае, что уже ранее произошло опылеше чужою пыльцею при посредстве насекомыхъ, автогам!я излишня, но если скрещиватоя не было, то она получаете значеше и всегда обусловливаете оплодотворевйе и образоваше плода.
Автогам1я при посредств-Ь венчика: 1) Gentiana asclepiadea: цветокъ незадолго передъ первымъ раскры- вашемъ, 2) раскрытый цветокъ на последней стадш развит1я, 3) продольный разрйзъ раскрывшагося въ первый разъ цветка, 4) поперечный разр^зъ того же цветка, 5) продольный разр-Ьзъ закрывшагося въ первый разъ цветка, къ выдающимся складкамъ венчика прилицаетъ пыльца, 6) продольный разрйзъ раскрывшагося въ посл-Ьдти разъ цветка, 7) продольный разрйзъ закрывшагося въ посл^днАй разъ цветка, 8) поперечный разр^зъ того же цветка. Трубка пыльпиковъ въ фиг. 3, 5, 6 и 7 въ оптическомъ разр-Ьз-Ь. Ср. текстъ, стр. 345—346.
Изъ этихъ описаны вытекаете, что у Argemone, Hypecoum и Specularia ав- тогам!я совершается при посредстве венчика, но при этомъ не происходите заметного удлинешя облепленныхъ пыльцею лепестковъ. Надо еще разсмотреть другую группу растен!й, у которыхъ лепестки принимают подобное же участие, какъ у предыдущихъ растешй, но и удлинеше венчика играете важную роль. Примерами могутъ служить горечавки изъ группы Coelanthe (Gentiana asclepiadea, Pnenmo- nanthe и др.), различный Melanthaceae (Colchicum, Sternbergia), некоторый Irida- ceae изъ рода Sisyrinchium и снабженный язычковыми цветами сложноцветный (Сге- pis, Hieracium, Hypochaeris, Leontodon).
Цветы широко распространенной въ субальшйской провинцы балтыской флоры Gentiana asclepiadea (см. рис. выше) протерандричны; пыльники по примеру сложноцветныхъ и колокольчиковъ срощены въ трубку, но освобождают пыльцу не внутрь трубки, какъ у нихъ, а сходны въ этомъ отношены съ цветами житника; они раскрываются продольными трещинами на внешней стороне, и поэтому трубка пыльпиковъ после вскрыпя гнездъ снаружи кругомъ оказывается покрытою
пыльцою (см. рис., стр. 345, фиг. 3). Линейным рыльца, т. е. ветви столбика, несу* цця рыльцевую ткань, въ это время еще плотно прилегаютъ другъ къ другу и еше не воспршмчивы. Такъ какъ дно цветка обильно содержитъ медъ, то налетаютъ мнопя насекомыя, особенно шмели, проникаюпця въ широко раскрытую въ течете дня воронку цветка и часто вполне пропадаюпця въ ея глубине. Если посещаются молодые цвбты, которые только что распустились, то посещающая животныя каждый разъ нагружаются пыльцею, снимаемою съ трубки пыльниковъ. Дня черезъ два линейныя рыльца разъединяются, растопыриваются, полукругомъ отгибаются внизъ и принимаютъ такое положеше, что шмели, являюпцеся къ все еще не пересохшему источнику меда, необходимо должны задеть воспршмчивую ткань. Если посетители прилетаютъ съ другихъ, более молодыхъ цветовъ, то они приносятъ съ собою пыльцу и вызываютъ скрещиван!е. Воронковидный венчикъ сложенъ въ своеобразный складки; описаше ихъ заняло бы слишкомъ много времени, но b по- ложенш ихъ могутъ дать понятье фиг. 1 и 2 рисунка на стр. 345. Когда цветокъ утромъ раскрывается, то складки расходятся, когда онъ закрывается при заходе солнца, то складки снова глубоко вдаются во внутрь воронки, и одновременно про- исходитъ скручиваше, при чемъ складки принимаютъ положеше, представленное на поперечномъ разрезе цветка (см. стр. 345, фиг. 4). Какъ видно на этой, а также и на 5 фигурахъ, вдаюпцяся складки приходятъ въ непосредственное соприкосно- вете съ наружною стороною трубки пыльниковъ, прикладываются къ ней и полу- чаютъ часть очень липкой пыльцы. На следующей день цветокъ снова раскрывается и закрывается, тоже на третш и четвертый день. Въ течете этого времени почти веб части цветка вытянулись въ длину, нити тычинокъ удлинились на 1 мм., пестикъ на 3 мм., а нижняя половина венчика даже на 5 мм. Вследств1е такого удлинешя перешедшая съ трубки пыльниковъ на складки венчика пыльца приподнялась на 5 мм. и такимъ образомъ перенесена на одинаковую высоту съ растопырившимися за это время рыльцами. Когда теперь венчикъ ложится въ складки и при начале сумерекъ смыкается, прилипшая къ вдающимся складкамъ пыльца переносится на воспршмчивую ткань. Этому опылешю существенно способствует еще то обстоятельство, что теперь подъ конецъ цвететя вдаюпцяся складки принимаютъ несколько иную форму и иное положеше (см. стр. 345, фиг. 8), вследств!е чего облепленныя пыльцею места еще больше могутъ приблизиться къ центру цветка. Это замечательное приспособлеше къ автогамш наблюдается, какъ уже сказано, и у распространенной по всей Европе на сырыхъ лугахъ' Gentiana Pneumonanthe, у которой удлинеше воронковидной части венчика въ течете времени отъ перваго до последняго закрывашя достигаетъ даже 7 мм.
Гораздо проще, чемъ у названныхъ горечавокъ, происходить этотъ процессъ у относящихся къ Melanthaceae видовъ Sternbergia и Colchicum. Цветокъ Sternbergia lutea имеетъ вверхъ стояпцй, воронковидный околоцветникъ съ шестью листочками, изъ которыхъ три несколько длиннее, три немного короче. Шесть вверхъ стоящихъ тычинокъ, у основашя которыхъ выделяется медъ, приросли къ лопа- стямъ околоцветника, несутъ обращенные кнаружи пыльники и распределены въ двухъ мутовкахъ вокругъ столбиковъ, поднимающихся въ виде трехъ нитей изъ центра цветка. Рыльца, которыми заканчиваются эти столбики, въ течете всего времени цвететя превышают пыльники, и такъ какъ пыльца держится въ ни- шахъ вскрывшихся пыльниковъ, она не попадает сама собою на рыльца своего же
цветка. Цветы протерогиничны и въ начале цвететя для нихъ возможно только скрещивате посредствомъ принесенной насекомыми съ другихъ цветовъ пыльцы. Даже когда обращенные кнаружи пыльники вскрылись, проникаюпця къ меду на- секомыя сперва задеваютъ рыльца и лишь затемъ глубже находящееся пыльники. Околоцветникъ раскрыть только днемъ; вечеромъ его лопасти смыкаются настолько, что внутренняя сторона ихъ приходить въ сопрркосновете съ пыльцею обращен- ныхъ кнаружи пыльниковъ и облепляется пыльцею. Это совершается уже въ первый вечеръ, следующш за вскрьгпемъ пыльниковъ. Прилипшая къ лопастямъ околоцветника пыльца въ течете следующихъ дней поднимается до рылецъ, вслед- ств!е того, что нижняя часть лопастей околоцветника растетъ и удлиняется. Хотя одновременно происходить и удлинете другихъ частей цветка, но его значительно превышаетъ необычайный ростъ листочковъ околоцветника. Столбики удлинились на 4, нити тычинокъ на 9—10, лопасти околоцветника на 18,5 мм.! Когда теперь околоцветникъ вечеромъ закрывается, пыльца переносится съ внутренней стороны лопастей венчика на рыльца. Такой автогамш существенно способствуютъ еще два обстоятельства, во первыхъ, что свободные концы столбиковъ, несупце рыль- цевую ткань, загибаются подъ конецъ цвететя кнаружи, и во вторыхъ, что удлиняются главнымъ образомъ те три лопасти околоцветника, которыя стоять передъ рыльцами.
Въ цветахъ осенника (Colchicum autumnale) происходить те же явлешя. Кто осенью идетъ по лугу, на которомъ поднимаются среди травы цветы назван- наго растетя на всехъ ступеняхъ развит!я, тотъ безъ труда заметить большую разницу въ длине лопастей околоцветника у молодыхъ и старыхъ цветовъ и легко можетъ убедиться въ выше изложенной связи такой разницы въ длине съ авто- гам!ей. У осенника явлеше несколько запутаннее вследств!е того, что у него гетеростил!я (ср. стр. 284) играетъ гораздо большую роль, чемъ у другихъ Melan- thaceae. Встречаются, именно, длинностолбиковые, среднестолбиковые и короткостолбиковые цветы осенника, раступце въ перемешку на одномъ и томъ же лугу, и удлинете лопастей околоцветника происходить у этихъ трехъ формъ далеко не равномерно. Тщательное измерете пятисотъ цветовъ осенника дало следующее замечательное отношете. Въ длинностолбиковыхъ цветахъ удлиняются три более длинныя лопасти околоцветника на 9, три более короття на 12,6 мм., въ коротко- столбиковыхъ цветахъ три длинныя лопасти на 13,5 и более коротк!я на 18,5 мм. Намъ и безъ того придется еще вернуться къ гетеростилш, и тогда представится случай разсмотреть точнее ея значете; здесь упомянемъ только, что рыльца короткостолбиковыхъ цветовъ въ конце цвететя приходятъ въ соприкосновете не только съ прилипшей къ долямъ околоцветника пыльцею, но и съ кончиками пыльниковъ, такъ какъ у этой формы и тычиночныя нити растутъ соответственно въ длину.
Тогда такъ у осенника, стернбергш и горечавокъ изъ группы Coelanthe проходить неделя, пока въ ихъ цветахъ не произойдетъ автогам!я, то же явлете у изящнаго, принадлежащего къ касатиковымъ Sisyrinchium совершается въ продол- жете немногихъ часовъ. Цветы имеютъ, исключая нижнюю завязь, подобное же строете какъ у осенниковъ. Столбики, поддерживающее три маленькихъ, лепестко- видныхъ рыльца, превышаютъ пыльники, нити которыхъ срощены въ трубку. Пыльники вскрываются уже въ то время, когда цветокъ еще находится въ состоя-
нш почки, и такъ какъ они обращены кнаружи, часть ихъ пыльцы прилипаеть къ прплегающимъ листочкамъ околоцветника. Насекомыя могуть производить въ открытыхъ кубковидныхъ цветахъ скрещиватя. Но когда приближается вечеръ и цветокъ закрывается, происходить автогам!я, такъ какъ въ течете немногихъ часовъ листочки околоцветника удлиняются какъ разъ на сколько нужно для поднятая прилипшей къ ихъ внутренней стороне пыльцы на высоту рылецъ.
Следуетъ упомянуть еще о техъ сложноцветныхъ, у которыхъ автогам!я происходить вследств!е удлиненья язычковиднаго венчика и производимаго этимъ поднятая прилипшей къ нему пыльцы. У большинства, даже, вероятно, у всехъ видовъ Crepis, Hieracium, Leontodon и Hypochaeris, въ корзинкахъ которыхъ стояпце по окружности язычковые цветы значительно длиннее среднихъ, можно ясно видеть, что при смыканш корзинки вечеромъ язычки поднимаются и своею внутреннею стороною прикладываются къ пыльце, выдвинутой въ течете дня изъ трубки пыльниковъ даннаго цветка. Здесь она остается висеть на слбдующш и на третай день, и такъ какъ въ течете этихъ двухъ дней язычекъ растеть въ длину еще миллиметра на два, то эта пыльца, действительно, несколько поднимается. За это время, однако, изъ трубки пыльниковъ выросъ и столбикъ, и обе его растопырившаяся ветви, несупця воспршмчивую рыльцевую ткань, теперь находятся на той же высоте, какъ и прилипшая къ язычковидному венчику пыльца. Когда затемъ корзинка снова закрывается, то пыльца переносится на рыльце и происходить автогам!я. Это приспособлете у краевыхъ цветовь корзинки темь замечательнее, что у среднихъ цветовь въ корзинкахъ техъ же растетй наблюдается постоянно гейтоногам!я (ср. стр. 301).
Одно изъ удивительнейшихъ приспособлешй для автогамш состоять въ томъ, что вследств!е особыхъ изгибовъ венчика въ конце цветен!я къ рыльцамъ проводится мучнистая, выпадающая изъ пыльниковъ пыльца. Ддя разъяснетя этого приспособлевая разсмотримъ сначала два вида мытника (Pedicularis). Прежде всего обыкновенный на альпшскихъ лугахъ Pedicularis incarnata, представленный на рисунке на стр. 349. Цветы этихъ растетй расположены колосомъ и развиваются снизу вверхъ (фиг. 1). Венчикъ двугубый, лопасти нижней губы первоначально пригнуты вверхъ (см. рис., стр. 349, фиг. 2), позже распростерты по косой плоскости (фиг. 4 и 6). Верхняя губа шлемовидно выпукла, и конецъ ея вследств!е своеобразнаго завертыватя имеетъ видъ трубки (фиг. 2 до 7). Тычинки въ виде щипчиковъ, а сидялце на нихъ пыльники скрыты подъ шлемовиднымъ сводомъ верхней губы (фиг. 3, 5 и 7). Длинный столбикъ согнуть, соответственно форме верхней губы, угломъ; его передтй конецъ просунуть черезъ упомянутую трубку, такъ что рыльце приходится передъ устьемъ трубки и въ то же время передъ входомъ въ цветокъ. Шмели, пользующееся этимъ входомъ, должны задеть рыльце и произведутъ, если они прилетаютъ, покрытые пыльцею, съ другихъ более старыхъ цветовь, скрещивате. Такъ какъ цветы протерогиничны, то въ первый перюдъ цветовая (фиг. 2 и 3) можетъ только опыляться рыльце, и посещающая животныя не могуть унести пыльцы изъ цветка. Позже хотя при посещеши также сперва задевается рыльце, но въ следующее мгновеше изъ пыльниковъ щипчиковидныхъ тычинокъ, вследств!е смещетя ты- чиночныхъ нитей, выпадаеть мучнистая пыльца (фиг. 5), обсыпая голову насеко- маго. Для этой цели подъ шлемовиднымъ куполомъ верхней губы имеется щель
(фиг. 4), черезъ которую пыльца можетъ выпадать, и эта щель каждый разъ немного расширяется, когда насекомое входить между нижнею и верхнею губами. Падающая на голову шмеля пыльца можетъ, понятно, переноситься на друпе цв^ты. Если пос^щешй насйкомыхъ не было, то пыльца довольно долго сохраняется въ щипчикахъ; но въ послЬдшй перюдъ цвйтешя нити пыльниковъ теряютъ упругость, разступаются и пыльца сама собою падаетъ на край щели. Такъ какъ въ то же время произошелъ сильный угловой изгибъ трубчато удлиненной верхней губы, то мучнистая пыльца скатывается впередъ и внизъ по трубкЬ и такимъ
Автогам1я при посредства венчика: 1) Pedicularis incarnata, 2) цв^токъ этого растен!я, только что сд’Ьлав- ш!йся доступнымъ для нас-Ькомыхъ, 3) продольный разр^зъ этого цветка, 4) тотъ же цв*Ьтокъ на позднейшей стадЫ развитая, 5) продольный разрезь этого цветка, 6) тотъ же цвйтокъ передъ самымъ завядашемъ венчика, верхняя губа загнулась внизъ и падающая изъ ослабевшихъ створокъ пыльниковъ пыльца скатывается черезъ трубковид- ную верхнюю губу къ находящемуся передъ устьемъ трубки рыльцу, 7) продольный разрезъ этого цветка. Фиг. 1 въ ест. вел., проч1я увелич. въ 2 раза. Ср. текстъ, стр. 348—349.
образомъ попадаетъ на рыльце, находящееся передъ самымъ устьемъ трубки (см., выше, фиг. 7). Иногда рыльце при упомянутомъ угловомъ движеши втягивается въ трубку и торчитъ въ ней, какъ пробка въ горлышке бутылки, въ каковомъ случае автогам!я совершается внутри трубки. Автогам1я по типу Pedicularis incarnata встречается съ небольшими отлич!ями у всехъ видовъ этого рода, у которыхъ верхняя губа вытянута въ трубчатый клювъ, и изъ которыхъ были наследованы Pedicularis asplenifolia, Portenschlagii, rostrata и tuberosa.
Существенно иначе обстоять дело у несколькихъ видовъ этого рода, верхняя губа которыхъ имбетъ форму колпачка или спереди усеченного шлема, какъ, напр., у Pedicularis Oederi, foliosa, comosa и recutita. Для примера возьмемъ очень обыкновенный на альшйскихъ лугахъ въ окрестностяхъ Бреннера въ Тироле Pedicularis Oederi. Въ устройстве цветовъ онъ отличается отъ Р. incarnata тбмъ.
что рыльце помещается передъ усеченнымъ шлемомъ верхней губы, а съ обеихъ сторонъ венчика являются своеобразные ребровидные выступы, способствующее, подобно рычагамъ, изгибу въ конце цветешя. Именно, подъ конецъ цветешя вся шлемовидная верхняя губа столь сильно загибается внизъ, что получается впечатле- ше, будто цветокъ нарочно былъ согнуть. Спинка верхней губы, первоначально являющаяся прямымъ продолжешемъ трубки венчика, теперь составляешь съ последнею уголь въ 60, позже даже въ 90 градусовъ. То же движете производить, конечно, и столбикъ, и скрытыя подъ верхнею губою щипчикообразныя тычинки. Но след- ств!емъ этого является, что теперь заканчивающее столбикъ рыльце стоить уже не передъ пыльниками, а приходится подъ ними, и что крепко сомкнутые до сихъ поръ пыльники расходятся и выпускаютъ свою пыльцу. Рыльце, следовательно, попадаетъ на лишю падешя пыльцы, и такъ какъ оно очень клейко, то часть отпадающей пыльцы всегда пристаешь къ нему. Такимъ образомъ здесь совершается автогам!я. Те же изменешя въ положенш, наступающая въ конце цвете- шя сами собою и ведупця къ автогамш, могутъ, что замечательно, въ начале цветешя вызываться прицепляющимися къ цветку шмелями, производя тогда, однако, не автогамш, а скрещиваше, о чемъ следуешь сравнить описаше явлешй у Pedicularis recutita (ср. стр. 260). Здесь, пожалуй, уместно еще заметить, что не вся выпадающая въ конце цветешя изъ пыльниковъ пыльца находить приме- неше въ автогамш. Для этого достаточно, ведь, несколькихъ пыльцевыхъ зеренъ, приставшихъ къ липкому рыльцу. Гораздо больше падаешь ихъ мимо рыльца въ воздухъ, можешь быть подхвачено течешемъ ветра и уносится въ виде облачка. Если по направленно воздушнаго течешя находятся рыльца другихъ цветовъ Pedicularis въ воспршмчивомъ состояши, то отдельный клетки облачка* пристанута къ этимъ рыльцамъ, и такимъ путемъ можетъ произойти скрещиваше, подобное тому, какъ въ цветахъ Петрова креста (см. стр. 310 и рис. на стр. 309).
Изъ родственныхъ съ Pedicularis Rhinanthaceae выше описанное приспособле- Hie наблюдается еще у некоторыхъ видовъ марьянника, примеромъ которыхъ можетъ служить Melampyrum silvaticum; только у этого растешя трубка венчика уже 2 мм. надъ основашемъ загибается внизъ коленомъ, тогда какъ стоящш впереди отгибъ, образованный нижнею и верхнею губами, не изгибается. Результата, впрочемъ, тота же, какъ у упомянутыхъ видовъ Pedicularis; вследств!е коленчатаго изгиба трубки венчика и у Melampyrum silvaticum пыльца изъ пыльниковъ щипчиковидныхъ тычинокъ падаетъ на подставленное рыльце.
Къ этому процессу, где вследств!е изгиба венчика происходить передвижеше щппчикообразныхъ тычинокъ и выпадете мучнистой пыльцы изъ пыльниковъ на рыльце, примыкаешь еще другой, когда изгибан!емъ венчика въ конце цветен!я покрытые пристающею пыльцею пыльники приводятся въ прикосновен!е съ рыльцемъ того же цветка. Кто внимательно смотришь на соцвепе вьющихся видовъ жимолости (Lonicera Caprifolium, Etrusca, Pericly- menum), тотъ не можетъ не заметить, что трубка венчика близкихъ къ раскрыто цветочныхъ почекъ направлена косо вверхъ, что въ только что распустившихся цветахъ она поставлена горизонтально и незадолго до завядашя загибается книзу. Уголь, на который ось цветка перемещается относительно цветочнаго стебля, составляешь 45—90 градусовъ. На горизонтально отстоящихъ стебляхъ онъ меньше, на вертикальныхъ больше, но всегда раскрытый вйнчикъ при наступлеши вечера
какъ можно удобнее поставленъ для прилетающихъ сумеречныхъ бабочекъ. Въ цветахъ, ожидающихъ ихъ посещешя, рыльце занимаетъ такое положеше, благодаря которому оно не можеть само собою быть опылено пристающею пыльцею изъ пыльниковъ того же цветка. Бражники, опускаюпце свой длинный хоботокъ въ глубь богатаго медомъ цветка, сперва касаются рыльца и лишь затемъ пыльниковъ и при посещеши несколькихъ цветовъ произведутъ, какъ и во многихъ другихъ случаяхъ, скрещивашя. Но если къ цветамъ не прилетаеть сумеречныхъ бабочекъ, то каждый разъ происходить автогам!я и, именно, всл4дств!е уже упомянутаго изгибашя трубки венчика. Тычинки срощены ст трубкою венчика, загибаются вместе съ нею, и всл4дств!е этого покрытые еще пыльцею пыльники приходить въ непосредственное соприкосовнеше съ рыльцемъ, стоявшимъ въ горизонтально на- правленномъ цветке немного впереди и подъ пыльниками.
Только что разсмотренныя растетя образують переходъ къ большой группе растенш, у которыхъ въ начале цветешя возможность автогамш устранена взаим- нымъ положешемъ пыльниковъ и, рылецъ, но где подъ конецъ цветешя вслед- ств1е изм4нен!я положен!я и направлешя цветоножекъ рыльца соприкасаются съ пыльцею пыльниковъ того же цветка.
Прежде всего следуетъ упомянуть о техъ цветахъ, въ которыхъ рыльце въ начале цветешя находится вне лиши падешя пыльцы изъ пыльниковъ того же цветка, потому что такое положеше выгодно для скрещивашя, но где позже весь цветокъ принимаетъ вследств!е вытягиван!я или изгибан!я своей ножки другое положеше, тогда какъ положеше и отношешя частей цветка другъ къ другу въ этихъ цветахъ не меняются. У несколькихъ нарцис- совъ, напр., у изящнаго Narcissus juncifolius, а также у некоторыхъ бурачниковыхъ, напр., у обыкновенной лесной незабудки (Myosotis silvatica), цветы сначала обращены своимъ зевомъ вбокъ; рыльце находится позади пыльниковъ, и выпадающая изъ нихъ пыльца не попадаетъ, пока цветокъ поставленъ горизонтально, на рыльца. Но затемъ согнутая до этого времени цветоножка, поддерживавшая трубку цветка въ горизонтальномъ положеши, выпрямляется; трубка цветка принимаетъ вслед- ств1е этого вертикальное положеше, и рыльце попадаетъ въ лишю падешя пыльцы, отделяющейся изъ сморщивающихся пыльниковъ. Въ техъ гораздо более частыхъ случаяхъ, когда рыльце въ начале цветешя превышаеть пыльники, цветоножка позже загибается внизъ, ставить этимъ цветы въ поникающее или висячее положеше и помещаеть такимъ образомъ рыльце на линт падешя пыльцы. Это наблюдается, напр., у Tulipa Silvestris, Polemonium coeruleum, Saxifraga hieracifolia, Chrysosplenium alternifolium, Rhododendron Chamaecistus, Vaccinium, Arctostaphylos, Cerinthe, Symphytum и Cyclamen. На видахъ последняго рода особенно ясно можно следить за процессомъ. Въ первый день, после того какъ цветокъ распустился и лепестки отогнулись назадъ, поднимающаяся съ земли цветоножка загнута на своемъ концб книзу. Загнутый коротшй участокъ ножки наклоненъ къ горизонту подъ угломъ въ 50—60 градусовъ. Различ1е въ величине угла зависить отъ того, что более длинная нижняя часть цветоножки обыкновенно косо поднимается съ земли и лишь въ редкихъ случаяхъ поставлено вертикально. Затемъ можно наблюдать, какъ уголъ наклонешя со дня на день уменьшается приблизительно на 10 град., такъ что въ конце цветешя согнутый внизъ короткш конечный участокъ и вверхъ стояпцй длинный участокъ цветоножки лежать почти парал-
Автогам!я, происходящая всл^дств!е изгибания цветоножки, образовала косой поверхности на нижней губе, служащей местомъ отложен!я пыльцы, и скатыван!я пыльцы по этой косой поверхности къ рыльцу: Calceolaria Pavoni!; 1—3) видь цветка въ трехъ следующихъ другъ за другомъ еостоян1яхъ, ведущихъ къ автогамии, 4) продольный разрезъ цветка, находящагося на первой стад!и развитая. Все фигуры немного увеличены. Ср. текстъ, стр. 352—353.Автогам!я, происходящая всл^дств!е изгибания цветоножки, образовала косой поверхности на нижней губе, служащей местомъ отложен!я пыльцы, и скатыван!я пыльцы по этой косой поверхности къ рыльцу: Calceolaria Pavoni!; 1—3) видь цветка въ трехъ следующихъ другъ за другомъ еостоян1яхъ, ведущихъ къ автогамии, 4) продольный разрезъ цветка, находящагося на первой стад!и развитая. Все фигуры немного увеличены. Ср. текстъ, стр. 352—353.
Автогам!я, происходящая всл^дств!е изгибания цветоножки, образовала косой поверхности на нижней губе, служащей местомъ отложен!я пыльцы, и скатыван!я пыльцы по этой косой поверхности къ рыльцу: Calceolaria Pavoni!; 1—3) видь цветка въ трехъ следующихъ другъ за другомъ еостоян1яхъ, ведущихъ къ автогамии, 4) продольный разрезъ цветка, находящагося на первой стад!и развитая. Все фигуры немного увеличены. Ср. текстъ, стр. 352—353.
Автогам!я, происходящая всл^дств!е изгибания цветоножки, образовала косой поверхности на нижней губе, служащей местомъ отложен!я пыльцы, и скатыван!я пыльцы по этой косой поверхности къ рыльцу: Calceolaria Pavoni!; 1—3) видь цветка въ трехъ следующихъ другъ за другомъ еостоян1яхъ, ведущихъ къ автогамии, 4) продольный разрезъ цветка, находящагося на первой стад!и развитая. Все фигуры немного увеличены. Ср. текстъ, стр. 352—353.
лельно другъ къ другу и ножка теперь загнута крючкомъ. Такъ какъ на пря- момъ продолжеши короткаго участка цветоножки лежить столбикъ цветка и онъ выдается какъ надъ трубкою венчика, такъ и надъ конусомъ пыльниковъ, то въ первый пер!одъ цветешя при наклоне столбика въ 50—60 градусовъ къ горизонту автогам!я не можетъ произойти. Насбкомыя, посещающая въ это время цветокъ, сперва заденуть рыльце на конце выдающагося столбика и могутъ произвести скрещиваше; но даже въ случае, что при посещенья насекомаго изъ смбщенныхъ
пыльниковъ конуса немного мучнистой пыльцы упадетъ внизъ, последняя не попадетъ на рыльце, лежащее еще вне лиши падешя пыльцы. Подъ конецъ же цветешя рыльце, вследств!е выше описаннаго загибашя цветоножки, помещается на лишю падешя пыльцы, нити пыльниковъ, до того времени плотно сложенныхъ, ослабеваютъ, содержащаяся еще въ конусе пыльца падаетъ внизъ и опыляетъ все еще вос- пршмчивое рыльце.
Удивительный случай ав- тогамш, разсмотреше котораго здесь всего уместнее, наблюдается у южно-американской Calceolaria Pavonii (см. рису- нокъ рядомъ). Цветы этого ра- стешя протерогиничны. Въ са- момъ начале цветешя они си- дять на прямыхъ, почти горизонтально отстоящихъ ножкахъ. Еще замкнутые пыльники скрыты подъ притупленной короткой верхней губою; уже вос- пршмчивое рыльце сидить на
конце вытянутаго прямо впередъ столбика, загнутаго у самаго конца крючкомъ, и прилегаеть къ косой нижней губб, какъ это наглядно изображено на рядомъ
находящемся рисунке. Средняя доля нижней губы, отогнутая внутрь полости, блюдцевидно углублена и отделяетъ медъ (фиг. 4). Короткохоботковыя насеко- мыя, желаюпця добыть этотъ медъ, пользуются верхнею стенкою образованной нижнею губою полости какъ местомъ для опускашя. Когда они сюда садятся, нижняя губа опускается, какъ у львинаго зева, книзу, и это движеше регулируется сильными ребрами на обеихъ сторонахъ венчика. Этимъ движешемъ не только широко раскрывается зевъ цветка, но выворачивается и отделяющая медъ лопасть, до того скрытая въ полости, и насекомое, вызвавшее это движе-
юе, съ удобствомъ можеть лизать медь. При этомъ нас!комое, однако, зад!- ваеть спиною рыльце, и если оно принесло съ собою пыльцу изъ бол!е стараго цв!тка, то рыльце опыляется чужою пыльцею, т. е. происходить скрещиваше. Такъ д!ло обстоять въ начал! цв!тешя. На сл!дуюпцй или на трейй день вскрываются пыльники, при чемъ на вершин! каждаго пыльцевм!стилища образуется сравнительно большая дырочка. Спайка соединена съ нитью пыльниковъ кань бы сочленешемъ, такъ что пыльники при толчк! приводятся въ колебаше и выпускаютъ мучнистую пыльцу. Когда теперь бол!е крупное перепончатокрылое нас!комое опускается на цв!токъ, чтобы добыть медь, то оно должно толкнуть пыльники и обсыпаться выпадающей пыльцею, т!мъ бол!е, что тычиночныя нити за это время на столько удлинились, что верхшя пыльцевм!стилища лежать на высшей точк! выпуклой нижней губы (см. рис., стр. 352, фиг. 2). Если цв!токъ не поедается нас!комыми, то часть мучнистой пыльцы сама собою падаетъ на то же м!сто. Вскор! зат!мъ цв!тоножка загибается дугообразно внизъ, верхняя ст!нка косой нижней губы или, лучше сказать, кровля полости, несущая на своей высшей точк! выпавшую пыльцу и которая должна была бы служить м!стомъ для опуска- шя нас!комыхъ, принимаетъ всл!дств!е этого косое книзу направлеше, пыльца со- скальзываетъ по этой косой поверхности и такимъ путемъ достигаетъ все еще воспршмчиваго рыльца (см. рис., стр. 352, фиг. 3).
Столь же обыкновенна, какъ и разнообразна въ деталяхъ автогам!я, происходящая всл!дств!е взаимод!йств!я и соединен1я движений и изгибовъ цв!тоножекъ съ таковыми тычинокъ и столбиковъ. По- никппй птицемлечникъ (Ornithogalum nutans) хотя и получилъ свое назваше отъ пониклости своихъ цв!товъ, но такое положеше цв!ты его, собственно, при- нимаютъ лишь подъ самый конецъ; въ состояши почекъ они обращены вверхъ, и даже тогда, когда листочки околоцв!тника уже широко раскрылись, цв!тоножки еще горизонтально отстоять отъ стержня кисти и з!въ цв!товъ обращенъ вбокъ. Цв!ты протерандричны. Одновременно съ расхождешемъ листочковъ околоцв!т- ника вскрываются пыльники трехъ тычинокъ, стоящихъ передъ отделяющими медъ ямками завязи, и эти пыльники такъ поставлены, что проникаюпця къ меду нас!комыя неизб!жно должны ихъ зад!ть. Рыльце въ это время еще не воспршм- чиво. Немного позже, когда рыльцевая ткань получила способность удерживать пыльцу, тычинки передвигаются изъ средины къ окружности цв!тка, и теперь нас!комыя, являюпцяся съ грузомъ пыльцы съ другихъ бол!е молодыхъ цв!товъ, могутъ произвести скрещиваше. На третьей стадш цв!тешя цв!тоножка наклоняется и загибается внизъ, такъ что теперь цв!токъ становится, действительно, пониклымъ. Тычинки снова передвинуты къ средин! цв!тка, и рыльце оказывается теперь подъ однимъ изъ пыльниковъ бол!е короткихъ тычинокъ. Въ этихъ пыльникахъ все еще есть пыльца, такъ какъ они вскрылись лишь во второй стадш цв!тешя и не могли быть зад!ты нас!комыми. Эта пыльца падаетъ зат!мъ при постепенномъ сморщиваши пыльниковъ на сос!днее рыльце, и такимъ образомъ еще передъ самымъ концомъ цв!тешя происходить автогам!я.
Въ вид! особенно поучительныхъ прим!ровъ сл!дуетъ зд!сь привести также обоеполые цв!ты др!адовыхъ: Dryas octopetala, Geum coccineum, montanum и reptans, Potentilla atrosanguinea и repens, Waldsteinia geoides, зат!мъ лютиковыя Adonis vernalis, Anemone alpina и baldensis. ЦвЪты вс!хъ этихъ растешй про-
2323Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растешй, т. П.
23
23
терогиничны и отличаются тЬмъ, что многочисленные плодники, скученные въ серединб цветка, окружены какъ бы вбнцомъ столь же многочисленные тычи- нокъ, расположенныхъ въ нисколько мутовокъ. Тычинки у названныхъ др!адо- выхъ въ почкЬ загнуты внутрь и выпрямляются лишь передъ самымъ вскрыва- шемъ пыльниковъ. Сперва вскрываются пыльники во внешней мутовке тычи- нокъ, наиболее удаленные отъ рылецъ находящейся въ центре цветка головки завязей. При такомъ взаимномъ положенш, въ особенности, когда цвЬтокъ стоить
Автогам1я, вызываемая совместно изгибан!емъ цветоножки и тычиночный нитей: Pirola unifier а; 1) продольный разрезъ цветочной почки передъ самымъ раскрытаемъ, 2) все растен!е съ цветкомъ на первой стад!и развитая, 3) цветокъ на первой стад!и развитая, немного увелич., передше лепестки срезаны, 4) все растете, съ цветкомъ на последней стадш развитая, 5) цветокъ на последней стадш развитая, немного увелич., продольный разрезъ Ср. текстъ, стр. 355 и 356.
вверхъ, автогам!я невозможна; зато насекомыя, опускаюпцяся сперва на рыльца въ середине цветка, передвигающаяся затемъ кнаружи, чтобы собирать пыльцу и сосать медъ, улетаюпця съ края цветка и далЬе посещающая друпе цветы такимъ же образомъ, могутъ вызывать скрещиваше. ЗатЬмъ постепенно развиваются и тычинки внутренней мутовки; онЬ выпрямляются, удлиняются, и пыляпце пыльники ихъ достигают той же высоты, какъ и рыльца плодниковъ, находящихся въ центре цветка. Опылеше части этихъ рылецъ теперь неизбежно и происходить тЬмъ легче, что столбики самыхъ внешнихъ плодниковъ наклоняются и загибаются кнаружи, вслЬдств!е чего ихъ рыльца приходятъ въ непосредственное соприкосновеше съ освобожденною пыльцею. Но чтобы рыльца, находящаяся въ середине головки плодниковъ, не остались, въ случае отсутств!я насекомыхъ, не у делъ, цветоножки загибаются дугообразно въ сторону на столько, что эти рыльца
нопадаютъ на лишю надета пыльцы, и такимъ образомъ опыляются еще въ конц4 цвбтешя. Упомянутый вмЬстЬ съ др!адовыми лютиковыя отступаютъ лишь въ мелочахъ отъ описанныхъ процессовъ. У Adonis vernalis загибаше столбиковъ кнаружи невозможно изъ за ихъ малой длины; за то у этого растетя граничащая съ плодниками тычинки загибаются дугообразно внутрь и откладываютъ пыльцу на ближайппя рыльца. У Anemone alpina первыми вскрываются пыльники самой внутренней мутовки тычинокъ и развит!© затбмъ вдеть отсюда кнаружи. Но такъ какъ столбики въ началб цвбтешя образуютъ очень густой пучекъ, то первое время автогамш не происходить; лишь позже столбики загибаются и скручиваются такъ, что рыльца отчасти касаются пыльниковъ, и когда зат^мъ, всл-Ьдств1е загиба цв-Ьто-
Автогамтя всл£дств!е загибан1я цветоножки и при отпаден!и венчика: Phygelius capensis;Автогамтя всл£дств!е загибан1я цветоножки и при отпаден!и венчика: Phygelius capensis;L) часть соцвет!я, находящееся на его горизонтальной ветви цветы въ следующихъ другъ за друтомъ (справа на лево) состояшяхъ развита, ведущихъ къ автогамш, 2) отдельный цветокъ въ тотъ моментъ, когда венчикъ отдеL) часть соцвет!я, находящееся на его горизонтальной ветви цветы въ следующихъ другъ за друтомъ (справа на лево) состояшяхъ развита, ведущихъ къ автогамш, 2) отдельный цветокъ въ тотъ моментъ, когда венчикъ отделяется и покрытые пыльцою пыльники задеваютъ рыльце. Ср. текстъ, стр. 355 и 356.ляется и покрытые пыльцою пыльники задеваютъ рыльце. Ср. текстъ, стр. 355 и 356.
Автогамтя всл£дств!е загибан1я цветоножки и при отпаден!и венчика: Phygelius capensis;
Автогамтя всл£дств!е загибан1я цветоножки и при отпаден!и венчика: Phygelius capensis;
L) часть соцвет!я, находящееся на его горизонтальной ветви цветы въ следующихъ другъ за друтомъ (справа на лево) состояшяхъ развита, ведущихъ къ автогамш, 2) отдельный цветокъ въ тотъ моментъ, когда венчикъ отде
L) часть соцвет!я, находящееся на его горизонтальной ветви цветы въ следующихъ другъ за друтомъ (справа на лево) состояшяхъ развита, ведущихъ къ автогамш, 2) отдельный цветокъ въ тотъ моментъ, когда венчикъ отде
ляется и покрытые пыльцою пыльники задеваютъ рыльце. Ср. текстъ, стр. 355 и 356.
ляется и покрытые пыльцою пыльники задеваютъ рыльце. Ср. текстъ, стр. 355 и 356.
ножки, цвбтокъ поникаетъ, то и не опыленная часть рылецъ попадаетъ на лишю падешя пыльцы.
Вследств1е залтЬчательнаго взаимодЪйств1я тычинокъ и цвбтоножекъ происходить автогам!я также у Pirola uniflora, обитающей въ нашихъ еловыхъ лбсахъ. Почки и молодые цв£ты (см. рис., стр. 354, фиг. 1, 2 и 3) находятся на нож- кахъ, согнутыхъ дутою въ половину окружности, какъ бы перевернуты. Столбикъ въ этихъ цвбтахъ поставленъ отвесно и рыльце его направлено внизъ. Тычиноч- ныя нити изогнуты въ виде буквы 8, при чемъ обе дырочки пыльниковъ направлены вверхъ, а заключенная въ нихъ пыльца не можетъ сама собою выпасть, темъ менее попасть на рыльца. НасЪкомыя, прилетаюпця снизу, въ такихъ цве- тахъ сперва касаются рыльца, а затЬмъ пыльники переворачиваются отъ удара. Выпадающая изъ дырочекъ пыльца обсыпаетъ ударяющихся объ пыльники живот- ныхъ, и когда последшя улетаютъ и садятся на новый цвбтокъ Pirola uniflora, то они принесенную пыльцу прилепять къ липкому рыльцу, произведя скрещива- ше. Въ течете цветешя совершаются два мало бросающихся въ глаза, но для .автогамш крайне важныхъ изменешя. Дуга, описываемая цветоножкою, въ конце 23*
цвбтешя уже не составляетъ половины окружности, а потому и цвЕтокъ уже е- виситъ, а лишь поникаетъ; столбикъ направленъ не отвесно, а косо внизъ, и несдерживаемое имъ рыльце всл4дств!е этого приходится подъ частью пыльникое: Тычиночныя нити, правда, и теперь изогнуты въ видЬ буквы S, но въ обратнее: направлеши, чбмъ въ начала цв'Ьтетя; пыльники всл,Ьдств1е этого перевернуты : ихъ дырочки обращены внизъ. Самаго слабаго движешя стройнаго стебля отъ ле:- кихъ воздупшыхъ течешй достаточно, чтобы вызвать выпадете пыльцы, щ:: чемъ липкое рыльце опыляется частью выпадающей пыльцы (см. рис., стр. 354 фиг. 4 и 5).
У Phygelins capensis, растешя Капланда, относящагося къ норичниковыми
Автогам1я всл4дств1е изгибан1я цветоножки и закручиван!я тычпнночныхъ нитей: Cobaea scandens; 1) недавно распустившейся цветокъ сбоку, 2—4) цветы въ трехъ последовательных* состоян!яхъ, веду- щихъ къ автогам!и, продольные разрезы. Все фигуры немного уменьшены. Ср. текстъ, стр. 357 и 358.
вЕтви соцвЕпя и цвЕтоножки отстоять почти горизонтально отъ прямо вверхъ на- правленнаго стебля (см. рис., стр. 355, фиг. 1). ЦвЕтоножки согнуты у ихъ утол- щеннаго конца крючкомъ и вместе съ молодыми цветами направлены почти подъ прямымъ угломъ внизъ, вслЕдств!е чего все соцвЕйе получаетъ весьма странный видъ. ЦвЕты протерогиничны, и въ первый день послЕ распускашя только пыльца изъ другихъ болЕе старыхъ цвЕтовъ можетъ быть перенесена на рыльце. Столбикъ сначала такъ изогнуть, что воспршмчивое рыльце оказывается расположен- нымъ передъ входомъ въ обильный медомъ цвЕтокъ и сосупця медь насЕкомыя должны его задЕть. На слЕдующш день столбикъ выпрямляется и рыльце, вслЕд- CTBie того, отодвигается отъ лин!и, ведущей къмеду; зато теперь вскрылись пыльники, и покрытая пыльцею сторона ихъ такъ расположена у входа въ цвЕтокъ, что посЕщаюпця насЕкомыя неминуемо должны снять съ нихъ пыльцу. На тре- т!й же день столбикъ снова изгибается и принимаешь то же положеше, какое онъ занималъ въ первый день. Такое совмЕстное изгибаше имЕетъ, однако, слЕдств!емъ, что липкое рыльце подводится подъ сморщиваюицеся пыльники и опыляется выпадающею зернистою пыльцею (см. рис. стр. 355, фиг. 1, лЕвый цвЕтокъ). Но
въ случай, что пыльца не достигнетъ своего назначешя, автогам!я происходить еще при отпаденш венчика. А именно, рыльце, просовываемое черезъ отпадаю- пцй цвйтокъ, неминуемо должно коснуться пыльниковъ и забрать послйдше остатки пыльцы, держащейся еще, можетъ быть, на нихъ (см. фиг. 2).
Неоднократно въ предыдущихъ главахъ упоминалось о роскошной СоЪаеа scandens; это лазящее растете принадлежитъ къ семейству Polemoniaceae и обитаетъ
2
Автогам1я подъ совмйстнымъ вл!ян1емъ изгибан!я цветоножки и наклонения столбика къ месту отложен1я пыльцы: Allium Chamaemoly; 1) видимая надъ землею часть растетя въ ест. велич., 2—4) отдельные цветы, съ которыхъ срезаны передне листочки околоцветника, немного увелич., въ следующихъ другъ за другомъ и ведущихъ къ автогамш состоянхяхъ. Ср. текстъ, стр. 358.
въ тропической Америке, но прекрасно растете въ виде однолетника и въ садахъ средней и южной Европы, часто применяется для покрытая пшалеръ и балконовъ и цветем среди лета фюлетовыми колокольчатыми цветами (см. рис., стр. 856, фиг. 1). Пыльники, сидяпце на длинныхъ, у основатя мохнатыхъ нитяхъ, въ начале цветешя такъ помещены у входа въ цветокъ, что неминуемо должны задеваться проникающими къ медоносному цветоложу животными. Столбикъ въ это время еще коротокъ, его вершина скрыта подъ пыльниками, и три, несупця рыль- цевую ткань, ветви его еще плотно соприкасаются (см. рис., стр. 356, фиг. 2). Немного позже происходить перемещеше пыльниковъ и рылецъ; пыльники, нити которыхъ между темъ удлинились и локонообразно закрутились, находятся теперь
ниже трехъ несущихъ рыльцевую ткань ветвей столбика, который теперь раст:- пырены и помещаются передъ входомъ въ цветокъ такимъ образомъ, что прилетающая съ другихъ более молодыхъ цветовъ насекомыя должны отлагать на нихъ принесенную пыльцу, производя скрещиваше (см. рис., сор. 356, фиг. 3). Еслг. не было посёщешй насекомыхъ, то цветоножки загибаются на уголъ почти въ 45 градусовъ, и поникаюпцй цветокъ превращается въ повислый. Одновременно изгибается столбикъ и немного сближаются винтовые обороты закрученныхъ локонообразно тычиночныхъ нитей. Результатомъ всехъ этихъ изменешй оказывается, что все еще содержащее пыльцу пыльники приходятъ въ непосредственное сопри- косновеше съ все еще воспршмчивою рыльцевою тканью и происходить автогалпя (см. рис., стр. 356, фиг. 4).
Типомъ растешй, въ цветахъ которыхъ автогалпя происходить подъ сов- местнымъ вл!яшемъ изгибашя цветоножки и наклонешя столбика къ месту отло- жешя пыльцы, можно выставить карликовый лукъ (АШиш Chamaemoly, см. рис., стр. 357, фиг. 1). Мелюе белые, лишь немного поднимаюпцеся надъ землею цветы первоначально направлены широкимъ зевомъ вверхъ и наполовину скрыты между длинными лентовидными зелеными листьями. Не смотря на это, цветы этого ра- стешя охотно посещаются мелкими насекомыми и выделяемый по бокамъ завязи въ маленькихъ ямкахъ медь является хорошимъ угощешемъ. На первой стадш цветешя возможно лишь скрещиваше; рыльце стоить въ середине входа въ цветокъ и ткань его уже въ состояши принять пыльцу, тогда какъ пыльники еще закрыты и прижаты къ стенке околоцветника (см. рис., стр. 357, фиг. 2). Позже все тычинки наклоняются къ середине цветка, пыльники трескаются, со всехъ сторонъ покрываются пыльцею и все вместе образуютъ желтую пуговку, расположенную въ середине цветка, такъ что посещающая цветокъ насекомыя должны задеть пыльцу и нагрузиться ею. Рыльце теперь спрятано за пыльниками (см. рис., стр. 357, фиг. 8) и насекомыя не касаются его. Если цветокъ не посещался насекомыми, то на третьей стадш цветешя происходить автогалпя. Цветоножка полукругомъ сгибается книзу и прижимаетъ цветокъ къ земле. Вследствие этого давлешя нежные белые листочки околоцветника и нитевидныя тычинки смещаются. Часть пыльцы при этомъ падаетъ изъ пыльниковъ на нижше, прилегаюпце къ земле листочки околоцветника; столбикъ незначительно наклоняется внизъ и резуль- татъ такой перемены въ положеши каждый разъ состоять въ томъ, что рыльце приходить въ соприкосновеше или съ отпавшей пыльцею, лежащею на нижнемъ листочке околоцветника, или съ держащеюся еще на пыльникахъ пыльцею той или другой тычинки и опыляется ею (см. рис., стр. 357, фиг. 4).
Изъ ряда растешй, у которыхъ автогам!я происходить подъ сов- местнымъ вл!ян!емъ загибающихся цветоножекъ и складывающихся лепестковъ, мы отметимъ здесь две формы, именно, ф!алки изъ группы Melanium и безстебельныя горечавки. Какимъ образомъ у названныхъ ф!алокъ пыльца попадаетъ при посредстве насекомыхъ на рыльце, было уже указано на стр. 268 и пояснено рисункомъ на стр. 265, фиг. 1—3. Пыльца, отложенная насекомыми на узгая выступаюпця лопасти головчатаго рыльца, происходить, конечно, отъ другихъ цветовъ, и опылеше рыльца такою чужою пыльцею представ- ляетъ или однородное или разнородное скрещиваше. Въ первое время цветешя, вообще, у названныхъ фхалокъ автогам!я едва возможна. Когда введенный хобо-
токъ посещающего насекомаго почти въ то же мгновеше, какъ онъ опыляеть чужою пыльцею переднюю сторону выступающей лопасти рыльца, покрывается пыль- цею изъ сдвинутаго конуса пыльниковъ посещеннаго цветка, то эта пыльца при вытягиваши хоботка отчасти можетъ попасть на заднюю лопасть рыльца, но не на восщнимчивую ткань последняго. Та часть выпавшей пыльцы, которая не уносится посещающимъ насбкомымъ, а остается лежать подъ конусомъ пыльниковъвъ желобке снабженнаго шпорцемъ лепестка, также не попадаетъ на первой стадии цв^тешя на рыльцевую ткань, потому что желобокъ кнаружи закрыть, какъ бы дверцею, выдающеюся лопастью. Но подъ конёцъ цветешя дело существенно изменяется.
Автогам1я иодъ совм-Ьстнымъ вл!ян1емъ загибающихся цв^тоножекъ и складывающагося венчика: 1) Gentiana Clusli, цвйтокъ которой только что распустился, 2) тоже растете, цвйтокъ его на последней стадии развитая съ закрытымъ в^нчикомь и удлиненною дугообразно загнутою цветоножкою, 3) продольный раз- р^зъ раскрывшагося въ первый разъ цветка, 4) продольный разрезъ закрывшагося въ последней разъ цветка. Ср. текстъ. стр. 359—360.
Конусъ пыльниковъ постепенно самъ собою разъединяется, мучнистая пыльца вы- падаетъ и наполняетъ заднюю часть желобка снабженнаго шпорцемъ лепестка. Одновременно загибается и отгибъ этого лепестка, вследств!е чего желобокъ не закрывается более лопастью рыльца и пыльца безпрепятственно могла бы попасть ко входу въ цветокъ. Теперь нуженъ только импульсъ для этого движешя пыльцы, и таковой дается загибавгемъ цветоножки. И безъ того у ф!алокъ изъ группы Melanium цветоножка въ ясныя ночи сильно загибается (ср. томъ I, стр. 532), но загибаше это во время полнаго цветешя не имеетъ значешя для автогамш. Подъ конецъ же цветешя оно имеетъ следств!емъ, что мучнистая пыльца все дальше и дальше скользить по желобку нижняго лепестка, достигая, наконецъ, воспршмчивой ткани рыльца.
Этотъ процессъ имеетъ замечательное сходство съ наблюдаемымъ у гореча- вокъ, называемыхъ описательною ботаникою „безстебельными" (Gentiana acaulis, angnstifolia, Clusii; см. рисунокъ выше). Цветы этихъ горечавокъ относятся къ револьвернымъ. Вследств!е того, что въ нижней части воронковиднаго цветка ты-
чиночныя нити срощены съ венчикомъ и выдаются въ виде пяти перекладинъ по направленно къ завязи, поднимающейся на подоб!е центральной колонны, образуется столько же трубчатыхъ ходовъ, ведущихъ къ обильно выделяемому въ глубине цветка меду. Пыльники находятся немного выше половины воронки и срощены между собою въ трубку, окружающую столбикъ. Каждый пыльникъ вскрывается на обращенной кнаружи стороне двумя продольными щелями, и трубка пыльниковъ вскоре после открытая входа въ цвбтокъ оказывается вокругъ покрытою пыльцею. Надъ трубкою пыльниковъ замечается рыльце, состоящее изъ двухъ по краямъ городчатыхъ и разсеченныхъ белыхъ лопастей. Рыльце и пыльники такъ поставлены, что перелетаюпце съ цветка на цветокъ шмели должны производить скрещиваше. Но если вследств!е неблагопр!ятной погоды шмелей не было и скрещивашя не происходить, то пыльца, постепенно отделяющаяся и отпадающая отъ сморщивающихся пыльниковъ, попадаетъ на рыльца того же цветка при посредстве венчика и цветоножекъ следующимъ путемъ. Пока цветокъ стоить вертикально или косо вверхъ (см. рис., стр. 359, фиг. 1 и 2), пыльца падаетъ съ сморщивающейся трубки пыльниковъ внизъ, скопляясь надъ основашемъ тычиноч- ныхъ нитей, а когда венчикъ для защиты пыльцы въ дождливую погоду и ночью складывается, пыльца укладывается въ желобки между вдающимися складками, начинающимися у самаго основашя тычиночныхъ нитей и отсюда доходящими почти до устья цветка. Эти желобки образуютъ русло, по которому отпавшая пыльца достигаетъ рылецъ. Но для этого требуется, чтобы цветокъ быль перевернуть и рыльце расположено такъ, чтобы бахромчатые края его касались соответ- ственнаго желобка. То и другое, действительно, происходить. Перевернутое по- ложеше получается вследств!е того, что цветоножки, въ начале цветешя еще коротшя, очень удлиняются и затемъ въ дождливую погоду и при наступленья ночи дугообразно загибаются (см. рис., стр. 359, фиг. 2). Края же рыльца попадаюсь въ желобъ, потому что столбикъ немного вырастаетъ, такъ что сидящее на немъ рыльце вдвигается въ полый конусъ, образующейся при складывания краевъ венчика. Сюда сходятся все желобки трубки венчика и настолько приближаются къ средней оси цветка, что соприкосновеше съ краями расположенныхъ въ середине полаго конуса лопастей рыльца становится неизбежнымъ. Когда затемъ све- шивающшся цветокъ встряхивается падающими дождевыми каплями или порывами ветра, то пыльца соскальзываетъ по всему гладкому желобу до рылецъ и собирается здесь на его выемчатыхъ и бахромчатыхъ краяхъ (см. рис., стр. 359, фиг. 4). Къ этому описашю автогамш у Gentiana acaulis, angustifolia и Clusn следуетъ еще прибавить, что названные виды въ Альпахъ большею частью растуть на травянистыхъ склонахъ или на уступахъ крутыхъ скалъ. На такихъ местахъ можно въ дождливую погоду заметить тысячи цветовъ, свешивающихся параллельно наклону почвы, и изъ такихъ цветовъ даже после продолжительныхъ дождей постоянно получаются плоды. Цветы же особей, растущихъ на ровныхъ луго- выхъ пространствахъ иногда встречаюсь препятств!я къ поникашю. Въ такихъ цветахъ, понятно, автогам!я становится невозможною, и если изъ-за непогоды не летають шмели, то не происходить и скрещивашя. На такихъ ровныхъ местахъ, поэтому, довольно часто можно видеть неразвивлпеся зачатки плодовъ.
Примерами случаевъ, когда автогам!я происходить подъ совмест- нымъ вл!ян1емъ загибающихся цветоножекъ и удлиняющихся ли-
сточковъ околоцветника, могутъ служить прострелы, Anemone Pulsatilla и vernalis. Цветы этихъ растешй имеють въ то время, когда околоцветникъ распускается въ первый разъ, очень коротая ножки и направлены вверхъ. Они сохра- няють такое положеше приблизительно 48 часовъ, раскрываются днемъ при сол- нечномъ освещены ' и закрываются съ наступлешемъ сумерокъ и въ дождливую погоду. Поникашя цветовъ въ течете первыхъ двухъ дней не замечается и едва ли оно было бы и возможно, имея въ виду незначительную длину ихъ цветоно- жекъ. Цвбты ясно протерогиничны. Многочисленный тычинки тесно сближены, и ихъ закрытые пыльники находятся въ середине цветка, располагаясь подобно зер- намъ въ початке кукурузы. Надъ пыльниками поднимается, подобно маленькому снопу, пучекъ столбиковъ съ воспршмчивыми рыльцами. Насекомыя, особенно пчелы и шмели, привлекаются въ это время медомъ, выделяемымъ маленькими булавовидными нектар!ями, расположенными между листочками околоцветника и тычинками. Они задеваютъ, проникая въ цветокъ, образованный рыльцами снопъ или же опускаются прямо на него, производя, если къ ихъ телу пристала пыльца другихъ более старыхъ цветовъ, однородное или разнородное скрещиваше. По истечеваи двухъ дней получается существенно иная картина. Цветоножка значительно удлинилась, и цветокъ вечеромъ немного поникаетъ; внутреншя мутовки тычинокъ разъединились и отогнулись кнаружи, пыльники, ближайппе къ столби- камъ, вскрылись и отдаютъ пыльцу. Углубленныё на внутренней стороне листочки околоцветника немного удлинились для защиты пыльцы. Прилетаюпця насекомыя, пытаюпцяся добыть теперь не только медъ, но и пыльцу, неизбежно нагружаются въ цвбтахъ пыльцею и могутъ переносить ее на друпе более молодые цветы. При закрываши цветовъ вечеромъ пыльца изъ пыльниковъ отогнутыхъ кнаружи тычинокъ всегда пристаеть къ внутренней стороне прилегающихъ листочковъ околоцветника. Кроме того, теперь уже съ пыльниковъ самыхъ длинныхъ тычинокъ можетъ отвалиться немного пыльцы, падающей въ поникшемъ цветке на средшя рыльца пучка столбиковъ. Еще черезъ два дня цветы простреловъ имбють сле- дуюпцй видъ. Цветоножка удлинилась разъ въ 10—20, и цветокъ является по- никшимъ и днемъ. Тычинки все разъединились, нити отогнулись кнаружи и пыльники вскрылись. Листочки околоцветника удлинйлись съ 16 на 38 мм., и вслед- CTBie этого приставшая къ нимъ совнутри пыльца передвинулась до рылецъ. Видъ трехъ внутреннихъ листочковъ околоцветника тоже изменился. Между темъ какъ они раньше были вогнуты совнутри, они теперь выпуклостью обращены внутрь. Эти изменетя имеютъ, однако, следств!емъ, что теперь и рыльца на окружности снопа столбиковъ, если они еще не были опылены при посредстве насекомыхъ, получаютъ пыльцу, такъ какъ удлинивппеся листочки околоцветника прикладываются къ нимъ и отдаютъ пыльцу, приставшую къ ихъ внутренней стороне, рыльцамъ.
Еще запутаннее процессы, ведупце къ автогамш у речнаго гравилата (Geum rivale), малины (Rubus Idaeus) и некоторыхъ другихъ родственныхъ имъ мали- новыхъ и др!адовыхъ. Такъ, напр., цветы названнаго Geum въ день своего распускашя поддерживаются горизонтальными цветоножками и обращены входомъ въ бокъ; тычинки коротки и все пыльники закрыты; но рыльца, возвышающаяся въ виде пучка миллиметра на два наДъ пыльниками, уже воспршмчивы. Прилетаюпця насекомыя могутъ теперь произвести скрещиваше, но автогам!я еще не
возможна. Позже тычинки удлиняются, пыльники самыхъ длинныхъ тычине ~ вскрываются и приходят въ непосредственное соприкосновеше съ некоторых* рыльцами по окружности пучка столбиковъ. Цветоножка теперь загнута и цветснъ поникает. Bcлeдcтвie этого пыльца, падающая изъ верхнихъ сморщивающих:' пыльниковъ, тоже попадает на рыльца по окружности пучка столбиковъ, имени на рыльца верхней половины цветка. Пыльца же, отделяющаяся изъ сморщивающихся пыльниковъ снизу, попадаетъ сперва на лепестки нижней половины цветка а после ихъ удлинешя забирается рыльцами соседнихъ, отгибающихся кнаруже столбиковъ. Опять дня черезъ два цветокъ оказывается повисшимъ на дугообрази: согнутой цветоножке и устье его направленнымъ внизъ. Теперь вскрылись пыльники и более короткихъ тычинокъ, весь цветокъ сталъ рыхлее, пучекъ столбиковъ имеет видъ снопа; все столбики, и центральные тоже, закручиваются и отгибаются кнаружи такимъ образомъ, что рыльца приходятся подъ тычинками, вскрывшимися последними, и когда при сморщиваши этихъ пыльниковъ сбрасывается пыльца, она неизбежно падает на центральный рыльца, до сихъ поръ еще не опыленный Следовательно, здесь совместно действуют: 1) загибан!е цветоножекъ 2) удлинен!е лепестковъ, 3) удлинен!е тычинокъ и 4) загибанн столбиковъ, для того, чтобы въ случае отсутств!я посещешй насекомыми вс^ рыльца опылялись пыльцею изъ пыльниковъ того же цветка.
Выше помещенный описашя, хотя и крайне скудныя, все же дают наглядную картину разнообразныхъ приспособлена, имеющихъ целью обезпечить обое- полымъ цветамъ, кроме скрещивашя, еще автогамно. Они выясняют также въ достаточной степени, что приспособлена, ведупця къ автогам!и, только тогда проявляются въ полномъ объеме, когда еще не совершилось скрещивав!я. Неоднократно отмечалось, что известные процессы только тогда оказываются целесообразными, когда не было посещешя насекомыхъ, которое могло бы привести къ скрещиванью. Въ связи съ этимъ находится также замечательное явлеше, что некоторые цветы, хотя и разечитанные по своему устройству на скрещиваше при посредстве насекомыхъ, совсемъ не раскрываются, когда нельзя ожидать посещешя соответственныхъ животныхъ. Въ горныхъ местностяхъ умеренной полосы часто случается, что въ то время, когда цветы близки къ распуска- шю, наступает дождливая погода, упорно держащаяся неделями. Пчелы, шмели, бабочки и мухи попрятались въ свои жилища и укромный места и должны на продолжительное время прервать свои посещешя цветовъ. Рост же растешй въ течеше этого времени не совсемъ задерживается; и въ цветахъ тоже при соответственной температуре развипе идет обычнымъ шагомъ; рыльцевая ткань становится воспршмчивою, пыльники достигают зрелости, вскрываются и освобождают пыльцу; но все еще ни одинъ лучъ солнца не пробился сквозь тучи; дождь идет и идет, и насекомыя не покидают своихъ защищенныхъ от дождя помещешй. При такихъ услов!яхъ открьтя доступа въ цветокъ и не происходит; въ остающихся закрытыми цветахъ наступает автогам!я, а приспособлешя, который могли бы привести къ скрещиванью, не вступают въ действ!е. Такъ обстоит дело, напр., у Alsine rubra, Anagallis phoenicea, Arabis coerulea, Azalea procumbens, Calandrinia compressa, Centunculus minimus, Drosera longifolia, Gagea lutea, Gen- tiana glacialis, prostrata, Hypecoum pendulum, Hypericum humifusum, Lepidium sativum, Montia fontana, Oxalis corniculata, stricta, Polycarpon tetraphyllum, Portulaca
oleracea, Sagina saxatilis, Silene noctiflora, Sisyrinchium anceps, Spergula arvensis, Stellera Passerina, Veronica alpina; все это растешя самыхъ разнообразныхъ место- обиташй, обладающая, однако, однимъ общимъ свойствомъ, что цветы ихъ, даже когда они раскрываются, скоро завядають. У растеши съ долговечными цветами не редко бываетъ, что при продолжительной дождливой погоде совершается автогам!я въ закрытомъ цветке, но позже при благоприятной погоде цветокъ все таки еще раскрывается, и этимъ, по крайней мере, еще дается возможность, что насекомыя унесутъ пыльцу, оставшуюся после автогамш. Въ виде примеровъ растенш, у которыхъ такое устройство часто наблюдается, можно назвать ресничатый родо- дендронъ (Rhododendron hirsutum), вахту (Menyanthes trifoliata) и повилику (Cuscuta europaea).
Некоторый растенья, обыкновенно обитаюпця въ лужицахъ, болотахъ и на берегахъ прудовъ съ непостояннымъ уровнемъ воды, какъ, напр., Alisma natans, niecebrum verticillatum, Limosella aquatica, Peplis Portula и Subularia aquatica, не раскрываютъ своихъ цветовъ въ случае, что ихъ готовый распуститься цветочный почки зальются водою, и тогда автогам!я происходить подъ водою въ остающихся закрытыми цветахъ. Къ этому надо добавить, что въ заполненную воздухомъ полость такихъ цветовъ окружающая вода не проникаетъ и поэтому здесь имеется замечательный случай, что перенесете пыльцы на рыльце того же цветка происходить хотя и подъ водою, но въ воздухе.
У некоторыхъ гречихъ (Polygonum Hydropiper, minus и mite) можно также наблюдать, что на техъ особяхъ, который растутъ отдельно и все цветущ!я ветви которыхъ освещаются солнцемъ и доступны насекомымъ, раскрываются все цветы, но когда сотни экземпляровъ этого же вида растутъ скученно, то лишь часть цветовъ раскрываеть свои околоцветники. Только цветы на вверхъ стоящихъ ветвяхъ открываются для посещающихъ насекомыхъ, цветы ^се на самыхъ нижнихъ, прилегающихъ къ земле ветвяхъ, которые затенены, спрятаны и трудно доступны насекомымъ, остаются закрытыми. Однако и въ последнихъ происходить, успешно автогам!я. Сходный явленья указываются и для тропической Myrmecodia tuberosa, въ мелкихъ, белыхъ какъ фарфоръ, всегда остающихся совершенно закрытыми цветахъ которой происходить только автогам!я, что не мешаеть имъ обильно производить всхожья семена.
Эти растешя образуютъ переходъ къ такимъ, который постоянно раз- виваютъ цветы двоякаго рода, одни, раскрывающееся и приспособленные къ скрещиван!ю при посредстве животныхъ, а дpyгie, ocтaющiecя закрытыми, и въ которыхъ неизменно совершается автогам!я. Последше назвали клейстогамными (xZs^rog = замыкаемый; ya^ew = вступать въ бракъ) цветами и среди нихъ различаютъ целый рядъ очень замечательныхъ формъ. Общимъ признакомъ ихъ является недоразвипе или полное OTcyrcTBie техъ покроволистиковъ, которые могли бы своимъ запахомъ, окраскою и медомъ привлекать насекомыхъ. Если они и развиваются, то только въ видб покрова, подъ защитою котораго семяпочки и рыльца, пыльники и пыльца достигаютъ половой зрелости и могутъ соединяться между собою. Въ некоторыхъ случахъ не видно ни следа венчика, развиты только чашелистики, плотно сомкнутые и окружающее въ виде полаго конуса тычинки и пестикъ. Такъ, напр., у обыкновенной въ лиственныхъ лесахъ Крайна Aremonia agrimonioides имеются
клейстогамные цвбты величиною въ 2—3 мм., въ которыхъ отъ края углубленнаго въ видб урны диска отходить тычинки и чашелистики, но совершенно отсутствуютъ лепестки. Въ другихъ случаяхъ хотя и имбются лепестки, но они малы и окрашены въ зеленоватобблый цвбтъ. Какъ разъ тб части вбнчика, который въ от- крытыхъ цвбтахъ наиболбе выдаются формою и яркою окраскою, здбеь недоразвиты. Такъ въ клейстогамныхъ цвбтахъ нбсколькихъ ф!алокъ снабженный шпор- цемъ лепестокъ, наиболбе бросающшся въ глаза въ раскрытомъ цвбткб, едва узна- ваемъ; отгибъ его въ очерташи яйцевиденъ, къ тому же завернуть и образуеть полый конусъ, нахлобученный надъ пыльниками и рыльцемъ. Пыльники у большинства клейстогамныхъ цвбтовъ такъ расположены, что созрбвшая и выступающая изъ вскрывшихся гнбздъ пыльца непосредственно приходить въ соприкосновеше съ рыльцемъ. Иногда замбтенъ небольшой промежутокъ между держащеюся на гнбздахъ пыльника пыльцею и рыльцемъ, но тогда изъ пыльцевыхъ клбтокъ вы- растаютъ къ рыльцу трубки, прикладывающаяся къ его сосочкамъ и отсюда направ- ляюпцяся дальше къ сбмяпочкамъ. Въ клейстогамныхъ цвбтахъ одного вида глухой крапивы (Lamium amplexicaule) замбчено также, что пыльники не вскрываются, но все таки изъ пыльцевыхъ клбтокъ выступаютъ пыльцевыя трубки, пробиваюпця етбнку пыльника и дорастаюпця до рыльца. Разсматривая такой клейстогамный цвбтокъ послб того, какъ въ немъ совершилась автогам!я, можно въ первый моментъ подумать, что пыльники срослись съ рыльцемъ, такъ какъ пыльцевыя трубки обусловливают довольно крбпкое соединеше съ нимъ.
Было уже упомянуто, что веб виды растешй, производящее клейстогамные цвбты, кромб нихъ развивають еще друпе съ раскрытымъ входомъ. У большинства послбдше отличаются въ высокой степени формой, окраской и запахомъ. Они раз- считаны на поебщеше наебкомыми и на скрещиваше при посредствб послбднихъ. Любопытно, что эти открытые цвбты лишены, однако, приспособленш, которыя въ случаб отсутстшя поебщевая наебкомыми приводить къ автогамш. На основаши этого факта мы имбемъ, повидимому, право заключить, что здбеь произошло раздб- леше труда въ томъ смыслб, что задачи, разрбшаемыя у большинства растен!й одною формою обоеполыхъ цвбтовъ, здбеь переданы двоя- каго вида обоеполымъ цвбтамъ: скрещиван!е — раскрывающимся, автогам!я — остающимся закрытыми.
Среди злаковъ, ситниковъ и осокъ, цвбты которыхъ развивають пылящую пыльцу, замбчены лишь немнопе виды съ клейстогамными цвбтами. Первымъ по времени примбромъ является, кажется, Oryza clandestina. Эта широко распространенная болотная трава, родственная рису, разечитана на автогамш и развиваеть только на самыхъ верхнихъ развбтвлешяхъ нбеколько раскрывающихся цвбтовъ, въ которыхъ возможно скрещиваше при посредствб вбтра. Тбмъ больше число видовъ съ клейстогамными цвбтами среди растешй, развивающихъ пристающую пыльцу и въ цвбтахъ которыхъ скрещиваше производится наебкомыми. Многочисленный Asclepiadaceae, Malpighiaceae, Papilionaceae, Orchideae тропическихъ и субтропиче- скихъ областей представляють тому поучительные примбры. Ихъ открытые, ярко окрашенные и далеко видимые цвбты привлекают животныхъ, и въ случаб ихъ поебщешя скрещиваше гарантировано самыми разнообразными приспособлешями; но если, не смотря на веб приманки, ожидаемыя животныя не являются, то рыльца не опыляются, и эти открытые крупные цвбты вянуть, не образуя плодовъ.
Только теперь у этихъ растен!й наступаетъ очередь клейстогамныхъ цветовъ; въ пазухахъ определенныхъ листьевъ развиваются мелк!я, зеленоватыя, почковидныя образован!я, лишенныя всякихъ приманокъ для насекомыхъ, но тЬмъ вернее про- изводяпця зрелые плоды и хороппя семена. Впрочемъ, и въ флористическихъ обла- стяхъ умеренныхъ поясовъ нетъ недостатка въ растешяхъ, у которыхъ наблюдается то же явлете. Множество колокольчиковъ, солнцецвбтовъ, бальзаминъ, ис- тодовыхъ, кислицевыхъ, губоцвбтныхъ и норичниковыхъ (напр., Campanula, Specu- laria; Helianthemum; Impatiens; Polygala; Oxalis; Ajuga, Salvia; Linaria) и въ особенности ф!алки изъ группъ Nominium и Dischidium представляютъ ту же противоположность въ задачахъ ихъ двоякаго рода цвбтовъ. Красивая ф!алка нашихъ лиственныхъ лесовъ, Viola mirabilis, весною раскрываетъ душистые, медоносные цветы съ крупными блбднофюлетовыми лепестками. Если они посещаются пчелами или шмелями, то совершается скрещиваше; но мнопе цветы остаются не посещенными и вянуть; автогамш, описанной выше (стр. 358) для видовъ ф!алокъ изъ группы Melanium, здесь не происходить. Но затемъ летомъ на томъ же кусту, и при томъ на особыхъ разветвлешяхъ его, появляются мелк!я, зеленыя, не раскры- ваюпцяся цветочный почки, изъ которыхъ, темъ не менее, вскоре получаются зре- лыя, крупныя коробочки съ множествомъ семянъ. Уже ботаниковъ прошлаго сто- лепя поразило это явлеше, противоречащее обычному представлеваю о результате цвететя, и они назвали эту ф!алку, у которой, какъ они заметили, раскрытые крупные цветы большей частью безплодны, а не раскрываюпцеся почковидные цветы всегда превращались въ плоды, Viola mirabilis, „чудесною ф!алкою“.
У чудесной фiaлки и у всехъ родственныхъ ей видовъ, названныхъ въ опи- сательнбй ботанике „стебельными*, клейстогамные цветы появляются на особыхъ побегахъ, представляющихся въ виде вверхъ стоящихъ или длинныхъ, зигзагообразно согнутыхъ и лежащихъ на почве ветвей. Нечто подобное наблюдается у нбсколькихь видовъ кислицы (Oxalis) и у ранее упомянутой Aremonia agrimonioides. Известны также некоторый мотыльковыя (напр., Vicia amphicarpa) и крестоцветный (напр., Cardamine chenopodiifolia), у которыхъ клейстогамные цветы образуются на подземныхъ побегахъ или цветоножкахъ, тогда какъ открытые цветы находятся на надземныхъ стебляхъ. У несколькихъ фiaлoкъ, называемыхъ въ описательной ботанике „безстебельными*, какъ у Viola collina и sepincola, клейстогамные цветы развиваются тоже подземно, а именно, на цветоножкахъ, отходящихъ отъ короткихъ корневыхъ отпрысковъ. Во всехъ этихъ случаяхъ одинъ и тотъ же кустъ несетъ двоякаго рода цветы отдельно на различныхъ осевыхъ образова- шяхъ. Но известны также растешя, какъ, напр., недотрога (Impatiens Nolitangere), развиваюпця на одномъ кусту раскрываюпцеся, а на другомъ не раскрываюпцеся цветы. Для точности слбдовало бы прибавить слово „преимущественно*, такъ какъ переходы и промежуточный формы далеко не редки. Такъ, напр., встречаются экземпляры только что названной недотроги, на которыхъ находятся рядомъ раскрытые цветы съ крупными венчиками, полу-раскрытые цветы съ недоразвитыми венчиками и мелше, остающееся закрытыми, клейстогамные цветы, а на лежачихъ> зигзагообразныхъ побегахъ песчаной ф!алки (Viola arenaria) неоднократно вместе съ клейстогамными цветами наблюдались и цветы съ большими распростертыми лепестками. То же можно сказать и о времени появлешя клейстогамныхъ цветовъ. Въ большинстве случаевъ они развиваются только, когда раскрытые цветы уже
завяли и пропали, но у Cardamine chenopodiifolia наблюдалось, что подземные клейстогамные цветы появлялись раньше цветовъ, находящихся на надземныхъ стебляхъ и распускающихъ свои лепестки.
Прежде утверждали, что существуютъ растешя, никогда не производящая другихъ цветовъ кроме клейстогамныхъ. Такъ про жабнаго ситника (Juncus bufo- nius) говорили, что онъ развиваеть исключительно клейстогамные цветы. Поздней- ппя изследовашя показали, однако, что это растете имеетъ двоякаго рода цветы, трехтычиночные верхушечные, которые клейстогамны, и шеститычиночные боковые, раскрывающееся какъ у другихъ ситниковъ на солнце въ полдень. Указывали также на одинъ шалфей (Salvia cleistogama), развиваюпцй будто-бы только клейстогамные цветы, но после повторнаго высеивашя его появились и кусты съ ясно раскрытыми цветами. Кто имелъ случай видеть недотрогу (Impatiens Nolitan- gere) только на пескахъ и на щебне по берегамъ горныхъ ручь въ въ тирольскихъ высокихъ долинахъ, могъ бы подумать и объ этомъ растеши, что оно встречается только съ клейстогамными цветами, такъ какъ въ указанныхъ местахъ никогда еще не быль найденъ раскрытый цветокъ. Но если получивппяся изъ клейстогамныхъ цветовъ семена этой недотроги высеять въ хорошую лесную землю въ полу- тенистомъ месте сада, то постоянно уже после перваго посева появляются несколько кустовъ съ крупными желтыми, раскрытыми цветами. На холмахъ у подножья Зольштейнской цепи въ широкой долине Инна во тьме лесовъ растеть ф!алка, по имени Viola sepincola. Она тамъ уже во время таяшя зимняго снега яе- сетъ многочисленные, скрытые подъ опавшею листвой, а отчасти и подъ землей, клейстогамные цветы. Никогда тамъ въ тенистой глубине леса не видели ея от- крытыхъ цветовъ. Кусты этой ф!алки, посаженные въ саду на временно освещае- момъ солнцемъ месте, развивали, однако, уже на третай годъ кроме клейстогамныхъ и распускаюпцеся, фюлетовые и душистые цветы на вертикальныхъ нож- кахъ.
Этотъ фактъ проливаетъ некоторый светь и на побудительную причину къ образованно разематриваемыхъ цветовъ. Въ густой, прохладной тени леса у Viola sepincola не залягались раскрытые надземные цветы, но они появлялись на откры- томъ, временно освещаемомъ солнцемъ месте. Едва ли будеть ошибочно приписать большое значеше солнечнымъ лучамъ, какъ побудителямъ къ заложешю цветоносныхъ побеговъ, и при томъ такихъ, цветы которыхъ снабжены также ярко окрашенными лепестками. Косвенно же данныя растешя получаютъ ту выгоду, что они могутъ ограничиться въ своей созидающей деятельности въ глубокой, прохладной тени, куда не являются ни пчелы, ни шмели, и где раскрытые цветы ф!алки остались бы не посещенными, заложешемъ и развитаемъ клейстогамныхъ цветовъ и въ некоторомъ родй избежать расходовъ на образоваше открытыхъ, разечитанныхъ на скрещиваше цветовъ. Если же зaтeняющiя деревья падутъ, сломанныя бурею или сваленныя топоромъ дровосека, и место, где растеть раз- сматриваемая фiaлкa, станетъ доступно солнцу, то, наверно, явятся и пчелы и шмели, ищупце меда, перелетаюпце съ цветка на цветокъ и производящее скрещиваше.
Подобнымъ же образомъ обстоять дело и у произрастающей на обработанной земле, въ огородахъ, виноградникахъ и среди посевовъ стеблеобъемлющей глухой крапивы (Lamium amplexicaule). Это растете производить двоякаго рода цветы.
одни съ пурпурнымъ вйнчикомъ въ 15 мм. длины, широко раскрывающимъ веду- щш къ меду зйвъ, и клейстогамные цвйты съ недоразвитымъ вйнчикомъ и маленькою, зеленою чашечкою, остающеюся закрытою. Какъ у многихъ другихъ одно- лйтнихъ сорныхъ травъ, и у этой глухой крапивы развиваюпцеся изъ сймянъ въ позднее время года кусты переживаютъ зиму, и потому ихъ во вей времена года можно найти на упомянутыхъ мйстообиташяхъ въ зеленомъ и свйжемъ состояши. Также и цвйты залагаются и развиваются ею во вей времена года, но замйчательно, что только въ то время, когда летаютъ поейщаюпця цвйты наейкомыя, видны красивые, пурпурные вйнчики, въ широкораскрытый зйвъ которыхъ медоискатели могутъ проникать хоботкомъ и головою; прохладною позднею осенью, когда нйтъ поейщающихъ цвйты наейкомыхъ, глухая крапива можетъ не тратиться на красные, дййствующ!е въ видй приманки на наейкомыхъ, вйнчики, и дййствительно, тогда появляются почти исключительно клейстогамные цвйты. Конечно, это не елй- дуеть понимать такъ, чго растейе отказалось отъ образовашя вйнчиковъ на осно- ваши собственнаго здраваго ума, и позволительно представить себй, что подъ вл!яшемъ короткихъ дней и низкой температуры позднею осенью побуждеше къ заложешю цвйточныхъ почекъ иное, чймъ подъ вл!яшемъ длинныхъ, теплыхъ дней лйтомъ. .
Среди приспособлений, вызывающихъ въ началй цвйтешя скрещиваше, въ предыдущей главй (ср. стр. 284 и 294) упоминалось также развипе гетеростильныхъ цвйтовъ. Тамъ (стр. 299) указывалось также, что у гетеростильныхъ расте- шй, вслйдств!е дихогамш, первые, а въ другихъ случаяхъ поелйдше цвйты дан- наго вида разечитаны на разнородное скрещиваше или гибридизаццо, и что такое скрещиваше часто бываетъ успйшнымъ. Въ виду наблюдешя надъ другими расте- втями съ обоеполыми цвйтами можно было предположить, что у гетеростильныхъ растешй приняты также мйры для своевременно наступающей автогамш, т. е. что въ случай не совершившагося поейщешя наейкомыми рыльца въ подходяпцй мо- ментъ опыляются пыльцею того же цвйтка. Это предположеше, дййствительно, оказалось вйрнымъ; вей произведенный въ этомъ отношенш изелйдовашя показали, что и въ гетеростильныхъ цвйтахъ происходить автогам!я, но всегда только у одной изъ формъ, вмйстй составляющихъ видъ. У части гетеростильныхъ видовъ, напр., у относящихся къ родамъ Gentiana, Menyanthes и Thesium, короткостолбиковые цвйты разечитаны на скрещиваше, у другихъ, какъ, напр., у гетеростильныхъ видовъ Mertensia и Pulmonaria, автогам!я происходить въ длинностолбиковыхъ цвйтахъ. У Primula longiflora и minima опыляются пыльцею того же цвйтка короткостолбиковые, у Primula Auricula и glutinosa длинностолбиковые цвйты.
Достойно внимашя также наблюдавшееся различ!е въ величинй двоякаго рода цвйтовъ у того же самаго гетеростильнаго вида. У Primula longiflora и minima длинностолбиковые, у Primula Auricula и glutinosa короткостолбиковые цвйты имйютъ болыпш и сильнйе бросающшся въ глаза отгибъ вйнчика. Можно принять за общее правило, что предназначенные исключительно для cкpeщивaнiя цвйты, въ которыхъ не происходить автогамш, крупнйе тйхъ, въ которыхъ необходимо наступаетъ автогамхя. Это явлеше приводилось въ связь съ поейщешемъ наейкомыхъ и объяснялось такимъ образомъ, что предназначенные исключительно для скрещивашя цвйты нуждаются въ бдлыпихъ средствахъ для привлечешя наейко-
мыхъ, друпе же цвУты, въ которыхъ рыльца опыляются и безъ учаспя насУко- мыхъ, могутъ довольствоваться менУе бросающимся въ глаза вУнчикомъ.
Средства, которыми у видовъ съ гетеристильными цветами достигается авто- гам!я, въ общихъ чертахъ тУ же, что и у не гетеростильныхъ растешй. Въ одномъ случай удлиняются тычинки или облУпленные пильцею покроволистики до тУхъ поръ, пока рыльце не будеть опылено пыльцею изъ того же цвУтка, въ другомъ случаУ для достижешя той же нУли происходить наклонеше и загибаше тычинокъ и столбиковъ, въ третьемъ случаУ рыльце при отпадеши вУнчика протаскивается черезъ вУнецъ или кольцо пыльниковъ, или же въ перенесены пыльцы на рыльце того же цвУтка участвуютъ покроволистики, раскрываясь и закрываясь, складываясь или расправляясь, или же, наконець, происходить загибаше и выпрямлеше цвУто- ножекъ, вслУдств!е чего рыльце подводится подъ пыльники, такъ что пыльца, выпадающая изъ сморщивающихся пыльниковъ, должна попасть на рыльце. Мы ограничимся въ слУдующихъ строкахъ краткимъ описашемъ приспособлешй, наблю- даемыхъ у неоднократно упомянутыхъ растешй: Primula Auricula, longiflora и minima.
ВУнчикъ короткостолбиковаго цвУтка Primula Auricula имУетъ сравнительно большой, плоско тарельчато распростертый отгибъ; пять тычинокъ приросли на границу между отгибомъ и трубкой, къ такъ называемому зУву, и пыльники обра- зуютъ здУсь вУнецъ, черезъ середину котораго насУкомыя должны проникать къ цвУтоложу. Столбикъ коротокъ, и сидящее на немъ шаровидное рыльце поднимается только до нижней трети трубки вУнчика. Въ то время, когда пыльники отдаютъ пыльцу, цвУты нУсколько поникаютъ или поставлены горизонтально. При такомъ положены, понятно, пыльца не попадаетъ на рыльце, и если не явятся гости изъ Mipa насУкомыхъ, производящее скрещиваше, то рыльце остается не- опыленнымъ до конца" цвУтешя. И при отпадеши вУнчика пыльца изъ того же цвУтка не попадаетъ на воспрымчивую ткань. Не то въ длинностолбиковыхъ цвУ- тахъ разсматриваемаго первоцвУта. ВУнчики ихъ имУютъ немного меньппй, чашевидный отгибъ, пять тычинокъ прикрУплены къ нижней трети трубки, и пыльники ихъ расположены на той же высотУ, на которой въ короткостолбиковыхъ цвУтахъ находится рыльце. Столбикъ длиненъ, и рыльце его виднУется въ центрУ зУва. Въ остальномъ нУтъ замУтнаго различ!я отъ короткостолбиковаго цвУтка. НасУкомыя могутъ опылять рыльце пыльцею, взятою ими съ пыльниковъ, находящихся въ зУвУ короткостолбиковыхъ цвУтовъ. Произошло ли скрещиваше или нУтъ, во всякомъ случаУ рыльце при отпадеши вУнчика просовывается черезъ вУнецъ пыльниковъ въ трубкУ вУнчика, задУваетъ при этомъ пыльцу, держащуюся въ боль- шемъ или меныпемъ количеству на гнУздахъ пыльниковъ, и постоянно опыляется ею.
Совершенно иначе происходить автогам!я у Primula longiflora. У этого первоцвУта длинностолбиковые цвУты имУютъ болУе короткую трубку и болУе широ- к!й отгибъ вУнчика, чУмъ короткостолбиковые. Пыльники расположены подъ са- мымъ устьемъ трубки въ такъ называемомъ зУвУ; столбикъ длиненъ, далеко вы- ступаеть изъ зУва, и рыльце его находится значительно выше или впереди вУнца тычинокъ. ЦвУты поставлены горизонтально или косо приподняты, и при такомъ положеши держащаяся на пыльникахъ пыльца не можетъ попасть на рыльца. Такъ какъ вУнчикъ у этого первоцвУта въ концУ цвУтешя не отпадаетъ, а вянетъ
и блекнеть, оставаясь въ соединеши съ цветоложемъ, то въ длинностолбиковыхъ цветахъ этого растетя автогамш не происходить. Зато насекомыя, при проника- ши вглубь цветка неизбежно задеваюпця поставленное передъ входомъ рыльце, производятъ скрещиваше. Короткостолбиковые цветы снабжены, какъ упомянуто, сравнительно более длинною трубкою и болбе узкимъ отгибомъ венчика; пыльники расположены здесь, въ отлич1е отъ многихъ другихъ первоцвбтовъ, въ зйвй на томъ же месте, какъ и у длинностолбиковыхъ цветовъ, но столбикъ не выдается изъ зева, и сидящее на немъ рыльце находится очень близко надъ кончиками пыльниковъ. При такомъ положены скрещивайте столь же хорошо можетъ производиться насекомыми, какъ и въ длинностолбиковыхъ цветахъ; но сверхъ того здбсь подъ конецъ цветешя совершается и автогам!я, а именно, трубка венчика, удлинившаяся после раскрытая цветка на несколько миллиметровъ, выдвигаетъ при- pocmifi къ ея зеву венецъ пыльниковъ, вследств!е чего рыльце попадаетъ въ середину его и густо покрывается пыльцею.
У Primula minima, изображенной на стр. 285, фиг. 1 и 2, гетеростильные цветы вертикальны и сохраняютъ такое положеше до увядашя венчика. Отгибъ венчика длинностолбиковыхъ цветовъ (см. рис., стр. 285, фиг. 1) шире, чемъ у короткостолбиковыхъ (см. рис., стр. 285, фиг. 2). Пыльники прикреплены въ длинностолбиковыхъ цветахъ къ нижней части трубки, столбикъ выдается надъ вен- цомъ пыльниковъ и рыльце находится приблизительно въ верхней трети трубки. Насекомыя, проникаюпця въ глубь цветка, касаются сперва рыльца и могутъ опылить его пыльцею другихъ цветовъ. Автогам1я здесь едва ли когда нибудь происходить. Венчикъ вянетъ и блекнеть на растеши, не отпадая; лишь въ редкихъ случаяхъ онъ отделяется отъ цветоложа и уносится сильнымъ ветромъ При этомъ рыльце могло бы задеть за кольцо пыльниковъ и опылиться. Темъ вернее происходить опылеше рылецъ собственною пыльцею въ короткостолбиковыхъ цветахъ. Въ нихъ пыльники прикреплены въ верхней трети трубки венчика, и рыльце, заканчивающее собою столбикъ, находится подъ венцомъ пыльниковъ. Когда затемъ въ конце цветешя трубка вследств!е увядашя несколько съеживается, то изъ одновременно сморщивающихся пыльниковъ пыльца, падая внизъ, неизбежно попадаетъ на рыльце,
Тогда какъ, следовательно, у Primula Auricula автогам!я происходить въ длинностолбиковыхъ цветахъ вcлeдcтвie просовывашя рыльца черезъ венецъ пыльниковъ отпадающаго венчика, а у Primula longiflora въ короткостолбиковыхъ цветахъ посредствомъ удлинешя трубки венчика и поднятая пыльниковъ на высоту рыльца, она у Primula minima совершается въ короткостолбиковыхъ цветахъ вследств!е падешя пыльцы изъ сморщивающихся пыльниковъ. То обстоятельство, что уже среди первоцветовъ встречаются три различный приспособлешя для автогамш, позволяетъ сделать приблизительный выводъ о большомъ разнообразит, имеющемся въ этомъ отношены у гетеростильныхъ растешй. Отъ подробнаго же разсмотрешя этого разнообраз!я можно отказаться темъ более, что пришлось бы повторить уже описанное раньше.
Остается еще только заметить, что число видовъ растешй съ гетеростиль- ными цветами гораздо больше, чемъ думали прежде. Въ настоящее время известны таше виды изъ семействъ: Asperifoliaceae, Caprifoliaceae, Caryophyllaceae, Colchicaceae, Crassulaceae, Ericaceae, Gentianaceae, Globulariaceae, Iridaceae, Lina- Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растешй, т. П.24
ceae, Lythraceae, Onagraceae, Oxalidaceae, Papaveraceae, Plantaginaceae, Plumba- ginaceae, Polygonaceae, Prhnulaceae, Rubiaceae, Santalaceae, Solanaceae и Valeria- naceae, и, вероятно, этотъ списокъ при бол^е подробномъ изогЬдоваши, въ особенности тропическихъ растешй, еще значительно увеличится. Въ большинства слу- чаевъ виды одного рода производятъ цвбты только двоякой формы. Но имеются также роды, какъ, напр., Linum и Oxalis, въ которыхъ часть видовъ развиваеть длинно-, средне- и короткостолбиковые цв^ты, другая часть длинно- и короткостолбиковые, а третья исключительно цв^ты со столбиками равной длины. У Hi- которыхъ видовъ установлено гетеростилш соединено съ н4которою трудностью, потому что тычинки какъ въ длинностолбиковыхъ, такъ и въ короткостолбиковыхъ цв4тахъ удлиняются во время цв^ешя, вслЪдств!е чего взаимный отношешя длины необычайно запутываются. Къ тому же можно ошибочно счесть за гетеро- стильные виды растешя, несупця на части кустовъ ложно-обоеполые цв&гы съ хотя и ясно saMiTHHMH, но все же не способными къ оплодотворешю пестиками.
Результаты разсмотр£нныхъ въ этой rxasi изсл4довашй по автогамш можно въ заключены выразить въ сл^ующихъ словахъ. У растешй, обоеполые n^i™ которыхъ не клейстогамны и не гетеростильны, одинъ и тотъ же цв1- токъ въ разное время служить для скрещивания и для автогам!и; у растешй съ клей ст о га иным и цв^ами произошло раздаете труда съ обра- зовашемъ двоякаго рода обоеполыхъ qBiTOBb, при чемъ раскрываю- щ!еся разсчитаны на скрещиван!е, тогда какъ въ остающихся закрытыми можетъ происходить только автогам!я; наконецъ, им1ются еще гете- ростильныя растен!я, у которыхъ къ каждому виду относятся двояк!е или трояк!е кусты съ различными цв^ами, при чемъ одни предназначены для скрещивай!я, а въ другихъ имйется въ виду въ особенности дости- жеше автогам!и. Но у всЪхъ наблюдавшихся до сихъ поръ видовъ растешй въ известный пер!одъ цв*Ьтешя скрещиваше не только возможно, но даже, очевидно, им4ется къ нему стремлеше. -
Оплодотвореше и плодоношен!е явнобрачныхъ.
Опылеше рыльцевой ткани пыльцою является у явнобрачныхъ началомъ процесса, называемаго оплодотворетемъ. Но только началомъ и не более. Правильный взглядъ на плодоношеше становится невозможнымъ, если считать, какъ это часто додается, опылеше тождественнымъ съ оплодотворетемъ. Оплодотвореше можетъ совершиться у явнобрачныхъ только, если ему предшествовало опылеше ры- лець, но не редко происходить опылеше, за которымъ не следуетъ оплодотвореше. Известны случаи, когда изъ цветовъ, рыльца которыхъ своевременно были перекрестно опылены насекомыми пыльцею другихъ цветовъ, не получались плоды, и точно также наблюдалось, что цветы, на рыльца которыхъ была отложена пыльца изъ пыльниковъ того же цветка, не производили плодовъ. Другими словами, какъ скрещиваше, такъ и автогам!я могутъ быть безуспешны.
Во избежаше недоразумешй упомянемъ, что старыя указашя о разсматри- ваемой безуспешности следуетъ принимать съ большою осторожностью. Раньше, когда считалось само собою понятнымъ, что образовавппяся въ настоящемъ обое-
поломъ цветкб двояк1я половыя клетки неизбежно соединяются внутри такого цветка, несколько легкомысленно судили о результатам опылешя. Если въ настоящим обоеполым цветахъ плодоношешя не происходило, то принимали, что опылеше не имело успеха, не изследуя тщательнее, было ли вообще опылеше. Случалось, что безплодными признавались растешя, наблюдавппяся въ саду лишь въ одномъ или немногихъ экземплярахъ. Наблюдете было верно, но лишь по от- ношешю къ немногимъ наследованным кустамъ, обоеполые цветы которыхъ были совершенно протерогиничны. Въ то время, когда рыльце должно бы было опыляться, не имелось пыльцы, такъ какъ кусты того же вида съ более ранними цветами въ саду не разводились. Тогда, понятно, не могло произойти оплодотворешя.
Иногда растительные виды считались безплодными, потому что на месте наблюдешя отсутствовали насекомыя, обыкновенно производящая перенесете пыльцы. Paederota Ageria, растете, не редкое въ трещинам скаль южныхъ Альпъ, было посажено въ большомъ количестве въ ботаническомъ саду въ Иннсбруке, раскрывало тамъ ежегодно множество цветовъ, но темь не менее оставалось безплоднымъ. Цветы этого растешя разсчитаны на скрещиваше при посредстве насекомыхъ. Пыльники прикрыты венчикомъ, столбим выступаетъ въ виде насеста для насекомыхъ далеко за входъ въ цветом, и рыльце съ начала до конца цветешя сохраняетъ такое положеше, что не можетъ быть само собою опылено пыльцею изъ пыльниковъ того же цветка. А такъ какъ въ упомянутомъ саду отсутствовали те насекомыя, который посещаютъ цветы Paederota Ageria въ южныхъ Альпахъ, и такъ кам у этого растешя не происходить и автогамш, то рыльца оставались неопыленными, и плоды никогда не развивались. На естественным местообиташяхъ въ южномъ Тироле и въ Крайне цветы этого растешя посещаются насекомыми, и тамъ изъ нихъ въ изобилии получаются плоды. Нечто подобное наблюдается и у несколькихъ введенныхъ изъ дальним странъ и отчасти одичавшим у насъ растений. Обоеполые цветы свойственнаго восточной Азш аира (Acorns Calamus) густо скучены на толстомъ стержне и образуют то, что въ ботанической терминологи называется початкомъ, Цветы совершенно протерогиничны. Когда пыльники вскрываются, рыльце того же цветка уже побурело и засохло. Автогам1я поэтому здесь невозможна. Развипе цветовъ идетъ отъ основашя къ вершине початка, и во время вскрывашя пыльниковъ въ ниж- нихъ цветахъ рыльца въ верхнихъ еще восприимчивы. Если бы пыльца переносилась съ нижним цветовъ на верхше, то могла бы совершиться гейтоногам!я, правда, только при помощи насекомыхъ, такъ кам пыльца здесь пристающая. Въ Европе, где это растете первоначально не обитало, этого никогда не бываетъ, а именно, потому что нетъ насекомыхъ, обыкновенно посещающихъ початки цветовъ. Поэтому аиръ у насъ остается безплоднымъ. На его родине, въ Китае и Индии, цветы скрещиваются насекомыми, и тамъ на початке образуются красно- ватыя ягоды. Краснобурая лилия (Hemerocallis fulva) имеетъ эфемерные цветы, раскрывающееся летомъ между 6 и 7 часами утра и закрывающееся между 8—9 часами вечера. Болыше, направленные въ бокъ цветы очень короткое время протерогиничны. Воспр1имчивое рыльце уже за полчаса до раскрытая цветка выдается за еще сомкнутыя доли околоцветника. Одновременно съ расхождешемъ долей околоцветника вскрываются пыльники и обильно предлагаютъ пристающую пыльцу. Столбим длиннее тычинокъ, рыльце поэтому, какъ и во многихъ дру- 24*
гихъ случаяхъ расположено впереди пыльниковъ и само собою не опыляется Собираюпця медъ насекомыя, желаюпця проникнуть въ цветокъ, должны были бы сперва коснуться рыльца и затЬмъ только пыльниковъ и вызвать скрещиваше. Медъ скрытъ въ глубине цветка въ трубке околоцветника, имеющей 2 см. длины. Доступъ къ этому меду настолько съуженъ, что можетъ быть введенъ лишь тон- кш хоботокъ. Жуки, мухи, пчелы и другая насекомыя съ короткимъ хоботкомъ, вступаюпця черезъ широки входъ, не прикоснувшись къ рыльцамъ и пыльникамъ, напрасно будутъ пытаться добыть этотъ медъ. Весь цветокъ производить впе- чатлеше разсчитаннаго на крупныхъ дневныхъ или сумеречныхъ бабочекъ, снаб- женныхъ длиннымъ, тонкимъ хоботкомъ. Замечательно, что въ нашихъ краяхъ цветы Hemerocallis fulva, однако, никогда не посещаются бабочками. Такъ какъ въ этихъ цветахъ не наблюдается никакихъ приспособлений, которыя могли бы привести къ автогамш, то въ нашихъ краяхъ рыльца остаются неопыленными, и плодоношешя также не бываетъ. Въ европейскихъ садахъ, гдб растете очень распространено и ежегодно обильно цвбтетъ, а также тамъ, гдб оно въ южной Европе одичало около садовъ, никто еще никогда ни видблъ ни одного плода съ всхожими семенами. Поэтому более чбмъ вброятно, что Hemerocallis fulva на своей первоначальной родине, т. е. въ восточной Азш, посещается дневными или сумеречными бабочками, отсутствующими въ Европе.
Что и цвбты американскихъ юккъ (Yucca), на рыльца которыхъ пыльца приносится маленькими, отсутствующими въ Европе молями, у насъ не завязывають плодовъ, было уже упомянуто при друтомъ случае (ср. стр. 147).
Для нбкоторыхъ культурныхъ растенш съ цветами, предназначенными для скрещивашя посредствомъ насбкомыхъ, можетъ также быть весьма опаснымъ, что они въ саду цвбтутъ гораздо раньше или позже, чемъ на естественныхъ мбсто- обиташяхъ. Въ природе ихъ время цвбтешя совпадаетъ съ временемъ лета из- вбстныхъ насекомыхъ; въ саду же эти насбкомыя летаютъ, если вообще они тамъ появляются, въ такое время, когда данныя растешя уже отцвели или еще не расцвели. Эти замбчашя имели целью только указать, что безплодность въ нбкоторыхъ случаяхъ только кажущаяся, такъ какъ плодъ не завязывается только вследCTBie отсутств!я оплодотворяющихъ пыльце- выхъ клбтокъ.
Въ другихъ случаяхъ рыльце хотя и опыляется, но пыльца недоразвита и не способна выпускать пыльцевыя трубки. Недоразвитае пыльцы наблюдается чаще всего у культивируемыхъ въ садахъ на тучной, хорошо унавоженной почве, у искусственно полученныхъ номбсей и у такихъ растен!й, тычинки которыхъ отчасти превращены въ покроволистики. Правда, эти данныя нельзя обобщать такимъ образомъ, будто веб растешя, въ цвбтахъ которыхъ произошло упомянутое превращете, производить негодную пыльцу, потому что превращенные отчасти въ лепестки тычинки махровыхъ розъ не рбдко содержать въ своихъ пыль- никахъ годную пыльцу, уепбшно применяемую садовниками при искусственномъ опылеши. Но для большинства такихъ растенш недоразвитае пыльцы все же можетъ считаться правиломъ, и едва ли надо еще разъяснять, что опылеше рылецъ такою ныльцею не вызываетъ ни оплодотворешя, ни плодоношешя.
Въ природе, особенно въ мбстахъ, где мнопе виды растенш цвбтутъ одно- временнно, какъ, напр., по лбенымъ опушкамъ, на лугахъ и въ борахъ, неизбежно*
что на одно рыльце попадаеть пыльца различнейшихъ видовъ. Насекомыя, правда, предпочтительно посещаютъ въ течете некотораго времени только одинъ и тотъ же видъ растеши, въ особенности, если этотъ видъ въ большомъ числе кустовъ находится въ цвету на ограниченномъ участке; но, следя за этими животными при ихъ посещеши цветовъ, легко убедиться, что и смена посещаемыхъ цветовъ наблюдается не редко. Пчела, только что сосавшая медъ изъ любника (Eranthis) и при этомъ нагрузившаяся пыльцою, отсюда перелетаетъ на цветы лавровой вербы (Salix daphnoides), и если она случайно пролетаеть около цветущаго куста вол» чьяго лыка (Daphne Mezereum), то она наверно не упустить случая остановиться и туть, чтобы добыть себе меду; въ следующее мгновеше она летить къ цветамъ весенняго крокуса (Crocus vernus) на соседнемъ лугу, чтобы затЬмъ посетить еще и цветы душистой ф!алки (Viola odorata). Поэтому нечего удивляться, если на рыльцахъ ф!алки иногда находятся пыльцевыя клетки и любника, лавровой вербы, волчьяго лыка и крокуса, или что къ рыльцамъ весенняго крокуса пристала пыльца волчьяго лыка и т. п. То же наблюдается и относительно пылящей пыльцы. На цветахъ вороньяго глаза (Paris quadrifolia) однажды были найдены пыльцевыя клетки ели (Abies excelsa) и пролески (Mercurialis perennis), принесенный ветромъ, а другой разъ рыльце гусинаго лука (Gagea lutea) оказалось столь густо покрытымъ пыльцею зеленой ольхи (Alnus viridis), что для другой пыльцы не нашлось бы больше и места.
Что пыльца лавровой вербы не пригодна для оплодотворешя весенняго крокуса, пыльца пролески— для оплодотворешя вороньяго глаза, а пыльца зеленой ольхи — для оплодотворешя гусинаго лука, это можно было ожидать напередъ. У этихъ растешй можно было заметить только тЬ изменешя, катя наблюдаются вся- юй разъ, когда пыльца попадаеть на влажную поверхность; но зачатки пыльце- выхъ трубокъ, появлявшиеся въ некоторыхъ случаяхъ, не шли дальше рыльцевой ткани, и оплодотворешя семяпочекъ не получалось. Другой вопросъ, правда, не оказываетъ ли такая совершенно чуждая пыльца все таки какого либо дЬйств!я, не можеть ли она, напр., несколько изменять рыльцевую ткань, такъ что другая позже попавшая на эту ткань пыльца, которая менее чужда растешю и пускаетъ пыльцевыя трубки къ семяпочкамъ, испытываетъ это вл!яше. Но этотъ вопросъ можетъ быть разсмотренъ лишь позже. Здесь надо усвоить только тотъ фактъ, что не каждая попадающая на рыльце пыльца пригодна, и что рыльце обла- даетъ способностью выбирать.
Трудно сказать, катя обстоятельства играють роль .при этомъ выборе пыльцы. Наблюдешя происходящихъ на рыльце явлешй заставляютъ сделать выводъ, что вещества, образующаяся въ рыльцевой ткани, весьма существенно вл!яютъ на живую протоплазму пыльцевой клетки. Въ одномъ случае эти вещества воспринимаются пыльцевою клеткою, и въ теле и въ клеточной оболочке протопласта вслйдств!е этого замечаются изменешя въ виде роста по определенному направле- шю; въ другомъ случае эти вещества не воспринимаются, или если и попадають дюсмотическимъ путемъ внутрь пыльцевой клетки, то все же не вызываютъ роста съ определенною целью. Напротивъ, получается впечатлеше, что живая протоплазма страдаеть подъ вл!яшемъ этихъ воспринятыхъ веществъ и погибаетъ. Поэтому вероятно, что кажущаяся способность рыльца выбирать, зависитъ отъ сродства между содержимымъ пыльцевыхъ клетокъ и клетокъ рыльца.
Прежде всего можно бы думать о химическихъ вл!яшяхъ, проявляющихся при этомъ, но не исключена также возможность, что изъ рыльцевой ткани вмйстй съ водою въ пыльцевую клйтку переходить вещества, даюпця лишь толчекъ къ молекулярнымъ перестановкамъ, безъ существенныхъ измйнешй въ химическомъ составй. Можеть быть, имйетъ значеше и то обстоятельство, что объемъ пыльцевыхъ клйтокъ и вы- ступающихъ изъ нихъ пыльцевыхъ трубокъ не соразмйренъ съ длиной пути по рыльцевой ткани.
Не было недостатка въ опытахъ, поставленныхъ спещально для разрйшешя вопроса объ упомянутомъ здйсь сродствй; но эти опыты не дають, собственно, ни- какихъ свйдйнш о сущности и послйднихъ причинахъ относящихся сюда явлетй. Они дали только указашя объ успешности или безуспешности, по отношешю къ образованно сймянъ, искусственно произведенныхъ опылешй. Они показали, что опылеше въ одномъ случай не вызывало образовали сймянъ, въ другомъ случай сопровождалось раввитаемъ очень немногихъ, а въ третьемъ очень обильныхъ сймянъ. При такихъ опытахъ имйется, конечно, много источниковъ ошибокъ, и потому нечего удивляться, если результаты не всегда столь согласны, какъ это было бы желательно. Такъ, напр., опыты, произведенные съ различными гвоздиками, показали, что опылеше рыльца извйстной формы цвйтка пыльцою другой извйстной формы одинъ разъ не произвело совершенно никакого дййств!я, тогда какъ при повторены того-же опыта въ другомъ году оказалось, что часть сймя- почекъ была оплодотворена и дала всхожш сймена. Вей наблюдатели, взявпйе на себя не легкы трудъ подобныхъ изелйдованы, согласны въ томъ, что резуль- татамъ ихъ нельзя безусловно довйрять. Но, съ другой стороты, недовйр!е къ этимъ опытамъ не должно заходить сдишкомъ далеко, и было бы несправедливо непридавать имъ никакого значенья. Не елйдуетъ только обобщать результатовъ, добытыхъ посредствомъ опытовъ съ немногими видами растешй. Обпце результаты, конечно, очень поучительны и не могуть быть оставлены бозъ вниматя, въ особенности при изелйдовашяхъ надъ связью процессовъ оплодотворешя съ возникновевйемъ новыхъ видовъ.
То, чему научили насъ эти опыты, можно выразить елйдующимъ образомъ. Когда пыльца одного вида попадаетъ на рыльце другого вида, то она только въ томъ случай выпускаеть пыльцевыя трубки по направленно къ еймяпочкамъ, если оба вида принадлежать къ тому же роду или, по крайней мйрй, къ тому же естественному семейству растены. Семейства и родъ суть, правда, понятая, придуман- ныя ботаниками, и ограничеше ихъ зависитъ до извйстной степени отъ произвола или отъ личнаго взгляда наблюдателя; въ общемъ, однако, существуетъ въ этомъ отношены, въ особенности что касается ограничешя растительныхъ семействъ, лишь небольшое различ!е въ мнйшяхъ. Не вызовутъ ли дальнййппя открытая из- мйнены установленныхъ границъ, это, правда, еще вопросъ открытый, и если мы высказываемъ положеше: что скрещиван!я между двумя видами изъ двухъ различныхъ семействъ растен!й остаются безъ результата, то это относится только къ ограниченно семействъ, котораго держатся ботаники въ настоящее время. Положенье, что скрещиван!я двухъ видовъ изъ различныхъ родовъ лишь въ рйдкихъ случаяхъ успйшны, также предпо- лагаетъ современное разграничеше родовъ.
Скрещиван1е двухъ видовъ того же рода, напротивъ, въ боль-
шинстве случаевъ имеетъ сл4дств1емъ оплодотвореше и образован ie помесей. При этомъ весьма замечательно, что внешнимъ сходствомъ скрещивающихся видовъ отнюдь не определяется успешность или неуспешность. Къ самымъ обыкновеннымъ изъ образующихся въ природе помесей первоцветовъ относится помесь между Primula glutinosa и Primula minima, по форме листьевъ и цветовъ совсемъ не похожими другъ на друга; напротивъ, помеси между весенними первоцветами Primula elatior и officinalis, похожими другъ на друга, одновременно цветущими и посещаемыми теми же пчелами, наблюдались лишь очень редко, а также и искусственное скрещиваше этихъ двухъ видовъ, какъ показали опыты, лишь редко бываетъ успешно.
Когда половозрелая пыльца изъ тычиночнаго цветка одного вида попадаетъ на воспр!имчивое рыльце плодущаго цветка того же вида, то успехъ можетъ считаться обезпеченнымъ. Это касается какъ двудомныхъ, такъ и однодомныхъ видовъ, а равно и техъ растенгй съ ложнообоеполыми цветами, который по отношенью къ образованью зрелой пыльцы и сбмя- почекъ, собственно говоря, также однодомны или двудомны.
Относительно растен!й съ не гетеростильными настоящими обоеполыми цветами доказано, что зрелая пыльца, своевременно перенесенная изъ пыльниковъ одного цветка на рыльце другого цветка, всегда производитъ оплодотвореше. Лишь въ техъ случаяхъ, когда не гетеростильный цветокъ заключаетъ тычинки неравной длины, опылеше рыльца не одинаково успешно, смотря потому, берется ли пыльца изъ более длинныхъ или изъ более короткихъ тычинокъ.
Растешя съ гетеростильными обоеполыми цветами представляютъ своеобразный отношешя. Пыльца изъ пыльниковъ короткостолбиковаго цветка, будучи перенесена на рыльце длинностолбиковаго, или изъ пыльниковъ длинностолбиковаго цветка на рыльце короткостолбиковаго всегда даетъ прекрасные результаты; друпя соединешя, какъ, въ особенности, пыльцы изъ пыльниковъ длинностолбиковаго цветка съ рыльцами другого длинностолбиковаго или пыльцы изъ пыльниковъ короткостолбиковаго цветка съ рыльцами другого короткостолбиковаго, мало или иногда даже совсемъ не успешны. Известны виды растенгй съ отчасти ложнообоеполыми, отчасти настоящими обоеполыми цветами, изъ коихъ последше гете- ростильны. Такъ, напр., у Silene Saxifraga встречаются кусты, нecyщie только ложнообоеполые плодупце цветы, кусты только съ ложнообоеполыми тычиночными цветами, кусты только съ длинностолбиковыми настоящими обоеполыми цветами и кусты только съ короткостолбиковыми настоящими обоеполыми цветами. Произведенный съ этими различными формами цветовъ скрещиватя показали, что опылеше рылецъ въ ложнообоеполыхъ плодущихъ цветахъ пыльцею короткостолбико- выхъ обоеполыхъ цветовъ было вполне успбшно. Почти столь же успешнымъ оказалось опылеше рылецъ въ ложнообоеполыхъ плодущихъ цветахъ пыльцею ложнообоеполыхъ тычиночныхъ цветовъ. Менее благощлятенъ быль результатъ опы- лешя рылецъ ложнообоеполыхъ плодущихъ цветовъ пыльцею изъ короткостолбиковыхъ тычиночныхъ цветовъ. Скрещиваше рылецъ въ длинностолбиковыхъ обоеполыхъ цветахъ пыльцею изъ короткостолбиковыхъ обоеполыхъ цветовъ и скрещиваше рылецъ въ короткостолбиковыхъ обоеполыхъ цветахъ пыльцею изъ длинностолбиковыхъ обоеполыхъ цветовъ снова имело хорошш успехъ; наоборотъ,
перенесете пыльцы изъ длинностолбиковаго обоеполаго цвбтка на рыльце длинно- столбиковаго обоеполаго цвбтка, а также пыльцы изъ короткостолбиковаго обоеполаго цвбтка на рыльце короткостолбиковаго обоеполаго цвбтка сопровождалось ясно выражеинымъ неуспбхомъ. Относительно цвбтовъ плакунъ-травы (Lythrum Salicaria), имбющихъ то длинный, то короткш, то средтй столбикъ (ср. стр. 285), и въ которыхъ возможно 18 различныхъ соединетй, опыты показали, что веб со- единетя пыльцы съ рыльцами, касаюпцяся половыхъ органовъ съ одинаковымъ положетемъ, производить оплодотвореше, тогда какъ друпя соединетя или остаются совершенно безъ результата или все же мало уепбшны.
Надь растетями съ гетеростильными цвбтами было едблано также наблюдете, что пыльцевыя клбтки, происходящая изъ тычинокъ различной длины или прикрбпленныхъ къ вбнчику на различной высотб, различаются по величинб, а иногда и по цвбту. Такъ, напр., у плакунъ-травы сух!я пыльцевыя клбтки длинныхъ тычинокъ зеленоваты, длиною въ 30—38 микромм. и шириною въ 20—26 микромм., пыльца среднихъ тычинокъ желтовата, 23—26 микромм. дл. и 13—16 микромм. шир., а пыльца короткихъ тычинокъ тоже желтовата, но длиною въ 20— 25 микромм. и шириною въ 11—13 микромм. У весенняго первоцвбта (Primula officinalis) пыльцевыя клбтки изъ пыльниковъ, прикрбпленныхъ высоко у устья трубки вбнчика, предназначенный для рылецъ длинныхъ столбиковъ, имбютъ по- перечникъ въ 30 микромм., а пыльцевыя клбтки изъ пыльниковъ, прикрбпленныхъ глубоко внизу къ трубкб вбнчика, предназначенный для рылецъ короткихъ столбиковъ, имбютъ поперечникъ въ 20 микромм. Данное этому явленно объяс- нете, именно, что пыльцевыя трубки, которымъ приходится пройти по длинному столбику, нуждаются въ ббльшемъ обилш веществъ, чбмъ тб, который должны пройти лишь короткш путь до ебмяпочекъ, имбетъ многое за себя. Въ общемъ относительно видовъ съ гетеростильными обоеполыми цвбтами слб- дуетъ держаться того положетя, что cкpeщивaнie тогда имбетъ наиболь- пий уепбхъ, когда для этого взята пыльца изъ пыльника, находя- щагося на одинаковой высотб съ рыльцемъ, подлежащимъ опы- лен!ю.
Что касается успбшности автогам!и въ не гетеростильныхъ обоепол ыхъ цвбтахъ, то поразительно, что во вебхъ тбхъ случаяхъ, когда тычинки не равной длины, пыльца даетъ различные результаты, въ зависимости отъ того, взята ли она изъ болбе длинныхъ или изъ болбе короткихъ тычинокъ. Если пыльцу, которая сама собою не могла бы попасть на рыльце того же цвбтка, перенести искусственно на него, то обыкновенно получается мало уепбха, тогда какъ, если въ томъ же самомъ обоеполомъ цвбткб взять для опылетя пыльцу, которая впослбдствш сама собою могла бы попасть на рыльце, то всегда происходить опло- дотвореше. Искусственно производимая автогам!я въ обоеполыхъ цвбтахъ, которые не гетеростильны и тычинки которыхъ равной длины, въ большинствб случаевъ даетъ хороппе результаты и, повидимому, безразлично, берется ли для опылетя рылецъ того же цвбтка пыльца изъ пыльниковъ, вскрывающихся первыми, или изъ пыльниковъ, вскрывающихся послбдними. Число видовъ, у которыхъ искусственно производимая автогам!я не даетъ резуль- татовъ, очень невелико. Crambe tataria, Draba repens, Lilium bulbiferum, Lysimachia Nummularia, нбкоторыя орхидеи и мотыльковыя могутъ служить тому примбрами,
но даже относительно этихъ растешй еще вопросъ, не произойдете ли при по- вторныхъ опытахъ все таки оплодотворетя, не упускался ли при прежнихъ опытахъ изъ виду какой либо источникъ ошибокъ, и не дало ли повода къ ошибкй одно изъ обстоятельствъ, упомянутыхъ въ началй этой главы.
Здйсь всего удобнйе упомянуть также о наблюденномъ въ обоеполыхъ цвй- тахъ явленш, принимаемомъ обыкновенно за предпочтете чужой пыльцы передъ собственной. Объяснимъ сначала, что понимается въ этомъ случай подъ именемъ чужой и собственной пыльцы. Перенесенную на рыльце цвйтка пыльцу, образовавшуюся въ пыльникахъ другого цвйтка, все равно, принадлежите ли она цвйтку того же или другого вида, назвали, во избйжате многослов!я при описашяхъ, попросту чужой пыльцею, тогда какъ перенесенную на рыльце пыльцу, образовавшуюся въ пыльникахъ того же цвйтка, называютъ собственною. Въ чемъ же выражается такъ называемое предпочтете чужой пыльцы передъ собственной? Если раскрыть цвйтокъ хохлатки (Corydalis) рано утромъ въ тотъ день, когда онъ становится доступнымъ для насйкомыхъ, то можно замйтить, что пыльники уже вскрылись и собственная пыльца окружаетъ лопатчатое рыльце. Рыльце между обоими ложковидными лепестками какъ бы погружено въ пыльцу. Но въ это время оно еще не зрйло, чймъ и объясняется, что на этой стащи пыльца и рыльце не оказываютъ взаимодействья другъ на друга. Если теперь насйкомыя посйтятъ цвй- токъ, то къ нимъ пристаетъ часть пыльцы, окружающей рыльце. Въ случай же насйкомыя прилетятъ уже нагруженный пыльцею съ другихъ цвйтовъ хохлатки, то чужая пыльца, находящаяся на тйлй насйкомыхъ снизу, присоединяется къ собственной пыльцй. Конечно, при этомъ часть чужой пыльцы попадаетъ и на рыльце и, когда насйкомыя улетятъ и рыльце снова займетъ свое прежнее поло- жете между обоими ложковидными лепестками, оно соприкасается съ двоякой пыльцею, собственной, не вполнй отданной посйтившимъ насйкомымъ, и съ принесенной насйкомыми чужой пыльцею. Если посйщетя насйкомыхъ повторяются, то обстоятельства почти не измйняются, такъ какъ все еще остается немного собственной пыльцы. Наконецъ рыльце достигло половой зрйлости; рыльцевая ткань вступаетъ въ взаимодййств!е съ прилегающею пыльцею, и теперь рыльце можетъ сдйлать въ указанномъ въ началй этой главы смыслй выборъ между собственной и чужою пыльцею. Слйдить за этимъ выборомъ глазами, конечно, не возможно; но въ виду результатовъ различныхъ искусственно произведенныхъ опылетй, можно принять, что въ такихъ случаяхъ чужой пыльцй оказывается предпочтете. Такъ для полой хохлатки (Corydalis cava) замйчено, что когда на рыльце переносится исключительно собственная пыльца, оплодотворетя не получается, напротивъ, когда рыльце опыляется только чужою пыльцею, оплодотворете совершается, при- томъ всего вйрнйе, когда чужая пыльца взята съ цвйтовъ другого куста. Въ этомъ случай чужая пыльца, невидимому, дййствительно предпочитается и собственная пыльца не вызываетъ оплодотворетя. Принимая же во внимате друпе виды хо- хлатокъ, напр., Corydalis capnoides, fabacea и ochroleuca, легко убйдиться, что у нихъ и собственная пыльца несомнйнно производить оплодотворете. Если насйкомыя не допускаются къ цвйтамъ этихъ хохлатокъ, чймъ устраняется возможность переноса на рыльце чужой пыльцы, то рыльца съ начала до конца цвйтетя остаются погруженными въ собственную пыльцу. Въ началй цвйтетя рыльце еще не воспршмчиво къ опыленпо, потому объ оплодотворети здйсь не можетъ быть и
речи; но позже оно становится воспршмчивымъ, ткань его вступаетъ въ взаимо- д4йств!е съ прилегающею къ нему собственной пыльцею, при чемъ плоды та- кихъ кустовъ вызреваютъ и заключающаяся въ этихъ плодахъ семена становятся всхожими.
Поэтому было бы неправильно обобщать сделанныя надъ Corydalis cava наблюденья и на основаши ихъ строить гипотезы, утверждая, будто автогам!я часто избегается и не даетъ результатовъ. Въ действительности автогамья у большинства хохлатокъ не избегается и не безуспешна, она совершается у защищенныхъ отъ посещешй насекомыми кустовъ, замечательнымъ образомъ, въ закрытыхъ цветахъ и напоминаеть въ этомъ отношеши клейстогамно (ср. стр. 363). Что въ техъ случаяхъ, когда рыльца Corydalis capnoides, fabacea, ochroleuca и т. д. соприкасаются какъ съ собственною, такъ и съ чужою пыльцею, последней отдается предпочтете, «этого нельзя ни утверждать, ни отрицать, но это весьма вероятно въ виду имеющихся приспособлены, способствующими скрещивашю.
То же, что у хохлатокъ, наблюдается въ этомъ отношеши и у многочислен- ныхъ видовъ дымянки (Fumaria) и у большаго числа мотыльковыхъ, особенно техъ, въ цветахъ которыхъ развить описанный на стр. 248 нагнетательный снарядъ. Горохъ и чечевица (Pisum, Ervum^ различные виды лядвенца и донника (Lotus, Melilotus), равно какъ безчисленные виды клевера (Trifolium) и еще мнопя друпя растешя приносить плоды изъ всехъ своихъ завязей даже, когда отъ ихъ цветовъ устранены насекомыя, и только единичные виды изъ этихъ родовъ мало урожайны въ отсутствш насекомыхъ. Поэтому и для нихъ верно положеше: когда рыльцу предоставлена возможность выбора между собственною и чужою пыльцею, оно, повиди- мому, оказываетъ предпочтете последней; но въ случае соприкосноветя лишь съ собственною пыльцею и автогам!я обыкновенно сопровождается успехомъ.
- У скабюзъ (Scabiosa) замечаются сходный явлешя. Собранные въ корзинки настоящее обоеполые цветы этихъ растешй протерандричны. Рыльцевая ткань въ то время, когда пыльники отдаютъ пыльцу, еще не восприимчива; темъ не менее выпадающая изъ сморщивающихся пыльниковъ пыльца уже пристаетъ къ рыль- цамъ, и когда пыльники отпадають отъ ихъ нитей, то рыльца у большинства цветовъ данной корзинки оказываются покрытыми собственною пыльцею. Но эта пыльца сперва еще остается безъ действ!я. Насекомыя, садяпцяся на цвбточныя корзинки, могутъ отчасти снять пыльцу съ рылецъ и перенести на нихъ, если они прилетели съ другихъ кустовъ, чужую пыльцу, такъ что тогда на рыльцахъ находится смесь той и другой. Когда, наконецъ, рыльцевая ткань достигаетъ зрелости и оказываетъ влiянie на приставили къ ней клетки пыльцы, то можетъ совершиться выборъ, при чемъ чужая пыльца, вероятно, получаетъ предпочтете. Но если насекомыя не являлись, то и собственная пыльца вступаетъ въ действ!е, такъ какъ все завязи скабюзъ вызрбваютъ даже въ случае устранешя насекомыхъ отъ цветочныхъ корзинокъ этихъ растешй при помощи особыхъ покрововъ.
У несколькихъ губоцветныхъ, примбромъ которыхъ изберемъ Leonurus hete- rophyllus, также, повидимому, встречается предпочтете чужой пыльцы. Настоящее обоеполые цветы названнаго растешя протерандричны. Когда цвбтокъ распускается, пыльники, прикрытые верхнею губою, уже вскрыты и такъ поставлены у входа въ цветокъ, что отдаваемая ими пыльца неминуемо снимается посещающими насекомыми. Рыльце, напротивъ, въ это время еще не воспршмчиво; оно скрыто
между пыльниками и еще не можетъ быть задЬто проникающими въ цветокъ насекомыми. Во второмъ перюде цвететя трубка венчика удлиняется, вследств!е чего тычинки вместе съ пыльниками выдвигаются впередъ. При этомъ остающееся на своемъ мбсте рыльце неизбежно принимаетъ часть пыльцы съ задевающихъ его пыльниковъ. Рыльце поэтому уже опылено собственною пыльцою, еще прежде чемъ проникаюпця въ цветокъ насекомыя имели возможность задеть и опылить его чужою пыльцою. Это становится возможнымъ лишь на третьей стадш цвбте- тя, а именно потому, что рыльце тогда опускается и одну ветвь ставить у входа въ цвбтокъ. Если теперь происходить посещеше насекомыми, прилетающими съ грузомъ пыльцы съ другихъ цветовъ, то можетъ случиться, что на рыльце окажется вместе чужая и собственная пыльца, и чужая пыльца тогда, пожалуй, получить предпочтете. Если же насекомыя не являлись, то вступаетъ въ действ!е собственная пыльца; это видно изъ того, что все завязи вызреваютъ и на техъ кустахъ, отъ которыхъ насекомыя были устранены. Несколько норичниковыхъ, напр., Linaria littoralis и minor, имеютъ въ своихъ цветахъ приспособлетя, на столько сходный съ только что описанными, что ихъ можно здесь и не излагать подробнее, а потому мы приведемъ здесь еще лишь одно растете изъ гвоздич- ныхъ, относительно котораго можно по некоторымъ обстоятельствамъ заключить, что у него оказывается предпочтете чужой пыльце. Такова ночная смолевка (Silene noctiflora). Этотъ видъ раскрываетъ свои цветы после захода солнца въ 7 часовъ вечера. Если же раскрыть искусственно цветы раньше, положимъ, въ 6 ча- совъ вечера, то оказывается, что не только уже вскрыты веб десять пыльниковъ, но и нежные сосочки рыльцевой ткани уже опылены пыльцею изъ короткихъ ты- чинокъ. Следовательно, здесь произошла, несомненно, еще въ цветочной почке автогам!я, живо напоминающая автогамш въ клейстогамныхъ цветахъ. Если же, темь не менее, цветокъ раскрывается, то это можетъ быть лишь съ целью получить еще чужую пыльцу при посредстве сумерочныхъ и ночныхъ бабочекъ. Хотя цветы этихъ смолевокъ не особенно обильно посещаются насекомыми, но иногда все же явится какая либо Plusia или другая небольшая ночница, которая, перелетая съ цветка на цветокъ, собирая медъ и тутъ нагружаясь пыльцей, тамъ снова ее откладывая, прибавляетъ къ приставшей уже на рыльцевой ткани собственной пыльце еще и чужую. Снова можетъ произойти выборъ между двоякаго рода пыльцею, и этотъ выборъ падетъ, пожалуй, на чужую пыльцу; иначе было бы непонятно, зачемъ цветокъ вообще раскрывается, после того какъ его рыльца опылены еще въ почке. Но въ случае цветокъ останется не посещеннымъ насекомыми, то и въ цветахъ Silene noctiflora вступить въ дeйcтвie собственная пыльца. Завязи вызреваютъ тутъ даже въ случае, если цветы изъ за плохой, сырой и холодной погоды вообще не раскрываются. Вообще у этихъ хохлатокъ, мотыльковыхъ, скабюзъ, губоцветныхъ, норичниковыхъ и гвоздичныхъ дело обстоитъ не иначе, чемъ у множества другихъ растетй, цветы которыхъ посещаются насекомыми: на первой стадш цвететя дается возможность скрещиватя при посредстве насеко- мыхъ, а если насекомыя не являются, то совершается автогам!я.
После этихъ замечашй, необходимыхъ для правильнаго освещетя некото- рыхъ, хотя въ общемъ и верныхъ, но односторонне и слишкомъ поспешно объ- ясненныхъ фактовъ, будетъ своевременно описать развит!е пыльцевыхъ тру- бокъ изъ техъ клетокъ пыльцы, на которыя соответственное зрелое рыльце ока-
зываетъ безспорное вл!яше. Слово вл!яше здесь имеетъ не только переноснее значеше; здбсь, действительно, происходить вливаше, переходъ жидкаго вещества изъ восприимчивой рыльцевой ткани въ полость пыльцевой клетки, хотя этотъ переходъ совершается не по открытымъ путямъ, а дюсмотически черезъ клеточнук оболочку. Какого рода жидкость переходить изъ рыльца въ клетку пыльцы, требуется еще установить. Изъ того обстоятельства, что выхождеше пыльцевыхъ тру- бокъ во многихъ случаяхъ можеть быть вызвано на стеклянной пластинке по- средствомъ трехпроцентнаго раствора тростниковаго сахара, къ которому прибавлено немного желатины, можно сделать выводъ, что въ рыльцевой жидкости содержится въ растворе какой либо сахаръ. Но въ виду различныхъ другихъ явлешй, въ особенности упомянутой раньше способности рыльца выбирать, следуеть предполагать, что химическ!й составь у различныхъ видовъ существенно различенъ.
Ближайшимъ видимымъ результатомъ принятая рыльцевой жидкости внутрь пыльцевой клбтки является выпячивайте нежнаго, способнаго къ росту внутрен- няго слоя оболочки пыльцевой клетки въ виде трубки и притомъ черезъ места, уже намеченный во внешнемъ скорлупообразномъ слое той же оболочки пыльцевой клетки. Строеше этихъ месть выхода описано на стр. 98; здесь следуеть еще только заметить, что черезъ каждое намеченное место выхода можеть выступить по одной трубке. Изъ пыльцевыхъ клетокъ съ несколькими мбстами выхода, положенныхъ въ специально приготовленный сахарный растворъ, почти одновременно вырастають по несколькимъ направлен!ямъ пыльцевыя трубки; но когда те же пыльцевыя клбтки пристали кь соответствующей свежей рыльцевой ткани, то только изъ одного мбста выхода выступаеть пыльцевая трубка. Трубка, содержащая все протоплазменное содержимое пыльцевой клбтки или, другими словами, всю сперматоплазму ея, быстро вырастаетъ затбмъ изъ оболочки, образованной наружною скорлупкою клбтки, оставляя ее въ видб мертвой, пустой кожуры. Вскорб после выхода изъ отверстая пыльцевая трубка имеетъ поперечникъ, почти равный поперечнику покинутой кожуры пыльцевой клетки, и длину, во много разъ превышающую длину кожуры. Этотъ ростъ можеть совершаться только на счеть полученныхъ изъ рыльцевой ткани жидкихъ веществъ, и отношеше, въ которомъ пыльцевая трубка находится къ ткани рыльца, теперь представляетъ некоторое сходство съ отношешемъ происшедшей изъ споры мицел!альной нити чужеяднаго плесневого гриба къ питающему его растенью. Поразительное сходство пыльцевой трубки съ такою мицел!альною нитью состоитъ и въ томъ, что обе обладають способностью проникать въ подстилающую ткань и прокладывать себе по ней путь на большое протяженхе.
Это проложеше пути есть, во всякомъ случае, одно изъ замечательнейшихъ явлешй въ жизни растешя и издавна справедливо вызывало удивлеше всехъ наблюдателей. Целью, которой должна достигнуть пыльцевая трубка, является подлежащая оплодотворенью семяпочка, скрытая у покрытосемянныхъ растешй или анпоспермъ въ полости завязи. Сидить ли рыльце непосредственно на завязи, или между нимъ и завязью включенъ столбикъ, все равно, разстояше отъ рыльца до семяпочекъ всегда следуеть признать значительнымъ сравнительно съ величиною пыльцевой трубки, и, что самое главное, путь этотъ ведетъ не всегда, какъ это раньше думали, по открытому каналу, а въ большинстве случаевъ по замкну- тымъ клеткамъ и сомкнутой ткани. Правда, пыльцевая трубка держится совер-
шенно определенныхъ клбтокъ и клеточныхъ рядовъ, которые, какъ думаютъ, проводятъ ее, но явлеше отъ этого становится еще загадочнее, такъ какъ возникает еще вопросъ, какимъ образомъ эти клетки могут проводить пыльцевую трубку къ ея цели.
Изъ имеющихся изследовашй вытекаете, что для прохожден!я пыльцевой трубки и сперматоплазмы отъ поверхностной рыльцевой ткани до семяпочки въ полости завязи имеются различные пути. Всего проще и наиболее соответствуете представлешю, которое имели объ этомъ явлены раньше, прохождеше пыльцевой трубки по настоящему каналу въ столбике, какой наблюдается у царскихъ кудрей (Lilium Martagon; см. рис., стр. 382, фиг. 1). Если перерезать поперекъ колонкообразный столбикъ этой лил!и, то оказывается, что здесь имеется трехгранный каналъ, съуживаюпцйся по направленно къ завязи, расширяющейся воронкообразно къ рыльцу и заканчивающейся вверху трехлучевою щелью. Вокругъ этого устья находятся многочисленные булавовидные сосочки, которыми пыльцевыя клетки удерживаются и побуждаются къ развитаю пыльце- выхъ трубокъ. Концы пыльцевыхъ трубокъ направляются безъ исключешя въ сторону воронковиднаго углублешя и прикладываются при своемъ дальнейшемъ росте къ клеткамъ, выстилающимъ каналъ столбика. Клетки эти во время про- никашя пыльцевыхъ трубокъ всегда превращены въ слизь, и пыльцевыя трубки поэтому растуте здесь по покрывающей стенки столбиковаго канала слизи внизъ въ гнезда завязи.
Совершенно иначе происходите прохождеше пыльцевой трубки у злаковъ; для примера изберемъ райграсъ (Arrhenatherum elatius, см. рис., стр. 382, фиг. 2). Отъ шаровидной завязи у этого растешя отходять два дугообразно отогнутыхъ кнаружи столбика, имеющпхъ видъ маленькихъ перышекъ и описываемыхъ ботаниками какъ рыльца. Стержень этихъ перышекъ состоите изъ сочныхъ, безцвет- ныхъ, удлиненныхъ клетокъ; соответствующая бородкамъ пера нежныя нити также состоять изъ подобныхъ клетокъ. Последшя примыкают другъ къ другу по винтовой лиши, представляя такъ называемое расположеше по %, и своими свободными концами отогнуты подъ тупымъ угломъ въ сторону, такъ что концы эти являются въ виде нежныхъ сосочковъ. Ни въ бородке, ни въ стержне перышка нельзя заметить канала или межклетнаго хода; клетки сомкнуты безъ промежут- ковъ и пыльцевая трубка, которая захотела бы проникнуть черезъ эту ткань, должна была бы прежде проложить себе путь собственными силами. Такъ оно, действительно, и есть. Принесенный ветромъ гладшя клетки пыльцы пристаюте къ нежной бородке и оказываются все безъ исключешя прилипшими къ сосочковидно выступающимъ концамъ тонкихъ нитей (см. рис., стр. 382, фиг. 2). Сосочки тургесцируюте и стенки ихъ покрыты необычайно нежной кутикулой. Черезъ короткое время после того какъ къ тому или иному сосочку приложилась пыльцевая клетка, изъ единственнаго места выхода, имеющегося въ пылинке, выступаете пыльцевая трубка. Куда бы ни было направлено место выхода, къ сосочку или отъ него, все равно, вершина вырастающей трубки направляется въ сторону угла, образуемаго ближайшимъ сосочкомъ съ осью нити, причемъ происходить самые странные изгибы. Замечательно, какъ въ особенности те пыльцевыя трубки, который выступают изъ противоположнаго относительно сосочка отверстая пыльцевой клетки, направляются къ этому углу по окружающему воздуху въ виде
полукруга или иногда въ виде U-образной петли. Случается также, что пыльцевая трубка обвивается винтомъ вокругъ одного изъ сосочковъ. Всего удивительнее, однако, что вершина пыльцевой трубки, какъ только она достигла упомянутаго угла, врастаетъ между крепко соединенными клетками, расщепляетъ перегородки соседнихъ клетокъ и въ некоторомъ роде прокладываетъ себе межклетный ходъ, по которому пыльцевая трубка ползеть дальше подобно червю. И въ клеточной
Развитее пыльцевыхъ трубокъ: 1) продольный разр^зъ черезъ рыльце п верхнюю часть столбика царскихъ кудрей (Lilium Martagon). Изъ пыльцевыхъ кл'Ьтокъ, приставшихъ къ сосочкамъ рыльца, развились пыльцевыя трубки, растущая внизъ по ослизнившимся кл^ткамъ столбиковаго канала (по Додель-Порту); 2) отр^зокъ перистаго рыльца райграса (Arrhenatherum elatius). Изъ пыльцевыхъ кл’Ьтокъ, приставшихъ къ сосочковиднымъ концамъ рыльцевыхъ югйтокъ, развились пыльцевыя трубки, растулце кончики которыхъ расщепляють перегородки со- с-Ьднихъ клйтокъ рыльца и проникаютъ въ образовавшуюся щель. Фиг. 1 увелич. 110 разъ, фиг. 2—170 разъ. Ср. текстъ, стр. 381—382.
ткани стержня рыльца пыльцевая трубка проходить по образуемому ея вершиною межклетному ходу, даже чрезъ продырявленный ею клеточныя оболочки, пока, наконецъ, не достигнетъ семяпочки въ завязи.
У злаковъ, следовательно, въ области рылець нетъ и следа намеченнаго заранее канала, точно такъ же какъ и клетки, стенки которыхъ расщепляются пыльцевыми трубками, не представляютъ никакихъ видимыхъ различай по сравнение съ клетками, которыхъ пыльцевыя трубки не касаются на своемъ пути. Въ этомъ отношении злаки отступаютъ отъ многочисленныхъ другихъ растешй, у кото-
рыхъ для проникающей пыльцевой трубки подготовлена такъ называемая проводящая ткань; клетки последней рбзко отличаются отъ соседнихъ. Хотя столбикъ, черезъ который пыльцевая трубка должна прорасти, тоже не им^еть образованнаго заранее открытаго канала, но по середине его проходить тяжъ изъ продольно расположенныхъ, вытянутыхъ въ длину клетокъ съ разбухшими стенками; эти то стенки и расщепляются кончикомъ спускающейся отъ рыльца пыльцевой трубки и, разступаясь, образують путь для последней. Это наблюдается, напр., у пасле- новыхъ и норцчниковыхъ. Проводящая ткань, впрочемъ, во многихъ случаяхъ далеко не ясно отграничена оть окружающей ткани, и тогда, такъ сказать, весь столбикъ можно признать за проводящую ткань, какъ это, напр., наблюдается у орхидей.
У нопаловъ, особенно у крупноцветныхъ видовъ рода Cereus, хотя и имеется узшй, проходяпцй по столбику каналъ, но онъ не служить путемъ для пыльцевыхъ трубокъ. Последшя здесь самостоятельно пролагаютъ себе дорогу черезъ выстилающую столбиковый каналъ ткань, изъ чего можно заключить, что пыльцевой трубке выгодно, когда она при своемъ прохождеши заполняеть проложенный ею самою ходъ и какъ бы втиснута въ него.
Еще иначе проходятъ пыльцевыя трубки отъ рыльца въ полость завязи у мальвовыхъ и большинства гвоздичныхъ. Рыльца имбють здесь отдаленное сходство съ рыльцами злаковъ. Съ поверхности многоклетнаго, вытянутаго въ длину и являющагося невооруженному глазу въ виде нити клеточнаго тела поднимаются длинныя, цилиндрическ!я, прозрачный, необычайно нежныя клетки, къ которымъ пыльца прицепляется при посредстве насекомыхъ. Вскоре после этого изъ каждой пылинки, при томъ всегда только изъ одного изъ многочисленныхъ месть для выхода, выступаетъ пыльцевая трубка, ея кончикъ прикладывается къ стенке одной изъ прозрачныхъ рыльцевыхъ клбтокъ и растворяетъ ее на месте касашя. Вся пыльцевая трубка проскальзываетъ черезъ образовавшееся отверсйе въ полость данной клетки рыльца и направляется при своемъ дальнейшемъ росте къ клеточному тблу, несущему прозрачный рыльцевыя клетки. О дальнейшей судьбе пыльцевой клетки внутри этихъ прозрачныхъ рыльцевыхъ клетокъ опубликованы сведешя, который могли бы казаться неправдоподобными, если бы не сообщались самыми добросовестными наблюдателями. У куколя (Agrostennna Githago), напр., видбли, что проникшая въ рыльцевую клетку пыльцевая трубка при своемъ дальнейшемъ росте иногда сворачивала съ вернаго пути, т. е. она не тотчасъ же после проникновешя направлялась въ сторону семяпочекъ, а сначала росла по противоположному направленно. Но въ такихъ случаяхъ всегда происходить повороть назадъ, и черезъ короткое время кончикъ пыльцевой трубки снова находить ведущее къ сбмяпочкамь направлеше, обращается въ сторону клеточнаго тела, несу- щаго прозрачный рыльцевыя клетки, и проникаетъ здесь, расщепляя стенки клетокъ и прокладывая себе межклетный ходъ, до полости завязи. У куколя и некоторыхъ другихъ гвоздичныхъ растешй содержимое прозрачныхъ рыльцевыхъ клбтокъ не вполне вытесняется и поглощается проникшею въ нихъ пыльцевою трубкою; у мальвовыхъ, напротивъ, вошедшая пыльцевая трубка тотчасъ же за- полняетъ всю полость такой рыльцевой клетки, и, что всего замечательнее, спер- матоплазма или, иными словами, живое содержимое пыльцевой трубки покидаетъ, выходя изъ полости такой клетки, свою крайне нежную оболочку и затемъ ползетъ
безъ целюлёзнаго покрова по раздвинутымъ межклетнымъ ходамъ внизъ до полости завязи; такое передвижеше живо напоминаетъ передвижеше протоплазменныхъ массъ некоторыхъ слизевыхъ грибовъ (миксомицетовъ) по межклетнымъ ходамъ внутри зеленыхъ стеблей и листовыхъ черешковъ растешй. Часто двигающаяся сперматоплазма принимаеть форму булавы или неправильнаго комка, претерпеваю- щаго во время своего странствовашя различный измбнешя въ своихъ очерташяхъ.
Во всехъ случаяхъ целью, къ которой направляется происшедшая изъ пыльцевой клетки протоплазма, все равно, сбросила ли она или неть свою нежную целюлёзную оболочку, является одна изъ семяпочекъ въ полости завязи. Чтобы достигнуть этой цели, пыльцевой трубке, вступившей изъ рыльца и столбика въ полость завязи, снова должно быть указано направлеше. Она должна достигнуть здесь строго определеннаго места и держаться строго опредбленнаго пути. Она должна найти скрытую въ завязи семяпочку и тамъ быть проведена до той ткани, въ * дной изъ клбтокъ которой ооплазма ожидаетъ оплодотворешя.
Входомъ въ сЬмяпочку въ большинстве случаевъ служитъ то место, которое остается не закрытымъ ея покровами и известно подъ именемъ семявхода (микропиле). У Casuarina, Alnus, Betula, Corylus, Ulmus и, по всей вероятности, у раз- личныхъ другихъ родовъ порядковъ Verticillatae, Caryophorae и Viridiflorae пыльцевая трубка, напротивъ, попадаетъ внутрь семяпочки не черезъ семявходъ, а направляется при своемъ росте изъ столбика по семяносцу въ семяножку, а черезъ последнюю и соединительную ткань между семяножкою и семяпочкою, такъ называемую халазу, проникаеть въ ядро семяпочки; этотъ процессъ былъ названъ халазогам!ею.
Что касается перваго процесса, т. е. проникашя пыльцевой трубки черезъ семявходъ, то следуетъ заметить, что эта часть семяпочки лишь въ редкихъ случаяхъ расположена внутри завязи такъ, какъ это представлено на рисунке на стр. 385, фиг. 2, т. е. на прямомъ продолжеши пути, котораго раньше держалась спускающаяся отъ рыльца черезъ столбикъ пыльцевая трубка. Гораздо чаще семяпочка какъ бы перевернута, такъ что семявходъ обращенъ ;ъ основанпо полости завязи, или же направленъ къ боковой стенке завязи, иногда также къ проходящему по завязи центральному столбочку, какъ это изображено на рисунке на стр. 388, фиг. 3—5.
Следуетъ еще иметь въ виду то обстоятельство, что въ большинстве случаевъ въ полости завязи находятся несколько семяпочекъ, что къ каждой должна дорасти отдельная пыльцевая трубка, а потому пути для спускающихся вместе по столбику пыльцевыхъ трубокъ въ завязи расходятся, подобно тому какъ боковыя дороги ответвляются отъ главной. Можно бы ожидать, что какъ разъ для самой главной части пути, который должна пройти пыльцевая трубка, имеются особыя проводяпця приспособлешя, но при ближайшемъ разсмотреши мы очень будемъ разочарованы; лишь въ сравнительно немногихъ случаяхъ наблюдаются особые, очень сочные сосочки, удлиненный нитевидныя клетки, выступаюпця клеточныя тела, перекладинки и бороздки, направляющая пыльцевыя трубки въ полости завязи. Большею же частью такихъ приспособлешй совершенно нетъ. И все таки пыльцевыя трубки какъ разъ достигаютъ техъ местъ семяпочекъ, где должно совершиться оплодотвореше. Когда въ полости завязи находятся несколько семяпо-
чекъ, какъ у солнцецвета (Helianthemum; см. рис. на этой стр.), то пыльцевыя трубки, спускавппяся отъ рыльца раньше въ виде пучка, расходятся лучисто, и каждая изъ нихъ направляется къ отдельной семяпочке.
Не было недостатка въ попыткахъ объяснить явлешя, связанный съ про- хождешемъ пыльцевой трубки отъ рыльца до семяпочки. Всего ближе было видеть причину въ химическихъ вл!яшяхъ, исходящихъ, съ одной стороны, изъ пыль-
23
Развит1е пыльцевыхъ трубокъ: 1) Цв’Ьтокъ солнцецвета (Helianthemum marifolium), 2) тотъ же цветокъ, покроволистики удалены, столбикъ и рыльце на продольномъ разрезе; пыльцевыя трубки, растущая внизъ по столбику пучкомъ,въ полости завязи расходятся, и каждая изъ нихъ достигаетъ семявхода сЬмяпочекъ; 3) рыльце и верхняя часть столбика; изъ части приставшихъ къ сосочкамъ рыльца пылннокъ развились пыльцевыя трубки вросш!я въ ткань столбика (по Балл1ону); 4) сухая пылинка; 5) смоченная пылинка, выпускающая пыльцевую трубку; 6) семяпочка Hellanthemum marifolium. Фиг. 1 въ ест. велич., фиг. 2 увелич. 22 раза, фиг. 3 — 55 разъ, фиг. 4 и 5 — 300 разъ, фиг. 6 — 50 разъ.
цевой трубки или, иначе, сперматоплазмы и вызывающихъ въ ткани рыльца, столбика и завязи известныя изменетя, а, съ другой стороны, въ химическихъ вл!я- шяхъ, исходящихъ изъ клетокъ рыльца, столбика и завязи и определяющихъ на- правлеше растущей пыльцевой трубки. Что касается перваго, то представляютъ себе, что кончикъ пыльцевой трубки обладаетъ способностью растворять стенки клетокъ, въ который онъ долженъ проникнуть, на месте соприкосновешя, и что расщеплете клеточныхъ стенокъ и расширен!© образованныхъ щелей въ межклетный ходъ обусловлены растворетемъ такъ называемой средней пластинки.
Вл!ян!е газовъ и жидкостей на направлен!© растущей пыльцевой трубки можно себе представить въ виде отталкивашя или въ виде притяжешя. Замечено, что пыльцевыя трубки, выраставппя изъ пылинокъ, положенныхъ въ сахарный
Кернеръ ф.-Марилаунъ Жизнь растешй, т. П.25
растворъ подъ покровнымъ стекломъ, сначала направлялись къ краю сахарнаго раствора и покровнаго стекла, но поварачивали назадъ, какъ только попадали въ непосредственное соседство съ окружающимъ атмосфернымъ воздухомъ. Изъ этого считаютъ возможнымъ вывести заключеше, что раступцй кончикъ пыльцевой трубки избегаетъ атмосфернаго воздуха и его кислорода. Это отвращеше къ атмосферному воздуху было бы, однако, равносильно склонности къ сахарному раствору, и такимъ образомъ можно было бы себе представить, что отвращеше растущей на поверхности рыльца пыльцевой трубки къ атмосферному воздуху имеетъ след- ств!емъ склонность къ сочной ткани столбика и врасташе пыльцевой трубки въ эту ткань.
Действ1е жидкихъ, выделяемыхъ пестикомъ и семяпочкою веществъ можно бы себе представить, приблизительно, такимъ же образомъ, какъ это было указано при описаши процесса оплодотворешя пацоротниковъ на стр. 63; однако, здесь замечается существенное отлшпе въ томъ, что у папоротниковъ передвижеше сперматозоидовъ или, иначе, сперматоплазмы, совершается въ дождевой или росяной воде, чего у явнообрачныхъ не бываетъ. Где пыльцевая трубка прихо- дитъ въ соприкосновеше съ ослизняющимися клетками, или где она стелится надъ клетками, покрытыми жидкими веществами, тамъ можно еще представить себе, что направлеше кончика пыльцевой трубки обусловливается жидкими веществами, действующими притягательно; но тамъ, где пыльцевая трубка растетъ черезъ на- ходяпцйся въ полости завязи воздухъ, пришлось бы предположить действ!е раз- сматриваемыхъ веществъ на разстояши. Здесь позволительно указать на уже ранбе сообщенный наблюдешя (ср. стр. 364), что въ несколькихъ клейстогамныхъ цветахъ выпускаемый еще въ гнездахъ пыльника пыльцевыя трубки выходятъ черезъ обращенную къ рыльцу стенку пыльника, по прямому направление растутъ черезъ воздухъ къ рыльцу и отсюда проникаютъ въ полость завязи къ семяпоч- камъ. Нельзя не упомянуть также, что у злаковъ проникновеше пыльцевыхъ трубокъ въ сомкнутую ткань рыльца совершается столь быстро, что нечего и думать о предварительномъ растворены кончикомъ пыльцевой трубки такъ называемой средней пластинки. Этотъ процессъ гораздо более походитъ на механическое расщеплете и последующее расширеше образованной въ клеточной стенке щели сильно растущимъ кончикомъ пыльцевой трубки.
Впрочемъ, доказывая притяжеше пыльцевой трубки известными выделяемыми веществами или растворен!е или механическое расщеплен!е клеточной стенки кончикомъ пыльцевой трубки, мы дали бы не объяснен!е, а лишь более подробное описан!е процессовъ. Толчокъ къ нимъ, последняя причина притяжетя и отталкивашя, основаше, почему притягиваюпця и отталкивающая силы проявляются какъ разъ въ наиболее благощиятный для успеха оплодотворешя моментъ, все это не поддается объяснешю, или, говоря точнее, естествоиспытателю приходится ограничиваться въ этомъ случае, какъ и во многихъ другихъ, построешемъ гипотезъ, чтобы дать наблюденнымъ фактамъ хотя бы намекъ на объяснеше. Когда странствоваше сперматоплазмы къ ооплазме приводится въ связь съ выдЬлешемъ известныхъ веществъ изъ известныхъ клетокъ пестика или семяпочки и описывается какъ при- тяжеше, если, далее, въ основаши этого притяжешя предполагается освобожденная молекулярная сила, то это все будетъ только гипотезой. Достаточно, въ этомъ
отношены, напомнить, что молекулярное строеше химическихъ соединены! не поддается наблюдешю, что принят!е существовали молекулъ есть также только гипотеза, и что сущность молекулярныхъ силъ совершенно неизвестна. Для объяснешя упомянутаго действ!я на разстояши, впрочемъ, силы, введенный въ науку подъ именемъ молекулярныхъ, и безъ того не могутъ быть привлечены. Столь же мало допустимо говорить, въ виду разсматриваемыхъ явлены, о силахъ, обычно назы- ваемыхъ притяжешемъ массъ или тяготешемъ и магнитною силою. После того, какъ веб силы природы, введенный одна за другою прогрессирующимъ естествозна- шемъ для объяснешя явлены, оказались здесь недостаточными, является необходимость принять еще особую силу природы, которая, въ виду того, что ея дей- ств!я замечаются только на живой протоплазме, называется жизненною силою (ср. т. I, стр. 46), О сущности ея мы знаемъ не больше и не меньше, чемъ о другихъ принятыхъ для объяснешя явлены силахъ природы; мы знаемъ, собственно, только ихъ результаты. Жизненная сила проявляется въ рамкахъ законовъ, выяс- ненныхъ для другихъ силъ, прежде всего въ значительной степени въ виде при- тяжешя и отталкивашя, и задача будущихъ наследованы выяснить, можетъ ли она быть переведена, согласно основному положешю о сохранены силы или энергы, въ друпя силы природы. Подобно другимъ силамъ природы и жизненная сила мо- жетъ быть скрытою и деятельною. Въ виде деятельной силы она является въ виде инстинкта, который въ свое время называли въ насмешку „ленивымъ разу- мрмъ“, признавая этимъ, что между разумомъ и инстинктомъ нельзя провести резкой грани. Если инстинктъ принимать за деятельную силу для • множества явлены движешя животной протоплазмы, то его нельзя отрицать и для соответ- ственныхъ движены растительной протоплазмы. Если копулящя жгутиковыхъ инфузоры и другихъ низшихъ животныхъ формъ совершается подъ вл!яшемъ инстинкта, то нетъ основашя отрицать, что и у растены сл!яше живой спермато- плазмы съ живою ооплазмою можетъ управляться инстинктомъ.
Для изложешя процесса соединен!я сперматоплазмы съ ооплазмою, совершающегося внутри семяпочки, необходимо прежде всего подробно описать строеше семяпочки. Это рписаше затрудняется темъ, что въ различное время для весьма различныхъ вещей въ науку было введено одно и тоже назваше, вслед- ств1е чего номенклатура очень запутана. Ботаники стараго времени называли всю семяпочку яичкомъ (ovulum), и въ каждомъ яичке отличали ядро (nucleus, nucellus) и окружающы его покровъ (integumentum). Место, где покровъ не закрываетъ ядра, называли семявходомъ (micropyle), место, где семяпочка соединена съ за- -вязью,—-семяносцемъ (placenta), тяжеобразное клеточное тело, отходящее отъ семяносца,—семяножкою (funiculus) и ткань у основашя семяпочки — халазою (chalaza). Въ новейшее время, чтобы достигнуть соглас!я съ зоологами, назвали яйцомъ только тотъ протопластъ, изъ котораго получается после оплодотворешя зародышъ, а ядромъ яйца ядро этого протопласта. То, что ботаники, занимающееся изследовашемъ процесса оплодотворешя, въ новейшее время называютъ яйцомъ, есть, следовательно, лишь очень малая часть того образовашя, которое морфологи до последняго времени называли и еще называютъ яичкомъ; то же относится и къ термину ядра яйца, подъ каковымъ ботаники разныхъ направлены понимали весьма различныя образовашя. Чтобы избегнуть смешешя поняты, сле- „дуетъ при такихъ обстоятельствахъ заменить легко ведупця къ недоразумешямъ
выражешя другими не двусмысленными. Но, чтобы достигнуть столь желательнаго соглаыя съ зоологами, мы въ посл'Ьдующемъ тамъ, где это всего удобнее, въ скобкахъ укажемъ соответствующая выражешя.
Важнейшею клеткою всей семяпочки является та, которая заключаешь ооплазму. Мы называемъ ее у имеющихся здесь прежде всего въ виду скрыто- семянныхъ явнобрачныхъ совершенно такъ же, какъ и у тайнобрач-
Оплодотворен!©: 1) продольный разр^зъ семяпочки Ephedra, 2) тотъ же разр^зъ, въ сЬмявходъ включенье ныльцевыя клетки, выпустивш!я пыльцевыя трубки; 3) продольный разр^зъ пестика Ornithogalum nntans, 4) поперечный разр^зъ того же пестика, 5) продольный разрйзъ черезъ рыльце, столбикъ и верхнюю часть завязи Ornithogalum nutans; изъ приставшей къ рыльцу пылинки выступила пыльцевая трубка, кончикъ которой достигъ* семявхода одной изъ с-Ьмяпочекъ, 6) продольный разрйзъ семяпочки Ornithogalum; кончикъ пыльцевой трубки пробрался черезъ амфигошй въ оогошй и касается синергидъ (схематично). (Отчасти по Страсбурге?у.) Фиг. 1,.
4 и 5 увелич. 3 раза, фиг. 3 — 2 раза, фиг. 2 и 6 — 100 разъ. Ср. текстъ, стр. 384, 392, 393.
ныхъ, оогон!емъ. Въ прежнее время ее описывали подъ именемъ зародышнаго^ мешка. Оогошй скрытосемянныхъ явнобрачныхъ представляетъ изъ себя одну изъ многихъ клетокъ того тела, которое составляетъ ядро семяпочки и облечено покровами. Эта клетка превосходить во время совокуплешя по величине все соседшя клетки. Гораздо более мелшя смежныя клетки образуютъ вокругь нея сомкнутый покровъ, играющш ту же роль, какъ амфигошй у мховъ и папо- ротниковъ, почему и у явнобрачныхъ его также следуетъ назвать амфигошемъ. Следовательно, оогон!й окруженъ амфигон!емъ, а посл6дн!й, въ
123123Оогон1й или вародышный мешокъ па трехъ стад!яхъ развит!я (фиг. 1—3); въ каждомъ изъ нихъ видны, сверху внизъ: синергиды, эмбр!опластъ, верхнее полярное ядро, нижнее полярное ядро, антиподы (схематично). Ср. текстъ, стр. 389 и 395.Оогон1й или вародышный мешокъ па трехъ стад!яхъ развит!я (фиг. 1—3); въ каждомъ изъ нихъ видны, сверху внизъ: синергиды, эмбр!опластъ, верхнее полярное ядро, нижнее полярное ядро, антиподы (схематично). Ср. текстъ, стр. 389 и 395.«свою очередь, облекается покровами. Посл-Ьдше не вполне замкнуты. М4сто, остающееся не закрытымъ, называется, какъ уже упомянуто, семявходом ъ. С'Ьмявходъ у скрытосемянныхъ явнобрачныхъ, за исключешемъ сравнительно немногихъ видовъ, оплодотворяющихся халазогамно (ср. стр. 384), служить воротами, черезъ которыя пыльцевая трубка или содержащаяся въ ней спер- матоплазма подходить къ амфигошю. Амфигошй состоитъ здесь только изъ одного слоя клетокъ, и подъ нимъ находится заполненный ооплазмою оогошй (зародыш- ный мйшокъ), представленный на ниже помещенномъ рисунке на трехъ ступеняхъ развитая. Ооплазма обособляется въ немъ, еще прежде чемъ наполненная сперма- топлазмою пыльцевая трубка достигла семявхода, на несколько протопластовъ,. изъ которыхъ каждый представляетъ округлый и эллипсоидальный комокъ. Протопласты лишены оболочки изъ клетчатки ), но темъ не менее ясно отграничены. На обращенномъ къ семявходу полюсе или вершине оогошя •образовались два такихъ протопласта, называемые синергидами. Рядомъ съ синергидами находится при вершине оогошя и тотъ протопласта, изъ ко- гораго долженъ произойти зародышъ (embryo), почему мы назовемъ его эм- бр!опластомъ ). На противопо- ложномъ полюсе, обыкновенно считае- момъ основашемъ оогошя, образовались два или три протопласта, называемые антиподами. Кроме того, выделились еще два протопласта, съ яснымъ яд- ромъ каждый, одинъ надъ антиподами, те протопласта позже перемещаются
123
123
Оогон1й или вародышный мешокъ па трехъ стад!яхъ развит!я (фиг. 1—3); въ каждомъ изъ нихъ видны, сверху внизъ: синергиды, эмбр!опластъ, верхнее полярное ядро, нижнее полярное ядро, антиподы (схематично). Ср. текстъ, стр. 389 и 395.
Оогон1й или вародышный мешокъ па трехъ стад!яхъ развит!я (фиг. 1—3); въ каждомъ изъ нихъ видны, сверху внизъ: синергиды, эмбр!опластъ, верхнее полярное ядро, нижнее полярное ядро, антиподы (схематично). Ср. текстъ, стр. 389 и 395.
другой надъ эмбрюпластомъ. Оба послед- въ середину оогошя, ихъ ядра сливаютсядругой надъ эмбрюпластомъ. Оба послед- въ середину оогошя, ихъ ядра сливаютсядругъ съ другомъ и даютъ начало ткани, которую можно сравнить, пожалуй, съ желткомъ животнаго яйца (см. рисунокъ выш.е).
другой надъ эмбрюпластомъ. Оба послед- въ середину оогошя, ихъ ядра сливаются
другой надъ эмбрюпластомъ. Оба послед- въ середину оогошя, ихъ ядра сливаются
Какъ эмбрюпластъ (яйцо), такъ и синергиды содержать по одной вакуоле, наполненной, однако, не воздухомъ и не водянистою жидкостью, а плазмою; правда, эта плазма должна быть отлична отъ окружающей, такъ какъ она представляется ясно отграниченною отъ последней. Въ синергидахъ эта вакуоля находится въ нижней половине протопластовъ, въ эмбрюпластЬ (яйце) — въ обращенной къ вершине оогошя половине (см. вышестоящш рисунокъ, фиг. 1—3). Каждый изъ этихъ протопластовъ содержить также по одному ядру, о строеши котораго данные при другомъ случае описаше и рисунокъ (томъ I, стр. 578) могутъ дать приблизительное представлеше. Синергиды содержать ядро въ обращенной къ
пАршинк оогошя половине, эмбрюпластъ—въ нижней половине. Ядро эмбрюпласта прежде называли зародышнымъ пузырькомъ ), 'а теперь, какъ уже было упомянуто, называют ядромъ яйца. Иногда это ядро столь объемисто, что остальная протоплазма образуетъ лишь тонкую его оболочку.
Сперматоплазма, наполняющая пыльцевую клетку, обособляется на два отдкль- ныхъ протопласта, изъ которыхъ каждый содержитъ по ядру. Эти ядра, называемый мужскими (Spermakerne), различаются другъ отъ друга какъ по величине, такъ и по строешю. Одно производить впечатлеше клубка изъ толстыхъ нитей, другое состоитъ изъ нежной нитчатой сбти. Такъ какъ замечено, что последнее ядро лишь косвенно участвуетъ въ процессе оплодотвовешя, и что его задача доставлять питательный вещества для другихъ образований, то его назвали веге- тативнымъ мужскимъ ядромъ, ядро же, непосредственно участвующее въ процессе оплодотворешя, назвали генеративнымъ. Последнее въ большинстве случаевъ делится, и тогда имеются два генеративныхъ и одно вегетативное ядро. Образоваше этихъ мужскихъ ядеръ происходить уже внутри пыльцевой клетки, еще передъ выходомъ пыльцевой трубки. Въ направляющейся въ полость завязи трубке они видны сейчасъ же за растущею вершиною ея, и даже, когда пыльцевая трубка достигла семявхода и проникла въ него, оба генеративныхъ мужскихъ ядра еще ясно заметны. Вегетативное же къ этому времени уже растворилось и потреблено.
Кончикъ пыльцевой трубки, пройдя скмявходъ, встречает слой клктокъ ам- фигошя, прокладывает себе черезъ него дорогу, подобно тому, какъ черезъ ткань рыльца и столбика, и достигаетъ такимъ образомъ вершины оогошя. ЗдЬсь его встречают синергиды, претерпевающая при приближены пыльцевой трубки замечательный изменешя. Когда кончикъ пыльцевой трубки достигъ вершины оогошя, въ обращенной къ семявходу части каждой синергиды появляется продольная полосатость и здЬсь образуется колпачекъ, выдЬляюпцй жидк!я вещества. Протоплазма синергидъ съеживается и становится сильно светопреломляющею. Эти изменешя, несомненно, находятся въ связи съ задачею синергидъ проводить спер- матоплазму пыльцевой трубки къ эмбрюпласту. А именно, выделяемый синерги- дами вещества растворяютъ нежную клеточную оболочку оогошя, а съеживаше синергиды имеет целью открыть сперматоплазме доступъ къ эмбрюпласту. Въ некоторыхъ случаяхъ, впрочемъ, изменеше не ограничивается съеживашемъ, а происходить настоящее раствореше синергидъ.
Какъ только пыльцевая трубка подошла къ заполняющимъ вершину оогошя протопластамъ, ея клеточная оболочка на месте соприкосновешя растворяется или настолько изменяется, что не препятствуетъ более проникновенпо сперматоплазмы. Большая часть последней теперь, действительно, выступает изъ пыльцевой трубки, до этого времени направлявшей ее, следует по образованному выше упомянутыми изменешями синергидъ пути и достигаетъ эмбрюпласта. Въ то же время оба. мужскихъ ядра, который помещались въ клетке пыльцевой трубки, направляются къ эмбрюпласту (яйцу). Последнш воспринимает только то мужское ядро, кото-
рое выдвинулось впередъ. Второе, невидимому, имбетъ значеше запаснаго ядра и только тогда вдеть въ дело, когда, почему либо, первое не обладаетъ необходимыми для оплодотворешя свойствами. Впрочемъ, наблюдалось также, что эмбрю- пластомъ воспринимаются оба мужскихъ ядра, что, можетъ быть, находится въ связи съ образовашемъ близнецовъ ). Bocnpinrie мужского ядра эмбрюпластомъ совершается следующимъ образомъ. Мужское ядро сбоку подходить къ эмбрю- пласту, проникаетъ въ него и приближается къ находящемуся въ нижней части эмбрюпласта ядру яйца. Оба ядра прикладываются одно къ другому, и этотъ то процессъ и разсматривается какъ актъ оплодотворешя. Проникаетъ ли прикладывающееся къ эмбрюпласту мужское ядро вполне вещество эмбрюпласта и происходить ли настоящее смешеше этихъ двоякихъ веществъ, вопросъ еще спорный. Точно также еще не решено, какую роль при акте оплодотворешя играешь эмбрюпласть, въ особенности, производить ли онъ притягательное вл!яше на мужское ядро.
Что происходить съ выступившею изъ пыльцевой трубки сперматоплазмою, въ которую были включены мужешя ядра, а также съ остатками синергвдъ, тоже еще не известно. Принимаютъ, что эта протоплазма служить для питашя оплодотвореннаго ядра яйца. Думаютъ также, что второе мужское ядро, въ случае, когда ему не приходится замещать первое мужское ядро, находить примепеше при питаши оплодотвореннаго ядра яйца. Не исключена, однако, также возможность, что друпя части семяпочки, возрастающая после совершившагося оплодотворешя, извлекаютъ пользу изъ попавшаго въ оогонш содержимаго пыльцевой трубки, и некоторые факты, къ которымъ намъ придется вернуться при раземот- ренш образовашя помесей, повидимому, говорить въ пользу того, что введенная въ завязь и семяпочку сперматоплазма, и лишившись одного изъ мужскихъ ядеръ, оказываетъ вл!яше на изменеше формы окружающихъ образованы, другими словами, что приняые сперматоплазмы побуждаешь соответственный клетки принимать иную форму, чемъ это было бы безъ такого восщияНя.
После того, какъ произошло оплодотвореше эмбрюпласта муж- скимъ ядромъ, эмбрЮпластъ (яйцо) окружается оболочкою изъ клетчатки. Образовавшаяся такимъ путемъ клетка называется зародышной клеткой; ядро среди протоплазменнаго содержимаго этой клетки зовется заро- дышнымъ ядромъ; она-то и даешь начало зародышу (embryo), т. е. новой растительной особи.
Здесь будешь вполне уместно упомянуть также о пол!эмбр1он1и; подъ этимъ назвашемъ известно нахождеше несколькихъ зародышей въ одной и той же семяпочке, замеченное уже давно у различныхъ однодольныхъ растенш, особенно у видовъ Funkia и Allium. Если изъ каждато оплодотвореннаго эмбрюпласта получается одна зародышная клетка и одинъ зародышъ, то следовало бы предположить, что у растенш, содержащихъ въ одномъ семени несколько зародышей, въ оогонш или эмбрюпласте подъ синергидами было развито несколько эмбрюплаетовъ. Но этого не бываешь. Зато было * замечено, что у одного однодольнаго растешя, а именно у Iris sibirica, синергвды могутъ брать на себя роль эмбрюплаетовъ,
причемъ вследств!е прикладывашя одного мужскаго ядра изъ каждой синергидн можетъ произойти одна зародившая клетка, а изъ последней зародишь, что объяснило бы пол!эмбрюшю самымъ простымъ образомъ ).
Отъ оплодотворешя скрытосемянныхъ растенш (Angiospermeae) во многихъ отношешяхъ отлично оплодотворен!е голосемянныхъ явнобрачныхъ (Gymnospermeae), къ которымъ относятся Cycadeae, Coniferae и Gnetaceae. Цветы этихъ растенш развиваютъ тычинки съ пыльниками, и въ гнездахъ пыльниковъ развивается пыльца такимъ же путемъ, какъ и у скрытосемянныхъ явнобрачныхъ. Пыльцевыя клетки также развиваютъ пыльцевыя трубки, наполненный спермато- плазмою. У родовъ Cycas и Ginkgo изъ этой сперматоплазмы получаются сперматозоиды, что указываешь на несомненную аналоггю съ тайнобрачными. Зачатокъ плода также по своему строешю имеешь несомненное сходство съ таковымъ неко- торыхъ тайнобрачныхъ, особенно мховъ и папоротниковъ. Однако относительно переноса сперматоплазмы къ семяпочке замечается важное отлич!е отъ тайнобрачныхъ. Разделенная на сперматозоиды сперматоплазма тайнобрачныхъ выпускается изъ антерид!евъ и, плавая, можетъ достигнуть зачатка плода; она при этомъ стран- ствоваши не нуждается въ защитныхъ оболочкахъ изъ клетчатки, и такая оболочка въ воде даже только мешала бы. У оплодотворяющихся въ воздухе явнобрачныхъ дбло обстоишь иначе. Тутъ оболочка изъ клетчатки весьма важна для сперматоплазмы. Будучи покрыта такою оболочкою, она можетъ странствовать далеко по самому сухому воздушному пространству, не страдая нисколько, и, сверхъ того, оболочка въ виде пыльцевой трубки служить тогда вернымъ проводникомъ, про- кладывающимъ дорогу, вскрывающимся и выпускающимь свою сперматоплазму вместе съ мужскими ядрами или происшедшими изъ последнихъ смерматозоидами только, когда достигнута цель странствовашя, т. е. семяпочка. Последняя по своему строешю, пожалуй, и напоминаетъ зачатокъ плода мховъ и папоротниковъ, но все же суть въ томъ, что у голосемянныхъ растен!ш сперматоплазма проводится до техъ местъ, где должно произойти соединен!е съ ооплазмою, посредствомъ трубки изъ клетчатки. Въ этомъ отношенш, однако, все Cycadeae, Coniferae и Gnetaceae не отличаются отъ скрытосемянныхъ явнобрачныхъ и, согласно этому, должны быть признаны явнобрачными ра- стешями.
Каждая семяпочка у голосемянныхъ явнобрачныхъ заключаешь 2 —15 на- полненныхъ ооплазмою клетокъ, называемыхъ оогошями. Последше всегда развиваются въ верхней части того клеточнаго тела, которое является ядромъ семяпочки, и это клеточное тело окружается многоклетнымъ покровомъ. Место, где ядро семяпочки остается непокрытымъ, и которое представляешь изъ себя иногда только не глубокую ямку, а большею частью глубокую воронку (см. рис., стр. 388,
фиг. 1, и стр. 70, фиг. 8), называется, какъ у скрытосЬмянныхъ явнобрачныхъ, сЬмя- входомъ. Оогоши развиваются, сравнительно, поздно. Доказано, что у большинства видовъ они образуются только, когда сЬмявходъ уже восприняли пыльцевыя клЬтки. КлЬтки, даюпця начало оогошямъ, всегда расположены поди сЬмявходомъ. Каждая изъ нихъ дЬлится поперечною перегородкою на двЬ дочертя клЬтки. КлЬтка, ближайшая къ сЬмявходу, у нЬкоторыхъ видовъ снова дЬлится, но перегородки, образую- пцяся при этомъ, всегда направлены вертикально къ выше упомянутой перегородкЬ.
Изъ сравнетя съ зачаткомъ плода мховъ и папоротниковъ вытекаетъ, что клЬтка, которая лежитъ за поперечною перегородкою и содержитъ подлежащую оплодотворешю ооплазму, соотвЬтствуетъ центральной клЬткЬ, а лежащ!я впереди отъ поперечной перегородки клЬтки равнозначущи съ такъ называемыми клЬтками шейки (ср. стр. 60 и 62). Содержимое ооготя обособляется у нЬкоторыхъ видовъ на два протопласта, одинъ менышй, непосредственно граничащей съ клЬтками шейки и называемый брюшною канальцевою клЬткою, а другой поразительно крупный, который, въ виду того, что онъ даетъ начало зародышу, слЬдуетъ назвать эмбрюпластомъ.
Какъ уже упомянуто, каждая сЬмяпочка у голосЬмянныхъ явнобрачныхъ содержитъ нисколько оогошевъ. У ели и сосны ихъ 3—5, у кипариса и можевель- ника 5 —15. У первыхъ оогоши ясно отграничены одинъ отъ другого стЬнками изъ клЬточной ткани, тогда какъ у послЬднихъ они непосредственно примыкаютъ другъ къ другу и, подобно лежащимъ надъ ними клЬткамъ шейки, расположены въ видЬ розетки. ВслЬдств1е того, что клЬтки сЬмяпочки, граничапця съ оого- шями, повторно перегораживаются, образуется ясно различимый, облекаюпцй группу оогошевъ слой, который сл'Ьдуетъ признать внутреннимъ выстилающимъ слоемъ амфигошя. КлЬточная ткань амфигошя кнаружи отъ этого выстилающаго слоя у голосЬмянныхъ явнобрачныхъ очень объемиста и содержитъ большое количество скопленныхъ веществъ, который позже, послЬ совершившагося оплодотворешя, потребляются развивающимся зародышемъ.
У скрытосЬмянныхъ явнобрачныхъ сЬмяпочки заключены въ полости завязи, пыльца попадаетъ на рыльце, и пыльцевымъ трубкамъ приходится расти по ткани рыльца и столбика, чтобы достигнуть сЬмяпочки. У голосЬмянныхъ нЬтъ стЬнки завязи, нЬтъ столбика, нЬтъ рыльца, и пыльца при посредствЬ вЬтра непосредственно попадаетъ на сЬмявходъ сЬмяпочки. Чтобы удержать здЬсь пыльцевыя клЬтки, имЬются различный приспособлешя. СЬмявходъ въ то время, когда пылить пыльца, широко раскрыть, и поверхностный клЬтки такъ липки, что принесенная вЬтромъ пыльца легко къ нимъ пристаетъ. Часто изъ сЬмявхода выступаетъ въ видЬ капли прозрачная жидкость; къ этой капли пыле- видныя клЬтки пыльцы прилипаютъ, и, когда затЬмъ капля жидкости снова всасывается, прилишшя пыльцевыя клЬтки одновременно втягиваются въ воронковидное углублеше сЬмявхода. Такимъ образомъ, у голосЬмянныхъ опыляется не рыльце, а сЬмявходъ (см. рис., стр. 388, фиг. 2).
ПослЬ того, какъ произошло опылеше, сЬмявходное отверсие стягивается, и вошедшая пыльца оказывается запертою. Между опылешемъ и выпускашемъ пыль- цевыхъ трубокъ у голосЬмянныхъ проходить довольно много времени. У сосенъ (Finns) пыльца, попавшая въ маЬ въ сЬмявходъ, остается безъ измЬнев!й въ те- чеше всего лЬта, осени и зимы, и лишь годъ спустя начинается развийе пыльце-
выхъ трубокъ. За это время внутри семяпочки произошли описанныя ранбе изм^- нен!я. Въ оогонш готовый къ зачатью эмбрюпластъ ожидаешь теперь прибьгпя заключенной въ пыльцевыхъ клкткахъ сперматоплазмы.
У большинства голосемянныхъ сперматоплазма въ пыльцевой клетке обособилась на несколько протопластовъ, причемъ, конечно, главную роль играли клеточный ядра. Результатомъ этого обособлешя является образоваше несколькихъ меныпихъ и одного поразительно крупнаго протопластовъ. Подобно тому какъ у скрытосемянныхъ явнобрачныхъ, первые называются, въ виду ихъ позже выясняющейся роли, вегетативными, последше—генеративными (ср. стр. 390). Вы- ступаше пыльцевыхъ трубокъ изъ клетокъ пыльцы хотя и происходить шЬмъ же способомъ, какъ и у скрытосемянныхъ, но изъ содержащихся въ пыльцевой трубке протопластовъ участье принимаетъ главнымъ образомъ только генеративный; вегетативные протопласты быстро сморщиваются во время образовашя пыльцевой трубки. Клеточное ядро генеративнаго протопласта держится по близости отъ растущаго конца пыльцевой трубки и претерпеваешь у сосенъ и пихтъ однократное, у кипарисовъ и можевельниковъ многократное деленье. После совершивша- гося делетя сперматоплазма собирается вокругъ дочернихъ ядеръ, и тогда въ нижнемъ конце пыльцевой трубки замечаются два или несколько протопластовъ. Ядра этихъ протопластовъ следуетъ признать за мужск!я ядра.
Нижшй конецъ пыльцевой трубки затемъ прикладывается къ внутренней, облеченной покровомъ ткани семяпочки, ткани, образующей здесь какъ бы дно ямко- или воронковиднаго семявхода, а иногда въ виде бородавки выдающейся въ последнее. Не редко здесь происходить расширеше и вздуваше пыльцевой трубки, такъ что последняя накрываешь какъ бы колпачкомъ поднимающуюся въ виде бородавки ткань. Отъ эмбрюпластовъ пыльцевая трубка теперь отделена еще клеточнымъ слоемъ амфигошя, клеточною оболочкою оогошя и клетками шейки. Все это должно быть еще пройдено, и можно предполагать, что это происходить темь же способомъ, какъ и у скрытосемянныхъ, т. е. что вследств!е растворешя и отчасти съеживанья названныхъ образованы открывается путь для сперматоплазмы. Достоверно, что пыльцевая трубка легко проникаешь черезъ эти образо- вашя и кратчайшимъ путемъ переносить сперматоплазму вместе съ мужскими ядрами къ готовымъ къ зачатью эмбрюпластамъ. У кипарисовъ и можевельниковъ,. развивающихъ многочисленные сближенные оогонш и эмбрюпласты, случается также, что на вздутомъ конце пыльцевой трубки образуются несколько выпячен- ныхъ отроговъ, изъ которыхъ каждый направляется къ отдельному эмбрюпласту. Оплодотворенье или зачатае затемъ совершается точно такъ же, какъ и у скрытосемянныхъ. У родовъ Cycas и Ginkgo развиваются, какъ уже выше было упомянуто, изъ протопластовъ сперматоплазмы сперматозоиды, выпускаемые изъ соответственной пыльцевой трубки, какъ только последняя коснется оогошя, и играюпце ту же роль, какъ у другихъ голосемянныхъ мужсшя ядра (Spermakerne).
Развит1е зародыша изъ зародышной клетки различно у скрытосемянныхъ и голосемянныхъ явнобрачныхъ. У первыхъ зародышная клетка сро- стается, после того, какъ образовалась ея клетчатковая оболочка, съ вершиною оогонья и перегораживается, после совершившагося деленья клеточнаго ядра, поперечною стенкою за две клетки. Такое дклеше повторяется, и такимъ образомъ получается вдающшся въ оогонш рядъ клетокъ. Конечная клетка этого
ряда превращается въ зародышъ, остальныя въ подвесокъ зародыша. Готовый за- родышъ состоитъ у некоторыхъ чужеядныхъ растешй и у орхидей изъ маленькой группы клетокъ, въ которой нетъ и следа оси илистьевъ; у большинства скрыто- семянныхъ явнобрачныхъ, однако, онъ ясно расчлененъ, и на немъ уже можно заметить зачатокъ стебля, зачатокъ перваго корня и зачатки листовыхъ образо- вашй (см. рис., томъ I, стр. 596, фиг. 1 и 2). Всего больше бросаются въ глаза семядоли (зародышные листья), отходяпця отъ зародышнаго стебля (подсемядоль- наго колена), у некоторыхъ видовъ, напр., у Styphnolobium Japonicum, оне окрашены обильно развитымъ въ клеткахъ хлорофилломъ въ зеленый цветъ. У мно- гихъ растешй, напр., у яблонь и миндалей, бобовъ и гороха, капуциновъ и водяного ореха, равно какъ у дубовъ (см. рис., томъ I, стр. 602, фиг. 1—6) семядоли становятся раздутыми, толстыми и плотными, превращаются въ хранилище запасныхъ веществъ, доставляютъ возрастающей оси зародыша необходимый строительный матер!алъ и настолько выпол- няютъ ограниченное покровами пространство, что для другихъ образовашй, кроме зародыша, не остается места. Но въ большинстве случаевъ семядоли нежны и тонки, и сложенныхъ въ нихъ веществъ не хватило бы въ виде строительнаго матер!ала для разрастающейся оси. Тогда зародышъ, отделяющейся рано или поздно отъ материнскаго растен!я, оказывается снабженнымъ на первое время своей самостоятельности запасомъ питательныхъ веществъ въ особой скопляющей ткани. Эта ткань, клетки которой набиты жиромъ или мукою (крахмальными и протеиновыми зернами), соответствуетъ желтку въ птичьемъ яйце, и было бы весьма желательно, чтобы ботаники согласились называть ее и у растешй желткомъ. Различный назвашя, которыя давались этому складу пищи, эндоспермъ, альбуменъ, белокъ, белковое тело и т. д., не подходящи и путаютъ, такъ какъ они мало или совсемъ не отличаются отъ назвашй, вошедшихъ въ употреблеше для существенно иныхъ веществъ и образовашй.
Начало этой соответствующей желтку ткани даютъ два, уже рано заложенныхъ въ оогоши ядра, изъ которыхъ одно лежить ниже эмбрюпласта, другое повыше антиподъ (см. рис., стр. 389, фиг. 1), и которыя называютъ верхнимъ и нижнимъ полярными ядрами. Оба эти ядра, вокругъ которыхъ скучивается часть протоплазмы, сближаются (см. рис., стр. 389, фиг. 2) и сливаются затЬмъ въ одно, такъ называемое центральное ядро (фиг. 3). Это центральное ядро, претерпевая затемъ повторный, весьма разнообразный делешя, даетъ начало паренхимной ткани, клетки которой наполняются упомянутыми запасными веществами (жиромъ, крахмальными и протеиновыми зернами).
Зародышъ соединенъ съ своимъ пищевымъ запасомъ весьма различно. Во многихъ случаяхъ, какъ, напр., у очнаго цвета, кислицы, львинаго зева и земляничнаго дерева (Anagallis phoenicea, Oxalis Acetosella, Antirrhinum majus, Arbutus Unedo; см. рис., стр. 396, фиг. 3—10), прямой- зародышъ погру- женъ въ середину пищевого склада. У руты (Ruta graveolens; см. рис., стр. 396, фиг. 1 и 2), имеющей согнутый зародышъ, наблюдается такое же положеше; у Phytolacca decandra (см. рис., стр. 396, фиг. 11) зародышъ бокомъ приложенъ къ скопляющей ткани и согнутъ вокругъ нея въ виде подковы. Sapindaceae и ма- ревыя имеютъ спирально закрученный зародышъ. У злаковъ зародышъ приле-
гаетъ сбоку къ скопляющей ткани, но не согнуть, а прямой. Какими образомъ разрастающейся зародыши потребляетъ и использываетъ данныя ему материнскими растетемъ въ скопляющей ткани питательный вещества, подробно изложено въ I томб, стр. 597.
Каки зародыши, таки и скопляющая ткань увеличиваются ви обнемб на счета непосредственно граничащихи си оогошеми, наполненныхи протоплазмою кл^токн, и ви зрйломь семени ота посл4днихн обыкновенно не остается ни слЬда. Только у, сравнительно, немногихн растешй часть упомянутыхн кл^токи сохраняется и получаети такое же значеше, каки и скопляющая ткань, развившаяся внутри оогошя. А именно, эти клетки также наполняются жиромн, крахмальными и протеиновыми зернами, которые позже могута быть потреблены разрастающимся зародышемн. Ви отлич!е отв эндосперма, каки называюти образовавшуюся ви
Обмена, имбющ!я скопляющую ткань: 1) Ruta graveolens, цблое сбмя, 2) продольный разрбзъ его; 8) Oxalis Acetosella, цблое сбмя, 4) продольный разрбзъ его; 5) Anagallis phoenicea, цблое сбмя, 6) продольный раз- рбзъ его; 7) Arbutus Unedo, цблое сбмя, 8) продольный разрбзъ его; 9) Antirrhinum majus, цблое сбмя, 10) продольный разрбзъ его; 11) продольный разрбзъ обмени Phytolacca decandra. (По Балл1ону.) Ср. текстъ, стр. 395.
оогоши скопляющую ткань, скопляющей ткани, образующейся вне оогошя, дали назваше перисперма. Если пользоваться словомъ желтокъ, то периспермъ можно назвать внешнимъ желткомъ, а эндоспермъ — внутреннимъ желткомъ.
Достойно внимашя, что эти скопляющ!я ткани не развиваются, если не произошло оплодотворешя эмбрюпластовъ. Оплодотворен1е, очевидно, ока- зываетъ вл!ян!е, выходящее далеко за пределы эмбр1опласта. Это вл!яше можно, пожалуй, сравнить съ импульсомъ, производимымъ брошеннымъ въ воду камнемъ. Подобно расходящимся волнамъ, и въ семяпочке происходить из- менешя, сначала въ непосредственномъ соседстве съ эмбрюпластомъ, сделавшимся после оплодотворешя исходною точкою зародыша, затемъ въ покровахъ, далее въ плодолистикахъ и, наконецъ, еще и въ томъ участке верхнелистового стебля, который несетъ весь зачатокъ плода. Эти изменешя, выражаюпцяся въ виде роста, совершаются въ каждомъ растеши по впередъ определенному, предначертанному особымъ составомъ протоплазмы, плану. Новое существо, образовавшееся вслед- ств1е оплодотворешя, отделяющееся рано или поздно отъ материнскаго растешя, имеющее стать самостоятельнымъ и успешно развиваться на новомъ месте оби- ташя, должно, въ виду будущаго, быть соответственно устроено; зародишь нуждается въ особомъ снаряжен!и для дороги и своего новаго по-
селешя, онъ нуждается въ соответственыхъ средствахъ распро- странешя, въ защитной броне противъ роковыхъ для него напа- ден!й травоядныхъ животныхъ до того времени, когда онъ поки- даетъ материнское растеше, а также онъ долженъ быть еще застра- хованъ отъ вл1ян!й неблагопр!ятной погоды. Это снаряжеше достигается особыми, наступающими после оплодотворешя изменешями покрововъ, плодолисти- ковъ, цветоложа и верхушечныхъ листьевъ.
Покровы превращаются въ семянную кожуру, которая иногда ясно разделена на наружную и внутреннюю. Въ случае такого разделешя внутренняя кожура устроена очень просто и представляетъ изъ себя безцветную, тонкую пленочку, реже плотную кожицу или слизистую, легко разбухающую ткань. Наруж-
С-Ьмена съ крыловидною окраиною и съ волосистымъ присймянникомъ: 1) вскрывшийся плодъ Gossypium herbaceum, видимый между створками; 2) сЬмя Populus tremula съ волосистымъ присЬмянникомъ, 3) то же с^мя, отделенное отъ присЬмянника; 4) крылатое семя Lepigonum marginatum; 5) продольный разрезъ крылатаго семени Vochysia; 6) крылатое семя Cinchona, 7) продольный разрезъ этого семени. Фиг. 3—7 увелпч. (Отчасти по В алл! о ну.) Ср. текстъ, стр. 397—398.
ная сбмянная кожура (testa), напротивъ, бываетъ весьма разнообразнаго вида. Она не редко многослойна, и следующее одинъ за другимъ слои построены изъ самыхъ различныхъ формъ клетокъ. То она мягка и тонкокожиста, то тверда и крбпка, пергаментообразна, деревяниста, роговидна или камениста, въ другихъ еще случаяхъ мясиста и сочна или превращена въ слизистую, клейкую массу. Самый внепшш слой этой кожуры окрашенъ въ большинстве случаевъ въ бурый, серый или черный, рбже желтый и белый и всего реже въ красный цвета. Значеше слизистыхъ покрововъ, клеточныхъ слоевъ, изъ которыхъ при смачиванш выделяются лишця вещества, далее мелкихъ ямокъ и бороздокъ, бугорковъ и морщинь, перекладинъ и сетокъ, остр!евъ и зубцовъ для удержашя семянъ на почве было разсмотрено уже въ I томе, стр. 611—617. Если семена должны разсеиваться ветромъ, то съ поверхностнаго слоя ихъ оболочки подымаются крыловидныя пластинки или окраины, какъ, напр., у принадлежащаго къ мокричнымъ Lepigonum marginatum (см. рис. выше, фиг. 4), на семени хиннаго дерева (Cinchona; см. рис. выше, фиг. 6 и 7) и тропической Vochysia (фиг. 5), причемъ последняя, заметимъ кстати, отличается завернутыми другъ на друга семядолями зародыша. Иногда отъ поверхностныхъ клетокъ семянкой кожуры отходить множество длин-
Сбмена съ придатками, рубчиковыми и сЬмявходными следами: 1) с^мя Viola tricolor, 2) оно же въ продольномъ paaptat; 3) сЬмя Rici- nus communus, 4) оно же въ продольномъ paeptat; 5) сЬмя Physostigma ve- nenosum; 6) сЬмя Anamirta Cocculus, 7) оно же въ продольномъ раарйа-Ь.(По В алл! о ну.)Сбмена съ придатками, рубчиковыми и сЬмявходными следами: 1) с^мя Viola tricolor, 2) оно же въ продольномъ paaptat; 3) сЬмя Rici- nus communus, 4) оно же въ продольномъ paeptat; 5) сЬмя Physostigma ve- nenosum; 6) сЬмя Anamirta Cocculus, 7) оно же въ продольномъ раарйа-Ь.(По В алл! о ну.)
Сбмена съ придатками, рубчиковыми и сЬмявходными следами: 1) с^мя Viola tricolor, 2) оно же въ продольномъ paaptat; 3) сЬмя Rici- nus communus, 4) оно же въ продольномъ paeptat; 5) сЬмя Physostigma ve- nenosum; 6) сЬмя Anamirta Cocculus, 7) оно же въ продольномъ раарйа-Ь.
(По В алл! о ну.)
Сбмена съ придатками, рубчиковыми и сЬмявходными следами: 1) с^мя Viola tricolor, 2) оно же въ продольномъ paaptat; 3) сЬмя Rici- nus communus, 4) оно же въ продольномъ paeptat; 5) сЬмя Physostigma ve- nenosum; 6) сЬмя Anamirta Cocculus, 7) оно же въ продольномъ раарйа-Ь.
(По В алл! о ну.)
ныхъ, нежныхъ волосковъ, какъ, напр.. у хлопчатника (Gossypium; см. рис. ст; 397, фиг. 1) и у принадлежащаго къ ваточникамъ Eriodendron.
У немалаго числа растешй развиваются и поднимаются отъ основашя ит’ отъ ножки семяпочки еще особыя образовашя, кругомъ облекаюпця въ то время когда зародышъ созрелъ, происшедшую изъ покрововъ семенную кожуру и известный подъ назвашемъ присемянника или кровельки (arillus). Этотъ npnci- мянникъ представляетъ подобный же изменешя, такъ и упомянутые выросты ci- мянной кожуры. У ивъ и тополей (см. рис., стр. 397, фиг. 2 и 3) онъ состоитъ изт длинныхъ, нежныхъ волосковъ, у некоторыхъ Passifloreae, Sapindaceae и Celastri- пеае, между прочимъ у бересклетовъ (Evonymus), онъ представляетъ кашицеобразную или мясистую массу, окрашенную обыкновенно въ ярко красный цветъ, а у Myristicaceae является въ виде своеобразно разсеченной оболочки. Когда пла-
стинки и лопасти или мясистая ткань отходятъ отъ основашя или отъ ножки семяпочки только съ одной стороны, то такое образоваше называ- ютъ семяннымъ при- д а т к о м ъ (caruncula). Очень заметный семян- ный придатокъ, напоми- нающш мясистый петуний гребешокъ, имеется у чистотела (Chelidonium ma- jus). Если выростъ зани- маетъ только такъ называемый рубчикъ, т. е. то место, где семя отде
ляется отъ своей ножки, то онъ называется еще спещально рубчиковымъ при- даткомъ (caruncula hili). Таше рубчиковые придатки наблюдаются, напр., у ф!алки (Viola; см. рис. выше, фиг. 1 и 2) и у клещевины (Ricinus, см. рис. выше, фиг. 3 и 4). Место, где семяпочка соединялась съ своею ножкою, всегда ясно еще заметно на отделившемся семени, даже когда здесь не образуется придатка, и называется рубчикомъ (hilum). Оно ясно ограничено, большею частью иначе окрашено, чемъ остальныя части семенной кожуры, то выпукло, то углублено, иногда желобовидно и окаймлено двумя припухлыми краями (см. рис. выше, фиг. 5). Въ той точке, где произошло разъединеше, образуется какъ бы рубецъ или следъ, и эта точка называется также рубчиковымъ следомъ (omphalodium). Место, где на семяпочке находился семявходъ, на вызревшемъ семени во многихъ слу- чаяхъ также заметно и зовется семявходнымъ следомъ (cicatricula). Онъ является въ виде маленькой дырочки или щелевиднаго углубленья и обыкновенно окруженъ особою тканью. На семенахъ, происшедшихъ изъ согнутыхъ семяпо- чекъ, рубчиковый и семявходный следы очень сближены (см. рис. выше, фиг. 6 и 7). Иногда получается ямковидное углублеше (рубчиковая ямочка), въ которой лежать рядомъ рубчиковый и семявходный следы.
Видимыми снаружи вокругъ рубчиковаго и сймявходнаго слйдовъ, страннымъ образовашямъ соотвйтствуетъ и крайне замйчательное внутреннее строеше этой части сймянной кожуры. Оно становится, до нйкоторой степени, понятнымъ, если принять во внимаше, что во многихъ случаяхъ покоющшся внутри зародышъ мо- жеть получать необходимую для его дальнййшаго развитая воду только черезъ эту часть сймянной кожуры. Та же самая ткань, которая раньше должна была защищать отъ испарешя и высыхашя, теперь должна служить приспособлешемъ, регу- лирующимъ доставку воды изъ почвы. Для этого, прежде всего, необходимо, чтобы распредйлешемъ тканевыхъ массъ въ сймянной кожурй достигалось самое благо- пр!ятное положеше семени на почвй, а таковымъ положеше будетъ, когда мйсто сймени, черезъ которое вода должна проникать къ находящемуся внутри зародышу, непосредственно прилегаетъ къ влажной землй. Потому въ тйхъ случаяхъ, когда зародышъ получаетъ воду черезъ рубчиковый слйдъ, центръ тяжести, находящейся внизу при паденш сймени на землю, всегда помйщенъ возлй рубчиковаго слйда. Кромй того, здйсь ткань содержитъ межклетные ходы, служапце для пропуска воды. Часто тутъ развита рыхлая ткань изъ звйздчатыхъ клйтокъ, которою вода всасывается, какъ губкою, изъ ближайшихъ мйстъ и проводится внутрь сймени.
У сймянъ, внутрь которыхъ вода проникаеть не въ опредйленныхъ мйстахъ, а со всйхъ сторонъ, между утолщенными, не пропускающими воды клйтками, составляющими главную массу сймянной кожуры, находятся разсйянные по всей поверхности особые ряды клйтокъ или тонк!е каналы, которые, когда нужно, про- пускаютъ воду. Такъ, напр., въ кожурй сймянъ цвйтущаго тростника (Саппа) сверху замечается слой толстостйнныхъ палисадныхъ клйтокъ и подъ ними еще 5—6 слоевъ твердыхъ, какъ камень, вытянутыхъ въ поперечномъ направлеши клйтокъ, образующихъ вмйстй крйпкш панцырь зародыша. Но вся поверхность сймянной кожуры усйяна также мельчайшими ямочками, на днй которыхъ находится по одному устьицу; это устья тонкихъ каналовъ, ведущихъ между палисадными клйт- када внутрь и пропускающихъ воду.
Въ тйсной связи съ описаннымъ развитаемъ сймянъ находится также измй- нен1е въ строены вмйстилища, въ которомъ были скрыты сймя- почки и внутри котораго происходило оплодотвореше. Это вмйстилище носило во время оплодотворешя назваше—пестикъ; въ то время, когда оно заключаеть зрйлыя сймена, оно называется сймявмйстилищемъ (spermotheca). Въ описательной ботаникй сймявмйстилище обыкновенно называется прямо плодомъ. Что такое обозначеше не точно, ясно безъ дальнййшихъ объясненш. Плодъ явнобрач- ныхъ есть совокупность всйхъ, послй оплодотворешя своеобразно измйненныхъ частей верхушечныхъ листьевъ и верхушечнолистоваго стебля. Такъ какъ можно принять напередъ, что измйнешя въ названныхъ частяхъ послй оплодотворешя происходить только для того, чтобы зародышъ, какъ существеннейшая часть плода, не пострадалъ при своемъ развитая въ связи съ материнскими растешемъ, чтобы онъ, и послй своего отдйлешя отъ материнскаго растеши, не погибъ, а попалъ на благопр!ятное для поселешя мйсто, то, понятно, вей части верхушечныхъ листьевъ и верхушечнолистового стебля, принимающая участае въ достижеши этой цйли, елйдуетъ считать составными частями плода. Поэтому сймявмйстилище, происходящее изъ пестика или завязи, есть только часть плода. Но такъ какъ это еймя-
вместилище въ большинстве случаевъ определяет весь обликъ плода, то можно простить описательной ботанике, что она часто вместо семявместилища применяет выражеше плодъ. Когда получившееся изъ пестика семявместилище совершенно сочно и мясисто, то плодъ называется ягодою (Ьасса). Ягоды могут происходить изъ верхней и изъ нижней завязей. Къ первому случаю относятся ягоды сладкогорькаго паслена (Solanum Dulcamara), белладонны (Atropa Belladonna), барбариса (Berberis vulgaris) и винограда (Vitis vinifera); ко второму: ягоды омелы (Viscum album), бузины (Sambucus) и смородины (Kibes). Когда наружная часть семявместилища мясиста, а внутренняя, непосредственно облекающая семя, тверда какъ камень, то такой плодъ называется костянкою (drupa). Твердая внутренняя часть костянки называется косточкою. Большинство костяноки, какъ, напр., черешни (Prunus avium), содержит только одну косточку и одно семя, костянка крушины (Rhamnus) содержитъ две косточки и въ каждой по одному семени.
Во многихи случаяхъ семявместилище делается вполне сухими. Среди та- кихъ плодовъ различают: плоды нераскрываюпцеся, плоды распадаюнцеся и плоды раскрывающееся. Плодъ нераскрывающ!йся никогда самъ не раскрывается и не распадается. Когда онъ созрели, онъ отпадает, вместе съ заключенными въ немъ семенемъ, отъ материнскаго растешя, и вместилищу, остающемуся замкнутыми, приходится способствовать и распространенно, и разселешю облеченнаго имъ семени. Если нераскрывающшся плодъ произошелъ изъ верхней завязи, какъ, напр., у липы, то онъ называется орехомъ (них), если же онъ развился изъ нижней завязи, то онъ зовется семянкою (achaenium). Когда семя вполне сро- щено съ внутреннею поверхностью облекающаго его семявместилища, какъ у зла- ковъ (см. рис., томъ I, стр. 596, фиг. 5), то плодъ называется зерновкою (caryopsis). У некоторыхъ растенш вместилище ореха состоит изъ внутренняго, очень твердаго, и наружнаго, более мягкаго, долго остающагося сочнымъ слоевъ и напоминает тогда костянку. Это замечается, напр., у дымянки (Fumaria; см. рис., стр. 401, фиг. 1 и 2), и этотъ плодъ зовется костянковиднымъ орехомъ. Гораздо реже многогнездные орехи. Водяная звездочка (Callitriche; см. рис., стр. 401, фиг. 3 и 4) имеет четырехгнездный орехи, образующей переходъ къ таки называе- мымъ распадающимся плодамъ.
Распадающейся плодъ (schizocarpium) есть, въ некоторомъ роде, соеди- неше несколькихъ нераскрывающихся плодовъ. Отъ двухъ до несколькихъ вме- стилищъ, содержащихъ семена, во время вызревашя плотно сомкнуты; лишь позже, когда зародыши, наконецъ, готовы пуститься въ путь, вместилища разъединяются, распадаются, причемъ часто получается впечатлеше, какъ будто расщеплете произведено посредствомъ остраго ножа. Каждое изъ разъединившихся семявместилищъ остается само замкнутыми, и содержащаяся въ нихъ семена не выпадают, а распространяются при посредстве вместилища. Такими распадающимся плодомъ является плоди просвирняка (Malva). У зонтичныхи растенш, примерами которыхъ могут служить изображенные на стр. 401 плоды тмина (Carum Carvi, фиг. 7), петрушки (Petroselinum sativum, фиг 6) и фенхеля (Foeniculum aromaticum. фиг. 5), обе семянки остаются после расщеплешя еще некоторое время подвешенными на концахи раздвоенной ножки. Эта весьма характерная для зонтичныхи растенш форма плода была названа, въ отдельности, двусемянкою (diachenium).
Каки уже упомянуто, вместилище нераскрывающихся плодовъ ви очень
многихъ случаяхъ способствуетъ распространенно и разселенно заключенныхъ въ немъ семянъ. Это совершается двоякимъ путемъ. Или съ поверхности вместилища поднимаются волоски, загнутыя щетинки и крючковатые шипы, прицепляюлцеся къ оперешю или къ волосяному покрову кочующихъ животныхъ, или отъ вместилища отходятъ пленчатыя оторочки, лопасти и крыловидные отростки, которые при большой нежности и очень незначительномъ весе подставляютъ ветру, сравнительно, большую поверхность, такъ что отделившиеся отъ материнскаго растешя плоды могутъ разноситься даже слабыми воздушными течешями. Въ описательной
Нераскрывающ1еся и распадающ1еся плоды: 1) костянковидный ор^хъ Pomaria, 2) онъ же, продольно разрезанный; 3) нераскрываюпцйся плодъ Callitriche, 4) онъ же продольно разрезанный; 5) распадающшся плодъ Foenicuium aromaticum; 6) распадаюпцйся плодъ Petroselinum sativum; 7) распадаюлцйся плодъ Carum Carvi. Все фигуры увелич. (По Б алл! о ну.) Ср? текстъ. стр. 400.
ботанике каждый снабженный крыломъ плодъ называется крылаткою (samara), причемъ различають несколько формъ ихъ.
Раскрывающееся cyxle плоды называють также коробочными плодами (fructus capsulares). Ихъ семявместилище ко времени созревашя совершенно сухо, раскрывается и выпускаеть семена весьма различнымъ способомъ. Опорожненное вместилище или остается на \материнскомъ растеши, или отпадаетъ, разсыпаясь на куски, одновременно съ се^на^и, но ни въ одномъ, ни въ другомъ случае не имеетъ никакого дальнейшаго значешя для уже высеянныхъ семянъ. Раскрывающееся cyxie плоды принадлежать къ самымъ частымъ формамъ плодовъ, весьма характерны также для многихъ родовъ, и оказалось нужнымъ закрепить за различными ихъ видоизменешями определенный выражешя ботанической термино- логш. Когда семявместилище получается изъ единстваннаго плодолистика и, созревъ, раскрывается съ одной стороны, вдоль по такъ называемому брюшному
Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растешй, т. IL26
шву, тогда какъ на противоположной стороне, по такъ называемому спинному шв; расщеплете или совершенно не происходить или только отчасти, или если раскры- ваше вдоль по брюшному и спинному швамъ идетъ хотя и равномерно, но все Жт не до основашя семявместилища, то такой плодъ называется мешечкомъ (folli- culus) ). Въ большинстве случаевъ несколько мешечковъ собраны мутовкою el конце плодоножки, какъ, напр., у живокости (Delphinium; см. рис. ниж^.
Раскрывающееся cyxie плоды: 1) мышечки Ulicium anisatum; 2) мышечки Delphinium; 3) бобы Lotus corn! culatus; 4) коробочка Aristolochia; 5) коробочка!Ша; 6) коробочка Viola; 7) коробочка Oxalis; 8) коробочка Antirrhinum; 9) коробочка Cinchona; 10 и 11) Kopo6o4KH\Anagallis; 12) стручекъ Brassica; 13) распадающаяся коробочка Ricinus. Фиг. 7, 10 и 11 увелич., прочхя фигуры въ ест. велич. (По Б алл io ну.) Ср. текстъ. стр. 402 и 403.
фиг. 2) и звездчатаго аниса (Illlcium anisatum; см. рис. выше, фиг. 1); реже они по одному заканчиваютъ плодоножку, какъ у ластовня (Cynanchum Vince- toxicum).
Подобно мешечку и бобъ (legumen) происходить изъ единственнаго плодо-
листика; но образованное имъ вместилище въ зреломъ состояли расщепляется какъ вдоль по брюшному, такъ и вдоль по спинному швамъ до основатя на две створки, которыя после вскрыли обыкновенно закручиваются винтообразно. Эта форма пло- довъ встречается у бблыпей части мотыльковыхъ (см. рис. на стр. 402, фиг. 3).
Раскрывающшся сухой плодъ, семявместилище котораго построено нзъ двухъ или несколькихъ плодолистиковъ, называется коробочкою (capsula). Различаются коробочки: растрескивающаяся отъ вершины створками, какъ у кирказона (Aristo- lochia; см. рис., стр. 402, фиг. 4), руты (Ruta; см. фиг. 5) и фiaлки (Viola; см. -фиг. 6); вскрывающаяся только у вершины треугольными зубцами, какъ у гвоздич- ныхъ; татя, у которыхъ стенка растрескивается по всей длине, какъ у кислицы {Oxalis; см. фиг. 7); татя, у которыхъ всл6дств!е расхождешя зубцовъ образуются несколько болыпихъ дырочекъ, какъ у львинаго зева (Antirrhinum; см. рис., -стр. 402, фиг. 8), и татя, у которыхъ вседств!е ссыхашя ограниченныхъ участковъ ткани возникаютъ многочисленный, мелтя дырочки, какъ у мака (Papaver). Коробочки хиннаго дерева (Cinchona; см. рис., стр. 402, фиг. 9) вскрываются двумя /створками, которыя у вершины остаются связанными и только у основашя расходятся. У многихъ коробочекъ, какъ, напр., у очнаго цвета (Anagallis; см. стр. 402, фиг. 10 и 11), отъ коробочки отпадаетъ крышечка, а у другихъ, какъ, >напр., у Ricinus (см. рис., стр. 402, фиг. 13), одновременно съ выбрасывашемъ семянъ плодолистики целикомъ отделяются отъ плодоножекъ и отпадаютъ. С трупе къ (siliqua) есть коробочка, у которой два нижнихъ плодолистика отделяются отъ усаженнаго семенами ободка и отпадаютъ. Ободокъ образованъ обоими верхними плодолистиками (ср. стр. 72) и затянуть тонкою пленкою. Плодолистики отделяются снизу вверхъ. Примеромъ можетъ служить плодъ капусты (Brassica «oleracea), изображенный на стр. 402, фиг. 12.
У одной части скрытосемянныхъ явнобрачныхъ покроволистики отделяются отъ цветоложа, после того какъ рыльце опылено и пыльцевыя трубки проникли :въ завязь, у другой же части они сохраняются, изменяются различнымъ образомъ и составляютъ внбшнш покровъ семявместилища, играюпцй важную роль при распространены и разселенш семянъ. То же относится и до прицветниковъ и .листочковъ обвертки, отходящихъ ниже покроволистиковъ отъ верхушечно-листового стебля. Въ прежнее время ботаники называли происшедую изъ покроволистиковъ оболочку семявместилища плодовымъ покровомъ или ‘Околоплодникомъ (pericarpium) *), а получившуюся изъ прицвбтни- ковь оболочку — обверткою плода (involucrum fructus). Эта книга не мо- жетъ иметь въ виду описаше безчисленныхъ формъ такихъ плодовыхъ покрововъ и обвертокъ; достаточно указать самыя известныя и наиболее распространенный. Юсобенно замечательною формою относящихся сюда плодовъ является плодъ туто- ваго дерева (Morns). Плодупце цветы этого дерева расположены колосообразно на короткомъ стержне. Каждый цветокь содержитъ по одной завязи, окруженной невзрачнымъ зеленымъ околоцветникомъ. Изъ завязи получается маленькш орехъ; но зрелый плодъ все же не производить впечатлешя ореха, а, напротивъ, сочной ягоды, что объясняется темъ, что подъ конецъ цветешя околоцветникъ
увеличивается и превращается въ сочную ткань, обрастающую орехъ и наконецъ облекающую его такъ, что, не зная исторш развипя, можно бы принять мясистый покровъ за семявместилище, а ор4хъ за семя. Виды клевера изъ группы Chronosemium (Trifolium agrarium, badium, spadiceum и т. д,) имеютъ желтый, мотыльковый венчикъ. После оплодотворешя онъ буреетъ, засыхаетъ и превращается въ летательный снарядъ для облеченнаго имъ мелкаго боба. Всего чаще въ плодовый покровъ превращается чашечка. У жидовской вишни (Physalis) чашечка, вначале маленькая и зеленая, раздувается, получаетъ яркокрасную окраску и окру- жаетъ въ виде большого пузыря развившуюся изъ завязи ягоду; у белены (Hyoscyamus) чашечка образуеть плотно примыкаюпцй къ коробочке мешокъ, расширенный воронковидно кверху; у губоцветныхъ онъ им4етъ видъ то короткой
46
Плоды, въ образовании которыхъ принимаютъ участ!е цветоложе, пр ицвЪтники ил и чаше чка: 1) плодовая чаша Calycanthus, 2) продольный разр^зъ этой чаши; 3) плодъ Agrimonia, 4) продольный разр'Ьзъ этого плода; 5) плоды дуба (Quercus sessiliflora); 6) плодъ валер!ана (Valeriana officinalis). (По Баллону.) Ср. текстъ, стр. 404—406.
трубки, то колокола или горшочка, на дне которыхъ находятся нераскрываюпцеся плоды. У водяного ореха (Тгара; см. томъ I, стр. 602, фиг. 3) четыре чашелистика твердеютъ и образуютъ необычайно крелкш плодовый покровъ, оканчиваю- пцйся четырьмя на крестъ расположенными остр!ямп. У многихъ валер!ановъ, сложноцветныхъ и скабюзъ чашечка ко времени зрелости плодовъ разрастается въ кольцо лучисто отстоящихъ щетинокъ или въ перистый венецъ. На такомъ пе- ристомъ венце, названномъ хохолкомъ (pappus), семянка подвешена тогда, какъ на парашюте (см. рис. выше, фиг. 6).
У растешй, лишенныхъ покроволистиковъ, очень часто въ образованы плодовъ принимаютъ учаспе прицветные и обверточные листья. Въ этомъ отношеши следуетъ особенно отметить злаки, плюсконосныя (Cupuliferae) и Casua- rineae. У злаковъ обычное явлеше, что зерновка замкнута между, известными подъ именемъ пленокъ, прицветниками и совершенно не доступна глазу наблюдателя. Такъ, напр., зерновки ячменя и овса завернуты въ высохпия и затвердев- ппя пленки; тоже замечается и у многихъ другихъ злаковъ. Наибольшее разнообраз!е такихъ плодовыхъ обвертокъ наблюдается у плюсконосныхъ (Cupuliferae), къ кото- рымъ относятся дубъ, грабъ, хмелеграбъ, букъ, лещина и еще некоторый друпя
язъ нашихъ лиственныхъ породъ. Настоящш плодъ этихъ Cupuliferae есть орехъ, во орбхъ окруженъ обверткою изъ особаго рода прицветниковъ, сросшихся между собою различнымъ образомъ; обвертка эта называется плюскою (cupula). У дубовъ плюска имеетъ видь блюдца (см. стр. 404 фиг. 5); у бука (Fagus) она снаружи усажена мягкими шипами, имеетъ форму урны и, созревъ, трескается на четыре створки, такъ что на первый взглядъ ее можно принять за раскрывающуюся створками коробочку; у каштана ея поверхность густо усажена жесткими, колючими иглами.
и растрескиваше происходить неправильно (см. рис., стр. 413, фиг. 4); у лещины плюска образуетъ разсеченный по краямъ, кожистый мешокъ (см. рис., стр. 137), а у граба (см. рис. выше) она превратилась въ трехлопастное крыло, къ осно- вашю котораго приросъ орехъ. Относительно мясистагб внешняго слоя плода грецкаго ореха (Juglans regia) можно доказать по исторш развитая, что онъ также есть плюска. У казуариновыхъ покроволистики заменены двумя супротивными прицветничками. Последше срастаются после оплодотворешя въ плодовую обвертку, вполне облекающую семявместилище. Можно бы привести еще много другихъ относящихся сюда случаевъ.
Очень часто цветоложе становится частью плода. Особенно замечательны плоды прянаго кустарника, розъ и Рошасеае. Пряный кустарнике Calycanthus (см. рис., стр. 404, фиг. 1 и 2) имеетъ кувшинчатое цветоложе, усаженное снаружи прицветниками и заключающее внутри орехи; роза (шиповникъ, Rosa; см. рис.,
стр. 70, фиг. 1 и 2) также имбетъ кувшинчатое, окружающее орбхи цвбтоложе, но последнее снаружи гладко и только на вершинб усажено пятью чашелистиками. У яблокъ, грушъ, айвы и другихъ Ротасеае чашевидное цвбтоложе превращается въ сочную, мясистую массу, которая вполнб срощена съ заключенными внутри сбмя- вмбстилищемъ (см. рис., стр. 70, фиг. 4 и 5, и ниже, фиг. 2). У земляники (Fragaria) выпуклое цвбтоложе превращено въ мясистое тбло, несущее плодики. Мелк1я желтоватыя зернышки, сидяпця на красной поверхности цвбтоложа, став-
Плоды, въ образовали которыхъг частвуютъ цветоложе и цветоножка: 1) Продольный разр-Ьзьплода Anacardium; 2) продольный разрбзъ плода Cydonia. (Ио Б алл! о ну.)
шаго мясистымъ, не обмена, а маленьше орбхи, содержащее каждый по сбмени. Впрочемъ, цвбтоложе не всегда становится сочнымъ и мясистымъ; въ нбкоторыхъ случаяхъ оно засыхаетъ, и изъ него получается очень крбпкая оболочка орбшка, какъ, напр., у изображеннаго на стр. 404, фиг. 3 и 4, репейника (Agrimonia Eupatoria), ямчато углубленное цвбтоложе котораго разрастается въ твердый, усаженный вокругъ крючковатыми шипами кувшинъ.
Гораздо рбже участвуетъ въ образованы плода цвбтоножка; это наблюдается въ особенности у нбкоторыхъ лавровыхъ растены, у Anacardiaceae и Rhamneae. У Anacardium (см. рис. выше, фиг. 1) самое верхнее междоузл!е раздувается до величины груши и, будучи очень сочнымъ, употребляется въ пищу; на свободномъ концб этой странной ножки сидитъ сухое сбмявмбстилище съ сбменемъ внутри. У родственныхъ нашимъ крушинамъ говены (Hovenia) становятся мясистыми веб развбтвлешя щитковиднаго соцвбыя, и эти ножки состав-
ляютъ въ Китаб и Японш излюбленное лакомство. Къ этимъ говешямъ при- мыкаютъ еще фиговые плоды, гдб въ образовали плодовъ принимаютъ учасйе весь верхушечнолистовой стебель, метаморфизованный въ урнообразно углубленную массу (см. рис., стр. 145, фиг. 10 и 11). Цвбты сидятъ въ углублены; изъ пло- дущихъ цвбтовъ получаются мелше орбшки, между тбмъ какъ клеточная ткань урны увеличивается и наполняется сладкимъ сокомъ. Мелкая желтоватыя зернышки въ мясистой, вкусной массб, обыкновенно принимаемым за обмена, въ дбйствитель- ности суть мелк!е орбшки, и каждый орбшекъ заключаетъ внутри себя по сбмени.
У растешй, цвбты которыхъ тбсно сближены, образовавшиеся изъ цвбтовъ
Сборные плоды: 1) продольный разр^зъ сборнагс "плода Апопа muricata; 2) сборный плодъ Апопа squamosa 3) поперечный разрбзъ такого плода; 4) сборный плодъ Piper Betle. (По Балл1ону3
плоды не рбдко, увеличиваясь въ объемб, давятъ другъ на друга и становятся многогранными, образуя тогда общую массу; иногда отдбльныя завязи уже съ самаго начала отчасти срощены другъ съ другомъ, или же стержень, несущш ягоды, или урна, заключающая въ себб орбшки, становятся мясистыми и связы- ваютъ отдбльные ягоды, орбхи или мбшечки. Такое соплод!е называется с борным ъ плодомъ (syncarpium). Изъ разсмотрбнныхъ уже выше формъ плодовъ сюда относятся тутовая ягода, земляника, плоды Calycanthus и розы и, наконецъ, фига. Кромб того, такими сборными плодами обладаютъ ананасъ (Ananassa), Magno-’ liaceae и Anonaceae (напр., Апопа muricata и squamosa; см. рис. выше, фиг. 1—3), малина (Rubus Idaeus), Piperaceae (напр., Piper Betle; см. выше, фиг. 4) и Аг- tocarpeae (напр., Artocarpus incisa). Совсбмъ особый сборный плодъ имбетъ также Nelumbo speciosa, изображеше котораго съ натуры ломбщено на стр. 408. Въ се- рединб цвбтка поднимается клбточное тбло, имбющее форму перевернутаго конуса и наверху, подобно сотамъ, снабженное нбсколькими ямками. Въ каждую
изъ этихъ ямокъ погружено по пестику, который позже превращается въ ма- ленькы орбхъ, какъ это видно на рисунка на стр. 409.
Все, что до сихъ поръ сказано о развиты семяпочки въ с4мя, о превращены зачатка плода въ плодъ и объ участы покроволистиковъ, равно какъ различныхъ членовъ верхушечнолистового стебля въ образованы плода, касается только тбхъ
Nelumbo speciosa съ плодами. Ср. текстъ, стр. 407.
•явнобрачныхъ растены, который наызваются скрытос-Ьмянными. ГолосЬмянныя явнобрачны я существенно отличаются по отношению къ этимъ явлешямъ. На стр. 392—394 описано ихъ оплодотвореше и было сказано, что зачатае происходить черезъ соединеше мужского ядра съ женскимъ, находящимся въ центра эмбры- пласта. Эмбрюпластъ затЬмъ не окружается у голосЬмянныхъ оболочкою изъ клетчатки и не срастается также съ вершиною оогошя, какъ у скрытосймянныхъ, а ядро оплодотвореннаго эмбрюпласта, называемое зародышнымъ ядромъ и опускаю-
щееся въ ту часть оогошя, которая лежитъ противъ семявхода, делится; образо- вавппяся ядра у большинства видовъ снова делятся, и все эти ядра окружаются плазмою. У хвойниковыхъ (Gnetaceae), которыя всего более похожи на скрыто- семянныя темъ, что цветы ихъ снабжены покровомъ, принимаемымъ за около- цветникъ, черезъ такое делеше образуются 2—8 дочернихъ ядеръ, вокругъ ко- торыхъ скопляется протоплазма, окружающаяся затемъ оболочкою. Образовавппяся такимъ путемъ клетки не находятся между собою въ соединеши. Каждая изъ нихъ превращается въ трубку, пробивающую стенку оогошя и растущую внизъ въ скопляющую ткань подъ оогошемъ. Отъ конца трубки отделяется клетка, и эта клетка, или живущш въ ней протопластъ, превращается затемъ въ зародышъ. Онъ растетъ на счетъ веществъ въ окружающей скопляющей ткани и при этомъ вытесняетъ часть высосанной ткани. У пихтъ, елей, сосенъ и другихъ хвойныхъ
Nelumbo speciosa: 1) цвътокъ, у котораго удалены покроволистики, 2) продольный разр-Ьзъ цветка, прошедш1й черезъ три погруженные въ торъ пестика. (По Б алл! о ну.) Ср. текстъ, стр. 408.
(Coniferae), соединяемыхъ подъ именемъ Abietaceae, изъ оплодотвореннаго зародыш- наго ядра получаются повторнымъ делешемъ четыре дочершя ядра, окружаюпцяся плазмою. Образовавш1еся такимъ способомъ протопласты направляются къ основа- шю оогошя, группируются здесь розеткою и выделяють также оболочки изъ клетчатки. Получивппяся такимъ образомъ клетки делятся поперечными перегородками, и получаются три яруса клетокъ, на крестъ расположенныхъ другъ около друга. Клетки средняго яруса затемъ вытягиваются, принимаютъ форму изогну- тыхъ и переплетающихся трубокъ и врастаютъ черезъ стенку оогошя въ ниже лежащую скопляющую ткань. Клетки верхняго яруса остаются въ оогоши, клетки же нижняго яруса вдвигаются упомянутыми трубками въ скопляющую ткань, где оне увеличиваются на счетъ окружающихъ ихъ питательныхъ веществъ, делятся и вырастаютъ въ зародыши. Большая часть скопляющей ткани, впрочемъ, всегда остается и потребляется лишь позже, когда зрелое семя отделилось отъ материн- скаго растешя. Зародышъ поэтому во всехъ случаяхъ лежитъ среди скопляющей ткани, обильно наполненной жиромъ и другими * питательными веществами. У можевельника, туй, кипарисовъ и вообще у всехъ хвойныхъ, соединяемыхъ подъ именемъ Cupressaceae, после оплодотворешя въ оогоши образуется одинъ продольный рядъ изъ трехъ клетокъ. Нижняя даетъ начало зародышу, средняя и верхняя делятся каждая на четыре клетки и превращаются въ подвесокъ зародыша.
Всл4дств1е ихъ удлинешя, клйтка, дающая начало зародышу, вдвигается :~ скопляющую ткань подъ оогошемъ. Покровъ семяпочки превращается, какъ и ; скрытосЬмянныхъ, въ ciмяиную кожуру. Сбмявходъ, который у еловыхт- хвойныхъ (Abietaceae) повернуть не къ свободному краю плодовой чешуи, а кз оси зачатка плода (см. рис. ниже, фиг. 7), а у кипарисовыхъ (Cupressaceae) ::
Плодущее цв^ты, плоды и семена хвойныхъ: 1) шишка европейской пихты (Abies pectinata), 2) кроющая чешуя и плодовая чешуя изъ такой шишки, съ наружной стороны, 3) оба сидяпця на плодовой чешуб семени и сзади кроющая чешуя, 4) продольный разрйзъ черезъ плодовую и кроющую чешуи; на плодовой чешуй одно изъ крылатыхъ сймянъ, 5) крылатое сймя, 6) продольный разр^зъ семени; 7) отдельный плодулцй цв^токъ сосны (Finns silvestris); 8) отдельный плодупцй цвйтокъ лиственницы (Larix Europaea) съ находящеюся подъ нимъ кроющею чешуею, 9) продольный разр^зъ плодущаго цветка лиственницы. Фиг. 1 въ ест. величину, остальныя фиг. увелич. Ср. текстъ, стр. 410—411.
тиссовыхъ (Тахасеае) обращенъ къ свободному краю плодовой чешуи (см. рис., стр. 411, фиг. 3, 4 и 6), совершенно замыкается, и весь покровъ становится очень твердымъ. У нбкоторыхъ видовъ, какъ, наир., у пиши (Finns Pinea) и сибирскаго кедра (Finns Cembra), с^мянная кожура достигаете толщины въ 1,4—2 мм. и сбмя производите впечатлите орбха. Эти обмена и извбстны въ народб подъ именемъ кедровыхъ орбховъ. Обмена сосенъ, пихтъ и елей снабжены односторонне удлиненнымъ крыломъ (см. рис. выше, фиг. 3—5), играющимъ роль при распространены сбмянъ вбтромъ. У Gingko biloba покровъ вырастаете
въ мясистую массу и зрелое с^мя имйетъ видь желтой, сочной сливы (см. рис. ниже, фиг. 7). У Cycas revoluta (см. рис. стр. 70, фиг. 7 и 8) покровъ также становится мясистымъ, окрашивается въ красный цв^тъ и достигаетъ величины голубинаго яйца.
Семяпочки у Abietaceae и Cupressaceae сидятъ на плоскихъ, чаше- или щи- товидныхъ чешуяхъ, основаше которыхъ образовано то очень удлиненною, то очень укороченною осью (см. рис. на стр. 410, фиг. 7—9, и рис. на этой стр., фиг. 3, 4
з
Плодущ1е цв-бты, плоды и семена хвойныхъ: 1) вйтвь лиственницы (Larix Europaea) съ зрелою шишкою; 2) в^твь Pinus serotina съ зрелою шишкою; 3)соцв5те кипариса, 4) продольный разр-бзъ этого соцв^пя; 5) растрескавшаяся шишка кипариса (Cupressus sempervirens), 6) отдельный плодолистикъ кипариса; 7) в-Ьтвь Gingko biloba съ незрелыми семенами. Фиг. 1, 2, 5 и 7 въ ест. велич., остальныя фиг. увелпч. Ср. текстъ, стр. 410—412 и 414.
и 6). Эти чешуи посл4 оплодотворешя становятся частью плода и описываются какъ плодовыя чешуи. Во многихъ случаяхъ, въ особенности у пихты (Abies pectinata; стр. 410, фиг. 1—4) и лиственницы (Larix; стр. 410, фиг. 8), подъ этими плодовыми чешуями находятся еще друпя ясно обособленный образовашя, называемый кроющими чешуями. У сосенъ (Finns) кроюпця чешуи слиты съ плодовыми чешуями, при чемъ считаютъ бородавкообразный отростокъ на спинкб деревянистой плодовой чешуи, известный подъ именемъ апофизы, за приросшую кроющую чешую (см. рис. выше, фиг. 2). У Abietaceae плодовыя чешуи распределены по винтовой лиши вокругъ стержневидной оси (см. стр. 410, фиг. 1), у Cupressaceae онб расположены въ дву- или трехчленныхъ мутовкахъ (см. рис. выше, фиг. 3—5). У т4хъ и другихъ края плодовыхъ чешуй налегаютъ другъ
на друга, и семена скрыты въ тесно ограниченныхъ пространствахъ между крок* щимися чешуями (см. рис., стр. 411, фиг. 5, и ниже, фиг. 6). Такимъ образомъ получается сборный плодъ, называемый шишкою (conus). Когда чешуи становятся сухими, твердыми и деревянистыми, то получается деревянистая шишка (см. рис., стр. 410, фиг. 1, и стр. 411, фиг. 1, 2 и 5), когда ткань чешуи делается сочною, то сборный плодъ называется мясистою шишкою. Въ образованы мясистой шишки участвуютъ только две или три мутовки плодовыхъ чешуй, плодовая ось очень коротка, и весь сборный плодъ имеетъ видъ округлой ягоды. Извест- нымъ примеромъ тому могутъ служить „можевеловыя ягоды", каковымъ именемъ народъ называетъ мясистыя шишки можевельника (Juniperus communis; см. рис. ниже, фиг. 7 и 8).
7 6
Плодущ!© цв-Ьты, плоды и с-Ьмяпочки хвойныхъ: 1) в^твь тисса (Taxus baccata) съ зрелыми плодами, 2) плодупцй цвйтокъ, 3) продольный разр^зъ плодущаго цветка, 4) молодой цлодъ, 5) разрйзъ зр^лаго плода, т. е. с-Ьмени и присЬмянника тисса; 6) в^твь съ плодущими цветами и зрелыми, растрескавшимися шишками туи (Thuja orientals); 7) в^твь можевельника (Juniperus communis) съ ягодными шишками, 8) продольный разр^зъ ягодной шишки, 9) плодущаго цветка можевельника. Фиг. 1, 6 и 7 въ ест. велич., остальныя фигуры увелич.
Соединяемый подъ именемъ Тахасеае голосемянныя явнобрачныя не обра- зуютъ шишекъ. Семена ихъ помещаются по два или по одному на конце особыхъ короткихъ побеговъ, или же они отходятъ съ поверхности маленькихъ плодовыхъ чешуй. Костянкообразныя семена гингко (Gingko biloba) помещаются по два на конце тонкой ножки, напоминающей ножку вишни (см. рис. стр. 411, фиг. 7). Семена тисса (Taxus baccata) находятся одиночно на конце короткаго, усаженнаго мелкими чешуями, побега и, после созревашя, на половину высоты своей облечены мясистою, сочною, ярко красною тканью (см. рис. выше, фиг. 1, 4 и 5). Эта мясистая масса, поднимающаяся въ виде кольцевого выроста на конце ножки семяпочки (см. рис. выше, фиг. 2—4), не считается, однако, за плодовую чешую, а за присемян- никъ (arillus), У. видовъ рода Podocarpus также развивается своеобразный присе- мянникъ.
Семена саговыхъ (Cycadeae) отходятъ у некоторыхъ видовъ отъ расположен-
ныхъ въ виде шишки плодовыхъ чешуй и имеютъ деревянистую кожуру, у другихъ они соответствуютъ долькамъ плодовыхъ чешуй или плодолистиковъ и име- ютъ, какъ уже упомянуто, происшедшую изъ покрова мясистую кожуру (см. рис.? стр. 70, фиг. 7). Обмена Gnetaceae у некоторыхъ родовъ, какъ, напр., у хвойника (Ephedra), ко времени зрелости окружаются околоцветникомъ, сделавшимся мясистымъ, у другихъ же образуются шишковидные сборные плоды, а еще у дру- гихъ находящаяся подъ семяпочками листовыя образовашя оказываются срощен- ными въ виде кубка.
Какъ уже видно изъ этихъ краткихъ замечанш, плодообразоваше голосе- мянныхъ представляетъ почти неисчерпаемое разнообраз!е, всегда отличаясь, однако,
Средства защиты созр-Ьвающихъ с-Ъмянъ противъ нападен!й животныхъ: 1) Mimosa hispidula: 2) Schrankia; 3) Matthiola tricuspidata; 4) Castanea vesca; 5) Centrolobinm robustum. Ср.'текстъ, стр. 405 и 414.
отъ плодообразовашя скрытосемянныхъ. Но въ одномъ отношеши замечается большое сходство. Цель развипя у всехъ явнобрачныхъ одна и та же: созидаше силь- наго зародыша, образоваше защитныхъ средствъ противъ вредныхъ внешнихъ вл!яшй и приспособлений къ распространенно и разселенш отделяющихся отъ ма- теринскаго растешя сбмянъ, содержащихъ предназначенный для самостоятельной жизни зародышъ.
Средства защиты, въ которыхъ нуждается зародышъ, пока онъ находится еще въ связи съ материнскими растешемъ, направлены, съ одной стороны, противъ опасныхъ нападенш известныхъ животныхъ, съ другой стороны, противъ непогоды. Средства противъ наиаден!й животныхъ развиты въ однихъ случаяхъ на семянкой кожуре, въ другихъ на семявместилище, въ третьихъ на плодовомъ покрове и плодовой обверткб, а иногда и на стебле, по
которому идетъ дорога къ плодамъ. Они могутъ быть разделены на нисколь:: группъ. Въ первую относятся колючки, шипы, кoлящiя щетинки и жгуч:- волоски, встречаемые въ особенности на семявместилище, на плодовыхъ покр> вахъ и плодовыхъ обверткахъ. Коробочки дурмана (Datura Stramonium), коробочк: Bixa Orellana, вскрывающшся тремя створками сухой плодъ Schrankia (см. рн: на стр. 413, фиг. 2), бобы русскаго лакричника (Glycyrrhiza echinata), образованный чашечкою плодовый покровъ степной Arnebia cornuta и плодовая обверти s каштана (Castanea vesca; см. рис. на стр. 413, фиг. 4) могутъ служить тому примерами. И у голосемянныхъ явнобрачныхъ также наблюдается этотъ способъ защиты. Некоторый сосны, для примера можно указать на^ северо-американскр. Finns serotina, имеютъ шишки, усаженный кругомъ короткими, очень острыми иглами (см. рис., стр. 411, фиг. 2), такъ что до того времени, когда разойдутся чешуи и выпадутъ крылатыя, предоставляемый ветру семена, ни одно животное не посмеетъ схватить такую шишку. Особенно интересны также некоторый стручковый растешя (Tetractium quadricornis, Matthiola bicornis, tricuspidata; см. рис., стр. 413, фиг. 3), у которыхъ только на конце плода рядомъ съ отсыхающимъ корот- кимъ столбикомъ образуются 2, 3 или 4 крепкихъ, растопыренныхъ остр!я, грозно встречающая пасущихся животныхъ. Еще страннее и заслуживают особаго опи- сан!я мимозы, родственный чувствительной мимозе (напр., Mimosa pudica, polycarpa, hispidula), типомъ которыхъ мы представимъ здесь последнюю изъ названныхъ (см. рис., стр. 413, фиг. 1). Бобы собраны здесъ пучкомъ. И брюшной, и спинной швы каждаго боба образованы ребромъ, несущимъ два ряда острыхъ, короткихъ шиповъ. Эта колючая, окаймляющая бобъ на подоб!е рамы, окраина отпугиваеть всехъ животныхъ, которыя захотели бы съесть зpeющie плоды. Когда затемъ семена созрели, бобы выпадаютъ изъ усаженной шипами рамы и разносятся воздушными течевлями. Обыкновенно выпадающш бобъ распадается на несколько члени- ковъ съ очень малымъ весомъ и, сравнительно, большою поверхностью, которые могутъ быть далеко унесены подхватившимъ ихъ ветромъ.
Во всехъ этихъ случаяхъ защита простирается лишь до достижешя семенами полной зрелости. Разъ последняя наступила и семена покинули материнское растете, то и шипы утрачиваютъ свое значеше защитныхъ средствъ. Обыкновенно колюч!е, во время зрелости раскрытые покровы семянъ остаются на материнскомъ растеши, и лишь редко, какъ, напр., у крылатки Centrolobium robustum (см. рис., стр. 413, фиг. 5), колючее замкнутое семявместилище целикомъ отделяется отъ плодоножки. Въ такомъ случае шипы должны исполнять еще дальнейппя задачи, въ особенности приходится имъ играть важную роль въ виде средствъ распростра- нешя и прикреплешя семянъ къ месту прорасташя. У растенш съ мясистыми, сочными плодами, семена которыхъ распространяются птицами, было бы далеко не выгодно, если бы плодъ и во время своей полной зрелости былъ еще усаженъ острыми шипами. Действительно, у такихъ растешй щетинки и шипы, если таковые имелись до созревашя, отпадаютъ, и мясистый плодъ, предназначенный въ добычу птицамъ, тогда обезоруженъ. Плоды относящейся къ нопаламъ Mucuna pruriens во время своего развитая густо усажены бурыми, веретеновидными щетинками. Каждая щетинка состоитъ изъ одной полой клетки и содержитъ острый сокъ; на свободномъ конце сидять мелше сосочки, действующее, такъ какъ они направлены концами назадъ, на пoдoбie крючковъ. Эти щетинки при самомъ слабомъ
прикосновенш впиваются въ кожу, производя невыносимый зудъ и сильныя вос- палешя. Пока эти щетинки находятся на плоде, ни одно питающееся растительною пищею животное не решится напасть на него; но какъ только созрели погружен- ныя въ мясистую массу семена, опасныя щетинки отпадаютъ, и тогда налетаютъ птицы, чтобы поглотить плоды въ пищу, вызывая этимъ распространеше семянъ.
Плоды шиповника (Rosa) созреваютъ осенью, но не отпадаютъ отъ своихъ ветокъ, даже когда они вполне созрели. Семена находятся въ мелкихъ, очень твердыхъ орешкахъ, въ свою очередь, заключенныхъ въ цветоложе, ставшее мя- систымъ. Распространеше должны производить галки, вороны и овсянки, которыя прилетаютъ, поедають плоды изъ за ихъ мякоти, перевариваютъ последнюю, твердые же орешки откладываютъ вместе съ испражнешями на местахъ, более или менее удаленныхъ отъ места произрасташя материнскаго растешя. Но если названный птицы являются пр!ятными гостями и даже приманиваются яркою окраскою плодовъ, то мыши и друпе мелше грызуны въ высшей степени нещиятны, такъ какъ разгрызаютъ орешки, торчапце въ плодовой мякоти, съ большой быстротой поедая и содержимое ор'бшковъ, — семя. Противъ этихъ злыхъ гостей плоды шиповника должны быть въ достаточной мере защищены. Такъ оно и есть въ действительности. Стволы и ветви, по которымъ опасные мелше грызуны должны добираться до плодовъ, покрыты множествомъ шиповъ, направленныхъ своими загнутыми, острыми концами внизъ и не позволяющихъ мышамъ взлезать вверхъ. Если позднею осенью, после того, какъ мыши покинули поля и поселились на своихъ зимнихъ квартирахъ въ обитаемыхъ людьми помещевйяхъ, сорвать съ кустовъ шиповника плоды и положить ихъ вечеромъ на землю подъ кустами, то на следующее утро плоды окажутся уничтоженными мышами, тогда какъ оставленные на ветвяхъ остаются нетронутыми. Подобно плодамъ шиповника, и плоды несколькихъ низкорослыхъ пальмъ защищены кольцами шиповъ на стволахъ, колючими иглами на покровахъ и загнутыми крючкомъ острыми зубцами на техъ че- решкахъ, по которымъ грызуны могли бы приблизиться къ плодамъ. Точно такъ же ягоды несколькихъ многолетнихъ пасленовыхъ (напр., Solanum sodomaeum и sisym- briifolium), равно какъ и плоды ежевикъ защищаются отъ всползающихъ животныхъ безчисленными колючими щетинками и шипами какъ на стебле, такъ и на пло- доножкахъ и чашечкахъ. У несколькихъ видовъ золотохвороста, напр., у Ulex Galli, micranthus и nanus, бобы распределены по ветвямъ, кругомъ усыпаннымъ колючками. Колючки выдаются за бобы, загнуты дугою, а ихъ острые концы направлены къ земле. Мыши, которыя захотели бы взлезть по этимъ ветвямъ, чтобы отыскать скрытые среди колючекъ бобы, дорого бы поплатились за такую попытку.
Само собою разумеется, что кроме грызуновъ должны быть устранены отъ плодовъ еще и друпе незванные гости изъ животнаго Mipa, въ особенности гусеницы, улитки, уховертки, мокрицы и т. п. Для некоторыхъ гусеницъ имеють особую притягательную силу зеленыя семявместилища, а для другихъ — сами семена. Что касается пользы, получаемой гвоздичными и мотыльковыми растешями и некоторыми видами рода Yucca, если часть ихъ семянъ делается добычею гусеницъ, то это было подробнее разсмотрено на стр. 142 и след. Здесь нужно также напомнить, что шипами и колючками, въ особенности направленными своими концами косо вверхъ, защищается листва соответственныхъ растешй отъ пасущихся животныхъ (ср. томъ I, стр. 443 и сл.). У выше упомянутыхъ золотрхворостовъ (Шех)
можно заметить, что остр!я колючекъ, находящихся на вершине ветвей, встречаю ~ пасущихся животныхъ, тогда какъ колючки, отходяпця отъ ветвей дальше кшх - и направленный къ земле, не допускаютъ мышей взлезать вверхъ.
Своеобразное защитное приспособлено наблюдается на плодовыхъ чашечках^ некоторыхъ губоцветныхъ, какъ тимьяна, душевика и чернокудренника (Thymxs Calamintha, Ballota). После того, какъ произошло оплодотвореше, венчикъ otel- даетъ, чашечка же, на дне которой должны доразвиться четыре орешка, остаетх- и образуетъ кубковидный покровъ плода. А для того, чтобы развиые орепткль- могло тамъ происходить безъ всякихъ помехъ, устье кубка преграждается. Здесь оказывается включено волосяное кольцо, черезъ которое мелНя, поддают!" семена, животныя не могутъ пробраться. Значеше, какое имеютъ эти волосяные кольца, сверхъ того, при выбрасываши плодовъ, будетъ разсмотрено въ другомь месте.
Въ некоторыхъ случаяхъ плоды, вернее— семена, ограждаются отъ незван- ныхъ гостей изъ Mipa животныхъ не устрашающими колючками, шипами, щетинками и волосками, а тЬмъ, что они во время вызреван!я в и с ятъ на длинныхъ тонкихъ ножкахъ. Для мышей было бы опаснымъ предпрш- т!емъ взлезть по колеблющимся стеблямъ и ножкамъ до висячихъ бобовъ гороха (Pisum) или викъ (Vicia dumetorum, pisiformis, silvatica). Если, случайно, одинъ изъ этихъ бобовъ занимаетъ такое положеше, что легко можетъ быть достигнуть другимъ какимъ либо путемъ, то онъ почти пропалъ, такъ какъ питательный семена въ этихъ бобахъ составляютъ для мышей очень лакомую и жадно отыскиваемую пищу. Что и вишни защищены отъ нападешй уховертокъ, мокрицъ и тому подобной твари посредствомъ длинныхъ, колеблющихся ножекъ, видно уже изъ того, что те вишни, который были сорваны, положены на землю подъ дере- вомъ и такимъ образомъ сделались доступны безкрылымъ животнымъ, уже черезъ несколько часовъ осаждаются и подгрызаются последними.
Где въ виде приманки для животныхъ, предназначенныхъ для распростране- шя семянъ, развиваются мясистыя, сочныя ткани, тамъ можно быть увереннымъ, что эти ткани передъ темъ, какъ созрели семена, оказываются далеко не привлекательными. Оне становятся таковыми лишь, когда семена уже способны прорастать и самостоятельно развиваться дальше безъ помощи материнскаго растешя. Стоить только вспомнить о незрелыхъ вишняхъ, сливахъ, грушахъ, яблокахъ и виноградныхъ ягодахъ. Уже раньше, когда разсматривался обменъ веществъ въ живомъ растеши (ср. томъ I, стр. 467), указывалось, что мясистыя части плода, вследств!е содержан!я горькихъ или ядо- витыхъ глюкозидовъ, до техъ поръ остаются терпки и несъе- домы, пока скрытыя въ нихъ семена еще не закончили своего р а з в и т i я. Позже эти глюкозиды испытываютъ превращешя, они расщепляются обильно содержащимися въ незрелыхъ плодахъ кислотами на сахаръ и разныя друпя безвредный вещества, и вотъ въ чемъ причина, что та же самая ткань, которая до того была терпка, кисла, несъедобна и отвратительна, теперь стала сладкою и вкусною и начинаетъ привлекать животныхъ, распростра- няющихъ семена способомъ, подробнее изложеннымъ дальше. Очень поучителенъ въ этомъ отношеши также грецшй орехъ (Juglans regia). Орехъ до техъ поръ окруженъ обильно содержащею таннинъ, крайне терпкою, мясистою оболочкою.
пока заключенное въ ней семя не станетъ способнымъ къ прорастанью. Еще никогда не было замечено, чтобы этотъ покровъ былъ тронуть ореховкою или дру- гимъ какимъ собирающимъ орехи животнымъ. Но какъ только семя вызрело, мясистая оболочка трескается, чернеетъ, мякнеть, сморщивается и отделяется отъ ореха въ виде неправильныхъ корокъ. Орехъ становится видимымъ и доступнымъ, и теперь приближаются и ореховки, и друпя животныя, распространяющ!я эти плоды.
Во многихъ случаяхъ клетки и ходы въ наружныхъ слояхъ плода наполнены, пока семя внутри ихъ не станетъ готовымъ къ прорастанш, не горькими и кислыми, а сильно пахучими, смолистыми и липкими веществами. Такъ, напр., чешуи на шишкахъ кедра (Finns Cembra) до полнаго вызревашя при- крытыхъ ими семянъ необычайно богаты смолою. Если поцарапать ихъ ножемъ, то выступаетъ смола, пристающая къ ножу и лишь трудно отъ него снова удаляемая. Если бы сойка попыталась добыть семена, расклевывая чешуи шишки клювомъ, то она испачкалась бы смолою. Эти животныя и не пробуютъ извлекать въ это время семена изъ шишекъ, а дожидаются полной зрелости семянъ. Тогда шишки высыхаютъ, чешуи ихъ разъединяются сами собою, и семена теперь легко добыть. Какъ названный животныя производить распространено кедровыхъ орешковъ, грецкихъ ореховъ и т. п., будетъ разсмотрено въ одномъ изъ следую- щихъ отделовъ. Здесь следуетъ только еще упомянуть онепр!ятныхъ для животныхъ изъ за ихъ липкости или особагозапахавеществахъ, локрывающихъ поверхность семявместилищъ и плодовыхъ об- вертокъ и служащихъ средствами защиты отъ нападешй. Бобы несколькихъ мо- тыльковыхъ, въ особенности разныхъ видовъ Adenocarpus (A. decorticans, Hispani- cus etc.), усажены по килямъ и на обеихъ широкихъ сторонахъ очень густо липкими, бурыми железками на короткихъ ножкахъ, который надо считать не средствами распространена, а средствами защиты содержащихся въ бобахъ зреющихъ семянъ. То же можно сказать объ орешкахъ конопли (Cannabis sativa); только здесь не семявместилище, а прицветники, подъ которыми скрыты семявместилища, покрыты клейкими, сильно пахучими веществами. У хмеля (Humulus Lupulus) прицветники, и при томъ около самаго орешка, усажены железками, запахъ которыхъ, должно быть, противень животнымъ, такъ какъ ни одно не пытается приблизиться къ орешкамъ. Даже нахальные воробьи устрашаются этими защитными средствами отъ нападешй на незрелые плоды конопли и хмеля.
Не менее, чемъ защита отъ нападешй незванныхъ гостей изъ Mipa животныхъ, важна для зародыша защита отъ вредныхъ вл!ян1й погоды. Сырость и сухость могутъ превышать необходимую для растешя меру, й напередъ можно ожидать, что имеются приспособлешя, при помощи которыхъ зародышу, пока онъ еще находится въ соединеши съ материнскимъ растешемъ, последнее оказываетъ защиту, съ одной стороны, отъ чрезмерной влажности, съ другой, отъ слишкомъ сильнаго высыхашя. Семянъ, заключенныхъ въ ягодахъ, костянкахъ и нераскры- ва-ющихся плодахъ, а также и въ раскрывающихся сухихъ плодахъ, изъ которыхъ семена выбрасываются въ моментъ растрескивашя, это касается лишь въ малой степени; напротивъ, семенамъ, скрытымъ въ коробочкахъ, особенно вскрывающихся створками, зубцами и дырочками, можетъ грозить опасность быть затопленными, если полость коробочки въ дождливую погоду наполняется водою. Эта опасность устранена темъ, что створки, зубцы и друпя образовашя у устья коробочекъ очень Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растешй, т. П.27
гигроскопичны и быстро смыкаются въ сырости или, что то же самое, раскрываются лишь въ сухую погоду, особенно только при изсушающихъ ветрахъ. Чтобы это замечательное устройство стало вполне понятнымъ, необходимо уже здёсь вкратце изложить своеобразный способъ распространешя скрытыхъ въ упомяну- тыхъ коробочкахъ семянъ. Прежде всего следуетъ указать, что все вскрываю
щаяся зубцамищаяся зубцамии створками коробочкии створками коробочкиподдерживаются длинными плодоножками,поддерживаются длинными плодоножками,Средства защиты семянъ отъ вредныхъ вл1ян!й погоды: слАвя въ сухую, справа въ дождливую погоду 1) коробочки Campanula rapunculoides; 2) коробочка Lychnis diurna; 3) коробочки Linaria Macedonica; 4) коробочки Cerastium macrocarpum; 5) коробочки Silene nutans; 6) коробочки Pirola chioi’antha; 7) коробочки Gymnadenia cono- pea, 8) коробочка Pinguicula vulgaris. Ср. текстъ, стр. 418—419.Средства защиты семянъ отъ вредныхъ вл1ян!й погоды: слАвя въ сухую, справа въ дождливую погоду 1) коробочки Campanula rapunculoides; 2) коробочка Lychnis diurna; 3) коробочки Linaria Macedonica; 4) коробочки Cerastium macrocarpum; 5) коробочки Silene nutans; 6) коробочки Pirola chioi’antha; 7) коробочки Gymnadenia cono- pea, 8) коробочка Pinguicula vulgaris. Ср. текстъ, стр. 418—419.
щаяся зубцами
щаяся зубцами
и створками коробочки
и створками коробочки
поддерживаются длинными плодоножками,
поддерживаются длинными плодоножками,
Средства защиты семянъ отъ вредныхъ вл1ян!й погоды: слАвя въ сухую, справа въ дождливую погоду 1) коробочки Campanula rapunculoides; 2) коробочка Lychnis diurna; 3) коробочки Linaria Macedonica; 4) коробочки Cerastium macrocarpum; 5) коробочки Silene nutans; 6) коробочки Pirola chioi’antha; 7) коробочки Gymnadenia cono- pea, 8) коробочка Pinguicula vulgaris. Ср. текстъ, стр. 418—419.
Средства защиты семянъ отъ вредныхъ вл1ян!й погоды: слАвя въ сухую, справа въ дождливую погоду 1) коробочки Campanula rapunculoides; 2) коробочка Lychnis diurna; 3) коробочки Linaria Macedonica; 4) коробочки Cerastium macrocarpum; 5) коробочки Silene nutans; 6) коробочки Pirola chioi’antha; 7) коробочки Gymnadenia cono- pea, 8) коробочка Pinguicula vulgaris. Ср. текстъ, стр. 418—419.
или что стержень, отъ котораго отходять коробочки съ короткими ножками, сильно вытянуть въ длину. Эти ножки и стержни всегда разсчитаны на сопротивлеше изгибу. Оне приводятся порывами ветра въ колыхаше, и силе ветра соответству- етъ и сила, съ которою содержащаяся въ вместилище семена высыпаются и выбрасываются. Изъ кубковидныхъ коробочекъ пониклой смолевки (Silene nutans; см. рис. выше, фиг. 5), направленныхъ устьемъ вверхъ, даже когда оне вскрылись, семена не могутъ выпасть сами собою; но когда ветеръ наклонить длинный ножки на одну сторону, и когда затёмъ при ослабевали ветра ножки вслёдств!е ихъ гибкости снова возвращаются въ прежнее положеше, семена выбрасываются изъ раскрытаго кубка. Следовательно, для того, чтобы семена при посредстве гиб- кихъ стеблей выбрасывались, необходимо, чтобы отверст!я семявместилищъ были направлены вверхъ. Это и замечается у громаднаго большинства относящихся
сюда растешй. Если ножка цветка перевешивается внизъ, какъ у упомянутой пониклой смолевки (Silene nutans; см. рис., стр. 142 и 144), то плодоножка выпрямляется вверхъ, а если ножки и после отцветан!я остаются согнутыми внизъ, какъ у колокольчика (Campanula; см. рис., стр. 418, фиг. 1) и грушанки (Pirola; см. рис., стр. 418, фиг. 6), то дырочки и щели образуются не на обращенной къ почве вершине, а на обращенномъ вверхъ основаши плода. Такое крайне благо- пр!ятное для распространешя семянъ положеше отверстгй коробочки обусловли- ваетъ, правда, возможность выше упомянутой опасности, что вода атмосферныхъ осадковъ попадетъ внутрь коробочки и тамъ промочить и испортить приготовлен- ныя къ высыпашю семена. Это избегается очень просто темъ, что при грозя, щей опасности отверст!я коробочекъ закрываются. Вместилище ко- робочекъ очень гигроскопично, и соответственно этому и замыкаше коробочекъ происходить подъ вл!яшемъ мокроты очень быстро. Рисунокъ на стр. 418 пред- ставляетъ несколько примеровъ такого раскрывашя и замыкашя. У не разъ уже упомянутой пониклой смолевки (Silene nutans; фиг. 5) коробочка вскрывается на вверхъ направленной вершине растопыренными, слабо согнутыми зубцами. То же самое наблюдается и на двойной коробочке различныхъ видовъ льнянки (напр., Linaria Macedonica; фиг. 3). У крупноплодной ясколки (Cerastium macrocarpum: фиг. 4) коробочка поставлена бокомъ, согнута несколько вверхъ и вскрывается острыми, слабо отогнутыми зубцами; у дневного горицвета (Lychnis diurna; фиг. 2) вверхъ стоящая коробочка вскрывается зубцами, закручивающимися спирально на- задъ; у колокольчиковъ (напр., Campanula rapunculoides; фиг. 1) у основания коробочки отстаютъ резко ограниченные участки стенки на подоб!е створокъ, вслед- ств1е чего здесь образуется столько же дырочекъ; у грушанокъ (напр., Pirola chlo- rantha; фиг. 6) на вверхъ смотрящемъ основаши повислыхъ коробочекъ образуются разверстыя щели, а у жирянки (Pinguicula vulgaris; фиг. 8) вверхъ стоящая коробочка расходится двумя створками. Какъ все эти коробочки выглядятъ, когда они смачиваются дождемъ или росою, показываютъ фигуры 1' до 8'. Замыкаше настолько совершенно, что о проникновеши влаги внутрь вместилища не можеть быть речи, и такимъ образомъ скрытыя тамъ семена прекрасно защищены отъ опасности промокнуть преждевременно. Где на боковыхъ стенкахъ коробочки образуются лишь узшя щели, тамъ вода могла бы проникнуть черезъ нихъ и испортить семена. Но какъ разъ тактя коробочки чрезвычайно гигроскопичны, и достаточно даже слабаго смачивашя росою, чтобы раскрытыя въ сухую погоду щели тотчасъ закрылись, если влажность воздуха увеличится и образуется роса. На плодахъ нашихъ луговыхъ орхидныхъ, напр., Gymnadenia сопореа (см. рис., стр. 418, фиг. 7 и 7'), это явлеше видно превосходно.
Коробочныхъ плодовъ, направленныхъ отверспями внизъ, известно лишь мало, и разсеваше семянъ у нихъ существенно отличается отъ выше описаннаго. У функш (Funkia ovata, Sieboldi, subcordata etc.) коробочки висятъ на короткихъ ножкахъ на вертикальномъ стержне и вскрываются въ сухую погоду на обращенной къ земле вершине тремя створками; но съ этимъ вскрывашемъ связано за- кручиваше краевъ створокъ назадъ, и при этомъ уже часть семянъ выбрасывается въ воздухъ. Семена, остающаяся после закручиван!я краевъ створокъ кнаружи, также не падають, какъ можно бы ожидать, изъ раскрытой внизу коробочки тутъ же на землю; они подвешены на нежныхъ нитяхъ къ внутренней стенке створокъ 27*
коробочки, имбютъ видъ тонкихъ листочковъ, поэтому подставляютъ вбтру, сравнительно, большую поверхность, отрываются имъ отъ нитей и выдуваются изъ широко разверстой коробочки.
Вбтви вертикальной метелки Spiraea Aruncus, такъ же какъ и поддерживаемые ими и сидящ!е на короткихъ ножкахъ цвбты и молодые плоды (мбшечки), направлены вверхъ. Но когда плоды начинаютъ созрбвать и увеличиваются въ вбсб, то несупця ихъ вбтви метелки дугою наклоняются къ землб. Находящееся на нихъ мбшечки вслбдств!е этого переворачиваются. Если бы они въ такомъ по- ложеши раскрылись на своей внизъ направленной вершинб, то грозила бы опасность, что обмена выпадутъ въ неподходящее время. Во изббжаше этой опасности коротая плодоножки загибаются такимъ образомъ кверху, что вершины всбхъ пло- диковъ оказываются направленными вверхъ. При такомъ положеши обмена высыпаются изъ треснувшихъ плодиковъ лишь вслбдств!е вызываемыхъ воздушными течешями встряхиванш и только когда они вполнб вызрбли.
Здбсь слбдуетъ указать еще на то, что во многихъ случаяхъ вскрыт!е плодовъ происходитъ лишь подъ вл!ян1емъ сухихъ вбтровъ, и тотъ же самый в б тер ъ, который вызываетъ высыхан!е и, вслбд- ств1е этого, растрескиван!е плодовъ, подхватываетъ и далеко разноситъ выпадающ! я въ моментъ растрескиван!я обмена. Всего лучше можно наблюдать это явлеше на шишкахъ нашихъ сосенъ (Finns silvestris). Онб вскрываются только въ послбоббденные часы, когда наиболбе сухо и сильный вбтеръ колышетъ вершины деревъ. Стоя около деревьевъ, можно услыхать въ кронб своеобразный шумъ, производимый быстрымъ разъединешемъ шишечныхъ чешуй, и одновременно видбть, какъ выпадаюпця изъ шишекъ крылатыя обмена,, подобно мотылькамъ, носятся по воздуху. Чешуи шишекъ служатъ здбсь, повиди- мому, преимущественно защитнымъ средствомъ противъ преждевременнаго промо- кашя, но, навбрное, и противъ разныхъ другихъ невзгодъ. Вообще, не слбдуетъ забывать, что защитныя средства лишь рбдко направлены противъ одной опасности. Вполнб возможно и дбйствительно бываетъ, что тб же покровы зародыша, смотря по времени года, служатъ то спасительною кровлею отъ мокроты, то средствомъ защиты отъ сухости. Иногда тотъ же покровъ защищаетъ, пожалуй, еще отъ на- ладешй незванныхъ гостей изъ Mipa животныхъ.
Образовашй на плодахъ, главнбйшее, если не единственное значеше кото- рыхъ надо искать въ защитб зародыша отъ чрезмбрнаго высыхан!я, извбстно, сравнительно, мало. Въ нбкоторыхъ мбстностяхъ Aвcтpaлiи растительный м!ръ покоится мбсяцами какъ бы въ лбтнемъ снб; въ это время не выпадаетъ дождя, роса едва разъ или два смачиваетъ на короткое время поверхность почвы, и воздухъ, а поэтому и почва, на столько сухи, что растете принуждено временно прекратить обмбнъ соковъ. Какимъ образомъ тамъ листва защищена отъ засыхашя, было разсказано раньше (ср. томъ I, стр. 301 и слбд.); но и зародыши, образо- вавппеся въ сбмяпочкахъ въ концб вегетащоннаго перюда, должны безъ вреда перенести длинный сухой перюдъ, и это достигается при посредствб сбмявмбстилищъ, превышающихъ по толщинб все имбющееся въ другихъ флористическихъ областяхъ. Обмена Xylomelum pyriforme (см. рис., стр. 421) заключены въ крбпкое, какъ камень, вмбстилище, стбнка котораго имбеть толщину въ 2 см., и могутъ тутъ выдерживать безъ вреда годами сильнбйшую сухость. Нбчто подобное относится
и до семянъ, скрытыхъ въ толстыхъ вместилищахъ австрал!йскихъ видовъ Banksia и Eucalyptus. Само собою понятно, что и плоды степныхъ растеши нуждаются въ сухое, бездождное время средины лЬта въ защите противъ высыхашя заключен- наго въ нихъ зародыша. Между этими растен!ями особенно заслуживаютъ внимашя высошя зонтичныя изъ родовъ Prangos и Cachrys; распадаюнцеся плоды ихъ снабжены толстымъ панцыремъ, ткань котораго живо наиоминаетъ бузинную сердце- вину. Въ этой бронк нужный зародышъ прекрасно защищенъ отъ высыхашя, и такое устройство плода, сверхъ того, представляетъ еще ту выгоду, что онъ при, сравнительно, значительномъ объеме все же имеетъ очень малый весь, такъ что
легко можеть быть перенесенъ ветромъ по степи.
У раскрывающихся сухихъ плодовъ и раскрывающихся плодовыхъ обвертокъ защита отъ неблагопр!ятныхъ климатическихъ условш продолжается лишь, пока
Мбшечекъ Xylomelum pyriforme. Ср. текстъ, стр. 420.Мбшечекъ Xylomelum pyriforme. Ср. текстъ, стр. 420.зародышъ соединенъ съ материнскимъ растешемъ; но у нера- скрывающихся и распадающихся плодовъ эта защита сохра- няетъ силу еще долгое время спустя. Семявместилище пос- леднихъ изъ названныхъ плодовъ служить семени также ору- д!емъ передвижешя при его странствоваши и помогаешь ему при новомъ поселеши. Во время странствовашя и поселе- шя могутъ наступить разныя неблагопр!ятныя обстоятельства, и защитный покровъ при этомъ можетъ быть еще очень полезенъ зародышу. Само собою понятно, что во многихъ случаяхъ, когда плодовместилище или плодовой покровъ и плодовая обвертка отделяются вместе съ семенемъ отъ ма- теринскаго растешя, приспособлена, встречающаяся обычно на семянной кожуре, наблюдаются на плодовместилище или на участвующихъ въ плодообразовашипокроволистикахъ или при-
Мбшечекъ Xylomelum pyriforme. Ср. текстъ, стр. 420.
Мбшечекъ Xylomelum pyriforme. Ср. текстъ, стр. 420.
цветникахъ. Вместилище, плодовый покровъ или плодовая обвертка не только устроены такимъ образомъ, что представляютъ верное средство передвижешя, будь то въ воде или въ воздухе, но и для прикреплешя къ новому местожительству поверхность ихъ снабжена маленькими ямками и бороздками, буграми и бородавками, желобками и гребнями, остр!ями и зубцами, или же липкими веществами, какъ это бываетъ обыкновенно на семянной кожуре. Столь же важно, что на вместилищахъ заранее намечены места, где ткань проницаема для воды или где она легко загниваетъ и распадается, места, который при прорасташи выступаю- щимъ корешкомъ зародыша легко могутъ быть пробиты, какъ это, напр., наблюдается у водяного ореха и у семени рогоза (см. рис., томъ I, стр. 602, фиг. 3, 4, 11, 12 и 13).
Степень развит!я отделяемаго материнскимъ растешемъ зародыша представляетъ целый рядъ ступеней. У гингко (Gingko biloba) въ то время, когда отпадаетъ костянкообразное семя, зародышъ еще совсемъ не зало- женъ. Оплодотвореше произошло, но затЬмъ наступаетъ остановка развита въ оогоши, и она длится до техъ поръ, пока семя, кожура котораго между темъ необычайно увеличилась въ объеме и стала мясистою, не отпало. Только теперь на- чинаетъ и оплодотворенный эмбрюпластъ развиваться далЬе и вырастаетъ на счетъ веществъ въ скопляющей ткани въ крупный зародышъ съ корешкомъ и семядо-
лями. У орхидей, а также у несколькихъ чужеядныхъ и гнилостныхъ растеши, наир., у повилики, заразихи, балянофоровыхъ и подъельника (ср. томъ I, стр. 173. 183, 186, и 251), отделившееся отъ материнскаго растешя семя содержитъ уже зародышъ; но последшй состоите только изъ несколькихъ клетокъ одинаковагс вида, не расчлененъ и производить почти впечатлеше слоевища. У большинства другихъ явнобрачныхъ на зародыше можно заметить уже ясное расчленеше на корешокъ, семядольный стебель, зачатокъ листоноснаго стебля и на семядоли. У роголистника (Ceratophyllum) стебель уже вытянуть и даже несетъ уже несколько маленькихъ листочковъ, расположенныхъ другъ надъ другомъ, а у Nelumbo отхо- дяпце отъ стебля почечки листья ясно расчленены на листовой черешокъ и листовую пластинку. У мангровыхъ деревьевъ зародышъ вырастаетъ въ соединена съ материнскимъ растешемъ до необычайныхъ размеровъ. Корешокъ пробиваеть семявместилище, удлиняется и превращается въ веретеновидное тело, достигающее длины въ 30—50 см., толщины въ 1—5 см. и веса въ 80 гр. Наконецъ, зародышъ отделяется отъ семядоли, черезъ посредство которой онъ до этого времени получалъ необходимую пищу отъ материнскаго растешя, падаетъ въ воду или въ илъ у побережья моря и въ это время имеетъ на стебле уже два зеленыхъ листочка (см. рис., томъ I, стр. 598 и стр. 600). Следовательно, у мангровыхъ отъ материнскаго растешя отделяется не семя, а зародышъ. Если сравнивать гингко съ животнымъ, кладущимъ яйца, то мангровы безусловно надо приравнять живородящимъ животнымъ.
Образовашя, облекаюпця зародышъ, весьма разнятся въ то время, когда они покидаютъ материнское растеше, относильно величины. Семя нашей луговой орхидеи Gymnadenia сопореа имеетъ въ поперечнике едва 1 мм. и весить О,ооз гр.; семя кокосоваго ореха достигаетъ 11 —14 см. въ поперечнике и весить 800 — 1100 гр. Зерновки метлы (Apera spica venti) длиною въ 1,2 мм. и шириною въ 0,з мм. и весятъ 0,05 гр.; сейшельскш орехъ имеетъ- въ вышину 32 см., въ ширину 18—25 см.? въ толщину 22 см. и весить 4200—4800 гр. Самые болыше плоды приносить тыквенныя. На жирной почве разводимый тыквы достигаютъ въ теплое лето не редко поперечника въ ^ метра, а отдельные плоды гигантской тыквы имеютъ длинный поперечникъ въ 1 м. и весь въ 75—100 кил огр. Бутылочная тыква (Lagenaria leucantha) при благопр!ятныхъ услов!яхъ приносить плоды, имеющ!е коротай поперечникъ въ 30 см. и длину въ 1,5 м.
8. См1на способовъ размножен1я.
Содержав!©: ЗамЪна плодовъ отводками. — Партеногенезъ. — Чередовав!© поколЪшй.
Замена плодовъ отводками.
Однолетними растешями считаются ботаниками таюя, который въ течете ограниченнаго 2—10 месяцами перюда прорастаютъ, растутъ, цветутъ и принр. сятъ плоды, а после созревашя плодовъ быстро засыхаютъ и погибаютъ. Очевидно, у этихъ растешй жизнедеятельность направлена преимущественно къ образованно
обильныхъ семянъ, и замечательно, что у нихъ всегда происходить автогам!я, дающая прекрасные результаты. Зеленыхъ листьевъ образуется какъ разъ столько, сколько нужно, чтобы добыть необходимый на построеше цветовъ и плодовъ вещества и снабдить с4мена достаточною запасною пищею. После этого листья, равно какъ корни и стебель отмираютъ, не образовавъ отводковъ, и месяцами эти однолетшя растешя продолжаютъ жить, собственно, только въ ихъ сброшенныхъ, покоющихся семенахъ. Правда, обновлеше совершается такимъ путемъ только тамъ, где климатичесшя услов!я растительной жизни допускаютъ верное раз- вийе всхожихъ семянъ, и где животныя и люди не мешають нормальному его ходу. Но если въ местахъ, где ташя растешя поселились, климата оказывается неблагопр!ятнымъ, если доставляемое въ течете лета растешямъ тепло слишкомъ незначительно, чтобы можно было разсчитывать съ уверенностью на получеше въ первый годъ зрелыхъ плодовъ, то соответственные кусты въ концб года не отмираютъ, а производятъ отводки и вдругъ становятся многолетними. Следовательно, короче сказать, когда грозитъ опасность вымирашя вида, происходить замена плодовъ отводками; плоды не образуются, вместо плодовъ залягаются клубеньки, почки или листоносные побеги, и нередко какъ разъ места образовашя плодовъ становятся местами образовашя отводковъ. Среди очитковъ известно несколько однолетнихъ видовъ (Sedum annuum, glaucum и т. д.), кусты которыхъ въ благопр!ятномъ климате отмираютъ, какъ только вызреютъ плоды и сбмена разсеются ветромъ. Но когда эти однолетшя растешя вырастаютъ въ области, где вызревашю плодовъ иногда мешаетъ рано наступающая зима, то на ихъ кустахъ передъ отмиран!емъ на самой нижней части стебля повыше корня образуются маленьк!я розетки листьевъ, который отделяются, представляя изъ себя жизнеспособные отводки, сохраняющая видъ. Сходный явлешя замечаются у многихъ другихъ однолетнихъ растешй, который, когда образованно цветовъ и плодовъ ничего не мешаетъ, за- сыхаютъ черезъ несколько мбсяцевъ после прорасташя, но тотчасъ же становятся многолетними, какъ только цветы или плоды ихъ пострадали ота мороза. Виды растешй самыхъ разнообразныхъ семействъ (Роа annua, Senecio nebrodensis, vul garis, Ajuga Chamaepitys, Herniaria glabra, Viola tricolor, Cardamine hirsuta, Me- dicago lupulina), при безпрепятственномъ ходе развипя и притоке нужнаго тепла однолетше, стали многолетними, будучи посажены въ альшйскомъ опытномъ саду на вершине Блязера въ Тироле (2200 м.), где имъ не хватало тепла, необходи- маго для образовашя всхожихъ семянъ.
Препятств1я къ плодообразовашю, встречающейся въ суровыхъ местоположе- шяхъ въ связи съ неблагопр!ятнымъ климатомъ, могутъ получиться и въ климатически благопр!ятныхъ местахъ, если отрезать и удалить все цветы, появляющееся на кусте. Если подвергать такому калечен!ю однолетн!я рас- тен!я, то они выпускаютъ изъ пазухъ листьевъ побеги, а иногда отводки, которые иначе остались бы неразвитыми. Они сохраняются свежими и живыми на следуюпцй, а иногда на сколько лета, и нормально одно- или двулетшя растешя такимъ образомъ становятся многолетними. На этомъ основанъ также известный фокусъ садовниковъ выводить маленьшя деревца душистой резеды. Изъ положенныхъ въ песчаную, богатую перегноемъ землю семянъ этой резеды весною получаются ростки; вырастающее изъ ростковъ
кусты цветутъ въ течете лета, и после того, какъ осенью вызрели плоды и высея- лись семена, весь кустъ засыхаетъ. Но если лбтомъ тщательно отщипывать и удалять появляющаяся на кусте резеды соцвейя, то стебель не засыхаетъ, а образуетъ боковыя ветви, который постепенно пытаются развить новые цветы. Если и эти цветы удалять въ течете несколькихъ летъ, то постепенно образуется кустикъ или маленькое деревцо съ деревянистымъ стеблемъ и деревянистыми ветвями, которое, если его наконецъ, оставить на годъ въ покое, покрывается сотнями кистей душистыхъ цве- товъ. Давно известно, что удален!е зачатковъ цветовъ и плодовъ побуж- даетъ и многолйтшя растен!я къ обильному образован™ отпрысков ъ и столоновъ. На этомъ основаны разнообразные способы размножешя, применяемые садовниками и сельскими хозяевами на культурныхъ растешяхъ.
Въ дикой природе неразвийе цветовъ происходить иногда вследств!я зате- нетя. Некоторый растетя въ тенистыхъ местахъ или вовсе не залагаютъ цветовъ, или заложенный цветочный почки не доводить до дальнейшаго развийя, не говоря уже о ихъ распускаши и плодообразованш. Если кусты такихъ растенш способны выпускать изъ нижней части стебля отводки въ виде отпрысковъ, столоновъ и т. п., то эта способность на тенистыхъ местахъ проявляется каждый разъ въ более значительной степени; словомъ, чемъ больше затенен!емъ ограничивается образован!е цветовъ и плодовъ, темь более усиливается развит!е побеговъ и отпрысковъ. Иванъ-чай (Epilobium angustifolium) раскрываетъ только на солнечныхъ, доступныхъ шмелямъ и пчеламъ местахъ свои роскошные цветы. Чемъ сильные солнечный светъ, темъ ярче пурпуръ лепестковъ. Но если растительность около обильно цветущихъ кустовъ его изменилась такимъ образомъ, что освещенные раньше солнцемъ кусты сильно затеняются, то цветочный почки на нихъ чахнуть гораздо раньше, чемъ оне открылись, и отпадаютъ въ виде бе- ловатыхъ, засохшйхъ образованы отъ стержня цветочной кисти. Между темъ какъ обильно цветупце кусты образуютъ лишь немного короткихъ отпрысковъ, изъ за- тененныхъ, не цветущихъ кустовъ развиваются длинные подземные побеги, далеко расползающееся въ виде отпрысковъ и пытающееся выйти изъ предйловъ тени.
Далее следуетъ отметить еще то замечательное явлеше, что многолетн!е виды, обильно цветушДе и плодупце при б л агопр!ятныхъ климати- ческихъ услов!яхъ, въ суровыхъ местностяхъ совершенно не цве- тутъ, но зато обильно образуютъ отводки и посредствомъ ихъ необычайно сильно размножаются и распр остраняются. Въ большей части арктической области распространено родственное нашему белокопытнику сложноцветное растете, называемое Nardosmia frigida. Это растете только на южной границе своей области распространетя приносить цветы и плоды, дальше къ северу никто еще не виделъ его въ цвету; за то онъ тамъ обильно размножается подземными отпрысками, образуя болышя насаждетя. Arenaria peploides, Stellaria humifusa, Cardamine pratensis и несколько осокъ и лютиковъ на Шпицбергене очень редко зацветаютъ, за то они тамъ необычайно обильно размножаются отводками, часто покрывая ими болышя пространства, особенно на тор- фяникахъ и по побережью. Сходныя явлешя наблюдаются въ Альпахъ на Adeno- styles Cacaliae. Въ лесахъ предгорш и даже еще надъ лбсною границею это ра- стеше цвйтетъ во множестве, ежегодно принося всхож!я семена; напротивъ, въ альшйской полосе, на высоте свыше 2,200 м., оно никогда не цвететъ, за то обильно
пусгаетъ отпрыски, заполняя своею роскошною листвою небольппя выемки на аль- пшскихъ вершинахъ. Въ маленькомъ болоте въ высоко лежащей долине Гшнитцъ въ Тироле растетъ на высоте 1,200 м. наземная форма земноводной гречихи (Polygonum amphibium). Уже много лбтъ она тамъ никогда не приносить плодовъ, но разрастается отпрысками необычайно обильно и образуетъ заросль, широкимъ поясомъ окружающую болото. Если только описанные кусты Nardosmia frigida, Adenostyles Cacaliae и Polygonum amphibium съ ихъ холоднаго местообиташя пере-
Замена цветовъ и плодовъ отводками: 1) Saxifraga nivalis съ облиственными, зелеными, розетковидными побегами вместо цветовъ, въ ест. велич., 2) два зеленыхъ, розетковидныхъ побега вместо цветовъ, увелпч.; одна розетка отделилась отъ своей ножки; 3) Saxifraga cernua, въ ест. велич., 4) боковая веточка этой Saxifraga, увелич., 5—7) развивппеся, вместо цветовъ, на боковыхъ веточкахъ отводки на последовательныхъ стад!яхъ раз- йит1я; 8) Роа alpina, съ отводками вместо цветовъ, въ ест. велич., 9) ветка изъ метелки этого растешя, увелич., 10) облиственный стебелекъ, вырастающей между пленками въ виде отводка вместо плода, увелич. Ср. текстъ, стр. 426.•
нести въ болЬе благопр!ятныя услов!я, то они приносить не только цветы, но и всхож!я семена; но размножеше отпрысками тогда столь поразительно ослаблено, что можно бы предполагать, что изъ пересаженнаго куста развился совершенно иной видь растенш.
Къ этимъ случаямъ замещешя примыкаютъ те, когда на цветоносномъ участке стебля развиваются отводки вместо цветовъ. Гречихи Polygonum bulbiferum и viviparum, камнеломки Saxifraga cernua, nivalis и stellaris, ситники Juncus alpinus и supinus, равно какъ и злаки Aira alpina, Festuca alpina и rupicaprina, Роа alpina и cenisia встречаются, правда, не редко съ хорошо развитыми цветами
и плодами, но въ горахъ, а еще более въ арктической области, где эти растенк теперь имеютъ свою родину, часто встречаются и кусты съ отводками вместо цв£- товъ и плодовъ; легко убедиться, что эти отводки, отпадая отъ материнскаго ра- стешя, даютъ начало новымъ кустамъ. На названныхъ гречихахъ, къ которымъ мы еще вернемся при разсмотрены средствъ распространешя растешй, вместо цве- товъ образуются маленьше клубеньки. Изображенная на стр. 425, фиг. 3, Saxifrage cernua несетъ на своемъ стройномъ стебле обыкновенно только одинъ верхушечный цветокъ и вместо боковыхъ цветовъ скученный клубочками почки съ короткою осью, похож!я на маленьшя луковки. Иногда нетъ и верхушечнаго цветка, и тогда изъ пазухъ прицветниковъ отходятъ лишь коротк!я веточки съ скученными почкообразными отводками (см. рис., стр. 425, фиг. 4). Почки, отпадая, или еще сомкнуты (фиг. 5), или же мясистые, толстые низовые листья уже разступились и одинъ изъ зеленыхъ листочковъ уже выдвинулся своею короткою, зеленою -пластинкою. Лежа на земле, оне вскоре пускаютъ корешки и вырастаютъ въ новые кусты (см. рис., стр. 425, фиг. 6 и 7). У Saxifrage nivalis (фиг. 1 и 2) на месте цветовъ образуются коротйе побеги въ виде розетокъ съ тесно сближенными зелеными листочками. И эти побеги также легко отделяются и, после того какъ изъ короткой ихъ оси выступили корни, вырастаютъ въ новые кусты. У названныхъ* ситниковъ и злаковъ вместо плодовъ появляются коротйе побеги, отде- ляюпцеся отъ ветвей метелки. Развиые этихъ побеговъ у изобреженнего на стр. 425, фиг. 8, ельшйскего мятлика (Роа alpine) и, вообще, у большинства резсм^т- ривеемыхъ злаковъ происходить следующимъ образомъ. Стержень цветочнаго колоска, образовавъ у основешя несколько кроющихъ пленокъ, выпускеетъ выше несколько зеленыхъ, удлиненныхъ листьевъ и образуетъ маленькую облиственную соломину (см. рис., стр. 425, фиг. 9 и 10). Последняя отделяется и вырестееть на влажной земле въ самостоятельный новый кусть. Реже изъ стержня проис- ходятъ боковыя ответвлешя, при чемъ въ пазухахъ кроющихъ пленокъ развиваются меленьше боковые побеги, которые, подобно обвернутымъ пленками плодамъ, отделяются отъ стержня и отпадають. Ботаники стараго времени называли теше злаки и, вообще, все рестешя, развиваюпця на цветоносномъ участке стебля отводки, живородящими (plantae viviperee) и думали, что во всехъ подобныхъ слу- чаяхъ сбмена прорастають, будучи еще въ соединены съ метеринскимъ растешемъ. Къ такому взгляду привелъ, можетъ быть, опытъ сельскихъ хозяевъ, знающихъ, что рожь, овесъ и друйе хлеба иногда „прорастаютъ“, т. е. что, если во время вызр6вашя хлеба дождь днлми и неделями смачиваетъ колосья и, кроме топ>, солома легла на землю, ростки нечинеютъ уже развиваться, когда плоды еще замкнуты въ пленкехъ колосьевъ. Но это прорестен!е въ колосьяхъ и метелкахъ совершается независимо отъ материнскаго рестен!я, такъ какъ последнее уже по' желтело, высохло и мертво, плоды не находятся съ нимъ более въ органической связи и удерживаются лишь механически между пленками. Резвийе ростковъ между сырыми пленками, то же самое, какъ если ростки выступеютъ между сырою пропускною бумагою. Что же касается растешй, называвшихся прежде живородящими, то у нихъ развийе въ верхушечнолистовомъ участке стебля происходить совершенно иначе, чемъ въ колосьяхъ „прорастающего" хлеба. Эти рестешя, вообще, не цве- тутъ, поэтому не обрезуютъ и семянъ, следовательно, тутъ не можетъ быть и речи о прораставши семянъ въ соединены съ материнскимъ растешемъ. Отделяющаяся обра-
зовашя, которыя принимали за выросипе ростки, въ действительности суть маленыие облиственные побеги, развиваемые на местахъ, где обычно появляются цветы и плоды.
Какъ уже упомянуто, большинство разсматриваемыхъ здесь ситниковъ и зла- ковъ, гречихъ и камнеломокъ обитаютъ на высокихъ горахъ и въ арктической области, где растешя для ихъ созидательной деятельности имеютъ ежегодно лишь короткий срокъ 2—4 месяцевъ. Большинство растущихъ при такихъ суровыхъ услов!яхъ растен!й залагаетъ цветы уже осенью, и на нихъ передъ зимнимъ сне- гомъ можно уже заметить на очень короткихъ стебелькахъ среди листьевъ прикорневой розетки заложенныя цветочный почки. Когда затемъ после длинной зимы снегъ стаетъ, то прежде всего происходить распускав!е цветовъ. Если исполь- зывается тепло целаго лета, то изъ этихъ цветовъ получаются также зрелые плоды и семена. Иначе обстоять дело у растенш, которыя не залагаютъ своихъ цветовъ уже осенью, а передъ заложешемъ цветовъ должны воздвигать фундамента, т. е. покрытый листьями стебель, требующш, не считая тепла, и много времени. У такихъ растенгй, понятно, задержано и распускаше цветовъ. Они цветута не тотчасъ же после стаиван!я снега передъ развипемъ листвы, а лишь когда поля вокрутъ уже покрылись сочною зеленью. Вызреваше плодовъ поэтому у нихъ сильно запаздываетъ. Въ такомъ случае можетъ грозить опасность, что снова наступать морозы и зимшй снежный покровъ снова покроета почву, прежде чемъ всхож!я семена образуются и разсбются материнскимъ растешемь. Въ такихъ случаяхъ образоваше отводковъ лучше обезпечиваетъ сохранеше и размножеше растешй, оно происходить, насколько известно, гораздо скорее и при меныпемъ тепле, чемъ плодообразоваше, представляя еще ту выгоду, что преждевременно наступающая зима не уничтожаета заложенные клубеньки, почки и побеги. И вотъ, выше поименованные гречихи, камнеломки, ситники и злаки принадлежать какъ разъ къ растешямъ, которыя на своихъ местообитан!яхъ зацветаюта, сравнительно, поздно, въ неблагощлятные годы подвергаясь опасности, что семена ихъ не вы- зреютъ; это обстоятельство, безспорно, можно привести въ связь съ столь часто у нихъ встречающеюся заменою плодовъ отводками. Едва ли мы ошибемся, приводя и наблюдаемое у некоторыхъ степныхъ растенш появлеше отводковъ вместо цветовъ ) въ связь съ темь, что этимъ растешямъ въ иные годы уделено очень мало времени на развийе стебля и образоваше цветовъ и зрелыхъ плодовъ.
Уже не разъ было отмечено, что мнопя растешя, кореняпцяся въ иле и своими стеблями и зелеными листьями плаваюпця въ воде, должны поднимать свои цветы надъ поверхностью воды, выставляя ихъ на воздухъ, т. е. делая ихъ доступными ветру1 или летающимъ насекомымъ, чтобы совершилось опылеше и опло- дотвореше. Для такихъ растешй, однако, колебашя уровня воды имеютъ большое значеше; понятно, что более продолжительное высокое стояше уровня можетъ мешать или даже сделать невозможнымъ цветеше и плодоношеше. Некоторый изъ этихъ болотныхъ и водныхъ растешй имеютъ, правда, способность „по одежке протягивать ножки“, и стебли ихъ растутъ при поднимающемся уровне дальше и дальше, чтобы цветы, наконецъ, все же могли подняться надъ водою и тамъ
распуститься. А подъ водою въ цветахъ этихъ растенш оплодотворете не пр: - исходить. Если уже были подготовлены цветы, то они не распускаются, чахнуть и отделяются въ виде почекъ или загниваютъ, не произведя плодовъ. Въ малень- кихъ озерахъ Шварцвальда растетъ принадлежащее къ подорожниковымъ, болотное растете Litorella lacustris, развивающее цветы и плоды только въ самые сухй годы, именно, когда поверхность воды сокращена до маленькой лужицы и дно озерт почти высохло. Это, правда, случается редко; проходятъ десятки летъ, въ течете которыхъ уровень воды не падаетъ до упомянутой степени, и Litorella остается погруженною, не расцветаетъ и не завязываетъ, конечно, и плодовъ. Зат: она возмещаетъ плоды столонами, прикрепляющимися корнями къ илу; съ помощьк ихъ она можетъ въ течете десятилетш сохраняться и размножаться. То же, чтс у Litorella, наблюдается и у несколькихъ рдестовъ и водныхъ лютиковъ, и вообще съ невозможностью образован!я плодовъ вследств!© высокаго уровня водъ связано то явлен!©, что столь мног!я водныя растен!я цветутъ крайне редко, за то очень обильно размножаются и распространяются отводками. Упомянутая на стр. 101 Cymodocea antarctica. образующая на побережьяхъ Австралш обширнейппя насаждетя, цвететъ столь редко, что цветы ея были долгое время совсемъ неизвестны и отводки ея, своеобразной формы, принимались за цветы. Цветы и плоды рясокъ (Lemna), изъ за ихъ рбдкости, также видели лишь немног!© ботаники, а „водяная чума" (Elodea Canadensis), получившая въ новейшее время столь большую известность, такъ какъ мешаетъ судоходству, тоже цветущая лишь очень редко, обязана своимъ басно- словнымъ размножетемъ и распространетемъ не плодамъ, а необычайно быстро и обильно происходящему образованью отводковъ.
Подобно избытку воды, и ограничен!© притока воды можетъ мешать оплодотворен!ю и стать причиною того, что размножен!© и распространен!© некоторыхъ растен!й происходить съ незапамят- ныхъ временъ только посредствомъ отводковъ. У папоротниковъ и мховъ сперматозоиды доходятъ до амфиготевъ по воде, которая можетъ оставаться некоторое время въ пространствахъ между листовиднымъ предросткомъ и землею или листочками и стебельками этихъ растенш (ср. стр. 63). Въ значительномъ большинстве случаевъ вода, проникающая въ упомянутые промежутки и прямо таки затопляющая соответственный части растенш, получается отъ дождя или росы. Такъ какъ не только оплодотворете, но и друг!я явлен!я жизнедеятельности папоротниковъ и мховъ зависятъ отъ обильнаго притока воды, то нахожден!е этихъ растетй прямо связано съ определеннымъ количествомъ и определенною годовою продолжительностью атмосферныхъ осадковъ. Поэтому въ сухихъ местностяхъ мхи и еще более папоротники представлены бываютъ лишь слабо или же и совершенно отсутствуютъ; въ сырыхъ областяхъ, напротивъ, они произрастаютъ въ поразитель- номъ обилш и необычайно пышно.
Кроме сухости, у многихъ тайнобрачныхъ, особенно у мховъ, на замещете плодовъ отводками оказываютъ большое вл!ян!е еще и разныя друг!я климатиче- ск!я услов!я. Но подробное разсмотрете этихъ отношенш завело бы насъ слиш- комъ далеко, и мы приведемъ изъ почти пятидесяти случаевъ, которые стали известны въ пределахъ европейской флоры, для примера только некоторые. Leucodon sciuroides, мохъ, приносящей въ северной Европе лишь очень редко плоды, за то
темъ чаще выпускаетъ тамъ многочисленные отделяющееся, покрытые листочками побеги, которые, нопавъ на влажную почву, тотчасъ же укореняются (см. рис., стр. 19, фиг. 9 и 10). Campylopus fragilis, едва ли когда либо развивающй въ Альпахъ плоды, образует коротае, легко отламывающ!еся боковые стволики, отделяющееся листья которыхъ уносить ветеръ. Когда эти листочки повиснуть на какой нибудь крутой стене, то вскоре изъ нихъ выступают зеленыя нити, па которыхъ позже возникают почковидныя образовашя и стебельки мха (см. рис., стр. 19, фиг. 11). На Barbula fragilis и Timmia Norvegica въ Альпахъ также лишь очень редко развиваются плоды, тогда какъ размножеше отводками, подобно тому какъ у Campylopus, происходить очень часто. Плодовъ несколькихъ размножающихся и распространяющихся отводками различнаго рода мховъ, какъ, напр., Dicranodontium aristatum, Bryum concinnatum и Reyeri, еще никто никогда не ви- делъ. Они известны только въ безплодномъ виде, и все же отсутств!е плодовъ вовсе не вызывает ихъ вымирашя.
На ряду съ перечисленными случаями, когда климатическ!я вл!ян1я или избы- токъ или недостатокъ воды задерживают плодообразоваше или вызывают замещен! е плодовъ отводками, стали известны еще мнопе друпе, когда особыя у слов!я устройства цвбтовъ являются причиною, что плоды не завязываются, при чемъ данныя растен!я, для своего сохранен i я, должны прибегать исключительно къ образован^ отвод- ковъ. На первомъ месте следует упомянуть въ этомъ отношеши о некоторыхъ татарникахъ и коровякахъ (Cirsium и Verbascum), происшедшихъ черезъ разнородное скрещиваше и потому считаемыхъ за помеси. Они расцветают настолько рано летомъ, что семена ихъ могли бы легко вызреть до наступлешя зимы; но у некоторыхъ такихъ помесей, вследCTBie другихъ, зависящихъ от устройства цве- товъ и пыльцы, условш, образуется лишь мало или совсемъ не образуется всхо- жихъ сбмянъ. Но темъ обильнее у этихъ растенш образоваше надземныхъ почекъ и подземныхъ, далеко разстилающихся отпрысковъ и столоновъ. Cirsium purpureum, помесь Cirsium heterophyllum съ С. spinosissimum, равно какъ Cirsium affine, помесь Cirsium heterophyllum и С. oleraceum, въ некоторыхъ Альшйскихъ долинахъ покрывают больппя площади сотнями кустовъ, и на некоторыхъ лугахъ тамъ можно встретить почти что больше кустовъ помесей, чбмъ ихъ производителей. Несколько мало способныхъ къ образованью семянъ помесей коровяковъ, производители которыхъ двулетни, выпускают изъ листовыхъ пазухъ у основашя стеблей боковые побеги и становятся многолетними, и такимъ образомъ у нихъ повторяется совершенно такое же замещеше, какое наблюдается у растешй, плодообразоватю которыхъ мбшают климатичестя услов!я.
Но и мнопе виды, относительно которыхъ нельзя утверждать, что они въ современный перюдъ произошли путемъ гибридизащи, развивают лишь очень редко изъ своихъ цветовъ плоды, даже, если климатичесюя ycлoвiя очень благощнятны для образовашя и распространешя семянъ. По cвeдeнiямъ сельскихъ хозяевъ некоторые сорта картофеля цветут лишь очень редко, и на немногихъ цветахъ, которые они производят, все завязи не развиваются, хотя цветы не изменены и пыльцевыя клетки также развиты нормально. Но какъ разъ эти сорта картофеля образуют очень обильные и крупные клубни и такимъ путемъ возмещают плоды подземными отводками. Сходное яшеше наблюдается у банановъ. Они производятъ
обильныя цветочный кисти, и изъ цветовъ получаются сочные плоды; но обмена, залагаюпцяся въ плодахъ, не развиваются и никогда не достигаютъ зрелости. Зато на неделимыхъ банана образуются обильно отводки, и размножеше этого столь важнаго для тропическихъ местностей культурнаго растенья съ незапамятныхъ вре- менъ производится исключительно посредствомъ отводковъ.
Что растен!я съ махровыми цветами, завязи которыхъ претерпели глубокое изменеше, не могутъ приносить плодовъ, понятно, конечно, само собою
Замена цв-Ьтовъ,плодовъ и споровмйстилищъ клубеньками и почковидными отводками: 1) Gagea Persica; 2) Lycopodium Selago; 3) Ranunculus Ficaria; 4) почковидные отводки чзъ листовыхъ пазухъ Gagea Рег- sica; 5) почковидный отводокъ Lycopodium Selago; 6) клубневидный отводокъ Ranunculus Ficaria. Фиг. 1—3 въ ест. велич., фиг. 4—6 увелич. Ср. текстъ, стр. 432 и 433 и въ послйдующихъ главахъ.?
и давно известно. Столь же известно, однако, что эти растешя отличаются разви- т!емъ многочисленныхъ почекъ и побеговидныхъ отводковъ. Особенно замечателенъ въ этомъ отношеши луговой сердечникъ (Cardamine pratensis), растете, встречающееся дико съ махровыми цветами на сырыхъ лугахъ въ Венской котловинб и еще чаще въ окрестностяхъ Зальцбурга и близъ Рида въ Верхней Австрш. На большинстве кустовъ, завязи которыхъ недоразвиваются, на названныхъ местахъ воз- никаютъ те своеобразные листовые поббги и почки, которые изображены на рисунке, стр. 35, фиг. 4.
У нбкоторыхъ видовъ можетъ вл1ять и то обстоятельство, что насекомыя, который должны были бы производить опылен!е рылецъ, тамъ,
где растевае теперь растетъ, встречаются лишь крайне рбдко, или что они совсЬмь не встречаются. Понятно, это касается только техъ растеши, цветы которыхъ лишены приспособленья, посредствомъ коихъ, если скре- щивате не совершилось, рано или поздно произошла бы автогам!я. Если и не j
Замена цв-Ьтовъ и плодовъ отводками: клубненосная зубянка (Dentaria bnlbifera); 1) цветочная кисть, 2) облиственный стебель съ плодовою кистью на конц-Ь, въ которой вызрЬли два плода; въ пазухахъ части стебле- выхъ лпстьевъ почковидные отводки, 3) облиственный стебель, цветочная кисть котораго недоразвилась; въ пазухахъ вс-Ьхъ стеблевыхъ листьевъ почковидные отводки, 4) укореняющееся отпавш!е почковидные отводки, 5) корневище Dentaria bnlbifera. Ср. текстъ, стр. 432 и въ посл-Ьдующихъ главахъ.
всехъ, то все же у значительнаго числа относящихся сюда растеши, действительно, вместо цветовъ и плодовъ появляются отводки, и притомъ различнейшаго вида, надземные и подземные клубни, луковицеобразный почки, облиственные побеги, въ редкихъ случаяхъ также крохотный почечки, изъ оси которыхъ вырастаетъ толстый, мясистый воздушный корень.
Такъ какъ эти разнообразные, появляющееся вместо плодовъ отводки будутъ разсмотрены въ одной изъ следующихъ главъ, касающейся распространенья отвод-
ковъ посредствомъ метающихъ приспособлены, воздушныхъ течешй и странствр щихъ животныхъ, то здесь достаточно будетъ познакомиться съ некоторыми, Нт- многими случаями. Желтые цветы чистяка (Ranunculus Ficaria) на солнечных* местахъ посещаются, если и не очень часто, то все же и не редко, мелкими пыл- цеядными жуками, также мухами и пчелами, и на такихъ местахъ изъ завязей развиваются единичный зрелыя плодовыя головки; въ тенистыхъ местахъ въ за- росляхъ низкихъ кустарниковъ и глубине темныхъ лиственныхъ лесовъ, напрс- тивъ, цвбты очень мало посещаются насекомыми, и тамъ большинство завязей погибаетъ, не достигнувъ зрелости. Зато на выросшихъ въ глубокой тени ку- стахъ чистяка развиваются изъ пазухъ стеблевыхъ листьевъ шаровидные илх бобовидные клубеньки (см. рис. на стр. 430, фиг. 3 и 6), которые позже, при за- вяданш стеблей и листьевъ, отпадаютъ и даютъ начало новымъ кустамъ. Кусты, на которыхъ созрбли плоды, напротивъ, совсемъ не образуютъ клубневидныхъ отводковъ или производить ихъ лишь очень мало. Изображенная на стр. 431, фиг. 1—5, зубянка Dentaria bulbifera представляетъ сходныя явлешя. Пыльца у нея по- падаетъ на рыльце только при помощи насекомыхъ, и лишь когда эти животныя посещаютъ цвбты, развиваются плоды. Она растетъ частью въ молодыхъ^буковыхъ рощахъ и на освещаемой солнцемъ опушке, где насекомыя предпочтительно ле- таютъ, но также и въ высокомъ лесу, образующемся въ теченш времени изъ мо- лодыхъ рощъ, тенистую, бедную цветами глубину котораго пчелы, шмели, мухи и бабочки посещаютъ лишь редко. Въ молодомъ лесу и недалеко отъ опушки изъ посещаемыхъ мухами и пчелами цветовъ всюду развиваются стручки; напротивъ, въ пустынной глубине стараго леса большинство щитковъ цвететъ и отцветаеть, не будучи посещаемы насекомыми. Большинство зачатковъ плодовъ тамъ неразви- вается, вянетъ, отпадаетъ, и лишь редко образуется одинъ или два семяносныхъ стручка (см. рис., стр. 431, фиг. 2). Но въ той же мере, какъ уменьшено образо- ваше плодовъ, увеличивается способность образовать отводки; въ листовыхъ пазу- хахъ вырастаютъ болышя луковицеобразныя почки; последшя отпадаютъ, при на- ступленш середины лета, отъ желтеющаго растешя, отбрасываются колеблющимся отъ ветра стеблемъ, укореняются, какъ только попадутъ на сырую почву листвен- наго леса (ср. рис., стр. 431, фиг. 4), и разрастаются въ подэемныя ползуч!я корневища (см. рис., стр. 431, фиг. 5). Въ самыхъ тенистыхъ местахъ леса попадаются также кусты, которые даже на вершине стебля не развивають цветовъ и поэтому должны исключительно размножаться отводками (фиг. 3).
Красная лил1я имеется въ Европе въ двухъ формахъ. Одна, встречающаяся преимущественно въ Пиренеяхъ и южной Францш (Lilium croceum), почти всегда даетъ зрелые плоды съ всхожими семенами, но не развиваетъ въ пазухахъ своихъ стеблевыхъ листьевъ отводкдвъ; другая, преобладающая по долинамъ центральныхъ и сбверныхъ Альпъ (Lilium bulbiferum), едва ли когда приносить плоды, но даетъ въ пазухахъ лиетьевъ луковицеобразные отводки, которые подъ осень отделяются и сбрасываются съ колеблемаго. ветромъ стебля, и все таки въ устройстве цветовъ у этихъ двухъ формъ красной 'лилш нбтъ отлич!я, и различ!е въ способе размно- жeнiя едва ли можно иначе объяснить, какъ предположешемъ, что въ техъ краяхъ, где теперь растетъ форма Lilium bulbiferum, отстутствуютъ те насекомыя, которыя должны бы были переносить пыльцу съ куста на кустъ. Такъ какъ у красной лилш автогам!я сама собою не происходить, то на ней, при отсутствш посещенш
насекомыхъ, плодовъ не образуется). Вообще, кажется, что эта форма красной лилы утратила способность размножаться путемъ автогамы. По крайней мере, перенесеше пыльцы на рыльце того же цветка на кустахъ, носаженныхъ въ саду, никогда не вызывало образовашя плодовъ. Зато на ней обильно образуются отводки, при помощи которыхъ совершается размножеше и распространеше. Въ несколь- кихъ долинахъ центральныхъ Альпъ красная лил!я не развиваетъ совсбмъ цве- товъ и въ настоящее время должна размножаться только посредствомъ луковице- образныхъ отводковъ.
У изображеннаго на стр. 430, фиг. 1, персидскаго гусинаго лука (Gagea Persica), относящагося къ лилейнымъ растешямъ, повторяются некоторый особенности, только что отмененный у красной лилы. Стебли этого изящнаго маленькаго луковичнаго растешя заканчиваются цветами, которые, при отсутствы носещаю- щихъ насекомыхъ, завядаютъ, не образуя плодовъ. Въ назухахъ нитевидныхъ зеленыхъ листьевъ заложены крохотный почки. Если завязи недоразвиваются, то эти почковидные отводки подрастаютъ (см. рис., стр. 430, фиг. 4); если развиваются зрелые плоды, то на соотв'Ьтственныхъ стебляхъ веб или большинство за- чаточныхъ почекъ погибаетъ. Съ этимъ растешемъ составляетъ замечательную пару богемскы гусиный лукъ (Gagea Bohemica), обитающ!й въ среднеевропейской флоре. Изъ назвашя Bohemica не слбдуетъ заключать, что этотъ видъ живетъ исключительно въ Богемы; онъ получилъ въ свое время это назваше, потому что былъ въ первый разъ открытъ тамъ; позже оказалось, что его область распростра- нешя очень велика и тянется отъ Средней Европы до Перши, Малой Азы, южной Россы и Балканскаго полуострова. Дальше къ западу Gagea Bohemica находится въ Европе только еще въ немногихъ отдельныхъ точкахъ въ Богеши и близъ Магдебурга, и она, безъ сомнешя, есть последны остатокъ некогда распространенной до Гарца степной флоры. Позже будетъ случай разскйзать, какъ эта степная флора отступила на востокъ и какъ она была заменена существенно иными растительными сообществами; но уже здесь следуетъ упомянуть, что одновременно съ отступлешемъ степной флоры произошло отступленье и степныхъ животныхъ. Степная антилопа, степной сурокъ, степной дикобразъ, степной заяцъ, жившie въ то время въ средней Гермаши, давно покинули эту область, и съ полнымъ осно- вашемъ можно принять, что и насекомыя того перюда выселились. И вотъ, крайне удивительно, что степное растете Gagea Bohemica, цветы котораго по своему устройству приспособлены къ скрещиванью при посредстве насекомыхъ, и въ которыхъ не происходить автогамы, никогда не приносить плодовъ въ упомянутыхъ единичныхъ местонахождешяхъ въ Богемии и Германы. Невольно приходить на мысль, что въ этомъ неразвиты плодовъ виновато отсутств!е техъ степныхъ насекомыхъ, который въ прежнее время были, вероятно, распространены и въ Богемы и Германы. Во всякомъ случае достоверно, что на кустахъ Gagea Bohemica, рас- крывающихъ цветы на местонахождешяхъ въ природе въ Богемы и Германы,
еще никто не видалъ плодовъ и семянъ. Зато на стебле этого растешя, между обоими основными листьями, образуются мелшя луковицеобразныя почки, которыя впоследствш отпадаютъ, укореняются и, въ виде отводковъ, сохраняют и пазмно- жаютъ этот видъ.
Партеногенезъ.
Въ начале нашего столейя ботаники обратили внимаше на одно водное растете, которое распространено въ Старомъ Свете отъ Ирландш до Китая и отъ Финляндш до прибрежныхъ странъ северной Африки, но нигде не встречается столь часто, какъ по близости Балтйскаго моря и на его островахъ. Водное растете это называется Chara crinita, относится къ группе лучицъ, особенно охотно растетъ близъ моря въ солоноватой воде и только местами въ слабо соленыхъ, стоячихъ водахъ внутри материка. Где оно поселилось въ канавахъ, лужицахъ и озерахъ, оно всегда является во множестве и образует иногда, подобно родствен- нымъ видамъ, болышя чистыя насаждетя. Оно однолетне. Осенью все растете отмирает. Изъ отпавшихъ, въ течете зимы погруженныхъ въ илъ ооготевъ на следующую весну вырастаютъ молодыя растешя, которыя следующею осенью точно такъ же, какъ и материнсшя растешя, снова погибают, после того какъ отпали ихъ оогонш. Chara crinita двудомна, т. е. одно неделимое развивает только оого- ши, другое только антеридш (ср. стр. 58). Но, тогда какъ у другихъ двудомныхъ лучицъ оба пола обыкновенно растут въ ближайшемъ соседстве въ той же местности, такое соседство у Chara crinita замечается крайне редко. До сихъ поръ неделимый съ антериддями наблюдались только въ Куртейзоне, близъ Оранжъ, въ южной Францш, около Гурьева у Касшйскаго моря, около Зальцбурга близъ Гер- манштадта въ Трансильванш, въ маленькихъ лужахъ съ соленою водою около Со- роксара южнее Будапешта въ Венгры и въ гавани Пирэя въ Грецш. Въ северной Германш, въ особенности близъ БалтШскаго моря, где Chara crinita встречается особенно часто, напротивъ, не было найдено ни одной особи съ антери- дiями. Не ботаникъ могъ бы предположить, что эти местности, можетъ быть, не достаточно еще обысканы для того, чтобы теперь уже утверждать, что Chara crinita съ антеридаями совершенно отсутствует въ области Балййскаго моря. Но если где либо можно решиться на такое утверждеше, то какъ разъ здесь. Разъ обративъ внимаше на странное отношеше этого растешя, ботаники самымъ подроб- нымъ образомъ наследовали названную область. Дассовское озеро у Любека, окрестности Варнемюнде около Ростока, большой и малый Ясмундскй „бодденъ“ на острове Рюгене и Вангеръ-Викъ у Штральзунда, где Chara crinita встречается въ громадныхъ количествахъ, неоднократно спещально наследовались относительно нахождешя антерщцевъ на этой лучицб. Въ отдельности делались также изыска- н!я, не развиваются ли, можетъ быть, на единичныхъ, снабженныхъ архегошями неделимыхъ где либо антеридш, потому что, какъ известно, у двудомныхъ растеши иногда встречается такое отклонеше отъ обычнаго распредЬлешя половъ. Но самыя тщательный изыскашя были безуспешны, и можно считать достоверным^ что въ области Балтшскаго моря разсматриваемая здесь лучица не образуетъ ан- терщцевъ, а, следовательно, и сперматозоидовъ. Попытку объяснить дело такъ, что въ то время, когда оогонш готовы для оплодотворешя, изъ прудовъ южной
Франщи, изъ Венгрш или изъ Касшйскаго. моря могутъ приноситься водными птицами мужск!я половыя клетки въ область Балтшскаго моря, следуеть также отклонить, и изъ всего этого вытекаетъ, что въ области Балтшскаго моря ооплазма въ оогошяхъ Chara crinita остается неоплодотворенною. Если же всетаки отпавппе осенью и перезимовавппе въ иле оогоши въ следующемъ году развиваются дальше, если неоплодотворенная ооплазма тогда делится и даетъ начало новому неделимому, то мы здЬсь имеемъ одинъ изъ техъ случаевъ, которые зоологи назвали партеногенезомъ. Неоднократно подвергалось сомненью, но въ настоящее время достоверно доказано, что изъ неоплодотворенныхъ яицъ еловой тли (Chermes) и травяной тли (Aphis), равно какъ изъ такихъ же яицъ различныхъ общественно живущихъ пчелъ, осъ и пилильщиковъ происходить жизнеспособный неделимый. Также относительно рода моли Solenobia и шелкопряда известно, что изъ неоплодотворенныхъ яицъ выходятъ гусеницы, развивающаяся дальше и окукляюпцяся, при чемъ надо добавить, что изъ такихъ куколокъ постоянно получаются только самки. Это интересно въ томъ отношеши, что и изъ неоплодотворенныхъ оогошевъ Chara crinita всегда вырастаютъ только неделимый съ оогошями.
Подобно тому, какъ у Chara crinita, партеногенезъ былъ наблюдаемъ и у различныхъ другихъ споровыхъ растешй, живущихъ въ воде или на сыромъ, про- питанномъ водою субстрате. У принадлежащего къ мукоровымъ рода Syzygites было замечено, что протоплазма въ приготовившихся къ коньюгащи выпячива- шяхъ давала начало новому неделимому, даже когда не происходило коньюгащи, т. е., не совершалось оплодотворешя. Точно такъ же ооплазма въ оогошяхъ сапро- легшевыхъ иногда даетъ начало новому неделимому безъ предшествовавшаго сое- динешя съ антервдемъ, и дaльнeйшiя изследовашя, наверное, откроютъ сходный отношешя у некоторыхъ пероноспоровыхъ, сифоней и др.
У мховъ партеногенезъ далеко не редкое йвлеше. Такъ же какъ у лучицъ, и у мховъ оплодотвореше происходить только при посредстве воды и, именно, всего чаще воды, осаждающейся въ виде дождя и росы, заполняющей все промежутки моховыхъ дерновинъ и удерживаемой тамъ продолжительное время различными приспособлешями. Оплодотворяющая протоплазма при этомъ должна перемещаться, сперматозоиды должны проплыть некоторое пространство по воде, чтобы попасть къ зачаткамъ плодовъ. У однодомныхъ и также у многихъ двудомныхъ мховъ разстояше еще очень незначительно, и эти виды всегда и приносить обильные плоды. Но есть несколько видовъ, которые въ известной местности встречаются только въ экземплярахъ съ зачатками плодовъ, а въ другой, и притомъ часто удаленной на сотни метровъ, только въ экземплярахъ съ антерщцями. Къ такимъ видамъ принадлежать, напр., Neckera Besseri, Aulacomium turgidum, Bryum alpinum и Duvalii, Barbula recurvifolia, Amphoridium Mougeotii, Mnium insigne, Pterogonium gracile, Hypnum rugosum и Thuidium abietinum. Невозможно, чтобы зачатокъ плода растущей въ Карпатахъ дерновины мха оплодотворялся сперматозоидами изъ антерщцевъ растущей въ Альпахъ моховой дерновины, и поэтому, если все таки изъ зачатковъ плодовъ получаются плоды, то это можетъ происходить лишь путемъ партеногенеа. Правда, у всехъ выше поименованныхъ мховъ зрелые плоды редки; но достаточно и того, что они встречаются, притомъ при услов!яхъ, когда можно съ уверенностью сказать, что оплодотворешя не предшествовало.
Доказано несомненно, что и въ семяпочкахъ явнобрачныхъ, на которые сперматоплазма не могла оказать вл!яшя, иногда образуются зародыши, и притомъ жизнеспособные зародыши, которые, отделившись отъ материнскаго растешя, вы- растають въ новые кусты; мы пояснимъ это на ряде примеровъ. Прежде всегс укажемъ на хмель (Humulus Lupulus), который, какъ известно, двудоменъ, и жен- CKie кусты котораго могутъ производить всхож!я семена даже, когда далеко вокругъ нельзя найти куста съ тычиночными цветами. Таковы несколько женскихъ кустовъ хмеля, которые были посажены на южномъ склоне передъ моей дачею въ тирольской долине Гшнитцъ для покрытая перилъ и которые ежегодно развиваютъ шишки съ нормально вызревшими плодами. Изъ этихъ плодовъ при повторныхъ опытахъ вырастали постоянно молодая сильныя растешя, причемъ одинъ разъ проросло приблизительно 20, другой разъ 26% положенныхъ въ землю плодиковъ. И, что заслуживаетъ быть особенно отмеченнымъ, все кусты, развившиеся изъ этихъ рост- ковъ, давали опять только плодупце цветы. Мужсше кусты хмеля хотя и имеются въ долине Гшнитцъ, но отделены поросшею лесомъ полосою земли и удалены приблизительно на разстояше получаса отъ техъ женскихъ кустовъ, плода кото- рыхъ были высеяны. Только тотъ, кто не знаетъ долины и местъ, где находятся въ ней мужсше и женсше кусты хмеля, можетъ признать возможнымъ, что ветеръ принесъ пыльцу съ упомянутыхъ мужскихъ кустовъ. Кто увидитъ услов!я на месте, скажетъ, что возможность опылешя рылецъ пыльцею мужскихъ кустовъ совершенно исключается, и объяснить образоваше всхожихъ семянъ партеногенезомъ.
Но если этотъ случай не можетъ считаться вполне безупречно доказакнымъ, то имеется все же несколько другихъ, где партеногенезъ у явнобрачныхъ расте- шй находится вне всякаго сомнешя. Такой особенно поучительный случай пред- ставляетъ Gnaphalium alpinum или Antennaria alpina, многолетнее сложноцветное, имеющее большое сходство съ известнымъ подъ именемъ кошачьей лайки и очень обыкновеннымъ въ средней Европе Gnaphalium dioicum и съ распространеннымъ въ Карпатахъ и въ Альпахъ Gnaphalium carpaticum. Это растеше встречается въ Скандинавш отъ Телемаркена до Гавозунда (59° 52' до 71° сбв. шир,), въ Poccin отъ северной Финляндаи до Кольскаго полуострова, далее въ арктической Сибири и арктической Америке, въ Лабрадоре, на острове Мельвиль, по всему арктическому архипелагу, въ Гренландш отъ 60 до 72° сев. шир. и еще въ Исландш, т. е. въ поясе, окружающемъ северный полюсь на протяжеши около 12 градусовъ широты. Оно отсутствуеть, однако, совершенно на средне- и южно-европейскихъ го- рахъ и не было съ достоверностью показано и на горахъ средней Аз1и. Въ гро- мадномъ северномъ округе распространешя Gnaphalium alpinum далеко не редокъ и встречается тамъ на многихъ тысячахъ местонахождение и въ милл1ардахъ кустовъ. Но замечательно, ни въ арктической Америке, ни въ арктической Азш никогда не видели куста, который бы образовалъ пыльцу. Въ скандинавской флорб разъ въ 1842 году, говорятъ, было найдено мужское растеше; но и эта находка подвергается сомненпо, и многочисленные ботаники, наследовавшие скандинавскую флору самымъ тщательнымъ образомъ въ старое и новое время, единогласно вы- сказываютъ, что видели только женсше кусты Gnaphalium alpinum, но никогда не видели кустовъ съ пыльцею. Въ виду этихъ обстоятелъствъ, кусты Gnaphalium alpinum изъ Доврефьельда въ Норвепи культивировались при соблюдеши всехъ возможныхъ меръ предосторожности въ Иннсбрукскомъ ботаническомъ саду и были
доведены до цветешя. Веб цветы содержали пестики, но не содержали пыльцы, и опылете рылецъ было совершенно невозможно. Несмотря на это, изъ части завязей получились семянки съ вполне развитыми семенами, и изъ нихъ, после того какъ оне были положены въ песчаную, богатую перегноемъ землю, выросли моло- дыя растетя, вполне тождественный съ материнскимъ, вскоре зацветшая, но содержавшая въ своихъ цветахъ опять только пестики. После такого результата не можетъ быть сомнетя, что Gnaphalium alpinum и въ своемъ широко раскинувшемся северномъ округе распространетя размножается партеногенезомъ.
Другое растете, у котораго съ давнихъ поръ наблюдалось образоваше зародышей въ неоплодотворенныхъ семяпочкахъ,— однолетнее куръ-зелье (Mercurialis annua; см. рис. ниже). Растете это, относящееся къ семейству молочай-
Однол^тнее куръ-зелье (Mercurialis annua): 1) съ тычиночными цветами, 2) съ плодущими цветами.
ныхъ, очень распространено въ средней Европе на поляхъ, въ огородахъ, около заборовъ и на сорныхъ местахъ. Въ природе растуть вперемешку кусты этого растетя, несупце только плодупце цветы, и друпе только съ тычиночными цветами. Пылящая пыльца легко попадаеть, при посредстве воздушныхъ течетй, на рыльца, и на кустахъ съ плодущими цветами вызуеваеть всегда множество всхо- жихъ семянъ, которыя считаются результатомъ предшествовавшаго оплодотворешя. Но въ разное время выращивали въ горшкахъ отдельно кусты съ плодущими цветами и, къ удивленью, оказалось, что они развивали также всхож!я семена, хотя и въ меныпемъ числе, чемъ кусты, выросшие въ природе рядомъ съ кустами съ тычиночными цветами. Этотъ результатъ подвергался съ многихъ сторонъ сомненью, и его пытались свести на неточность опытовъ. Говорили, что пылящая пыльца могла издалека быть занесена ветромъ въ помещешя, служившая для опытовъ, и, что имбло еще более значетя, обращали внимате на то, что иные кусты куръ- зелья вместе съ многими плодущими цветами несуть и единичные тычиночные цветы. Противореч1е вызвало новые опыты, при которыхъ были приняты во внимате все возможные источники ошибокъ. Особенно казались благощиятными для
возобновлешя опытовъ так!я местности, гдб на мнопя мили вокругъ не встречается куръ-зелья въ дикомъ состояши и где возможность занесешя пыльцы изъ окрестностей была совершенно исключена, такъ, напр., любая точка въ среднемъ Тироле, где совершенно отсутствуетъ и однолетнее, и многолетнее куръ-зелье. Въ одной такой местности, въ высокой долине Гшнитцъ, были повторены опыты, производивппеся еще въ 1833 году Рамишемъ съ болыпимъ терпешемъ въ Праге, при чемъ были устранены все ошибки, ставившаяся на видъ Рамишу. Въ особенности, все кусты, на которыхъ показывались почки тычиночныхъ цвб- товъ, тотчасъ же уничтожались, а также внимательно смотрели, не скрывается ли на томъ или другомъ, несущемъ плодупце цветы, кусте где нибудь единичный тычиночный или обоеполый цветокъ. Въ то время, когда рыльца были готовы къ опыленпо, на мнопя мили вокругъ, наверное, не было ни одной пыльцевой клетки этого растетя, а потому опылеше такою пыльцею и не могло совершиться. Не смотря на все, завязи вскоре налились, изъ семяпочекъ развились семена съ за- родышемъ, и изъ этихъ семянъ после посева получились новые, сильные кусты.
Другимъ, подобно куръ-зелью, принадлежащимъ къ молочайнымъ, растешемъ, въ неоплодотворенныхъ семяпочкахъ котораго образуются зародыши, является Coelebogyne ilicifolia. Оно растетъ дико въ кустарныхъ заросляхъ восточной Австралии, было привезено въ 1829 г. въ Европу и теперь повсюду разводится въ оранже- реяхъ ботаническихъ садовъ. Первый привезенный кустъ несъ только плодупце цветы, и веб происшедппе отъ него кусты, культивируемые теперь въ Европе, никогда не развивали другихъ цветовъ, кроме плодущихъ. Кустовъ Coelebogyne съ тычиночными цветами не имеетъ ни одна теплица въ Европе. Такъ какъ у другихъ двудомныхъ растеши на женскихъ кустахъ иногда находили также единичные тычиночные цветы (ср. стр. 437), то на это обстоятельство было обращено должное внимаше, но оказалось, что избранные для наблюдешй кусты никогда та- ковыхъ не производили. На рыльца наблюдавшихся кустовъ Coelebogyne, поэтому, не могла попасть пыльца того же вида. И все таки во многихъ семяпочкахъ развились зародыши; они были жизнеспособны и выростали въ новые кусты, которые все несли опять только плодупце цветы. Следуеть еще заметить, что эти молодые кусты по всбмъ признакамъ вполне точно походили на привезенный первоначально въ Европу кустъ, отъ котораго они веб произошли. Это замечаше важно потому, что можно бы было сделать предположеше, что хотя и не пыльца Coelebogyne, но, можетъ быть, пыльца другого молочайнаго попала на рыльце, вслед- ств!е чего произошло разнородное скрещиваше, и что молодые .кусты суть помеси. Въ такомъ случае въ ихъ признакахъ было бы заметно какое либо сходство съ видомъ, давшимъ пыльцу. Но этого, какъ уже упомянуто, не было. Впрочемъ, чтобы устранить onaceHie, что пыльцевыя клетки съ другого растевая могли быть перенесены на рыльце, цвбтупце кусты Coelebogyne намеренно были перенесены въ ташя мбста, где доступъ всякой пыльцы былъ исключенъ; все три лопасти рылецъ оставались тамъ необычайно долго свежими и сохраняли такой видъ даже еще въ то время, когда завязи уже начали вздуваться. После того какъ зародыши достигли нормальной величины (каковое состояше наступило, приблизительно, черезъ три месяца после раскрытая соответственныхъ цветовъ), рыльцевая ткань завяла и сморщилась, обстоятельство, также не лишенное значешя, потому именно, что рыльца после опылешя вскоре начинаютъ вянуть и только неопыленныя
рыльца долгое время остаются свбжими (ср. стр. 272). Въ виду этих^ резуль- татовъ повторныхъ опытовъ, при постановкб которыхъ было обращено внимаше на веб возможные источники ошибокъ, можетъ считаться доказаннымъ фактомъ, что въ сбмяпочкахъ Coelebogyne ilicifolia и безъ влхятя сперматоплазмы могутъ образоваться зародыши.
Теперь возникаетъ вопросы можно ли говорить въ разсмотрбнныхь случаяхь о плодообразоваши? Конечно, нбтъ. Поняйе образовашя плодовъ требуетъ со- единешя ооплазмы и сперматоплазмы, или, другими словами, плодообразовашю должно предшествовать оплодотвореше соотвбтственнаго плодоваго зачатка. Когда соединешя ооплазмы съ сперматоплазмою не совершилось, то возникающее изъ зачатка плода образоваше, которое затбмь служить для размножешя, есть не плодъ, а отводокъ. Отводки могутъ, какъ было указано въ одномъ изъ предыдущихъ отдбловъ (стр. 42), происходить изъ всбхъ частей слоевища, изъ всбхъ ярусовъ стебля и изъ всякаго рода листьевъ. Протопласта въ клбткб слоевища лишайника или листочка мха, въ корнб осины или стеблб красной лил1и, на краю листа орхидеи или надъ жилкою листа бегоши можетъ дать начало отводку, почему же и протопласта въ оогоши Chara crinita, въ оогоши лиственнаго мха, въ сбмя- почкб Gnaphalium alpinum, Mercurialis annua и Coelebogyne ilicifolia не могъ бы явиться также исходною точкою для образовашя отводка? Правда, опыта пока- зываетъ, что въ большинства случаевъ, какъ у тайно-, такъ и у явнобрачныхъ, за- чатокъ плода погибаетъ, если приготовившаяся къ зачайю ооплазма не соединится съ сперматоплазмою; но съ тою же определенностью онъ указываетъ, что у нб- которыхъ растешй ооплазма не портится и не отмираета, если упомянутаго соединешя и не произошло *).
Подробно входить въ связанный съ этими фактами натурфилософсшя спеку- ляцш было бы здесь не уместно. Важнее, конечно, рбшеше вопроса, чбмь могутъ быть вызваны эти отступлешя отъ обычнаго способа размножен!я, происходящаго внутри зачатка плода. Въ этомъ отношенш прежде всего слбдуета иметь въ виду, что веб растешя, у которыхъ наблюдался известный подъ именемъ партеногенеза процессь, двудомны. У двудомныхъ растешй, само собою понятно, возможно только скрещиваше, и при томъ прежде всего имбется, пови- димому, стремлеше къ разнородному и затбмъ лишь, если оно не совершится, къ однородному скрещивашю (ср. стр. 297). Но что происходить, если у двудомныхъ растешй скрещивашю что либо помбшало? Противорбчило бы экономш растешя, если бы зачатокъ плода, развийе котораго требуетъ значительной затраты труда и представляетъ, въ нбкоторомъ родб, заключительный камень въ постройкб всего растен!я, долженъ былъ такъ безполезно и безрезультатно зачахнуть и погибнуть. Снабженный обоеполыми цвбтами растешя обладаюта способностью, въ случаб, если скрещивашя у нихъ не происходить, вызвать плодообразоваше путемъ автогамш; но этой способности двудомный растешя, понятно, лишены, и у нихъ
*) Необходимо иметь въ виду, что между партеногенезомъ Chara crinita и таковымъ же Coelebogyne существуетъ большая разница, такъ какъ у Coelebogyne зародышъ получается вовсе не изъ яйцеклетки. Вообще у явнобрачныхъ растешй неизвестно ни одного достовернаго случая настоящаго партеногенеза, какой мы имЪемъ у Chara crinita.
Прим. ред.
развитее зародышей изъ неоплодотворенныхъ зачатковъ плодовъ можно разсматри- вать какъ явлеше, заменяющее автогамно, или, можетъ быть, вернбе, какъ при- способлеше противъ растраты потребныхъ на построение плодоваго зачатка ве- ществъ и рабочихъ силъ. Однолетнимъ двудомнымъ растешямъ грозила бы также опасность, что при отсутствш пыльцы и вызванномъ этимъ отсутствш плодообра- зования не произойдетъ обновления вида; другими словами, у нихъ отмираше ку- стовъ могло бы быть равнозначущимъ съ вымирашемъ вида, которому эти кусты принадлежать. Противъ такихъ опасностей, какъ известно, имеются разнообраз- нейппя приспособления. Изъ примененныхъ для этого средствъ всего чаще наблюдается образоваше отводковъ. Происходящее изъ этихъ отводковъ облиственные побеги вызваны стремлешемъ къ самосохранешю. Въ этомъ смысле, поэтому, образоваше отводковъ въ неоплодотворенныхъ плодовыхъ зачаткахъ двудомныхъ растений можно разсматривать какъ предохранительное средство противъ вымирания вида. Такому взгляду, правда, противоречить тотъ фактъ, что изъ плодовыхъ зачатковъ некоторыхъ двудомныхъ растений, доступъ пыльцы къ которымъ былъ закрыть, не получается ни плодовъ, ни отводковъ. Въ Венскомъ ботаническомъ саду уже много летъ растетъ кустъ калифорнской Obione halimifolia. Это растение двудомно. Единственный культивируемый въ Вене кустъ несетъ только плодущие цветы; пыльцы этого вида растешй не имеется на 100 миль вокругъ, и даже, вероятно, во всей Европе. На рыльца Obione поэтому не попадаетъ пыльцы этого вида. Подъ осень завязь хотя, и вздувается, и околоцветникъ, образующей покровъ завязи, также вы- растаетъ до значительной величины, и все образование производить впечатление нормально развитаго плода, но все плоды пусты. Внутри ихъ нельзя заметить ни следа зародыша. Точно также въ этомъ случае вместо плода не развить и отводокъ. Не приступить ли у этого растешя когда нибудь, рано или поздно, некоторый неопло- дотворенныя семяпочки къ образование отводковъ, этого нельзя ни утверждать, ни отрицать. Такою же загадкою остается отсутств!е въ области Балтшскаго моря мужскихъ особей Chara crinita, а въ арктической флоре мужскихъ неделимыхъ Gnaphalium alpinum. Относительно Chara crinita замечателенъ тотъ фактъ, что мужскихъ неделимыхъ не встречается только въ прибрежныхъ местностяхъ, внутри же материка мужския и женскья особи этого растения растутъ рядомъ. Повидимому, климатичесшя ycлoвiя и историческое развит!е нашей теперешней флоры имели тутъ некоторое вл!яше, но нетъ придержекъ, чтобы развить эту мысль дальше.
Особенность партеногенеза состоитъ въ томъ, что развивающееся въ семяпочке отводки принимаютъ видъ зародышей, ничемъ не отличающихся отъ зародышей, происшедшихъ вcлeдcтвie оплодотворешя. Если вместо семяпочекъ внутри завязи образуются клубеньки или почки, следовательно, зачатки облиственныхъ побеговъ, какъ, напр., у Amaryllis и Crinum (ср. стр. 41), то ось этихъ зачатковъ является ответвлешемъ отъ материнскаго растешя. Но отводки, образующееся внутри сбмяпочекь, суть не ответвления, а молодыя растеньица съ корешкомъ, стеблемъ и листочками, питаемым материнскимъ растешемъ при посредстве особой ткани, и эта ткань никакъ не можетъ быть признана за продолжение развивающейся въ моло- домъ растеньице оси. TaKie отводки внутри семяпочекъ получаютъ новую самостоятельную ось, и въ этомъ-то и кроется существенное отлич!е отъ отводковъ, разсмотренныхъ въ предыдущей главе.
Чередоваже покоящим.
Кто въ тихую погоду въ первый разъ увидать морсше анемоны и разнообразные полипняки и кораллы въ сизозеленой, прозрачной воде мелкихъ морскихъ заливовъ, можетъ подумать, что видить передъ собою отражеше пестрыхъ, цвету- щихъ на берегу растешй. Венцы изъ звездчато распростертыхъ щупалецъ, окай- мляющихъ ротовое отверспе, на нбкоторомъ разстоянш совершенно походятъ на красныя или фшлетовыя астры или на цветы хрустальныхъ травокъ (Mesembryan- themum), наружные скелеты похожи на стебли, а расположеше ветвей живо напо- минаетъ строеше растешй, образующихъ дерновины. Кораллы и полипняки лишены также способности свободнаго перемещешя и прикреплены, подобно багрян- камъ и другимъ растущимъ въ море водаымъ растешямъ, къ подстилающей скале или камнямъ. Если поэтому зоологи дали этимъ страннымъ морскимъ обитате- лямъ назваше животно-растешй, то назваше въ высшей степени подходяще уже въ виду ихъ внешняго вида.
Но и внутреннее строеше и образъ жизни этихъ животныхъ представляютъ замечательное сходство съ растешями. У некоторыхъ видовъ отдельный, соединенный въ одинъ кустъ особи вполне соответствуютъ органамъ одного тела, ча- стямъ сложнаго организма, служащимъ различнымъ жизненнымъ отправлешямъ. Произошло разделеше труда между различными слагающими полипнякъ отдельными животными. Одна ветвь полипняка служить для принятая пищи, другая для раз- множешя, и все же оне имеютъ общую пищеварительную полость, причемъ соки, добытые одною частью отдельныхъ животныхъ, переходить во все части полип- няка, потребляясь и теми, которыя не принимаютъ пищи изъ окружающей среды. Размножеше животнорастешй совершается двоякимъ образомъ. Подобно тому, какъ на ветвяхъ дерева залагаются почки, превращающаяся въ новыя ветви, и на жи- вотнорастев4яхъ образуются почки, которыя увеличиваются и вырастаютъ въ отдельный животныя. Если последшя остаются въ соединеши съ теломъ, изъ ко- тораго они выросли, и если этотъ процессъ повторится несколько разъ, то постепенно образуются сильно разветвленные кусты значительнаго объема. У многихъ животнорастешй, особенно такъ называемыхъ полипомедузъ, некоторый ветви без- полой полиповой формы превращаются въ чашевидныя или коробочковидныя обра- зовашя, внутри которыхъ развиваются почки, принимающая видъ дасковъ съ вен- цомъ щупалецъ, затемъ отделяющаяся и свободно плавающ!я въ воде. Этихъ про- исшедшихъ изъ почекъ, освободившихся и свободно плавающихъ отдельныхъ животныхъ называютъ медузами. Медузы снабжены половыми органами, оплодотворяются, и изъ оплодотвореннаго яйца происходить зародишь, который прикрепляется въ подходящемъ месте къ морскому дну и вырастаетъ или въ новый без- полый полипнякъ или въ группу снабженныхъ половыми органами медузъ. Последнее происходить следующимъ образомъ. После того какъ выпущенный медузою грушевидный зародышъ поплавалъ некоторое время въ воде, онъ прикрепляется своимъ более тонкимъ концомъ и принимаетъ видъ булавы. На этомъ бу- лавовидаомъ теле появляются кольцевидный вдавлешя, которыя все более и более углубляются, такъ что черезъ некоторое время вместо булавы получаются параллельные диски, сдерживаемые общимъ стержнемъ. Происшедшее такимъ путемъ
образоваше имеетъ почти видъ шишки, но срединный стержень соединяетъ не ст- ходяпце въ одну сторону чешуи, а лежапце другъ надъ другомъ диски. Стерженз затемъ съеживается, отдельные диски разъединяются и плавають въ море въ вист медузъ. Эти медузы снабжены половыми органами, и послб предшествовавшая оплодотворешя изъ зародыша можетъ снова образоваться или безполое, или полевое поколеше. Такую смену безполаго и полового поколенш назвали чередо- ван!емъ поколешй.
Чередоваше поколбшй, ограниченное въ животномъ Mipe лишь некоторыми немногими группами, въ Mipi растешй представляетъ очень обыкновенное, широк: распространенное явлеше. У явнобрачныхъ растительный кустъ есть соединеше побеговъ. Каждый побегъ состоитъ изъ нбеколькихъ располагающихся другъ надъ другомъ междоузлш, изъ которыхъ верхше более молодые всегда развиваются съ помощью и при посредстве нижнихъ более старыхъ. Эти междоузл!я остаются въ соединеши, и ткань, образующую это соединеше, со всеми ея проводящими воздухъ и воду трубками следуетъ разематривать какъ обпцй для всехъ междоузлш органъ. Такъ какъ междоузл!я имеютъ способность продолжать жить отдельно въ видб самостоятельныхъ существъ, то ихъ разематривали какъ неделимый и назвали анафитами (ср. стр. 6). Соединенные въ побеге или въ ра- стительномъ кусте, они ведутъ общее хозяйство, и между ними произошло разде- леше труда. Анафиты срединнолистового яруса главнымъ образомъ служить для приготовлешя матер!аловъ, анафиты верхушечнолистового яруса — для вырабаты- вашя половыхъ клбтокъ, черезъ соединеше которыхъ долженъ образоваться плодъ. Побеги, содержащее на вершине анафиты второго рода, называются цветками; побеги, заканчивающееся зелеными листьями или, говоря точнее, побеги, верхше анафиты которыхъ приготовляютъ при помощи ихъ зеленой ткани строительные ма- тер!алы, называютъ листовыми побегами. Первыми зачатками побеговъ являются, какъ известно, почки, и последвая, согласно производимой ихъ верхними анафитами работе, бываютъ цвбточныя и листовыя. Побеги, происхо- дяпце изъ листовыхъ почекъ, въ большинстве случаевъ, остаются въ соединеши съ соответственнымъ кустомъ и являются его ветвями; побеги, развив ипеся изъ цветочныхъ почекъ, напротивъ, после совершившагося оплодотворешя и плодо- образовашя цбликомъ или частью отделяются отъ куста и въ томъ месте, где раньше находилась почка, образуется рубецъ. Каждый побегъ можно разематривать какъ поколеше, и соответственно этому наблюдаемая у вебхъ явнобрачныхъ смбна въ образовали листовыхъ ицвбточныхъ побеговъ, или листовыхъ и цветочныхъ почекъ, наодномъ итомъ же кусте должна быть названа чередован!емъ поколен!й.
Существенно отличны отношешя полового и безполаго поколбшй у папоротни- ковъ, хвощей и, вообще, у вебхъ тбхъ тайнобрачныхъ, которыя соединяются подъ назвашемъ сосудистыхъ тайнобрачныхъ. У папоротниковъ поколеше, несущее половые органы, является въ виде плоско распростертаго тканеваго тела, съ нижней стороны котораго въ подстилающую почву внедряются нбжныя, волр- сковидныя корневыя волокна (см. стр. 443, фиг. 1). Большею частью это известное подъ именемъ предростка (prothallium) тбло имбетъ форму сердцевидной или продолговатой пластинки и достигаетъ длины, приблизительно, 0,5—1 см. Половые органы развиваются на нижней, обращенной къ почве, стороне предростка, анте-
ридш— въ видЬ крохотныхъ, выступающихъ надъ поверхностью бородавокъ, а амфигонш тамъ же въ видб бутыльчатыхъ образован™, погруженныхъ своею расширенною частью въ ткань предростка и поднимающихся надъ нею только шейкою (см. рис. ниже, фиг. 2). У большинства папоротниковъ на томъ же пред-
Чередован1е поколйн!й у папоротниковъ: 1) нижняя сторона предростка папоротника-кочедыжника; 2) продольный разр-Ьзъ амфигошя, 3) продольный разр^зъ антерид!я, 4) сперматозоиды, выступающее изъ антерид!я; 5) начало безполаго поколотя, изъ плода кверху выросла вая, книау корень; 6) безполое покол-йше одного папоротника (Asplenium Ruta muraria), на нижней сторон^ долекъ вай расположенный въ продолговатыя кучки споро- вмйстилища, 7) одна долька ваи, увелич., споровмйстилища съ одной стороны прикрыты пленкою (индуз!емъ), 8) первая ступень развит!я предростка (полового поколйшя), происходящая изъ безполой, отпавшей отъ ваи споры. Фиг. 6 въ ест. велич., фиг. 2—4 увелич. 350 разъ, фиг. 5 — 6 разъ, фиг. 7 — 3 раза, фиг. 8 — 240 разъ. Ср. текстъ. стр. 442—445.
ростке обоего рода половые органы распределены следующимъ образомъ: амфигонш находятся близъ сердцевиднаго выреза, антеридш — за нимъ, въ середине или ближе къ краю зеленой пластиночки. Реже на одномъ предростке находятся лишь амфигонш, на другомъ только антеридш. После того, какъ выпущенные изъ ан- терщцевъ, закрученные винтомъ сперматозоиды (см. рис. выше, фиг. 4) про-
Rhipidopteris peltata.Rhipidopteris peltata.
Rhipidopteris peltata.
Rhipidopteris peltata.
никли черезъ шейку въ брюшко амфигошя и здесь соединились съ ооплазмою (см. рис., стр. 443, фиг. 2), оплодотворете совершилось. Амфигошй съ содержащеюся въ немъ оплодотворенною ооплазмою следуеть теперь считать плодомъ. Этотъ плодъ не отделяется отъ ткани, въ которой онъ образовался, а, находясь съ нею въ связи, даетъ начало другому поколешю, которое и по своимъ жизненнымъ отправлешямъ, и по своей формб совершенно отлично отъ полового покол^шя. Плодъ делится на несколько кле- токъ; одна клетка является началомъ главнаго стебля, вторая началомъ первой
ваи, третья началомъ корня, а четвертая еще некоторое время образуетъ связь съ предросткомъ (см. рис., стр. 443, фиг. 5). Вая расправляется, и ея зеленая ткань производить вещества для дальнейшаго построешя молодого папоротника.
Вскоре изъ удлиняющагося главнаго стебля вырастаеть вторая вая, и тогда моло-
дой кустъ папоротника не зависитъ более, по от- ношешю къ нужнымъ для его дальнейшаго разви- Пя веществамъ, отъ предростка. Ткань последняго и безъ того за это время отмерла, и тамъ, где онъ раньше находился, помещается теперь кустъ папоротника съ его зелеными ваями (см. рис., стр. 443, фиг. 6). Место полового поколешя заступило без- полое. Папоротниковый кустъ не несетъ уже поло- выхъ органовъ и долженъ поэтому быть признанъ за безполое поколеше. Его первыя по очереди раз- вит!я ваи производятъ, при посредстве ихъ зеленой ткани, вещества для дальнейшаго построешя, особенно на развитее новыхъ вай, которыя въ увеличивающемся числе ответвляются отъ растущаго сваею вершиною главнаго ствола, становящагося все более массивнымъ и у древовидныхъ папоротниковъ (см. приложенную таблицу „Древовидные папоротники на Цейлоне") поднимающихся въ виде коло-
нообразнаго ствола. Однако, это не единственная задача, присущая ваямъ. Оне должны также способствовать размножешю и распространенно даннаго вида, и это происходить путемъ споръ, развивающихся въ особыхъ, расположенныхъ группами, вместилищахъ на ваяхъ (см. рис. на стр. 443, фиг. 6 и 7, и стр. 10). У большинства папоротниковъ эта двойная задача выполняется одною и тою
же ваею, и между ассимилирующею и спорообразующею частями во внешней форме нетъ значительнаго различ!я. У чистоуста (Osmunda regalis) и некото-
рыхъ другихъ, родственныхъ ему видовъ ассимилирующая и спороносная части ваи, однако, отличаются и по внешнему виду. У Blechnum Spicant и Allosurus crispus усаженный споровместилищами доли вай узки, доли ассимилирующихъ вай расширены, у Rhipidopteris peltata спороносный ваи имеютъ видъ блюдецъ, поддерживаемыхъ стройными ножками, тогда какъ ассимилирующая ваи распростерты веерообразно и разделены на линейныя дольки (см. рисунокъ выше), а еще у другихъ, какъ, напр., у Platycerium alcicorne, спороносный ваи принимаютъ видъ роговъ севернаго оленя, тогда какъ ваи безъ спораштевъ образуютъ зеленыя лопасти, прилегающая къ корке древесныхъ стволовъ и живо напоминаюпця болыше предростки (см. рис., т. I, стр. 101). Какъ только споры приняли видъ свобод-
Жизнь pacreHifi. II.Т-во „Пр освещен ie“ въ Спб.
Древовидные папоротники на ЦейлонЪ.
ныхъ клетокъ, оне выпускаются изъ вместилищъ и разносятся воздушными тече- шями. Оне поселяются на влажной земле, въ трещинахъ скаль и на корке ста- рыхъ деревьевъ и вырастаютъ здесь въ предростокъ (см. рис., стр. 443, фиг. 8), развиваюпцй половые органы.
Чередоваше поколешй у хвощей (Equisetaceae) достаточно поясняется рисунками на стр. 12 и указашями на стр. 14 и 63—64. Остается только прибавить, что у некоторыхъ хвощей, какъ, напр., у Equisetum silyaticum (см. рис., стр. 12, фиг. 7), одинъ и тотъ же побегъ служить и для ассимилящи и для образовашя спорь, тогда какъ у другихъ видовъ, какъ, напр., у Equisetum arvense, эти две задачи
Чередована покол,Ьн1й у мховъ: 1) прорастающая безполая спора, 2) протонема, 3) протонема съ зачатком^ стебелька мха, 4) вершина мохового стебелька съ зачатками плодовъ (амфигошями) и двумя, происшедшими изъ амфигошевъ, плодами; изъ одного плода развивается уже второе покол^ше, 5) моховой стебелекъ, на вершин^ ко- тораго изъ развившагося тамъ плода выросло второе безполое покол^нхе; въ вершинной коробочка образуются безполыя споры. Фиг. 1—3 увелич. 350—400 разъ, фиг. 4 приблиз. 80 разъ, фиг. 5 — 5 разъ. Ср. текстъ, стр. 446—447.
распределены на два побега того же куста, именно, на весеншй нобегъ, почти со- всемъ лишенный хлорофилла и не ассимилирующей, но развивающш на своей вершине усаженный споровместилищами колосъ (см. рис., стр. 12, фиг. 2), и затемъ на леттй нобегъ, производящей зеленыя, ассимилируюпця ветви, но не споры (см. рис., стр. 12, фиг. 1).
Принадлежащая къ плаунамъ (Lycopodinae) селягинелли замечательны темъ, что ихъ безполое поколеше производить двояк!я споры, крупный (макроспоры) и мелк!я (микроспоры). На предросткахъ, происшедшихъ изъ микроспорь, развиваются антеридш съ сперматозоидами, а на предросткахъ. выставляющихся изъ надтреснувшихъ макроспоръ, образуются амфигонш, въ который погруженъ оплодотворяемый оопластъ (ср. стр. 64).
У листовыхъ мховъ половые органы развиваются на верхней части неж- ныхъ стебельковъ, среди зеленйхъ, чешуевидныхъ листочковъ. Оплодотвореше и плодообразоваше походить на таковое у папоротниковъ. Какъ плодъ папоротни-
ковъ остается въ соединеши съ предросткомъ, такъ и плодъ листовыхъ мховъ— со стебелькомъ, на которомъ онъ образовался, всл4дств!е чего вырастающему изъ плода безполому поколенью не приходится самому приготовлять потребныя на его построеше вещества. Оно получаетъ ихъ черезъ посредство стебелька мха, который продолжаете оставаться св^жимъ и зеленымъ и сохраняетъ способность къ ассимилящи еще въ то время, когда изъ плода вырастаете безполое поколбше
Чередовanie поколйнхй у мховъ: различный формы коробочекъ, вырастающихъ, въ видЬ безполаго поколйшя, изъ вершины моховыхъ стебельковъ; 1) Splachnum luteum, 2) незрелая коробочка его же, 3) зр-йлая коробочка того же мха; 4) Splachnum vasculosum, 5) продольный разрйзъ черезъ зрйлую коробочку этого мха; 6) Splachnum am- pullaoeum, 7) незрелая коробочка, 8) зрелая коробочка его же; 9) и 10) Schistostega osmundacea, 11) зрелая коробочка этого мха. Фиг. 1, 4, 6 и 10 въ ест. велич., фиг. 2 и 3 увелич. 2 раза, фиг. 7—9 — 10 разъ, фиг. 11 — 15 разъ, фиг. 5 — 100 разъ. Ср. текстъ, стр. 447.
Это безполое покол^ше развивается слбдующимъ образомъ. МногоклЬтное плодовое тЬло, получившееся послЬ оплодотворешя изъ заключеннаго въ бутыльчатомъ амфигонш оопласта, формируется въ коробочковидное т£ло, а подъ послбднимъ развивается ножка коробочки; основаше ножки, обыкновенно клубневидно вздутое, погружено въ ткань стебелька мха. Когда ножка коробочки вытягивается въ длину, происшедшая изъ амфигошя оболочка плода разрывается у основашя по- пеиекъ, и плодовая оболочка теперь образуете насаженный на коробочку колпа- чекъ (см. рис., стр. 445, фиг. 4 и 5). Позже этотъ колпачекъ сбрасывается, и коро-
бочка, внутренняя ткань которой за это время превратилась въ множество отдель- ныхъ, свободныхъ споръ, выпускаеть последшя при малейшемъ сотрясены на ве- теръ. Формы этихъ коробочекъ, которыя следуетъ считать вторымъ поколешемъ, и ихъ отношеше къ усаженному зелеными ассимилирующими листочками стебельку перваго поколотя весьма разнообразны. На рисунке на стр. 446, фиг. 1—1L изображены странный формы растущихъ на помете северныхъ оленей, коровъ и другихъ жвачныхъ животныхъ Splachnaceae (Splachnum luteum, vasculosum и am- pullaceum), равно какъ и описанный въ I томе, стр. 386, изумрудный мохъ (Schi- stostega osmundacea), а на стр. 13 представлены коробочки кукушкина льна (Ро- lytrichum), Bryum, Hylocomium, Andreaea и торфянаго мха (Sphagnum). Споры, которыя следуетъ считать за одноклетные отводки безполаго поколешя, оседаютъ на влажную почву и начинаютъ туть прорастать (см. рис. стр. 445, фиг. 1); изъ нихъ вырастаетъ трубчатая клетка, которая делится и даетъ начало открытой клеточной сети, представляющейся невооруженному глазу въ виде паутинки изъ неж- ныхъ нитей (см. рис., стр. 445, фиг. 2). Ее назвали протонемою. Некоторые ряды клетокъ протонемы буры или почти безцветны, внедряются во влажную подстилку и служатъ всасывательными клетками, друпе окрашены въ ярко зеленый цветъ и разстилаются на почве. Изъ одной изъ зеленыхъ клетокъ протонемы черезъ некоторое - время вырастаетъ почковидное образоваше (см. рис., стр. 445, фиг. 3); последнее расчленяется на ось и на зеленые листочки, а кроме того появляются, исходя изъ оси, половые органы, скрытые среди листочковъ (см. рис., стр. 13, фиг. 10). Происходящая изъ плода споровая коробочка съ ея ножкою представляетъ, следовательно, безполое поколен!е, несу- пцй половые органы моховой стебелекъ — половое поколен!е. У пе- ченочныхъ мховъ половое поколеше во многихъ случаяхъ лишено стебелька, а имеетъ видь выемчатой пластинки. Безполое поколеше также представляетъ разнообразный отклоненья, но въ существеннейшихъ пунктахъ чередовашя поколешй неть различ!я между печеночными и листовыми мхами.
Чередоваше поколешй багрянокъ или флоридей походить на таковое листовыхъ и печеночныхъ мховъ т6мъ, что получивппйся половымъ путемъ плодъ (ср. стр. 54) остается въ соединеши съ материнскимъ растешемъ и, оставаясь въ немъ, вырастаетъ во второе поколеше, имеющее видъ коробочки, въ которой образуются споры. Споры выпускаются изъ ихъ вместилища, распространяются въ окружающей водб, оседаютъ где нибудь и даютъ начало половому поколение, т. е. тому поколение, которое снова несетъ половые органы и развиваетъ плоды.
Какимъ образомъ совершается чередоваше поколешй у пероноспоровыхъ, было описано на стр. 52 и 53 и пояснено рисунками. Чередоваше поколешй у сифоновыхъ, въ частности у рода Vaucheria, также становится понятнымъ изъ описашй на стр. 53 и 54 и на стр. 23 въ I томе. Поразительное сходство съ во- шер!ями представляютъ относительно чередовашя безполаго и полового поколешй также сапролегшевые (Saprolegniaceae), те плесневидныя образовашя, которыя растутъ на разлагающихся, плавающихъ въ воде животныхъ, а также въ виде губи- тельныхъ паразитовъ на жабрахъ рыбъ. Изъ безцветныхъ, трубчатыхъ клетокъ, обра- зующихъ слоевище этихъ растешй, въ одномъ случае поднимаются булавовидный трубки, изъ которыхъ выходить множество шаровидныхъ, плавающихъ въ воде посредствомъ ресницъ, зооспоръ (см. рис., стр. 448, фиг. 1), въ другомъ случае изъ
(см. рис., стр. 449, фиг. 1 и 2),(см. рис., стр. 449, фиг. 1 и 2),Чередован!е поколений сапролегн1евыхъ: 1) развит1е безполыхъ спорь, 2) оплодотвореше, 3) плодоношен!©. ВеЬ фигуры увелич. приблизительно 400 разъ. Ср. тексть, стр. 447—448.Чередован!е поколений сапролегн1евыхъ: 1) развит1е безполыхъ спорь, 2) оплодотвореше, 3) плодоношен!©. ВеЬ фигуры увелич. приблизительно 400 разъ. Ср. тексть, стр. 447—448.
(см. рис., стр. 449, фиг. 1 и 2),
(см. рис., стр. 449, фиг. 1 и 2),
Чередован!е поколений сапролегн1евыхъ: 1) развит1е безполыхъ спорь, 2) оплодотвореше, 3) плодоношен!©. ВеЬ фигуры увелич. приблизительно 400 разъ. Ср. тексть, стр. 447—448.
Чередован!е поколений сапролегн1евыхъ: 1) развит1е безполыхъ спорь, 2) оплодотвореше, 3) плодоношен!©. ВеЬ фигуры увелич. приблизительно 400 разъ. Ср. тексть, стр. 447—448.
того же слоевища образуются отроги, превращающееся въ антеридш и шаровидно раздутые оогонш. Изъ заключенныхъ въ оогонш оопластовъ послй оплодотворешя выпускаемою изъ антерид!евъ сперматоплазмою происходить плодъ (см. фиг. 2 и 3). Также и у тйхъ плйсеней, которыя зовутся мукоровыми (Мпсогасеае), изъ похожаго на паутину мицел!я, въ одномъ случай, поднимаются длинныя, тоншя трубки, на вершинй которыхъ образуется крупная, наполненная спорами клйтка
въ другомъ случай, короткая трубки, которыя
имйютъ видь булаво- видныхъ отроговъ, ра- стутъ попарно другъ къ другу и черезъ сл!яше ихъ протоплаз- меннаго содержимаго образуютъ зиготу (см. рис., стр. 449, фиг. 3). Какъ . происходящая безполымъ путемъ споры, такъ и зиготы, являюпцяся продук- томъ оплодотворешя, прорастаютъ на подходящей почвй и даютъ начало развйтвлен- нымъ грибницамъ, на которыхъ снова получаются то споры, то плоды.
Чередоваше по- колйшй водяной сй- ти (Hydrodictyon) и родственныхъ ейводо-
рослей замйчателъно тймъ, что безполое размножеше происхо
дить таллщцями, образуемыми въ клйткахъ материнскаго растешя (ср. стр. 21), тогда какъ плоды получаются вслйдств!е того, что протоплазма въ извйстныхъ клйткахъ
распадается на тысячи частичекъ, которыя выступаютъ въ окружающую воду, совокупляются въ ней, сливаются другъ съ другомъ и образуютъ шаровидные или звйзд- чатые плоды, а изъ нихъ, наконецъ, опять развиваются маленьшя водяныя сйтки. Всего проще чередован! е поколйшй у де см и д!евыхъ. Плоды этихъ крохотныхъ, одноклйтныхъ водорослей происходить чрезъ совокуплеше двухъ недйлимыхъ. Вез- полое размножеше совершается такимъ образомъ, что протоплазменное содержимое клйтки обособляется на двй половины и между послйдними образуется перегородка; позже эта перегородка расщепляется, обй половинки разъединяются, каждая изъ нихъ становится такимъ образомъ самостоятельною и можетъ вскорй затймъ снова размножаться такимъ же путемъ.
У некоторыхъ коленъ споровыхъ растешй чередоваше поколешй происхо
дить по правилу, что за каждымъ безполымъ поколешемъ следуетъ одно половое, затемъ опять безполое, и т. д. У большинства же тайнобрачныхъ одно
половое поколЬн!е развивается после образован!я несколькихъ без
полыхъ поколен!й, и известны также случаи, где лишь за длиннымъ рядомъ безполыхъ поколешй въ виде большой редкости встречается единичное половое.
Замечательно также, что у мно- гихъ видовъ, особенно семен- ныхъ растешй, безполыя по- колен!я въ зависимости отъ возрастапредставля- ютъ некоторый отклоне- н!я въ своемъ внешнемъ виде. Очень часто побегь, происшедппй въ виде перваго безполаго поколешя изъ почки листоноснаго стебля, отличается отъ следующаго за нимъ совершенно инымъ очертан1емъ листьевъ. У долговечныхъ ку- старниковъ и деревьевъ бываешь также, что получается длинный рядъ безполыхъ поко- лешй, изъ которыхъ нижшя настолько заметно отличны отъ верхнихъ, что можно ихъ принять за два различныхъ вида растешй и получается впеча- тлеше, точно рукою садовника искусственно былъ привить одинъ видь къ другому. Побеги молодыхъ кустовъ плюща (Hedera Helix), ползущихъ въ
Чередовanie покол,Ьн1й у мукоровыхъ: 1) развитте безполыхъ споръ въ шаровидныхъ споровмЪстилищахъ 2) споровысЬстилище въ продольномъ разр-Ьз-Ь, 3) образоваше зиготы. Фиг. 1 увелич. 40 разъ, фиг. 2—260 разъ, фиг. 3—180 разъ. Ср. текстъ, стр. 448.Чередовanie покол,Ьн1й у мукоровыхъ: 1) развитте безполыхъ споръ въ шаровидныхъ споровмЪстилищахъ 2) споровысЬстилище въ продольномъ разр-Ьз-Ь, 3) образоваше зиготы. Фиг. 1 увелич. 40 разъ, фиг. 2—260 разъ, фиг. 3—180 разъ. Ср. текстъ, стр. 448.тени леса по земле, а также побеги, влезаюпце по коре старыхъ древесныхъ стволовъ и по отвеснымъ стенамъ скалистыхъ склоновъ горъ, несутъ тупо-лопастные/ раз
Чередовanie покол,Ьн1й у мукоровыхъ: 1) развитте безполыхъ споръ въ шаровидныхъ споровмЪстилищахъ 2) споровысЬстилище въ продольномъ разр-Ьз-Ь, 3) образоваше зиготы. Фиг. 1 увелич. 40 разъ, фиг. 2—260 разъ, фиг. 3—180 разъ. Ср. текстъ, стр. 448.
Чередовanie покол,Ьн1й у мукоровыхъ: 1) развитте безполыхъ споръ въ шаровидныхъ споровмЪстилищахъ 2) споровысЬстилище въ продольномъ разр-Ьз-Ь, 3) образоваше зиготы. Фиг. 1 увелич. 40 разъ, фиг. 2—260 разъ, фиг. 3—180 разъ. Ср. текстъ, стр. 448.
рисованные белыми жилками, матовые листья и развиваютъ на отвороченной отъ света сторонб множество цепкихъ корней, которыми они держатся на субстрате. Побеги старыхъ кустовъ плюща, образующееся высоко въ кроне дерева или у верхняго края крутой, обросшей плющемъ скалы, несутъ сердцевидные, не жилковатые, блестянце листья и не развиваютъ воздушныхъ корней. Только изъ по- следнихъ появляются, наконецъ, и цветочный почки, тогда какъ первыя никогда не производить полового поколешя (см. т. I, таблица у стр. 706). У осины (Populus tremula) различие между листьями того же неделимаго на первыхъ листонос- ныхъ побегахъ и на образующихся въ более поздше годы идетъ еще дальше. Листья на побегахъ первыхъ летъ треугольны, у основашя сердцевидны, снизу
покрыты волосками, и черешокъ ихъ можно назвать, сравнительно, короткимъ;
Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растешй, т. П.
листья же, отходяпце отъ no6iroBb въ кронЬ тридцатил4тняго дерева осины, округлы, съ обЪихъ сторонъ голы и имйютъ длинный черешокъ. Сходный явле- шя наблюдаются у нбкоторыхъ ивъ, дубовъ и миртовыхъ, изъ посл^днихъ въ особенности у австралшскаго Eucalyptus globulus. У послбдняго побеги первыхъ л^ъ несутъ сидяч!е, у основатя сердцевидно выемчатые листья, тогда какъ побеги въ кронЬ взрослаго дерева усажены черешковыми, серповидно согнутыми листьями.
Въ известные годы плодовыя деревья нашихъ садовъ обильно украшены цветами и, если не помешали неблагопр!ятныя вл!ятя непогоды въ течете л4та, то осенью получается масса плодовъ. Но обыкновенно за такимъ благословенными годомъ cлiдyeтъ рядъ годовъ, когда деревья цв^тутъ б^но, или цв-Ьтовъ cosciMb не бываетъ, и тогда урожай плодовъ осенью очень плохъ. То же самое наблюдается и на нашихъ л-Ьсныхъ деревьяхъ. Есть поверье, что ели и лиственницы лишь каждые семь лiтъ приносятъ обильные плоды. Если число 7 здicь и ни при чемъ, то все же Bipno, что за урожайнымъ годомъ у этихъ деревьевъ часто ’cлiдyютъ годы съ малымъ плодоношетемъ, такъ что получается впечатлите, какъ будто деревья истощались всл-Ьдств1е обильнаго развипя плодовъ и снова нуждаются въ накоплети силъ при помощи безполыхъ побЬговъ, которые своею зеленою листвою въ течете нЬсколькихъ лiтъ должны производить и скоплять ор- ганичестя вещества. И у низкихъ травъ наблюдается это явлете. Въ единичные годы орхидеи на нашихъ горныхъ лугахъ зацв-Ьтаютъ во множеств^ и собиратели растетй говорить: прекрасный „орхидный годъ“; но загЬмъ сл^дуютъ Hi- сколько лiтъ, когда на травяныхъ лугахъ, которые однажды были украшены тысячами цвiтoвъ орхидей, ихъ замйчается лишь очень немного.
ПобужденГе къ развит!ю цв^очнаго no6ira не можетъ исходить отъ климатическихъ услов!й того года, въ которомъ происходить цвйтеше, такъ какъ уже осенью предыдущаго года ясно можно замбтить, дастъ ли заложенная почка листовой или цвiтoчный no6irb. Поэтому, если приводить климатическая услов!я въ связь съ чередоватемъ поколоти, то пришлось бы принять во внима- те состояте того л^а, которое предшествовало году съ обильнымъ цвiтeнieмъ. На oтдiльныxъ крупныхъ особяхъ растетй, которыя л^омъ съ одной стороны затенены, а съ другой осв^аются солнцемъ, легко наблюдать, что въ пpeдiлaxъ затаенной части исключительно или преимущественно залагаются листовыя почки, а въ пpeдiлaxъ ocвiщeннoй части — и множество цвйточныхъ почекъ, и едва ли мы ошибемся, если признаемъ, что солнечные лучи побуждаютъ къ зало- жен!ю цвйточныхъ почекъ и, такимъ образомъ, половыхъ пoкoлiнiй. Въ пользу этого говорить и то, что растетя, которыя не цвiли въ густой т£ни лica въ течете многихъ лiтъ и тамъ поддерживали свое существовате только посредствомъ листовыхъ no6iroBb, пocлi срубки деревьевъ на залитой солнцемъ лicociкi снова залагаютъ цвбточныя почки и приносятъ цв^ы и плоды. Было уже указано на стр. 366, какую выгоду имбють эти растетя отъ такого отноше- тя; но пока мы не можемъ дать oTBiTa на тотъ важный вопросъ, какимъ образомъ солнечный CBirb непосредственно вл!яетъ на созидательную дiятeльнocть ра- стетя и отчего зависитъ, что та же ткань, которая даетъ начало no4Ki или, иначе, новому поколЬтю, на солнцЬ формируется въ цветочный, въ Tinn—въ листовой no6irb.
Другой вопросъ, котораго здicь нельзя обойти, cлiдyющiй. Почему чередо-
ваше поколешй столь широко распространено въ Mipi растешй, а въ животномъ м!р6 ограничено лишь некоторыми группами? Ответь ясенъ, если принять во вни- маше, ч4мъ животныя съ чередовашемъ поколешй отличаются отъ животныхъ безъ чередовашя поколешй. Самое заметное различ!е состоитъ въ томъ, что кораллы, полипы и другая животныя, обладающая чередовашемъ поколешй, прикреплены къ почве. А если существо, жизнедеятельность котораго направлена на то, чтобы сохраниться, размножиться и распространиться, не можетъ покинуть свое место целикомъ, то отъ него должны отчленяться части, который, предоставленный въ виде отводковъ ветрамъ или воднымъ течешямъ, попадаютъ на новыя местожительства; положеше, имеющее свое значеше какъ для животныхъ, такъ и для растешй. Правда, распространеше можетъ быть достигнуто и темъ, что происшедшее половымъ путемъ потомство отделится отъ материнскаго организма и перенесется на новыя места. Но произведевЛе потомства половымъ путемъ, въ особенности путемъ скрещивашя, требуетъ у прикрепленныхъ живыхъ существъ осо- быхъ приспособлений: и, не смотря на это, не всегда вполне обезпечено. Не происшедшее случайно оплодотвореше и отсутств!е потомства могли бы иметь след- ств!емъ вымираше даннаго вида, и потому для такихъ существъ обновлеше отводками имбетъ большое значеше. Съ этимъ находится въ связи, что въ случае недоразвипя завязей и въ случае не получившагося оплодотворешя у столь мно- гихъ растешй происходитъ возмещеше отводками, какъ было показано въ обеихъ предыдущихъ главахъ. Следуетъ также обратить внимаше на то, что въ большинстве случаевъ происходящее половымъ путемъ потомство, относительно числа неделимыхъ, много уступаешь происшедшему безполымъ путемъ.
Картина цветущаго и ^приносящаго плоды растешя настолько усвоена на- шимъ умомъ и сердцемъ, что другая картины растительнаго Mipa едва находятъ себе место, и не легко представить себе ландшафтъ съ деревьями, кустарниками и травами, лишенными цветовъ и плодовъ, въ течете всей жизни покрытыми только зеленою листвою и обновляющимися и размножающимися исключительно отводками. Однако, надо допустить возможность такого растительнаго Mipa, и вне всякихъ сомнений, что оплодотворен!е и плодоношен!е не необходимы ни для сохранен! я, нидляразмножен!яираспространен1я растен!й. Но если такъ, то значеше оплодотворешя и плодоношешя надо искать въ чемъ нибудь другомъ. Этотъ важный вопросъ должна будетъ выяснить вторая часть этой книги.
П. Исторш видовъ.
Сущность вида.
Содержан1е: Понят1е о видЬ.— Специфическое строеше протоплазмы.
Поняпе о вид!.
Истор1я растительныхъ видовъ опирается на исторпо растительныхъ особей, изложенную въ первой части этого тома главнымъ образомъ при разсмотреши явлены размножешя и чередовашя поколешй.
Истор1я эта должна описать видъ отъ момента его возникновен!я и перваго появлен!я на земле до его вымирашя, а также объяснить намъ, какимъ образомъ , на место вымершихъ видовъ становятся новые. Решеше этой задачи далеко не i такъ просто, какъ описаше жизни одной особи, которое можетъ быть дано на осно- I ваши опыта и наблюдены. Жизнь даже очень долговечныхъ особей можетъ быть прослежена во всехъ ея изменен!яхъ, начиная съ зародыша и проходя веб ста- ды развит!я, а некоторый проявлешя жизни, напримеръ, опылеше рыльца цветенью и проросташе семянъ, наблюдатель въ состояны вызывать самъ. Между темь возникновеше большинства живущихъ теперь, не явившихся результатомъ вмешательства человека видовъ, покрыто мракомъ неизвестности — его надо отне- | сти къ давно минувшимъ временамъ, и потому мы въ этомъ отношены принуждены Удовольствоваться исключительно голыми предположешями, которыя, сколь бы ни были остроумны и на каше бы доводы ни опирались, все-таки остаются только (предположешями. Непосредственнымъ наблюдешямъ доступны лишь окаменелые остатки, сохранивппеся съ прежнихъ временъ, и виды, существующее теперь. Сравнивая ихъ друтъ съ другомъ и делая выводы объ исчезнувшихъ формахъ на основаны ныне живущихъ видовъ, мы приходимъ къ ряду заключены, которыя и должны составлять исторш видовъ.
Важнейшей основой для такихъ умозаключены являются, значить, наблю- дешя надъ отношешемъ современныхъ видовъ къ окружающей ихъ среде и, прежде всего, уяснеше техъ причйнъ, которыя могутъ обусловить продолжительное изме- неше формы; только такимъ образомъ можно хоть несколько подойти къ решенш вопроса о происхождены новыхъ видовъ. Однако, прежде чемъ пускаться въ
разъяснеше этого чрезвычайно важнаго вопроса, необходимо подробно ознакомиться съ сущностью вида и прежде всего определить, что собственно надо понимать подъ словомъ „видъ“.
По ня Tie о виде введено въ науку Линнеемъ и латинское слово species, соответствующее нашему слову видъ, также обязано своимъ появлешемъ въ ботанике этому великому мастеру нашей науки. Линней ставить такое положеше: каждый видъ состоитъ изъ особей, совершенно тождественныхъ другъ другу, которыя связаны между собою своимъ происхожде- н1емъ и являются неизмбнившимися потомками одного предка или, вбрнее, одной пары предковъ. То, что Линней считаетъ творцомъ всбхъ видовъ infinitum ens (безконечную сущность), въ данномъ случае не имбетъ зна- чешя; зато весьма важно другое обстоятельство, именно, что онъ видитъ въ жи- вущихъ теперь особяхъ продолжеше, какъ бы обновленную часть одного и того же живого существа, такъ что у него видъ не является только отвлеченнымъ представлешемъ, а дбйствительнымъ, настоящимъ существомъ.
Для суждешя о томъ, катя особи построены одинаково и, стало быть, относятся къ одному и тому же виду, мы обращаемся къ свойствамъ, воспринимаемымъ нашими чувствами, главнымъ образомъ къ форме и строенш растительнаго тела. Каждый видъ (species) имеетъ свои особые признаки или приметы, и веб особи, одаренныя этими специфическими признаками, должны считаться принадлежащими одному и тому же виду. Видовой признакъ передается по наследству и у потомства оказывается неизмбннымъ. Однако у растешй су- ществуютъ также признаки, которые не передаются по наследству, а оказываются переменчивыми, смотря по месту нахожденья особей, и служатъ выpaжeнieмъ воздбйств!я извбетныхъ внбшнихъ ycлoвiй, влiяющиxъ на жизнь растен!я. Такимъ образомъ, по ученью Линнея, ботаникамъ, описывающимъ растешя, приходится различать двоякаго рода признаки: непостоянные и не пере- даюнцеся по наследству съ одной стороны, и постоянные при всевозможныхъ внешнихъ услов!яхъ, передающееся по наследству — съ другой. На основаши первыхъ различаютъ видъ, на основаши вторыхъ— разновидность. Каждый видъ можетъ являться въ нбеколькихъ разновидностяхъ, хотя видовыя свойства его останутся безъ перемены. Если же у потомства эти свойства изменились, то оно будетъ принадлежать уже новому виду или, вбрнбе, особь, одаренная новыми видовыми признаками, можетъ дать начало новому виду *).
Соотношешя внбшней формы и строешя растешй, служанця ботаникамъ для различешя растительныхъ видовъ, основаны, конечно, на планб строенья прото- плазмы^даннаго вида, а такой планъ можетъ, въ свою очередь, зависеть исключительно отъ специфическаго строешя протоплазмы. Поэтому, для уясненья сущности вида, прежде всего нужно составить себб возможно ясную картину отношенья протоплазмы къ внбшней, видимой формб растенья.
♦) Это авторъ говорить уже отъ себя, а не отъ имени Линнея. Линней, какъ известно, не допускалъ изменяемости видовъ и говорилъ, что ихъ на свете столько, сколько было некогда создано Творцомъ (Tot numeramus species, quot ah initio creavit infinitum Ens). Прим. nep. P.
Специфическое Строеве протоплазмы.
Мы уже сообщали при случай, что виды одного рода, различающееся между собою по внйшнему облику, имйютъ и совершенно различный запахъ. Изъ розъ (Rosa alpina, arvensis, cinnamomea, Gallica, Indica, moschata, pomifera, rubiginosa. sepium и т. д.) каждая имйета свой запахъ, такъ что даже слйпой можетъ ихъ различить. Тоже можно сказать и о видахъ, листва, стебли и корни которыхъ содержать въ себй пахучая вечества. Если растирать между пальцами листву различныхъ видовъ чабреца (Thymus Chamaedrys, montanus, vulgaris, Zygis и т. д.), то каждое изъ этихъ растешй развиваета своеобразный аромата, а если выкопать изъ земли корни различныхъ валер!анъ, то нетрудно замйтить, что хотя вей они и пахнуть валер!ановой кислотой, однако каждому виду свойственъ какой-то своеобразный запахъ. Что виды одного рода могута различаться и по впечатлйшю, производимому ими на вкусовые нервы, въ этомъ легче всего убйдиться на съйдо- бныхъ грибахъ (Polyporus confluens, frondosus, ovinus и т. д.), лукахъ (Allium asca- lonicum, Сера, Porrum, sativum, Schoenoprasum), различныхъ смородинахъ (Ribes alpinum, petraeum, rubrum и т. д.) и земляникахъ (Fragaria collina, elatior, gran- diflora, vesca и т. д.). Нерйдко одни виды извйстнаго рода для людей ядовиты, друг!е же безвредны, чему служить примйромъ виды звйздчатаго аниса (Ulicium anisatum и religiosum), рыжикъ и волнушка (Lactarius deliciosus и torminosus). Зоологи прекрасно знають, какъ тщательно различаюта травоядный животныя мнойе виды растешй. Корни обыкновеннаго винограда (Vitis vinifera) подъйдаются, высасываются и уничтожаются небольшою тлей, появившейся въ серединй этого- столййя, такъ называемой филлоксерой (Phylloxera vastatrix); веймъ извйстно, какой тяжгай вредъ наносить винодйлно это небольшое животное. Между тймъ филлоксера совершенно не трогаетъ корней американской лозы, весьма близкой къ нашей Vitis vinifera, въ виду чего теперь стали разводить на виноградникахъ эту американскую лозу и прививать къ ней наши сорта винограда ). Гусеница оле- андроваго бражника (Sphinx Nerii) питается исключительно олеандромъ (Nerium Oleander), кирказоновая бабочка (Thais Hypermnestra) только кирказономъ (Ari- stolochia Clematitis), маленькая лисичка (Vanessa Urticae) только листьями крапивы, a Libythea Celtis только листьями каркаса (Celtis australis). Каждая гусеница умйета различать растительный видъ, которымъ она исключительно питается, изъ большого числа подобныхъ ему другихъ видовъ. Одинъ иннсбрукскш знатокъ ба-
бочекъ нашелъ однажды на высотахъ штубайерскаго ледника (въ ТиролЬ) гусе- ницъ незнакомой ему бабочки; онъ взялъ ихъ внизъ и хотйлъ выкормить дома, чтобы онй превратились въ куколокъ, а потомъ въ бабочекъ. Онъ предложилъ имъ около сотни различныхъ растешй въ надеждЬ, что между ними попадется хоть одно, которое могло бы имъ послужить въ пищу. Однако, не смотря на то, что гусеницы повидимому сильно страдали отъ голода, онй не прикоснулись ни къ одному изъ этихъ растешй. И вотъ онъ решился снова посетить то мйсто на горй, гдй онъ нашелъ гусеницъ, и пустилъ ихъ тамъ на волю. Онй поспешно накинулись на известное растете, именно на Cardamine alpina, и жадно стали поддать его. Потомъ оказалось, что это были гусеницы Pieris Callidice, которымъ приходится по вкусу только маленькш альшйсгай сердечникъ (Cardamine alpina). На основаши такихъ наблюдены, къ которымъ можно было бы прибавить еще много другихъ, можно заключить, что алкалоиды, кислоты и ароматичестя вещества, образующаяся при обмйнй веществъ, различны у каждаго вида, по въ каж- домъ отдйльномъ случай строго определены. А для созидавая специфическихъ веществъ требуется и специфическая протоплазма, или, другими словами, въ основу каждаго растительнаго вида, одареннаго известными свойствами, должна ложиться определенная протоплазма. (
Изъ другихъ наблюдений, говорящихъ въ пользу такого допущешя, слйдуетъ упомянуть объ отношены различныхъ видовъ къ теплу. Известно, что семена разныхъ видовъ, весьма сходныхъ по внешнему облику, значительно разнятся по отношение къ температуре, необходимой для ихъ проросташя. Семена одного вида довольствуются низкой, другого высокой температурою, хотя въ строены кожуры, вместилищъ запасныхъ веществъ или зародыша нельзя заметить никакого наруж- наго различ!я. Тоже можно сказать и о вымерзаны растешй. Мнопя калифорн- ск!я и мексикансшя сосны (Finns) очень похожи на своихъ собратьевъ, живущихъ въ средней и северной Европе, а между тймъ замерзають, лишь только температура опустится ниже нуля, тогда какъ европейсшя сосны подчасъ безъ вреда выносить температуру и въ—20°. Разсматривая видимое наружное строеше южно- европейскихъ можевельниковъ (Juniperus Oxycedrus и phoenicea) нельзя понять, отчего они не могутъ также хорошо развиваться на горахъ, какъ сходные съ ними Juniperus папа и Sabina, покрывающее целые склоны горныхъ утесовъ Среднихъ Альпъ и погружаюпце тамъ свои корни въ почву, впродолжеше восьми месяцевъ покрытую снегомъ. Обыкновенный плющъ (Hedera Helix) переносить въ средней Европе довольно низкую температуру, не требуя никакой защиты; южно- европейскы плющъ (Hedera poStarum), очень на него похожы, но по ийкоторымь
признакамъ выделяемый въ особый видъ, требуетъ въ садахъ средней Европы особой покрышки на зиму, а безъ нея погибаетъ. Подобное же явлеше наблюдается у двухъ родственныхъ ноготковъ Calendula arvensis и fulgida, изъ которыхъ первый водится въ средней, а второй въ южной Европе. Въ 1874 году въ иннсбрукскомъ ботаническомъ саду на одной и той же грядке были посажены рядомъ семена- Calendula arvensis, присланный съ Рейна, и семена Calendula fulgida, собранный въ Сицилаи. 25 октября утромъ ударилъ первый морозъ; Calendula arvensis онъ не повредилъ; листья ея остались свежими, зелеными и сохранились такими впродолжеше следующихъ дней, хотя до 2 ноября температура каждую ночь опускалась до —1,5° и—2,5°, а по утрамъ стебли, листья и цветы бывали покрыты иглами инея. Напротивъ, Calendula fulgida была уже побита морозомъ въ ночь съ 24 на 25 октября. Листья и стебли ея завяли и побурели и вообще обнаружили все признаки вымерзашя. На скалистыхъ берегахъ Адр1атики близъ Ровиньо растетъ Cytisus (ракитникъ), очень похожш на широко распространенный въ средней Европе Cytisus nigricans; его назвали Cytisus australis Семена этого ракитника были высеяны въ Иннсбрукскомъ ботаническомъ саду въ 1864 году и на следуюпцй годъ дали молодые, сильные ростки. Эти ростки были посажены рядомъ съ одинаковыми по возрасту ростками Cytisus nigricans, взятыми изъ Маутрена (въ нижней Австрш долина Дуная). Оба растешя развивались при одинаковыхъ внешнихъ услов!яхъ и нельзя сказать, чтобы одно было слабее другого. Однако къ весне сеянцы Cytisus съ береговъ Адр1атики оказались вымерзшими, между темъ какъ Cytisus изъ нижнеавстр!йской части долины Дуная остался жизнеспособнымъ. Опыты надъ этими растешями были повторены въ следующемъ году. Снова были выращены сеянцы, но осенью адр!ати- чесше экземпляры были защищены отъ мороза и перезимовали такимъ образомъ безъ вреда. Черезъ два года оба Cytisus, стоявппе рядомъ при одинаковыхъ внешнихъ ycлoвiяxъ развили цветы и плоды, причемъ оказалось, что у нихъ есть все-таки некоторый незначительный уклонешя, передающаяся по наследству. Эти различныя свойства растешй, которыхъ ботаники считаютъ различными, хотя и близко родственными видами, можно объяснить только темъ, что протоплазма ихъ хотя и очень сходна, однако для каждаго вида имеетъ свое особое строеше.
Судьба пыльцы на рыльце можетъ служить вторыми подтверждешемъ того предположешя нашего, что протоплазма каждаго вида имеетъ свои особенности, свойственный только данному. виду. Если на рыльце одного вида попадутъ пылинки двухъ различныхъ видовъ, то часто случается, что изъ одной пылинки развивается мощная пыльцевая трубочка, между темъ какъ вторая не прорастаетъ, а гибнетъ. А между темъ обе пылинки находились при совершенно одинаковыхъ внешнихъ услов!яхъ, такъ какъ изъ рыльца выделяется одинъ и тотъ же сокъ и различное отношеше къ нему можетъ быть объяснено только особенностями протоплазмы клетокъ пыльцы. Протопласты бродяжекъ, свободно двигаюпцеся въ одной и той же капле воды и подвергающееся постоянно одинаковымъ услов!ямъ оовещешя, нагревашя, притяжешя и т, д., относятся ко всемъ этимъ услов!ямъ очень разнообразно, смотря по виду, къ которому они принадлежать. Одни постоянно поворачиваются вправо, друпе влево, те тянутся къ свету, друпе избе- гаютъ его. Если же подъ влгяшемъ одного и того же светового луча, теплоты и
силы тяжести протоплазма, какъ оказывается, не всегда проявляешь одинаковыя жизненный функщи, то причину надо искать именно въ томъ маленькомъ комке ея, изъ котораго построена бродяжка.
Миксамебы, вылезающ!я изъ споръ слизевыхъ грибовъ, суть голые протопласты ; они живутъ въ отмершихъ частяхъ растенгй, питаются ими, увеличиваются въ объеме, делятся и размножаются. Въ известное время путемъ сл!яшя такихъ миксамебъ получается шЬло, называемое плазмод!емъ. Этотъ плазмодш даешь зашЬмъ начало новому спороносному поколение, называемому этал!емъ (ср. 105 стр. I тома). Максамебы разнообразнейшихъ видовъ не отличаются другъ отъ друга, и плазмодш также представляютъ безформенныя массы протоплазмы, различаемый" только по цвету. А между темъ какъ разнообразны эталш, развиваюпцеся изъ такой, повидимому, тождественной протоплазмы! Изъ протоплазмы Stemonitis fusca получается нитчатая сетка темнаго чернобураго цвета, посреди которой находится веретено, напоминающее бородку пера (см. рис. 1 и 2 на 105 стр. I тома). Изъ плазмод!я Spumaria alba образуется беловатая, пенистая масса, напоминающая „слюну66 пенистой цикады и, подобно ей, покрывающая стебель и листья растенш (см. рис. 3 тамъ-же); изъ плазмод!я Dictydium umbilicatulum поднимается кругловатое образоваше, построенное изъ длинныхъ продольныхъ реберъ и тонкихъ попе- речныхъ перекладинъ и сидящее на свешивающейся ножке (см. рис. 4 и 5 тамъ-же); изъ безформеннаго плазмод!я Craterium minutum выступаютъ серые бокалы на ножкахъ (рис. 6 и 7 тамъ-же), у плазмод!я Arcyria punicea это тупыя, конусообразный тела тоже на ножкахъ (рис. 8 —10 тамъ-же); изъ плазмод!я Lycogala Epidendron, покрывающаго гнилые пни, образуются краснобурые шары д!аметромъ въ сантиметръ (рис. 11 тамъ-же), а изъ плазмод!я Leocarpus fragilis, покрывающаго прелыя ветки и сучья, получаются яйцевидныя стебельчатыя капсулы съ очень хрупкою скорлупою (рис. 12 тамъ-же). А между темъ все эти странный образовашя получаются изъ одинаковой на взглядъ слизистой и безформенной протоплазмы при одинаковыхъ внешнихъ услов!яхъ.
Подобно этому обстоишь дело и у высшихъ грибовъ (Hymenomycetes), развивающихся въ лесу на перегное листьевъ или на мертвой коре древесныхъ ство- ловъ. Мицелш этихъ грибовъ состоишь изъ сплететя белыхъ нитей и ни форма безцветныхъ, удлиненныхъ клетокъ, ни протоплазма этихъ клетокъ не даешь указаний на то, какому виду гриба принадлежишь этотъ мицелш. А между темъ какъ не похожи другъ на друга спороносный части грибовъ, развиваюпцяся изъ этихъ мицел!евъ. Въ лесу на протяженш двадцати шаговъ найдешь и боровика (белый грибъ Boletus edulis) съ его каштановой, полукруглой шляпкою, и желтыхъ лиси- чекъ (Cantharellus cibarius), и мухомора (Amanita muscaria) съ белоснежною ножкою и яркокрасной шляпкой, усеянной белыми бородавочками, а рядомъ съ ними изъ мицел!я, пронизывающаго кору и древесину бука, выростаетъ пепельно-серый трутовикъ (Polyporus fomentarius), ио форме напоминающш лошадиное копыто.
Плоды водорослей-сцеплянокъ (Desmidiaceae), образовавшиеся путемъ сл!яшя, представляютъ крохотные комки протоплазмы, по наружному виду не различимые, хотя бы они образовались изъ весьма различныхъ видовъ. Однако лишь только такой комочекъ протоплазмы начнешь развиваться дальше, изъ него могушь произойти самыя разнообразный формы клетокъ. Каждая изъ нихъ образуется по тому самому плану строенья, которымъ руководствовались особи-родители, давппя
при своемъ сл!янш начало плоду. Изъ одного комка получается полулунная клетка, изъ другого цилиндрическая, плоская или угловатая, некоторый имбютя видъ звезды и снабжены всякаго рода вырезками; у другихъ поверхность гладкая, у иныхъ она усеяна шипами или же какъ бы усыпана жемчугомъ. Приблизительное представлеше о разнообразш этихъ формъ можетъ дать рис. на этой стр., подъ двенадцатью нумерами котораго изображены двенадцать различныхъ видовъ сцепля- нокъ. А между темъ все эти разнообразныя формы получаются изъ совершение тождественной по внешнему виду протоплазмы и развиваются въ одной и той же капле воды, при одинаковой температуре, освещеши и вообще при совершенно тождественныхъ внешнихъ услов!яхъ и воздейств!яхъ.
Водоросли-сц'Ьплянки (Desmidiaceae): 1) Micrasterias papUlifera; 2) Micrasterias morsa; 3) Cosmarium polygonum; 4) Xanthidium aculeatum; 5) Staurastrum furcatum; 6) Euastrum oblongum; 7) Penium Brebissonii; 8) Closterium Lunula; 9) Xanthidium octocorrie; 10) Staurastrum alternans, видъ съ двухъ сторонъ; 11) Cosmarium tetraophthalmum; 12) Aptogonum Desmidium. Bch рисунки увеличены приблиз. въ 200 разъ* Ср. 458 стр. текста и елйдующдя главы.
Изъ всехъ этихъ наблюдешй неизбежно вытекаете, что протоплазма каждаго вида обладаетъ специфическимъ строен!емъ. Мы нарочно употребляемъ здесь выражеше „строеше", а не „составь", что по существу тоже, и делаемъ это потому, что последнее слово могло бы дать поводъ къ представление), будто туте все дело кроется только въ химическомъ составе. Естественно было сравнеше съ видами мертвой природы, внешне признаки которыхъ являются выражешемъ известнаго химическаго состава, т. е. определенной группировки частицъ и атомовъ, причемъ составь можетъ быть выраженъ известной химической формулой. Но какъ бы такого рода воззреше ни казалось основательнымъ въ общихъ чертахъ, между минеральнымъ и растительнымъ видомъ существуете все- таки значительное различ!е. Для протоплазмы растительнаго вида мы не можемъ установить формулы, да и строеше протоплазмы не можетъ быть приравнено^ такъ прямо, безъ дальнейшихъ околичностей, къ строешю кристалла. Каждый протопласте представляете изъ себя организмъ, который содержите въ себе очень
много химическнхъ соединены, обновляетъ ихъ по мере надобности и въ состояши пускать ихъ въ ходъ, соответственно внешнимъ воздейств!ямъ. Съ этими то пере- движешями, очевидно, связано и изменеше строешя, перегруппировка всехъ формен- ныхъ частей протоплазмы. При этомъ у каждаго вида эти перемещешя и перегруппировки производятся по одному и тому же плану; у него могутъ образоваться только одинаковым химичесшя соединения, те же самыя ароматичесшм вещества, те же алкалоиды, кислоты и т. д.; вновь образовавпияся части соответствуют уже существующимъ и занимаютъ каждый разъ строго определенное положеше. Этотъ неизменный законъ строешя, которымъ руководствуется протоплазма каждаго вида, основывается, стало быть, на строеши протоплазмы, недоступномъ иашимъ чувственнымъ воспр!ят!ямъ и это-то строен!е мы и назы- ваемъ специфической конституц!ей протоплазмы.
Вышеупомянутый водоросли-сцеплянки, да и многочисленный другая одно- клетныя растешя, у которыхъ все жизненный отправлешя совершаются въ теле одного протопласта, представляюсь особенно поучительные примеры, поясняющее связь между внешнимъ проявлешемъ и специфической конституцией протоплазмы. Гораздо труднее представить себе эту связь у такихъ видовъ, где имеетъ место широкое разделеше труда, которые разбиты на клеточки разнообразной формы и величины, съ последовательнымъ чередовашемъ различныхъ членовъ. Можно было бы думать, что у такихъ растешй наблюдаются процессы, аналогичные совершающимся въ техъ минералахъ, которые при одинаковомъ составе представляются на видъ крайне разнообразными. Углекислая известь, образующая минералъ каль- цитъ, является въ четырехъ кристаллическихъ формахъ, которыя однако все принадлежать къ одной и той же системе и могутъ быть произведены другъ отъ друга. Такимъ образомъ, вероятно, и разнообразным клеточным группы и соеди- нешя, низовые, срединные и верхушечные листьм, правильно сменяющее другъ друга на одной и той же особи, представляютъ7 члены одной и той же системы, закономерно развивающееся одинъ изъ другого, причемъ специфическое строеше протоплазмы остается у каждаго даннаго вида безъ изменешя.
Одно время думали, что необходимо различать две протоплазмы: идюплазму и цитоплазму. Первая должна была представлять изъ себя созидающую часть, вторая питающую. Но потомъ, когда нашли въ каждомъ протопласте образовано, господствующее надъ всей остальной массой, именно клеточное ядро, принимающее на себя руководящую роль при делеши клетки и новообразоваши оболочки, ученые пришли къ тому выводу, что все изменешя внешняго вида производятся исключительно при посредстве клеточнаго ядра. Вследствие этого, при объяснены причинъ тождественности обновляющихся видовъ, приходится главнымъ образомъ обращать внимаше на специфическое строеше клеточнаго ядра. И такъ какъ одно изъ этихъ ядеръ, именно зародышевое (ср. 391 стр.), даетъ при половомъ размно- жеши начало новой особи, то и была предложена гипотеза, что сходсто потомства, словомъ наследственность, основывается на наследстве специфическаго строешя протоплазмы этого ядра. Противъ этой гипотезы по существу ничего нельзя возразить; если однако развить ее дальше, предположивъ, что вообще новый особи, въ которыхъ 'неизменно повторяются свойства и признаки вида, происходить только изъ ядерной протоплазмы, то придемъ къ такому выводу, съ которымъ согласиться нельзя. Тысячи растительныхъ видовъ обновляются, не изменяя своего внешняго
облика, безполымъ путемъ при посредстве споръ и другихъ отпрысковъ. Какъ мы уже неоднократно повторяли, каждая молодая клетка растешя можетъ дать отпрыскъ и такимъ образомъ сделаться родоначальницей новаго растешя, причемъ особи, про- исшедппя изъ этихъ отпрысковъ, обнаруживаютъ точь въ точь те же признаки, что и растете, изъ котораго они образовались. Можно даже утверждать, что при обновленш и размножеши отпрысками видовые признаки передаются гораздо вернее, ч^мъ при воспроизведены половымъ путемъ, а въ одной изъ следующихъ главъ будетъ доказано, что только половое размножеше даетъ потомству возможность являться на светъ съ изменившимися признаками.
Воззрите, по которому окружающая клеточное ядро протоплазма не ока- зываетъ вл!яшя на процессы формовашя, нельзя согласовать ни съ явлетями, наблюдаемыми при изучены такъ называемыхъ галловъ, о которыхъ еще будетъ речь, ни съ образовашемъ помбсей. Этому мненью противоречить тотъ фактъ, что при скрещиванш двухъ разныхъ видовъ получается не только изменеше формы особи, развившейся изъ зародышеваго ядра, но изменяется также форма окружаю- щихъ семяпочку частей, а такая перемена можетъ быть вызвана исключительно цитоплазмою; уже покровы плода, получившагося изъ завязи, обнаруживаютъ под- часъ помесь. Плодъ, образовавшейся после опылешя растешя А пыльцею растетя В, отличается по внешнему виду, величине и окраске отъ обычныхъ плодовъ А и въ этомъ следуетъ видеть вл!яше пыльцы растешя В. Однако всякое вл!яше оплодотворяющаго ядра на яйцевое ядро должно совершаться при посредстве протоплазмы, окружающей эти ядра. Гораздо труднее представить себе протоплазму остающеюся при этомъ взаимодействии безъ всякаго учаспя, чемъ допустить, что и она подвергается изменешямъ, подобнымъ темъ, которыя касаются ядра.
Руководясь этими соображетями, следуетъ приписывать специфическое строеше всей протоплазме даннаго вида, а не одной лишь части ея.
Свойство протоплазмы каждаго вида сохранять свое строеше имеетъ громадное значеше не только для сущности даннаго вида, но* и для происхождешя новыхъ. Новые виды могутъ происходить только изъ предварительно существо- вавшихъ. А изъ этого следуетъ, что протоплазма существующего вида подверглась изменешямъ своего строешя. Однимъ словомъ изъ данной протоплазмы можетъ получиться новая, способная къ жизни и имеющая иное специфическое строеше. Какимъ образомъ могутъ происходить так!я изменешя, можно узнать только околь- нымъ путемъ. Придется и въ этомъ случае, какъ и во многихъ другихъ, руководствоваться наблюдешями и опытомъ и прежде всего твердо установить, как!я вл!яшя могутъ изменять внешней обликъ всего растешя или части его и будутъ ли эти изменешя постоянными или только случайными, скоропреходящими.
ИзмЪнежя внЬшняго облика видовъ.
Содержан1е: Зависимость формы растеши отъ климата и почвы. — Вл1яше калЬчешя на форму растешя. — ИзмЪнеше подъ вл!яшемъ паразитныхъ споровыхъ растешй. — ИзмЪнешя подъ влтяшемъ животныхъ, образующихъ галлы. — Происхождеше новыхъ формъ путемъ скрещивашя.
Зависимость Формы растешя отъ климата и почвы.
Местечко Кицгюбель въ северовосточномъ Тироле расположено весьма оригинально. Съ севера возвышается „Дикш Императоръ"—скала съ крутыми бледными известковыми склонами, покрытыми трещинами; къ югу высится Реттенги- тейнская горная группа, состоящая изъ цепи сланцевъ со склонами, покрытыми веселыми лугами. Контрастъ пейзажей, бросающшся въ глаза наблюдателю, становится еще более резкимъ, если сравнить растительность этихъ двухъ горныхъ массивовъ, лежащихъ другъ противъ друга. Дерновыя площадки, покрытый твердыми низкими осоками, каменоломками, твердый розетки которыхъ покрывають щебень крутыхъ известковыхъ утесовъ, золотистое медвежье ухо, рододендронъ и белыя наперстянки, украшаюпця щели въ камняхъ, темный сосновый стланецъ, окруженный кустарниками ресничатой альшйской розы — это все жители известковой горы. Напротивъ, на сланцевой горной цепи встречается густой дернъ белоуса со вкрапленными въ него колокольчиками, арникою и другими сложноцветными, заросли горной ольхи и кусты ржавой альшйской розы; разница получается настолько резкая, что даже поверхностный наблюдатель замечаетъ ее, и каждый любитель природы непременно задастъ себе вопросъ, отчего она происходить, Какъ же долженъ быль удивиться горячо преданный ботанике Францъ Унгеръ„ когда онъ, вооруженный богатымъ запасомъ естественноисторическихъ знашй, въ тридцатыхъ годахъ нашего века прибыль въ Кицгюбель. Съ юношескимъ пыломъ пользовался онъ каждымъ часомъ досуга, остававшагося отъ врачебной деятельности, посвящая его изучешю геогностическихъ, климатическихъ и ботаническихъ условш своего новаго местожительства, и обратилъ главное внимаше на отноше- ше растешй къ горнымъ породамъ, на которыхъ они растутъ. Результатомъ этихъ изследовашй явилось сочинеше: „о влiянiи почвы на распределеше растешй, на основаши изследовашя растительности северовосточнаго Тироля". Это сочинеше создало новую отрасль знашя. Особенно быстро проникла въ ботаничесшя сочи- нешя того времени терминолопя, введенная Унгеромъ въ его книгу. На основаши преобладающихъ въ обоихъ горныхъ массивахъ веществъ, извести и кремнезема, онъ разделилъ растешя, встречающаяся въ этой области, на требующихъ извести и любящихъ известь, требующихъ кремнезема и любящи х ъ кремнеземъ; затемъ онъ расположилъ ихъ такъ, что прямо можно было видеть, какъ известные виды замещаютъ другъ друга на известковой или кремнистой почве. Понятно, что это любопытное замещеше вызвало рядъ замечатель- ныхъ гипотезъ. Если встречающееся часто на известковой почве виды Gentiana Clusii, Hutchinsia alpina и Juncus monanthos замещаются на сланцеватой почве близкими, но не тождественными видами Gentiana acaulis (excisa), Hutchinsia brevi- caulis u Juncus trifidus, то поневоле допустишь, что различ!е формы об у-
словлено вл!ян!емъ горной пор оды, образу ющей подстилку, к зависитъ главнымъ образомъ отъ того, преобладаетъ ли въ этихъ породахъ известь или кремнеземъ. Однако,надо было еще выяснить, какъ именно вл!яетъ это различ!е, входятъ ли кремнеземъ и известь въ растеше въ виде изв-Ьстныхъ соединены и, благодаря этому, измЬняютъ ихъ внеш- шй обликъ, или же различ!е обусловливается только т4мъ, что каждый растительный видъ требуетъ извЬстнаго количества извести или кремнезема, причемъ большее или меньшее содержаше этихъ веществъ въ почвб изменяете внбшшй видъ растешя. Возможно также, что тутъ действуют и физичесшя свойства, наир., пористость, который, можеть быть, более химическихъ вл!яютъ на задерживайте воды и удельную теплоту каменистой подстилки растены, обусловливая изменеше ихъ формъ. Все это приходилось проверить и, насколько возможно, доказать опытами.
Унг ер ъ и его приверженцы предполагали, что этотъ вопросъ можно решить, сравнивая химическы составь золы растены съ составомъ почвы, на которой эти растешя развились. Однако, результаты произведенныхъ для этой цели опытовъ оказались далеко не удовлетворительными. Оба вещества, присутствие которыхъ приписывали особое вначеше, оказались почти во всбхъ образцахъ почвъ, нодвер- гнутыхъ изследованио. Известковый полевой шпатъ, роговая обманка и друпе минералы кристаллическихъ сланцевъ даютъ земной коре более извести, чемъ тре- буютъ ея известковыя растешя, а съ другой стороны и известковыя породы, почти всегда пропитанныя глиною, постоянно содержать количество кремнезема, вполне достаточное для кремнистыхъ растены. Кроме того оказалось, что растешя обладают свойствомъ извлекать изъ почвы нужныя имъ вещества даже тогда, когда вещества эти находятся въ области корней въ едва уловимыхъ количествахъ; они поэтому являются какъ бы аккумуляторами известныхъ веществъ, такъ ,что при ихъ посредстве въ верхнихъ слояхъ почвы, где находятся остатки сгнившихъ растены, можно встретить иногда болышя количества такого вещества, котораго въ нижнихъ слояхъ этой горной породы попадаются только следы. (Ср. 75 и 261 стр. I тома).
Въ силу этихъ обстоятельствъ для растешя должно было бы быть совершенно безразлично, содержитъ ли почва 10% или только следы извести или кремневой кислоты, а потому приходится отказаться отъ гипотезы, будто известковыя расте- шя не развиваются на кремнистой почве, такъ какъ они не могутъ добыть изъ нея нужнаго имъ количества извести, или что кремнистыя ра- стен!я не развиваются въ силу подобной же причины на известковой почве; точно также приходится отказаться отъ предположен!я, что вещества, принятыя въ пищу, обладаютъ известной силой, способной изменять видимую форму растен!й.
Что касается последней гипотезы, то я въ свое время сильно защищалъ ее и предполагалъ, что ее можно будет подтвердить и доказать тщательными культурными опытами. Семена известковыхъ растены были высеяны въ почву, содержавшую едва уловимыя количества извести, и выросшая растеньица поливались водою, совершенно лишенной этого вещества; въ другомъ месте семена были посажены въ землю, содержавшую много извести, и сеянцы поливались водою не лишенною извести. Сначала казалось, будто у некоторыхъ особей действительно
происходить известныя изменешя. Однако, это оказалось невернымъ, т. е., правильнее сказать, изменешя были, но они ограничивались только большею или меньшею раскидостью листвы, удлиннешемъ или сокращешемъ стебля, более или меибе обильнымъ цветешемъ и т. д. Действительная изменешя, передающагося по наследству, этимъ путемъ нельзя было достигнуть. Известковыя растешя, вы- росппя на бедной известью почве, имели чахлый видь, мало цвели и давали только небольшое количество способныхъ къ проростангю семянъ, а особи т. наз. кремнистыхъ растешй, будучи высеяны на известковую почву, болели и отмирали, совершенно не давая цветовъ. Однако изменешя формы и, особенно, действительная превращешя близкихъ видовъ, развивавшихся въ природе на различныхъ поч- вахъ, никогда не наблюдалось.
Если мы теперь и говоримъ еще о кремнистыхъ и известковыхъ растешяхъ и приписываемъ почве, какъ источнику растворимыхъ неорганическихъ веществъ, вл!яше на растешя, то вл!яше это можетъ заключаться лишь въ томъ, что слиш- комъ болышя количества того или другого вещества могутъ оказаться для растешя вредными. Сосупця клетки растешй обладаютъ способностью делать выборъ изъ веществъ, предоставленныхъ имъ почвою, причемъ способность эта у каждая вида имеетъ строго определенный границы. Изъ очень слабаго раствора поваренной соли, соды, гипса, двууглекислой извести и др. веществъ сосуиця клетки умеютъ брать столько, сколько имъ, нужно; концентрированный растворъ этихъ солей можетъ, однако, нарушать строеше и функщю сосущихъ клетокъ и действовать на нихъ губительно, такъ что при продолжительномъ воздействш такихъ ра- створовъ на клетки, служапця для ихъ приняйя, гибель растешя оказывается неизбежною. Если облить насыщеннымъ растворомъ извести мохъ, растущш на гра- нитномъ валуне, если къ почве, питающей корни нашихъ луговыхъ травъ, прибавить насыщенная раствора поваренной соли или къ назему, въ которомъ отлично развиваются некоторыя болотныя растешя, прилить углекисДаго натра или двууглекислой извести, то данныя растешя безусловно пропадутъ: те самыя минеральны я вещества, который в ъ оч ень с л а быхъ растворахъ являлись потребностью или во всякомъ случае не вредили, въ крепкихъ растворахъ становятся ядами. Однако, свойство растешй предпочитать то или другое минеральное вещество (ср. 66 стр. I тома) делаетъ очень вероятнымъ, что и вредное действ!е веществъ, находящихся въ почве въ большихъ количествахъ бываешь различнымъ, что на одинъ видъ действуешь губительно большое количество известковыхъ солей, на другой видъ избытокъ натро- выхъ, кал!евыхъ и другихъ солей. Поэтому при современномъ состоянья нашихъ знанш терминология Унгера оказывается уже неуместною и гораздо правильнее было бы говорить теперь о растешяхъ, избегающихъ извести, кал!я и т. п.
Различ1я растительнаго покрова смежныхъ известковыхъ и сланцевыхъ горъ, подверженныхъ одинаковымъ климатическимъ вльяшямъ, приходится наблюдать не только въ Кицгюбеле, где они особенно резко бросаются въ глаза, но и вообще въ разныхъ местахъ Альшйской области. После всего сказанная это различ!е лучше всего объяснять такъ, что „кремнетребныя“ и „кремнелюбныя" растен!я известковыхъ горъ постоянно отсутствуютъ тамъ, где корни ихъ встречаютъ такое количество растворенной извести, которое уже переходитъ границу полезнаго; въ результате полу-
чается забол^ваше, поражеше въ борьба съ конкурентами, которымъ большое количество извести не вредитъ, и въ концЬ концовъ наступаетъ гибель растешя. Н а сланцеватыхъ породахъ, напротивъ, эти растен!я развиваются роскошно, такъ какъ тамъ известь не находится въ количест- вахъ, вредящихъ растен!ю. Отсутств1е любящихъ известь и требующихъ известь растешй на сланцеватыхъ породахъ объясняется подобнымъ же образомъ. Когда семена растеши приносятся вбтромъ съ сосйднихь известковыхъ горъ и начинают проростать, то дальнейший ростъ ихъ значительно задерживается; они начинают хворать на м4стахъ, где имъ достается слишкомъ мало извести, и потому заглушаются и вытесняются кремнеземными растешями, развивающимися на этихъ местахъ особенно роскошно.
Очень важную роль въ различи растительнаго покрова на известковыхъ и сланцевыхъ породахъ играет черная масса, образующаяся путемъ разложешя от- мершихъ частей растешй и называемая наземомъ или перегноемъ (humus). Для правильной оценки его значешя укажемъ прежде всего .на то, что при образованы сплошного растительнаго покрова различаются повсюду три стадш развитая. Къ первой ступени принадлежать растешя, населяюпця голую почву, довольствую- пцяся подстилкою, совершенно лишенною азота и постепенно завоевываются голый утесъ, самый пустынный щебень или летучы песокъ. Къ этой группе чаще всего принадлежать растешя изъ лишайниковъ, мховъ, злаковъ, гвоздичныхъ, кре- стоцветныхъ, каменоломокъ и сложноцветныхъ, споры, семена и плоды коихъ особенно хорошо приспособлены къ переносу при посредстве ветра и легко могут быть занесены на самые крутые обрывы и недоступныя скопища щебня. Вторая стад!я развитая обнимает растешя, требуюпця почвы, немного сдобренной наземомъ; они поселяются на местахъ, подготовленныхъ первыми шонерами растительнаго царства, вытесняют ихъ и, наконецъ, совершенно заглушают. Къ этой группе принадлежать растешя самыхъ разнообразныхъ семействъ. распространение и разселеше которыхъ совершается весьма различными способами, о чемъ придется еще говорить въ одной изъ следующихъ главъ. Къ третьей ступени развитая относятся растешя, требуюпця большихъ количествъ назема, накопленнаго второй группою. Торфяные мхи, плауны, осоки, верески образуют главную составную часть этой стадш. Съ годами въ почве, питающей растешя этой группы, количество органическихъ веществъ все уменьшается. Растешя, нуждающаяся въ большихъ количествахъ неорганическихъ солей, въ начале влачатъ тамъ жалкое су- ществоваше и кроме того заглушаются сапрофитами, встречающими въ такихъ местахъ благоир!ятныя услов!я для жизни. Отпадаюпця части сапрофитовъ содержат лишь ничтожныя количества неорганическихъ веществъ. Извести въ золе ихъ нельзя заметить и следа. Такимъ образомъ на почве образуется слой назема, прямо исключающей присутств1е многихъ растешй. Въ низшихъ слояхъ, может быть, и содержится еще значительное количество неорганическихъ солей; однако, для растешй, корни которыхъ не въ состояши проникнуть сквозь слой назема, это не существенно, такъ какъ соли эти не могут быть доставлены корнямъ сверху. Опыты доказали, что чистый наземь задерживает вещества, растворенный въ воде. Свойство это выражено настолько резко, что при фильтрованы соляныхъ раство- ровъ сквозь слой назема проходит почти чистая вода. Потому то и невозможно, чтобы неорганически! вещества изъ нижнихъ слоевъ почвы попадали наверхъ и
всасывались верхними слоями назема, и если сверху какъ-нибудь, путемъ ороше- шя или наводнешй, на наземъ не попадетъ минеральныхъ веществъ, то верхшй слой почвы останется чистымъ наземомъ, на которомъ могутъ жить одни лишь гнилостныя растешя. .
На сланцевыхъ горахъ образоваше такихъ слоевъ назема происходить сравнительно гораздо легче и скорее, чемъ на известковыхъ, такъ какъ тамъ горныя породы и продукты ихъ выветривашя гораздо лучше задерживаютъ воду, а для образовашя назема необходимо равномерное орошеше. Кроме того причина обра- зовашя более обильнаго назема на сланцевыхъ горахъ кроется, вероятно, еще и въ томъ, что на такой почве уже вторая группа растешй состоить изъ видовъ, требующихъ очень мало неорганическихъ питательныхъ веществъ и потому они мало обогащаютъ такими веществами наземъ, образующейся путемъ разложешя ихъ частей. Однако и на известковыхъ горахъ съ течевгемъ времени можетъ образоваться мощный слой чистаго назема. Для этого необходимо только, чтобы въ со- ответствующемъ месте почва орошалась равномерно снизу, а сверху не попадало на нее ни песку, ни ила. Разъ эти услов!я выполнены, то даже на известковыхъ утесахъ и щебняхъ въ третьемъ перюде развитая образуется постепенно глубокш наземъ, верхшй слой котораго не содержитъ ни следа извести, на немъ превосходно развиваются враждебный извести растешя, требуюпця кремнезема. Этимъ объясняется, отчего на известковой горе, среди типичныхъ известковыхъ растен!й, попадаются островками сланцевыя или кремнистыя растен!я.
Вода, орошающая горныя породы и пропитывающая почву, имеетъ кроме механическаго действ!я еще и другое назначеше: она растворяетъ минеральный вещества, изъ которыхъ сосупця клетки растешй могутъ производить известнаго рода выборъ. Растворителемъ является главнымъ образомъ атмосферная вода, проникающая въ почву сверху, такъ какъ въ ней содержится много углекислоты. Для части почвы, пронизанной корнями живыхъ растешй эта вода безусловно важнее, чемъ бедная углекислотою почвенная, которая питаетъ верхшй слой земной коры снизу, собираясь надъ непропускающими воду слоями почвы.
Сила, съ которою почва задерживаетъ воду, зависитъ прежде всего отъ степени измельчешя горной породы, путемъ выветривашя которой образовался слой почвы, затемъ отъ количества глины, получившейся отъ такого выветривашя. Однако количество назема, примешивающагося съ течешемъ времени къ продук- тамъ выветривашя и разложешя лежащихъ ниже горныхъ породъ, вскоре начи- наетъ оказывать также большое вл!яше и такимъ образомъ получаются очень сложный соотношешя, сильно затрудняющая определен!е силы, съ которою почва задерживаетъ воду. Когда песчаная, бедная наземомъ и легко пропускающая влагу почва совершенно не получаеть почвенной воды, а только одну атмосферную, то живупця на такой почве растешя при отсутствш дождя и росы прюстанавливаются въ развитш и изменяются въ росте и внешнемъ облике. Насколько сильны могутъ быть эти изменешя, лучше всего видно на однолетнихъ растешяхъ, если они подвергаются засухе въ пору наиболее сильнаго роста. Меж- доузл!я остаются тогда короткими, листья сведены до минимальной величины, бо- ковыя оси вовсе не развиваются, изъ цветовъ распускаются только некоторые или даже всего одинъ; да и тотъ малъ, рано раскрывается, и вообще все растев!е по-
3030Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растен!й, т. П.
30
30
лучаетъ карликовый видъ. Однолбтшя, выростшя на сухой почве особи мака (Papaver Rhoeas, somniferum), желтоцвета (Adonis aestivalis, flammea), куколя (Agrostemma Githago), василька (Centaurea Cyanus) и обыкновеннаго крестовника (Senecio vulgaris) настолько различаются отъ особей, выросшихъ на томъ же месте, но во влажный годъ, что на первый взглядъ ихъ можно признать за разные виды. Глинистая, пропитанная влагою почва менбе подвергается опасностямъ чрезмернаго высыхашя, зато невыгодная сторона ея заключается въ томъ, что пока она еще не пронизана наземомъ и не разрыхлена имъ, вода не въ состояши такъ быстро и такъ обильно растворять потр'ебныя растешю органичесшя вещества. Этимъ объясняется то на первый взглядъ странное обстоятельство, что растешя, выросшая на вязкой, сырой глинистой почве получаютъ такой же карликовый обликъ, какъ и собратья ихъ, развивппеся на сухомъ песке. Въ области разлива рекъ и ручьевъ, где нередко на протяжеши несколькихъ шаговъ песчаная и глинистая почва сменяется наземомъ, представляя при этомъ все градащи по отношение пористости и всякихъ промежуточныхъ формащй, встречаются известные виды, напр., Aster Tripolium, Bidens cernua и tripartita, Polygonum lapathi- folium, Rumex maritimus, Veronica Anagallis, причемъ рядомъ можно заметить и очень крупные, и карликовые экземпляры. Въ техъ местахъ, где проростки, несмотря на обшпе влаги, не находятъ для себя нужныхъ количествъ минеральныхъ питательныхъ веществъ, стебли ихъ подымаются на 3—8 см., а на благопр!ятныхъ местахъ вышина ихъ доходить до 30—80 см. Мы подробнее остановимся лишь на одномъ виде, именно на веронике Veronica Anagallis. Находятъ экземпляры этого растешя, стебель которыхъ имеетъ 3—5 см. вышины и 0,5 мм. толщины; вполне развивппеся листья достигаютъ у этихъ растешй 6—12 мм. длины и 5— 6 мм. ширины. Число цветовъ на такихъ экземплярахъ не превышаетъ 4—5; чашечка и зрелая плодовая коробочка длиною не более 3 мм. Съ другой стороны суще- ствуютъ экземпляры, стебелькоторыхъ достигаетъ высотою 30—50 см. и толщиною 7—8 мм., взрослые листья длиною 80 мм. и шириною 35 мм. Число цветовъ такихъ особей достигаетъ 40—50, чашечка и зрелая коробочка 4—5 мм. длиною. Въ рбщемь, значить, тате экземпляры въ десять разъ. объемистее первыхъ *). И вотъ, если изследовать почву, на которой развились столь различающееся другъ отъ друга экземпляры, то окажется, что карликовыя особи растутъ въ вязкой почве, лишенной назема, между темъ какъ крупный пускаютъ свои корни въ перегнойную и, стало быть, до некоторой степени разрыхленную глинистую почву. Изъ вязкой глинистой почвы корни, очевидно, не въ состояши извлекать того, что имъ необходимо для развитая крепкой особи, между темъ какъ на перемешанной съ наземомъ и разрыхленной глине, пропитанной водою, они получаютъ нужный имъ вещества въ изобилш. .
Уже было упомянуто о томъ, что почвенная вода значительно менее полезна для растешй чемъ роса или дождь, такъ какъ содержитъ меньше • углекислоты. Кроме того подымающаяся почвенная вода причиняетъ растешямъ еще и другой вредъ. Такъ, напр., вода эта слишкомъ обильно и долго пропитываетъ
землю, а для корней большинства растешй это не выгодно. При долгомъ равно- мерномъ стояши почвенной воды въ нее переходить соли кал!я и натр!я, при случае даже и перегнойныя кислоты, притомъ въ количествахъ, неблагощлятныхъ для растешй. Поэтому въ местахъ, где почвенный воды слишкомъ долгое время пропитывают слой земли, пронизанный корнями, растительность становится очень чахлою и образуется изъ небольшого числа видовъ.
Тамъ, где почвенная вода выступает наружу по краямъ овраговъ или ба- локъ, образуются лужи и пруды съ меняющейся высотою уровня воды. Растешя, живупця въ такихъ мйстахъ, подчасъ совершенно погружаются въ воду, иногда же стебли и листья ихъ снова выносятся на воздухъ. Сухопутнымъ ра- стешямъ тут приходится плохо. Большинство изъ нихъ не переносить вовсе продолжительнаго пребывашя подъ водою, а задыхается, отмирает и въ скоромъ времени начинает въ воде гнить. Только очень немнопе виды одарены замечательной способностью жить какъ на воздухе, такъ и подъ водою и, конечно, форма этихъ растешй представляется для насъ теперь крайне интересною. Резкой противоположности во внешнихъ услов!яхъ, которымъ растешя эти перюдически подвергаются, соответствуют и значительный перемены какъ во внешнемъ строеши отдйльныхъ органовъ, такъ и во внешнихъ проявлешяхъ. Такъ какъ окружающая растеше вода поддерживает стебель и листья въ наивыгоднейшемъ для нихъ положеши, то въ разновидностяхъ, живущихъ подъ водою; механическая ткань развивается чрезвычайно слабо (ср. 420 и 668 стр. I тома). Точно также не развиваются у этихъ растешй и приспособлешя, регулируются транспиращю, такъ какъ ведь подъ водою объ испареши не может быть и речи. Потому стебли, выросппе подъ водой, на воздухе оказываются мягкими и не стойкими, листья по сравнешю съ воздушными гораздо нежнее и мягче, лишены блеска и зелень ихъ .бледнее, на воздухе они скоро скатываются въ трубку и засыхают. Поперечный разрезъ листа подъ микроскопомъ обнаруживает уменьшеше числа клетокъ, находящихся между кожицами верхней и нижней поверхности; сами клетки эти укорочены по направленно, перпендикулярному къ поверхности листа. Листья Veronica Beccabunga, выросппе подъ водою, оказываются на одну треть тоньше сво- ихъ сухопутныхъ собратьевъ и между обоими слоями кожицы, верхнимъ и ниж- нимъ, у нихъ помещается всего 4—5 слоевъ короткихъ клетокъ, тогда какъ у сухопутныхъ листьевъ такихъ слоевъ 10—12 и въ клеткахъ замечается ясно дйле- nie на столбчатую и губчатую ткань (ср. 278 и 279 стр. I тома). Контуры под- водныхъ листьевъ также до известной степени меняются. У Veronica Beccabunga разница въ листьяхъ, развившихся подъ водою и на воздухе, очень ничтожна и ограничивается темъ, что черешокъ укорачивается, а зазубрины листового края становятся менее явственными. У Veronica Anagallis изменешя контура листа также незначительны, но у многихъ другихъ видовъ они очень рйзки, о чемъ еще придется говорить, когда будет речь о вл!яши света.
Растешя, укорененныя въ иле русла ручейка, черешки и листья ко- торыхъ омываются быстро текущею водою, должны обладать известной крепостью по отношешю къ тягб, иначе они могут разорваться. Если сравнить двй особи одного вида, изъ которыхъ одна растет въ стоячей воде болота, а другая въ быстромъ ручье, то можно заметить, что стенки клетокъ кожицы у особи, растущей въ текущей воде, сильно утолщены, и что въ коре стебля образовались зо*
кр4пк!е пучки луба, между темъ какъ въ стебляхъ особей, живущихъ въ стоячей воде, отъ такихъ пучковъ заметны только слабые следы. Особенно бросается въ глаза у особей, живущихъ въ быстро текущей воде, чрезвычайное удлиняете стеблей, черешковъ и листовыхъ пластинокъ. Рдестъ Potamogeton fluitans, ситники Juncus lampocarpus и supinus, полевица Agrostis stolonifera и манникъ Glyceria fluitans представляютъ въ этомъ отношеши очень поучительные примеры. Экзем- пляръ последняго растешя, выросппй на влажной почве на берегу ручья надъ водою, имелъ линейные, внезапно заостряюпцеся листья съ влагалищемъ въ 15 см. длины и пластинкою въ среднемъ въ 23 см. длины и 8,5 см. ширины. Когда за- тбмъ экземпляръ этотъ былъ въ следующемъ году помещенъ въ воду, которая каскадомъ падала на его стебли, онъ сталъ развивать листья, постепенно заостряю- ццеся на конце, влагалище которыхъ имело въ среднемъ 47 см. длины, а пластинка при 73 см. длины шириною не превосходила 5 см. Листовая пластинка въ текущей воде сделалась, стало быть, втрое длиннее и при этомъ значительно съузилась. По отношешю къ числу нервовъ, пронизывающихъ листовую пластинку, изменетй замечено не было, но сами нервы были болбе сближены, чбмъ у растеши, развившихся на воздухе. Стрелолистъ (Sagittaria sagittifolia), раступцй обыкновенно на илистомъ дне мелкихъ прудовъ и подымающей свои листья надъ водою, получилъ свое назвате отъ формы листовыхъ пластинокъ, напоминающихъ стрелу. Если пересадить такое растете въ русло быстраго ручья, такъ чтобы листья во время своего развит!я подвергались действгю стремительнаго течешя, то листовая пластинка почти совершенно не развивается. То, что отъ нея остается, принимаетъ форму лопатки, а иногда она пропадаетъ безследно; зато черешки до- стигаютъ до 70 см. длиною и принимають видъ мягкихъ, плоскихъ, бледнозеле- ныхъ лентъ, шириною въ 1—2 см., которыхъ при ббгломъ взгляде легко принять за листья валлиснерш.
Другое замечательное изменеше, происходящее у растетй подъ вл!ятемъ по- гружетя ихъ въ воду, состоитъ въ томъ, что у данныхъ растещй не развивается система волосковъ — стебли и листья ихъ оказываются постоянно голыми. Заметнее всего такое недоразвитее волосковъ у водной разновидности щучьей травы Polygonum amphibium. У сухопутныхъ экземпляровъ этого растенья листья на короткихъ черешкахъ, ланцетовидные, густо усажены короткими волосками и на ощупь шершавы, тогда какъ особи, выросппя въ воде, несутъ на длинныхъ черешкахъ совершенно голые съ обеихъ сторонъ, широте линейные листья.
Значительное вл!ян!е на форму сухопутныхъ растетй оказываетъ степень влажности воздуха. Въ пространстве, почти насыщенномъ парами воды, испарете, имеющее столь важное значете въ жизни вс^хъ представителей расти- тельнаго царства, происходить очень медленно. Поэтому, если экземпляры расти- тельнаго вида, живущаго обыкновенно въ сухомъ воздухе, попадутъ въ такое влажное место, то имъ необходимо иметь приспособлетя, усиливаются испарете. На- оборотъ, растетя, живупця въ сухомъ месте, должны снабдить себя приспособле- тями, задерживающими чрезмерное испарете. Эти двоякаго рода приспособлетя были описаны на 280 и 300 стр. I тома, притомъ такъ подробно, что повторять ихъ еще разъ было бы лишнимъ; однако надо указать на то, что способность растешя применяться къ чрезмерному или недостаточному испаретю весьма незначительна. Мы еще разъ обратимъ внимаше на то, какъ трудно бываетъ резко
разграничить действительное вл!яше влажности воздуха отъ результатовъ другихъ внешнихъ воздействш. Теплота и светь, равно какъ и степень влажности почвы находятся въ тесной и въ тоже время трудно уловимой связи съ влажностью воздуха, а потому въ большинстве случаевъ невозможно сказать, производятся ли изменешя тканей, причастныхъ къ испарению, на счетъ того или другого внешняго воздейств!я. ' Впрочемъ, для коренного вопроса, поставленнаго на разрешеше, возможно ли вообще путемъ изменешя условш жизни растешя произвести изменетя его облика въ смысле приспособляемости, совершенно безразлично, приходится ли приписать видимый результатъ тому или другому воздействью; однако выясненью этого труднаго вопроса много способствуеть известная односторонность и потому полезно определять вл!ян1е климата и почвы порознь, а не въ совокупности.
Вл1яше тепла на развивающееся растете было разобрано въ I томе, на стр. 527 и следующихъ. Здесь мы прибавимъ только, что образоваше крахмала и другихъ запасныхъ веществъ, равно какъ и сахара въ плодахъ, зависитъ глав- нымъ образомъ отъ теплоты. Плоды того же самаго вида, созреваюпце при более высокой температуре, по содержанью сахара значительно разнятся отъ зреющихъ при низкой температуре. Обыкновенно думаютъ, что размеры ствола, листьевъ, цветовъ и плодовъ также зависятъ отъ теплоты. Въ виде примера приводятъ зачастую тотъ фактъ, что растешя, расцветавппя въ очень тепломъ помещенья и перенесенныя затемъ въ более прохладное, обнаруживаютъ некоторыя изменешя. Если заставлять развиваться экземпляръ крупноцветнаго луковичнаго, напр., Amaryllis Belladonna, въ теплице и затемъ, лишь только онъ распуститъ первые цветы, перенести его въ холодное помещеше и ждать тамъ развитая следующихъ цветовъ, то можно заметить, что носледше цветы почти на одну треть меньше первыхъ. Если же, напротивъ, первые цветы распускались въ холодномъ, а следующее въ тепломъ помещеши, то первые оказываются меньше вторыхъ. Это обстоятельство весьма важно въ виду возможности смешешя съ другимъ явлешемъ, такъ какъ вообще первые цветы особи всегда крупнее последующихъ, даже когда условья освещешя, нагревашя, влажности и пр. остаются неизменными.
Особенно важно установить вл!яше теплоты на форму растешй, сравнивая особи, развивппяся при прочихъ равныхъ услов!яхъ въ воде съ различною температурою. Какъ известно, вода въ горныхъ ручьяхъ обнаруживаеть на различ- ныхъ высотахъ сильно меняющуюся температуру, и, несмотря на это, некоторыя растешя развиваются въ источнике какъ у подошвы горы, такъ и близъ вершины. Къ такимъ растешямъ относятся Cardamine amara, Myosotis palustris и Veronica Beccabunga. Эти виды растуть напр. у подножья Патчеркофеля близъ Иннсбрука въ русле источниковъ со средней температурою въ 10,2°, однако въ состоянш еще развиваться выше границы лесовъ на высоте 1921 метра надъ уровнемъ моря, въ источнике, называемомъ „крестовымъ“, температура котораго въ среднемъ не более 4,2°. И вотъ, если сравнивать экземпляры одного и того же вида подъ вл!яшемъ различныхъ температуръ, то окажется следующее. Экземпляры последняго изъ выше- перечисленныхъ растешй (Veronica Beccabunga), развившиеся въ источнике со средней температурою въ 10,2°, достигали 20—50 см. высоты и отъ начала корня до пер- ваго соцвеНя имели 4—6 междоузлш; последшя достигали 60—120 см. длины и 5 мм. толщины; листья въ середине стебля были 40—60 см. длиною, 20—25 см. шириною и каждая кисть несла 12—16 цветовъ. Экземпляры, жившие въ источнике.
съ средней температурой воды въ 4,2°, достигали вышиною 10—15 см. и также несли на протяженш отъ корня до перваго соцве^я 4-^-6 междоузлш; последшя имели 15—30 мм. длины и 2,5 мм. ширины; листья въ средней части стебля были длиною 15—18 мм. и шириною 10—12 мм. и каждая кисть насчитывала 12—16 цветовъ. То же наблюдалось у Cardamine и у Myosotis. Изменения формы Листьевъ и цветовъ нельзя было подметить; Myosotis palustris, достигавшая у подножья Патчеркофеля 20 см. вышины, поднималась у истоковъ „крестоваго ручья" на 4—5 см. и живо напоминала по своей глубокой сини карликовую незабудку (Eri- trichium nanum) Южныхъ Альпъ; Cardamine amara кроме сокращешя междо- узлш и уменыпешя листьевъ, обнаруживалъ въ холодномъ источнике еще одно странное явлеше: белые лепестки его снаружи были подернуты красноватымъ от- тенкомъ, чего у цветовъ, развившихся ниже у подножья горы нельзя было подметить.
На 371 стр. I тома уже было разсказано о томъ, какое могущественное вл!яше оказываетъ на развит! е растешй светъ. Въ данномъ случай придется преимущественно коснуться того, насколько изменяется величина, форма и окраска ра- стешй подъ влiянieмъ яркаго или умереннаго света. Разскажемъ вкратце о томъ, что удалось въ этомъ отношеши узнать путемъ опыта и наблюдешя природы. Когда особи даннаго вида развиваются въ разсеянномъ свйте, стебли и листья ихъ всегда бываютъ длиннее, чемъ у выросшихъ на яркомъ свете, причемъ, конечно, предполагается, что отношешя влажности и тепла въ обоихъ случаяхъ остаются постоянными. Эта разница особенно рбзко бросается въ глаза при сравнеши двухъ экземпляровъ одного вида, изъ которыхъ одинъ развивался въ разсеянномъ свете теплицы въ коротте зимше дни, между темъ какъ другой росъ на воле, дйтомъ, когда солнце освещало его по 16—17 часовъ въ сутки. У перваго стебли оказываются длинными, тонкими, листья желтоватозелеными, а цветовъ либо совершенно не бываетъ, либо они слабы, лепестки ихъ бледны и легко опадаютъ. Другой экзем- пляръ развиваетъ плотные, крепк!е стебли, темнозеленые листья, цветы его густо окрашены. Изъ большого числа опытовъ, произведенныхъ для точнейшаго выяснешя этихъ соотношешй, мы разскажемъ лишь объ одномъ, который можетъ послужить нагляднымъ примбромъ того, какъ сильно светъ вл1яетъ и на форму цветовъ. Семена двулетней каменоломки Saxifraga controversa, высеянныя въ несколько цве- точныхъ горшковъ, наполненныхъ одинаковой землею, дали одинаковые молодые ростки. Одинъ горшокъ, содержавшей шесть такихъ молодыхъ растен!й, осенью былъ перенесенъ въ теплицу, другой, также съ шестью ростками, оставленъ на зиму подъ снежнымъ покровомъ. Въ начале декабря въ теплице изъ листовыхъ розетокъ шести маленькихъ растешй поднялись TOHKie стебельки въ 10 см. вышиною, верхшя междоузл!я которыхъ имели 22 мм. длины и 1 мм. толщины. Стеблевые листья были желтоватаго цвета, продолговаты, цельнокрайни, въ 6—7 мм. длиною и въ 2 мм. шириною. Части цветка были следующихъ размеровъ: трубка чашечки 4 мм. длиною и 3 мм. шириною; зубчики чашечки 2 мм. длиною, 1,5 мм. шириною; лепестки 3,5 мм. длиною, 2 мм. шириною; тычинки длиною въ 1 мм. Замечательно, что боковыя ветви развивались только въ пазухахъ верхнихъ стебле- выхъ листьевъ, а зачатки этихъ боковыхъ ветвей въ нижнихъ листовыхъ пазухахъ отмирали. Изъ листовыхъ розетокъ особей, проведшихъ зиму на вольномъ воздухе подъ глубокимъ снегомъ, въ мае следующаго года поднялись крйпше стебли вы-
шиною въ 6 см.; верхтя междоузл!я ихъ имели 12 мм. длины и 2 мм. толщины; стеблевые листья спереди оказались несколько расширенными и зубчатыми, подернуты краснымъ цветомъ, имели 5 мм. длины и 3 мм. ширины. Размеры частей цветка сл4дующ!е: трубка чашечки длиною 2 мм., шириною столько же; зубчики чашечки длиною 1,5 мм., шириною 1 мм.; лепестки длиною 2,3 мм., шириною 2 мм., тычинки длиною 1 мм. Изъ пазухъ стеблевыхъ листьевъ развились цветоносные боковые побеги, подобно главному стеблю подернутые краснымъ на местахъ, обра- щенныхъ къ солнцу. Изменешя, который здесь, безъ сомнетя, должны быть отнесены на счетъ различнаго вл!яшя освещетя, коснулись поэтому не только длины стебля и листьевъ — размеры цветовъ, какъ оказывается, также были соответственно изменены. Лепестки цветовъ, распустившихся въ январе, когда дни всего короче, не только относительно, но и абсолютно короче техъ, которые развились раннимъ летомъ, въ перюдъ наиболее длинныхъ дней.
При случае уже было указано на то (ср. 668 стр. I тома), что удлиняете листьевъ, равно какъ и расщеплете пластинки ихъ на длинныя узк!я лопасти у подводныхъ растетй должны быть отнесены на счетъ уменьшен!я силы света при прохождеши его сквозь слой воды. Заметнее всего такое удлиняете листьевъ, развившихся подъ водою, у водяной звездочки (Callitriche) и у болотной сосенки (Hippuris). У последняго растетя линейные листья, выросш!е подъ водою, оказываются въ 30 разъ длиннее своей ширины, тогда какъ сухопутные листья лишь въ 7—9 разъ длиннее. У Roripa amphibia листья, развиваюпцеся подъ водою, въ противуположность сухопутнымъ разбиваются на мелктя лопасти. Сухопутные листья этого крестоцветнаго продолговато-ланцетовидной формы, приблизительно въ 10 разъ длиннее своей ширины и усажены по краямъ мелкими зубчиками. Подъ водою листья эти получаютъ эллиптически! контуръ, становятся въ 2—3 раза длиннее своей ширины и пластинка^ ихъ почти до самого средняго нерва разбивается на лопасти, длиною въ 2—3 см., что придаетъ листу видъ гребня или пера. У повойничка (Elatine Alsinastrum) сухопутные листья собираются по три въ мутовки. Они имеютъ яйцевидную форму, а края ихъ жестки, такъ какъ усажены мелкими зубчиками. Каждый листъ пронизанъ 3—5 нервами. Листья, развивппеся подъ водою, разсечены по длине, до основатя, на 3—4 узтя линейныя доли, такъ что кажется, будто мутовка состоитъ изъ 12 листьевъ. Края каждой доли гладки, а вся она пронизывается лишь однимъ нервомъ. Еще замечательнее, чемъ у повойничка, выступаетъ эта разница между воздушными и иодными листьями у водныхъ лютиковъ (Ranunculus), собираемыхъ въ группу Batrachium. Экземпляры лютика, развиваюпцеся на илистой, но не заливаемой водою почве, обнаруживаютъ трех- или пятираздельные листья, доли которыхъ остаются въ одной плоскости, светло- зеленаго цвета, блестять и кажутся почти мясистыми. Когда те же самыя растетя развиваются подъ водою, листья ихъ получаютъ совершенно другой обликъ; они оказываются теперь разбитыми на большое число нитевидныхъ или волосовидныхъ блестящихъ долей, темно-зеленаго цвета.
Подобно водному слою, уменьшающему силу света, действуетъ также на раз- виваюпцеся стебли, листья и цветы всякаго рода покрышка или затбнеше камнемъ, рыхлою землею, хворостомъ, соседними травами и кустарниками. Кустики брусники (Vaccinium Vitis idaea), побеги которой должны прокладывать себе дорогу въ гниломъ пне между корою и древесиною, могутъ достигать
метра вышиною, между темъ какъ раступця рядомъ на земле не подымаются выше 15 см. Пока побеги находятся въ темной среде, они бываютъ красноватаго цвета, и вместо темно-зеленыхъ листьевъ на стебляхъ развиваются маленьк1я бледныя чешуйки. На солнце листья одуванчика (Taraxacum officinale) достигаютъ длиною 20 см., въ тени же они вдвое и втрое длиннее. Это удлиннеше касается главнымъ образомъ нижней части листа; свободный конецъ его изменяется сравнительно очень мало, а на средней части вл!яше освещешя выражается лишь темъ, что лопасти и зубья листа становятся короче и не выступаютъ такъ резко.
Чтобы узнать, какое вл!яше оказывает на растешя покрывающая ихъ земля, на садовой грядке было посажено большое число луковицъ тюльпана (Tulipa Ges- neriana), а на второй гряде на такой же глубине много луковицъ весенняго шафрана (Crocus vernus), и надъ этими луковицами террассами насыпался слой земли въ 5, 10, 15, 20, 25, 30, 35, 40, 45 и 50 см. Конечно, въ техъ местахъ, где луковицы были покрыты слоемъ всего въ 5 см. толщины, концы листьевъ и цветочный почки раньше всего выбирались на светъ; на соседнихъ террассахъ обеихъ гря- докъ развийе задерживалось темъ дольше, чемъ толще былъ покрывающей слой земли. Надъ слоемъ земли въ 20 см. показалось еще несколько цветочныхъ почекъ шафрана, надъ слоемъ въ 30 см. одна цветочная почка тюльпана, а надъ слоемъ въ 40 см. лишь несколько кончиковъ листьевъ тюльпана. Трубка околоцветника, цветоножки и листья были здесь приблизительно вдвое длиннее, чемъ у особей, луковицы которыхъ были покрыты слоемъ земли въ 5 см. Цветы оказались меньше, распустились надъ самой землею, листья были уже и въ подземной своей части бледно-зеленаго цвета. Выше 40 см. не поднялся ни одинъ листъ, ни тюльпана, ни шафрана. Очевидно, накопленныхъ въ луковице запасныхъ веществъ не хватало для дальнейшаго удлинивши. Такимъ образомъ въ стебляхъ и листьяхъ шафрана и тюльпана произошли тайя же изменешя, катя приходится наблюдать на картофельныхъ клубняхъ, пускающихъ ростки въ темномъ погребе.
Если уменьшеше и совершенное отсутств!е освещешя вызывают въ листьяхъ и стебляхъ удлиннеше и заставляют ихъ менять свою форму, то надо думать, что яркое освещен!е должно оказывать на растешя противуположное действ!е. Такъ оно на самомъ деле и бывает. У особей, выдержанныхъ впродолжеше года въ тени и выставленныхъ затемъ въ следующемъ году на солнечный светъ, меж- доузл!я укорачивались, а листья становились жестче; во многихъ случаяхъ на ряду съ хлорофилломъ появлялся и антощанъ, цветы окрашивались въ более темный цвет, а у многихъ, кроме того, на зеленыхъ частяхъ появлялся волосяной покровъ. Мы не станемъ пускаться здесь въ разъяснеше того, насколько въ дан- номъ случае участвует испареше, которое на солнце идет гораздо энергичнее, нежели въ тени; ведь все эти изменешя обусловлены солнечнымъ светомъ.
Действ1е яркаго освещешя резче всего - проявляется при сравненья особей, развившихся изъ одинаковыхъ семянъ, при одинаковыхъ вмешнихъ услов!яхъ, но на разныхъ высотахъ. Въ этомъ отношеши очень важны результаты, добытые въ перюдъ от 1875—80 годъ на опытномъ поле вблизи вершины Блазера въ Тироле на высоте 2195 метровъ надъ уровнемъ моря; поэтому мы и разсмотримъ вкратце некоторый изъ полученныхъ при этомъ данныхъ. Что касается прежде всего однолетнихъ растешй, то семена ихъ были посеяны въ сентябре. Впродолжеше всей зимы грядки были покрыты мощнымъ слоемъ снега въ 1—1,5 метра толщи-
ною. Проросташе семянъ началось въ следующемъ году вскоре после таяшя снега, между 10 и 25 пеня. Поэтому время проросташя семянъ совпало съ пе- рюдомъ наибольшей продолжительности дня и наивысшаго положешя солнца. Мо- лодыя растеньица развивались при температуре не низшей, а скорее несколько высшей чемъ те, что начали свой ростъ на опытныхъ грядкахъ венскаго ботани- ческаго сада еще въ марте месяце, когда день длится 12 часовъ. Единичными морозами, наблюдавшимися за эти 6 летъ не только въ последнихъ числахъ поня, но также и въ шлб и августе, проростки многихъ растешй были убиты (напр. Gilia tricolor, Hyoscyamus albus, Plantago Psyllium, Silene Gallica, Trifolium incar- natum); у некоторыхъ растенш (напр. Agrostemma Githago, Centaurea Cyanus, Iberis amara, Lepidium sativum, Satureja hortensis, Senecio vulgaris, Turgenia la- tifolia, Veronica polita, Viola arvensis) морозъ вызвалъ простановку роста, такъ что цветы ихъ распускались только въ конце августа или въ начале сентября. У некоторыхъ видовъ (Senecio vulgaris, Veronica polita, Viola arvensis) въ сентябре образовались еще семена, способный къ проросташю. По сравнешю съ венскими растешями, развившимися на опытныхъ поляхъ весною, когда дни коротки, а по ночамъ нередко бываютъ морозы, экземпляры горныхъ растенш, которымъ удалось распустить цветы, обнаруживали сильно укороченный междоузл!я. Да и число этихъ междоузлй было весьма уменьшено, вернее, меньше ихъ развилось. Въ то время, напр., какъ на экземпляре венскаго опытнаго поля насчитывалось 10 узловъ, альшйское растете показывало ихъ всего 5—6. Въ связи съ этимъ стояло и развит!© цветовъ. Въ то время какъ у Viola arvensis венскаго сада па- зушныя почки первыхъ шести листьевъ не развивались и цветы появлялись только въ пазухахъ 7 и 8 листа, у альтйской особи того же вида цветы появлялись уже изъ пазухи 3 и 4 листа. Число цветовъ было меньше, лепестки оказывались также сравнительно меньшей величины и поэтому въ общихъ чертахъ альшйск!я расте- н!я производили совершенно такое впечатаете, какъ экземпляры, выроеппе внизу на сухой, песчаной почве, о которыхъ была речь на 465 стр. Выше уже было разсказано о томъ, что часть растенш, которыя въ долинахъ и низменностяхъ бываютъ однолетними, въ альшйскомъ опытномъ саду осенью не отмирали, а держались всю зиму и следующей весною пустили новые побеги изъ нижнихъ частей своего стебля.
Образцомъ двулетнихъ растешй, изменешя которыхъ въ альтйской области были испытаны, можетъ служить Libanotis montana. Стебель ея достигъ въ альшйскомъ саду 16—24 см. вышиною и далъ 5 междоузлш длиною въ 2—5 см. каждое. Изъ пазухъ пяти стеблевыхъ листьевъ, снабженныхъ зелеными пластинками, развились боковые побеги, которые однако не росли далее и оканчивались однимъ зонтикомъ, такъ что вся особь несла только 5 такихъ зонтиковъ. Экземпляры, вы- росш!е изъ точно такихъ же семянъ въ венскомъ ботаническомъ саду, достигли вышиною больше метра и имели 10 междоузлш, длина которыхъ равнялась 10— 20 см. Изъ пазухъ нижнихъ стеблевыхъ листьевъ не развивалось боковыхъ ветвей; изъ среднихъ и верхнихъ стеблевыхъ листьевъ получались разветвленный боковыя ветви, оканчивавшаяся болыпимъ числомъ зонтиковъ. Въ среднемъ число зонтиковъ на одной особи равнялось 20.
На альшйскомъ опытномъ поле было высеяно до 300 видовъ растешй. Однако только 32 изъ нихъ достигли перюда цветовая. Те, у которыхъ цветы распу-
скаются раньше листьевъ, стояли въ полной красй уже въ началй поля; друпе. которымъ раньше цвйтовъ приходилось построить облиственный стебель, зацветали лишь въ августб или въ начала сентября. Изъ послйднихъ мы остановимся на трехъ видахъ; у одного стебель несетъ всего одинъ листь и оканчивается однимъ цвйткомъ (Parnassia palustris), у другого стебель покрыть парными листьями и оканчивается рыхлымъ соцвййемъ, слагающимся изъ мелкихъ дихаз!евъ (Lychnis Viscaria), наконецъ у третьяго листья очередные и цвйты собраны корзинкою (Pyrethrum corymbosum).
Бйлозоръ (Parnassia palustris), выросппй въ алыпйскомъ опытномъ саду, им^лъ по сравнешю со своими венскими сородичами слйдующ!е размеры:
Ботаничесюй садъ въ В^нЪ: Опытный садъ на Блазер-Ь:
Высота стебляЛистьД1аметръ цвЪткаВысота стебляЛистьД1аметръ цвЪтка20—27 см.3,з см. дл., 2,4 см. шир.2,8—3,4 СМ.20—27 см.3,з см. дл., 2,4 см. шир.2,8—3,4 СМ.5—9 см.1,о см. дл., 0,6 см. шир.1,8—2,0 см.5—9 см.1,о см. дл., 0,6 см. шир.1,8—2,0 см.
Высота стебля
Листь
Д1аметръ цвЪтка
Высота стебля
Листь
Д1аметръ цвЪтка
20—27 см.
3,з см. дл., 2,4 см. шир.
2,8—3,4 СМ.
20—27 см.
3,з см. дл., 2,4 см. шир.
2,8—3,4 СМ.
5—9 см.
1,о см. дл., 0,6 см. шир.
1,8—2,0 см.
5—9 см.
1,о см. дл., 0,6 см. шир.
1,8—2,0 см.
Стало быть, въ альшйской области стебель достигъ лишь Vs—V4 т°й высоты, а листья Vs—V4 того размера, какъ въ ВйнЬ, да и цв^ты оказались значительно меньше.
Обоеполые экземпляры смолевки (Lychnis Viscaria) опытнаго сада Блазера обнаружили по сравнению съ вйнскимъ ботаническимъ садомъ:
ВЪнск1й ботанич. садъ:
Блазерск1й опытный садъ:
Вышина стебля вм^стЪ състерж-
немъ соцвЪпя
400—450 мм.
230—240 мм.
Нижше стеблевые листья. . .
80 мм. дл., 4 мм. шир.
50 мм. дл., 3 мм. шир.
Соцв^пе
80 „„ 50 „„
60 „„ 40 „„
Чашечка
15 „* 6,5 „„
16,5 „„5 „„
Отгибъ лепестка
19 „ ,, 8 „„
8 »* 6,8 „„
Ноготокъ лепестка
8 мм. дл.
7 мм. дл.
Такимъ образомъ экземпляры алыпйскаго опытнаго сада обнаружили меныше размеры стебля, листьевъ и цвйтовъ. Кромй того, число междоузлш у особей изъ вйнскаго ботаническаго сада достигало 9, изъ коихъ пять приходилось на веретено соцвйпя, каждая кисть развивала 3—5 цвйтовъ, а все соцвйпе имйло 30— 40 цвйтовъ. На особяхъ алыпйскаго опытнаго сада число междоузлгй достигало 6—7, изъ коихъ на соцвйпе приходилось 3; каждый дихаз!й соцвйт1я лишь въ рбдкихъ случаяхъ былъ трехцвйтнымъ; обыкновенно развивался только средшй цвйтокъ, а пара боковыхъ глохли. Все соцвЬт!е состояло изъ 5—11 цвйтовъ.
Экземпляры приворотня (Pyrethrum corymbosum) изъ альшйскаго опытнаго сада при сравнеши съ венскими, выросшими изъ плодовъ той же корзинки, обнаружили слйдуюпця различ!я.
Вышина стебляСредше стеблевые листья . . . Поперечникъ расправл. корзинки. Язычковые цвЪтыВышина стебляСредше стеблевые листья . . . Поперечникъ расправл. корзинки. Язычковые цвЪтыБотанич. садъ въ ВЪнЪ:850 мм.170 мм. дл., 50 мм. шир.26 мм.8 мм. дл., 4 мм. шир.Ботанич. садъ въ ВЪнЪ:850 мм.170 мм. дл., 50 мм. шир.26 мм.8 мм. дл., 4 мм. шир.Опытный садъ на БлазерЪ:250 мм.45—50 мм. дл., 20 мм. шир.20 мм.7 мм. дл., 3 мм. шир.Опытный садъ на БлазерЪ:250 мм.45—50 мм. дл., 20 мм. шир.20 мм.7 мм. дл., 3 мм. шир.
Вышина стебля
Средше стеблевые листья . . . Поперечникъ расправл. корзинки. Язычковые цвЪты
Вышина стебля
Средше стеблевые листья . . . Поперечникъ расправл. корзинки. Язычковые цвЪты
Ботанич. садъ въ ВЪнЪ:
850 мм.
170 мм. дл., 50 мм. шир.
26 мм.
8 мм. дл., 4 мм. шир.
Ботанич. садъ въ ВЪнЪ:
850 мм.
170 мм. дл., 50 мм. шир.
26 мм.
8 мм. дл., 4 мм. шир.
Опытный садъ на БлазерЪ:
250 мм.
45—50 мм. дл., 20 мм. шир.
20 мм.
7 мм. дл., 3 мм. шир.
Опытный садъ на БлазерЪ:
250 мм.
45—50 мм. дл., 20 мм. шир.
20 мм.
7 мм. дл., 3 мм. шир.
И въ этомъ случай размеры стебля, листьевъ и цвйтовъ у экземпляровъ аль-
шйскаго сада оказываются, по сравненью съ питомцами венскаго ботаническаго сада, значительно уменьшенными. Участки листьевъ средней части стебля у аль- шйскихъ особей были перисты и дольки эти оказывались цбльпокрайными или усаженными двумя зубчиками съ каждой стороны. Стебель былъ покрыть 10 листьями, изъ которыхъ 4 верхнихъ сильно уменьшились въ размбре и образовали прицветники для боковыхъ осей, исходящихъ изъ ихъ пазухъ. Эти боковыя оси не ветвились и каждая изъ нихъ заканчивалась однимь соцвепемъ въ виде корзинки. Общее число корзинокъ достигало 5. У особей венскаго ботаническаго сада участки листьевъ средней части стебля были больше надрезаны, дольки съ каждой стороны несли по 3—5 зубцовъ, стебель несъ 25—27 листьевъ, изъ нихъ 6—8 верхнихъ, сильно уменыпенныхъ въ размере, служили прицветниками для боковыхъ осей, выходящихъ изъ пазухъ ихъ. Эти боковыя оси были разветвлены и каждая ветвь заканчивалась корзинкою. Въ общей сложности корзинокъ было 20—30.
Изъ этихъ примбровъ следуетъ, что все части растешй, выросшихъ въ аль- шйскомъ опытномъ саду, сильно отставали въ росте. Листья и лепестки были меньше, стебли короче, число междоузлш, листьевъ, соцветИ и цвбтовъ уменьшено. Цветы помещались сравнительно ниже къ земле, что происходило не отъ уменьшетя длины и числа междоузлш, а оттого, что цветы развивались въ пазу- хахъ даже самыхъ нижнихъ стеблевыхъ листьевъ.
Благодаря этимъ измбнешямъ, объясняющимся главнымъ образомъ продолжительностью и яркостью дневного освещешя въ понб, полб и августе, растешя аль- пшскихъ местностей достигаютъ крупныхъ выгодъ. Если бы они развивались столь же пышно, какъ ихъ сородичи въ вбнскомъ ботаническомъ саду, лежащемъ на 2015 метровъ ниже, то они теряли бы на это много времени, и распускайте пер- выхъ цвбтовъ врядъ ли могло бы наступать раньше октября, когда уже вновь вы- падаетъ снбгъ. Уменьшая число междоузлй и развивая цвбты въ пазухахъ нижнихъ листьевъ, растете альшйской области получаетъ возможность зацветать уже въ конце августа или въ начале сентября и можетъ даже разсчитывать на плодо- ношеше, а это главнейшая цель его жизни. Измбнешями въ развитш обусловливается отчасти и не разъ уже указанное нами явлеше, что мнопя альшйсгая ра- стев!я расцвбтаютъ на горахъ раньше чбмъ въ близь лежащихъ долинахъ. Однако во избежите недоразуметй надо разъ навсегда заметить, что ни у одного изъ 32 многолбтнихъ видовъ, а также и у двухлбтнихъ и однолбтнихъ, которые расцвели въ альшйскомъ опытномъ саду, раннее расцветите не стило наслбдственнымъ, и потому ихъ не следуетъ смбшивать съ такъ называемыми асингамическими цветами, о которыхъ будеть рбчь впереди.
Отношешя света къ красящимъ веществамъ растешй неоднократно служили предметомъ тщательныхъ изследовашй. Веб наблюдатели согласны съ тбмъ, что количество красящаго вещества, извбетнаго подъ именемъ антощана, мбняется при измбнешяхъ въ освбщенш соотвбтствующихъ частей растешя, что и желтый пиг- ментъ цвбтовъ обнаруживаетъ подобный же свойства, что хлорофиллъ на сильномъ свбтб у неприспособленныхъ къ яркому освбщешю растешй разрушается, причемъ зеленыя ткани блбднбютъ и принимаюсь желтоватую окраску. Вспоминая о томъ (529 стр. I тома), какъ на горахъ по мбрб подняпя кверху растетъ интенсивность солнечнаго освбщешя, можно ожидать, что у растешй этихъ местностей указанное дбйств!е. света должно проявляться особенно резко. Такъ оно на деле и бываетъ.
Цв^ты альшйскаго опытнаго сада на БлазерЪ (на высота 2195 метровъ надъ уров- немъ моря) обнаруживали сплошь густую окраску, и по сравнешю съ цветами опытныхъ участкахъ в-Ьнскаго ботаническаго сада оказывались часто значительн: темнее. Особенно бросались въ этомъ отношеши въ глаза Agrostemma Githagc Campanula pusilia, Dianthus inodorus (silvestris), Gypsophila repens, Lotus cornicu- latus, Saponaria ocymoides, Satureja hortensis, Taraxacum officinale, Vicia Cracca и Vicia Sepium. Mnorie виды развивавппе въ в'Ьнскомъ ботаническомъ саду совершенно б^лые лепестки, какъ напр. Libanotis montana, обнаруживали въ альшй- скомъ опытномъ саду на нижней поверхности этихъ лепестковъ красновато-фюле- товую окраску антощана. Чешуйки всЬхъ злаковъ, окрашенный въ низменностяхъ въ зеленый цв'Ьтъ разв£ съ легкимъ оттЬнкомъ фюлетоваго, на грядкахъ алыпйскаго сада принимали темный буро-фюлетовый цв'Ьтъ. Особенно рбзко выступало это обильное развипе антощана на зеленыхъ тканяхъ листьевъ и чашелистиковъ, равно какъ и стеблей. Листья толстянокъ Sedum acre, album и sexangulare приняли пурпурно-красную, Dracocephalum Ruyschianum и Leucanthemum vulgare фю- летовую, Lychnis Viscaria и Satureja hortensis красно-бурую окраску, а листья Bergenia crassitolia и Potentilla Tiroliensis обнаруживали еще въ август^ тотъ кровяно-красный цв'Ьтъ, какой они въ залитыхъ солнцемъ долинахъ принимаюсь обыкновенно лишь позднею осенью. При этомъ сл'Ьдуетъ заметить, что и мнопя живот- ныя, именно пауки и улитки, живупця не только въ долинахъ, ио и на горахъ, принимаюсь по Mipi своего поднятая болЬе темную окраску.
Значительное число растительныхъ видовъ, произрастающихъ по тЬнистымъ и защищеннымъ отъ солнца уголкамъ долинъ, каковы напр. Orobus vernus, Valeriana Phu или Viola cucullata, обнаружили въ залитомъ солнцемъ альшйскомъ опытномъ саду болЬе или менбе пожелгЬвппе листья. На 392 стр. I тома уже было разсказано о томъ, какъ желт'Ьетъ ленъ (Linum usitatissimum) въ альшйскомъ саду на высотЬ 2195 метровъ, хотя на высота 1500 метровъ на открытыхъ солнцу поля- нахъ хлорофиллъ его не подвергается никакимъ изм-Ьнешямъ.
Въ видЬ сл-Ьдств1я изъ этого б^глаго обзора изм^ненгй растительныхъ формъ, полученныхъ при помощи культурныхъ опытовъ, является цЬлый рядъ важныхъ выводовъ. Прежде всего приходится констатировать тотъ фактъ, что у растенш можно наблюдать двоякаго рода признаки: одни являются сл,Ьдств1емъ изв'Ьстныхъ условш и качествъ почвы и климата, друпе же совершенно не зависятъ отъ этихъ вн'Ьшнихъ вл!яшй. Различ1е это настолько существенно, что его сл'Ьдуетъ пояснить нисколькими примерами. Водная кувшинка Nymphaea alba развиваетъ низовые листья яйцевидной или ланцетовидной формы, на которыхъ нельзя приметить расчленешя на черешокъ и пластинку. Срединные листья, напротивъ, расчленяются на круглый черешокъ и дисковидную пластинку. Эти признаки проявляются во всевозможныхъ случаяхъ безразлично, проростаетъ ли с4мя этого растешя на днЬ глубокаго пруда или въ илЬ болотистаго луга. На болотистыхъ лугахъ низовые листья остаются короткими и станки кожицы ихъ р4зко утолщаются, черешки сре- динныхъ листьевъ, обвиваемые воздухомъ, достигаютъ приблизительно дюйма длины; для усилешя ихъ сопротивлешя сгибашю развивается мощный слой луба и толщина пучковъ, въ которыхъ заключенъ этотъ лубъ, достигаетъ 0,17 мм.; станки кл'Ьтокъ кожицы утолщаются, подъ кожицей образуется 5—9 слоевъ колленхимныхъ клбтокъ, а воздухоносные каналы въ центр'Ь черешка сильно съуживаются. Но если тотъ же
видъ кувшинки развивается подъ мощнымъ слоемъ воды, низовые листья съужп- ваются въ длинныя, не упрупя ленты, а черешки срединныхъ листьевъ продолжают свой ростъ до тбхъ поръ, пока несомыя ими пластинки не окажутся на поверхности воды. Смотря по мощности водяного слоя, они достигаютъ длины 30, 40, 50 даже до 100 см. Листовымъ черешкамъ, окруженнымъ со всехъ сто- ронъ водою, приходится весьма мало сопротивляться изгибу, потому и луба развивается мало, пучки, пронизываюпце черешокъ, не толще 0,11 мм., стенки кле- токъ кожицы въ половину тоньше чемъ у сухопутныхъ черешковъ, подъ кожицей развивается только отъ 3 до 5 слоевъ колленхимныхъ клетокъ и воздухоносные каналы въ середине черешка достигаютъ д!аметра въ ^2 мм. Всл4дств1е этого черешки не упруги и не въ состояши поддерживать листовой пластинки надъ поверхностью воды. Типичная форма низовыхъ и срединныхъ листьевъ, расчлене- ше последнихъ на черешокъ и пластинку, контуръ и край пластинки, а также и распредблеше въ ней пучковъ являются результатомъ внутреннихъ причинъ и обусловливаются специфическимъ строешемъ протоплазмы, толщина же клетокъ кожицы, мощность механической ткани и длина черешка определяются степенью по- гружетя растешя въ воду. То же можно наблюдать и у цветовъ кувшинки. Отроете ихъ зависит отъ специфическаго строешя протоплазмы, но величина ле- пестковъ обусловливается температурою воды.
Метельчатый злакъ Роа annua растет дерновинками, его стебли и влагалища листьевъ совершенно круглы, листовая пластинка пронизана семью пучками, ниж- шя в^тви метелки стоять порознь или попарно, никогда не образуя полумутовокъ, колоски метелки сильно сжаты и по очертанью яйцевидны. Эти признаки неизменны и наблюдаются у Роа annua при всякихъ услов!яхъ. Однако на огородахъ въ низменности стебли вытягиваются и высовываются надъ верхнимъ короткимъ листомъ, колоски заключают 6—7 цветовъ и делаются светло-зелеными, между темъ какъ въ горныхъ местностяхъ побеги зимуютъ, стебли стелются по земле и такъ укорачиваются, что не выставляются даже изъ перваго зеленаго листа, колоски развивают всего 2—3 цветка и чешуйки ихъ снаружи окрашиваются въ темно-фюлетовый, а по краямъ въ буровато-желтый цвет; эти изменешя находятся, очевидно, въ зависимости отъ местонахождетя и приписать ихъ нужно раз- нымъ услов!ямъ освещешя, нагревашя и влажности, наблюдаемымъ въ низменныхъ и возвышенныхъ местахъ.
Изменешя эти всегда выгодны растенио. Благодаря имъ, данная особь становится выносливее, они поддерживают и содействуют органамъ при ихъ от- правлешяхъ и делают возможной своевременную функцгю отдельныхъ частей, несмотря на изменившшся образъ жизни. Они имеют очевидное назначеше поддерживать жизнь растешя, несмотря на крайне изменившаяся услов!я, доставлять ему возможность при затрате наименьшихъ усил!й расти, давать отводки и плоды и въ этомъ смысле несомненно должны считаться приснособлен!ями къ услов!ямъ климата и почвы.
Способность къ подобнаго рода приспособленью однако темъ не менее обусловливается специфическимъ строешемъ протоплазмы и обнаруживаетъ у различи ныхъ видовъ большое разнообраз!е. Одинъ видъ умеет приспособиться къ яркому свету, къ погружешю въ воду, къ сухому климату и т. д., развивая при этомъ известный приспособлешя, другой этого сделать не въ состояши. Если бы прото-
плазма льна (Linum usitatissimum) имела способность развивать въ зеленой ткани своей такое же количество антощана, какъ чаберъ (Satureja hortensis), то это растете не страдало бы подъ вл!яшемъ яркихъ лучей горнаго солнца, а могло бы. подобно чабру, цвести тамъ и приносить плоды. Если бы протоплазма обыкновенной полевицы (Agrostis vulgaris) имела возможность сохранять свою жизнедеятельность подъ водою, то она, будучи погружена въ воду, не отмирала бы, а сохраняла, подобно близкой своей родственнице Agrostis stolonifera, и подъ водою стебли и листья. Однимъ словомъ: Приспособляемость колеблется у каждаго вида въ известныхъ пределахъ, обусловливаемыхъ специфиче- скимъ строен!емъ протоплазмы, и переступать этихъ пределовъ растен1е не можетъ.
Для исторш видовъ большое значеше имеетъ вопросъ, передаются ли по наследству изменетя, обусловленныя переменою климата и почвы. Этотъ вопросъ, конечно, дюжеть быть решенъ только опытнымъ путемъ, притомъ при постановке опытовъ надо обращать внимаше на всевозможные источники ошибокъ. Последнее замечате сделано не безъ намбретя, Дело въ томъ, что источниковъ ошибокъ при такихъ опытахъ очень много. Два изъ нихъ я хочу вкратце описать здесь главнымъ образомъ потому, что, благодаря имъ, поколебались результаты соответ- ствующихъ опытовъ, произведенныхъ мною въ 1863 и 64 годахъ. Недостаточно того, что высеваешь въ совершенно одинаковый по обработке гряды семена съ одного и того же растетя — надо обратить внимаше и на то еще, не получились ли семена различныхъ цветовъ данной особи путемъ скрещивашя разныхъ видовъ. Изъ семянъ, которыя я снялъ съ экземпляра Dianthus alpinus, выращен- наго въ 1863 г. въ ботаническомъ саду Иннсбрука и положенныхъ въ две опыт- ныхъ гряды съ различнымъ составомъ почвы, на почве лишенной извести развилось несколько экземпляровъ, которые по внешнему виду смахивали на Dianthus deltoides, и казалось, будто Dianthus alpinus, считающшся растешемъ, безусловно требующимъ извести, превращается на лишенной извести почве въ Dianthus deltoides. Семена экземпляра, походившаго на Dianthus deltoides, были затемъ снова высеяны на почву, лишенную извести, однако развивппяся изъ нихъ особи вовсе не напоминали уже Dianthus deltoides; все отличительные признаки ихъ оказались постоянными. Опытъ былъ повторенъ, однако на этотъ разъ особи Dianthus alpinus на глинистой, лишенной извести почве не изменялись и потому пришлось допустить, что растете, въ которомъ можно было заподозрить переходную ступень отъ Dianthus alpinus къ Dianthus deltoides, оказалось помесью между этими двумя видами. Чтобы вполне убедиться въ этомъ, получили искуственно помесь между этими двумя видами. Изъ семянъ ея действительно выросли экземпляры, вполне сходные съ признаннымъ за переходную ступень между видами, а потому врядъ ли могло быть сомнете въ томъ, что некоторый рыльца Dianthus alpinus, съ ко- тораго были взяты семена для перваго посева, были опылены цветнемъ Dianthus deltoides.
Иногда ошибки происходить оттого, что у многихъ растешй молодыя ста- дш развит сильно отличаются отъ более взрослыхъ. Молодыя березы, развиваю- пцяся изъ сбмянь Betula verrucosa, несутъ листья, густо усаженные волосками, на ощупь бархатистые, и съ просто-пильчатымъ краемъ. Листья эти вполне напоми- иаютъ листья взрослыхъ экземпляровъ Betula alba или pubescens. Напротивъ, у
взрослыхъ особей Betula verrucosa листья получаютъ совершенно иную форму; они оказываются голыми, съ двояко-пильчатымъ краемъ, на ощупь тверды и хрупки. Только эти листья описываются въ ботаническихъ сочинешяхъ какъ типичные для Betula verrucosa. И вотъ, если кто посйетъ сймена взрослаго дерева Betula verrucosa и замйтитъ, что форма и опушеше листьевъ получаются совершенно иныя, тотъ легко можетъ склониться къ убйждешю, что тутъ произошло существенное видоизмйнеше и, конечно, станетъ приписывать эти измйнешя непосредственному воздййствш внйшнихъ вл!ян1й.
Нечего и говорить, что на источники ошибокъ и заблуждений, въ которыя я впалъ 35 лйтъ тому назадъ, впослйдств!и было обращено внимаше. Въ дальнйй- шихъ опытахъ, производившихся впродолжен!е 6 лйтъ въ алыпйскомъ саду на Блазерй (2195 метр.) и, для сравнешя, въ саду моей виллы Марилаунъ въ высокой Тирольской долинй Гшнитцй (1215 метр.), въ ботаническомъ саду г. Иннсбрука (569 метр.) и въ ботаническомъ саду вйнскаго университета (180 метровъ), ни въ одномъ случай не оказывалось существенныхъ и повторяющихся измйнешй въ формй и окраскй. Если собранный въ долинй сймена высйвались въ альшйской мйстности, то на проростающихъ растешяхъ можно было замйтитъ нйкоторыя измйнешя, о которыхъ уже была рйчь. Эти измйнешя обнаруживались и на потомства даннаго растешя только въ случай, если оно выращивалось на томъ же мйстй, гдй росли родители. Стоило лишь перенести сймена, созрйвш!я на горй, снова на опытныя грядки вйнскаго или иннсбрукскаго ботаническихъ садовъ, какъ раз- вивппяся изъ нихъ особи тотчасъ же принимали тотъ цвйтъ и ту окраску, какая соотвйтствовала данной мйстности. Такимъ образомъ измйнен!я формы и окраски подъ вл!ян!емъ климата и почвы не сохраняются въ потомствй; признаки, которыми выражаются эти измйнен!я, не постоянны и потому соотвйтствующ!я особи слйдуетъ считать „разновидностями/6 о которыхъ Линней въ своей Philosophia botanica выражается такъ: „Varietates tot sunt quot differentes plantae et ejusdem specie! semina sunt productae. Varietas est planta mutata a causa accidental!: climate, solo, calore, ventisetc.; redacitur ita- que in solo mutato*).
Вшянёе калЪченёя на Форму растеши.
Когда на лйсосйкй березы и ели растутъ рядомъ и черезъ нйсколько десят- ковъ лйтъ верхушки березъ перерастаютъ маковки елей, то развитее послйднихъ замйтно задерживается. При каждомъ сильномъ вйтрй прутевидныя вйтви березы ударяютъ по верхушечнымъ побйгамъ елей; послйдше вянуть и подъ влiянieмъ постоянно повторяющихся ударовъ совершенно отмираютъ. Если бы какая-либо боковая вйтвь ели и поднялась, чтобы замйнить собою наростающую вертикальную ось деревца, то и ее скоро вйтви березы забичуютъ до смерти. Макушка ели разъ ца всегда повреждена и повреждеше это замйтно еще много лйтъ спустя,
такъ какъ крона получаетъ, благодаря ему, очень своеобразный, тупой видъ. Ешг много другихъ деревьевъ вступаютъ такимъ образомъ между собою въ рукопашную, результатомъ чего является каждый разъ искалечиваше и изменеше вила, древесной кроны. Такъ напр. клены совершенно вытесняются длинными колк- чими ветвями гледичш (Gleditschia triacanthos) или крона ихъ, постоянно повреждаемая съ той стороны, где находится гледич!я, получаетъ несимметричный, одно- бокш видъ.
Какъ изменяется внешшй видъ лиственницы, ели, бука, вереска и другихъ низкихъ кустарниковъ подъ вл!яшемъ нападешя жвачныхъ, въ особенности козъ, объ этомъ было разсказано на 445 стр. I тома, здесь же мы заметимъ, что сосны и вересъ тоже нередко искалечиваются подобнымъ образомъ. Калечеше ведетъ въ этомъ случае къ такимъ последств!ямъ, что изъ почекъ при основаши объеденной ветви на следующей годъ развиваются боковыя ветви, которыя безъ того не образовались бы. Другихъ изменешй на искалеченныхъ поббгахъ приметить нельзя. Гораздо значительнее бываютъ последств!я въ томъ случае, если буря или выпавшая масса снега обломаетъ дерево близъ земли, когда топоръ дровосека илп коса срежетъ молодыя деревца, раступця на лугу, когда ночной морозъ весною ударить по всемъ молодымъ побегамъ или когда гусеницы объедятъ все листья и деревья летомъ торчать голыя какъ зимою. Въ этихъ случаяхъ изъ „спящихъ глазковъ," изъ запасныхъ почекъ сука и ветокъ или, наконецъ, изъ почекъ, залагающихся подземно на корняхъ, появляются новые побеги. Листья этихъ т. наз. водяныхъ побеговъ въ значительной степени отличаются отъ техъ, которые были на сломанныхъ, объеденныхъ, срезанныхъ или вымерзшихъ ветвяхъ. Листья въ кроне осины (Populus tremula) во взросломъ состоянья голы и тверды, сидящая на длинномъ черешке пластинка кругла и по краямъ грубо выемчата или зазубрена. Боковые пучки, расходяпцеся по пластинке близъ края, разбиваются на целую сеть, въ которой нигде не заметно крепкихъ, дугообразныхъ соединещй. Листья пробивающихся при основаши пней или изуродованныхъ стволовъ изъ корней водяныхъ побеговъ, напротивъ, мягки и съ обеихъ сторонъ густо усажены короткими пушистыми волосками; пластинка ихъ, сидящая на короткомъ черешке, треугольно-сердцевидна и на крае усажена направленными впередь зубцами. Боковые пучки, расходяпцеся въ пластинке, разбиваются близъ края на сетку, въ которой резко выступають сильныя, дугообразный соединешя. Листья въ кроне лет- няго дуба (Quercus pedunculata) глубоко выемчаты и при основаши снабжены двумя такъ называемыми ушками; листья же водяныхъ побеговъ представляются цельнокрайними или слегка лопастными и лишены ушковъ при основаши. У бука (Еа- gus silvatica) листья водяныхъ побеговъ более или менее ясно пильчаты, тогда какъ на ветвяхъ кроны они цельнокрайше. У черной (Morus nigra) и у бумажной шелковицы (Broussonetia papyrifera) листья водяныхъ побеговъ представляются разнообразно выемчатыми и более или менее глубоко лопастными, между темь какъ въ кроне они сердцевидны и только зазубрены, а не лопастные. Листья водяныхъ побеговъ бородавчатой березы (Betula verrucosa) просто зубчаты и покрыты бархатистымъ пушкомъ, въ кроне же двоякозубчаты и голы. Листья водяныхъ цобеговъ ракиты (Salix aurita) голые, широко яйцевидны, довольно гладки и сеть жилокъ въ пластинке съ широкими петлями; напротивъ, листья нормальныхъ ветвей расширены въ передней трети, сероволосистые, сильно морщинисты и пучки
въ пластинк^ образуютъ густосплетенную сЪть. У ciparo тальника (Salix rosmarini- folia) листья, развиваюпцеся на искалЪченномъ экземпляр^, вдвое или втрое шире нормальныхъ; кромб того они голы, тогда какъ у здоровыхъ в4токъ они шелковисты и блестятъ какъ серебро. Такимъ образомъ можно было бы перечислить еще сотни деревьевъ и кустарниковъ, у которыхъ р4зко бросается въ глаза раз- лич!е между нормальными листьями и развившимися послЬ ув4ч1я растешя. Достаточно однако уже приведенныхъ прим4ровъ и мы упомянемъ еще только объ остролистномъ клен-Ь (Acer platanoides), такъ какъ на рисунк4, помйщенномъ въ первомъ томб (стр. 409) можетъ быть показано, какое значеше сл^дуетъ приписать такому различно въ листьяхъ. Листья кроны этого клена сидятъ на длинныхъ черешкахъ, пластинка разделена на 5—7 лопастей, которыя коротки и снабжены нисколькими вытянутыми острыми зубцами; напротивъ листья водяныхъ побЬговъ острОлистнаго клена сидятъ на короткихъ черешкахъ, пластинка трехлопастная съ неглубокими выемками, каждая лопасть имбетъ видь треугольника и не несетъ острыхъ зубцовъ. Эти листья вполне соотсв4тствуютъ нижнимъ листьямъ клена, изображеннымъ на рис. 3 стр. 10 I тома.
Побеги, развивающ!еся изъ запасныхъ почекъ, спящихъ глаз- ковъ и тому подобныхъ образован!!, до известной степени по- вторяютъ начало стебля и потому описанноеявлен!е предста- вляетъ ничто иное какъ обыкновенный метаморфозъ листьевъ. У древесныхъ породъ эти различ!я между бол4е старыми и болбе молодыми, иначе говоря, между нижними и верхними листьями кажутся нисколько странными лишь потому, что об4 формы листьевъ не появляются одновременно на той же особи. Когда крона дерева достигла полнаго развитая, первые самые старые листья, когда то украшавшие молодое деревцо, давно уже отпали. Въ описательной же бота- ник4 принимаются въ разсчетъ главнымъ образомъ листья вполн4 взрослыхъ кустарниковъ и деревьевъ; многимъ ботаникамъ можетъ быть никогда даже не приходилось вид'Ьть первыхъ листьевъ наиболее распространенныхъ древесныхъ породъ, и когда имъ такой листъ случайно попадется подъ руку, они объявляютъ о немъ какъ о необычайномъ явлены, объясняютъ происхождеше поббговъ съ такими листьями „почечною вар!ащею“ и прхурочиваютъ къ этимъ явлешямъ ри- скованныя и запутанный гипотезы. Между т4мъ описываемое явлен!е не имЬетъ ничего общаго съ образованЧемъ разновидностей, такъ какъ не находится въ связи ни съ климатомъ, ни съ почвою. Кромб того форма не сохраняется у дальн4йшихъ листьевъ, развивающихся на томъ же п об 4 г 4. Напротивъ, точь-въ-точь какъ и у главнаго ствола, на этихъ поб4гахъ вскор4 развивается такая же листва, какой характеризуются в4тви кроны даннаго дерева или куста.
Сказанное зд4сь о листьяхъ древесныхъ породъ относится и къ изм4не- н!ямъ, которымъ подвергаются верхушечные листья этихъ растешй при искал4чи- ваны в4тви. Если ср4зать верхнюю часть ивовой в4тви, усаженной листовыми почками, и оставить нижнюю часть съ заложенными уже на ней почками, содержащими сережки будущихъ цв4товъ, то маленьк!я бл4дныя чешуйки, сидянця при основаны этихъ цв4точныхъ сережекъ превращаются въ зеленые листья; сама ось, несущая эти листья, удлинняется и цв4точныя сережки заканчиваюсь собою поб4гъ. Мнопя ивы, напр. Salix cinerea и grandifolia, получаюсь при такомъ
3131Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растешй, т. П.
31
31
метаморфозе очень своеобразный видъ; однако, уже на следующш годъ на вет- вяхъ, покрытыхъ сережками, цветоножки последнихъ вновь оказываются усеянными короткими бледными чешуйками, предполагая конечно, что за это время не произошло новаго увечья.
Калечеше травянистыхъ растенш производится травоядными животными, именно насекомыми и млекопитающими, а также въ гранд!озномъ масштабе чело- векомъ при сбнокосе и другихъ операщяхъ надъ первобытнымъ растительными покровомъ, производимыми въ интересахъ сельскаго хозяйства. Изменешя въ области листвы, являюлцяся последств!емъ такого калечешя, въ общихъ чертахъ соответствуют сказанному о древесныхъ породахъ. Изъ оставшихся пеньковъ отходят боковые отпрыски, первые листья которыхъ соответствуют первыми листьямъ проростка. Въ большинстве случаевъ эти листья менее разсечены и менее опушены чемъ листья нормальныхъ растенш и потому носят особый от- печатокъ. Въ области цветовъ увечье сказывается въ двухъ отношешяхъ, во- первыхъ удлинняются цветоножки или боковыя оси, заканчи- вающ!яся соцвет!ями, а во-вторыхъ сами цветы мельчаютъ. Если напр., весною срезать подъ самый корень хорошо развитый стебель поповника (Chrysanthemum Leucanthemum), заканчивающейся одной корзинкой, то изъ пазухъ нижнихъ оставшихся листьевъ развиваются длинные, tohklo боковые побеги, причемъ каждый заканчивается корзинкой цветовъ. Главный стебель окажется тогда ветвящимся съ самаго основашя, чего на неизуродованныхъ экземпля- рахъ никогда не наблюдается. Если срезать весною стебель обыкновенной наперстянки (Digitalis), приблизительно на середине, то изъ пазухъ листьевъ, находящихся подъ плоскостью разреза, вырастаютъ длинныя кисти цветовъ, однако сами цветы почти въ половину меньше нормальныхъ. Стебель Althaea pallida въ случае нормальнаго развит!я поднимается на одинъ метръ надъ землею и несет въ на- зухахъ верхнихъ своихъ листьевъ собранные въ пучокъ цветы на короткихъ цветоножкахъ. Если подстричь стебель, то изъ пазухъ оставшихся листьевъ разовьются боковые побеги, несупце цветы на длинныхъ цветоножкахъ. Особенно поучительные примеры доставляют въ этомъ отношенш однолетшя сорныя травы, раступця среди хлебныхъ злаковъ, какъ то Delphinium Ajacis, Nigella arvensis, Stellera Passerina и т. п., главный стебель коихъ подрезается во время жатвы, причемъ изъ остающихся пеньковъ развиваются сравнительно длинныя ветви съ маленькими цветами. Если у однолетняго растешя, главная ось котораго заканчивается длинною кистью, срезать не всю цветочную кисть, а только отдельный почки ея, по направлению снизу кверху, и срезать ихъ какъ-разъ передъ ихъ раскрывантемъ, то стержень соцвет!я можетъ чрезвычайно удлинниться и въ конце концовъ развиваются так!я почки, которыя въ нормальномъ ходе роста никогда не дали бы цветовъ. Такъ, напр., стержень цветной кисти красной наперстянки (Digitalis purpurea), подстригаемый описаннымъ образомъ, удлинняется более чемъ вдвое и развивает вдвое больше цветовъ, чемъ обыкновенно. Последше и, значит, самые высоте цветы такихъ кистей однако вдвое меньше развивающихся на нормальныхъ растетяхъ.
При этомъ случае вспомнимъ и о многолетнихъ полевыхъ травахъ; ивуве- чиваше при сенокосе заставляет ихъ развивать тате цветоносные побеги, которые безъ того достигли бы цветешя только на будущш годъ. Въ альшйскихъ
долинахъ очень часто случается, что на лугахъ, выкошенныхъ весною, осенью появляются цветы весеннихъ растенш Anemone vernalis, Geranium silvaticum, Gentiana verna, Polygonum Bistorta, Primula elatior и farinosa, Trollius europaeus и т. д. Эти цветы поражаютъ своимъ малымъ размеромъ. Д1аметръ ихъ въ сравнеши съ весенними экземплярами уменьшенъ по крайней мере въ три раза. Наконецъ, вспомнимъ еще объ одномъ садовническомъ фокусе, о которомъ уже была речь и состоящемъ въ томъ, что путемъ систематическаго подрезывашя изъ однолетней резеды можно получить зимуюпцй одеревенелый стволъ. Вспомнимъ и о карликовыхъ деревцахъ, получаемыхъ путемъ прививокъ въ связи съ подрезкою; сюда относится своеобразный съ виду, крошечный плющъ, получающихся путемъ прививки цветоносной ветви къ стволу величиною въ дюймъ, а также карликовыя хвойныя, воспитываемый съ особою любовью японцами.
Неоднократно случалось, что искалеченные кусты принимались и описывались садоводами и систематиками какъ особые виды, помеси или разновидности. Въ действительности они ни то, ни другое. Своеобразный обликъ искалеченныхъ органовъ растешя для каждаго вида въ точности предопределенъ, основанъ на специфической конституция: вида и потому принадлежать къ его сущности. Да онъ и вызывается не теми внешними влiянiями, которыя ведутъ къ образованию разновидностей, а происходить независимо отъ вл!яшй климата и почвы въ силу внутренней необходимости.
ИзмЪнешя Формы подъ вл1ян1емъ паразитныхъ споровыхъ растеши.
Значительное число деревьевъ и кустарниковъ несетъ на отдельныхъ вет-, вяхъ своихъ скученный, обильно разветвленный образовашя, которыя издали на- поминаютЪ птичьи гнезда или метлы и названы народомъ „ведьмиными метлами". Они считаются болезнью данныхъ деревьевъ и кустарниковъ, а назваше ихъ ука- зываетъ на то, что происхождеше болезни ставится въ зависимость отъ вбдьмъ. По народному поверью ведьмы обладаютъ способностью напускать на людей, живот- ныхъ и растешя болезни, и при взгляде на странный, болезненный образовашя, суеверные люди могли пршти къ мысли, что болезни эти причиняются ведьмами, которымъ нужны метлы для игрищъ на Блоксберге *). Друпя болезни растенгй относили насчетъ погоды, главнымъ образомъ продолжительная дождя или засухи. Только очень недавно пришли къ заключешю, что причиною большинства болезней, нападающихъ на деревья, кусты и травы, являются споровыя растешя и что погода играетъ въ этомъ случае роль лишь постолько, посколько она можетъ бла- гопр!ятствовать или задерживать разселеше и развипе этихъ споровыхъ растенш.
Интересуюпця насъ споровыя растешя все сплошь паразиты. Они поселяются въ тканяхъ растешя-хозяина и рано или поздно влекутъ за собою отмираше пора- женныхъ частей, а нередко и всего растешя. Живая протоплазма въ клеткахъ
♦) Одна изъ вершинъ Брокена, высшей точки (1142 м.) Гарца, въ Средней Гермаши; ио старинному повЪрью здЪсь собираются на шабашъ ведьмы и всякая другая нечисть. Это предаше опоэтизировано Гёте въ его „ФаустЬ* (ВальпургГева ночь).
Наша нащональная Баба-Яга также заметаетъ свой сл'Ьдъ метлою, какъ и немецкая ведьмы. Впрочемъ, тЪ Ъздятъ на метлЪ верхомъ, между тЪмъ какъ Баба-Яга пользуется л ля этого ступою. Прим, пер, Г.
31*
и тканяхъ растешя-хозяина, на которую нападаетъ паразита, подвергается глубо- кимъ изменешямъ въ своемъ составе. Часть соответствующихъ клетокъ высасывается, протоплазма ея, такъ сказать, поедается и понятно, что такимъ клеткамъ суждено погибнуть. Другая часть остается въ живыхъ, но зато изменяется. Это изменеше прежде всего касается строешя живыхъ протопластовъ, которые еще не завершили своего развитая, и его лучше всего сравнить съ тЬми измЬнетями жидкихъ веществъ, который известны подъ именемъ брожешя (ср. 510 стр. I тома). Какъ при брожеши вл!яше живыхъ дрожжевыхъ клетокъ изменяетъ химически составь окружающей жидкости, расщепляета, разлагаетъ и разрушаета находив- пияся въ ней химическ!я соединешя и образуетъ изъ нихъ новыя, такъ же точна и здесь, внутри живого растешя, въ области сочной, способной къ росту ткани- эти изменешя производятся въ сообществе протопластовъ, обладающихъ еще способностью расти насчетъ окружающихъ веществъ и размножаться делешемъ. Однако превращешя не ограничиваются здесь однимъ расщеплешемъ уже суще- ствующихъ химическихъ соединены, которыя представляюта себе въ виде новой группировки уже существующихъ молекулъ—здесь появляется, если можно такъ выразиться, новая протоплазма и происходить это такимъ образомъ, что часть- протоплазмы проникшихъ въ растете паразитныхъ клетокъ сливается съ неточной протоплазмою хозяина.
Так1я тканевыя тела, видоизмененный, благодаря присутствие паразитнаго спороваго растешя, называются раковыми образовашями. Въ большинстве слу- чаевъ они не только по форме отличны отъ окружающихъ тканей, но обладаюта еще и чрезвычайнымъ ростомъ, что обозначается словомъ „гипертроф!я“. Везъ сомнешя, гипертроф!я обусловливается особаго рода раздражешемъ, исходящимъ отъ паразита. Такъ какъ при обильномъ притоке строительныхъ матер!адовъ, необходимыхъ для образовашя такого необычайно крупнаго ракового образовашя,. и паразиту достается обильная пища, то надо думать, что весь смыслъ гипертро- фы кроется въ томъ, чтобы питать паразита. Однако, во многихъ случаяхъ гипертрофированная ткань должна представлять лишь защитную стену, препятствующую дальнейшему движение паразита. Въ такомъ случае въ ней нетъ питательныхъ- веществъ, которыми паразита могъ бы пользоваться, а образуется опухоль глав- нымъ образомъ пробковыми клетками, которыхъ паразита не въ состояши ни съесть, ни разрушить. Такую ткань можно сравнить съ пробкою, образующейся на пораненныхъ, обнаженныхъ и, следовательно, лишенныхъ кожицы местахъ, которая понемногу въ виде защитнаго слоя затягиваетъ эти раны.
Очагомъ образовашя раковыхъ опухолей иногда является лишь малая часть пораженнаго растешя; въ другихъ же случаяхъ целые листья и ветви, а иногда, даже крупные побеги изменяются и деформируются болезнью. Для нагляднаго- обзора многочисленныхъ формъ раковыхъ образованы всего целесообразнее будета держаться указаннаго порядка и начать съ простейшихъ формъ.
Простейшими формами считаются те раковыя образован!я, которыя изменяютъ и преображаютъ лишь немног!я клетки среди объемистой ткани, остающейся безъ изменен!я. Они обусловливаются главными образомъ паразитами изъ родовъ Rozella, Synchytrium, Olpidium и другими хитри- ддевыми, равно какъ видами Exobasidium и Gymnosporangium. Относящаяся къ~ воднымъ плесенямъ (хитриддевымъ) Rozella septigena образуетъ бродяжки, нала-
даюпця на различные виды рода Saprolegnia. Бродяжки паразита прикрепляются къ т4мъ нитевиднымъ клеткамъ сапролегши, протоплазменное содержимое коихъ какъ разъ готовится делиться и образовать свои бродяжки. Однако, вследств!е прикреплешя паразита дело до того не доходить; напротивъ, нитевидная клетка, которая собиралась выпустить бродяжекъ, разбивается на рядъ боченкообразныхъ клетокъ, превращающихся въ отдельные споранпи Rozella septigena. Кроме того на пораженной клетке сапролегши развиваются еще боковые отроги, вздувающееся въ виде шара, и въ каждомъ изъ нихъ сидить покоющаяся спора паразита. Паразитные виды рода Synchytrium вызываютъ разросташе отдельныхъ клетокъ кожицы на листьяхъ растешя-хозяина и выпячиваше ихъ надъ другими неизмененными клетками. Часто встречающееся виды Synchytrium Anemones и Taraxaci вызываютъ лишь незначительное вздут!е, и пораженный клетки увеличиваются не более какъ раза въ 4, а иногда всего вдвое противъ первоначальнаго объема. Зато на листьяхъ незабудки (Myosotis) подъ вл!яшемъ Synchytrium Myosotidis раковидно измененный клетки кожицы на листьяхъ представляются въ виде сравнительно большихъ, колбовидныхъ, бутылочныхъ или яйцевидныхъ пузырей золотистожелтаго или красноватожелтаго цвета, и каждая изъ такихъ клетокъ -содержитъ въ себе паразита или его споры. Сверхъ того участки листа, пораженные Synchytrium Myosotidis, сильно утолщены; въ нихъ исчезають клетки палисадной паренхимы, а также воздухоносный полости т. наз. губчатой паренхимы (ср. 279 стр. I тома) и ткань представляется теперь состоящей изъ одно- •образныхъ клетокъ, смыкающихся безъ межклетниковъ. На раковыхъ образова- шяхъ, причиняемыхъ на Potentilla Tormentilla грибомъ Synchytrium pilificum, сильно увеличенная клетка, въ которой гнездится паразитъ, „питающая клетка" окружена со всехъ сторонъ гипертрофированными клетками; кроме того некоторыя изъ граничащихъ съ нею клетокъ подымаются въ форме волосковъ и все ново- образоваше производить впечатлеше волосатой бородавки.
Самое поразительное раковое образоваше, исходящее отъ незначительнаго участка ткани, вызывается на листьяхъ альпшскихъ розъ (Rhododendron hirsutum я ferrugineum) грибомъ Exobasidium Vaccinii ). Отъ одной точки листа, обыкновенно на нижней поверхности близъ выпячивающагося срединнаго нерва, подымается шаровидное, губчатое тело, величиною иногда съ горошину, иногда съ вишню, а подчасъ даже съ небольшое яблочко. Это образоваше желтоватаго цвета, со стороны освещаемой солнцемъ краснееть, какъ настоящее яблоко, напоминая его еще и темъ, что его ткань сочна и обладаетъ сладковатымъ вкусомъ. Поверхность усеяна налетомъ, похожимъ на иней, однако налеть этотъ не представляетъ восковой массы какъ у яблока, а состоитъ изъ многочисленныхъ образовавшихся -здесь споръ. Место соединешя этой опухоли съ листомъ не более 1—2 мм. и, что особенно замечательно, — пораженный листь, кроме самаго незначительнаго участка близъ места соединешя, представляется совершенно неизменившимся. ‘Стоить еще упомянуть о быстроте роста этой опухоли. Развиваясь на листьяхъ
Rhododendron ferruginenm, губчатая ткань въ 24 часа достигаеть поперечника въ 2—2,3 см.
Странный образовашя наблюдаются на листьяхъ рябины, груши, ирги и дру- гихъ яблочныхъ растеши; образовашя эти вызываются различными видами Gy- mnosporangiuin. Одна изъ таким опухолей, развивающаяся на листьяхъ ирги (Aronia rotundifolia) и причиняемая Gymnosporangium conicinn, изображена ниже на рис. 2. Она представляешь горбъ, подымающейся съ нижней поверхности листа и усаженный рожками. Микроскопическое изсл4доваше показываешь, что горбъ состоишь изъ своеобразно видоизменившихся кл4токъ губчатой паренхимы листа.
Раковыя образовали: 1) на ствола можевельника (Juniperus communis), вызываемое Gymnosporangium cla- variaeforme; 2) на листьяхъ ирги (Aronia rotundifolia), вызываемое Gymnosporangium conicum. Ср. 486 и 487 стр., текста.
Межклетныя полости этой ткани, въ обыкновенныхъ случаяхъ занятая воздухомъ, теперь набиты мицел!емъ, а въ выпяченную, очень твердую и почти хрящеватую часть бугра погружены трубки, представляющая на спороносномъ конце паразита слбпые мешки, между темъ какъ съ другого конца они снабжены бахромчатыми отверстиями, изъ которыхъ выпадаютъ споры. Обыкновенно на одномъ листе нисколько такихъ опухолей помещается рядомъ. Оне уже издали бросаются въ глаза своей окраскою, такъ какъ на месте, захваченномъ мицел!емъ паразита исчезаете хлорофиллъ, заменяясь красножелтымъ пигментомъ, и на поверхности листа образуются красножелтыя пятна, резко отделяюпцясй отъ окружающей ихъ неизмененной зелени.
Раковыя образовашя, раввиваюпцяся на небольшихъ, резко ограниченныхъ участкахъ стеблей, сравнительно редки. Одно изъ заме- чательнейшихъ такихъ образован^ вызывается на стебляхъ лавра Laurus Сапа- riensis паразитомъ Exobasidium Lauri. Появляясь на поверхности коры, образо- ваше это производить впечатление воздушнаго корня, однако очень быстро оно.
развивается въ губчатое, разветвленное шЬло, длиною отъ 8 до 12 см., и тогда оно становится очень похожимъ на грибы — булавастики (Clavariaceae), Bipnie на спороносный части ихъ. Изъ раковыхъ образованы, замЪчаемыхъ на опредЪленныхъ участкахъ корня, известны наросты, величиною съ горошину или грецтй орйхъ, образующееся на сложноцветныхъ Helichrysum arenarium и Gnaphalium luteo-album подъ вл!яшемъ грибовъ Entyloma Aschersonii и Magnusii.
Раковыя опухоли, поражающ!я ц4лые корни или отдельный ихъ разветвлен!я, встречаются на ольхе (Alnus glutinosa и incana), на Elaeagnus и на капусте (Brassica oleracea). Ракъ, производимый Plasmodiophora Alni на корняхъ ольхи и Plasmodiophora Elaeagni на Elaeagnus, достигаешь величины грецкаго ореха и имеешь курчавый видъ. Онъ происходить отъ того, что все мочки известнаго корневого развЬтвлешя вздуваются въ виде клубня или дубины и между ними остаются потомъ лишь узк!е прихотливо извитые промежутки. Такъ называемая „капустная кила“, вызываемая слизевымъ грибомъ Plasmodiophora Brassicae, представляешь раковую опухоль корня капусты, достигающую нередко величины съ человеческую голову). Мощныя раковыя опухоли вызываются на корняхъ осокъ видами рода Schinzia (S. cypericola, Aschersoniana и т. д.).
Раковыя опухоли, изменяющая какъ внешн!й видъ, такъ и внутреннее crpoenie большихъ участковъ стебля, встречаются у многочисленныхъ древесныхъ породъ. Паразитъ гнездится въ паренхиме коры, вызываетъ тамъ гипертрофпо, а следств!емъ ея уже являются многочисленный из- мбнешя и нарушешя правильности въ древесине даннаго участка стебля. Стволъ, сучья и ветви оказываются сильно утолщенными или опухаютъ въ виде узловъ, кора трескается, покрываясь бороздами, и изъ трещинъ этихъ нередко высачивается смола или камедистая слизь. Такъ какъ паразитъ можетъ продолжать свою разрушительную деятельность много лешь сряду, то раковая опухоль годъ отъ году увеличивается. Каждый годъ на видоизмененныхъ мбстахъ появляются споро- носцы различнаго вида и цвета, которые однако, высыпавъ свои споры, скоро ис- чезаютъ. Часть ствола или сука надъ опухолью отмираешь и рано или поздно отваливается. Только въ редкихъ случаяхъ дерево или кустъ въ состоянш бываешь освободиться отъ паразита шЬмъ, что изуродованный участокъ отделяется отъ другихъ, оставшихся здоровыми, слоемъ древесины и пробки и такимъ обра- зомъ уничтожаешь паразита. Раковая опухоль на стволахъ и ветвяхъ обыкновен- наго можевельника (Juniperus communis), вызываемая Gymnosporangium clavariae- forme изображена для примера на рис. 1 стр. 486). Впрочемъ, на можевельнике
Gymnosporangium conicum, Sabinae и tremelloides вызываютъ еще и друйя болезни, но подробное описаше ихъ завело бы насъ слишкомъ далеко. Однако важно заметить, что каждый изъ этихъ паразитовъ является на двухъ ступеняхъ развитая, причемъ каждая выбираетъ различнаго хозяина и образуетъ на немъ спещальное раковое образоваше особой характерной формы. Ступень развитая, называемая эцид!емъ, вызываеть на листьяхъ различныхъ яблочныхъ (Aronia, Crataegus, Pirns, Sorbus) на известныхъ местахъ хрящевидныя вздутая (ср. стр. 486), ступень развитая телейтоспоръ образуетъ на можевельнике (Juniperus communis, excelsa, Sabina) утолщешя и клубневыя расширенья ствола.
Раковый опухоли и галлы: 1) Раковое образоваше на кроющихъ чешуйкахъ жвнскихъ цв-Ьтовь ольхи (А1- nus incana), вызываемое Exoascus alnitorquus; 2) Соцв'ййе мауницы (Valerianella carinata), 3) тоже соцв-б^е съ «лубковыми галлами, вызываемыми галловымъ клещикомъ; 4) розетка листьевъ заячьей капусты (Sempervivum hirtum), 5) такая же розетка, пораженная и измененная грибомъ EndophyUum Sempervivi. Ср. 489 и 516 стр. текста.
Пoceляющiйcя на стволахъ и сучьяхъ лиственницы (Larix Europaea) пара- зить Helotium Willkommii или Peziza Willkommii вызываетъ на нихъ утолщешя, увеличивающаяся съ годами въ объеме и достигающая иногда величины мужского кулака. Паразитъ, поселившшся на одномъ боку ствола или сука, пронизываетъ тамъ прежде всего паренхиму коры и вл!яетъ на древесину въ томъ смысле, что на пораженныхъ местахъ дальнейшее развитае ея останавливается. На противу- положной стороне ствола однако развитае древесины, т. е. годовыхъ колецъ, можетъ продолжаться несколько летъ подрядъ, вcлeдcтвie чего изуродованный ракомъ уча- стокъ ствола принимаеть видъ горсти, коленнаго сочленешя или раковины. Изъ щелей пораженнаго участка вытекаетъ смола, и каждый годъ надъ корою появляются спороносцы въ форме многочисленныхъ блюдечекъ болыпаго или меньшаго размера, который съ наружной стороны окрашены въ белый, со внутренней же
вогнутой стороны въ пурпурно красный цветъ. Пораженные стволы и сучья можно летомъ издали признать еще и потому, что хвоя на ветвяхъ выше больного места желтеетъ, тогда какъ на здоровыхъ вбтвяхъ она сохраняетъ зеленый цвбтъ. Раннее пожелтеше представляется вернейшимъ признакомъ предстоящаго полнаго от- мирашя соответствующаго сука. На пихте (Abies pectinata) подобное образоваше вызывается Aecidium elatinum; но оно представляется не одностороннимъ, какъ у лиственницы, а окружаетъ весь сукъ въ виде равномерной опухоли. Такой же видъ имеютъ опухоли на фруктовыхъ деревьяхъ (яблоняхъ, грушахъ и т. д.), вы- зываемыя Leuconostoc, и на ра«чличныхъ лиственныхъ породахъ изъ семейства плюсконосныхъ (буки, грабы, дубы и т. д.), являюпцяся последств!емъ заражешя Nectria ditissima.
Очень своеобразное изменеше формы наблюдается въ техъ случаяхъ, когда раковое образован!е охватываетъ целые листья. Напр., слагаю- пцеся въ розетку листья, заячьей капусты (Sempervivum hirtum, см. рис. 4 на 488 стр.) имеютъ обратно яйцевидную форму и почти вдвое длиннее своей ширины. Листья того же растешя, пораженные грибкомъ Endophyllum Sempervivi (см. рис. 5 на 488 стр.), въ семь разъ длиннее своей ширины, и поразительно бледнаго цвета. Другой примерь представляетъ изображенная на 215 стр. лесная ветренница (Anemone nemorosa). Это растеше развивается изъ стелящагося подъ землею корневища и образуетъ на светлыхъ полянкахъ и лугахъ маленьше ковры. Эти ковры образуются отчасти цветущими боковыми побегами, частью же листьями, выносящимися надъ землею отъ подземныхъ стеблей. Если листья вполне здоровы, то прямые черешки ихъ у всехъ почти одинаковой длины, и пластинки развертываются въ етомъ случае на одной и той же высоте. , Иначе обстоять дело, когда на нихъ поселится стаддя эцид!я гриба Puccinia fusca. Черешки пораженныхъ листьевъ заметнымъ образомъ переростаютъ здоровыхъ. Пластинки же ихъ значительно меньше и не такъ глубоко разсечены, какъ у здоровыхъ. Длина черешковъ у не- измененныхъ листьевъ достигаетъ 12—13, у пораженныхъ 15—18 см.; величины же пластинокъ относятся между собою какъ 5:7. Подобнымъ же изменешямъ подвергаются листья Soldanella alpina, пораженные грибомъ Puccinia Soldanellae. Черешки больныхъ листьевъ въ 2—4 раза длиннее здоровыхъ, пластинки же очень малы, не плоски, а вогнуты въ виде ложки и вместо зеленаго цвета получаютъ охристо-желтую окраску. На листьяхъ Alchimilla vulgaris подобный же изменешя въ величине черешка и пластинки, а также окраски листьевъ производятся грибомъ Uromyces Alchimillae, а на Phyteuma orbiculare—грибомъ Uromyces Phyteu- matum. При этомъ следуетъ упомянуть еще о такъ называемой курчавой болезни персиковыхъ и миндальныхъ деревьевъ, вызываемой паразитнымъ грибомъ Exoascus deformans и выражающейся въ значительномъ увеличеши, пузыревидномъ взду- ваши и завиваши листовой пластинки.
Изменешя верхушечныхъ листьевъ, производимый паразитными споровыми растешями, встречаются сравнительно редко. Exoascus alnitorquus окра- шиваетъ поражаемый имъ кроюпця чешуи женскихъ цветовъ ольхи (Alnus gluti- nosa и incana) въ пурпуровый цветъ и удлинняетъ ихъ въ разнообразно закрученный лопасти (см. рис. 1 на 488 стр.); Peronospora violacea вызываетъ иногда въ цветахъ Knautia arvensis превращеше тычинокъ въ лепестки, такъ что цветы становятся махровыми. Ustilago Maydis вызываетъ разрасташе ткани въ женскихъ
цвбтахъ маиса, при чемъ соотвбтствуюпця завязи, заключаются вмбсто зерна раковое образовало, достигают 7 см. въ поперечникб, a Exoascus aureus, поселя:-. - щшся на пестичныхъ цвбтахъ тополя и осины (Populus alba и tremula), застав- ляетъ завязи превращаться въ золотистожелтыя коробочки, который превосходить размбромъ обыкновенный завязи болбе чбмь въ два раза. Къ этой категорш приходится отнести и раковыя образовашя, развивающ!яся въ плодникахъ сливы, кульки, терновника и черемухи (Prunus domestica, insititia. spinosa, Padus) подъ вл!ян1емъ паразитнаго гриба Exoascus Pruni. Ткань завязи увеличивается въ объемб, нс происходить это иначе чбмъ при развиты плодовъ. Она оказывается съ двухъ сторонъ сжатою, становится ломкою и желтбеть, обмена пропадаютъ и на ихъ мб- стахъ остаются пустоты. Раковое образоваше, развивающееся изъ завязей Prunus domestica, имбетъ видъ весьма сходный съ вывернутымъ карманомъ, покры- тымъ ко времени созрбвашя споръ съ наружной стороны мучнистымъ налетомъ. Эти образовашя, носяпця въ просторбчш различный назвашя, какъ, напр., Голодный сливы, кармашки и др., сравнительно рано опадаютъ съ деревьевъ. Во мно- гихъ мбстностяхъ ихъ бдятъ, хотя они имбютъ прбсный, сладковатый вкусъ.
Ракъ, охватывающей цблые поббги, при чемъ измбняются паразитомъ не только стебли, но и листья, встрбчается преимущественно на деревьяхъ и ку- старникахъ, значительно рбже на травянистыхъ растешяхъ. Изъ послбднихъ упомянемъ здбсь прежде всего о пастушьей сумкб (Capsella Bursa pastoris), поражаемой Cystopus candidus и Peronospora grisea. He только основная ткань стебля сильно гипертрофируется у этого растешя, но также и листья, въ особенности же лепестки. Лепестки, достигающее у здороваго растешя всего 2 мм. длины, удлиняются въ этомъ случаб до 15 мм.; чашелистики также удлиняются, становятся мясистыми и хрупкими и своеобразно извиваются и деформируются. Въ то время какъ въ цвбтахъ здороваго растешя развивается всего 6 тычинокъ, у такихъ по- раженныхъ цвбтовъ число ихъ нербдко увеличивается до 8. Еще рбзче сказываются измбнешя, производимый паразитомъ Uromyces Pisi на кипарисовомъ мо- лочаб (Euphorbia Cyparissias). Стебель чрезмбрно удлиняется, вслбдств!е чего листья, въ обыкновенныхъ случаяхъ тбсно скученные, здбсь значительно раздвигаются. Разстояше между двумя сосбдними, слбдующими по возрасту другъ за другомъ листьями у здоровыхъ молочаевъ этого вида достигаетъ лишь 0,5 мм., у пораженныхъ же оно доходить до 2 — 3 мм.; больные поббги, благодаря этому удлинненио, оказываются въ среднемъ вдвое выше здоровыхъ. Листья, предста- вляюлцеся у здоровыхъ особей тонкими, упруго-гибкими и линейными (длина въ 12 разъ больше ширины), становятся толстыми, хрупкими, получаютъ форму эллипса, такъ что длина ихъ превосходить ширину не болбе 2 — 3 разъ. Кромб того сизозеленый цвбтъ здоровыхъ растенш переходить въ мутный охристожелтый, что придаетъ этимъ поббгамъ чрезвычайно своеобразный видъ. Измбнешя, производимый на стеблб барвинка (Vinca herbacea, major и minor) стад!ей уредоспоръ гриба Puccinia Vincae и на поббгахъ татарника (Cirsium arvense) телейтоспорами (осенними спорами) Puccinia suaveolens, обнаруживают значительное сходство съ описанными для молочая. И у нихъ тоже стебель сильно вытягивается, а листья становятся короче и шире, желтбютъ и дблаются хрупкими. Въ тбхъ случаяхъ, когда такимъ пораженнымъ растешямъ удастся дать цвбты, эти послбдше оказываются изуродованными и, разумбется, изъ нихъ никогда не развивается плодовъ
и зрелыхъ семянъ. Иногда замечается преждевременное цветете такихъ по- беговъ.
Такъ, напр., Primula Clusiana и minima, пораженные Uromyces Primulae integrifoliae, которыхъ тотчасъ же можно признать по удлинненнымъ листьямъ въ розетке, распускают свои цветы, заложенные летомъ, не весною будущаго года, какъ обыкновенно, а уже осенью того же года.
Изъ низкихъ древесныхъ растешй следуете» обратить особое внимаше на бруснику (Vaccinium Vitis Idaea), на побегахъ которой встречаются двоякаго рода раковыя образовашя. Melampsora Goeppertiana, именно осеншя споры этого паразита, заставляете» паренхиму коры брусники сильно утолщаться и превращаете ее въ губчатую ткань, которая сначала имеете телесный цвете, а затемъ принимаете вскоре каштановобурую окраску. Стебли также сильно вытягиваются, они растуте въ отвесномъ направлеши прямо кверху и, скучившись вместе, произво- дятъ впечатлеше маленькой метлы. Листья больного растешя, благодаря удлиннешю стебля, значительно раздвигаются. Кроме того нижше листья стебля превращаются въ маленыпя, усаженный ресничками чешуйки, а верхше такъ сильно укорачиваются, что получаюте видъ почти правильныхъ кружковъ. Другое раковое образоваше, которымъ поражаются побеги брусники, вызывается Exobasidium Vaccinii. Стебель въ этомъ случае получаете бледнорозовую окраску, оказывается несколько вздутымъ въ виде губки, и немного вытягивается въ длину; листья закручиваются такимъ образомъ, что верхняя сторона образуете дно углублешя. Ткань поражен- ныхъ листьевъ утолщается, становится хрупкою и теряете» хлорофиллъ. На место зеленой окраски появляется красная, особенно резко выступающая на верхней стороне листа. Нижняя сторона листьевъ, на которой развиваются споры, имеете такой видъ, будто ее обсыпали мукою. Обыкновенно на пораженномъ побеге наблюдается преждевременное развитее почекъ, т. е., такихъ почекъ, которыя при обыкновенныхъ услов!яхъ развились бы только въ следующемъ году; почки эти раскрываются и проростаютъ уже вскоре после своего заложешя. Ось побега однако остается короткою, листья на ней скучены, окрашены въ красный цвете», заметно укорочены, часто совершенно круглы и лишены черешковъ. Издали тате побеги, развивпиеся слишкомъ рано, кажутся махровыми красными цветами, выделяющимися среди темной зелени здоровыхъ кустовъ брусники. Еще резче бросаются въ глаза своимъ огненно-краснымъ цветомъ преждевременно развивппеся побеги ку- стовъ голубики (Vaccinium uliginosum), пораженные Exobasidium Vaccinii кусты которой не редко встречаются въ альшйскихъ местностяхъ. Медвежница (Arctosta- phylos Uva ursi), багульникъ (Ledum palustre) и андромеда (Andromeda polifolia) подвергаются подъ вл!яшемъ Exobasidium такимъ же изменен!ямъ, катя описаны нами для брусники.
Когда видоизменен!я побеговъ производятся спороносными паразитами на сучьяхъ высокихъ кустарниковъ или деревьевъ, то получаются образовашя, про- званныя народомъ „ведьмиными метлами"; о нихъ уже было упомянуто въ начале этой главы. Толчокъ для образовашя такихъ наростовъ различный деревья полу- чаютъ также отъ разныхъ паразитовъ; на кустахъ барбариса (Berberis vulgaris^ ©ни вызываются Aecidium graveolens, на серой ольхе (Alnus incana) — Exoascus borealis, на грабе (Carpinus Betulus)—Exoascus Carpini, на кульке (Prunus insi- titia) — Exoascus insititiae, на другихъ видахъ рода Prunus — Exoascus deformans.
на березе (Betula verrucosa)—Exoascus Urgidus, botulinus и alpinus, на акащяхъ — Aecidium Acaciae и Uromyces Schweinfurthii, на Cissus—Schizonella Cissi, на вей- мутовой сосне (Pinus Strobus) — Peridermium Strobi и на ели (Abies pectinata) — Aecidium elatinum. Кроме того встречаются ведьмины метлы на фисташковомъ кусте (Pistacia Lentiscus), на буке, сосне, лиственнице, пихте и др.; однако до сихъ поръ еще не удалось выяснить, какими паразитными споровыми растешями вызываются раковыя образовашя побеговъ этихъ кустарниковъ и деревьевъ. Образцомъ можетъ служить ведьмина метла на пихте (рис. на этой стр.). Эта метла отходить
Ведьмина метла на пихт£, вызываемая Aecidium elatinum.
всегда отъ одной изъ горизонтальныхъ боковыхъ ветвей пихты съ верхней стороны ея; ветви торчать прямо или дугою кверху, такъ что получается впечатлеше, Ьудто на ветви сидить эпифитное растете. Разветвлете не двусторонне, какъ это вообще бываетъ у горизонтальныхъ ветокъ пихты (см. 397 стр. I тома), а мутовчатое. Все ветви укорочены, утолщены и замечательно мягки и гибки, оттого что паренхима коры губчато вздувается, а древесина развита очень слабо. Почки, имеющ!я на здоровыхъ ветвяхъ пихты яйцевидную форму, здесь почти шаровидны. Какъ во всехъ другихъ случаяхъ, где изуродована часть растешя или целый побеги, и въ этихъ ведьминыхъ метлахъ наблюдается черезъ-чуръ раннее развиые, такъ называемая пролепс!я. Почки вздуваются и начинаютъ распускаться раньше, чемъ на нормальными ветвяхъ. Листья остаются короткими, желтоватыми, несколько закручены и опадаютъ въ тотъ же годъ, когда развились, тогда какъ на здоровыхъ ветвяхъ они длинны, линейны, прямые, окрашены сверху въ темно-
зеленый цветъ и остаются на месте 6 — 8 летъ. Ростъ метлы ограниченный: че- резъ несколько летъ она отмираетъ и тогда среди темной зелени пихты выделяется мохнатая сухая метла, настолько бросающаяся въ глаза, что суеверное воображе- ше народа легко могло разыграться при взгляде на нее, приписавъ ей таинственное значеше, о которомъ была речь въ начале этой главы.
ИзмЪнешя Формы животными, производящими галлы.
Подъ назвашемъ галловыхъ клещей, комаровъ и осъ зоологи описываютъ известные виды акаридъ, мухъ и перепончатокрылыхъ, поселяющихся на живыхъ растешяхъ и вызывающихъ на местахъ своего поселешя характерные выросты. Раньше всего стали известными изъ такого рода выростовъ те, которые появляются въ видб маленькихъ краснобокихъ яблочковъ на листьяхъ дуба и искони прозваны народомъ дубовыми яблочками. Съ XVI столепя эти образовашя стали называть галлами или галловыми яблочками согласно со староанглшскимъ galle, французскимъ galle и итальянскимъ galla; все эти назвашя происходить отъ ла- тинскаго, такъ какъ еще Плишй въ своей естественной исторш называешь эти выросты galla. Впрочемъ, авторы XVI столет!я говорить не только о „галловыхъ яблочкахъ", но также и о „галловыхъ орешкахъ", подъ которыми подразумевали твердые маленьк!е наросты на листьяхъ буковъ. Позднее терминъ „галлы" npiy- рочился ко всемъ выростамъ на зеленыхъ живыхъ растешяхъ, вызываемыхъ животными. Даже более того. Изменешя зеленыхъ растешй—хозяевъ, описанныхъ въ предыдущей главе и вызываемыхъ сумчатыми грибами и другими паразитными споровыми растешями, были включены въ поняпе о „галле". Въ позднейшее время предложили заменить слово „галлъ" терминомъ „цецид!я“ и называть наросты, смотря по тому, производятся ли они грибомъ, червями-струнцами (Nematodes), клещами Phytoptus, мухами (двукрылыми) и т. д., микоцецидаями, немато- цецид!ями, фитоптоцецид!ями, диптероцецид!ями и т. д. Такая группировка, соответствующая систематическому делешю животныхъ, представляетъ, можетъ быть, для зоолога большое удобство и ценность, но для ботаника она имеетъ лишь второстепенное значевйе. Ботаникъ и здесь, какъ и во всехъ подобныхъ слу- чаяхъ, долженъ считать главнымъ систематическимъ признакомъ внешнюю форму, и дать классификаций, основанную на сходстве въ развиты. Кроме того для нагляднаго сопоставлешя необходимо обращать внимаше на то, подвергается ли изменений лишь одинъ органъ растешя или несколько, а также и на то, слу- жатъ ли исходною точкою для новообразований листья, лепестки, стволы или корни и т. д.
Когда галлъ, возникшей въ виде колыбели или временнаго помещешя того или другого животнаго, ограничивается лишь однимъ органомъ растешя, то говорить о простомъ галле; если же, наоборотъ, въ образованы такого помещешя участвуютъ мнопе органы растешя, то получается сложный галлъ.
Простые галлы разделяются на войлочные, кроюпце и сердцевинные. Войлочные галлы вызываются по большей части „бегающими клещами" (Trombi-
didae) ). Они появляются на ограниченныхъ, рйзко очерченныхъ участкахъ гладкихъ или только слабо опушенныхъ зеленыхъ листьевъ и стеблей въ вид! шерстяныхъ или войлочныхъ вздуйй и представляются то маленькими косичками, дерновинками, полосками или ребрами, то обширными пятнами съ неправильно растекающимися контурами. Въ большинства случаевъ такой войлокъ появляется на нижней поверхности листа, причемъ клещи особенно охотно селятся тамъ вблизи выступающаго ребра сосудисто-волокнистаго пучка. У крупнолистной липы, с4рой ольхи, граба и конскаго каштана клещи поселяются обыкновенно въ углахъ отвйтвлешя бокового пучка отъ главнаго и въ этомъ случай оба эти пучка являются какъ бы рамкою, заключающей въ себй войлокъ. На кустахъ ежевики (Rubus) и черноголовника (Poterium) иногда приходится видйть, что войлокъ спускается съ пластинки на черешокъ, а подчасъ случается, что и зеленая кора молодыхъ побй- говъ покрыта войлочными ребрами и пятнами. И чашелистики иногда получаютъ войлочный видъ у нйкоторыхъ ежевикъ и наперстянокъ, благодаря дййствш гал- ловыхъ клещей, результатомъ чего обыкновенно является измйнеше формы и очерташя пораженная члена растешя. Очень часто образование войлочнаго галла сопровождается вздуйемъ и неболыпимъ опухашемъ зеленой ткани и въ этомъ случай войлочный покровъ можно замйтить только на углубленномъ мйстй вздуйя, тогда какъ другая сторона остается голою. Лучше всего это видно на листьяхъ гравилата (Geum), винограда (Vitis) и грецкаго орйшника (Juglans), гдй иногда на нижней поверхности одного листа развивается дюжина похожихъ на ямочки углу- бленш, имйющихъ видъ бйлаго или бураго войлока. Цвйтъ войлока на листьяхъ бука, липы, жимолости, ежевики, лапчатки (Potentilla) и Poterium бйлый, у полевого клена (Acer campestre) онъ зеленоватый, у бересклета бородавчатаго (Evony- mus verrucosus) желтоватый, у восточной ольхи (Alnus orientalis) и чернаго тополя
сернистожелтый, у зеленой ольхи и пушистыхъ березъ (Betula alba, carpatica и т. д.) сначала карминово-красный, а затбмъ переходить въ фюлетовый, у гравилата (Geum macrophyllum), конскаго каштана (Aesculus Hippocastanum) и осины (Populus tremula) бурый. Впрочемъ, подъ старость буреють и те галлы, которые смолоду были светлы. Микроскопическое изследоваше показало, что при образо- ванш войлочныхъ галловъ клетки кожицы, имевшая раньше таблицеобразную форму, даютъ, благодаря раздраженно клещиковъ, отроги и превращаются въ труб- чато-изогнутыя и завитыя клетки, обыкновенно вздуваюпцяся на конце въ виде колбы или реторты. Невооруженному глазу эти клбтки представляются въ виде короткихъ волосковъ, а такъ какъ онб стоять очень густо, то въ общемъ получается впечатлите бархатистаго или войлочнаго налета. Клещи, вызывающее появлеше этого налета, откладываютъ свои яички въ сочныя, волосообразный клетки и молодь питается веществами, содержащимися въ этихъ клеткахъ. Еще следуетъ упомянуть о томъ, что прежде эти войлочные и бархатистые налеты принимались за грибы, которыхъ описывали подъ особыми родовыми назвашями Erineum и Phyllerium. Къ этой группе следуетъ отнести также галлъ, встречающейся на лесномъ мятлике (Роа nemoralis), вызываемый мухою Hormomyia (Мауе- tiola) Роае и состоящий изъ удлиненныхъ клетокъ, напоминающихъ корневые волоски. Волос^видныя клетки возникаютъ изъ кожицы, отходятъ изъ стебля выше узловъ, прободаютъ листовое влагалище, начинающееся отъ соседняго узла и группируются въ два отдела, растущее въ противоположныхъ направлешяхъ и опоясывающее стебель съ двухъ сторонъ. Вся волосяная масса кажется будто разделенной проборомъ. Сначала волосы белаго цвета, затемъ они становятся светлобурыми, а когда галлъ достигнетъ полной зрелости, то онъ представляется въ форме бурыхъ, обмотанныхъ вокругъ стебля пучковъ, крепко опутывающихъ личинку данной мухи.
Множество простыхъ галловъ соединяютъ подъ общимъ назвашемъ крою- щихъ галловъ. Животныя, вызывающая эти образования, всю свою жизнь проводить на поверхности соответствующихъ листьевъ, размножаются на нихъ и при- клеиваютъ свои яички къ кожице листа. Отъ раздражешя, производимаго этими животными на места своего поселенья, известные слои клетокъ получаютъ ненормальное развийе. Вследств1е этого образуются полня пространства, который слу- жатъ поселившимся на нихъ животнымъ и ихъ потомству квартирою, покрывая ихъ какъ плащемъ. Смотря по исторш развит!я так!е галлы делятся на свернутые, выпяченные и бобовидные. Свернутые галлы вызываются клещиками, тлею, листовыми блохами и мухами и чаще всего встречаются на пластинкахъ, реже на черешкахъ листьевъ. Ткань, подвергшаяся нападению этихъ животныхъ, которая при обыкновенныхъ обстоятельствахъ разросталась бы въ плоскости, начинаетъ на одной стороне развиваться сильнее чемъ на другой; вследств!е этого неравномбр- наго роста листъ скручивается и получается полость, служащая квартирой поселившемуся на растеши животному. Сторона, несущая животныхъ, всегда оказывается внутри полости, и листья свертываются постоянно по длине. У альшйской розы (Rhododendron), герани (Geranium sanguineum) и* лебеды (Atriplex hastata, oblongifolia и т. д.) для поселешя животныхъ служить верхняя, а у невьющихся жимолостей (Lonicera Xylosteum и т. д,) нижняя сторона листовой пластинки. Она то и оказывается потомъ внутри. Иногда свертывается вся пластинка, но
чаще это изменеше наблюдается лишь по краямъ листа — онъ кажется въ этихъ случаяхъ отороченнымъ вздутой, нередко узловатой или волнистой опухолью. У альшйскихъ розъ (Rhododendron ferrugineum и hirsutum) обе половины листовой пластинки свернуты спирально (см. приложенную таблицу „галлы“ рис. 2), однако чаще скручиваше происходить такъ, что галлъ принимаетъ форму лодки или ковша. Иногда скручиваше это сопровождается изменешемъ въ контурахъ листа. Такъ, напр., на листьяхъ серебристаго тополя (Populus alba), давшихъ еще въ юношескомъ возрасте пр!ютъ тле Pachypappa vesicalis, въ пластинке наблюдается не только скручиваше, но и глубокая выемка. Вместо тупыхъ короткихъ лопастей образуются длинные, острые участки, прикладывающееся при скручиваши другъ къ другу, разнообразно скрещивающееся и закрывающее галлъ съ полой стороны словно решеткой. Сростан1я на местахъ, где ткани соприкасаются другъ съ другомъ, благодаря скручивание, не происходить, и потому полость, въ которой живетъ вызвавшее появлеше галла животное, всегда сообщается со внешнимъ м1ромъ открытою щелью. Въ большинства случаевъ ткань такихъ свернутыхъ галловъ утолщена, хрупка, более или менее лишена хлорофилла и потому окрашена въ желтоватый цветъ. Нередко появляется въ ней и красное вещество, такъ что наружная часть галла получаетъ красноватожелтый цветъ. Вызываемый листовой блохою Trioza\ (Trichopsylla) Walkeri на краяхъ листьевъ крушины (Rhamnus cathartica) свернутый галлъ очень твердъ и хрящевато утолщенъ. У многихъ растенш удлиняются клетки кожицы, выстилаюпця внутреннюю сторону трубки, такимъ точно образомъ, какъ мы это описали выше для войлочныхъ галловъ, и простому глазу кажутся волосками. Ихъ сочное содержимое служить тогда клещикамъ въ пищу. Такъ, напр., у ржавокрасной альшйской розы (Rhododendron ferrugineum), верхняя сторона листьевъ которой всегда бываетъ гладкою, у особей же, пораженныхъ клещикомъ, свернутые листья густо усажены волосками (см. рис. 3 приложенной таблицы).
Къ свернутымъ примыкаютъ галлы, имеюшде видъ вздутш — вздутые или выпяченны^ галлы. Они образуются такъ: ткань листовой пластинки или черешка, а иногда и зеленая ткань коры молодыхъ ветокъ вздувается, образуя выростъ тамъ, где поселяющееся животное (клещъ, тля или двукрылое) причи- няетъ раздражеше. Внутренняя сторона этого выроста служить соответствующему животному временнымъ жилищемъ. Этотъ выростъ по форме и величине можетъ быть очень разнообразнымъ, какъ и внутреннее строеше вздувшагося места. Мы перечислимъ наиболее замечательный формы. Прежде всего складчатые галлы. Въ ткани листа образуются глубоше, складчатые, иногда извиваюпцеся желобки, которые заканчиваются на верхней стороне узкою щелью и выпячиваются на нижней стороне листа въ виде опухоли. Ткань, образующая дно желобка, жел- теетъ и нербдко углублеше оказывается усаженнымъ короткими волосками. Же- лобокъ следуетъ обыкновенно направлешю большихъ пучковъ, пронизывающихъ пластинку, и нередко идетъ по самымъ пучкамъ. Таше складчатые галлы вызываются галловыми клещиками. Самые известные изъ нихъ встречаются на листьяхъ Carpinus Betulus (см. рис. 8, 9 и 10 на 513 стр.), Clematis Flammula и recta и Ribes alpinum. Къ складчатымъ галламъ тесно примыкаютъ морщинистые. Вздуня ограничиваются здесь несколькими участками зеленой ткани листа, окруженными крепкими, выступающими въ виде реберъ пучками; они имбють
Галлы.
Объяснете таблицы „Галлы".
Наплывные галлы на листовомъ черешка чернаго тополя (Populus nigra), причиненные Pemphigus spirotheca.
Свернутые галлы на листьяхъ альшйской розы (Rhododendron ferrugineum), вызванные паучкомъ Phytoptus alpestris.
Поперечный разрбзъ такого свернутаго галла.
и 5. Клубковый галлъ на вбткб богородской травы (Thymus Serpyllum), причиненный паучкомъ Phytoptus Thomasi.
Морщинистый галлъ на листб красной смородины (Ribes rubrum), вызванный Myzus ribis.
Кусокъ листа съ изнанки.х
Поперечный разрбзъ части такого морщинистаго галла.
Сердцевинный галлъ на листб оброй ивы (Salix incana), причиненный Nematus pedunculi.
Тотъ же галлъ вскрытый.
Часть стбнки такого галла въ разрбзб.
Сердцевинные галлы на листб розы, вызванные Rhodites Rosae.
Сердцевинные галлы на листб той же розы, вызванные Rhodites Eglanteriae.
Сердцевинные галлы на листб той же розы, причиненные Rhodites4 spinosis- simae.
Морщинистые галлы на листб ильма (Ulmus campestris), вызванные Schizo- neura Ulmi.
Сумчатые галлы на томъ же листб, вызванные Tetraneura Ulmi.
Наплывный галлъ на томъ же листб, вызванный Tetraneura alba.
Сердцевинные галлы на листб пурпурной ивы (Salix purpurea), вызванные Nematus gallarum.
Сердцевинный галлъ на листб той же ивы, вызванный Nematus ^esicator.
Рис. 1, 2, 4, 6 и 9 въ ест велич., рис. 5 и 6 увелич. 4 раза, рис. 3 и 7 — 8 разъ, рис. 8 и
11 — 50 разъ.
только весьма незначительную глубину; верхняя сторона листа усеяна горбинками и бородавочками, нижняя ямками и углублешями. Такъ какъ многочисленным вздуйя всегда помещаются рядомъ, то соответствующее место листа представляется заметно морщинистымъ. Примбромь подобнаго рода галла можетъ служить морщинистый галлъ на листьяхъ илима (Ulmus campestris; см. таблицу при 496 стр., рис. 15), вызываемый тлею Schizoneura Ulmi, а также другой морщинистый галлъ смородины (Ribes rubrum; см. рис, 6, 7 и 8 приложенной таблицы), который является результатомъ поселешя Myzus Ribis. У последняго несколько морщинь соединяется въ одно пузыревидное вздуые, снаружи окрашенное въ красный цветъ, а съ вогнутой стороны усеянное членистыми, железистыми клеточными образова- шями, который невооруженному глазу представляются короткими волосками. Хотя эта форма живо напоминаетъ некоторые войлочные галлы, однако отличается отъ нихъ инымъ строешемъ „волосковъ", являющихся результатомъ причиняемаго животными раздражешя. На листьяхъ ястребинки Hieracium Pilosella, благодаря действ!ю листовыхъ блохъ (Psyllodae), появляются крошечныя выпячивашя съ узкимъ отверсыемъ, который въ виде бородавокъ подымаются со стороны листа, обращенной къ земле, и, скучившись вместе въ болыпомъ количестве, придаютъ листу морщинистый видь. Когда выпячиваше листовой пластинки исходить отъ очень небольшаго участка и въ то же время сильно углубляется, то въ конце концовъ получаются полости въ виде кармановъ, сумокъ или мешковъ съ сравнительно узкими выходами, длинная ось которыхъ перпендикулярна плоскости листа. У части этихъ галловъ полость, образовавшаяся выпячивашемъ, кажется какъ бы туго надутой; ее можно сравнить съ полымъ шаромъ, темь более, что снаружи все образоваше имеетъ видъ головки. Таше вздутые галлы получили особое на- зваше головчатыхъ (Cephaloneon). Въ другихъ случаяхъ выпячивашя имеютъ видъ рога и сильно удлиннены, обладаютъ сравнительно толстыми стенками и называются тогда роговидными галлами (Ceratoneon). Обе эти формы, связанный между собою болыпимъ числомъ промежуточныхъ, описывались и подъ другими назвашями — сумчатыхъ, кошельковыхъ, мешковидныхъ, гвоздевидны хъ и другихъ галловъ. Последнее назваше происходить оттого, что тканевое тело некоторыхъ изъ относящихся сюда галловъ подымается какъ съ верхней, такъ и съ нижней стороны листа, такъ что въ общемъ все образоваше напоминаетъ гвоздь, какъ бы проткнувшш листъ насквозь. Головчатый галлъ на терновнике (Prunus spinosa) выпячивается съ нижней стороны почти такъ же мощно, какъ и съ верхней, между темь какъ на черемухе (Prunus Padus) съ верхней стороны подымается удлиненный кошель, а съ нижней только маленькая бородавочка. Оба эти галла вызываются клещиками. Мнопе головчатые и роговидные галлы развиваются только съ одной стороны и вообще во всехъ этихъ случаяхъ замечается большое равнообраз!е. Полость галла, появлеше котораго вызвано клещиками, всегда открывается на нижней стороне пораженнаго листа. Какъ внутренняя сторона полости, такъ и отверсНе ея буквально набиты волосами. У сумчатыхъ вздутш на листьяхъ илима, вызываемыхъ тлею Tetraneura Ulmi, образуется, впрочемъ, въ то время, когда тля покидаетъ полость сумки, сравнительно широкая щель, какъ это показано на рис. 16 таблицы прп 496 стр. Наружная сторона выпячивашй у галловъ, вызываемыхъ клещиками на листьяхъ ольхе (Alnus), клена (Acer) и липы (Tilia) голая, на листьяхъ черемухи (Prunus Pnadu
и гордовины (Viburnum Lantana) ресничатая и, наконецъ, у пузыревидныхъ гал- ловъ на листьяхъ илима, вызываемыхъ тлею Schizoneura lanuginosa, усеяна волосками, придающими ей нежно-бархатистый видъ. Головчатые галлы на листве клена, ольхи, липы, калины и земляники обыкновенно разсбяны по всей пластинке, тогда какъ у терновника они распределяются преимущественно вдоль края листа, а у илима порознь или группами на средней его части. Въ связи съ этимъ нахо-
Г аллы: 1) Кукушкинъ орйшекъ на вйтвяхъ ели, вызываемый Chernies Abietis; 2) наплывной галлъ на череппгЬ пир амидальнаго тополя (Populus pyramidalis), вызываемый Pemphigus bursarius; 3) наплывной галлъ на лист^ ясеня (FraXinus excelsior), вызываемый Diplosis botularia; 4) наплывной галлъ фисташки (Pistacia Lentiscus), вызываемый Pemphigus cornicularius; 5) сердцевинный галлъ на корй Duvalia longifolia, вызываемый Cecidoses Eremita; 6) продольный разр^зъ того же галла; 7) коробочный крыночный галлъ на листЬ aвcтpiйcкaгo дуба (Quercus Austriaca), вызываемый Cecidomyia (Janetia) cerris; 8) разр-Ьзъ такого галла съ плотно прижатою и 9) съ отпавшею крышкою. Рис. 1—7 въ ест. величину; рис. 8 и 9 увеличены въ три раза. Ср. 499, 500, 502, 505 и 509 стр. текста.
дится и величина этихъ галловъ. Отходяпце отъ одной пластинки въ числе не- сколькихъ сотенъ имеютъ въ поперечнике 2—3 мм., друпе же, сидяпце порознь, нербдко достигаютъ д!аметра въ 2—3 см.
Къ вздутымъ галламъ, образующимъ вторую группу кроющихъ галловъ, при- мыкаютъ наплывные галлы. И эти также представляютъ полости, въ которыхъ живутъ известныя животныя, но истор!я ихъ развиыя существенно разнится отъ первыхъ. Полость здесь возникаетъ такймъ образомъ, что ткань въ окружности того места, где поселилось животное или где было прикреплено къ кожице листа его яйцо, начинаетъ разростаться, подымается въ виде мясистыхъ опухолей или
валиковъ и продолжаетъ расти до тйхъ поръ, пока мйсто поселешя животнаго не закроется какъ бы крышею или куполомъ. Такимъ образомъ полость возникаетъ здйсь не вслйдств!е выпячивашя, а скорйе обволакивашемъ тканей. Съ внйшней стороны эти галлы весьма разнообразны. Одна изъ простййшихъ формъ ихъ наблюдается на листьяхъ ясеня (Fraxinus excelsior, см. рис. 3 на 498 стр.) и вызывается комарикомъ Diplosis botularia. Животное прикрйпляетъ свои яички къ желобовидному углубленно листовыхъ реберъ. Вслйдъ затймъ по обйимъ сторо- намъ желоба * появляются мясистыя вздутая, который, прикладываясь другъ къ другу, образуютъ надъ желобомъ крышку, и полость готова. Срасташя вздутай, образующихъ крышку, здйсь не происходить; мясистыя сочныя ткани только вплотную прикладываются другъ къ другу и къ тому времени, когда комарику приходится оставлять свое жилище, ткань съеживается, высыхаетъ и появляется з!яющая щель, какъ это видно на рис. 3 стр. 498. Подобно этому галлу, появляющемуся на ясени, дйло обстоитъ и съ листьями, вйрнйе листовыми ребрами крапивы (Urtica dioica) и ольхи (Alnus glutinosa), пораженными комариками Cecidomyia (Dichelomyia) Urticae, Alni, и на среднемъ нервй листьевъ илима Ulmus campe- stris (см. рис. 17 на таблицй, приложенной къ стр. 496), которые дали убйжище тлй Tetraneura alba.
Такъ называемые скипидарные галлы (Carobe di Giude; см. рис. 4 на 498 стр.), появляющееся на различныхъ видахъ рода Pistacia подъ' влiянieмъ тли, принадлежать также къ наплывнымъ галламъ. Тканевое тйло, образующее зачатокъ листа, изъ котораго при обыкновенныхъ услов!яхъ могъ бы развиться перистый листъ съ темнозелеными, эллиптическими листиками, въ этомъ случай п^инимаетъ форму, живо напоминающую бобъ. Эти бобы покрыты продольными бороздками и легко замйтить, что бороздки соотвйтствуютъ границамъ листиковъ, которые въ этомъ случай оказываются сложенными, сильно утолщенными и удлинненными и подчасъ срастаются другъ съ другомъ. Въ полости, окруженной этими сросшимися листиками, живетц колотя тли (Pemphigus cornicularius), за родоначальника которой приходится принять особь, поселившуюся- на молодомъ' зачаткй листа и обусловившую наплывъ, вйрнйе опухоль ткани. Когда паступаетъ пора покинуть полость, то бобовидное тйло раскрывается на своей вершинй, такъ. какъ концы сросшихся листиковъ, образовавшихъ стйнку полости, раздйляются и нйсколько загибаются назадъ (см. рис. 4 на 498 стр.). Подобно скипидарнымъ развиваются также наплывные галлы, выдйленные въ послйднее время въ особую группу подъ назвашемъ „китайскихъ галловъ“. Они представляютъ изъ себя неправильно выемчатые, лопастные или бородавчатые сйрые бобы и появляются на сумахй Rhus semialata. Два другихъ наплывныхъ галла, о которыхъ слйдуетъ еще упомянуть въ виду ихъ своеобразной формы, появляются на черешкахъ тополей, особенно у Populus nigra, pyramidalis и dilatata. Одинъ изъ нпхъ, причиняемый Pemphigus bursarius (см. рис. 2 на 498 стр.), образуетъ гладшя, обыкновенно снаружи краснощек!я вздутая на верхней сторонй желобовиднаго черешка. Еслшраз- рйзать такое вздутае, то увидишь,'что оно представляется полымъ внутри, а стйнки довольно толстыя и мясистыя. Эта мясистая ткань представляется наростомъ, появляющимся въ окрестностяхъ того мйста, гдй поселилось болйзнетворное животное. На сторонй противоположной черешку, тамъ, гдй вздувающаяся ткань замыкается въ видй купола, ко времени ухода животныхъ образуется щель, ограни-
ченная двумя вздутыми губами, какъ это наглядно показано на рис. 2 стр. 498. Другой галлъ, появляющиеся на черешкахъ упомянутыхъ выше тополей и вызываемый тлей Pemphigus spirothecca, образуется следующими способомъ: края же- лобовиднаго листового черешка вздуваются въ виде опухоли, образуютъ два мясистыхъ нароста и замыкаются надъ желобами; вместе съ темъ самый чере- шокъ скручивается спирально въ томъ мбстб^ где произошло поражеше и такими образомъ получается галлъ, внутренняя полость котораго завита каки раковина. Срасташя вздутыхи краевъ черешка не наблюдается; хотя они сначала и очень плотно прилегаютъ други къ другу, однако со временемъ расходятся и получается винтообразно завитая щель, изъ которой можетъ вылезать покрытая белыми пу- хомъ тля (см. таблицу при 496 стр., рис. 1).
Поди именемъ сердцевинныхъ галловъ понимаютъ так!е, которые появляются вн виде опухоли на незначительномъ участке какого нибудь члена растешя; ихъ появлеше вызываютъ насекомыя, прокалываюпця растительную ткань и откладывающая въ образовавшуюся ранку свои яички. При этомъ повреждается только кожица той ткани, которая должна служить убежищемъ для выводка или же яйцо сразу запихивается ви более глубок!е слои ея. Если яйцо было положено въ кожицу, то развивающаяся изъ него личинка должна уже после сама пробраться во внутреншя части растешя, между теми какъ въ случаяхъ глубокаго заложешя яйца личинке этого делать уже не приходится—она тогда остается на томъ месте, где было яйцо. Цустоты, въ которыхъ живутъ эти личинки, были названы личиночными камерами и среди сердцевинныхъ галловъ различаютъ таше, у которыхъ полости эти встречаются порознь или же по несколько вместе (см. рис. 2 и 7 на 502 стр.). Строеше стенокъ этихъ личиночныхъ камеръ крайне разнообразно. Во всехъ случаяхъ въ нихъ наблюдается слой, примыкаюпцй къ яйцу непосредственно и состоящей изъ сочныхъ, тонкостенныхъ клетокъ — этотъ слой называется сердцевиннымъ или галловой сердцевиной. ЗагЬмъ второй слой, наружный, окружающш эту сердцевину въ виде коры (см. рис. 10 на таблице, приложенной къ стр. 496). Въ большинстве случаевъ появляется еще и третей слой, состояний изъ очень твердыхъ клетокъ и называемый твердыми или защит- нымъ слоемъ. Кроме того следуетъ заметить, что эти слои стенокъ у многихъ видовъ разделяются такъ, что приходится различать внутреншй и внешшй галлъ. Сердцевина галла служитъ къ тому,, чтобы обезпечивать пищею развивающихся изъ яйца личинокъ, и соответственно этому клетки ея наполнены питательными веществами. Следуетъ заметить, что развиПе сердцевины происходитъ необыкновенно быстро и начинается этотъ процессъ тотчасъ после заложешя яйца. Личинка, выползшая изъ яичка, находитъ постоянно на внутренней стенке камеры, предназначенной ей для временнаго мбстопребывашя, обильную пищу; она съ жадностью набрасывается на нее и скоро поедаетъ все, что можно было съесть. Однако, къ удивленно, поглощенная часть клетокъ очень быстро возстанавливается. Дело въ томъ, что клетки сердцевины сохраняютъ способность делиться какъ разъ столько времени, сколько это необходимо для личинокъ; точно такъ же, какъ на скошен- номъ или объеденномъ скотомъ лугу вскоре показываются изъ земли новые стебли и листья, на место поверхностныхъ, постоянно объедаемыхъ личинкою клеточ- ныхъ слоевъ извнутри становятся новые, молодые. Шаровидный галлъ, появляю- щшся на листьяхъ Salix incana (см. рис. 9 на таблице при 496 стр.) содержитъ
въ себе одну камеру и въ этой камере на счетъ тонкостенныхъ клетокъ, напол- ненныхъ крахмаломъ и другими питательными веществами и образующихъ сердцевину (рис. 11), живетъ личинка. Эта личинка пробуравливаетъ въ камерб на- стояпце круговые ходы; она начинаетъ съ известнаго места истреблеше клетокъ и, подвигаясь по окружности, продолжаетъ его дальше и дальше (рис. 10). Пока она успбетъ добраться до того мбста, где началась ея разрушительная деятельность, тамъ за это время успели уже развиться новыя годный въ пищу клбтки.
Твердый и коровой слои разнообразно развиты въ виде защитныхъ приспо- собленш галла съ одной стороны противъ опасностей засухи, съ другой противъ нападешя птицъ и другихъ животныхъ. Для последней цели коровой слой часто построенъ подобно стенкамъ плода, защищающимъ семя, вернее, его зародышъ Такимъ образомъ можно объяснить появлеше въ галлахъ горькихъ веществъ, твердыхъ скорлупъ, мохнатыхъ покрововъ, колючихъ придатковъ и вообще много- численныхъ другихъ защитныхъ средствъ, развивающихся на галлахъ, какъ и на стенкахъ плода, всл4дств!е чего между галлами и плодами обнаруживается нередко поразительное сходство. Мнопя странный образовашя на поверхности этихъ по- хожихъ на плоды галловъ, конечно, не поддаются объяснешю съ этой точки зре- н!я и потому можетъ быть въ нихъ кроются преимущества и выгоды, понимаше которыхъ намъ въ настоящее время еще недоступно.
Внешнее сходство, замечаемое между плодами и сердцевинными галлами, даетъ намъ надежный точки опоры для группировки послед- нихъ и потому мы можемъ разделить ихъ на соответствующихъ ягодамъ, костян- камъ, яблокамъ, орехамъ, коробочкамъ, и т. д. Одинокш галлъ, появляющейся на мужскихъ цветахъ австр!йскаго дуба (Quercus Austriaca), благодаря вл!яшю Andricus Grossulariae, имеетъ не только форму и величину смородины, но окрашенъ подобно ей въ красный цветъ и очень соченъ, такъ что когда несколько такихъ галловъ сидятъ на одномъ соцветш дуба, то съ перваго взгляда можно подумать, что на дубъ случайно попали кисти смородины. Галлы на листьяхъ краснагб бука, вызываемые комаромъ Hormomyia (Oligotropus) Fagi, нанротивъ, сильно смахи- ваютъ на маленькую костянку, такъ какъ твердый слой напоминаетъ косточку, а окружающш его сочный клеточный слой — сочный околоплодникъ. Галлы, разви- ваюпцеся на завязи многихъ губоцветныхъ, именно Nepeta Pannonica (см. рис. 11—14 на 513 стр.), и вызываемые галловой осою Aulax Kerneri, а на Salvia officinalis—Aulax Salviae, по форме также напоминаютъ костянки. Насекомое откладываешь свои яички въ одну изъ четырехъ завязей, развивающихся на дне цветка. Эта завязь начинаетъ вследъ затемъ увеличиваться и черезъ неделю получаетъ видъ гладкаго желтовато-зеленаго шара, который уже по внешнему виду напоминаетъ незрелую черемуху. На разрезе видно, что и строеше этого галла совершенно напоминаетъ костянку сливы или вишни. Сочный наружный слой окружаетъ плотную косточку и въ полости этой косточки лежитъ вместо семени белая личинка галловаго животнаго. Подобно плодамъ эти галлы отпа- даютъ уже въ поле, перезимовываютъ на земле и только на следующей годъ выросшее животное прогрызаешь себе сквозь стенку галла отверсПе для выхода. Въ начале этой главы уже было указано на сходство съ яблоками такъ назы- ваемыхъ чернильныхъ орешковъ, образующихся на дубе, благодаря различ- нымъ цинипщцевымъ (см. рис. 3 на 504 стр.), и маленькихъ румяныхъ галловъ,
сидящихъ на листьяхъ ивъ и розъ, и вызываемыхъ Rhodites Eglanteriae или Ne- matus gallarum (см. рис. 13 и 18 на таблице при 496 стр.). Сердцевинные галлы весьма часто напоминаютъ cyxie плоды. Появляющееся на зеленой коре молодыхъ дубовыхъ ветокъ галлы, вызываемые Aphilothrix Sieboldi (см. рис. 1 на 504 стр.), похожи на плоды видовъ Metrosideros, а галлы, получаюпцеся на листьяхъ австрш- , скаго дуба, благодаря поражешю Neuroterus lanuginosus и Spathegaster tricolor (см. рис. 11 и 14 на 504 стр.), сильно напоминаютъ семянки ясмйнника и подмаренника (Asperula odorata и Galium Aparine); галлы, имеюпце видъ зайонки и вызываемые на листьяхъ дуба осою Neuroterus fumipennis и numismaticus, обнару- живаютъ сильное сходство съ плодами Omphalodes (см. рис. 12 и 13 на стр. 504), а результатъ поселешя на листьяхъ Duvalia longifolia бабочки Cecidoses Eremita
17
Сердцевинные галлы: 1) коробочный галлъ на листй широколистной липы (Tilia grandifolia), вызываемый Hormomyia Reaumuriana, 2) продольный разр-Ьзъ черезъ. такой галлъ, внутри сидитъ насекомое, 3) продольный разрйзъ коробочнаго галла, изъ котораго какъ-разъ выступаетъ внутреншй галлъ, 4) наружный галлъ посл^ отпада внутренняго, 5) внутренний галлъ въ моментъ отпада крышки; 6) коробочный галлъ на листЪ бразильскаго вида Celastrus, 7) продольный разр-Ьзъ черезъ одинъ такой галлъ, 8) онъ же послй отпада внутренняго галла. Рис. 1 и 6 въ ест. велич.; рис. 2—5, 7 и 8 увеличены въ 2 раза. Ср. 500, 505 и 506 стр. текста.
имеетъ видъ кузовка, отнрывающагося крышечкой (см. рис. 5 и 6 на 498 стр.). Поверхность этихъ галловъ подобно плодамъ можетъ быть гладкой, бородавчатой, бугорчатой, съ бархатистыми или шерстяными волосами, со щетинками и шипиками, бахромою и прицепками, а иногда бываетъ даже покрыта наростами, напоминающими мохъ. Галлы на шиповнике, съ поверхности которыхъ отходятъ наросты въ виде .мха (см. таблицу при 496 стр. рис. 12), съ давнихъ временъ известны подъ именемъ „бедегуаръ“. Они являются следств!емъ поражешя осою (Rhodites Rosae), которая втыкаетъ весною свои заостренный и иногда оканчивающаяся крюч- комъ яйца подъ кожицу, еще неразвитаго листа, находящагося въ почке. Въ окружающей ткани происходить отъ этого измбнешя въ росте, который прежде всего выражаются появлешемъ массы' волосъ. Вылезаюпця изъ яицъ личинки проникаютъ глубже въ ткань, которая превращается въ сердцевинный галлъ и со- держитъ, смотря по числу личинокъ, одну илй несколько камеръ. Отъ наружнаго слоя начинаетъ отходить все более и более бахромы и волосъ и такимъ образомъ появляются те странный образованья,. о которыхъ въ прежнее время думали, что стоить только положить ихъ подъ подушку и спокойный сонъ обезпеченъ. Чаще
всего поражаются черешки молодыхъ листьевъ, лежащихъ въ почкй, и въ такихъ случаяхъ вся вышележащая часть листа рано отмираетъ. Рйже яичко откладывается въ кожицу одного листочка — въ этомъ случай листья достигаютъ своей нормальной величины и только въ соотвйтственномъ участкй листика появляется маленькы „бедегуаръ“, какъ это показано на рис. 12 таблицы при'стр. 496. Когда одновременно поражаются черешки листьевъ трехъ молодыхъ, сложенныхъ въ почкй листьевъ, что случается очень нерйдко, то получаются три отдйльныхъ галла, тйсно скученныхъ близъ укороченной оси и все образоваше достигаетъ тогда нерйдко величины шишки итальянской сосны. Мйста, гдй способная къ росту ткань получаетъ уколъ отъ кладущаго яйца животнаго, во многихъ случаяхъ остаются въ видй свободнаго канала; въ другихъ случаяхъ на мйстахъ по- ранешя образуется пробковая ткань, такъ что камера, въ которой личинка живеть и обращается въ куколку, со всйхъ сторонъ уединена отъ окружающаго Mipa; развивающееся изъ куколки насйкомое въ этихъ случаяхъ само должно прокладывать себй путь сквозь стйнку галла, чего оно достигаетъ, прокусывая себй челюстями дырку (см. рис. 3 на 504 стр.). Галловыя осы вей безъ исключешя выбираются изъ галла только такимъ образомъ; галлъ служилъ имъ не только безопасной квартирой, но вмйстй съ тймъ и никогда не истощающейся кладовой для пищи. Существенно разнится отъ сказаннаго часть тйхъ сердцевинныхъ галловъ, которые обязаны своимъ происхождешемъ мухамъ изъ родовъ Hormomyia (Oligotro- phus), Diplosis и Cecidomyia, каковъ напр. галлъ, вызываемый на осинй (Populus tremula) Diplosis (Harmandia) tremulae, и на листьяхъ ивъ (Salix Caprea, aurita, cinerea, grandifolia, Silesiaca), Hormomyia (Oligotrophus) Capreae. Дйло въ томъ, что тутъ уже при самомъ развиты сердцевины приготовляется выводной каналъ. Хотя и въ этомъ какъ и въ болыпинствй случаевъ стйнка галла состоитъ изъ сердцевины, твердаго слоя и наружной кожицы, однако мощно развитая сердцевина и твердый слой замыкаютъ маленькую личиночную камеру не сплошь, а оставляютъ на самой выпуклой части галла выходное отверспе. Пока кожица затягиваетъ это отверсНе, оно, конечно, не замйтно, но къ тому времени, когда животному наступаетъ пора покинуть свое обиталище, въ кожицй на этомъ мйстй образуется з!яющая щель. Можетъ быть, въ нйкоторыхъ случаяхъ сами наейко- мыя, особенно высовываюпцяся впередъ куколки ихъ, разрываютъ эту щель. Hormomyia (Mikiola) Fagi вызываетъ на листьяхъ бука весьма распространенный сердцевинный галлъ, о которомъ у насъ уже неоднократно шла рйчь; запоръ его крайне оригиналенъ и можетъ быть приравненъ клапану. Подобно тому какъ куколки многихъ бабочекъ ровно настолько выдвигаются въ приготовленное гусеницей отверспе кокона, сколько необходимо для того, чтобы бабочка могла без- препятственно вйлйзти, такъ же точно тйснится къ закрытому клапаномъ отвер- стш при основаны галла и куколка Hormomyia (Mikiola) Fagi, поелй чего крылатое наейкомое покидаетъ оболочку куколки.
Весьма замйчателенъ способъ раскрывашя сердцевинныхъ галловъ, похожихъ на коробочку, открывающуюся хкрышечкой и потому такъ и называющихся коробочными. Пока личинка или гусеница закупорена въ полости галла и питается тамъ, галлъ со всйхъ сторонъ замкнуть; но когда наступаетъ пора личинкй покидать камеру, для окуклешя въ землй, въ полости ткани замйчается круговая щель и описанная ею часть галловой стйнки сбрасывается на пoдoбie крышки.
Этотъ процессъ легко проследить на галле, вызываемомъ на листьяхъ австрш- скаго дуба (Quercus Austriaca) комарикомъ Cecidomyia (Janetia) Gerris (см. рис.
Дубовые галлы: 1) Сердцевидный галлъ на корй, вызываемый Aphilothrix Sieboldi; 2) кнопперный галлъ изъ листовой почки, вызываемый Cynips Hartigii; 3) сердцевинный галлъ на дубовой в^тк^, вызываемый Cynips Kollari; 4) разр^зъ такого же галла; 5) кнопперъ изъ листовыхъ почекъ, вызываемый Cynips lucida; 6) разр^зъ такого же галла; 7) олиственный кнопперъ, вызываемый Aphilothrix gemmae; 8) кнопперный галлъ изъ листовыхъ почекъ, вызываемый Cynips polycera; 9) продольный разр^зъ черезъ такой кнопперъ; 10) галлъ на околоплодник^ Quercus pubescens, вызываемый Cynips caput Medusae; 11—14) сердцевинные галлы на лист’Ь австршскаго дуба (Quercus Austriaca); 11) вызываемый Neuroterus lanuginosus; 12) — Neuroterus numismaticus; 13) — Neuroterus fumipennis; 14) — Spathegaster tricolor. По Г. Майру. Ср. 502—508 стр. текста.
7 на 498 стр.). Въ закупоренномъ состояши галлъ представляетъ плотное округлое образоваше, вклиненное въ листъ такимъ образомъ, что на верхней сто-
Измънешя формы животными, производящими галлы. 505 роне его оно представляется маленькимъ заостреннымъ конусомъ, а на нижней подымается въ виде диска, усаженнаго дерновинкою густыхъ плотно сомкнутыхъ волосковъ. Осенью съ нижней стороны этого помещешя отделяется совершенно круглый кусокъ въ виде крышки. Онъ строго соотвбтствуетъ объему вышеупо- мянутаго покрытаго волосками диска, и на столько резко отграниченъ, что произ- водитъ такое впечатлеше, будто его отрезали ножомъ (см. рис. 8 и 9 на 498 стр.). И вотъ крышка отпадаетъ, а личинка, развившаяся изъ яйца и прожившая лето въ полости этого галла, падаетъ на землю, зарывается въ нее, обматывается тамъ и къ следующей весне уже представляетъ куколку, изъ которой въ мае освобождается комарикъ.
Еще удивительнее галлъ, вызываемый бабочкою (Cecidoses Eremita) на зеленой ткани коры молодыхъ ветвей Duvalia longifolia, южно-американскаго ана- кард!еваго растешя. Этотъ галлъ изображенъ на рис. 5 и 6 стр. 498. Онъ совершенно круглой формы, очень "твердь и содержитъ въ большой полости развившуюся изъ яйца личинку. Когда наступаетъ пора окукляться, противъ места при- креплешя галла образуется пробочка съ выступающими краями. Удаливъ ее, мы замбтимъ круглую дырку, ведущую въ галловую полость; черезъ эту дырку личинка покидаетъ свое жилище. Кто не видалъ этого галла собственными глазами, тотъ можетъ принять описаше его за басню. А между тбмъ существують еще более диковинныя формы въ этой группе галловыхъ образовашй. На листьяхъ крупнолистной липы (Tilia grandifolia), вокругъ отложеннаго комарикомъ Ноппо- myia Reaumuriana яйца образуется наростъ, который сначала имеетъ видъ плоской чечевицы, внедренной въ зеленую ткань листовой пластинки; постепенно это обра- зоваше увеличивается въ объеме и выступаетъ на верхней стороне листа въ виде тупого конуса, на нижней въ виде полукруглой бородавки. Полость этого галла служитъ убежищемъ личинке вышеупомянутаго комарика. Въ поле вершина конусовидной части изменяетъ окраску, становится желтой и бурой и тогда делается заметною борозда, окружающая конусъ. Если къ этому времени разрезать галлъ вдоль, то заметишь, что окружающая полость ткань распалась на два слоя—наружный, постепенно переходящш въ зеленую, неизмененную ткань листа, сталъ валомъ, окружающимъ. внутреннюю, неизменившуюся ткань листа до высоты упомянутой выше круговой лиши. Вся ткань распалась на „наружный66 и „внутреншй66 галлъ, и последшй сидитъ въ первомъ какъ яйцо въ рюмке (см. рпс. 2 на 502 стр.). Позднимъ летомъ внутреншй галлъ вполне отделяется отъ наружнаго и буквально выталкивается изъ него. Это происходить такимъ образомъ, что ткань наружнаго галла сильно набухаетъ и давить на несколько суженный къ основашю и напоминающш пробку внутреншй галлъ (см. рис. 3 на 502 стр.). Выдавленный внутреншй галлъ падаетъ на землю подъ липу и получаетъ темнобурую окраску; наружный же галлъ имбетъ теперь видъ кратера, дно котораго занято набухшей клеточною тканью (см. рис. 1 и 4 на 602 стр.); затбмъ эта ткань съеживается и пораженная часть липоваго листа получаетъ тогда видъ про- дыравденнаго, зеленаго утолщешя. Выпавшш галлъ на тупомъ конусовидномъ конце гладокъ, на противоположномъ же несколько пзборожденъ и напоминаетъ до некоторой степени отпавшш плодъ сложйоцветнаго. Полость внутренняго галла содержитъ личинку комарика, которая еще впродолжеше некотораго времени питается сочными клетками, выстилающими стенку полости внутренняго галла,
остается въ ней еще впродолжеше всей зимы и окукляется только следующей весною. Передъ этимъ превращешемъ въ куколку она пробдаетъ кольцевую бороздку подъ конусовидною вершиною галла и затемъ, когда куколка хочетъ выходить, ей стоить только нажать на вершинку галла и по всей длине борозды ткань разделяется, конусовидная вершинка откидывается и такимъ образомъ получается просторный выходъ (см. рис. 5 на 502 стр,). Очень сходное образоваше галловъ замечается на листьяхъ одного бразильскаго вида рода Celastrus (рис. 6—8 на 502 стр.), но внутреншй галлъ заключаетъ въ этомъ случае несколько полостей, а наружный принимаетъ форму чаши, посаженной на зеленую пластинку.
Место возникновешя сердцевинныхъ галловъ определяется вызывающими ихъ животными. Въ общемъ они очень разборчивы въ этихъ случаяхъ и по истине приходится удивляться, съ какимъ умбшемъ они отыскиваютъ самыя затаенный и съ трудомъ доступный места, когда есть шансы на то, что развивппяся изъ отло- женнаго здесь яйца личинки найдуть не только пищу, но и безопасное помещеше. Маленькая оса Blastophaga grossorum откладываетъ свои яички въ завязь такъ называемыхъ галловыхъ цветовъ въ полость урны соцвейя Ficus Carica (см. стр. 148 .и рис. 14 и 15 на 145 стр.); галловыя осы Andricus amenti и Neuroterus Schlechtendali откладываютъ яйца въ тычинки австрйскаго дуба, оса Cynips caput Medusae—въ листики, покрывающее завязь дубовъ (Quercus sessiliflora и pubescens) и производить галлъ съ безчисленнымъ количествомъ безпорядочно переплетающихся твердыхъ и острыхъ бахромокъ, защищающихъ отъ нападешя другихъ животныхъ (см. рис. 10 на 504 стр.); безчисленныя массы насекомыхъ откладываютъ яйца на нижней стороне листьевъ, причемъ одни предпочитаютъ зеленую мякоть, друпя ткань сосудистыхъ пучковъ. Andricus curvator предпочитаетъ края дубовыхъ листьевъ, мнопя осы, какъ напр. Andricus aestivalis и Andricus Grossu- lariae, отыскиваютъ стержень сережекъ австрыскаго дуба и откладываютъ туда яички, особенно же часто сердцевинные галлы подымаются съ зеленой коры ветвей, въ который отложили яйца некоторый цинипид!евыя, напр., Aphilothrix Sie- boldi (см. рис. 1 на 504 стр.). Реже всего сердцевинные галлы появляются на кор- няхъ, однако, известны и Tanie случаи, именно при поражены растены осами Aphilothrix radicis и Biorhiza aptera.
, Галлъ, вызываемый Aphilothrix Sieboldi (см. рис. 1 на 504 стр.), особенно замечателен!» темь, что на поверхности его отделяется липкш, cлaдкiй сокъ, при- влекающы мелкихъ муравьевъ. Муравьи стараются цбликомъ утилизировать въ свою пользу этотъ cлaдкiй сокъ и бросаются на всехъ животныхъ, имеющихъ виды на эти галлы. Такимъ образомъ они играють роль хранителей галловъ и защищаютъ ихъ производителей й обитателей отъ нападены различныхъ парази- товъ изъ родовъ Torymus и Synergus. Все это живо напоминаетъ защиту листьевъ Cecropia, описанную на 451 стр. I тома. Следуетъ еще заметить, что муравьи часто созидаютъ вокругъ галловъ, впроизводимыхъ Aphilothrix Sieboldi настоящей покровъ изъ песку и земли, чтобы безпрепятственно пользоваться сокомъ. Этимъ защита еще болбе совершенствуется.
Сложными галлами называются Tanie, въ созданы коихъ участвуетъ несколько непосредственно соприкасающихся другъ съ другомъ частей растены. Ихъ можно разбить на три группы: на кнопперныхъ, кукушечныхъ и клубковыхъ
галловъ. Кнопперный галлъ, или просто кнопперъ, обхватываетъ несколько, а иногда даже и все междоузл!я побега. Ось последняго всегда укорочена и утолщается больше обыкновеннаго. Опухшая /Часть содержитъ внутри одну или несколько личиночныхъ камеръ, окруженныхъ слоемъ сердцевины. Среди кноппер- ныхъ галловъ опять-таки можно различать случаи двоякаго рода: во-первыхъ безлистные, у которыхъ листья превращены въ горбинки, шишечки или бугры, незаметно переходнике во вздутую, содержащую личиночныя камеры часть; во- вторыхъ, листоносные, усаженные чешуйчатыми верхушечными и болбе или менбе развитыми зелеными срединными листьями. Среди безлистныхъ кнопперовъ следуетъ въ особенности обратить внимаше на те формы, у которыхъ имеются своеобразный средства защиты противъ нападешя животныхъ, жадныхъ до личи- нокъ галловыхъ осъ. Галлъ,. изображенный на рис. 8 и 9, на 504 стр., вызываемый Cynips polycera на листовыхъ почкахъ Quercus pubescens и sessiliflora и соответствующш какъ бы целому боковому побегу, имеетъ форму молодого плода мушмулы и снабженъ 3—5 торчащими, твердыми острыми зубцами, которые можно разематривать какъ метаморфозированныя листовыя образовашя, незаметно переходяпця въ ткани оси. Этотъ галлъ имеетъ одну полость, и ткань ея стенки распадается на наружный и шаровидный, сердцевинный внутреншй галлъ. Изображенный на.рис. 2, стр. 504 галлъ вызывается осою Cynips Hartigii, откладывающей яйцо въ листовую почку дуба (Quercus sessiliflora). Изъ такой почки вместо облиственнаго поббга развивается одногнездный маленькш галлъ, съ поверхности котораго отходить гвоздевидные или палицеобразные отроги, которые следуетъ признать за видоизменившиеся листья. Утолщенные, угловатые концы этихъ отро- говъ тбено смыкаются вмбсте и такимъ образомъ получается до некоторой степени второй внбпшй покровъ галловой камеры, устраняющей возможность посещешя со стороны враждебныхъ осъ. Расположешемъ и формою смыкающихся между собою отроговъ такой галлъ живо напоминаетъ шишку кипариса. Еще своеобразнее галлъ, развиваюпцйся изъ почекъ различныхъ дубовъ (Quercus pedunculata, sessiliflora, pubescens) и вызываемый галловой осою Cynips licida (см. рис. 5 и 6, на 504 стр.). Онъ содержитъ много личиночныхъ камеръ и богатъ сердцевинною тканью, а съ периферш его отходить масса тонкихъ отроговъ, напоминающихъ веретено, употребляемое для ловли птицъ. такъ какъ головчато-утолщенные концы ихъ очень липки. Осы и друпя враждебный галловымъ производителямъ жи- вотныя стараются не касаться этихъ липкихъ веретенъ. Вероятно и въ этомъ случае отроги, отходяпце отъ вздутой оси, представляютъ изменившиеся листья. Впрочемъ, и среди этой группы галловъ, развившихся изъ листовой почки, встречаются таше, у которыхъ листья намечены только въ виде бугровъ. Таковъ, напр., многогнездный, губчатый галлъ, развивающ!йся на концахъ ветвей дуба и вызываемый осою Dryoteras terminalis; съ той стороны, где галлъ чаще освещается солнцемъ, онъ красный, съ противоположной — белый; по форме онъ до некоторой степени напоминаетъ картофель. Дбло въ томъ, что какъ на карто- фельномъ клубне, такъ и на этомъ галловомъ образованья листья обозначены только въ виде расплывчатыхъ маленькихъ вздуты и бугорковъ. Къ этому от-* делу кнопперныхъ галловъ принадлежать и образовашя, называемый кнопперомъ въ просторбчш и вошедппя подъ этимъ именемъ въ торговлю; это назваше перенесено было на всю первую группу сложныхъ галловъ. Это угловатый, непра-
вильно изборожденный галлъ, вызываемый на летнемъ дубе Cynips calicis; онъ развивается на конце цветоносной оси и затягиваетъ не только завязь, но и по- крываюпця ее чешуйки. - Кроме того къ этому разряду галловъ относятся также неправильный, неуклюж!я вздутая ветвей осины (Populus tremula), который вызываются личинкою жука (Saperda populnea), равно какъ и многоклетныя, деревя- нистыя „раковыя вздутая“, величиною съ орехъ, развиваюпцяся на вбтвяхъ ивъ подъ вл!ян!емъ Nematus medullaris.
Прототипомъ листоносныхъ кнопперныхъ галловъ можетъ служить галлъ, изображенный на рис. 7 стр. 504, развиваюпцйся пбдъ вл!ян1емъ осы Aphi- lothrix gemmae на различныхъ дубахъ (Quercus pedunculata, sessiliflora, pubescens). Онъ напоминаетъ шишку лиственницы или хмеля, развивается изъ почекъ назван- ныхъ дубовъ, имеетъ укороченную, вздутую ось, ткани которой разделяются на внутреннюю и наружную, и покрыть многочисленными сухими, бурыми, ланцетовидными волосистыми чешуйками на подоб!е прицвбтниковъ. Кнопперы, покрытые зелеными листьями, вызываются на дубе осою Andricus inflator, но еще чаще сверлящими мухами и осами на травянистыхъ растешяхъ; такъ, напр., действуетъ Urophora Cardui на Cirsium arvense, Diastrophus Scabiosae на мнопя сложноцвбт- ныя и ворсянковыя (Centaurea alpestris, Badensis, Scabiosa), Aulax Hieracii на различный ястребинки (Hieracium murorum, silvaticum, tridentatum и т. д.); обыкновенно листья частью изуродованы, такъ что соответствующая часть галла покрыта на подоб!е чешуй только листовыми влагалищами. На острове Крите водится шалфей, на которомъ часто появляется листоносный кнопперъ, напоми- нающш маленькое яблочко айвы, почему шалфей этотъ былъ названъ Линнеемъ Salvia pomifera; его вызываетъ одинъ видъ Aulax. Стебли шалфея шаровидно вздуваются, и круглая масса, покрытая серымъ войлокомъ, оканчивается наверху группою маленькихъ морщинистыхъ листьевъ, напоминающихъ остающуюся чашечку плодовъ айвы. Самый распространенный и наиболее известный изъ относящихся сюда галловъ встречается на упомянутыхъ выше ястребинкахъ въ виде вздутая стебля, напоминающаго клубень. Въ разросшейся сердцевине стебля помещаются личиночныя камеры; кольцо сосудистыхъ пучковъ, подвергающееся мно- гочисленнымъ смещешямъ, образуетъ защитный слой, а кора пораженнаго участка стебля кору галла. Кожица заметно опушена.
Къ этимъ листоноснымъ галламъ примыкаютъ еще тб, въ которыхъ сами листья являются строющимъ элементомъ. Они развиваются изъ цвбточныхъ почекъ, въ который маленьк!я галловыя мухи отложили свои яички. Выползаюпця изъ яичекъ личинки живутъ въ полости завязи, или, если въ ней много гнездъ, въ одномъ изъ нихъ, получающемъ значеше личиночной камеры. Вбнчикъ, по- крывающш въ цветочной почке завязь, не раскрывается, а остается надъ личиночной камерой въ виде защитнаго покрова. Чашечка оказывается вздутой, увеличившейся, иногда мясистою. Весь галлъ производитъ впечатаете почки или маленькой луковицы и напоминаетъ почковидные отпрыски, развивающееся у не- которыхъ луковичныхъ вмбсто цветовъ на концахъ цветоножекъ. Особенно часто так!е галлы встречаются у лядвенца (Lotus corniculatus), где они вызываются ко- марикомъ Diplosis (Contarinia) Loti, на различныхъ видахъ коровяка (Verbascum Austriacum, nigrum, Lychnitis и т. д.) подъ влiянieмъ Asphondylia Verbasci, на мно- гихъ видахъ скордш (Teucrium montanum, Chamaedrys, Scordium и т. д.) отъ
клоповъ Laccometopus Teucrii и clavicornis, и на растрогб (Phyteuma orbiculare) отъ Cecidomyia phyteumatis.
Къ кнопперамъ примыкаютъ странны# галловыя образовашя, извбстныя въ Австрш у простонародья подъ назвашемъ „кукушкиныхъ пуговицъ“; о нихъ, равно какъ и о пенистой, напоминающей слюну массе, встречающейся на дреме и выделяемой пенистой цикадою, думаютъ, что тутъ дело не обходится безъ кукушки. Упростивъ это назваше въ кукушечный галлъ, его можно применить къ целой группе галловыхъ образованы. Кукушкины галлы бросаются въ глаза своей бледной, беловатой окраскою, мягкой, губчатой тканью и въ особенности тбмъ, что поражаютъ только основаше побега, между тбмъ какъ конецъ его остается безъ изменешя и можетъ продолжать свой ростъ. Въ этомъ отношены ихъ можно сравнить съ мясистымъ сложнымъ плодомъ ананаса, надъ которымъ, какъ известно, подымается зеленый пучокъ листьевъ, после созревашя плода не утрачивающы способности продолжать свой ростъ. Истор1я развитая кукушечнаго галла соответствуете наплывному галлу и вообще они отличаются другъ отъ друга только тбмъ, что при образованы кукушечнаго участвуетъ не одно, а целая группа смежныхъ междоузлы. Самый известный и распространенный галлъ этой группы вызываете листовая тля Chernies Abietis на ветвяхъ ели (Abies excelsa, см. рис. 1 на 498 стр.). „Старая матка“ названной тли раннею весною, прежде чемъ почки ели начнутъ вытягиваться, крепко присасывается къ нижней чешуйкб почки и откладываете тамъ кучку яичекъ. Поранеше, причиняемое этимъ соса- шемъ, и еще более того вводъ въ рану веществъ животнаго происхождешя, заставляете вышележащую часть побега страннымъ образомъ изменяться., Ось побега утолщается. Основаше игловидныхъ хвои, отходящихъ отъ этой оси вздувается и превращается въ мягкую, беловатую сочную ткань, клетки которой содержите, между прочимъ, болышя количества крахмала. Свободный конецъ этихъ листьевъ сохраняете форму и темнобурый цвета обыкновенныхъ хвой и кажется точно вот- кнутымъ въ бледную подушку. Тбмъ временемъ изъ яицъ, отложенныхъ маткою, выползли молодыя животныя, оставляющая мбсто своего рождешя, взбираюпцяся вверхъ къ неизмененной части побега и тамъ расползающаяся. И воте, благодаря раздражешю, причиняемому животными, въ бледной, подушковидной ткани начинается новое разросташе. Въ ней появляются выступы, напоминаюпце поля шляпы, вздутая и валики, особенно въ передней части подушки. Сосбдшя вздутая смыкаются и молодыя тли обволакиваются и прямо-таки замуравливаются ими. Оне остаются въ образовавшихся при обволакиваши маленькихъ полостяхъ, питаются, линяютъ и размножаются. Только въ августе галлъ начинаетъ высыхать, каждая небольшая полость открывается поперечной щелью передъ зеленымъ кон- чикомъ хвои, сидящимъ на подушке (см. рис. 1 на 498 стр.), и тля покидаетъ по- мещешя, въ которыхъ прожила весну и лето.
Почти такъ же часто какъ на ели, кукушкины галлы появляются и на ма- реновыхъ, въ особенности на различныхъ видахъ подмаренника (Galium Austria- cum, boreale, uliginosum и т. д.) и на ясминнике (Asperula galioides, tinctoria etc). Пораженный части побега остаются короткими, при основаны побега образуются белые губчатые наросты, имеюпце видъ подушки, среди которыхъ замечается маленькое углублеше въ виде желобка. Такъ какъ изменяющаяся подобнымъ образомъ ткани соседнихъ листьевъ накладываются другъ на друга, то напоминаюпця
желобъ или лохань углублешя образуютъ небольшая полости, въ которыхъ и жи- вутъ личинки комариковъ Cecidomyia (Dichelomyia) Galii и Asperulae. У обыкно- веннаго подмаренника (Galium Mollugo) эти губчатые наросты отходятъ не отъ основашя листьевъ, а отъ зеленой коры стебля въ мбстахъ, окружающихъ узлы и боковыя ветви. Они подымаются въ виде вздутш и лопастей, изъ которыхъ мно- пя смыкаются въ виде свода и образуютъ полость, въ-которой живутъ личинки комарика. Листья при этомъ только чуть-чуть мбняють свою форму, боковыя
Образование клубковаго галла въ кронФ осины: 1) нормальная в'Ьтвь съ неизмененными листьями; 2) одинъ листъ осины, пораженный тлею Schizoneura tremulae, видъ снизу; 3) весь клубковый галлъ осины. Ср. 511 и 512 стр. текста.
ветви, гдб они появляются, оказываются совершенно нормальными и нередко приходится даже видеть укороченный в^тки, кончающаяся цветами, который подымаются надъ губчатыми, белыми кукушкиными галлами, нисколько не изменяя своего нормальнаго вида. На крестоцвбтныхъ, именно на Barbarea vulgaris, Nasturtium palustre, silvestre и Sisymbrium Sophia также появляются кукушкины галлы. Они вызываются Cecidomyia Sisymbrii и появляются преимущественно при основаши цвбтоножекъ въ средней части кисти. Тамъ образуются белыя губча- тыя тканевыя тбла, oкpyжaющiя цветоножку какъ поля шляпы ея тулью. Наросты отдельныхъ цветоножекъ, сталкиваясь вместе, образуютъ въ совокупности полость, которая служить помещешемъ личинке комарика. По наружному виду
эти галлы представляютъ бугорчатый, бблыя тбла, помбщенныя среди соцвбтая и сильно напоминающ!я ягоды облой шелковицы.
Подъ именемъ клубковыхъ галловъ обозначают уродства на соцвбтаяхъ ясени, у которыхъ скручиваше листьевъ въ клубокъ, пуговку или хохолъ особенно бросается въ глаза. Точный изслбдовашя показали, что это галлы, вызываемые Phytoptus Fraxini. Упомянутый терминъ не только желательно удержать, но и расширить, обозначая именемъ клубковыхъ веб галлы, образующееся пу-
Ивовыя розы и „киковыя“ ягоды: 1) клубковый галлъ на в-Ьтви серебристой ивы (Salix alba); 2) продольный разр^зъ черезъ этотъ галлъ, 3—6) листья такого клубковаго галла; 7) в^твь Juniperus communis, заканчивающаяся „киковой“ ягодой; 8) такой же клубковый галлъ, отд-Ьливш1йся отъ растешя и нисколько увеличенный. Ср. 512 .и 514 стр. текста.
темъ скучивашя своеобразно измбненныхъ листьевъ, сидящихъ на укороченныхъ осяхъ и дающихъ щнютъ соотвбтствующимъ животнымъ. Животныя эти принад- лежатъ къ разнообразнбйшимъ группамъ. Чаще всего это комарики, листовыя блохи, тли и клещики, причемъ первые живутъ въ соотвбтствующихъ растешяхъ только въ стадгяхъ яйца или личинки, друпя же и на вебхъ прочить ступеняхъ развитая. Поселеше совершается всегда на концб поббга, когда онъ находится еще въ. недоразвитомъ состоянш, въ почкб. Ось такого поббга остается, вслбд- ств1е раздражешя поселившихся животныхъ, болбе илп менбе укороченною,, да и отходящ!е отъ нея листья претерпбваютъ сильныя измбнешя. Для того, чтобы поселивш!яся между листьями животныя получали нужное имъ помбщеше, то
пластинки, то черешки листьевъ расширяются и делаются выпуклыми; накладываясь другъ на друга, так!е листья образуютъ полости вроде тбхъ, что получаются въ хвойныхъ шишкахъ для развитая семянъ. Черешки листьевъ нербдко несколько утолщаются и сочная ткань ихъ служитъ животнымъ въ пищу; въ другихъ слу- чаяхъ выпуклый листовыя пластинки покрыты густыми волосками и этотъ волосяной покровъ имбетъ тогда для соответствующего животнаго такое же значеше, какъ войлокъ на отдельныхъ, не собранныхъ въ клубки листьяхъ. Смотря по тому, смыкаются ли концы участвующихъ въ образованы клубковаго галла листьевъ или расходятся, а также въ зависимости отъ того, насколько укорочена несущая ихъ ось, получается большое разнообраз!е формъ такихъ галловъ, про- изводящихъ впечатлите то открытыхъ розетокъ, то замкнутыхъ шаровъ, пучковъ, косичекъ или ведьминыхъ метлъ.
Среди клубковыхъ галловъ можно различить две группы: одни изъ нихъ развиваются въ области листьевъ, друпе въ области цвбтовъ. Изъ представителей первой группы, именно развивающихся въ области листьевъ и зачатковъ облиствен- ныхъ поббговъ, самыми известными и наиболбе обращающими на себя внимаше являются следующее: прежде всего клубки, вызываемые тлею Schizoneura tremulae въ кроне осины (Populus tremula). Пластинки на ветвяхъ кроны, какъ известно, прикреплены къ длиннымъ, прямымъ, упругимъ и гибкимъ черешкамъ (см. рис. 1 на 510 стр.), всл6дств!е чего они начинаютъ качаться даже при самыхъ легкихъ дуновешяхъ ветерка. Подъ вл!яшемъ упомянутой тли эти черешки однако укорачиваются болбе чемъ вдвое, становятся твердыми и изгибаются, принимая видъ буквы S (см. рис. 2 на 510 стр.). Пластинки получаютъ видъ довольно плоской раковины, накладываются вогнутой стороною другъ на друга на подоб!е черепицы и окружаютъ такимъ образомъ полое пространство, которое и служитъ квартирою для развивающейся тли (см. рис. 3 на 510 стр.). Къ этимъ часто встречающимся на осине галламъ примыкаютъ странный образоватя на концахъ веточекъ у ивъ (Salix aurita, Caprea, grandifolia, alba и т. д.), прозванныя въ народе ивовыми розами. Они вызываются комарикомъ Cecidomyia (Dichelomyia) rosaria. Листовая почка, изъ которой они развиваются, сохраняетъ свою короткую ось и образуетъ на ней многочисленные зеленые 'листья, напоминаюпце по группировке лепестки махровой розы.
Нижше листья подобной „розы" только немного отличаются по своей форме отъ обыкновенныхъ листьевъ соответствующихъ видовъ ивы. Обыкновенно заметно лишь укорочеше и расширеше листового черешка и влагалища, между темъ какъ зеленая пластинка и перистое расположеше нервовъ на ней остаются почти безъ изменешя. На следующихъ за ними листьяхъ, напротивъ, влагалищная часть листа заметно увеличивается въ объеме, а зеленая пластинка уменьшается, а еще ниже къ центру „розы" листья принимаютъ видъ чешуекъ и побегъ несетъ ихъ на широкихъ, мясистыхъ черешкахъ, переходящихъ въ ланцетовидным или яйцевидныя пластинки съ расходящимися въ виде лучей пучками (см. рис. 1—6 на 511стр.). Замечательно, что число листьевъ на такихъ ивовыхъ розахъ всегда больше того, что наблюдается на нормальныхъ побегахъ техъ же растешй. Такъ, напр., если число появляющихся на одномъ годовомъ побеге листьевъ Salix Caprea равняется 25, то у „розы" число это увеличивается, по крайней мере, вдвое, что можно объяснить лишь пpoлeпcieю, т. е. развитаемъ не только цоббга, заложеннаго
для этого года, но и того, который при обыкновенныхъ услов!яхъ достигъ бы развитая лишь въ сл^дующемъ году. Когда наступаетъ осень, розеточные галлы ивъ вырисовываются достаточно ясно уже на далекомъ разстояши, такъ какъ сложенные въ клубокъ листья не отпадаютъ вмбстб съ другими, но остаются на
Галлы: 1) нормальная цветочная кисть Veronica officinalis, 2) измененная Phytoptus anceps кисть этой Veronica 3 и 4) отдельные измененные цветы этой кисти, 5) Phytoptus anceps, вызывающей появлеше этого галла; 6) нормальный плодоносный стебелекъ Veronica saxatilis, 7) плодоносный стебелекъ того же растентя, чашелистики и лепестки котораго изменили свой контуръ подъ влiянieмъ клещика; 8 и 9) морщинистый галлъ на листьяхъ Carpi- nus Betulus, 10) разрезъ его; 11) сердцевинный галлъ, развивппйся [изъ завязи Nepeta Pannonica, благодаря Aulax Kerneri, 12) неизмененная завязь Nepeta Pannonica, 13) одна изъ четырехъ завязей обратилась въ галлъ, оетальныя захирели, 14) разрезъ черезъ такой сердцевинный галлтц 15) клубковый галлъ на ветви тисса (Тахиз baecata), 16) тотъ же галлъ въ увеличенномъ виде; 17) онъ же въ продольномъ разрезе; 18) Phytoptus psilaspis, причиняюпцй клубковые галлы тисса. Рис. 3, 4, 5, 10, 12, 13, 14, 16, 17 увеличены, остальные въ ест. величину. Ср. 496, 501, 516 и 521 стр. текста.
вйтвяхъ въ видЬ бурыхъ, засохшихъ образовашй. Точно также рбзко бросаются въ глаза галлы, вызываемые на концахъ ветвей боярышника (Crataegus Oxyacantha и monogyna) комарикомъ Cecidomyia Crataegi. Галлы эти имЬють своеобразный мохнатый видъ и почти производить впечатлите маленькихъ птичьихъ гн4здъ. Благодаря раздраженно, производимому комарикомъ, данные листья и прилистники получаютъ болЬе глуботе и многочисленные надр-Ьзы; вместо широкихъ лопастей получаются тонк!я ленты, почти бахрома, прихотливо еизвивающ1яся и напоминаю-
Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растен!й, т. II. 33
пця рога северныхъ оленей. Съ зеленой коры ветвей и съ тканей листовой пластинки, особенно надъ сосудистыми пучками, подымаются мягше шипы, концы коихъ головчато вздуты и часто 3—5 такихъ мягкихъ шиповъ срастаются въ одно образоваше въ виде петушинаго гребня. И эти мохнатыя розетки боярышника держатся на растенш значительно дольше, чемъ обыкновенные зеленые листья.
Этимъ клубковымъ галламъ, появляющимся въ виде широко раскрытыхъ ро- зетокъ, противоположны те, все листья коихъ смыкаются вместе на подоб!е ка- пустнаго кочна, такъ что весь галлъ получаетъ видъ пуговицы. Наружные листья такихъ галловъ круглы, съ внешней стороны имеютъ ямочныя углублешя и обыкновенно закрываются какъ створки раковины; внутренше имеютъ подобную же форму, но они меньше, глубже выемчаты, мясисто утолщены и бледнаго цвета. Иногда эти внутренвае безцветные листья частью срастаются другъ съ другомъ, усажены маленькими бородавочками и осыпаны прозрачными какъ стекло зернышками, какъ, напр., на клубковомъ галле, вызываемомъ на ветвяхъ тисса Taxus baccata (см. рис. 15—17 на 513 стр.) клещикомъ Phytoptus psilaspis; этотъ галлъ имеетъ видъ листовой почки. Галлы, вызываемые на Genista tinctoria Cecidomyia genisticola, равно какъ и на Veronica Chamaedrys — Cecidomyia (Diche- lomyia) Veronicae и клещиками на чабреце (Thymus serpyllum — см. рис. 4 и 5 на таблице при 496 стр.), образуютъ на концахъ побеговъ белыя пуговки, уже издали бросаюпцяся въ глаза на зеленомъ фоне лежащихъ ниже листьевъ. Белый цветъ обусловливается темъ, что наружные листья, складывающееся подобно створ- камъ раковины, густо опушены белыми густыми волосами. Cecidomyia (Rhopalo- myia) Artemisiae производитъ на ветвяхъ Artemisia campestris закрытый клубковый галлъ, который обмотанъ белой шерстью какъ пряжею. Зато на колоскахъ костра (Bromus) появляются, благодаря действпо клещика, замкнутые клубковые галлы зеленаго цвета, которые оказываются совершенно голыми или опушены не более обыкновеннаго.
На побегахъ тисса (Taxus baccata), льна (Linum usitatissimum), кипарисо- виднаго молочая (Euphorbia Cyparissias), безстебельной смолевки (Silene acaulis) и многихъ вересковъ (Erica arborea, carnea и т. д.), благодаря поселешю неко- торыхъ комариковъ (Cecidomyia Taxi, Euphorbiae, Ericae scopariae и т. д.), появляются галлы съ линейными, торчащими вверхъ и собранными въ пучки листьями. Основные этихъ скученныхъ листьевъ и ось галла обыкновенно несколько утолщены, вследств!е чего получается такое впечатлите, будто линейные листья си- дятъ на округлой пуговице, что особенно хорошо заметно у кипарисовиднаго молочая. Къ этой форме примыкаетъ еще галловое образоваше, встречающееся на ветвяхъ можжевельника (Juniperus communis), где его вызываетъ комарикъ Ног- momyia (Oligotrophus) juniperina; это образоваше известно подъ назвашемъ „ки- ковой ягоды". Игловидные листья можжевельника расположены на неизмененныхъ побегахъ мутовками по три. Подъ вл!яшемъ названнаго комарика, мутовки на конце ветви начинаютъ изменяться такимъ образомъ, что въ предпоследней хвои расширяются и образуютъ какъ-бы трехзубую чашу, между темъ какъ последняя обращается въ вместилище, окруженное тремя короткими листиками (см. рис. 7 и 8 на 511 стр.). Галлъ поразительно похожъ на шишки некоторыхъ туй (Thuja occidentalis, orientalis и plicata).
У различныхъ ситниковъ (Juncus), именно у Juncus alplnus и lampocarpus.
листовая блоха (Livia Juncorum) вызываете образоваше галла, имеющаго видъ бахромчатой кисти. Ось пораженнаго побега укорочена, кроюпця другъ друга листовыя влагалища сильно расширены, бледнаго цвета, со стороны, наиболее освещаемой солнцемъ, подернуты краснымъ отливомъ и въ общемъ производят впечатлеше оболочки кисти. Укороченный зеленыя пластинки, сидяпця на влага* лищахъ, напротивъ нитевидны и располагаются на подоб!е волосъ рыхлой кисти. Въ пазухахъ некоторыхъ листьевъ нередко появляются коротше боковые побеги, въ свою очередь имеющ!е видъ кистей, такъ что все образоваше напоминаете целый пучекъ таковыхъ.
Къ этимъ клубковымъ галламъ, появляющимся на ситникахъ, примыкаютъ похож!е на косицы и ведьмины гнезда галлы, вызываемые клещиками на вет- вяхъ опушенныхъ сортовъ ивы, особенно серебристой ивы (Salix alba). Вместо листоносныхъ длинныхъ ивовыхъ прутьевъ, развивающихся изъ почёкъ при обыкновенные услов!яхъ, получается целая куча спутавшихся ветокъ съ маленькими листиками, среди которыхъ не скоро разберешься. При более тщательномъ раз- омотреши можно заметить, что ось заложеннаго въ почке побега осталась укороченною, а изъ пазухъ ея листьевъ развились боковые побеги, на которыхъ повторяется тоже, и такъ до третьяго, четвертаго и пятаго порядка. Такимъ обра- зомъ здесь впродолжеше одного месяца развилось столько побеговъ, что безъ участ!я клещиковъ для ихъ образовашя потребовалось бы отъ трехъ до шести лете; такимъ образомъ эти клещики причиняют явлен!©, называемое ботаниками раннимъ развит!емъ или пролепс!ею. Разумеется, все оси укорочены, а листья ихъ уменьшены. Уменыпен!е и укорочен!© постепенно возрастает такъ, что оси и листья побеговъ четвертаго и пятаго порядковъ гораздо меньше чемъ у второго и третьяго порядка. Последи!© боковые побеги остаются въ виде почекъ и ихъ чешуйчатые, маленьк!© листики прикрываются взаимно, какъ кроющ!е листья «обвертки сложноцветныхъ. Подобное же строен!© какъ эти сложные галлы ивъ -обнаруживают и „ведьмины метлы" на кустахъ сирени (Syringa vulgaris) и бирючины (Ligustrum vulgar©). Иногда у этихъ растешй превращен!© листьевъ въ юсяхъ третьяго, четвертаго или пятаго порядка переходить уже въ область цве- товъ и так!е случаи образуют какъ бы переходъ отъ клубковыхъ галловъ срединной формацш листьевъ къ таковымъ же верхушечной.
Въ пределахъ верхушечной формацш одно изъ наиболее резкихъ измене- шй, характеризующихъ клубковые галлы, а именно сокращен!© оси, конечно, •отпадает. Часть оси, именуемая цветоложемъ, и безъ того не развивается въ длинный побегь, а остается короткою, такъ что cидящie на ней лепестки тесно •сплочены и дают розетку, въ нишахъ и закоулкахъ которой можете помещаться много разныхъ мелкихъ животныхъ. Однако, благодаря раздраженью, вызываемому поселившимся животнымъ, здесь обнаруживаются друпя очень замбтвыя измене- н!я. У некоторыхъ растешй вместо красныхъ, синихъ, белыхъ или желтыхъ въ обыкновенныхъ случаяхъ лепестковъ тутъ появляются зеленые листочки, на видъ напоминающ!© обыкновенные листья и мы говоримъ въ этихъ случаяхъ о „позеле- ненш" цветка. У другой части пораженныхъ растешй тычинки обращаются въ лепестки и так!е цветы называются тогда „махровыми". Наконецъ, случается, что плодолистики, срастающееся обыкновенно въ одну замкнутую завязь, торчать на цветоложе порознь, такъ что происходить какъ* бы разъединен!© ихъ, такъ 33*
называемый „автолиз ъ“. Существуютъ измененные галловыми клещиками цветы, у которыхъ въ одно и то же время лепестки позеленели и стали махровыми, а пестикъ разделился на свои плодолистики.
Изъ растений, цветы которыхъ обнаруживают эти изменен!я на всехъ воз- можныхъ ступеняхъ, следуетъ прежде всего отметить виды роговика съ мелкими цветами (Cerastium macrocarpum, trivial© и др.), мнопя гвоздичныя (Lychnis Vis- caria, Saponaria officinalis и др.), крестоцветный (Camelina sativa, Lepidium Draba), горечавки (GOntiana Rhaetica), вероники (Veronica officinalis, saxatihs) и тысячелистники (Achillea Millefolium, папа). У вероники лепестки обыкновенно обращаются въ настоящее листья, и развивающееся вместо цветовъ пучки, розетки или клубки образуютъ зеленыя кисточки или косицы (см. рис. 2 на 513 стр.), иногда даже маленыия ведьмины метлы. У Veronica saxatilis на веретеце соцве- Tin, иа цветоножкахъ и кроющихъ листьяхъ появляется густое опушеше, котораго не замечается на особяхъ, пощаженныхъ клещикомъ; кроме того листья, помещаю- пцеся вблизи соцвепя, оказываются лопастными и глубоко разсеченными, чего также не наблюдается на свободныхъ отъ клещиковъ особяхъ вероники (см. рис. 6 и 7 на 513 стр.). Въ корзинкахъ только-что упомянутыхъ тысячелистниковъ принимаютъ видъ листьевъ не только краевые, но и срединные трубчатые цветы, при чемъ встречаются разнообразнейшая формы. Не редко корзинка распадается ца несколько отдельныхъ корзиночекъ, каждая съ своей цветоножкою, цветы превращаются въ зеленыя воронки съ зубчатымъ раструбомъ и въ плосше, лопастные и зазубренные листики, которые явились результатомъ метаморфоза тычинокъ. Очень своеобразное изменеше цветка производится клещикомъ Phytoptus alpe- stris на ржавокрасной альшйской розе (Rhododendron ferrugineum). Тычинки и плодолистики обращаются въ эгомъ случае подъ влiянieмъ поселившихся насеко- мыхъ въ красные лепестки. Такъ какъ въ цветахъ альшйской розы скрыты 10 тычинокъ и 5 плодолистиковъ, то казалось бы, что въ середине цветка должно быть 15 красныхъ лепестковъ; на самомъ же деле число ихъ удваивается и утраивается такъ, что превращен!© сопровождается yвeличeнi©мъ числа частей цветка. Цветы некоторыхъ мауницъ, именно Valerianella carinata, принадлежащей къ семейству вал©р!ановыхъ, маленькш зонтикъ которой изображенъ на рис. 2 стр. 488, хотя и махровеютъ подъ влiянieмъ галловаго клещика, но увеличешя числа лепестковъ здесь не наблюдается. Махровость ограничивается' пр©вращ©ш©мъ тычинокъ въ мутовку лепестковъ. Однако въ этомъ случае наблюдаются еще и дру- пя своеобразныя изменешя. Лепестки увеличиваются более чемъ въ 50 разъ противъ первоначальной величины и превращаются въ мясистыя лопасти, сра- стающ!яся въ диски. Вследств!© того, что все эти лопасти заворачиваются на- задъ, становясь снизу вогнутыми, подъ цветами получаются полости, въ которыхъ и поселяются клещики (ср. рис. 3 на 488 стр.).
Стержень соцвет!я и отдельный цветоножки въ такихъ клубковыхъ гал- лахъ нередко утолщаются, становятся мясистыми и изменяются или уродуются на всевозможные лады. Если несколько соседнихъ цветоножекъ срастаются другъ съ другомъ, то получаются образовашя, похож!я на петуний гребень или раскрытый ве©ръ, называемыя фасщащями; нередко, чрезъ срасташе многочисленныхъ, расположенныхъ ложнымъ зонтикомъ цветоножекъ, получаются коралловидный или неправильный клубковыя массы, усаженный позеленевшими, въ большинстве слу-
чаевъ захиревшими цветами. Такъ, наир., у клубковыхъ галловъ ясеней (Fraxi- nus excelsior и Ornus), вызываемыхъ клещикомъ Phytoptus Fraxini, которыми часто усеяны кроны этихъ деревьевъ. Эти галлы на ясени лучше всего можно уподобить такъ называемой цветной капусте и весьма многое говорить въ пользу предположешя, что и эти видоизменешя въ соцветш капусты Brassica ole- гасеа обязаны своимъ происхождешемъ именно галловымъ клещикамъ.
Мы начали главу о галлахъ съ незначительныхъ войлочныхъ галловъ, появляющихся на нижней стороне отдельныхъ листьевъ, и кончаемъ ее клубковыми галлами, въ образовашя коихъ участвуютъ нередко сотни цветоножекъ и листьевъ. Для отдельныхъ группъ, описанныхъ въ этомъ длинномъ ряду, могли быть приведены лишь самые типичные представители и мы должны были отказаться отъ описашя всехъ известныхъ до снхъ поръ галловыхъ образованы, число ко- торыхъ доходить до 2000. Трудно сказать, не будутъ ли найдены при распро- странеши этихъ изследовашй на тропическш м!ръ еще новыя формы, не уклады- ваюпцяся въ рамки приведеннаго выше подразделешя галловъ. Вероятнее, что нетъ. Очень возможно, что къ известнымъ уже случаямъ прибавятся еще тысячи неизвестныхъ, но надо думать, что каждая вновь открытая форма подойдетъ къ одной изъ приведенныхъ выше группъ.
Для отдела „Жизни растешй", въ которомъ будетъ разбираться вопросъ о происхождеши видовъ, галловыя образовашя имеютъ особенное значеше, потому именно, что на нихъ яснее всего можно показать какъ при окончательномъ разв итi и известной части растен!я иногда происходить г лу- бок!я уклонен!я отъ первоначальнаго плана строен!я.
Прежде всего необходимо иметь въ виду, что безконечно разнообразный формы, называемый галлами, не могли бы появиться, если бы на растете не вл!яли клещи, тля, мухи, осы и др. животныя. Листва Rhododendron не свертывалась бы, а оставалась гладкою, если бы не попалъ на нее клещъ Phytoptus alpestris, на ветвяхъ Pistacia Lentiscus появлялись бы не мясистая, красный бобовидным образовашя, а перистые листья съ блестящими, темнозелеными листиками, если бы на фисташку не нападала тля; листовыя почки Quercus pubescens не превращались бы въ наполненный сердцевиною тела, нaпoминaющiя мушмулу, а въ длинные листоносные побеги, если бы комарикъ Cynips polycera не вл!ялъ на нихъ изменяющимъ образомъ; листья на макушке Thymus не округлялись бы и не покрывались белымъ войлокомъ, а оставались бы зелеными и гладкими, сохраняя форму лопаты, если бы на нихъ не поселялся клещикъ Phytoptus ThomasL. Наконецъ, цветы Rhododendron ferrugineum? Lychnis Viscaria, Veronica officinalis и т. д. не становились бы махровыми и тычинки ихъ не превращались бы въ лепестки, если бы на нихъ также не повл!ялъ въ этомъ направивши клещикъ.
Разумеется, вл!яше такихъ животныхъ можетъ обнаружиться только, когда соответствующая часть растешя находится еще на первыхъ ступеняхъ развита. Взрослые стебли и листья хотя и могутъ быть подъедены и разрушены упомянутыми животными, но изменять своей формы уже не въ состоянии Раншя же стадш, на который оказываютъ свое вл!яше животныя, являются какъ бы еще безформенными. Листья, стебли, побеги развиваются изъ тканей, имЬющихъ видь бугорковъ и каждый такой бугорокъ долучилъ свое начало отъ одной клетки, при взгляде на которую совершенно невозможно»определить, что изъ нея разо-
вьется. А между темъ, какъ показалъ опыте, планъ строешя для каждой части растешя, развивающейся изъ такихъ зачатковъ, является строго определеннымъ и потому можно съ уверенностью принять, что планъ строешя развивающейся изъ этихъ зачатковъ части растешя обусловливается специфическимъ строешемъ протоплазмы соответствующего растешя, въ особенности той клетки, которая является родоначальницей возрастающаго листа, стебля и т. д. Если д а н н ы я живот- ныя вызываютъ изменен!е въ та к омъ плане строен! я, то это м о- жетъ происходить только въ силу того, что изменяется специфическое строен1е соответствующей протоплазмы.
Но великая загадка, задаваемая естествоиспытателю на разрешеше, въ томъ то и состоите, чтобы понять, какимъ образомъ это происходить. Прежде держались того мнешя, что образоваше галловъ является следств!емъ поранещя наро- стающихъ тканей яйцекладомъ или сосательнымъ органомъ животныхъ. Однако позднейппя изследовашя не подтвердили этого мнешя. Пораженный клетки по- гибаютъ и, стало-быть, утрачиваютъ способность изменяться и образовывать ви- доизмененныя дочершя клетки; изъ окружающей живой ткани, въ свою очередь^ развивается пробка, замыкающая пораненное место, но и это еще далеко не галлъ. Яйца, втиснутыя въ ткань и приклеенный къ ней, также не въ состоянш непосредственно вызвать галловое образоваше. Только когда личинка покидаетъ оболочку яйца и выделяетъ изъ себя жидшя вещества, въ окружающей среде начинаются видоизменешя. На томъ месте, где помещается личинка, появляются раз- личнейппя новообразовашя и ткани очень быстро получаютъ странный, описан- ныя выше формы. Конечно, все это относится какъ къ темъ случаямъ, когда личинка высвободилась изъ яйца на какомъ-либо отдаленномъ месте и предварительно розыскала себе подходящую для поселешя ткань, такъ и къ темъ, когда сами родители выбираютъ подходящее место для кладки яицъ и испускаютъ вместе съ яйцами и жидшя вещества. Кроме того замечательно, что если животное погибнетъ отъ какой-нибудь случайности, новообразоваше тотчасъ же останавливается въ своемъ развитш. Клетки вокругъ трупа животнаго буреютъ и отми- раютъ, изъ чего можно заключить, что галловыя образован!я вызываются исключительно веществами, выделяющимися изъ живыхъ на- секомыхъ.
Спещалисты по галламъ принимаюте, что на ткани растешя, служащаго жи- лищемъ животному, прежде всего влияете острая „слюна“, выделяемая имъ для растворешя своей пищи; однако не можеть быть сомнешя въ томъ, что въ этомъ случае действуете еще много другихъ выдблешй. Химическш составь этихъ ве- ществъ неизвестенъ, однако, безъ риска ошибиться, ихъ можно отнести къ группе азотистыхъ соединешй, называемыхъ энзимами, о которыхъ у насъ шла речь на 468 стр. I тома. Энзимы обладают свойствомъ действовать разрушающимъ и разлагающимъ образомъ даже сквозь клеточный оболочки и это свойство могло бы весьма просто объяснить целый рядъ явлешй при образовали галловъ, который безъ того остались бы совершенно непонятными. Впрочемъ, мочевина или близ- шя ей азотистыя соединешя также могутъ быть выделяемы животными, да кроме того ничего нельзя сказать также противъ предположещя, не попадаете ли часть выделенныхъ животными веществъ вглубь растительной клетки путемъ дюсмоза. Одно достоверно, именно то, что выделяемый животнымъ ж и д к i я веще-
ства, вл!яя на протоплазму растительныхъ клбтокъ т4мъ или инымъ способомъ, не убиваютъ ея, анапротивъ вызываютъ въ ней особаго рода деятельность, проявлен!е которой выражается въ образован^ тканей определеннаго внешняго вида.
Одного взгляда на эти образовашя достаточно, чтобы убедиться въ томъ, что планъ строенья, по которому они развиваются, отличается отъ обыденнаго, типич- наго для даннаго растешя. А изъ этого можно заключить, что вещества, вы- деляемыя животными, обладаютъ свойствомъ изменять въ клетках ъ, на которыя имъ приходится вл!ять, специфическую протоплазму, обусловливающую типъ даннаго вида.
Особенно интересно неоднократно подтверждавшееся наблюдете, что подвергается изменению не только протоплазма клетокъ, на которыя выделяемый животными вещества действуютъ непосредственно, но что действ!е это передается отъ клетки къ клетке все дальше и дальше кругомъ. Тля Chermes Abietis присасывается къ почке ели и можетъ оказывать непосредственное вл!яше только на небольшое число клетокъ скрывающагося въ этой почке молодого побега. Темъ не менее вскоре целыя тысячи клетокъ развивающагося изъ этой почки побега начинаютъ обнаруживать изменетя, живо напоминаюпця описанное на стр. 469 перваго тома дЬйств!е ферментовъ. Точно также вспоминается при этомъ вл!яше, оказываемое сперматоплазмою на зародышевый мешокъ. Сперматоплазма вступаетъ въ непосредственное взаимодейств!е только съ небольшимъ числомъ клетокъ семяпочки, однако это небольшое число протопластовъ оказываетъ вл!яше во все стороны, оно простирается на плодолистики и цветоложе, черезъ него даже на цветоножку. Все эти части не развивались бы такъ, если бы ничтожная масса сперматоплазмы изъ одной пылинки не соединилась съ несколькими клетками зародышеваго мешка.
И въ этомъ случае уместно вспомнить еще разъ о сходстве между галлами и плодами. Когда зачатки листьевъ въ почке фисташковаго куста не подвергаются вл!яшю тли, изъ нихъ развиваются блестяпце зеленые перистые листья; но въ случае поражен!я ихъ сокомъ Pemphigus cornicularius тотъ же за- чатокъ принимаетъ форму плодолистика и образуетъ полое тело, поразительно напоминающее бобъ. То обстоятельство, что фисташка даеть плоды не въ виде бобовъ, а въ виде костянокъ, делаетъ этотъ случай еще более страннймъ, такъ какъ образующееся подъ вл!яшемъ соковъ животнаго тканевое тело во взросломъ состояши напоминаетъ плодъ не фисташки, какъ это можно было ожидать, а совершенно иного растешя. Подобно этому обстоитъ дело въ случае превращешя верхнихъ листьевъ можевельника (Juniperus communis) подъ вльяшемъ соковъ комарика (Hormomyia juniperina) въ образоваше, имеющее поразительное сходство съ плодомъ туи (Thuja); можно было бы привести еще целый рядъ примеровъ, въ которыхъ подъ влiянieмъ соковъ животныхъ на известныхъ растешяхъ появляются галлы, сильно напоминаюпце листовки, коробки, орешки, костянки и ягоды другихъ растешй. Появлеше красящихъ веществъ, воскового налета или волосяныхъ покрововъ еще усугубляетъ сходство ихъ съ известными плодами. Удивительнее всего при этомъ то, что превращеше наростающей ткани въ тело, напоминающее плодъ, для поселившагося животнаго крайне выгодно, такъ какъ вызывая подобное изменеше тканей, оно доставляеть себе не только столъ и квартиру, но также защиту отъ непогоды и нападешй нещлятеля.
Большое значен!е имееть и тотъ фактъ, что различныя животныя вызываютъ на одномъ и томъ же растен!и различныя галловыя образован!я. На листе розы могутъ помещаться въ непосредственномъ соседстве бедегуары, вызываемые Rhodites Rosae, гороховидные сердцевинные галлы, причиняемые Rhodites Eglanteriae, и производимые Rhodites spinosissimae неправильные горбы сердцевинныхъ галловъ (см. таблицу при стр. 496, рис. 12—14). На одномъ и томъ же листе илима Schizoneura Uhni вызываетъ морщинистый галлъ, Tetraneura Uhni — сумчатый, a Tetraneura alba — наплывной (см. ту же таблицу, рис. 15—17). На листьяхъ багряной ивы нередко можно встретить ря- домъ шаровидный сердцевинный галлъ, вызываемый Nematus gallarum, и пузыревидно вздутый сердцевинный галлъ, появляющейся подъ вл!ян!емъ Nematus vesi- cator (см. ту же таблицу, рис. 18—19); встречаются дубовые листья, на кото- рыхъ сидятъ четыре маленькихъ сердцевинныхъ галла, вызываемыхъ различными осами, именно Neuroterus lanuginosus, numismaticus, fumipennis и Spathegaster tricolor, сидящихъ группами другъ около друга (см. рис. 11—14 на 504* стр.). Для многихъ дубовъ, именно для Quercus pedunculata было доказано, что они даютъ пр!ютъ 20—30 различнымъ осамъ, вызывающимъ столько же различныхъ формъ галловъ. По своимъ признакамъ, касающимся формы, окраски и опушешя, эти галловыя образованья оказываются настолько постоянными, что по нимъ съ большою уверенностью можно определять видъ вызвавшаго ихъ насекомаго. Такте факты приводить къ заключенно, что жидкiя вещества, вы де ляемыя различными вызывающими галлы животными, оказываются специфическими, т. е. особыми для каждаго отдельнаго случая.
Только при такомъ предположена мы можемъ себе представить, что одна и та же растительная протоплазма можетъ въ одномъ случае порождать мясистую наплывную форму, въ друтомъ полый сумчатый галлъ, въ третьемъ замкнутый сердцевинный галлъ, причемъ все они одинаково служатъ квартирою соответ- ствующимъ тлямъ, мухамъ или осамъ.
Здесь следуетъ упомянуть еще и о томъ, что одна и та же порода ж и- вотныхъ вызываетъ на различныхъ растен!яхъ хотя и сходные, однако все же несколько различающееся галлы. Такъ, напр., Nematus pedunculi обусловливаетъ на белыхъ войлочныхъ листьяхъ Salix incana по- явлеше белаго войлочнаго галла, тогда какъ галлъ, появляющиеся отъ того же комарика на гладкихъ листьяхъ Salix purpurea, оказывается голымъ; галлъ, образуемый на светлозеленыхъ листьяхъ Rosa canina, Rhodites Rosae, оказывается бледножелтымъ и разве только со стороны обращенной къ солнцу слегка крас- неетъ, а вызываемый темъ же видомъ Nematus на ф!олетовыхъ листьяхъ Rosa rubrifolia оказывается темнофюлетовымъ и т. д. Конечно, эти уклонешя весьма незначительны, но они показываютъ однако^ какъ известные внешше признаки разныхъ растение, обусловленные специфическимъ строешемъ протоплазмы, повторяются и въ соответствующихъ галловыхъ образоватяхъ.
Эти факты подтверждаютъ предположеше, что не только протоплазма каждаго растительнаго вида, но и сокъ, выделяемый различными видами клещиковъ, тли, перепончатокрылыхъ, мухъ и т. д., имеетъ своеобразный составь. Что изме- нетя, которымъ подвергается протоплазма подъ вльяшемъ специфическаго сока, также подчинены известнымъ законамъ, это не требуетъ особаго поясненья. Про-
топлазма клетки получаетъ вслбдств!е поражешя новое строеше. А такъ какъ это отроете обусловливаетъ внешнюю форму развивающейся изъ клетокъ ткани, то и самыя ткани получаютъ своеобразный внешшй видъ. х Эти выводы имеютъ важное значевйе при решены вопроса о происхождеши видовъ, такъ какъ бро- саютъ некоторый светъ на процессы, ведупце къ образован™ новыхъ видовъ. Оказывается, что изменен!е внешняго вида растен!я имеетъ мбсто только, когда предварительно изменилось строен!е протоплазмы, представляющей исходную точку даннаго растен!я.
Образовашя, появляющаяся въ виде галловъ, не имеютъ шансовъ сохраниться и размножиться; напротивъ того, они погибаютъ лишь только выполнять свое назначеше. Другими словами потомство, развившееся изъ семянъ растешя, пораженнаго галлами, не обнаруживаетъ уже техъ изменены, какимъ подверглись отдельные члены или побеги соответствующего родителя. Если, напр., посадить сбмена дуба, сплошь покрытаго галлами, то на разсадб нельзя приметить и тени техъ видоизмененгй, как!я обнаруживали ветви, листья или цветы мате- теринскаго растешя. Единственное, что передается иногда по наследству, это превращеше тычинокъ въ лепестки, такъ называемая махровость, или же повторное образоваше клубковъ въ области цветовъ, какое мы замечаемъ у некоторыхъ сортовъ капусты, известныхъ подъ назвашемъ цветной (карфюль). Попытки къ решетю этого вопроса до сихъ поръ производились лишь въ очень редкихъ слу- чаяхъ. То, по крайней мере, что мне известно въ этомъ направлены, сводится къ несколькимъ наблюдешямъ, произведеннымъ надъ Veronica officinalis. Особи этого растешя, произраставппя въ саду моей дачи, въ 1877 году несли махровые' цветы, благодаря поселетю на нихъ галловыхъ клещиковъ. Ихъ посадили ря- домъ съ растешями того же вида, но безъ клещиковъ и, следовательно, съ нормальными цветами. Уже на следующей годъ и на этихъ последнихъ особяхъ поселились клещики и цветы ихъ по большей части также стали махровыми (см. рис. 2—4 на 513 стр.). Того же результата можно было достигнуть, перенося живыхъ клещиковъ на удлиненные экземпляры вероники съ простыми цветами. И у нихъ на следующей годъ большая часть цветовъ оказалась махровою. Плоды со всхожими семенами развивались только изъ техъ цветовъ, которые среди мах- ровыхъ товарищей сохранили нормальное строеше, и развивппяся изъ такихъ семянъ растешя давали постоянно простые цветы. На треты годъ все экземпляры, имевппе дотоле махровые цветы, оказались вновь съ простыми цветами. Клещики пропали отъ неизвестной причины, вероятно, померзли зимою. Veronica officinalis имеетъ въ каждомъ цветке лишь по две тычинки и въ махровыхъ цвб- тахъ не только эти тычинки, но и оба плодолистика обращаются въ лепестки. Тутъ ужъ нечего ждать плодовъ и сёмянъ. Впрочемъ, весьма возможно, что цветы другихъ растительныхъ семействъ, имеющихъ больше тычинокъ, ведутъ себя иначе. Возможно, “ напр., что клещики обратятъ въ лепестки только часть тычинокъ, а плодолистики останутся способными къ оплодотворешю. Когда на особяхъ такого растешя созреютъ плоды и семена, то изъ последнихъ, быть можетъ, разовьются особи съ махровыми или полумахровыми цветами. Этотъ случай можно было бы объяснить темъ, что измбнешя, которымъ подвергается протоплазма въ клеткахъ нижняго кружка цветочныхъ частей простираются и на верхнюю область цветовъ, особенно на семяпочки и сбмена. и далее на особи, развивппяся изъ этихъ се-
иянъ. Поэтому ничто не противоречить допущение, что левкои (Matthiola annua et incana), желтофюль (Cheiranthus Cheiri), гвоздики (Dianthus Caryophyllus, plu- marius и т. д.), маки (Papaver Rhoeas и somniferum), различима лютиковця (Delphinium, Paeonia, Ranunculus) и еще много другихъ растевой, появляющихся съ давнихъ поръ съ полумахровыми цветами и разводимыхъ въ садахъ, сохраняя этотъ признакъ въ потомстве, получили его когда нибудь подъ вл!яшемъ галло- выхъ клещиковъ. Менее вероятно, хотя и возможно предположеше, что путемъ прививокъ ветвей боярышника, верхше листья котораго сильно разсечены подъ вл1ян1емъ комарика Cecidomyia Crataegi, можно получить боярышникъ, веб листья котораго глубоко разсечены.
Образоваше новыхъ Формъ путемъ скрещивашя.
Сельскими хозяевами всегда руководило желаше выращивать на обрабатываемой ими земле так1я растенья, который либо роскойьно развиваются, либо приносить вкусные плоды и даютъ обильную жатву. Садовники же преследовали цель получать изъ дико растущихъ растешй потомство, которое превосходить родичей красотой формъ, изяществомъ цветовъ и ароматовъ, и возбуждаетъ удовольств!е и удивлеше любителя цветовъ. Какъ те, такъ и друйе одинаково старались „усовершенствовать" „облагородить" свои растешя и действительно достигли въ этомъ отношены результатовъ поражающихъ всякаго, кто знакомится съ истор!ей культурныхъ растешй. Однако на тотъ путь, который приводилъ къ такимъ важнымъ последств!ямъ, не всегда вступали обдуманно; еще реже освещали дорогу научныя изеледовашя.
Гораздо чаще случайно сделанный въ природе надъ растешями наблюдешя наталкивали лицъ, разводившихъ растешя, на первыя неловюя попытки получать полевые плоды пообильнее, зелень и фрукты повкуснее, садовыя растенья покрасивее. Могучее средство, которымъ пользовались при этихъ попыткахъ, было искусственное скрещиван!е воспитаемыхъ видовъ. Если вспомнить, что въ Китае и въ Яноши издавна уже садоводы разводили астры, хризантемы, камеллш, гвоздики, шоны и розы, являвыпяся по большей части результатомъ скрещивашй, то можно съ уверенностью принять, что въ названныхъ странахъ уже очень давно практиковался у садоводовъ пр!емъ покрывать рыльце одного вида пыльцею изъ цветка другого вида. Хотя въ Европе этотъ щмемъ былъ известенъ по отноше- юю къ розамъ еще во времена римской имперш, однако въ широкомъ масштабе онъ началъ применяться впервые лишь въ семнадцатомъ столейи, когда лихорадочно занимались разведешемъ тюльпановъ и первоцветовъ. Садоводы сохраняли тогда свои знанья въ глубокой тайне и только гораздо Позднее, во второй половине прошлаго столейя, во мнбгихъ местахъ открыто стали заниматься разведешемъ новыхъ растительныхъ формъ помощью искусственнаго скрещиванья. Несколько десятилейй тому назадъ искусственное разведешег такихъ новыхъ растительныхъ формъ, получившихъ назваше гибридовъ (помесей), сделалось важнейшей задачей садоводовъ, и безъ преувеличешя можно сказать, что число выращенныхъ садоводами въ этомъ столейи гибридовъ простирается до 10000. Мнойе гибриды, еще недавно считавппеся любимыми, исчезли теперь изъ садовъ и заменились другими. Какъ во многомъ другомъ, такъ и здесь вкусы меняются;
постоянно требуются новыя формы, и садоводы идутъ на встречу этому желанно: они привозятъ изъ различныхъ местностей дико раступце экземпляры и стараются скрещивать ихъ съ садовыми.
Нередко садоводы объявляютъ своимъ товарищамъ по ремеслу какое-нибудь вывезенное изъ далекихъ странъ растете весьма ценнымъ не потому, что оно красиво само по себе, но въ надежде, что это растете, обладая необыкновенной окраской цветовъ или особой формой листвы, даст новые прекрасные гибриды путемъ скрещиватя съ другими видами. Лица, разводяпця розы, всегда приветствуют открыйе особенной дико растущей розы, какъ важное собыйе, такъ какъ они могутъ при помощи последней получить большое число новыхъ формъ и надеяться той или другой новинкой прельстить любителя этихъ цветовъ. Среднимъ числомъ ежегодно поступаетъ на рынокъ 60 новыхъ формъ розъ; а въ 1889 году ихъ было даже 115. Есть лица, выращиваюпця въ своихъ садахъ мнопя тысячи различныхъ розъ, а общее число разнообразныхъ розъ, поступившихъ въ продажу, простирается до 6,400. Размножете новыхъ растительныхъ формъ, вызванныхъ скрещиватемъ, совершается у розъ путемъ прививки и отводковъ (см. стр. 210 I тома), но первое возникновете новыхъ формъ всегда можно свести, какъ сказано, къ скрещиватю. Тоже самое, разумеется, применяется и ко многимъ дру- гимъ растетямъ, которыми овладели садоводы, особенно въ техъ случаяхъ, когда обнаруживается, что разведев!е семенами требуетъ больше времени и труда, чемъ отводками. Происшедшие путемъ скрещиватя тюльпаны, шпажники, лилш весьма легко разводятся луковицами, шишковидныя бегоши, георгины и геснер!евыя— клубнями, гвоздики, пеларготи, нопалы и мнопя друпя отводками. При этомъ получается еще и та выгода, что новыя растительныя формы остаются неизмененными въ своихъ отличительныхъ свойствахъ, чего гораздо труднее достигнуть при разведети семенами. Напротивъ, у некоторыхъ другихъ формъ, происшед- шихъ путемъ скрещиватя, какъ, напр., у Petunia, Portulaca, Viola, размножете идетъ гораздо быстрее и легче семенами, почему такой способъ и предпочитают отводкамъ.
Передаваемые за факты разсказы о томъ, что новыя растительныя формы выращиваются въ садахъ не только при помощи скрещиватя, но и иными путями — неверны. Иногда въ основати такихъ фактовъ лежитъ сознательный и намеренный обманъ, иногда же незнате и самозаблуждете. Въ прежнее время мнопе садоводы думали, что для образоватя новыхъ формъ достаточно выращивать различные виды въ близкомъ средстве другъ съ другомъ; если собрать семена этихъ растетй и посадить въ хорошую землю, то всегда среди проростковъ найдутся отдельный уклонивппяся формы. Ихъ нужно выделить, заботливо выходить и затемъ употреблять, какъ исходный матер!алъ для образованья новыхъ формъ. Садоводы, которые руководились этимъ, сами не скрещивали растетй, и объяснетя ихъ нельзя назвать неправдой; скрещивате совершалось безъ ихъ ведома пчелами, шмелями и другими насекомыми, а соседство различныхъ видовъ имело лишь ту выгоду, что облегчало названнымъ животнымъ переносъ пыльцы одного вида на рыльце другого. Одинъ известный любитель растетй старой школы уверялъ, что онъ самъ не скрещивает разводимыхъ имъ растетй, но что ему не разъ случалось видеть, какъ раннимъ утромъ вскоре после раскрьтя цветка изъ него выступали безконечно тонк!я нити, который расходились лучами во все стороны
и переплетались съ цвбткомъ другого растешя, такъ что скоро образовывалась сеть, похожая на паутину. Грубая выдумка, подобная приведенной здесь, можетъ быть легко замечена всякимъ ученымъ и опровергнута; но можетъ случиться, что неправильный или неточный сообщешя, не заключающая въ себе столь ясной невероятности, встречали довер!е, и прокрадывались въ книги, особенно въ книги техъ лабораторныхъ ученыхъ, которые не заботились приложить собственный руки и своими глазами съ начала до конца просмотреть опыты, производивппеся въ садахъ. Нередко при выработке основныхъ принциповъ, законовъ, яко - бы основанныхъ на фактахъ, пользовались разсказами объ „опытахъ, произведенныхъ внушающими довер!е* садоводами". Впослбдствш подобный показашя трудно искоренить, особенно когда они оказываютъ желанную поддержку гипотезамъ выдающихся ученыхъ.
Какъ поучительный примеръ, можно привести следующее научное положеше, долгое время пользовавшееся кредитомъ въ ботаническихъ сочинешяхъ: „Образующаяся отъ скрещивашя двухъ видовъ помеси могутъ иметь двоякую форму, смотря по тому, была ли взята для оплодотворешя пыльца съ того или другого растешя". Действительно можно двоякимъ образомъ скрестить два вид!а, которые назовемъ буквами А и Б. Во первыхъ, можно взять пыльцу А и перенести ее на рыльце Б, во вторыхъ, пыльцой Б оплодотворить А. Утверждали, что можно по внешнему виду помеси определить, отъ какого изъ двухъ видовъ была взята пыльца. Что касается цвбтовъ, то помеси более похожи на тотъ видъ, съ кото- раго взята пыльца, между темъ какъ листва ихъ наноминаетъ тотъ видъ, рыльце котораго покрывалось пыльцею. Но это совершенно неверно. Все опыты, исполненные добросовестно и безъ предубеждешя, показали, что форма листвы и цве- товъ совершенно не зависитъ отъ того, тотъ ли видъ давалъ пыльцу или другой. Въ большей части случаевъ сходство помесей съ темъ или другимъ видомъ одинаково распространяется на все части гибриднаго растешя, а не только на цветы или листву.
Въ тбхъ более рбдкихъ случаяхъ, когда получаютъ помбси, по цветамъ более схож!я съ однимъ видомъ, по листве съ другимъ, пыльца могла быть доставлена темъ или другимъ видомъ безразлично.
Было бы неблагодарной задачей исправлять здесь легкомысленный, поспешный и неверный показашя прошлаго и новейшаго времени; гораздо полезнее кратко сопоставить все то, что добыто касательно формы и свойствъ происшедшихъ путемъ скрещивашя растешй безпристрастными наблюдешями, считавшимися съ побочными обстоятельствами и принимавшими во внимаше все источники возмож- ныхъ при опытахъ ошибокъ.
Образоваше гибриднаго растешя предполагаетъ существоваше двухъ особей - родичей, отличныхъ по своимъ свойствамъ и признакамъ. Между ними должно произойти скрещиваше, 'т. е. рыльце одного вида должно покрыться пыльцей другого; пыльца должна образовать пыльцевую трубку, а затбмъ должно еще произойти успешное соединеше сперматоплазмы съ ооплазмой. Для краткости будемъ называть растеше, которое даетъ пыльцу, иначе говоря сперматоплазму, отцомъ, то же, ооплазма семяпочекъ котораго оплодотворяется, — матерью. Такъ какъ свойства и признаки, которые мы воспринимаемъ въ растеши нашими чувствами, являются выражешемъ внутренней организащи и спещальнаго строешя
протоплазмы этого растен!я, то можно предположить, что растительный индивидъ, обязанный своей жизнью соединенно двухъ протоплазмъ разнаго строетя, будеть обладать свойствами и признаками, частью общими съ отцомъ, частью съ матерью. Это предположение вполне оправдывается на особяхъ, получившихъ отъ лицъ, разводящихъ растения, назвашя гибридовъ или помесей. Ихъ свойства и признаки происходить частью отъ отца, частью отъ матери. Если - бы пожелали выразить числомъ отношеше признаковъ, перешедшихъ отъ отца и отъ матери къ гибриду, то пришлось - бы во многихъ случаяхъ обозначить долю каж- даго изъ родичей = г(^ При такого рода отношенш обыкновенно говорить, что ублюдокъ занимаетъ середину между своими родителими. Но случается также, что та доля свойствъ и признаковъ образовавшаяся путемъ cкpeщивaнiя индивида, которая по разсчету приходится на одного изъ родичей, определяется приблиз. 2/3, а доля другого — приблиз. уз; въ такихъ случаяхъ обыкновенно говорить, что ублюдокъ приближаетси къ одному изъ своихъ родителей. Эти опыты ведутъ къ заключенно, что различное вл!нн1е родителей на форму ублюдка зависитъ отъ различнаго участы сперматоплазмы и ооплазмы въ образовали зародыша; а это заставляете принять, что упомянутый измйнен1я формы, съ которыми появляются ублюдки, происшедшие изъ одного и того-же плода, обусловливаются различными отношешями массы семенного и яйцевого ядеръ, соединяющихся другъ съ другомъ внутри зародышевая мешка.
Это предположено значительно подтверждается опытами, произведенными надъ скрещивашемъ различныхъ сложноцветныхъ, именно татарниковъ (Cirsium). Здесь каждая завязь заключаетъ въ себе одну семяпочку, а потому изъ одного плода можете образоваться лишь одинъ индивидъ. За то многочисленно цветы соединяются въ корзинки и во время полнаго расцвета изъ корзинки поднимаются близко другъ къ другу около 100 рылецъ, способныхъ принять пыльцу. Если перенести на эти рыльца пыльцу, взятую изъ корзинки другого вида, помощью кисточки, то произойдете такъ сказать массовое опыление или скрещиваше, и молено съ уверенностью разечитывать, что часть произведенныхъ за разъ скрещи- вашй дастъ благощиятные результаты. Хотя урожай плодовъ изъ корзинки, взятой для опыта, не всегда великъ, однако несколько плодиковъ во всякомъ случае созреютъ. Если теперь посеять эти плоды, которые содержать по одному семени и произошли все на томъ-же месте, въ то-же время и одинаковымъ образомъ, то возникающая изъ нихъ особи весьма редко вполне схожи другъ съ другомъ. У одного свойства и признаки отца можно выразить приблиз. 2/3, матери — г]^ у другого отецъ и мать представлены одинаково, у третьяго на долю отца приходится Уз, матери 2/3, и даже известны случаи, когда изъ плодовъ одной и той же корзинки развивались 4, 5 и более различимыхъ помбсей. Наиболее поразительный различ!я наблюдались на помесяхъ, происшедшихъ при опыленш корзинки Cirsium oleraceum пыльцею отъ Cirsium heterophyllum; не менее интересны полученный скрещивашемъ Cirsium Pannonicum съ Cirsium Erisithales, или опылешемъ Cirsium rivulare пыльцей Cirsium Erisithales. Надо думать, что сперматоплазма и ооллазма, или семенное и яйцевое ядра, образованный въ сосбднихъ, соединен- ныхъ въ корзинку цветахъ одного вида, схожи другъ съ другомъ по своему составу и тончайшему строешю; поэтому различный изменешя помесей, происходя-
щихъ изъ этихъ смежныхъ цветовъ, зависять отъ того, что въ одномъ цветке ,отношеше массы ооплазмы къ соединяющейся съ ней сперматоплазме выражается какъ 1 : 2, въ другомъ цветке — какъ 1 : 1, въ третьемъ — какъ 2 : 1. Само собою разумеется, что эти числа только приблизительны. Если наблюдается пять промежуточныхъ ступеней, то ихъ можно выразить рядомъ чиселъ 1:4, 2 : 3, 1 : 1, 3 : 2, 4 : 1. При первомъ опыте изъ корзинки Cirsium Erisithales, опыленной съ Cirsium palustre, получили две различныхъ помеси, одну более сходную съ отцомъ, другую — съ матерью, помеси же, стоявшей по своимъ свойствамъ какъ - разъ по середине между родителями, не образовалось. Напротивъ, при второмъ опыте возникла лишь одна форма, и притомъ такая, которая занимала между родителями почти середину. Изъ этихъ опытовъ следуетъ, что но отношешю къ форме помесей не соблюдается определенныхъ правилъ. Можно даже прямо высказать, что неправильность является здесь правиломъ. Въ однихъ случаяхъ все особи, явивппяся результатомъ двоякаго скрещивашя, схожи другъ съ другомъ, въ другихъ случаяхъ он.е непохожи, но образуютъ более или менее длинную цепь промежуточныхъ формъ.
Помеси, который не занимаютъ середины между родителями, но1 по своимъ признакамъ ближе къ одному изъ нихъ, называются гонеоклиническими (уоувйд— родитель; нМ-рсо— наклоняю). Что оне могутъ возникать уже при первомъ скрещиваши, несомненно установлено только - что сообщенными опытами. Но есть и другой путь, ведущш къ образованно подобныхъ помесей; это — скрещиваше помеси съ однимъ изъ родителей. Подобныя скрещивашя были произведены въ большомъ числе, и все наблюдатели согласны въ томъ, что результаты ихъ благощиятнее, нежели скрещиваше двухъ видовъ, т. е., если рыльце ублюдка покрывается пыльцей одного изъ родичей последняго, можно разсчитывать на большее число всхожихъ семянъ, чбмъ при скрещиваши двухъ видовъ. Что особи, происшедппя путемъ скрещивашя помеси съ однимъ изъ его родичей, опять займутъ среднее положеше по своимъ свойствамъ и признакамъ, можно ожидать заранее и подтверждается опытами; но вместе съ темъ доказано, что среди такихъ помесей не всегда наблюдается полное сходство въ форме, а появляется много промежуточныхъ ступеней. Если помесь отъ Cirsium Erisithales и Pannonicum, занимающую середину между своими родителями, оплодотворить пыльцей Cirsium Erisithales, то какъ результатъ этого скрещивашя, образуются особи, какъ - бы приблизивппяся къ Cirsium Erisithales и являюпцяся гонеокли- ническимй помесями. Но и при разовомъ скрещиваши Cirsium Erisithales съ С. Pannonicum образуются уже помеси, который не являются строго средними формами, но ближе сходны съ Cirsium Erisithales, чемъ съ Cirsium Pannonicum. Оне, конечно, похожи на гонеоклиничесшя помеси, возникающая при скрещиваши помеси отъ Cirsium Erisithales и С. Pannonicum съ Cirsium Erisithales. Если нельзя проследить исторно возникновешя данной помеси, то однихъ свойствъ и призна- ковъ ея недостаточно, чтобы судить о томъ, какъ образовалась гонеоклиническая помесь.
Помеси, въ образоваши которыхъ посредственно участвовали три различныхъ вида, называются тройственными. На слово „посредственно" следуетъ обратить особое внимаше, ибо въ противномъ случае легко ошибочно заключить, что въ завязь одновременно могутъ проникать пыльцевыя трубки двухъ, трехъ или большаго
числа различныхъ видовъ и производить оплодотвореше. Этого не бываетъ никогда, даже и въ техъ случаяхъ, когда на рыльце одного вида попадаетъ смесь пыльцы двухъ или трехъ видовъ. Напротивъ, доказано цблымъ рядомъ опытовъ, что скрещи- ваше помеси, происходящей изъ двухъ видовъ, съ пыльцей третьяго вида или обратно порождаетъ тройственный помеси. Такъ, напримеръ, благодаря скрещиванио помеси отъ Linaria genistifolia и purpurea съ пыльцей Linaria striata образуются тройственный помеси. Рыльца корзинки Cirsium Linkianum, помеси отъ Cirsium Erisithales и Pannonicum, были покрыты пыльцей отъ Cirsium palustre; въ корзин- кахъ образовалось довольно значительное количество зрелыхъ плодовъ, и развив- ппяся изъ нихъ особи представляли собой тройственный помеси, въ которыхъ можно было заметить свойства и признаки Cirsium Erisithales, С. Pannonicum и С. palustre. Эти тройственный помеси также не вполне были схожи между собой: часть особей поразительно напоминала Cirsium aquilonare, происшедший путемъ скрещивашя Cirsium palustre и Pannonicum, тогда какъ признаки Cirsium Erisithales отступаютъ назадъ; другая же часть особей весьма походила на Cirsium ochroleucum, помесь отъ Cirsium Erisithales и palustre, а признаки Cirsium Pannonicum проглядывали лишь весьма слабо. Во многихъ родахъ (Achimenes, Begonia, Dianthus, Gladiolus и др.) садоводы получили тройственныя помеси, образуются теперь великолепное украшеше нашихъ садовыхъ грядъ и оранжерей. Также ивы дцютъ въ садахъ тройственныя помеси, — именно при скрещиваши Salix Cremsensis, помеси отъ Salix Саргеа и daphnoides, съ Salix viminalis, а также при скрещиваши Salix Wichurae, помеси отъ Salix incana и purpurea, съ Salix cinerea и др. Ивами пользуются также для опытовъ, идущихъ гораздо дальше. При скрещиваши двухъ помбсей, изъ которыхъ каждая произошла отъ особыхъ родителей, образуются помеси, въ которыхъ соединены четыре вида ивы, —и даже шесть различныхъ видовъ ивы были соединены однажды вместе при помощи скрещивашя. Вихура получилъ въ Бреславле шестерную помесь, въ образоваши которой принимали участ!е Salix Саргеа, daphnoi- des, Lapponum, purpurea Silesiaca и viminalis.
Едва-ли нужно упоминать, что на подобной помеси почти невозможно распознать признаковъ шести заключенныхъ въ ней видовъ-родичей. Впрочемъ, и въ помесяхъ, обязанныхъ своимъ происхождешемъ двойному скрещиванью, не всегда легко безъ знашя исторш ихъ происхождешя заключить о немъ лишь по внешнему виду. Соединен1е свойствъ и признаковъ видовъ-родичей происходить въ помесяхъ не во всехъ случаяхъ по одному и тому же правилу. Иногда это соединеше равносильно сл!ян1ю, такъ что получается образоваше, которое лучше всего можно сравнить со сплавомъ двухъ металловъ. Часто возникаетъ, благодаря соединенно, новая форма, въ которой особенности родителей со стороны направлешя, очерташя, положешя и размеровъ отдельныхъ частей соединены въ определенномъ геометрическомъ отношеши. Въ этомъ случае, который называется соединeнieмъ, формы обоихъ родичей какъ-бы про- никаютъ другъ друга, взаимно сплетаются; словно исходя изъ одного центра, и помесь напоминаеть комбинацию двухъ различныхъ кристаллическихъ формъ. Подобно тому, какъ въ известныхъ кристаллическихъ комбинащяхъ более бросаются въ глаза плоскости то одной, то другой формы, благодаря ихъ размерами и определяютъ общее впечатлегпе, точно также и у многихъ растительныхъ помесей выступаютъ впередъ свойства и признаки то одного, то другого родича,
Иныя же растительный помеси, напротивъ, можно сравнить съ такими комбинащ- ями, въ которыхъ обе кристалличесшя формы выражены равномерно. Въ другихъ же случаяхъ свойства и признаки родителей не слиты и не проникаютъ другъ друга, но размещаются другъ подле друга неизмененными или группируются, какъ составныя части горной породы. Это смешен!е выражается обыкновенно въ томъ, что волоски, шипы и железки, свойственные родичамъ, оказываются въ помеси перемешанными безъ заметнаго изменевая ихъ формы, или проявляется въ томъ, что одна часть цветка обнаруживаетъ окраску одного вида, другая—другого. Известны также помеси, у которыхъ листья поразительно напоминаютъ одного родича, цветы — другого, такъ что съ перваго взгляда кажется, будто кто - то въ шутку прицепилъ къ облиственному стеблю одного вида цветы другого. При более внимательномъ осмотре можно заметить, впрочемъ, неболышя отступивши въ листьяхъ и цветахъ отъ родичей; но во всякомъ случае существуютъ помеси, листва которыхъ гораздо болбе схожа съ листвой одного родича, а цветы съ цветами другого. Вероятно, такого рода помеси и дали поводъ къ указанному выше (стр. 524) положенно, будто по результату двойного скрещивашя можно узнать отца — по цветамъ, мать — по листве. Но это предположеше, какъ уже упомянуто выше, неправильно, такъ какъ существуютъ помеси, который по цветамъ ближе сходны съ матерью, по листве — съ отцомъ.
Изъ трехъ формъ соединешя свойствъ родителей и ихъ признаковъ, назван- ныхъ нами сл!ян!емъ, соединешемъ и смешен!емъ, во всехъ частяхъ помеси проявляется обыкновенно лишь одна. Обыкновенно-же здесь господствуетъ полное разнообраз!е. Существуютъ, напримеръ, помеси розъ, въ которыхъ форма листьевъ представляетъ соединеше, окраска цветовъ—сл!яше, а опушеше является результатомъ смешешя соответствующихъ свойствъ родителей.
Приводемъ вкратце несколько примеровъ того, какъ выражается у помбсей соединеше признаковъ родителей — въ строеши всего ра- стешя, въ форме стебля, листьевъ и цветовъ, во внешнемъ виде ши- повъ, волосковъ, щетинокъ и тому подобныхъ образовашй, а также въ окраске лепестковъ венчика. Листья Brunella vulgaris — цельнокрай- Hie, а у Brunella laciniata—глубоко перисто-раздельные; помесь же ихъ, Brunella intermedia, имеет выемчатые и лопастные листья. Листья Potentilla sterilis или Fragariastrum — тройчатые и каждый листикъ несетъ съ обеихъ сторонъ по 4—5 пилообразныхъ зубчиковъ; листья Potentilla micrantha — также тройчатые, но листики несутъ съ обеихъ сторонъ по 7—10 зубчиковъ. Листочки помеси ихъ, Potentilla spuria, снабжены 6—8 зубчиками съ каждой стороны. Въ тесной зависимости отъ контура листьевъ находится, какъ известно, направлеше, распреде- леше и порядокъ сосудистыхъ пучковъ, известныхъ подъ именемъ нервовъ. Если сравнить с6ть жилокъ въ листьяхъ видовъ - родичей съ жилками въ происшедшей изъ нихъ помеси, то поражаетъ соединеше особенностей, доходящее до мель- чайшпхъ подробностей. Для подобныхъ изследовашй наиболее подходящими оказываются ивы. По одному даже листу отъ помеси ивы можно въ большинстве случаевъ по числу и распределенью пучковъ заключить объ обоихъ роди- чахъ. Пурпуровая ива (Salix purpurea) образует одну помесь съ крупнолистной ивой Salix grandifolia и другую съ брединою Salix Caprea. Salix gran- difolia имеетъ вдвое больше боковыхъ пучковъ въ каждомъ листе, чемъ Salix
Саргеа. Это повторяется и въ оббихъ помбсяхъ, листья которыхъ, впрочемъ, очень схожи.
У сложноцвбтныхъ, какъ извбстно, листочки обвертки обнаруживаютъ большое разнообраз!е формы, и систематики уже издавна придавали особое значеше при различеши видовъ величинб, формб, окончание и особымъ придаткамъ на свободномъ концб этихъ листочковъ. На помбсяхъ сложноцвбтныхъ въ обверткб часто можно видбть соединенными совершенно неодинаковые листочки родичей. Такъ, напримбръ, въ цвбточныхъ корзинкахъ Centaurea rupestris листочки обвертки оканчиваются длинной, желтой остью, тогда какъ у Centaurea Scabiosa они оторочены широкимъ, буро - чернымъ, кожистымъ гребенчато - бахромчатымъ краемъ. Листочки обвертки, возникающей изъ этихъ двухъ видовъ помбси, Centaurea sor- dida (Grafiana), имбютъ узкую, свбтлокоричневую, кожистую бахромчатую кайму и оканчиваются короткой желтоватой остью. Весьма поучительный примбръ сое- динeнiя признаковъ родителей, касающагося всбхъ вообще частей цвбтка, предста- вляетъ среди губоцвбтныхъ Marrubium remotum, получаемый при скрещиванш Marrubium peregrinum съ М. vulgare. Маленьте пучковидные полузонтики Marrubium peregrinum содержатъ 10—18 цвбтовъ, у Marrubium vulgare 4—5, у помбси же, Marrubium remotum, 5—10. Чашечка Marrubium peregrinum окрашена въ сбрый цвбтъ, покрыта прилегающимъ войлокомъ, и оканчивается 5 прямо - стоячими, шиловидными зубчиками. Чашечка Marrubium vulgare окрашена въ зеленый цвбтъ, покрыта отстоящими волосками, и ея край имбетъ 10 маленькихъ зубчи- ковъ съ тупымъ, крючковатымъ, загнутымъ назадъ концомъ. Изъ этихъ зубчи- ковъ 5 немного длиннбе прочихъ пяти. Чашечка помбси, Marrubium remotum, имбетъ зеленовато - сбрую окраску, покрыта рыхлымъ войлокомъ изъ волосковъ, и край ея снабженъ пятью большими шиловидными зубчиками съ тупыми загнутыми наружу концами. Между этими большими зубчиками вставлены 2—5 дру- гихъ, очень маленькихъ. Нижняя губа вбнчика Marrubium peregrinum имбетъ веб 3 доли одинаковой длины, тогда какъ у Marrubium vulgare средняя доля нижней губы въ три раза длиннбе боковыхъ; у помбси же, Marrubium remotum, средняя доля въ l1^ раза больше боковыхъ. Прекраснымъ примбромъ является также Dianthus Oenipontanus, помбсь гвоздики, происшедшая скрещивашемъ Dianthus alpinus и Dianthus superbus. У Dianthus alpinus кроюпце листочки у осно- вашя чашечки почти такой же величины, какъ и трубка чашечки, тогда какъ у Dianthus superbus длина ихъ равна х/4—х/3, а У помбси, Dianthus Oenipontanus,— х/2 длины трубки. Вбнчикъ Dianthus alpinus имбетъ широк!е лепестки, снабженные на концб короткими треугольными зубчиками, у Dianthus superbus лепестки разрбзаны на множество узкихъ частей, а помбсь, Dianthus Oenipontanus, имбетъ лепестки, отгибы которыхъ глубоко изебчены по краю на линейные отрбзки. Также и въ отношеши размбра цвбтковыхъ частей помбси по большей части за- нимаютъ средину между родичами. Такъ, напримбръ, принадлежащая къ орхид- нымъ Gymnadenia сопореа имбетъ длинный шпорецъ, т. е. лепестокъ околоцвбт- ника, называемый губой, — снабженъ мбшковиднымъ отрогомъ, который сравнива- ютъ со шпорой; онъ достигаетъ у Gymnadenia сопореа длины 15 мм. У Nigri- tella nigra этотъ шпорецъ весьма невеликъ, достигая всего 2 мм. Шпорецъ же помбси этихъ двухъ орхидей, Nigritella suaveolens, имбетъ длинну 5—7 мм. У ивовыхъ помбсей число тычинокъ въ отдбльныхъ цвбткахъ занимаетъ середину
Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растенШ, т. П.34
между числами тычинокъ въ цветкахъ родичей. Такъ, напримеръ, цветокъ Salix alba имеешь 2 тычинки, Salix pentandra 5—12, а помесь ихъ, Salix Ehrhar- tiana, 3—4.
Клбточныя образовашя, наблюдаемыя на кожице стебля и листьевъ, различаемый какъ волоски, щетинки, чешуйки, железки и т. п., и соединяемый подъ именемъ опушешя (indumentum), даютъ очень постоянные признаки у большого числа видовъ. Особеннаго вниманья заслуживаютъ звездчатые волоски, а также железистые, составленные изъ простого ряда клетокъ и оканчивающееся шаровид- нымъ пузыремъ, наполненнымъ эфирнымъ масломъ; они могутъ служить прево- сходнымъ основашемъ для различешя сходныхъ видовъ. Въ помесяхъ эти образовашя видовъ родичей выступаютъ въ различныхъ комбинащяхъ. Чаще это— смешеше, реже соединеше, и въ последнемъ случай волоски, щетинки, чешуйки, железки и пр. занимаюшь средину какъ по форме и величине, такъ и по числу. Родъ Pulmonaria, весьма склонный къ образованно помесей, обнимаешь небольшое количество видовъ, но каждый изъ нихъ характеризуется особой формой своего опушешя. Такъ, медуница Pulmonaria officinalis отличается тймъ, что на верхней части листовой пластинки подъ и между длинными разсйянными кое-где щетинками находятся тысячи одноклетныхъ, очень мелкихъ шиповидныхъ волосковъ, едва заметныхъ простымъ глазомъ. Листья же Pulmonaria angustifolia, лишенные этихъ шиповидныхъ волосковъ, несутъ зато сверху, соответственно большее, число прилегающихъ прямыхъ щетинчатыхъ волосковъ равной длины. Листья помеси этихъ видовъ, Pulmonaria hybrida, сверху снабжены многочисленными длинными щетинками, а подъ и между ними заметно большое число короткихъ щетиночекъ, которыя вдвое или втрое длиннее шиповидныхъ волосковъ Pulmonaria officinalis. Весьма поучительный, относящейся сюда, примеръ представляешь гибридная аль- шйская роза Rhododendron intermedium, легко образующаяся при скрещиваши Rhododendron ferrugineum съ Rhododendron hirsutum. Листья Rhododendron ferrugineum на верхней стороне темно - зелены, гладки и блестящи, на нижней — ржа- ваго цвета, матовые, что обусловливается плотно прижатыми чешуйками. Край листа лишенъ ресничекъ. Листья Rhododendron hirsutum — светло-зеленые. покрытые беловатыми, разсеянными кое-где железками (см. рис. 5 и 6 на 233 стр. I тома); край листа окаймленъ длинными волосками. Листья Rhododendron intermedium обнаруживают рядомъ различныя образовашя обоихъ видовъ-родичей; на нижней поверхности они снабжены, хотя и не такъ обильно, какъ у Rhododendron ferrugineum, коричневыми чешуйками, а на краю — ресничками, также не столь многочисленными, какъ у Rhododendron hirsutum. Тоже самое наблюдается и у розъ, Potentilla, Rubus, Draba, Hieracium и мн. др. Если одна изъ розъ лишена вовсе железистыхъ волосковъ, а другая несетъ исключительно таковые, то помесь ихъ наверно снабжена волосками того и другого рода. Mnorie виды Potentilla имеют звездчатые или пучковатые волоски, друпе лишены ихъ и несутъ на своихъ листьяхъ исключительно простые волоски; у помесей такихъ видовъ всегда наблюдаются, рядомъ съ многочисленными простыми волосками, звездчатые и пучковатые. Некоторые виды рода Draba, обыкновеннаго на нашихъ горныхъ вершинахъ, несутъ прямолинейные, похожее на наковальню волоски, дру- rie, напротивъ, трех- или четырех- лучистые, звездчатые. На помесяхъ, полу- ченныхъ изъ нихъ, можно наблюдать и линейные, и лучистые звездчатые во
доски на одной и той же листовой поверхности. Если волоски двухъ видовъ- родичей имбютъ одинаковую форму, но разную длину, то у происходящихъ изъ нихъ помесей волоски имеютъ приблизительно длину, среднюю относительно ви- довъ - родичей. Такъ, напримЬръ, длина волосковъ нижней поверхности листа у Salix aurita—0,3 мм., у Salix repens —1,2 мм.; а помесь обеихъ, Salix plicata, имеетъ длину волосковъ — 0,6 мм. Волоски у Salix Саргеа 0,8 мм., у Salix viminalis— 0,3, а у помеси ихъ, Salix acuminata—0,5 мм. Если одинъ видъ-родичъ не имеетъ волосковъ, а другой — покрыть ими, то можно съ уверенностью раз- считывать, что помесь ихъ, хотя и будетъ покрыта волосками, однако въ мень- шемъ количестве, чемъ соответствующая части вида-родича. Это и наблюдается напримеръ, у Primula Sturii, помеси отъ Primula minima, вовсе не имеющей волосковъ, и отъ Primula villosa, покрытой железистыми волосками; листья последней густо усеяны железистыми волосками, длина которыхъ 0,7—1 мм. Primula Sturii имеетъ разбросанные железистые волоски, длиною 0,3 мм. Среди помесей, происшедшихъ путемъ скрещиван1я Salix purpurea съ Salix viminalis, ботаники различаютъ две формы, изъ которыхъ одна, ближе стоящая къ Salix purpurea, именуется Salix rubra, а другая, более схожая съ Salix viminalis, называется Salix elaeagnifolia. Взрослые листья Salix purpurea съ нижней стороны вовсе не покрыты волосками, тогда какъ у Salix viminalis они несутъ блестяпце, параллельные боковымъ сосудистымъ пучкамъ и прилегаюпце къ поверхности листа волоски длинною 0,3 мм.; ихъ до 1800 на 1 кв. мм. Волоски помеси Salix elaeagnifolia; такой же длины, но находятся въ числе приблиз. 800 на 1 кв. мм., тогда какъ волоски Salix rubra, ближе стоящей къ Salix viminalis,—несколько короче, и на 1 кв. мм. ихъ приходится только около 400.
Можно заранее предположить, что форма и расположен!® кле- токъ и тканей у помесей также представляетъ соединено соответ- ствующихъ свойствъ родичей. Виды рода Finns могутъ быть различаемы на основами анатомическаго строемя ихъ игловидныхъ листьевъ, толщины клетокъ кожицы, числа каменистыхъ клетокъ, находящихся подъ кожицей, и числа смоляныхъ ходовъ. У помесей эти анатомичесгае признаки родителей оказываются соединенными и часто представляютъ строго ариеметическое среднее. Такъ, напримеръ, каждый игловидный листъ Finns silvestris содержитъ 6—10 смоляныхъ ходовъ, Finns Mughus — 3—5, а помесь ихъ, Finns Rhaetica — 5—7. Тоже у можевельниковъ (Juniperus). Листья ихъ отличаются другъ отъ друга толщиной и длиной покрывала изъ каменистыхъ клетокъ, выстилающихъ спинку листа, шириной смоляного хода, проходящаго по середине листа, и числомъ клетокъ, окру- жающихъ этотъ ходъ. У помесей, напр., у Juniperus Kanitzii, происходящаго при скрещивами Juniperus communis и sabinoides, соответствуюпця клеточныя обра- зовашя представляютъ явственное соединеме этихъ особенностей родителей.
Не лишенъ значемя и тотъ фактъ," что и ароматическ!я вещества, ко- торыя образуются въ клеткахъ помесей, происходятъ частью отъ отца, частью — отъ матери. Уже не разъ указывалось на то (стр. 190 и 454), что различные виды рода Rosa тотчасъ узнаются по особому запаху ихъ лепестковъ. Запахъ центифольной розы сильно отличается отъ запаха Rosa alpina, а этотъ последней — отъ Rosa arvensis, Rosa Gallica, Rosa Indica и т. д. Rosa moschata имеетъ сильно выраженный запахъ гвоздики, a Rosa lutea и pu- 34*
nicea пользуются дурной славой за свойственный имъ запахъ клоповъ. Въ запахй помесей розъ слиты различнымъ образомъ, запахи того и другого вида-родича. Обыкновенно, бол^е заметными является запахъ одного изъ родичей, а запахъ другого только примешивается. Но иногда, благодаря сл!яшю, образуется совершенно особый ароматъ. Въ другихъ случаяхъ запахъ одного вида-родича является усиленнымъ, а запахъ другого совершенно исчезаетъ. То же обнаруживаютъ и ароматичестя вещества, обусловливающая запахъ листвы; въ этомъ отношенш особенно замечательны помеси Rosa glutinosa,- rubiginosa и rugosa съ Rosa Gallica и centifolia. Ароматичесюя вещества, находящаяся въ плодахъ и возбуждающая наши вкусовые нервы, также переходятъ въ помеси частью отъ отца, частью отъ матери. Но такъ какъ трудно определить назвашями различныя ощущешя запаха и вкуса, то представляется рискованнымъ подробней выяснить эти отношешя. Если помеси занимаютъ середину между родичами по отношешю къ запаху, то нетъ ничего удивительнаго, что и друпя явлешя жизни ихъ занимаютъ середину. Въ венскомъ ботаническомъ саду уже много летъ находится кустъ крушины, Rhamnus hybrida, который образовался отъ скрещивашя Rhamnus alpina съ Rham- nus Alaternus. Одинъ родичъ, Rhamnus alpina, имеетъ лбтомъ зеленые листья, которые осенью сохнутъ и отпадаютъ; другой, Rhamnus Alaternus, обладаетъ вечно-зелеными листьями, которые перезимовываютъ и два года остаются на в£т- вяхъ. Помесь ихъ, Rhamnus hybrida, имеетъ листья, которые осенью не опа- даютъ, но и не остаются въ течете двухъ летъ свежими; зимой они сохраняются зелеными, но следующей затемъ весной, когда почки образуютъ новыя ветви, листья засыхають и отпадаютъ.
Весьма замечательно отношеше помесей по времени начала цв£тен1я. Въ ботаническомъ саду Иннсбрука велась съ 1863 по 1874 г. книга о начале цве- тешя около полусотни различныхъ ивъ, куда ежегодно записывался первый день начала цветешя различныхъ видовъ и помесей, изъ нихъ происшедшихъ.
Время начала цвбтешя различныхъ ивъ въ ботаническомъ саду въ Иннсбрук^. (Среднее за 12 лЪтъ.) *
Изъ трехъ столбцовъ, стоящихъ ниже, первый принадлежитъ назвашямъ помЪсей, второй и трет!й — видамъ-родичамъ ихъ.
Salix Cremsensis .
17 марта
Salix Caprea . .
16 марта
Salix daphnoides .
18 марта
„ Mauternensis
23„
„ Caprea . .
16„
„ purpurea .
7 апреля
„ attenuata. .
25„
„ Caprea .
16„
„ grandifolia.
27 марта
r Wimmeri. .
26„
„ daphnoides.
18„ .
„ incana . .
17 апреля
„ Austriaca. .
3 апр’Ьля
„ gran difolia .
27„
„ purpurea .
7 „
r Seringeana .
3 „
„ Caprea . .
16„'
„ incana . .
17„
* capnoides. .
5 „
„ cinerea . .
10 апрЪля
„ incana . .
17„
„ intermedia .
6 „
„ grandifolia.
27 марта
„ incana . .
17„
„ rubra . . .
6 „
„ viminalis .
3 апреля
„ purpurea .
7 „
* Kerneri . .
Ю „
„ viminalis .
3 „'
„ incana . .
17„-
„ Oenipontana.
12„
„ purpurea .
7 „
„ incana . .
17„
„ auritoides. .
14„
„ purpurea .
7 „
„ aurita . .
19„
„ Fenzliana. .
21„
„ retusa.
21„
„ glabra . .
21„
„ retusoides .
21„
„ retusa . .
21„
„ Jacquiniana
21„
„ alpigena . .
23„
„ retusa . .
21„
„ hastata . .
27„
„ excelsior . .
23„
„ fragilis . .
13„
„ alba . . .
27„
w Ehrhartiana.
29„
„ alba . . .
27„
„ pentandra .
6 мая
Жизнь раетенШ. Н.". Т-во „Просв,Ъщен1е“ въ Спб.
ПЕРВОПВЪТЪ-УВЛЮДОКЪ И ЕГО ПРОИЗВОДИТЕЛИ.
Представленная здесь таблица, которая содержитъ въ себб средшя изъ двенадцати-лЪтнихъ наблюдены надъ началомъ цветешя мужскихъ цветовъ 15 ви- довъ и 17 помесей, полученныхъ путемъ разнообразныхъ cкpeщивaнiй, показы - ваетъ, что помеси всегда начинаютъ цвести въ дни, находящееся между днями цветешя ихъ родичей. 064 альшйсшя ивы, Salix retusa и Salix Jacquiniana, начинали цвести въ среднемъ за 12 л4тъ въ одинъ и тотъ же день; полученный изъ нихъ помеси также начинали цветете въ тотъ же самый день.
Что касается красящихъ веществъ, наблюдаемыхъ у помесей, то прежде всего нужно сказать, что во всехъ случаяхъ, где листва родителей даетъ различные оттенки зеленой окраски, зеленый цветъ листьевъ помеси имеетъ средних тонъ. Весьма заметно это у помесей, обязанныхъ своимъ возникнове- шемъ Salix nigricans и Salix purpurea. Оба вида им4ютъ ту особенность, что ихъ листва при засыханш чернеетъ. Это свойство, хотя и въ более слабой степени, переходитъ и на помеси, которыя образуютъ съ другими видами Salix nigricans и Salix purpurea: листва ихъ при засыханш делается коричневой. Окраска цветовъ помесей обыкновенно является cлiянieмъ, р4же смешен!емъ красокъ цве- товъ родителей. СЬпяше наблюдается особенно у орхидныхъ, мытниковъ, ветре- ницъ, люцернъ, коровяковъ. Если окраска лепестковъ у одного родича бледна, у другого — ярко-красная или синяя, то у помеси появляется среднш тонъ окраски. Такъ, напримеръ, окраска цветовъ Gymnadenia сопореа — розово-красная, у Nigritella nigra — темно-кроваво-красная, а помесь ихъ, Nigritella suaveo- lens, имеетъ цветы светло-карминово-красные. Венчикъ у Pedicularis incarnata— темно-карминово-красный, у Pedicularis recutita — темно-красно-коричневый, а у помеси ихъ, Pedicularis atrorubens — темно-пурпурно-красный. Если окраска цветовъ одного родича белая, а другого ярко-желтая, красная или синяя, то у помесей по большей части наблюдается бледно-желтый, красный или сишй цветъ. Anemone nemorosa имеетъ белые цветы, Anemone ranunculoides — золотистожелтые, а помесь ихъ, Anemone intermedia — сернисто-желтые. Весьма замечательна окраска цветовъ техъ помесей, у которыхъ одинъ изъ родичей имеетъ желтые цветы, другой—сише или фioлeтoвыe. Medicago media, помбсь отъ Medicago falcata съ желтыми цветами и Medicago sativa, цветы которой сине-ф1оле- товые, несетъ весьма часто зеленые венчики. Помеси, пpoиcxoдящiя при скре- щиванш видовъ Verbascum о ярко желтыхъ цветахъ съ Verbascum phoeniceum, бросающимся въ глаза своими пypпypнo-фioлeтoвыми цветами, имеютъ въ своихъ венчикахъ светло-коричневые тона; это почти та же краска, какая образуется при смешены гуммигутта съ индиго-карминовой фюлетовой краской. Уклоняется отъ этихъ правильностей окраска венчиковъ у Verbascum pseudophoeniceum, по- м4си отъ скрещивашя Verbascum Blattaria съ Verbascum phoeniceum. Одинъ изъ видовъ - родичей (Verbascum Blattaria) имеетъ бледно-желтые венчики, другой (Verbascum phoeniceum) — пурпурно-фюлетовые, а названная выше помесь ихъ — бледно-красные венчики.
Весьма интересны помеси первоцветовъ (Primula), которыя образуются при скрещиваны Primula Auricula, окрашенной подобно двуцв4тнымъ видамъ Primula Carniolica, hirsuta, Oenensis, villosa и др. Происходящая при скрещиваны Primula Auricula съ Primula hirsuta, Primula pubescens, отъ которой произошли садовые аврикулы, представлена на приложенной таблице рядомъ съ своими родителями.
Окраска венчика у Primula Auricula одноцветная золотисто-желтая; на зеве, то есть на границе трубки и отгиба, расширяющегося на подоб!е чаши, появляется мучнисто-белый налетъ, обусловливаемый особымъ превращешемъ кожицы, подобно такому же налету на чашечке, цветоножкахъ и прйцветникахъ. Венчикъ Primula hirsuta— двуцветный: концы отгиба — фюлетово-красные, зевъ— белый. Обе краски довольно резко ограничены другъ отъ друга, такъ что въ середине цветка образуется белая пятилучевая звезда. Мучнистаго налета здесь уже совершенно не видно. У помеси этихъ двухъ видовъ и къ фюлетово-красному отгибу, и къ белому зеву примешанъ желтый цветъ. Благодаря этому соединенно, фюлетово- красный цветъ получилъ коричневый оттенокъ, а въ середине цветка можно заметить бледно-желтую звезду. Значительно реже сл!яшя наблюдается въ цве- тахъ помбсей смешеше красящихъ веществъ, перешедшихъ отъ родителей. При скрещиваши красныхъ Kosa Gallica и Damascena съ белой Kosa alba, получались еще садоводами римской имперш гибриды, цветы которыхъ были усеяны белыми и красными полосами и пятнами. У гибридныхъ Calceolaria, Dianthus и Oxalis наблюдалось то же самое; среди тюльпановъ (Tulipa) и косатиковъ (Iris) также известны помеси, на околоцветнике которыхъ заметны пятна и полосы, окрашенный въ цвета родителей ихъ. Особеннаго упоминашя заслуживаетъ здесь помесь отъ Iris Fiorentina и Iris Kochii. Околоцветникъ Iris Fiorentina — молочно-белый. Iris Kochii — темно-фюлетовый. У полученной отъ этихъ двухъ видовъ помеси, которая первый разъ начала цвести въ мае 1871 года въ ботаническомъ саду Иннсбрука, два внешнихъ и одинъ внутреннш лепестокъ околоцветника имели покрой Iris Kochii и были окрашены въ темно-фюлетовый цветъ, одинъ наружный и два внутреннихъ лепестка, окрашенные въ молочно-белый цветъ, походили на Iris Fiorentina. Такая группировка красокъ повторялась изъ года въ годъ. Въ 1877 году появился одинъ цветокъ, имевппй на нижнемъ молочно-беломъ лепестке околоцветника несколько тeмнo-фioлeтoвыxъ полосъ, распространявшихся отъ середины къ краю. Другая особь той же самой помеси Iris развивала цветы, отличавпиеся отъ Iris Fiorentina только темъ, что некоторые изъ молочно-белыхъ лепестковъ околоцветника имели тeмнo-фioлeтoвыя полосы, раскидывавппяся по направленно къ краю. Не менее замечательна была помесь, которую получили въ ботаническомъ саду Флоренщи отъ Iris Germanica и Iris sambucina; въ 1872 году мне былъ присланъ одинъ экземпляръ ея. рдинъ нижшй и два верхнихъ лепестка околоцветника имели на половину особенности окраски и рисунка Iris sambucina, на половину — Iris Germanica. Остальные лепестки околоцветника не отличались отъ Iris Germanica, если не считать ихъ меньшей величины.
Относительно распределешя красокъ на лепесткахъ цветовъ следуетъ заметить, что присутств!е разнообразныхъ полосъ, пятенъ и крапинъ не всегда слу- житъ признакомъ помеси. Одна и та же особь Viola polychroma, весьма распространенная въ долинахъ восточныхъ Альпъ, нередко несетъ одновременно 2, 3 и 4 цветка, изъ которыхъ каждый имеетъ особую смесь красокъ; въ местахъ, где этого вида фiaлoкъ много, на пространстве 20 кв. м. легко набрать сотню цветовъ, изъ которыхъ каждый имеетъ особое распредблеше красокъ и особую группировку пятенъ и крапинъ на лепесткахъ венчика. Тоже наблюдается у Iris pumila и Polygala amarella. У последней одинаково часто встречаются особи съ синими и белыми цветами или съ синими и белымй крапинами; не редкость также
встретить рядомъ съ белыми цветы съ синими крапинками. Точно также мнопе виды Anthyllis, Euphrasia, Galeopsis, Linaria, Melittis, Ophrys, Orchis, Saxifraga и др. обнаруживают значительный изменешя въ окраскб и рисунке лепестковъ цветка, чего нельзя отнести ни на счет происхождешя данныхъ видовъ, какъ помесей, ни на счетъ вл!яшя почвы и климата. Следует здесь также указать на многочисленные виды, имеюпце попеременно то сише и белые цветы, то красные и бйлые, то сише и красные, то желтые и белые. Есть и тате виды растений (о нихъ была речь на стр. 178), у которыхъ гётерохромпо, т, е. измбнешя въ окраскб и рисунке лепестковъ цветка, следует признать специфической особенностью. Эти виды съ гетерохромными цветами следует противопоставить гомохромнымъ цветамъ, которые имеют всегда, насколько намъ известно изъ опытовъ, одинаковую окраску и рисунокъ лепестковъ цветка, и лишь подъ вл!я- шемъ различной силы света обнаруживают некоторый колебашя въ яркости окраски. Iris Kochii и Fiorentina, Primula Auricula и hirsuta и др., упомянутые выше какъ родичи особенно интересныхъ помесей, принадлежат къ группе ра- стешй съ гомохромными цветами, а поэтому само собой понятно, что окраска цветовъ у помесей, происходящихъ отсюда, является весьма важнымъ отличитель- иымъ признакомъ.
Здесь кажется наиболее уместнымъ сказать несколько словъ о „Bizzaria" итальянскихъ садоводовъ и о такъ называемыхъ прививочныхъ гибридахъ. Име- немъ „Bizzaria" итальянцы называют плодъ, который состоит изъ чередующихся продольныхъ помесей лимона (Citrus Limonium) и апельсина (Citrus Auran- tium). Эти чередуюпцеся ломтики отличаются друга ого друга не только внеш- нимъ видомъ, но также запахомъ и вкусомъ. Число ихъ неодинаково. На неко- торыхъ плодахъ „Bizzaria" пять продольныхъ ломтиковъ съ окраской лимона кажутся внедренными въ апельсинъ; остальные производят въ общемъ впечатлеше апельсина; только восьмая часть этого плода имеет форму, окраску и вкусъ лимона и эта восьмая часть, сильно вздутая, тянется какъ светлая опухоль отъ одного полюса шарообразнаго плода до другого. Садоводы утверждают, что „Bizzaria" есть результат скрещивашя Citrus Limonium съ Citrus Aurantium. На другихъ подобныхъ помесяхъ рода Citrus, такъ, напримеръ, на бергамоте (Citrus medica), который считается помесью лимона и померанца, не находят особенностей и признаковъ родителей друга подле друга, но наблюдается сл!яше и соединеше этихъ свойствъ. Вопросъ о томъ, нельзя ли смотреть на бергамотовый груши, имеюпця желтыя и зеленыя полосы, и на виноградъ, у котораго некоторый ягоды окрашены на половину въ желтый цвет, на половину въ светлый, какъ на появлеше „Bizzaria", до техъ поръ останется нерешеннымъ, пока не будут точно установлены различные виды родовъ Pims и Vitis, изъ которыхъ образуются путемъ скрещивашя многочисленный грушевыя деревья и вино- градныя лозы. <,
Садоводы неоднократно утверждали, что и съ помощью прививокъ могут образоваться гибридныя формы; въ отлич!е от полученныхъ путемъ скрещивашя, ихъ называют прививочными гибридами. Одинъ изъ такихъ гибридовъ, Cytisus Adami, на особяхъ котораго удивительнымъ образомъ смешаны признаки Cytisus Laburnum и Cytisus purpureus, далъ въ свое время поводъ къ весьма оживленнымъ научнымъ прешямъ. Действительно, не легко представить
себе что-либо более странное чбмъ этотъ Cytisus. Большая часть цветовъ его не имеетъ ни столь шелково-волосистой чашечки, какъ у Cytisus Laburnum, ни столь гладкой и чистой, какъ у Cytisus purpureus, а венчики ихъ, происходя изъ пурпу- ровыхъ цветовъ Cytisus purpureus и желтыхъ — Cytisus Laburnum, имеютъ грязный розово-красный цветъ. Но въ некоторыхъ цветочныхъ кистяхъ рядомъ съ грязными розово-красными цветами находятся отдельные цветки съ шелково-волосистой чашечкой и желтымъ венчикомъ Cytisus Laburnum и, что еще замечательнее, — таюе цветы, которые на половину сходны съ Cytisus Laburnum, на половину съ Cytisus purpureus, или треть лепестковъ цветка принадлежите Cytisus purpureus, две трети — Cytisus Laburnum. Мало того: на той же особи цветковый кисти которой представляли въ большинстве случаевъ точную середину между Cytisus Laburnum и Cytisus purpureus и мнопе годы появлялись съ такими цветами, развиваются на следуюпцй годъ совершенно неожиданно ветви, который не- суте только кисти Cytisus Laburnum, и тагая, где заметны лишь чистые цветы Cytisus purpureus. По указанно Шниттшпана, этотъ странный Cytisus былъ полученъ въ 1826 г. въ Витри близъ Парижа садоводомъ Адамомъ при помощи окулировки Cytisus purpureus къ стеблю Cytisus Laburnum. Побегъ, который образовался изъ привитой почки, не былъ уже чистымъ Cytisus purpureus, но предста- влялъ смесь его съ Cytisus Laburnum, служившимъ дичкомъ. Почки для размноже- шя Cytisus Adami изъ Парижа распространились по различнымъ садамъ Европы и были тамъ привиты къ стеблямъ Cytisus Laburnum, Cytisus Jacquinianus и alpinus. Нередко садоводы переносили на ту же особь еще и почки Cytisus purpureus. Удивлялись тогда страннымъ деревцамъ, некоторый ветви которыхъ принадлежали Cytisus Laburnum, друпя — Cytisus Adami, третьи — С. purpureus; кроме того въ кистяхъ С. Adami появлялось несколько цветовъ Cytisus Laburnum, а также соответство- вавшихъ ранее описанному соединенно цветовъ изъ Cytisus Laburnum и Cytisun purpureus.
Но обыкновенно отношетя прививка къ своему дичку — существенно иныя, чемъ наблюдавппяся въ опытахъ Адама. Обыкновенно ростокъ, развивающейся изъ привитой почки, пользуется своимъ дичкомъ какъ паразите— своимъ хозяиномъ (ср. 210 стр. I т.). Онъ высасываете оттуда сырой питательный сокъ, который живыми и деятельными протопластами клетокъ прививка принимается и обрабатывается подобно жидкимъ веществамъ, высасываемымъ изъ влажной почвы корнями. Следуете предположить, что клетки прививка, берупця изъ дичка сырой питательный матер!алъ, не отличаются существенно отъ всасывающихъ клетокъ корней, т. е. — имъ присуща избирательная способность, отчего въ растете попадаютъ лишь вещества, полезный тому виду, съ котораго взять прививокъ, и форма и окраска цветовъ и листьевъ привитого побега нисколько не зависятъ отъ растешя, служащаго дичкомъ. И действительно, почки, взятая, напримеръ, отъ грушевыхъ деревьевъ и привитая къ айве, боярышнику и другимъ яблочнымъ, или срезан- иыя съ абрикосовыхъ деревьевъ и перенесенный на различные друпе Amygdaluceae, даютъ побеги, нисколько не отличаюпцеся отъ груши ни по листве, ни по цветамъ и плодамъ. Точно также и для помесей, полученныхъ скрещивашемъ розъ, при окулировке или прививке безразлично, те или друпе дише виды розъ служить дичкомъ. Никогда, несмотря на мнопя тысячи подобныхъ разводокъ, не наблюдалось существеннаго вл!яшя дичка на форму прививка. Въ венскомъ ботаниче-
скомъ саду находится мужской экземпляръ дерева Ginkgo biloba, который болке 100 лктъ тому назадъ послужилъ для весьма замкчательнаго опыта. Когда это дерево было еще маленькимъ деревцомъ, Жакенъ привилъ ему почку отъ жен- скаго экземпляра. Изъ этой почки развилась боковая вктвь. Теперь поднимается могучее дерево, большая часть вктвей котораго несетъ мужск!е цвкты, но среди нихъ выделяется вктвь съ женскими цвктами. ^Весьма интересно, что привитая в^твь имкетъ совершенно иной ходъ развитая, чкмъ растете, служившее осно- вашемъ для прививочныхъ опытовъ. Весною она образуетъ листву ежегодно на 14 дней позже, чемъ ветви съ тычиночными цветами, а осенью ея листья еще зелены, когда соскдше уже пожелтели и по большей части поотпадали. Изъ этого примера видно, что побеги, развивающ!еся изъ привитыхъ почекъ, съ величай- шимъ упорствомъ сохраняютъ индивидуальный особенности и не поддаются вл!я- шю дичка на ихъ ежегодный ходъ развитая. Эти факты заставили пршти къ за- ключетю, что образоваше прививочныхъ помесей есть басня садоводовъ, и потому надо думать, что наиболее известная изъ такъ называемыхъ прививочныхъ помесей, именно Cytisus Adami, произошла не окулировкою, а скрещивашемъ Cytisus Laburnum и Cytisus purpureus. Прежде твердо держались того мнкшя, что проис- xoдящie путемъ скрещиваши гибриды представляютъ шпяше и соединеше призна- ковъ, переходящихъ отъ родителей, а прививочные гибриды — смкшеше этихъ признаковъ. Но упомянутыя выше помкси Iris доказываютъ, что это не такъ, и что при двоякомъ скрещиваши можетъ произойти сопоставлеше признаковъ родителей, и поэтому новое воззркше на происхождеше Cytisus Adami весьма вкроятно.
Bcлkдcтвie важнаго значешя этого предмета позволительно перенестись въ область зоолопи и вспомнить случай, показывающей, что и въ помксяхъ живот- наго царства признаки родителей иногда находятся другъ подлк друга, а не сливаются и не соединяются. Tetrao medius, есть, какъ извкстно, помксь, происходящая при скрещиваши тетерева Tetrao tetrix съ глухаремъ Tetrao Urogallus. Эта помксь столь распространена въ Тиролк, что торговцы дичью въ Иннсбрукк полу- чаютъ для продажи отъ окрестныхъ охотниковъ среднимъ числомъ по 6 штукъ въ годъ. Отдкльные -экземпляры Tetrao medius имкютъ въ своемъ оперенш полосы отъ тетерева и полосы отъ глухаря. Въ 1879 году однимъ охотникомъ тирольской долины Гшницъ была убита самка Tetrao medius, на перьяхъ которой совершенно неправильно смкшивались пятна и полосы глухаря и тетерева. Эта помксь вполнк подтверждаетъ опыты, произведенные надъ помксями Iris, и теперь нельзя болке сомнкваться, что при скрещиваши могутъ образоваться помкси, у которыхъ признаки родителей наблюдаются другъ подлк друга.
Если принять, что Cytisus Adami произошелъ не путемъ прививки, но вcлkдcтвie перенесешя пыльцы Cytisus purpureus на рыльце Cytisus Laburnum), то образо- ваше различныхъ цвктовъ на помкси можно объяснить тЪмъ, что соединеше скменного и яйцевого ядеръ не представляетъ полнаго проникновешя или cлiянiя двухъ протопластовъ. Вкроятно, что ядра, которыя при оплодотвореши лежать другъ подлк друга, проникаютъ другъ друга лишь частью — скажемъ, на
одну треть. Въ такомъ случай, возникающая послб оплодотворетя зародышевая клбтка, будетъ заключать троякаго рода протоплазму: 1) въ серединб — протоплазма, образованная отъ сл!яшя протоплазмъ Cytisus purpureas и Cytisus Laburnum, 2) съ одной стороны — не измененная протоплазма Cytisus pnrpureus и 3) съ другой стороны — неизмененная протоплазма Cytisus Laburnum. Когда, вcлбдcтвie внбдрешя перегородокъ, изъ этой зародышевой клетки образуются три дочернихъ, иЬъ коихъ всякая наполнена особой плазмой, то каждая изъ этихъ трехъ клбтокъ можетъ служить исходнымъ пунктомъ для образовашя особой ткани, во веб эти ткани будутъ связаны другъ съ другомъ и сращены въ одно растете, образующееся изъ зародышевой клетки. Первая ткань можетъ развить поббгъ съ окраской цвбтовъ и формой — того вида, который далъ семенное ядро, вторая ткань даетъ побеги, который имбетъ форму и окраску цвбтовъ вида, образовавшаго яйцевое ядро, наконецъ — третья образуетъ поббгъ, органы которого по ихъ форме и окраске цвбтовъ представить смешеше 1 и 2.
Вопросъ о происхождении прививочныхъ помесей имеетъ подчиненное зна- чеше для возникновешя новыхъ формъ въ природе, но онъ не маловаженъ для понимавая процессовъ, происходящихъ при образованы помесей; тбмъ болбе, что произведенные опыты и изслбдовашя привели къ результату, что свойства и признаки каждаго вида, воспринимаемые нашими чувствами, должны считаться выра- жешемъ тончайшаго строешя и молекулярного состава спецефической протоплазмы, и что растительная форма, представляющая соединен!е свойствъ и признаковъ двухъ видовъ, имбетъ въ своемъ основами протоплазму, которая образовалась отъ соединен!я протоплазмъ двухъ видовъ-родичей.
Свойства, признаки и проявлетя жизни помбсей, о которыхъ была рбчь, можно вывести частью отъ одного, частью — отъ другого родича. Въ заключете нужно сказать и о такихъ свойствахъ, который не могутъ быть отнесены на счета родителей. Въ этомъ отношены нужно прежде всего вспомнить о томъ, что 66 л ь- шая часть помбсей, происшедшихъ путемъ cкpeщивaнiя, развиваются удивительно быстро и роскошно, что онб нербдко цвбтутъ въ первый же годъ послб высбвашя, тогда какъ сбянцы родителей достигаюта цвб- тешя на второй или на трейй годъ, и,-наконецъ, что помбси часто превос- ходятъ родителей величиной и листьевъ, а еще болбе — цвбтовъ. Послбднее-то обстоятельство побуждало и побуждаеть садоводовъ примбнять такъ часто скрещивайте. Именно благодаря ему они могли идти на встрбчу желашямъ любителей, которые съ yдoвoльcтвieмъ видята въ своихъ садахъ растешя, бросающаяся въ глаза величиной цвбтовъ. Впрочемъ, yвeличeнie размбра цвбтовъ ограничивается обыкновенно лишь первымъ годомъ, или во всякомъ случаб вторымъ. Далбе цвбты помбсей снова дблаются меньше. Поэтому садоводы производить постоянно вновь гибриды, которые особенно цбнятся за свои крупные цвбты. Изъ болыпаго числа наблюдешй укажемъ здбсь лишь на одинъ примбръ. Изъ recHepie- выхъ Isoloma Decaisneanum есть результата скрещивашя Isoloma Tydaeum и Isoloma sciadocalyx. Обмена, получающаяся послб скрещивашя, быстро всходята и развиваются въ необыкновенно сильныя растешя. Листья — втрое, цвбты — вдвое больше, чбмъ у родителей; кромб того, цвбты здбсь болбе многочисленны, почему и все растете кажется болбе красивымъ и роскошнымъ, чбмъ оба родителя.
Жизнь растений. II.
Т-во „Просв^щен1е“ въ Спб.
В'Ьдьмины кольца.
Растешя, распространенныя въ горныхъ местностяхъ и живупця тамъ на богатой наземомъ земле, именно медуница (Pulmonaria) и первоцветъ (Primula), развиваются въ садахъ не особенно хорошо, а некоторые виды погибаютъ въ короткое время, несмотря на самый тщательный уходъ. Между т4мъ помеси такихъ видовъ, къ удивленью, выживаютъ прекрасно, хорошо цветутъ и могутъ сохранять роскошное развипе на мнопе годы. Какъ примерь, можно привести здбсь Primula pubescens и Venzoi. Одинъ изъ видовъ - родичей Primula pubescens, именно Primula hirsuta, растетъ только на особо приготовленной почве и при условш при- менешя разныхъ другихъ мбръ предосторожности, тогда какъ помесь Primula pubescens даетъ отличный ростъ на обыкновенной садовой земле. Primula Venzoi, помесь отъ Primula Tiroliensis и Wulfeniana, — еще замечательнее. Въ то время, какь оба вида-родича растутъ весьма скудно даже и при хорошемъ уходе въ садахъ, Primula Venzoi развивается роскошно на той же земле, при техъ же вне- шнихъ услов!яхъ, бокъ-б-бокъ со своими родичами.
Другое явлеше, наблюдаемое въ помесяхъ есть изменен!е въ р а спреде лен in половъ. Въ помесяхъ часто образуются мнимо-двуполые мужсше и мнимо-двуполые женсте цветы, даже когда оба вида родича имеютъ настоящее двуполые цветы. На помесяхъ ивъ не редко наблюдается частичное превращеше мужскихъ цвбтовъ въ женсше и наоборотъ; тогда образуются сережки, несупця частью женсше цветы, следовательно, однодомныя. Это превращеше иногда бываетъ и у настоящихъ видовъ, но какъ редкш случай, тогда какъ у помесей это явлеше довольно распространено.
Образоваше махровыхъ цветовъ, вследств!о превращешя тычинокъ въ лепестки, также наблюдается у помесей, притомъ безъ учаспя галловыхъ клещи- ковъ (стр. 516), обыкновенно вызывающихъ махровость. Мнопя гибридныя розы, гвоздики и камеллш известны только съ махровыми цветами.
Трудно объяснить часто наблюдаемое у помесей присутств!е призна- ковъ, не существующихъ у родителей, или, лучше сказать, — признаковъ, которыхъ нельзя производить ни отъ одного, ни отъ другого вида-родича. Такъ, напримеръ, некоторые экземпляры помесей развиваютъ выемчатые листья, хотя оба вида-родича имели листья цельно-крайв!е или лишь слегка пильчатые или зубчатые. Помесь Salvia silvestris образуетъ иногда глубоко выемчатые листья, чего нетъ ни у Salvia nemorosa, ни ySalvia pratensis, отъ которыхъ образуется Salvia silvestris. То же можно сказать о помеси Matthiola incana и Maderensis. Ни тотъ, ни другой видъ не имеетъ выемчатыхъ листьевъ, но на некото- рыхъ особяхъ помеси наблюдаются глубоко-выемчатые листья, такъ что при взгляде на нихъ вспоминается Matthiola sinuata.
Также и у Primula pubescens листья иногда глубоковыемчаты, чего ни у Primula Auricula, ни у Primula hirsuta не замечается (см. таблицу, приложенную къ стр. 533). У помесей наперстянокъ (Digitalis) образуются иногда цветы, несулце на нижней стороне венчика шпорцеобразное расширеше, какое встречается у льнянки (Linaria). У помеси, происшедшей отъ скрещивашя Nymphaea Lotus и Nymphaea dentata, образовались на листочкахъ чашечки темно-фюлетовыя лиши, которыхъ нетъ ни на одномъ изъ родителей. Следуетъ здесь указать и на то явлеше, что отъ родителей, имеющихъ сише, фюлетовые, красные и желтые цветы и крайне редко дающихъ белые, образуются гибридныя формы отно-
сительно часто — съ белыми цветами. Наконецъ, следуетъ еще заметить, что п о - меси такъ же, какъ и виды, могутъ дать начало разновидностям^ которыя, впрочемъ, не передаются потомству и переходятъ опять въ друпя разновидности, если потомство образуется при значительномъ вл!яши другихъ внеш- нихъ условй.
Возникновен1е видовъ.
Содержан1е: Образование новыхъ видовъ* — Происхождеше видовъ.
Образоваше новыхъ видовъ.
Прошло почти пятьдесять летъ съ техъ поръ, какъ я открылъ на одномъ острове, на Дунае, недалеко отъ маленькаго городка Дюренштейна, иву, неизвестную до техъ поръ ботаникамъ. На этомъ острове она росла вместе со многими другими ивовыми кустарниками и деревьями, именно рядомъ съ серой ивой (Salix incana) и лавровою (Salix daphnoides), и явственно занимала между ними среднее положеше. Опушеше, ветви, листья и цветы частью напоминали одну, частью — другую иву, и у каждаго безпристрастнаго наблюдателя съ перваго взгляда невольно являлась догадка, что передъ нимъ средняя форма или помесь, образовавшаяся отъ скрещивашя этихъ двухъ ивъ.
Это открьте, сделанное мною въ первые годы моихъ ботаническихъ за- нятш, какъ разъ совпало съ темъ временемъ, когда среди ботаниковъ началъ пробуждаться особенно живой интересъ къ наблюдаемымъ въ природе промежуточ- нымъ формамъ. Некоторые изъ задававшихъ тогда тонъ изследователей не хотели верить въ существоваше дико растущихъ помесей; они полагали, что расте- шя, наблюдаемыя въ природе и считаемыя некоторыми учеными за помеси, пред* ставляютъ изменешя видовъ, которыя могутъ быть объяснены присущимъ ра- стешю стремлешемъ изменять свою форму. Они держались также того мнешя, что все растительныя формы, между которыми найдены одна или несколько промежу- точныхъ ступеней, должны включаться въ круть одного вида; соответственно съ этимъ три, четыре и более растешй, различавшихся ботаниками прежняго времени, какъ отдельные виды, этими изследователями признавались „разновидностями" одного вида, на томъ основанш, что между ними найдены очевидный средшя формы, такъ называемые „переходы". Шли еще дальше: 5, 10 и даже больше видовъ Hieracium, явственно различимыхъ и описанныхъ прежними флористами, какъ отдельные виды, относили къ одному виду, такъ какъ все они были связаны другъ съ другомъ переходами. Наоборотъ, друпе ботаники видели въ большей части такъ называемыхъ переходныхъ формъ результаты скрещивашй, происходя- щихъ въ природе, хотя и не отрицали вместе съ темъ у видовъ способности образовывать при различномъ вл!яши почвы и климата разновидности въ смысле Линнея.
Для меня уже тогда не могло быть сомнешя въ томъ, какое изъ двухъ про- тивоположныхъ воззретй на образоваше, значеше и положен!# среднихъ формъ следуетъ предпочесть; открьте же упомянутой вначале ивовой помеси заставило меня съ техъ поръ обращать все больше и больше внийаше на растительныя по-
мбси и поставить цблый рядъ опытовъ, чтобы разъяснить нисколько темныхъ вопросовъ и исправить господствовавппя тогда предуббждешя.
Весьма важное предуббждеше касательно сущности и значешя помбсей заключалось въ томъ, что на нихъ смотрбли какъ на явлешя' неестественный, про- тиворбчащ!я законамъ природы, что выражалось и въ самомъ назваши: ублюдокъ. Словомъ „ублюдокъ" (Bastart) обозначается, какъ насъ учить Гриммъ ), дурной, никуда не годный видъ. Это предуббждеше было такъ сильно, что Кантъ совершенно отрицалъ у помбсей право на существоваше и думалъ, что онб должны исчезать въ первомъ же поколбши. Въ связи съ этимъ стоялъ и другой предраз- судокъ, заключавшшся въ томъ, что помбси лишены способности давать всхож!я сЪмена и размножаться половымъ путемъ. Сдблать такое заключена заставили, вброятно, помбси рода Verbascum, который настолько распространены въ средней Европб и бросаются въ глаза, что даже ботаники старой школы, весьма щепетильные въ различены! растительныхъ пом-Ьсей, признаютъ ихъ за результатъ двоя- каго скрещивашя. Эти помбси Verbascum въ большинствб случаевъ не даютъ вовсе зрблыхъ сбмянъ. По большей части уже ихъ пестики недоразвиваются, а если и образуется одна или другая коробочка, то сбмяпочки въ ней ненормальны и не способны образовать сбмямъ. Тбмъ не менбе было бы ошибочно утверждать, что ни одна помбсь Verbascum никогда не образовала всхожихъ сб- мянъ. Изъ двухъ искусственно полученныхъ помбсей, именно Verbascum rubigi- nosum, который образуется при скрещиваши Verbascum Austriacum съ Verbascum phoeniceum и Verbascum pseudophoeniceum, который представляетъ изъ себя результатъ скрещивашя Verbascum Blattaria съ Verbascum phoeniceum, — первая, правда, никогда не приносила всхожихъ сбмянъ, но въ кистяхъ последней среди хилыхъ и пустыхъ коробочекъ образовались нбкоторыя съ всхожими обменами; это доказываетъ, что даже помбси Verbascum не вполнб безплодны.
Если оставить безъ внимашя тбсный кругъ коровяковъ и обратиться къ другимъ родамъ, то нельзя не признать, что помбси со стороны способности къ размножение половымъ путемъ не отличаются существенно отъ тбхъ растешй, который ботаниками разныхъ временъ признавались „настоящими" видами. О нбко- торыхъ настоящихъ видахъ, каковы напримбръ, Cochlearia Armoracia, Crambe tataria, Lilium bulbiferum, Lysimachia Nummularia, Rubus odoratus и Nutkaensis, уже давно извбетно, что они при оплодотвореши ихъ рылецъ пыльцей рядомъ стоящпхъ ты- чинокъ образуютъ очень скудно плоды, а Иногда и вовсе не даютъ ихъ, видимо предпочитая пыльцу изъ другихъ цвбтовъ. Съ другой стороны есть и тате на- стояпце виды, которые, обладая мнимо-двуполыми цвбтами, съ перваго взгляда производить впечатлбше двуполыхъ. Цвбты одной особи имбютъ рядомъ съ нормально развивавшейся завязью тычинки, но въ пыльникахъ послбднихъ не образуется годной къ оплодотворешю пыльцы; цвбты другой особи рядомъ съ несовершенно развитой завязью имбютъ тычинки, пыльники которыхъ наполнены нормальной пыльцей. Если здбеь образуются обмена, то для этого необходимы, по крайней мбрб, два индивида и пыльца съ особи, имбющей мнимо - двуполые мужеше цвбты, должна быть перенесена на рыльце мнимо - двуполыхъ женскихъ цвбтовъ. Но существуютъ и помбси съ мнимо - двуполыми цвбтами; здбеь, такъ
же, какъ и у настоящихъ видовъ, необходимы двоякаго рода особи для образова- шя всхожихъ семянъ. Если же предположить такой случай, что обе особи такой помеси — одна съ мнимо-двуполыми мужскими цветами, другая — съ мнимодвуполыми женскими, — не растутъ другь подле друга или цветушь не одновременно, или же что одной изъ нихъ вовсе петь (а это наблюдается, вероятно, часто), то оплодотвореше не совершается, а следовательно не образуется и семянъ. Едва ли нужно подробней объяснять, что дбло именно и обстоитъ такъ у двудом- ныхъ помесей и что дихогам!я, какъ и гетеросгапя, можетъ препятствовать опло дотворешю и образование семянъ у помесей совершенно такъ же, какъ и у настоящихъ видовъ,. Относительное положеше тычинокъ и пестика, высота рыльца, длина тычиночной нити и т. п., одинаково и у помесей, и у настоящихъ видовъ, мо- гутъ быть неблагопр!ятны для автогамш, а благодаря этому ни въ начале, ни въ концб цветешя не произойдешь покрытая рыльца пыльцей рядомъ стоящихъ тычинокъ. Так1я помбси нуждаются въ посторонней пыльце, и если она не будешь доставлена своевременно ветромъ или насекомыми, то и не произойдешь ни опло- дотворешя, ни образовашя семянъ.
Уже эти кратк!я указашя новейшаго времени на процессы, происходящее при онлодотвореши, заставляютъ признать, что отсутств!е плодовъ у помесей за- виситъ отъ техъ же причинъ какъ и у настоящихъ видовъ. Если же соответствующая пыльца попадешь своевременно на рыльце, то помеси образуютъ, какъ это доказано целымъ рядомъ опытовъ, всхож!я семена.
чинокъ.чинокъ.Здесь уместно вспомнить объ одномъ положены, которое, будучи высказано выдающимся ботаникомъ съ полной определеннностью, одно время считалось въ сочинешяхъ по ботанике научной догмой. Оно заключалось въ томъ, что хотя помеси и приносить ебмена, однако это происходить лишь въ техъ случаяхъ, когда ихъ рыльца покрываются пыльцей, взятой отъ одного изъ видовъ-родичей; автогам!я же, напротивъ, не даешь въ результате образовашя семянъ. Это положеше отчасти основывается на известныхъ опытахъ, которые были произведены съ садовыми растешями ботаникомъ Кёльрейтеромъ во второй половине прош- лаго столетая. Именно, Кёльрейтеръ *) получилъ при помощи скрещивашя двухъ видовъ табака (Nicotiana rustica и Nicotiana paniculata) помесь, занимавшую по своимъ признакамъ строго середину между родителями. Рыльца въ цветахъ этой помеси были покрыты пыльцей одного изъ видовъ-родичей; результатомъ этого второго скрещивашя была вторая помесь, стоявшая по своимъ признакамъ ближе къ тому изъ видовъ-родичей, отъ котораго была взята пыльца. Со второй помесью поступили такимъ же образомъ, и после трехъ поколешй было получено растеше, которое совершенно походило на впдъ-родичъ, служивший для получешя пыльцы. Первая помесь была возвращена, такимъ образомъ, къ одному изъ своихъ видовъ - родичей. Также и со стороны другого вида - родича удался после трехъ поколешй
чинокъ.
чинокъ.
такой „возврата “ помеси къ виду. Этого, конечно, не могло бы произойти, если бы оплодотвореше помеси перваго, второго и третьяго поколенШ пыльцей одного изъ видовъ - родичей не сопровождалось благопр!ятнымъ результатомъ. Поэтому совершенно справедливо, что помеси образуютъ семена при применеши пыльцы одного изъ родителей, но дальнейшее утверждеше, что помеси не даютъ семянъ при оплодотворены собственной пыльцей, совершенно неверно, по крайней мере, если высказывать его въ такой общей форме. Изъ опытовъ Кёльрейтера, добросовестно проделанныхъ, прямо и несомненно следуетъ, что и при автогамы помеси могутъ образовать зрелыя семена и действительно ихъ образуютъ. Можно здесь указать и на то, что множество красивыхъ ф!алокъ и гвоздикъ, украшаю- щихъ наши сады, ежегодно даютъ семена путемъ автогамш и размножаются этими семенами до тысячи и больше особей (ср. стр. 523). Особаго внимашя заслужи- ваютъ опыты, произведенные надъ помесью Medicago falcata и sativa, известной подъ именемъ песочной люцерны (Medicago media). Эта помесь выращивается въ болыпихъ количествахъ на поляхъ, какъ кормовая трава, и размножается постоянно при помощи семянъ, въ образованы которыхъ родители не принимаюта непосредственнаго участ!я. Даже более того: оплодотвореше пыльцей одного изъ родителей приносить вредъ, такъ какъ урожай семянъ такой люцерны отъ этого уменьшается. Здесь передъ нами случай, когда помесь въ сравнены съ своими родителями обнаруживаетъ усиленное плодород!е. Одинъ изъ видовъ родичей, Medicago falcata, принадлежитъ именно къ темъ мотыльковымъ растешямъ, у которыхъ автогамья приводить обыкновенно лишь къ весьма скуднымъ результатамъ. Известно, что въ тбхъ случаяхъ, когда цветы этого растешя пользуются собственной пыльцей, созреваютъ изъ 30 цветовъ лишь 2—3 плода съ всхожими семенами. Если же цветы Medicago falcata опыляются съ другого вида, именно Medicago sativa, то образуется несравненно больше плодовъ, да и число всхо- жихъ семянъ, повидимому, увеличивается почти вдвое. Песочная люцерна (Medicago media) имеетъ обыкновенно на каждой кисти 6—8 бобовъ, если ея цветы оплодотворяются собственной пыльцей. Если же цветы этой люцерны покроются пыльцей одного изъ видовъ-родичей, Medicago falcata, то плодород!е ея поразительно уменьшается; скрещенныя такимъ образомъ помеси или оказываются пустоцветами, или же образовавшыся изъ того или другого цветка бобъ не содержитъ всхожихъ семянъ. Поэтому, песочная люцерна представляета такую помесь, для которой скрещивате съ однимъ изъ видовъ-родичей вовсе не представляется по- лезнымъ, тогда какъ автогам!я даетъ xopomie результаты. На основаны всехъ этихъ опытовъ мы приходимъ къ выводу, что последств!я автогам!и для по- мбсей теже, что и для видовъ. f
Изъ этихъ фактовъ можно вывести некоторый заключешя о такъ называе- момъ возврате помесей къ виду - родичу. Упорствуя въ томъ воззрены, что помесь есть результата противнаго естественнымъ законамъ процесса, изследова- тели полагали, что это уклонеше отъ закона можетъ постепенно исчезнуть, именно потомство помеси будета приближаться, въ силу внутреннято стремленья, къ тому или другому родичу и въ течете несколькихъ поколешр произойдетъ полный возврата къ настоящему виду. Такъ какъ и показашя садоводовъ говорили, повидимому, за такой возврата, то ни у кого не являлось сомнешя въ правильности вышеприведеннаго представленья. Но эти сообщенья садоводовъ основывались
на неточныхъ наблюдешяхъ, незнанш и самообмане. Въ прежнее время, какъ уже не разъ упоминалось, процессы перенесетя пыльцы у мнимо-двуполыхъ дихогам- ныхъ и гетеростильныхъ цветовъ не были достаточно уяснены, какъ и многое другое, относящееся къ этимъ процессамъ; большинству садоводовъ все это было совершенно неизвестно и лишь въ крайне редкихъ случаяхъ принимались предосторожности противъ посторонней пыльцы для видовъ и помесей, разводимыхъ въ садахъ. Большинство садоводовъ вовсе не подозревало, что образуемый помесью плодъ могъ возникнуть, благодаря вл!яшю принесенной ветромъ или насекомыми пыльцы вида родича, растущаго по близости; когда же они видели на образующихся изъ этихъ плодовъ растешяхъ признаки, которые приближали ихъ къ виду родичу, то они обыкновенно говорили о возврате. Если же садоводъ позаботится о томъ, чтобы цветы разводимой помеси имели только собственную пыльцу и были заботливо ограждаемы отъ пыльцы другихъ видовъ, то образующаяся изъ семянъ помеси растешя обнаруживаютъ неизменные признаки материнской особи. Помесь, говоря языкомъ садоводовъ, семяпостоянна и утвержден!е, будто помесь возвращается къ одному изъ родителей въ силу внутренней необходимости, не более какъ басня.
Долгое время утверждали, что плодущи лишь помеси,* происходящая отъ скре- щивашя расъ. Делались также попытки разграничить понятая помеси и ублюдка. Помбси образуются, будто-бы, при скрещиванш расъ, а ублюдки—при скрещиваши видовъ. Обсуждая этотъ вопросъ, ученые находились въ заколдованномъ кругу. То говорили, что при скрещиванш расъ образуются плодупця, а при скрещиванш видовъ — безплодныя средшя формы, то утверждали, что разница между расами и видами именно въ томъ и заключается, что расы при скрещиванш даютъ плоду- пця, а виды — безплодныя средшя формы. Различ1е, установленное на основанш такихъ заключенш, не имеетъ теперь никакого значешя. Но чемъ же отличаются расы и виды? Существуютъ виды, которые, будучи сходны во многихъ весьма заметныхъ признакахъ, имеютъ поэтому общш обликъ. Обпце признаки соединяютъ ихъ въ одну группу, и можно предполагать, что они и по своему происхождешю близко родственны. Но только родственны, ибо они отличаются другъ отъ друга признаками, которые, проявляясь и не столь резко, темъ не менее неизменно передаются потомству. Къ такимъ то близко между собою срод- нымъ видамъ и хотели применить назваше расъ. Но степень отклонешя совершенно безразлична для понятая вида, существеннымъ является лишь то, что признаки, благодаря которымъ выражается это изменеше, сохраняются въ потомстве неизменными, а это действительно имеетъ место во всехъ случаяхъ, .где желали ввести понятае расы. Это обозначеше расы дало-бы понятно вида совершенно иное значеше, чемъ данное ему Линнеемъ съ логической строгостью и определенностью. Видъ не заключалъ бы болбе однообразныхъ индивидовъ, а содер- жалъ бы разнообразныя особи; онъ образовалъ бы группу систематическихъ единицъ, а не одну систематическую единицу. Если бы согласились различать близко родственные виды, соединенные въ группы, отъ видовъ, уклоняющихся весьма важными признаками и лишь отдаленно родственныхъ, устанавливая, по примеру французскихъ флористовъ мелше и крупные виды (petites especes, grandes especes), то этимъ достаточно были бы приняты въ соображеше несомненно существующая градацш; но введете обозначетя расы рядомъ съ терминомъ видъ
ведетъ къ представлена, будто между ними существуетъ какая-то граница, чего на самомъ делб нбтъ. Если же не существуетъ рбзкой границы между расой и видомъ, то уничтожается и различ!е междупо- мбсью и ублюдкомъ, а вмбстб съ тбмъ обнаруживается не состоите льно сть учен!я, признающаго способность давать плоду щ i я пом б с и лишь за расами.
Итакъ, относительно способности образовать плоды нбтъ никакой разницы между помбсями и видами. У тбхъ, какъ и у другихъ, существуютъ известный цвбтковыя приспособлешя, о которыхъ говорилось въ первой части этой книги; эти приспособлешя, какъ тамъ, такъ и здбсь, прежде всего ведутъ къ скрещива- гаю, и только, если оно не происходить, — къ автогамш; и тамъ, и здбсь весьма часто эти приспособлешя приводятъ къ скрещиванью; и тамъ, и здбсь существуютъ формы, для которыхъ автогам!я не даетъ никакихъ результатовъ и которыя раз- виваютъ всхож!я обмена и плоды лишь вслбдств!е гейтоногамы и ксеногамы. Такъ какъ доказано, что помбси не сохраняются въ потомствб неизменными при заботливомъ ограждены отъ пыльцы другого вида, а также, что замбна плодовъ отводками и усиленное развийе послбднихъ въ случае отсутств!я сбмянъ—одинаковы для видовъ и помесей, то приходишь къ заключешю, что между видами и помесями по отношен!ю къ размножен!ю границы нетъ).
Въ виду этихъ фактовъ, я уже много лбтъ, тому назадъ поставилъ вопросъ, не могутъ ли происходить виды изъ помесей, и отвбтилъ на него утвердительно. Съ этой точки зрбшя помеси, возникппя и возникающая вновь въ природе, npi- обрбтаютъ большое значеше; весьма важно, поэтому, представить себе точную картину присутств!я, отношены и распространешя помесей везде, гдб растительная жизнь свободно и безпрепятственно слбдуетъ своей дорогой. Впрочемъ, подробней изучены въ этомъ отношены только европейсшя местности съ ихъ флорой (хотя и здесь существуетъ множество разныхъ мнбны); но можно твердо держаться той мысли, что все, касающееся Европы, одинаково применимо и къ другимъ частямъ света.
Если число дико растущихъ помесей, ставшихъ известными въ послбдшя 50 летъ, принять для Европы за 1000, то эта цифра окажется скорее ниже действительной. Изъ нея на долю тайнобрачныхъ приходится относительно малая часть, такъ какъ ботаники только недавно стали обращать внимаше на помеси среди тайнобрачныхъ. Нбтъ сомнбшя, что будупця изслбдован!я откроютъ признаки помесей во многихъ такъ называемыхъ „переходныхъ“ формахъ. Среди мховъ указано особенно много помесей между видами Hypnum aduncum, fluitans, lycopo- dioides и др., растущими въ низкихъ болотахъ и канавахъ. Известно также несколько помесей для родовъ Orthotrichum, Grimmia, Physcomitrium Pogonatum и Funaria. Помеси папоротниковъ открыты въ родахъ Anpidium, Asplenium, Cete- rach и Polypodium. Изъ хвощей следуеть указать на Equisetum inundatum, довольно распространенную помесь, образующуюся при скрещиваны Equisetum аг- vense и limosum.
3535Въ группе хвойныхъ (Coniferae) за последнее время указано до семи помесей; а это не мало, если вспомнить, что въ Европе имеется лишь 41 видъ этого семейства. Особенно интересна помесь Juniperus Kanitzii, происходящая при скре-
35
35
щиванш Juniperus communis и sabinoides, такъ какъ оба родителя сильно отличаются другъ отъ друга формой своихъ иглъ.
Среди злаковъ наблюдается сравнительно мало помбсей. Больше всего ихъ между вейниками (Calamagrostis). Замечательно, что большинство помбсей злаковъ образовались скрещивашемъ видовъ различныхъ родовъ, какъ, напр., изъ Festuca и Lolium, Triticum и Elymus, Triticum и Aegilops. Помесь, известная подъ именемъ Aegilops triticoides, образовавшаяся изъ Aegilops ovata и Triticum sativum, равно какъ и Aegilops speltaeformis, возникшая отъ новаго скрещиватя Aegilops triticoides и Triticum sativum, — были въ свое время предметомъ живыхъ и страстныхъ обсуждешй и немало способствовали разъяснению взглядовъ на помеси. Въ противоположность злакамъ группа осокъ заключает^ довольно много помесей; таковыя известны въ роде Carex изъ различнейшихъ местностей.
Среди лилейныхъ и косатиковыхъ указано немного дикорастущихъ помесей, но темъ многочисленнее помеси орхидей, какъ въ среднихъ широтахъ, такъ и въ прибалтшской и алыпйской областяхъ. Поражаетъ большое число орхидныхъ помесей, въ образовали которыхъ принимаютъ участ!е виды, распределенные ботаниками въ различные роды. Известны, именно, помеси изъ Aceras и Orchis» Anacamptis и Orchis, Coeloglossum и Orchis, Gymnadenia и Orchis, Himantoglossum и Orchis, Serapias и Orchis, Gymnadenia и Nigritdla, Epipactis и Cephalanthera. Найденный за последнее время въ нижне-австрийской долине Эрлафъ экземпляръ гайника Epipactis speciosa, являющейся результатомъ скрещиватя Epipactis rubi- ginosa съ Cephalanthera alba, замечателенъ потому, что живо напоминаетъ по своимъ признакамъ виды, встречающееся въ весьма другъ отъ друга удаленныхъ местно- стяхъ. При ббгломъ осмотре можно, именно, принять Epipactis speciosa за растущую въ Северной Америке Epipactis gigantea или за японскую Epipactis Thun- bergii.
Относительно много помесей найдено въ группе рдестовъ (Potamogeton). Это водныя растешя съ распыляющимся цветнемъ; ко времени созревашя пыльцы цветы ихъ выставляются изъ воды. Такъ какъ они строго протерогиничны (ср. стр. 137), то автогам!я у нихъ невозможна. Скрещивашю видовъ благощиятствуетъ то, что различные виды распускаютъ цветы въ известной последовательности, при чемъ въ то время, когда одинъ видъ уже отцветаетъ, другой лишь начинаетъ цвести.
Необыкновенно многочисленны помеси у сережчатыхъ растенш, именно у дубовъ, березъ, ольхъ, тополей и ивъ. У ивъ перенесете пыльцы совершается насекомыми у другихъ вышеназванныхъ родовъ — вбтромъ. Разсматривая эту группу растенш, уместно поставить вопросъ, как1я растешя чаще даютъ помеси: те ли, которыя опыляются насекомыми, или же анемофильныя. То обстоятельство, что среди ивъ известно более сотни помесей, заставляетъ, повидимому, считать посредство насекомыхъ более благопр!ятнымъ для образовашя помесей. Однако, не следуетъ забывать, что число видовъ ивы въ прибалтшской, северной и альпшской областяхъ Европы весьма велико, тогда какъ виды березы, ольхи и дуба — немногочисленны. Если принять это во внимаше, то число помесей у последнихъ родовъ будетъ не меньше, чемъ у ивъ; потому, кажется, и среди растенш съ распыляющейся пыльцою образуется не меньше помесей, чемъ у расте- иш, пыльца которыхъ переносится насекомыми; за это говорятъ многочисленный помеси рдестовъ. Сравнеше щавелей и гречихъ, примыкающихъ къ сережчатымъ
растешямъ, изъ которыхъ первые имеютъ высыпающуюся пыльцу, а последшя — липкую, говорить за то, что у анемофильныхъ растешй помеси образуются чаще, чемъ у опыляемыхъ насекомыми; по отношешю къ числу видовъ число помесей едва ли въ какомъ другомъ роде такъ велико, какъ у щавелей, и во всякомъ случае— больше, чемъ у опыляемыхъ насекомыми гречихъ.
У гвоздичныхъ (Chryophyllaceae) поразительно то, что родъ Dianthus обра- зуетъ много помесей, а родъ Silene мало, хотя оба эти рода сходны другъ съ другомъ и въ отношены разделешя половъ, и со стороны посещешя цветовъ преимущественно бабочками. Необыкновенно многочисленны помеси въ роде ф!алки (Viola). Многочисленный ф!алки, считавппяся раньше „переходами" и дававппя поводъ систематикамъ разсматривать целый рядъ видовъ за одинъ видь, въ действительности оказались помесями. То же обнаруживается и у родственнаго фiaл- камъ ладанника (Cistus): некоторый изъ его помесей такъ распространены въ южной Европе, что ботаники описывали ихъ прежде какъ виды.
Что касается крестоцветныхъ растешй, то здесь, къ удивлешю, совсемъ не наблюдается въ природе помесей среди столь многочисленныхъ однолетнихъ видовъ этого семейства. Но также весьма мало помесей известно и среди многолет- нихъ видовъ; исключеше представляют лишь роды Roripa, Barbarea и Draba. То же наблюдается и среди лютиковыхъ (Ranunculaceae). Съ полной достоверностью указано очень немного помесей среди обильно расчлененныхъ родовъ Aconitum, Helleborus и Ranunculus; напротивъ, въ родахъ Anemone и Pulsatilla известно почти столько же помесей, сколько и видовъ.
Роды Tilia, Hypericum, Malva, Rhamnus, Pistacia, Acer, Euphorbia, Epilobium также образуютъ много помесей; одинъ родъ кипрей (Epilobium) заключаетъ ихъ больше 50. ТЬмъ поразительнее, что обильное формами семейство зонтичныхъ (Umbelliferae) образуетъ лишь очень мало помесей. Среди многочисленныхъ пометой семейства камнеломковыхъ (Saxifragaceae) особенно следуетъ упомянуть о тЬхъ, родители которыхъ значительно разнятся и формой, и величиной. Трудно представить себе въ рамкахъ одного рода большую противоположность въ цветахъ, листве и въ общей форме роста, чемъ наблюдаемый между Saxifraga caesia и mutata, Saxifraga Aizoon и cuneifolia, Saxifraga aizoides и squarrosa; однако при скрещиваны такихъ видовъ образуются помеси.
Около 200 возникшихъ въ природе помесей, приносящихъ по большей части плоды, принадлежатъ къ семейству розоцветныхъ. Роды Geum, Potentilla, Rubus, Rosa и Sorbus прямо неистощимы въ образованы помесей. Напротивъ, семейство мотыльковыхъ, примыкающее систематически къ розоцветнымъ,—необыкновенно бедно помесями.
Эта противоположность по отношешю къ числу помесей, наблюдаемая у род- ственныхъ семействъ, повторяется и у сростнолепестныхъ растешй. Губоцветный, именно роды Ajuga, Brunella, Calamintha, Lamium, Marrubium, Mentha, Salvia и -Stachys,—богаты помесями, напротивъ бурачниковыя бедны ими. Въ последнемъ семействе только роды Pulmonaria и Symphytum образуютъ несколько гибридныхъ формъ.
Норичниковыя уже давно известны большимъ разнообраз!емъ наблюдаемыхъ среди нихъ помесей — особенно же роды Pedicularis и Verbascum, изъ которыхъ первый обнаруживает большое богатство формъ въ альшйской флоре, последшй— 35*
5485483. ВОЗНИКНОВЕНЬЕ ВИДОВЪ.3. ВОЗНИКНОВЕНЬЕ ВИДОВЪ.
548
548
3. ВОЗНИКНОВЕНЬЕ ВИДОВЪ.
3. ВОЗНИКНОВЕНЬЕ ВИДОВЪ.
въ среднихъ широтахъ. Въ одномъ только роде Verbascum известно больше полусотни формъ. Среди семейства горечавокъ, особенно среди высокорастущихъ ви- довъ Gentiana lutea, Pannonica, punctata, purpurea, найдены въ Альпахъ помеси, являюпцяся результатомъ разнообразные скрещивашй. Большую известность получили Primulaceae за значительное число помесей, находимыхъ и на вершине, и въ долинахъ горъ. Въ родахъ Androsace, Primula и Soldanella число указанныхъ ботаниками помесей превосходить число видовъ, изъ которыхъ первыя произошли. Среди вересковыхъ и брусничныхъ, хотя ихъ и немного въ Европе, наблюдаются темъ не менбе помеси изъ родовъ Erica, Rhododendron и Vaccinium.
Особенно многочисленны помеси въ семействе мареновыхъ, именно въ роде Galium. Но наибольшее число помесей даютъ сложноцветный. Въ родахъ Achillea, Carduus, Centaurea, Cirsium, Hieracium, Inula и Lappa указано уже более 300 та- кихъ формъ. Среди помесей сложноцветныхъ особенно следуетъ упомянуть Erigeron Hulsenii, который образуется при скрещиванш однолетняго, перенесеннаго изъ. Америки въ Европу, Erigeron Canadense съ многолетнимъ чисто европейскимъ ви- домъ Erigeron асег; помеси Filago neglecta, mixta, subspicata интересны темъ, что- образуются при скрещиванш однолетнихъ видовъ - родичей, что въ общемъ встречается лишь редко.
Изъ этихъ находимыхъ въ природе помесей одне наблюдались лишь въ виде единичныхъ особей, друпя и до сихъ поръ известны въ одномъ единствен- номъ экземпляре, но большинство растетъ въ блaгoпpiятныxъ местахъ * сотнями и тысячами, а немалое число распространено на широтя пространства въ безчислен- номъ количестве особей. Salvia betonicaefolia, помесь отъ Salvia nemorosa и nutans, на лугахъ семиградскаго плоскогорья местами растетъ столь же обильно, какъ и ея родители. Marrubium remotum, помесь отъ Marrubium peregrinum и vulgare^ можно найти повсюду на равнинахъ юго-восточной Европы, а также въ низменно- стяхъ Тейсы и нижняго Дуная. Roripa anceps, помесь отъ Roripa amphibia и Silvestris, встречается по всей балийской низменности; Primula digenea, происходящая отъ Primula acaulis и elatior, растетъ тысячами на горныхъ лугахъ отроговъ. восточныхъ Альпъ; Betula alpestris, помесь Betula alba и папа, въ болынихъ ко- личествахъ встречается на Юре, въ Скандинав1и и северной Россш; она образуетъ местами маленьюя заросли; Nigritella suaveolens, помесь отъ Gymnadenia сопореа и Nigritella nigra, такъ распространена въ центральныхъ Альпахъ, именно въ тирольской долине Пустеръ, что встречается сотнями эцземпляровъ на неболыпомъ пространстве альшйскихъ луговъ; Primula Salisburgensis, помесь отъ Primula gluti- nosa й minima, растетъ въ безчисленномъ количестве особей на высокихъ Альпахъ Тироля, именно на вершинахъ Муттенскаго седла и на граничащихъ съ нимъ. горахъ, отделяющихъ заднюю часть Гшницской долины отъ долины Обернбергъ.
То обстоятельство, что многочисленность помесей проявляется въ самыхъ различныхъ степеняхъ, можетъ повести къ заключенью, будто более редк!я помеси возникли позже другихъ и только потому растутъ отдельными особями, что не имели еще необходимаго времени для размножешя и распространешя. Но это воз- зреше мало соответствует действительности. Несомненно, что въ силу органи- защи цветка, разсчитанной на скрещиваше, образуются помеси, но на вопросу суждено ли имъ всемъ стать новыми видами, нельзя не ответить отрицательно. Много званыхъ, но мало избранныхъ. Только часть безчисленныхъ растительныхъ.
формъ, вновь возникающихъ ежегодно путемъ двойного скрещивашя, имбетъ возможность сохраниться, размножиться и распространиться. Первое услов!е для того, чтобы изъ помбси образовался видь, заключается въ томъ, что п о м 4 с ь должна быть плодоносна, т. е. ея цвбты, покрытые собственнойпыльцей, должны давать всхож!я сбмена. Подъ „собственной пыльцей" нужно здбсь понимать не только находящуюся въ томъ же цвбткб или на той же особи, какъ и опыляемое ею рыльце; она можетъ возникать и на цвбтахъ другой особи, лишь бы это была помбсь того же типа. Для всбхъ растешй съ цвбтами двуполыми, мнимо-двуполыми и вполнб дихогамными нужно присоединить еще другое услов!е: помбсь этихъ растешй должна появляться одновременно во многихъ особяхъ и изъ нихъ по крайней мбрб одна должна нести мужск!е цвбты, другая — женск!е. Если гдб нибудь появляется помбсь ивы, веб особи которой несутъ лишь мужсктя сережки, то размножеше при помощи ебмянъ здбсь, разумеется, невозможно. Если же сережки несутъ лишь женейе цвбты, то можетъ произойти скрещиваше съ родителями и образоваше тонеоклиническихъ помбсей; въ другихъ случаяхъ могуть возникнуть тройственный помбси, но, тбмъ не менбе, изъ плодовъ такой ивы нельзя ожидать потомства постояннаго и неизмбняющагося въ своихъ признакахъ. То же можно сказать и о татарникахъ (Cirsium), особи которыхъ несутъ или мнимо-двуполые мужеше, или мнимо-двуполые женсше цвбты (ср. стр. 280). Этимъ вполнб объясняется наблюдаемое у ивъ и татарниковъ явлеше, что они, образуя постоянно безчислен- ныя помбси, такъ рбдко даютъ формы, въ которыхъ можно заподозрить возникно- веше новаго вида. Обыкновенно веб особи помбси татарника, появляющаяся на ка- комъ-нибудь мбстб, снабжены или настоящими мужскими цвбтами (иногда мнимодвуполыми), или настоящими женскими цвбтами (иногда мнимо-двуполыми). Про- исходяпця изъ послбднихъ гонеоклиничесшя помбси встрбчаются обыкновенно въ весьма значительномъ числб особей, среди послбднихъ же гораздо чаще наблюдаются оба пола, благодаря чему онб имбютъ гораздо болбе шансовъ сохраниться.
Другое услов!е превращешя помбси въ видъ касается отношенш къ мбсту произрасташя. Если растительный видъ хорошо растетъ, даетъ на мбстб своего произрасташя большое число особей, сохраняется и обновляется тамъ въ своемъ потомствб, которое въ общемъ остается неизмбннымъ, то можно предположить, что организащя этого вида соотвбтствуетъ климату и почвб мбста произрасташя. Если такого соотвбтств!я нбтъ, то не можетъ быть и рбчи о хорошемъ произрасташя, и видъ долженъ рано или поздно погибнуть и вымереть. Такое соотвбтств!е между климатомъ и почвою и организац!ей р а стен i я, выражающейся во внбшней формб его, должно существовать и для вновь образующейся помбси, если н е м н о г i я особи ея, появившись г д б- нибудь, сохраняются на мбстахъ своего перваго поселешя, размножаются и образуютъ многочисленное потомство. Иногда такое соотвбтств!е наблюдается, иногда—оно отсутствуетъ. Въ послбднемъ случаб помбсь тотчасъ послб своего появлешя снова исчезаетъ. Но даже если помбсь по своей организацш и соотвбтствуетъ климату и почвб мбста обиташя, она должна еще выдержать борьбу съ туземными видами, особенно же съ родителями. Если эти послбдше растутъ хорошо и въ болыпомъ количествб, то удержать за собой мбсто вновь народившейся формб не легко. Только въ двухъ
случаяхъ можно предположить, что место поселешя сделается постоянной родиной для потомства помеси. Во-первыхъ, когда помесь по своимъ свой- ствамъ столь же хорошо, если не лучше, приспособлена къ месту произрастая!я, какъ и туземныя растен!я; во-втор ыхъ, если место заселен!я пом6си болбе или менее удалено отъ родителей, и на этомъ новомъ месте услов!я почвы и климата благо- пр!ятн6е для помбси, ч6мъ для родителей.
Несколько примеровъ покажутъ, что иногда услов!я образовашя видовъ изъ помесей действительно осуществляются. Въ тирольскихъ центральныхъ Альпахъ, на югъ отъ Иннсбрука, возвышаются въ передней части долины Штубай и Гшницъ могуч!я крутыя горы высотой до 2500—3000 метровъ. Подошва этихъ горъ состоять изъ кристаллическихъ сланцевъ, дальше, на среднихъ высотахъ, встречаются въ разнообразныхъ смешешяхъ слои сланца и извести, выше следуютъ известь и доломить, который ниспадаетъ крутыми стенами и образуетъ хребты и вершины горъ. На разнообразной почве среднихъ высотъ развивается необыкновенно богатая флора. Здесь растуть бокъ - о - бокъ какъ растешя, встречающаяся обыкновенно только на сланцахъ, такъ и свойственный лишь известковымъ го- рамъ. Между прочимъ, здесь встречаются на той же почве и на техъ же скло- нахъ Rhododendron ferrugineum и hirsutum, ржаво-красная и ресничатая альпш- стая розы, раступця целыми обществами. Вместе съ ними появляется и третш видъ альшйской розы Rhododendron intermedium, который произошелъ отъ скре- щивашя Rhododendron ferrugineum и hirsutum. Въ некоторыхъ местностяхъ, нанр., на восточныхъ и северныхъ склонахъ высокаго Бургшталя въ долине Штубай и па альпахъ Падастера въ долине Гшницъ, Rhododendron intermedium встречается местами чаще, ч6мъ его родители. Онъ растетъ, подобно родителямъ, на богатой перегноемъ земле, цвететъ обильно, образуетъ плоды со всхожими семенами и пе- редаетъ неизменными свои признаки потомству. Кое-где попадаются отдельный особи, которыя можно считать гонеоклиническими помесями, но главную массу зарослей альшйской розы образуютъ особи Rhododendron intermedium. Этотъ по- следшй во всемъ отвечает требовашямъ, катя можно предъявить къ виду, и, какъ систематическая единица, кажется совершенно равноправнымъ видамъ - роди- чамъ. Это можно объяснить себе следующимъ образомъ. Окраска цветовъ Rhododendron intermedium несколько Светлее, чемъ у ржаво-красной альшйской розы, и гуще, чемъ у ресничатой; это прекрасный блестящш карминово-красный цвет, благодаря которому даже издали легко различается каждая особь. Когда пчелы и шмели летаютъ за медомъ, они преимущественнно садятся на цветы Rhododendron intermedium, превосходянце красотой окраски друпе цветы, и производят простое скрещиваше. Если же насекомыхъ не случится, то происходить автогам!я. Ре- зультатомъ этихъ процессовъ является образоваше всхожихъ семянъ, изъ кото- рыхъ развивается неизменившееся потомство. На техъ местахъ, где къ богатой наземомъ почве примешиваются гальки, скативпияся съ соседнихъ известковыхъ и доломитовыхъ стенъ, молодыя растешя развиваются несравненно лучше, чемъ Rhododendron ferrugineum, и не хуже, чемъ Rhododendron hirsutum. Следовательно, по отношешю къ почве Rhododendron intermedium находится въ лучшихъ услов!яхъ, чемъ Rhododendron ferrugineum, а со стороны полезнаго посещешя насекомыхъ его положеше благопр!ятней обоихъ родителей. Этихъ выгодъ, съ виду
незначительныхъ, достаточно, чтобы Rhododendron intermedium не только не осталось позади своихъ родителей въ борьбе за обладаше данными местами, но даже имело передъ ними небольшое преимущество.
Вторымъ примбромь можно привести помесь шалфея — Salvia Silvestris, родителями которой считаются Salvia nemorosa и Salvia pratensis. Она растетъ повсюду на сухихъ лугахъ въ низменности на югъ отъ Вены, именно вдоль реки Лейты, отделяющей нижнюю Австрцо отъ Венгрги. Местность представляетъ тамъ незначительный возвышешя и понижевпя. Возвышешя почвы образованы изъ щебня и глины, и тамъ, где последняя достигаеть значительной мощности, особенно на легкихъ склонахъ холмовъ, всюду встречается Salvia nemorosa, какъ составная часть растительнаго ковра. Въ низменныхъ же местахъ находится темная, богатая наземомъ, сырая земля, и тамъ образуются луга, на которыхъ Salvia pratensis растетъ роскошно и обильно. Эти двояк!я местности постепенно переходятъ одна въ другую, причемъ переходный ступени образуютъ супя луговыя пространства. Salvia nemorosa развивается дурно въ такихъ местностяхъ и потому редко можно встретить ее тамъ: для Salvia pratensis эти пространства слишкомъ сухи и она также растетъ тамъ скудно и хило. Напротивъ, для помеси ихъ, Salvia silvestris, эти супя луговыя пространства представляютъ самую благощиятную почву. Она отлично развивается здесь, цветы часто посещаются насекомыми, плоды созреваютъ почти такъ же хорошо, какъ и у Salvia nemorosa и pratensis, и всхожесть более 60%, какъ показали опыты. Поэтому, Salvia silvestris распространена на сухихъ луговинахъ; она имеетъ все признаки, связанные съ поня- йемъ о виде.
Третьимъ примеромъ послужить помесь Nuphar luteum съ Nuphar pumilum, — именно Nuphar intermedium, которая встречается въ озерахъ Шварцвальда и Во- гезовъ, разбросана по северной Германш и, увеличиваясь въ количестве, переходить въ среднюю и северную Pocciro и Швещю. Она распространена до Норбот- тена и Лапландш. На северной границе этой широкой области Nuphar intermedium встречается чаще своихъ родителей, местами — даже безъ нихъ, переходя за северный границы ихъ распространешя. Въ такихъ местахъ, разумеется, невозможно скрещиваше съ видами - родичами и образоваше гонеоклиническихъ помесей. Nuphar intermedium сохраняется и размножается тамъ, не изменяясь, и действительно образуетъ новый видъ. Какъ это произошло, мы увидимъ сейчасъ: все три Nuphar находятъ свою естественную границу на севере тамъ, где не мо- гутъ более созревать ихъ плоды. Nuphar luteum цвететъ позже прочить назван- ныхъ здесь видовъ, его плоды позже всехъ достигаютъ созреванья, а потому онъ отстаетъ прежде всехъ, т. е. находить раньше другихъ свою границу на севере, такъ какъ оба остальныхъ вида даютъ зрелые плоды и въ более холодныхъ се- верныхъ широтахъ, чего уже не наблюдается для Nuphar luteum. Но Nuphar pumilum и intermedium также различны въ этомъ отношенья. У Nuphar intermedium въ Лапландш и Норботтене плоды созреваютъ несколько раньше, чемъ у Nuphar pumilum. Чемъ дальше на северъ, темъ меньше у растеши времени для летней работы, а потому более раннее созревавае плодовъ даетъ несомненное преимущество надъ растешями, у которыхъ оно происходить позже. Для Nuphar intermedium доказано, что возникающая въ природе особи этого растенья гораздо плодоноснее, чемъ искусственно полученный съ помощью скрещивашя въ садахъ.
Коробочки выращеннаго въ кёнигс’бергскомъ ботаническомъ саду Nuphar intermedium содержали 15—18 всхожихъ сймянъ; созрйвш1я на маленькихъ озерахъ Шварцвальда заключали 38—63, а коробочки лапландскаго экземпляра имйди 41—72 всхожихъ сймянъ. Изъ этихъ фактовъ вытекаютъ два слйдств!я: во пер- выхъ, Nuphar intermedium обладаетъ наивысшей плодоносностью тамъ, гдй переходить границы распространешя своихъ родителей; во вторыхъ, если помйсь образу етъ на одномъ какомъ-либо мйстй мало плодовъ, или вовсе оказывается без- плодной, то несправедливо считать это постояннымъ присущимъ данной помйси свойствомъ.
Изъ этихъ примйровъ можно видеть, что не всегда одинаковы бываютъ тй преимущества, которыми располагаетъ помйсь передъ своими родителями, давая ей возможность сохраняться рядомъ съ родителями, размножаться и увеличивать область своего распространешя. Въ одномъ случай это — болйе красивая окраска цвйтовъ, въ другомъ — лучшее приспособлеше къ почвеннымъ услов!ямъ, и, нако- нецъ, въ третьемъ — болйе раннее созрйваше плодовъ — относительно лучшее приспособлеше къ суровому климату. Конечно, этимъ еще не исчерпываются вей возможный преимущества, и въ различныхъ случаяхъ можно указать на образова- ше помйсей, развивающихся лучше своихъ родителей въ болйе мягкомъ, болйе сыромъ, болйе сухомъ климатахъ и т. д. Очевидно, что изъ вейхъ разематри- ваемыхъ преимуществъ помйсей надъ родителями наиболйе важны тй, которыя связаны съ климатомъ, и можно ожидать, что образоваше видовъ изъ помйсей чаще всего происходить вслйдств!е именно этихъ преимуществъ.
Весьма мало оцйненъ тотъ фактъ, что громадное число помйсей найдено не въ тйхъ мйстностяхъ, гдй оба вида-родича расту тъ другъ подлй друга одинаково обильно, но тамъ, гдй одинъ или другой видъ-родичъ, вслйдств!енеблагопр1ятныхъ услов!й климата, встрйчается лишь скудно и находить границу своего распространен!я. Также и мйстности, въ которыхъ соприкасаются границы распространешя многихъ видовъ, являются средоточ!емъ безчисленныхъ помйсей. Въ Европй такую мйстность образуетъ пограничная область балийской и понтш- ской флоры, тй полосы земли, гдй встрйчаются предвйстнпки балийской и среднеевропейской флоръ, а особенно нижняя граница альшйской флоры. Въ этихъ пограничныхъ областяхъ находятъ отдйльныя помйси почти всегда въ большомъ чиелй особей; это объясняется тймъ, что здйсь задерживается или сильно ограничивается скрещиваше помйсей съ родителями, а вмйстй съ тймъ ограничивается и возможность постепеннаго возврата въ поелй- дующихъ поколйшяхъ къ типу родителей. Тамъ, гдй отдйльныя особи помйси цвй- тутъ среду тысячъ индивидовъ родителей, весьма велика вйроятность, что ихъ рыльца будутъ покрыты пыльцей родителей; но эта вйроятность тймъ болйе уменьшается, чймъ меньшее число цвйтущихъ особей родителей встрйчается на мйстй произрасташя помйси. Ей преимущественно предоставляется лишь собственная пыльца, а разъ оплодотвореше совершается на ея счетъ, размножеше и распро- странеше помйси обезпечено.
Съ этимъ связано и то явлеше, что иногда вблизи помйсей, превратившихся въ виды, одинъ изъ видовъ-родичей вовсе не находится иди даже вымеръ. Самое ничтожное измйнеше климатическихъ уело-
вш можетъ вызвать вымираше особой родителя, растущихъ на границе распро- странешя далеко не обильно и не роскошно; тогда рядомъ съ помесью можно встретить лишь другого вида-родича; да и тотъ, быть можетъ, не такъ хорошо приспособленъ, какъ помесь, вследств!е измененныхъ соотношешй. Для объяснешя относящихся сюда случаевъ выбраны четыре примера — два взяты съ востока Европы, два — съ запада.
При скрещиваши Epilobium alsinefolium и Epilobium palustre возникаетъ помесь, хорошо развитыя семяпочки которой, оплодотворенный собственной пыль- цей, даюта всхож!я семена. Выращенный изъ семянъ особи уже не имеюта техъ признаковъ, какими обладали растешя, давппя эти семена. Эта помбсь растетъ вместе со своими родителями въ Исполинскихъ горахъ и получила наименоваше Epilobium scaturiginum. Она распространена на границахъ Венгрш и Семиград1я и встречается очень часто у источниковъ и около ручьевъ по близости горнаго хребта. Но въ этой местности растетъ лишь одинъ изъ видовъ-родичей, именно Epilobium palustre. — Brunella hybrida есть помесь Brunella laciniata и Brunella vulgaris. Въ области венскаго леса) она очерь распространена и местами встречается чаще своихъ родителей. Въ Моравш же и Богемш она находится и въ техъ местахъ, где одинъ изъ родителей, Brunella laciniata, отсутствуетъ на широкомъ пространстве. — Primula brevistyla или Primula variabilis есть помесь Primula acaulis и officinalis. Этотъ первоцвета „семяпостояненъ" и распростра- ненъ почти по всей Европе вместе съ своими родителями. Въ некоторыхъ же местностяхъ Франщи онъ встречается и тамъ, где совершенно отсутствуюта тотъ или другой, или даже оба родителя. — Linaria stricta представляетъ помесь L. striata и L. vulgaris. Въ западной Европе она встречается во многихъ местахъ вместе со своими родителями; но въ южной Франщи, именно въ окрест- ностяхъ Монпелье, она находится лишь вместе съ Linaria striata; другой же родичъ, Linaria vulgaris, отсутствуетъ въ этой местности.
Позже представится еще случай объяснить, какъ изменяются пограничный лиши целыми флорн вследств!е перемени, претерпеваемыхъ климатомъ какой- либо местности съ течешемъ времени. ,Эти передвижешя границъ обыкновенно результата незначительными, очень медленными странствовашй растешй, обра- зующихъ известную флору. Передвижеше совершается всегда въ направлеши техъ мбстъ, климатичесшя услов!я которыхъ лучше всего соответствуют» орга- низащи растешй, покидающихъ свою родину; смотря по причине, побуждающей къ передвижению, одинъ и тотъ же видъ можетъ то податься впереди, то отодвинуться назадъ. Странствоваше различными растешй известной флоры не пред- ставляета какъ бы общаго массоваго движешя; некоторые виды совершенно поки- даюти родину и переселяются въ новыя, более или менее отдаленный места; друпе остаются на отдельными благор!ятныхъ местахъ своего прежняго отечества, какъ на острове; третьи, наконецъ, не выдерживаюта нeблaгoпpiятныxъ новыхъ условш и трудностей передвижешя, а поэтому — вымираютъ. Tanin передвижешя флоръ имбюта своимъ следств!еми, само собой разумеется, ‘разнообразный изме- нешя въ общественныхъ отношешяхъ растешй, а особенно въ совместноми при- сутствщ помесей и ихи родителей. Можетъ случиться, что оба родителя остаются
позади, тогда какъ помесь ихъ продвигается впередъ; можетъ быть также, что помесь отстаете отъ своихъ родителей, которые движутся впередъ; наконецъ, можно предположить и то, что одинъ или оба вида - родича помеси подвергаются вымирание. Такими передвижешями можно объяснить следующее явлеше: виды, на которые можно смотреть съ точки зрешя ихъ признаковъ, какъ на помеси отъ двухъ другихъ видовъ, населяютъ иногда область, отделенную отъ области распространен!я ихъ вброят- ныхъ родителей и часто довольно сильно удаленную отъ нея. Щавель, Rumex Patientia, со стороны своихъ признаковъ производить впечатлите пом4си отъ Rumex aquations и Rumex crispus. Онъ встречается дикорастущимъ въ Венгры и Босны — въ местахъ, где нете ни Rumex aquaticus, ни Rumex crispus. Въ Герцеговине довольно часто встречается одинъ видъ Micromeria, которая была названа моимъ товарищемъ по профессы Micromeria Kerneri. По своимъ признакамъ она является какъ-бы помесью отъ Micromeria graeca и Micromeria Juliana. Но ни одна изъ этихъ последнихъ не растетъ теперь въ Герцеговине. Оба предполагаемые родителя встречаются лишь въ земляхъ Далмацы, тянущихся на западъ отъ Герцеговины и населенныхъ средиземноморской флорой.
После того, какъ можно считать доказаннымъ образоваше видовъ изъ помесей, или другими словами образоваше новыхъ видовъ вследств!е двоякаго скрещивашя,— возникаете вопросъ, не ведете-ли къ той-же цели какой-нибудь другой путь. Обсуждая этотъ вопросъ, надо иметь въ виду, что всякое длительное, переходящее на потомство изменеше внешней формы предполагаете изме- Henie въ строены протоплазмы, и что, судя по опытамъ, изменение поражаете исключительно тотъ протопласте, который, будучи скрыть въ семяпочке, ждете оплодотворения со стороны сперматоплазмы. Толчокъ къ изменению этого протопласта можетъ исходить только изъ сперматоплазмы; следов., всяк!я размышле- юя объ образованы новыхъ видовъ ведут къ вопросу, можете-ли припростомъ скрещиваны и при автогамы сперматоплазма, стремящаяся къ ооплазме, испытать, благодаря внешнимъ влiянiямъ, изменешя,— и при томъ столь глубошя, что они отразятся разнымъ образомъ и на ооплазме. Насколько до сихъ поръ простираются наблюдешя, такихъ случаевъ пока неизвестно. Темъ не менее, я не могъ-бы совершенно отрицать возможности такого случая, что специфическое строеше сперматоплазмы будетъ изменено вслед- ств1е какихъ-либо внешнихъ вл!ян!й во время своего разви- т!я— въ пыльце-ли, или въ антерид!яхъ, или по-пути къ семяпочке, т. е. къ ооплазме, и что вследств!е этихъ изменен!й потомство пр!обрететъ форму, постоянно уклоняющуюся отъ материн- скаго растен1я.
Доказанъ безчисленными опытами и стоите вне всякаго сомнешя тотъ фактъ, что изменешя формы, непосредственно вызванныя вл!яшемъ почвы и климата, не передаются наследственно, и что все различ!я, прюбретенныя потом- ствомъ, происходят вcлeдcтвie процесса оплодотворешя; т. е., другими словами, новые виды могутъ возникать исключительно, какъ результатъ оплодотворен!я. Этимъ разрешается трудная загадка смены поколешй и вопросъ: зачемъ вообще растешя цветут й приносят плоды. Цветен1е и оплодотворен!е делаютъ возможнымъ образован!? новыхъ видовъ.
Размножен!© и распространен!© растенш можете совершаться путемъ отводковъ, и, действительно, эти процессы практикуются и природой, и людьми въ широкомъ масштабе. Но растешя, ростки которыхъ обязаны своимъ происхождешемъ отводкамъ, остаются неизменными, и такимъ путемъ не возникало новыхъ формъ. Представимъ себе местность, населенную растешями, которыя неспособны изменяться и размножаются исключительно путемъ отводковъ; если въ такой области произойдете изменен!© климата, то виды, форма которыхъ не соответствуете» более новымъ услов!ямъ, покинуть свои места и подвергнутся вымиранью, осво- бодивппяся такимъ образомъ места не будутъ, весьма вероятно, замещены, такъ какъ кругомъ, и въ этой области, и по соседству, не найдется потомковъ, лучше приспособленныхъ къ новымъ услов!ямъ. Если же такая местность населена растешями, которыя размножаются также половымъ путемъ и производить вслед- ств!е скрещивашя потомство съ измененными формами, то весьма вероятно, что среди многихъ вновь появившихся формъ найдутся й так!я, которыя при изменившемся климате займутъ места перекочевавшихъ и вымершихъ видовъ, такъ какъ они лучше приспособлены къ новымъ услов!ямъ.
Только съ этой точки зрен!я можно объяснить смбну поко- лен!й, двудомность — разделен!е половъ, замечательно© явлен!е дихогам!и и все друг!я удивительный приспособлен!я цветовъ, которыя преследуютъ ту цель, чтобы въ начале цветен!я дать место двойному скрещиван!ю и, только если это последнее не происходить, допустить простое скрещиван!е, гейтоногам!ю, автогам!ю и клейстогам!ю. Вследств!е такихъ приспособлены образуется все больше и больше новыхъ особей и накапливается огромный запасъ формъ, приспособленныхъ къ самымъ различ- нымъ состоян!ямъ почвы и климата. Пока не происходить изменены климата, огромное большинство этихъ формъ имеетъ весьма мало шансовъ сохраниться и получить права вида среди растены, прочно сидящихъ на своихъ местахъ. Когда же наступаютъ кли- матическ!я изменен!я и вследств!е этого прежны комплексъ растительныхъ видовъ редеетъ, когда растен!я, более приспособленный къ прежнимъ услов!ямъ жизни, оставляютъ места вслед- ств!е изменен!я жизненныхъ условы,— тогда пр!обретаютъ свое истинное значен!е новыя формы, возникш!я половымъ путемъ — именно те, которыя лучше всего приспособлены къ новымъ жизнен- нымъ услов!ямъ, занимаютъ оставленный места и превращаются тамъ въ новые виды.
Происхождеше видовъ.
Виды растешй древнихъ временъ, находимые въ окаменеломъ состояши, являются не только предшественниками, но и предками живущихъ теперь видовъ. Къ концу техъ пер!одовъ времени, которые наука различаете какъ геологическ!© перюды, равно какъ и въ начале ихъ, н© наблюдается ни общаго исчезновешя, ни общаго обновлешя организмовъ. Изменен!я живой природы совершаются, какъ и изменешя мертвой земной коры, постепенно, въ медленныхъ переходахъ, и
непрерывная связь организмовъ настоящего и прошлаго есть лишь особая форма приложимаго ко всей природе закона сохранешя энергы и матеры.
Въ этихъ заключешяхъ, касающихся происхожденья живущихъ теперь ра- стены, не встречается существенной разницы мнешй среди современныхъ естествоиспытателей. Темъ бол^е расходятся и теперь воззрешя на причины разно- образ!я растительныхъ формъ. Не следует, впрочемъ, удивляться этому, такъ какъ при обсуждены этого вопроса мы лишь частью находимся на почве опы- товъ и въ нашихъ умозаключешяхъ и выводахъ весьма много уделяемъ догадкамъ. Но въ техъ случаяхъ, где умственной спекуляцы открыты окна и двери; доказанное не всегда отделяется отъ недоказаннаго такъ строго, какъ это желательно. Отдельные факты пр!обретаютъ слишкомъ часто значеше, какого они не заслуживают, и, что хуже всего, замалчивается существоваше широкой и мрачной пропасти въ нашей науке, или утверждается, что черезъ эту пропасть можно легко перескочить. Ее и перескакивают действительно, но словами ничего незначущими и только научно звучащими и пустыми фразами, которыя, будучи высказаны съ соответствующей уверенностью, въ первую минуту смущают, а затемъ оставляют после себя горькое разочароваше и отрезвлеше.
Обусловленное такими преувеличешями недовер!е ко всему, относящемуся къ происхожденью видовъ, не помешает намъ разсмотреть въ короткихъ словахъ относящаяся сюда теоры и особенно обсудить различный воззрен!я на причины превращешя видовъ прежняго времени въ современный формы.
Согласно одному широко распространенному воззрешю, перемена въ жиз- ненныхъ услов!яхъ непосредственно может быть причиной превращешя видовъ. Измененный услов!я жизни вызывают въ растеши новыя потребности, которыя и производятъ преобразоваше органовъ. Органы нужные делаются сильными, благодаря употребление, они развиваются дальше и увеличиваются; друпе же, вслед- CTBie неупотреблешя, уменьшаются въ размерахъ, хиреют и исчезают. Вначале невидимыя и ничтожныя, эти изменешя съ течешемъ времени усиливаются и, суммируясь, складываются другъ съ другомъ. Они сохраняются наследственно въ потомстве — и темъ настойчивее, чемъ больше число следующихъ другъ за другомъ поколбны, которыя были подвержены измененнымъ услов!ямъ. Противъ этой теоры, известной подъ именемъ теор!и приспособлен!я, было сделано множество важныхъ возражений. Прежде всего было принято въ соображеше, что какъ въ природе, такъ и въ садахъ появляется лишь одна или несколько особей, но никогда не все особи вида, съ измененными признаками, передающимися потомству. Если бы новые признаки непосредственно обусловливались почвой или кли- матомъ, то все особи, подверженный одинаковымъ услов!ямъ, испытали бы на себе эти изменешя, которыя сказались бы и на общемъ потомстве. Противо- penie, заключающееся въ этой попытке объяснешя, состоит въ след.: съ одной стороны предполагается, что фундамент внешней формы, т. е. специфическое строеше протоплазмы, может изменяться благодаря большему или меньшему количеству тепла, света, сырости и т. д., а вместе съ темъ тут же принимают, что разъ прюбретенные новые признаки удерживаются съ болыпимъ упорствомъ. Продолжительность вл!ян1я, которому придают такую важность некоторые изсле- дователи и въ особенности неспещалисты, совершенно не имеет значешя въ этомъ вопросе. Если изменеше происходит вследств!е притока других^ пита-
тельныхъ средствъ, благодаря вл!яшю тепла или холода, света или темноты, влаж ности или сухости, то оно тотчасъ же должно проявиться въ подрастающихъ ра- стешяхъ, такъ какъ изменено растеия относится къ измененью жизненныхъ услов!й, какъ следств!е къ причине. Если перестаетъ действовать причина, то прекращается и следств!е, безразлично черезъ годъ или черезъ сто летъ. По большей части эту теор!ю приспособленья колеблютъ результаты опытовъ, поста- вленныхъ собственно для разрбшеия ею вызванныхъ вопросовъ. Изъ нихъ вы- текаетъ, что изменивппяся жизненныя условья могутъ производить известныя изменена въ растеияхъ, но они не передаются потомству и не делаются наследственными, и что вл!ян!я климата и почвы не обусловливают существенныхъ превращенш специфическая строеня протоплазмы. Названный условья могутъ вызвать болбзнь и смерть известныхъ растеий, но не могутъ вызвать даже ничтожная наследственная изменеия. Сколь бы ни была значительна роль, которую играет почва и климат въ борьбе видовъ и ихъ зачатковъ за существо- ване, сколь ни велико значене, какое имеют внешня отношена разновидностей, равно какъ на распределено и передвижеие растеий, но для непосред- ственнаго побужден!я къ образована новыхъ наследственныхъ признаковъ, а въ особенности для превращен!я видовъ, смена жизненныхъ услов!й не имеет значен!я. ч
Другая теор!я, предметомъ которой авляетса происхождеше и превращено видовъ, известна подъ именемъ теор!и совершенствован!а. Она основы- ваетса на томъ положени, что побудительнаа причина къ превращение дана въ присущемъ всемъ видамъ стремлеши совершенствоваться. Она переходить далеко за границы, устанавливаемый оПытомъ, основывается на предположеияхъ, выводить следств!я преимущественно метафизической природы, и лишь частью соприкасается съ результатами естественно-научныхъ изследоваий. Она предполагает, что путемъ первичная зарождошя образуются отдельные живые протопласты, которые могутъ собственной властью изменять свое строене; она предпо- лагаетъ, что этимъ изменеиямъ предначертаны совершенно определенные пути, что эти последив ведутъ всегда въ восходящемъ направлени отъ ступени низ- шихъ существъ къ ступени более совершенныхъ; она заключает, что несовершенный живыя существа съ течеиемъ времени необходимо переходить въ выше организованный и более совершенный.
Первое предположено этой теорш касается первичнаго зарожден!я. Вопросъ заключается въ следующемъ: можетъ ли образоваться живой протопласт изъ неорганическихъ веществъ безъ содейств!я уже существующихъ жи- выхъ организмовъ? Само собой разумеется, этот вопросъ относится не только къ прошлому, но также къ настоящему и будущему, такъ какъ то, что могло произойти когда-то, можетъ произойти и теперь, и позже: силы природы были во все времена одинаковыя и останутся такими же вечно по закону сохранеия энерпи и матерш. При обсужденш этого вопроса можно разсуждать только о томъ, въ состояли ли произойти изъ неорганическихъ веществъ ничтожный ко- мочекъ протоплазмы, у которая тотчасъ после возникновеня является способность увеличиваться на счет питан!я изъ окружающей среды, развиваться и, однимъ словомъ, проявлять въ себе все движен!я, который представляются нашему чувствующему сознанью, какъ жизнь. После того, какъ удалось получить въ
химической лабораторш изъ амм!ака, углекислоты и воды органически вещества (муравьиную кислоту, мочевину, сахаръ и др.), которыя, какъ думали, образуются въ растительныхь клеткахъ лишь всл^дств!© деятельности живой протоплазмы, естествоиспытатели считали уместнымъ сделать предположете, что так!е процессы могутъ иметь место и въ свободной природе независимо отъ уже суще- ствующихь живыхъ растенш. Представляли себе, что эти соединешя могутъ образовываться при помощи свободныхъ силъ природы и группироваться такъ, какъ это происходить внутри растительной клетки. Указывалось на стремлеше матерш скучиваться, играющее такую важную роль въ неорганической природе, и особенно — на сходство между образовашемъ кристалловъ и образовашемъ из- вестныхъ клетокъ. Вспоминали и, такъ называемый, мелкоземъ, который поглощаем газы, вбираем воду въ различныхъ количествахъ, изменяем растворы солей, осаждаем определенныя составныя части изъ этихъ соляяыхъ растворовъ и упорно удерживаем ихъ, а также, что особенно удивительно, усиливаем химическое сродство некоторыхъ просто составленныхь телъ. То было время, когда главное значеше придавали химическому составу протоплазмы и думали: было бы дано вещество, а изъ него можно будем образовать клетку, какъ кристаллъ. О тончайшемъ строенш тонкаго клеточнаго тела, особенно же клеточнаго ядра, имели лишь весьма смутное представлеше. И для объяснешя всехъ движенш, которыя проявляются въ видЬ жизни, считали достаточными те силы, источни- комъ которыхъ служам неорганически тела, отрицая широкую пропасть, существующую между мертвой и живой природой.
Опыты, относящееся къ первичному зарожденпо, все привели къ отрицательному результату. Однако этимъ, конечно, не доказана невозможность пер- вичнаго зарождетя, такъ какъ всегда можно сделать возражете, что неоргани- ческ!я вещества находились при этихъ опытахъ не въ надлежащемъ соединенш и въ неблагопр!ятныхъ отношешяхъ къ действующимъ силамъ. Съ другой стороны, изъ того факта, что во всехъ точно установленныхъ случаяхъ образовате живыхъ существъ можно было свести къ деленпо уже существующим организмовъ — нельзя выводить доказательства тому^ что первичное зарождеше невозможно. Такъ какъ къ этому вопросу нельзя подойти на основанш опытовъ и эти последше здесь устраняются, то естествоиспытатели должны опираться на соображен!яхъ другого рода.
Большинство ученыхь исходить изъ той мысли, что первое органическое существо возникло путемъ первичнаго зарождешя, ибо жизнь должна была иметь когда-то свое начало. Но это совершенно не соответствуем тому м!ровоззрешю, какое я составилъ себе. Мой символъ веры исповедуем, что всякая матер!я одарена силой, что матер!я и сила — вечны, а также, что та сила природы, которая проявляется въ матерш какъ жизнь, — вечна. Допытываться о первомъ воз- никновенш живыхъ существъ такое же праздное занято, какъ и попытка определить время, когда возникли золото, железо и углеродъ, или дознаться, когда впервые сила тяжести и свем начали действовать. Гипотеза Канта и Лапласа о происхожденш нашей планетной системы не должна поколебать этого представлешя ). Предположеше, что весь земной шаръ находился когда-то въ огненно-жидкомъ
состояши, исключающемъ всякую жизнь, есть не единственное слабое мйсто этой гипотезы; не гипотеза о вечности жизни, но воззрйше объ огненно-жидкомъ со- стояши нашей планеты должно будетъ подвергнуться исправлешю.
Второе предположеше теорш совершенствовашя заключается въ томъ, что въ растешяхъ, возникшихъ путемъ первичнаго зарождешя, живеть способность и стремлеше собственной своей силою изменять свою внутреннюю организацпо и соответственно съ этимъ свою внешнюю форму; это положен!е настолько подробно опровергнуто сообщенными въ предыдущей главе фактами, что кажется излиш- нимъ еще тратить* слова на это. Я ограничусь замечашемъ, что совершенно невозможно дать естественное объяснеше такому процессу. Всякое изменеше пред- полагаетъ какой-нибудь толчокъ. Должны быть расшатаны или изменены основы, необходимый для данной формы, рели образуются новыя формы. „Внутреншя причины", „внутреннее стремлеше", „стремлеше къ превращешю", „тенденщя къ дифференцировке", „стремлеше совершенствоваться", „принципъ совершенствовашя"—все это слова, съ которыми ничего не съумеетъ начать естествоиспытатель при попытке объяснить изменешя естественнымъ путемъ съ помощью механической работы. Также неверно и сравнеше съ метаморфозомъ, который происходить съ отдельной особью и представляется, какъ смена формы на разныхъ сту- пеняхъ возраста; ибо метаморфозъ повторяется въ каждомъ виде неизменно по известному плану, предначертанному въ специфическомъ строены протоплазмы. А что протоплазма какого-нибудь вида можетъ, безъ толчка извне, по собственной своей силе, постепенно изменять планъ строены, это противоречить всемъ сведе- шямъ о закономерности дМствы естественныхъ силъ. Даже жизненная сила, представляемая какъ покоющаяся энерпя въ протоплазме, можетъ, превратившись въ живую силу, дать начало только такимъ движешямъ, которыя вытекаютъ изъ спе- цифическаго строенья протоплазмы.
Теперь остановимся на предположены, что стремлеше къ измбненпо формы есть вместе съ темь стремлеше къ совершенствована. Въ чемъ должно заключаться у растены совершенствоваше? Профану деревья съ красивыми цветами и вкусными плодами кажутся более совершенными, чемъ низшя травы съ невзрачными цветами или зеленыя нитевидныя спирогиры, лишенный цветовъ. Предста-
вители теорш совершенствовашя говорятъ, что наибольшее совершенствоваше заключается въ разнообразнЬйшемъ расчлененш формы и въ возможно дальше провед енномъ раздалеши труда; этимъ они собственно не покидаютъ точки зрЪшя толпы. Расчленеше формы и раздЬлеше труда проведено, конечно, у апельсино- ваго дерева дальше, чЬмъ у спирогиръ, живущихъ въ озерахъ и прудахъ. Но не слЬдуетъ забывать, что расчленеше растительнаго тбла на всевозможный ткани, образоваше древесины, луба и пробки на стволахъ, появлеше утолщенныхъ клЬ- токъ кожицы, устьицъ и волосковъ на листвб, развийе красящихъ и хроматиче- скихъ веществъ въ лепесткахъ цвЬтовъ и сладкихъ соковъ въ тканяхъ плодовъ — находятся въ связи съ мЬстомъ произрасташя соотвбтствующихъ растеши. Подъ водой апельсиновое дерево играло-бы весьма жалкую роль; несмотря на высокое расчленеше тканей, оно было-бы организовано дурно и вовсе несовершенно, между тЬмъ какъ лишенный древесины, устьицъ и лепестковъ спирогиры и бурыя водоросли, у которыхъ за то появляются друпе органы, находятся здЬсь на м^стЬ. Для толпы при суждешяхъ о степени совершенства играетъ важную роль величина растешй. Высокое растеше производить впечатл-Ьше болЬе совершеннаго, чЬмъ низкое. Но и примбнеше этого масштаба не даетъ удовлетворительнаго результата: достаточно указать, что водоросли южныхъ морей не уступаютъ въ вы- сотЬ нашимъ лЬснымъ деревьямъ. Въ отношеши разнообраз!я въ строеши отдЬль- ныхъ клЬтокъ мнопя споровыя растешя, видимыя только подъ микроскопомъ, за- нимаютъ высшую ступень, чЬмъ цветковый растешя; если этому обстоятельству придавать особенное значеше, то д!атомовыя и десмидаевыя водоросли — сл'Ьдуетъ считать организованными выше н-Ькоторыхъ однол'Ьтнихъ сложноцвЬтныхъ. Если предполагать существующимъ непрерывное совершенствоваше, то слЬдуетъ установить, какой растительный видъ стоить, какъ наиболее совершенный, на вер- шинЬ этой лестницы ступеней, или, по крайней Mipt,—какая растительная группа уже достигла наивысшаго совершенства; будутъ-ли это магнол!и, орхидеи, сложно- цвЬтныя, лютиковыя, мотыльковыя, померанцы и т. д. Кто хоть немного занимался изсл^довашемъ строешя этихъ растешй, долженъ согласиться, что никакая оценка невозможна въ этомъ отношеши. Въ ботаническихъ произведешяхъ, разумеется, какая-нибудь группа растешй должна быть описана и истолкована въ начале и другая въ конце, но этимъ еще не сказано, что последняя и есть самая совершенная; можно указать на то, что различные ученые начинаютъ и оканчи- ваютъ свои сочинешя по систематике различными растительными группами.
Здесь напрашивается вопросъ, почему рядомъ съ растешями, уже достигшими высшаго совершенства, существу етъ еще много „низшихъ“, несовершенныхъ ра- стешй. Приверженцы теорш совершенствовашя принуждены делать смелое пред- положеше, что первичное зарождеше существовало во все времена, что оно имеетъ место и теперь, и благодаря этому во всякое время находятся все формы органи- защи отъ низшихъ до самыхъ высшихъ, отъ несовершенныхъ — до высоко орга- низованныхъ. Почему же все еще и еще происходить первичное зарождеше и издавна начавшееся совершенствоваше вновь возникшихъ организмовъ, если м!ръ и безъ того населенъ уже совершенными и законченными растешями, это не объясняется. Метафизикъ можетъ также поставить вопросъ, какую цЬль преслЬдуетъ это совершенствоваше растешй. Какая цЬль должна быть достигнута тбмъ, что изъ мха разовьется папоротникъ, изъ злака—гвоздика, изъ крапивы—фиговое дерево?
На веб эти вопросы не можеть дать удовлетворительныхъ отвбтовъ ни опытное, ни спекулятивное изслбдоваше. Такимъ образомъ, теор!я совершенствовашя такъ же мало, какъ и теор!я приспособлешя, годна для объяснешя тбхъ измбнешй, который испытываютъ растешя во времени.
Третья теор!я опирается на тбхъ опытныхъ данныхъ, кашя даетъ современная наука, и можеть быть выражена слбдующимъ положешемъ: веб наблюдаемый въ потомствб измбнешя формы происходить вслбдств!е скрещивашя, т. е. вслбд- cTBie смбшешя двухъ строешй различныхъ протопластовъ. Эта теор!я, которую можно назвать те орiей смбшен!я, была подробно обоснована въ предшествующей главб. Она предполагаеть, что издавна существовали многочисленный разно- образныя растительныя формы, что и подтверждается фактически на окаменблыхъ остаткахъ. Все, что сохранилось отъ растеши болбе раннихъ першдовъ, ясно ука- зываетъ на существовавшее во веб времена громадное разнообраз!е растительныхъ формъ, населявшихъ землю. Поэтому, нбтъ надобности въ развиты, нужно лишь преобразоваше, перечеканка прошлаго. Преобразоваше же выполнялось такимъ образомъ, что возникали зачатки новыхъ видовъ вслбдств!е смбшешя уже суще- ствовавшихъ. Благодаря перюдически наступавшимъ смбнамъ климатическихъ условы, области заселешя растешй испытывали разнообразный нередвижешя, и въ этихъ благопр1ятныхъ обстоятельствахъ тб зачатки видовъ, которые лучше всего соотвбтствовали измбнившимся услов!ямъ, действительно фактически превращались въ новые виды. Они помбщались среди растительнаго покрова на мбстахъ своихъ вымершихъ родителей и принимали на себя тб роли, который раньше играли ихъ предки. При сравнены растешй болбе поздняго перюда съ тбми, который дошли до насъ изъ болбе ранней эпохи въ окаменбломъ достояны, получается впечатлбвте, что виды преобразованы или перечеканены. Даже въ точномъ смыслб здбеь имбло мбсто преобразоваше, но оно нослбдовало не вслбдств!е не- посредственнаго вл!яшя измбнившагося климата, какъ это принимаетъ Teopin приспособлешя, и не вслбдств!е присущаго видамъ принципа совершенствовашя — по второй теоры, но благодаря измбнешю специфическаго строешя протоплазмы, обусловленному скрещивашемъ. Значеше происшедшаго такимъ путемъ преобразова- шя видовъ заключается въ томъ, что этимъ изббгается существовав!© незанятыхъ пространствъ въ растительномъ покровб при климатическихъ измбнешяхъ и уничтожается нарушеше въ отношешяхъ смбны различныхъ видовъ, составляющихъ растительный покровъ. Бактеры и плбеени, мхи и лишаи, папоротники и злаки, пальмы и хвойныя, веб они исполняютъ свою особую задачу въ шрб растешй, разематриваемомъ какъ великое органическое цблое, и веб растительныя формы до извбетной степени зависятъ другъ отъ друга. Ни одна изъ нихъ не можетъ быть уничтожена безъ вреда для цблаго, и вымираше одной изъ этихъ формъ безъ соотвбтствующаго замбщешя могло-бы принести вредъ растительному Mipy, взятому въ цбломъ. Этотъ вредъ изббгается лишь тбмъ, что въ каждомъ родб всегда и повсюду съ помощью скрещивашя производится изъ уже существовавшихъ растительныхъ видовъ запасъ новыхъ растительныхъ формъ. Изъ этихъ замбчашй можно также заключить, что превращеше мха въ папоротникъ, папоротника въ хвойное растеше, злаковъ въ гвоздику и т. д., которое принимается теор!ей совершенствовашя, было-бы для общей совокупности растительнаго Mipa вреднымъ явлешемъ, а тбмъ болбе не могло-бы считаться совершенствовашемъ. ^
3636Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растешй, т. П.
36
36
Здесь следуетъ ясно установить, что происходящая путемъ скрещивашя новый растительный формы не разсчитаны для определенныхъ отношешй, или, другими словами, что оне не являются планомерно подготовленными для ожидаемыхъ изменешй климата. Некоторый изъ нихъ образованы такъ, что не могутъ существовать ни въ более суровомъ, ни въ более мягкомъ климате; подобный растительный формы, разумеется, не имеють будущаго. Могутъ сохраниться, размножиться и стать твердой ногой только так!я формы, который по своей внутренней организация и внешнему виду соответствуют даннымъ услов!ямъ места произра- статя, именно — господствующему тамъ климату. Те же растительный формы, строеше которыхъ делаетъ невозможнымъ здоровое течете жизни при существую- щихъ внешнихъ услов!яхъ, погибаютъ; ихъ побеждаютъ, давять и теснятъ расте- шя, оказавппяся способными къ жизни, благодаря чему получается впечатлеше борьбы различныхъ растительныхъ формъ за свое существоваше. Растешя, нахо- дящ!яся въ соответствш съ существующими жизненными услов!ями, оказываются въ этой „борьбе за существоваше" победителями, сохраняются, размножаются и удерживаютъ за собой поле, на которомъ выиграли борьбу за право обладашя имъ. Это последнее положеше заключаетъ въ короткихъ словахъ теорiю естествен- наго отбора Дарвина, представляющую весьма важное дополнеше ко всемъ теор!ямъ, трактующимъ объ образовании новыхъ видовъ. Можно быть различныхъ воззрешй о побудительной причине, которая ведетъ къ изменению и преобразованию видовъ, но относительно значешя борьбы за существоваше и победы техъ живыхъ организмовъ,, которые лучше всего соответствуют существующимъ внеш- нимъ услов!ямъ жизни, между современными естествоиспытателями нетъ разницы во мнешяхъ..
Распространен1е и распред1лен1е видовъ.
Содержан!©: Распространен!© видовъ посредствомъ отводковъ. — Распространен!©видовъ посредствомъ плодовъ и сЬмянъ. — Границы распространешя. — Сообщества растений и флоры.
Распространен видовъ посредствомъ отводковъ.
Когда въ темномъ, сыромъ подвале безпрепятственно разрастается по поверхности дерева опасный слезяпцйся домовый грибъ, то его грибница получаетъ совершенно своеобразный видъ. Вокругъ темнаго средняго поля изъ трухляваго, распадающагося дерева кольцомъ расположены белыя пятна, наружный край которыхъ образуетъ полукругъ, тогда какъ внутреннш край отграниченъ отъ средняго пространства неясной лишей. Раньше картина была другая. То, что теперь является въ виде разрушеннаго и крошащагося срединнаго поля, было покрыто только что появившеюся грибницею, и последняя тогда имела видъ связной сети изъ мицел!альныхъ нитей, которая невооруженному глазу представлялась въ виде сплошного круглаго, белаго пятна. Отъ окружности этого пятна грибныя нити лучисто расползались во все стороны, и по мере того, какъ белое пятно увеличивалось, его среднее поле становилась темнымъ. Мицел!альныя нити покинули место перваго своего поселешя, оне тамъ отмерли, и разрушенное ими дерево обнажилось и представилось въ виде темной середины въ беломъ кольце. При
дальнййшемъ расширены кольцо, наконецъ, местами разорвалось, и превратилось постепенно въ вйнецъ изъ обособленныхъ грибницъ, или, другими словами, изъ одной грибницы, вслйдств!е лучистаго способа роста, получилась группа отдйль- ныхъ расположенныхъ кругомъ, независимыхъ другъ отъ друга мицел!альныхъ пятенъ.
Такое образован!е колецъ вслйдств!е лучистаго роста наблюдается при благощлятныхъ услов!яхъ и у разрастающейся подъ землею въ перегной лйсовъ и луговъ грибницы дождевиковъ, многихъ родственныхъ сморчкамъ грибовъ и въ особенности многихъ пластинчатыхъ грибовъ. Хотя и невозможно непосредственно видйть этотъ подземный ростъ, но въ его существовали легко убйдиться по его результатамъ, такъ какъ изъ отдйльныхъ, расположенныхъ вокругъ исходной точки участковъ поднимаются надъ землею спороносцы. Они растутъ тогда въ болыпомъ числй, располагаясь правильными кругами, во мху, въ дйсахъ или среди травы на лутахъ и особенно ясно замйтны въ томъ случай, если окраска ихъ выдйляется на окружающемъ фонй. Приложенная таблица „вйдьмины кольца“ представляетъ ташя кольца, образованный сумчатымъ грибомъ Spathularia flavida. Подземно разрастающаяся грибница этой Spathularia не оказываетъ на растешя въ ближайшемъ сосйдствй вреднаго вл!яшя; по крайней мйрй, у мховъ, злаковъ и травъ, составляющихъ тутъ луговой коверъ, нельзя замйтить никакихъ болйзнен- ныхъ явлены; они и внутри, и внй круга одинаково свйжи и пышны. Иначе обстоитъ дйло на лутахъ, гдй поселились пластинчатые грибы изъ родовъ Maras- mius и Tricholoma, въ особенности Tricholoma gambosum.* Луговыя растешя, корни и корневища которыхъ были пронизаны грибницею этихъ пластинчатыхъ грибовъ, отмираютъ, и соотвйтственныя мйста легко тогда узнать по завядашю и засыхашю поднимающихся надъ землею зеленыхъ частей растешй. При видй такихъ мйстъ можно подумать, что подъ самымъ дерномъ лежать остатки старыхъ круговыхъ стйнъ, и что подъ вл!яшемъ солнечныхъ лучей дернъ засохъ тамъ, гдй находятся камни подземной кладки. Но въ действительности перегной и и корни растешй въ этихъ мйстахъ совсймъ пронизаны и опутаны грибницею названныхъ грибовъ. Всего рйзче выступаютъ бурыя и сйрыя кольцевыя или дуговидныя полосы на лугахъ тогда, когда рядомъ съ каждой изъ нихъ виднеется параллельная полоса особенно яркой зелени; это происходить отъ того, что на всйхъ мйстахъ, покинутыхъ растущимъ центробйжно мицел!емъ, черезъ два года снова поселяются растешя, но, страннымъ образомъ, не тй же виды, которые въ предыдущее годы были здйсь умерщвлены, а травы и злаки, для которыхъ пу- стынныя въ продолжеше 1 — 2 лйтъ мйста представляютъ особенно благопргят- ную почву. Корни и корневища убитыхъ грибницею растешй за то время уже разложились, остатки грибницы и спороносцы также сгнили, почва отъ того какъ бы унавожена, и на ней теперь произрастаютъ всего лучше растешя, обычно по- являюпцяся на паровыхъ поляхъ. Они вырастаютъ съ пышными стеблями и листьями, и отъ этого и зависитъ, что на внутренней сторонй каждой сйробурой оголенной полоски появляется параллельная ей свйтлозеленая полоса.
Сельсше жители, особенно въ мйстностяхъ, гдй луговая культура играетъ важную роль въ хозяйствй, давно уже подмйтили это явлеше. Его приводили въ связь съ привидйшями, вйдьмами и эльфами, откуда и произошли назвашя вйдь- миныхъ, альберовыхъ и эльфовыхъ колецъ. Въ верхней Австрш ташя пустын- 36*
ныя, высохцпя места считаются местами сборищъ ведьмъ, и говорить, что ведьмины кольца образуются въ особенности въ Вальпургову ночь (1 мая). Въ Тироле, где выжженныя круглыя площади и полукруглый полосы называются аль- беровыми кольцами, ходить предаше, что около дня св. Мартина (11 ноября),, въ особенности же во время обычнаго звезднаго дождя около дня св. Лаврент1я (10 августа), альберъ, змей съ огненнымъ хвостомъ, пролетаетъ надъ лугами, да и падаюпця звезды также приводили съ связь съ огненнымъ хвостомъ альбера. Альберъ живетъ въ дыре среди скалъ, каждый годъ онъ выселяется въ указанное время и летитъ надъ долиною въ другую дыру; при этомъ онъ описываетъ большую дугу и задеваетъ своимъ огненнымъ хвостомъ луговую почву. На задетыхъ нмъ местахъ трава такъ сильно выгораетъ, что на нихъ несколько летъ ничего не растетъ; только черезъ семь летъ трава снова вырастаетъ, и притомъ сочнее и роскошнее прежняго. Въ Швещи эти выжженныя места на лугахъ называютъ- эльфовыми кольцами и верятъ, что здесь эльфы ) странствуютъ по ночамъ, игра- ютъ, танцуютъ и портятъ траву, вытаптывая ее. Человекъ не долженъ вступать, на эти места, а то онъ заболеетъ болезнью, называемою „эльфенблестеръ", которая особенно опасна для детей.
Гораздо реже подземно разрастающихся мицел!евъ названныхъ грибовъ уча- ствуютъ въ образовали ведьминыхъ колецъ кусты растешй съ подземными корневищами и отпрысками. Можно назвать некоторый сложноцветный (Petasites niveus и officinalis, Arnica Chamissonis, Achillea Millefolium), губоцветный (Betonica grandi- flora, Mentha alpigena), косатикЩ (Iris arenaria и Pallasii), злаки, осоки и ситники (Hierochloa borealis, Sesleria coerulea, Carex Schreberi, Juncus trifidus), которые, если услов!я почвы благопр1ятны, безъ всякаго участ!я грибовъ даютъ кольцевидно расположенные частные кусты. Способъ роста этихъ растешй напоминаетъ ростъ слезящагося домоваго гриба. Молодые кусты имеютъ тесно сближенные побеги; последше, однако, вытягиваются въ разныя стороны и одновременно отмираютъ. сзади. Вследств1е этого на месте перваго поселешя образуется пустое пятно съ. отсохшими остатками, не легко допускающими поселеше другихъ растешй, и это пятно окаймлено кольцомъ отдельныхъ, здоровыхъ побеговъ. Если эти побеги очень многочисленны, если они и после разъединешя еще тесно смыкаются, и если ихъ ежегодный приростъ не великъ, то проходить много времени, пока, образуется ясное кольцо; но зато кольцо тогда тЬмъ красивее и настолько бросается въ глаза, что не можетъ не быть замеченнымъ даже самымъ невниматель- нымъ наблюдателемъ. Это относится особенно къ выше названнымъ злакамъ, а, среди нихъ въ особенности къ сизой сеслерш (Sesleria coerulea), получившей въ. Швещи даже некоторую известность какъ кольцеобразующее растете. А именно, ее зовутъ тамъ въ народе elf dansar, и въ стране распространено поверье, что эльфы съ особеннымъ предпочтешемъ совершаютъ свои ночныя пляски въ местахъ, где образуются кольца изъ этого злака.
Само собою понятно, что красивыя кольца образуются названными растешями только, если изъ почекъ подземныхъ узловъ развиваются дальше самыя передшя, т. е. находящаяся на концахъ лучевидно разрастающихся отпрысковъ или корне- вищъ, тогда какъ залагаюпцяся на промежуточныхъ узлахъ погибаютъ. Такое
отношеше при случае, особенно если росту конечныхъ почекъ что либо мешаетъ, можеть быть изменено. На каменистой, волнистой почве, поэтому, гораздо реже появляются ведьмины кольца, чймъ на равномерно смешанной, плоской земле, и наиболее благопр!ятными местами для такого рода колецъ являются луга, расти- лаюпцеся по плато горнаго хребта или на равномерно наслоенной почве плоскаго дна долины. •
Если посадить кусты разсматриваемыхъ здесь растешй въ саду на гладкой земле въ хорошую почву, и притомъ въ такихъ местахъ, где они безпрепятственно могутъ разрастаться во вей стороны, то и тамъ въ течете немногихъ лбтъ образуются описанныя кольца. Но все же мало кто имелъ случай наблюдать это явлеше въ садахъ. Причина этому та, что садовники, особенно въ цветникахъ, не даютъ образоваться такимъ кольцамъ, такъ какъ считаютъ развипе пустого средняго пространства некрасивымъ, а оставлеше кольца за признакъ небрежнаго отношешя къ саду. Я подметилъ это много лйтъ тому назадъ въ ботаническомъ саду въ Иннсбруке. Въ этомъ саду многолеття травы культивировались на осо- быхъ грядкахъ другъ около друга, и каждому виду было отведено лишь ограниченное место. Съ наступлешемъ весны садовникъ отправился къ определеннымъ мйстамъ некоторыхъ видовъ, чтобы, какъ онъ выразился, словить убежавппя растетя. На местахъ, гдб въ истекшемъ году находилась Mentha alpigena, теперь можно было найти въ земле еще несколько засохшихъ пеньковъ, но ни одного живого отпрыска. Зато всюду вокругъ отведеннаго для этого вида мяты пространства на соседнихъ грядкахъ и на дорожкахъ между грядками выступали надъ землею своими кончиками отпрыски. Ихъ выкопали и водворили на по- кинутомъ мбстб. Ежегодно или каждые два года повторялась такая поимка беглецовъ, и притомъ не только для названной мяты, но и для нйсколькихъ другихъ много- летниковъ, какъ, напр., Achillea tomentosa, Betonica grandiflora и Lysimachia thyrsiflora.
Изъ надземно растущихъ растешй комцеобразователи известны почти исключительно среди плесневыхъ грибовъ, лишаевъ и мховъ. Поселяющаяся на коже апельсиновъ, яблокъ и грушъ плесень Penicillium crustaceum (glancum) въ начале является въ виде точки, затемъ въ виде круглаго пятна и, наконецъ, въ виде яснаго, окаймляющаго бурое, гнилое центральное пространство кольца. Точка и пятно состоять изъ сетчато связанныхъ клетокъ, поддерживающихъ другъ друга и образующихъ одно целое, кольцо же изъ многочисленныхъ гифенныхъ сплетешй, обособившихся и ставшихъ независимыми одно отъ другого. Изъ образующихъ кольца лишаевъ все более бросаются въ глаза те, отдельныя, расположенный въ виде круга или полукруга части которыхъ своею окраскою выделяются на субстрате. Особенно замечательны въ этомъ отношеши выделяющаяся на темной сланцевой породе Parmelia centrifuga и incurva и шафранно-желтые, издали заметные виды Amphiloma callopisma и Gasparrinia elegans. Темно оливковозеленые, въ сухомъ состоянья черные студенистые лишаи, особенно Collema multi- fidum и pnlposum, не редко образуюсь на светломъ фоне известковыхъ скаль кольца, столь правильный, какъ будто они выведены циркулемъ; и особенно изящную картину представляетъ желто - красная маленькая Physcia cirrochroa, когда она поселяется во множестве точекъ и лучевидно разрастается на гладкихъ поверхностяхъ крутыхъ известковыхъ скалъ. Изъ печеночныхъ и лиственныхъ
мховъ особенно Frullania dilatata, Radula complanata, Amblystegium serpens. Ano- modon viticulosus и Hypnum Halleri образуютъ кольца, когда они растутъ на ровныхъ поверхностяхъ отвесныхъ скалъ или на корне старыхъ древесныхъ стволовъ. Когда они только что поселились, они едва заметны изъ за малой ихъ величины; но они очень быстро разрастаются, и при этомъ ихъ стебельки всегда плотно примыкаютъ къ субстрату, вильчато ветвятся и вырастаютъ лучевидно во все стороны. Все растете теперь уже заметно съ некотораго отдалешя въ виде зеленовато-желтаго или бурозеленцго пятна съ почти круглымъ очерташемъ. Въ то время какъ разрасташе идетъ указаннымъ способомъ на окружности расти- лающагося на подоб!е обой на скале или коре растен!я мха, и по мере того, какъ тамъ умножаются вильчатыя ветви, более старыя части около точки перваго поселешя отмираютъ, засыхаютъ, распадаются и уносятся ветромъ въ виде пыли, такъ что тамъ опять показывается голый камень или обнаженная кора. Вслед- ств1е этого, однако, изъ одного растешя получились 5, 10, 20 моховыхъ растешй, окружающихъ кольцомъ оголенное срединное пространство. Это кольцо изъ году въ годъ расширяется и, наконецъ, дело доходитъ до того, что кольцо прерывается промежутками, и тогда названные мхи оказываются прижатыми къ субстрату на разстояши болбе дюйма отъ первоначальнаго места поселешя въ числе двадцати и более экземпляровъ, расположенныхъ въ виде круга.
Для того, чтобы получилось описанное въ предыдущихъ строкахъ кольцевидное расположение отводковъ, необходимо, чтобы первое поселившееся растете засохло и сгнило, чтобы и лучевидно изъ него выросппе побеги также на столько отмирали, на сколько ихъ расту пце кончики отдалились отъ центра всего поселешя, и чтобы, наконецъ, вымершее центральное пространство въ течете неко- тораго времени не заняло новое поселеше даннаго, образующаго кольца, вида растеши. Эти услов!я бываютъ выполнены лишь, сравнительно, редко, и отъ этого-то и зависитъ, что образоваше колецъ явлете далеко не частое.
Гораздо чаще растете, являющееся началомъ насаждетя, после того, какъ оно выпустило по всемъ направлешямъ ползуч!я нити оетокъ, плети, отпрыски и т. п., не погибаетъ, а остается живымъ и деятельнымъ въ центре отделившихся потомковъ, или даже изъ году въ годъ выпускаетъ новые побеги. Бываетъ также, что отделивппеся потомки повторяютъ способъ роста ихъ материнскаго растешя, т. е., подобно ему, хотя, можеть быть, и не такъ правильно, даютъ ответвлешя во все стороны, при чемъ часть молодыхъ побеговъ неизбежно снова попадаетъ на обнаженное срединное пространство и поселяется тамъ, где находилось первое материнское растете. Наблюдается также и следующш случай: отъ одного куста ежегодно отходятъ только въ одну сторону, скажемъ, на югъ, несколько горизон- тальныхъ поббговъ; почки ихъ черезъ известное время становятся самостоятельными кустами, и каждый изъ этихъ кустовъ снова выпускаетъ къ югу несколько гори- зонтальныхъ побеговъ. Въ течете нбсколькихъ летъ черезъ такое развиие отводковъ произошли 20 — 30 кустовъ, более или менее отдаленныхъ отъ первоначальнаго места поселешя, въ зависимости отъ длины отпрысковъ. Во всехъ этихъ случаяхъ отводки не распределены въ виде кольца или венка вокругъ пустого центральная пространства, а расположены въ виде рядовъ или группъ. Въ рядахъ отдельный растешя находятся другъ за другомъ, а въ группахъ имеюпця общее происхождеше растешя распределены на почти правильно -округ-
ломъ участке почвы, и при томъ такъ, что между ними ясно заметны про- межутки.
Какъ кольцевидный насаждешя, такъ и расположенные рядами или группами отводки развиваются или надъ землею, или подъ землею. Изъ тянущихся подъ землею или въ трухе отмершихъ стволовъ мицел!альныхъ нитей несколькихъ грибовъ спороносцы поднимаются въ строго линейномъ порядке. Изъ ризоидовъ и горизонтальныхъ подземныхъ стебельковъ некоторыхъ лиственныхъ мховъ также получаются весьма правильный рядовыя насаждешя. Всего же болбе обращаетъ на себя вниман!е образован!е рядовъ, происходящее отъ горизонтально подъ землею тянущихся корней. Осина (Populus tremula), облепиха (Hippophae rhamnoides), лицш (Lycium barbarum), различные виды льнянки (Linaria) и еще мнопя друпя деревья, кустарники и многолетшя травы (ср. стр. 23) развиваютъ подъ землею особые, горизонтальные корни, на верхней стороне которыхъ залагаются почки. Полу- чающ!еся изъ этихъ почекъ побеги представляются, после того какъ корень, бывппй для нихъ общею исходною точкою, отмеръ, въ виде самостоятельныхъ отдельныхъ кустовъ. Расположено кустовъ, естественно, соответствуете направленно корня и будете, следовательно, рядовымъ. Даже черезъ много лете на такихъ насаждешяхъ можно видеть рядовое расположено отводковъ. При значительной длине образующихъ почки корней крайше отводки иногда удалены отъ материнскаго растешя на значительное разстояше. У осины можно видеть вырасташе отдельныхъ отводковъ изъ корней въ 30 шагахъ отъ срубленнаго материнскаго ствола.
Истор1я расположенныхъ рядами или группами насажден^, происходящихъ изъ подземныхъ клубней, очень проста. После того какъ на подземномъ отпрыске куста вполне развился клубень, тошия, нитевидныя связи, служивппя до того для проведешя веществъ, прерываются, а именно, вследств!е гшешя и распада соответственой ткани. Отделенный такимъ образомъ отъ материнскаго куста клубень выпускаете изъ своихъ почекъ, по истечеши необходимаго перюда покоя, стебли, которые надъ землею покрываются листвою, а подъ землею снова образуются побеги съ клубневидными утолщешями, Эти новые клубни, после того какъ они отделились, опять даютъ начало образую- щимъ клубни кустамъ и т. д. Наконецъ, черезъ несколько лете, около того места, где лежалъ первый клубень, въ землю оказываются вкрепленными сотни отдельныхъ клубней, и, соответственно этому, надъ землею появляется также группа изъ сотенъ отдельныхъ облиственныхъ стеблей. Будете ли группа густою или редкою, зависите, конечно, отъ длины и числа подземныхъ клубнеобразующихъ побеговъ. У земляной груши (Helianthus tuberosus) клубненосные побеги коротки; соответственно этому, группа получается сближенная и лишь медленно распространяется на больппй участокъ почвы. Альшйская цирцея (Circaea alpina, см. стр. 568, фиг. 3) образуете маленьше, продолговатые клубни на конце побеговъ въ 6 см. длины, откладываете ихъ около пяти вокругъ материнскаго растешя, и у каждаго изъ новыхъ, развивающихся изъ клубеньковъ, кустовъ повторяется также образован!© отводковъ на томъ же разстояши. Такъ какъ 6 см. соста- вляютъ, сравнительно съ величиною альшйскои цирцеи, очень значительную длину, то и группы, этой травы редки и расширяются въ течете немногихъ лете далеко
вокругъ. Необычайно обильно образован!® клубней у Thladiantha dubia, тыквеннаго растенья, родомъ изъ восточной Азш, образоваше клубней котораго изображено ниже на фиг. 2. У этой Thladiantha на каждомъ no64ri развить цйлый рядъ клубней, связанныхъ тонкими нитями въ 4—8 см. Большею частью они нанизаны одинъ за другимъ по 5—10, и такая ц^пь ихъ им-Ьетъ длину, приблизительно, въ 50 см. Такъ какъ изъ каждаго клубня вырастаетъ новый кустъ и этотъ по- слйдшй подъ землею снова развиваетъ соединенные въ вид4 ц4пи клубни, то Thladiantha въ состоянш занять въ течете немногихъ лбтъ участокъ въ 10 кв. м. и образовать не только густую, но и быстро увеличивающуюся въ объема группу.
Растен1я съ клубнями и луковицами, способъ рост? которыхъ обусловливаем образование насаждена въ видй рядовъ или группъ: 1) Muscari racemosum, 2) Thladiantha dubia, 3) Circaea alpina. Ср. текстъ, стр. 567, 568 и въ послЪдующихъ главахъ.
Сравнительно много образующихъ клубни, разрастающихся въ групповыя насаждешя растетй живетъ въ болотахъ, особенно такихъ, въ которыхъ уровень грунтовыхъ водъ сильно колеблется и которымъ въ бедные дождями годы можетъ грозить опасность временнаго пересыхашя. Некоторые рдесты (Potamogeton), особенно, напр., Р. pectinatus, образуютъ на горизонтально ползущихъ въ ил4 поб4гахъ большое количество мелкихъ клубеньковъ. Клубненосный камышъ (Scirpus tuberosus) развиваетъ, подобно альпшской цирцеи, 5 — 6 подземныхъ поб^говь, имбющихъ длину въ 10 —15 см., изъ которыхъ каждый заканчивается клубнемъ величиною въ каштанъ, и такъ какъ у вырастающихъ изъ этихъ клубней кустовъ такое же образовате клубней повторяется, то объемъ групповаго насаж- ден!я ежегодно расширяется на 20 — 30 см. Своеобразные клубни развиваетъ также известный по своей форм*Ь листьевъ стр'Ьлолисть (Sagittaria sagittifolia; см. изображете въ I т. на таблиц^ у стр. 410). Изъ узловатаго, скрытаго въ ил4
стебля осенью вырастаютъ столоны, низовые листья которыхъ, подобно тому какъ у пырея, оканчиваются твердымъ остр!емъ. Особенно самый передшй листъ, облекаюппй клубневидно утолщенный конецъ столона, снабженъ кр^пкимь остр!емъ и играетъ роль земляного бурава или, точнее, илового бурава, прокладывая удлиняющемуся до 25 см. столону путь. На клубневидно утолщенномъ конщЬ столона, имЬющемъ, приблизительно, величину лЬсного opixa, образуется маленькая почка съ зеленоватыми, густо кроющимися листочками, которая вм6ст4 съ клубневиднымъ гЬломъ остается свЬжимъ въ течете зимы, тогда какъ кустъ, развившш эти столоны, отмираетъ. На следующую весну каждая изъ маленькихъ почекъ вырастаетъ въ новый кустъ, причемъ потребляетъ запасныя вещества иесущаго ее клубня, и на м^стЬ погибшаго стараго куста теперь изъ ила поднимается маленькая группа молодыхъ, отд'Ьльныхъ кустовъ.
Очень распространены насажден!я въ видЬ рядовъ или группъ изъ
отводковъ, развиваемыхъ подземными корневищами и корневыми отпрысками. Удлиняющееся въ горизонтальномъ направлены корневища и корневые отпрыски образуютъ на своемъ растущемъ концб, а также по бокамъ, почки, и по Mipi того, какъ они спереди ветвятся и разделяются, они сзади отмирають, что нмбетъ сл4дств1емъ разъединеше отдЬльныхъ побЬговъ. Сюда принадлежать несколько видовъ зубницы (Dentaria), ветренницы (Anemone), пырея (Agropyrum), мяты (Mentha), тысячелистника (Achillea), кипрея (Epilohium) и ясминника (Asperula). Относительно длины подземные, образующее отводки, побеги этихъ растешй пред- ставляютъ значительное различ!е, что наглядно видно изъ помещенной здесь таблицы.
Anemone ranunculoides Monarda fistulosa . . Melissa officinalis . . Origanum vulgare . . Achillea Millefolium . Equisetum arvense. . Asperula taurina . . Oxalis corniculata . . Betonica grandiflora . Tanacetum Balsamita. Aster salignus . . . Dentaria glandulosa . Carex arenaria . . . Juncus arcticus . . .Anemone ranunculoides Monarda fistulosa . . Melissa officinalis . . Origanum vulgare . . Achillea Millefolium . Equisetum arvense. . Asperula taurina . . Oxalis corniculata . . Betonica grandiflora . Tanacetum Balsamita. Aster salignus . . . Dentaria glandulosa . Carex arenaria . . . Juncus arcticus . . .Cm.5 — 10Cm.5 — 1010 — 1510 — 1515 — 2015 — 20Hierochloa borealis. . Urtica dioica . . . . Carex pilosa . . . . Glaux maritima . . . Arnica Chamissonis . Daphne Philippi . . . Senecio fluviatilis . . Tussilago Farfara . . Solidago Canadensis . Mentha alpigena. . . Nardosmia fragrans . Epilobium angustifolium Petasites officinalis. . Polygonum SachalinenseHierochloa borealis. . Urtica dioica . . . . Carex pilosa . . . . Glaux maritima . . . Arnica Chamissonis . Daphne Philippi . . . Senecio fluviatilis . . Tussilago Farfara . . Solidago Canadensis . Mentha alpigena. . . Nardosmia fragrans . Epilobium angustifolium Petasites officinalis. . Polygonum SachalinenseEpimedium alpinum . Silene alpestris . . Mentha viridis . Asperula odorata . Mentha piperita . . . Rubia tinctorum. . . Senecio Fuchsii . . . Mercurialis perennis . Mentha crisp a. . . Agropyrum repens . . Aegopodium Podagraria Convolvulus arvensis . Saponaria officinalis . Potentilla bifurca .Cm.35 — 4545 — 5555 — 60 60 — 7575 — 8585 —100100 — 150 150 — 300Epimedium alpinum . Silene alpestris . . Mentha viridis . Asperula odorata . Mentha piperita . . . Rubia tinctorum. . . Senecio Fuchsii . . . Mercurialis perennis . Mentha crisp a. . . Agropyrum repens . . Aegopodium Podagraria Convolvulus arvensis . Saponaria officinalis . Potentilla bifurca .Cm.35 — 4545 — 5555 — 60 60 — 7575 — 8585 —100100 — 150 150 — 300Cm.15 — 2020 — 2525 — 3030 — 3535 — 45Cm.15 — 2020 — 2525 — 3030 — 3535 — 45
Anemone ranunculoides Monarda fistulosa . . Melissa officinalis . . Origanum vulgare . . Achillea Millefolium . Equisetum arvense. . Asperula taurina . . Oxalis corniculata . . Betonica grandiflora . Tanacetum Balsamita. Aster salignus . . . Dentaria glandulosa . Carex arenaria . . . Juncus arcticus . . .
Anemone ranunculoides Monarda fistulosa . . Melissa officinalis . . Origanum vulgare . . Achillea Millefolium . Equisetum arvense. . Asperula taurina . . Oxalis corniculata . . Betonica grandiflora . Tanacetum Balsamita. Aster salignus . . . Dentaria glandulosa . Carex arenaria . . . Juncus arcticus . . .
Cm.
5 — 10
Cm.
5 — 10
10 — 15
10 — 15
15 — 20
15 — 20
Hierochloa borealis. . Urtica dioica . . . . Carex pilosa . . . . Glaux maritima . . . Arnica Chamissonis . Daphne Philippi . . . Senecio fluviatilis . . Tussilago Farfara . . Solidago Canadensis . Mentha alpigena. . . Nardosmia fragrans . Epilobium angustifolium Petasites officinalis. . Polygonum Sachalinense
Hierochloa borealis. . Urtica dioica . . . . Carex pilosa . . . . Glaux maritima . . . Arnica Chamissonis . Daphne Philippi . . . Senecio fluviatilis . . Tussilago Farfara . . Solidago Canadensis . Mentha alpigena. . . Nardosmia fragrans . Epilobium angustifolium Petasites officinalis. . Polygonum Sachalinense
Epimedium alpinum . Silene alpestris . . Mentha viridis . Asperula odorata . Mentha piperita . . . Rubia tinctorum. . . Senecio Fuchsii . . . Mercurialis perennis . Mentha crisp a. . . Agropyrum repens . . Aegopodium Podagraria Convolvulus arvensis . Saponaria officinalis . Potentilla bifurca .
Cm.
35 — 45
45 — 55
55 — 60 60 — 75
75 — 85
85 —100
100 — 150 150 — 300
Epimedium alpinum . Silene alpestris . . Mentha viridis . Asperula odorata . Mentha piperita . . . Rubia tinctorum. . . Senecio Fuchsii . . . Mercurialis perennis . Mentha crisp a. . . Agropyrum repens . . Aegopodium Podagraria Convolvulus arvensis . Saponaria officinalis . Potentilla bifurca .
Cm.
35 — 45
45 — 55
55 — 60 60 — 75
75 — 85
85 —100
100 — 150 150 — 300
Cm.
15 — 20
20 — 25
25 — 30
30 — 35
35 — 45
Cm.
15 — 20
20 — 25
25 — 30
30 — 35
35 — 45
Эти числа относятся не къ длине отдельныхъ междоузлй, а къ длине всего годового подземнаго побега, который можетъ состоять изъ довольно многочислен- ныхъ мездоузл!й. Такъ, наир., подземный годовой побегъ зонтичнаго Aegopodium Podagraria содержитъ восемь междоузлщ, изъ которыхъ ближайппя къ исходной точке самыя длинныя, а образовавппяся на конце—самыя коротшя.
У расположенныхъ рядами или группами насаждений, какъ происшедшихъ изъ подземныхъ корней и изъ клубней, такъ и получившихся изъ корневищъ и отпрысковъ, быстрота разрасташя и объемъ насаждена зависятъ отъ длины го- дичныхъ побеговъ, а также оттого, благопрьятствуетъ, или н4тъ, почва, въ которой совершается образовало насаждешй, распространена отводковъ. На лесосккахъ и по берегамъ рекъ поразительно быстро развивается несколько изъ относящихся сюда растешй, какъ, напр., вейникъ (Calamagrostis Epigeios), узколистный кипрей или иванъ-чай (Epilobium angustifolium), североамерикансшя золотыя розги и рудбеши (напр., Solidago Canadensis и Rubdeckia laciniata) и эти растешя обла- даютъ еще тою особенносгью, что на занятыхъ ими мкстахъ всякая другая растительность подавляется и вытесняется. Этимъ обстоятельствомъ пользуются на практике сельсше хозяева, употребляя некоторые злаки, образующее расположенные рядами или группами отводки, для закреплешя рыхлыхъ почвъ, особенно дюнныхъ песковъ. Однако, среди этого рода растешй имеются и ташя, которыя всюду являются бичемъ сельскихъ хозяевъ, и поселение и размножение которыхъ хозяева противодействуют всеми возможными средствами. Къ этимъ ненавистнымъ ра- стешямъ, вредящимъ, разъ поселившись на поляхъ и огородахъ, развитаю разво- димыхъ тамъ растешй, принадлежать, напр., пырей (Agropyrum repens), сныть (Aegopodium Podagraria), двудомная крапива (Urtica dioica) и полевой татарникъ (Cirsium arvense). Когда эти растешя где либо поселились на обработанной почве и пронизали своими отпрысками землю, то не остается ничего, какъ перекопать почву и тщательно удалить все отпрыски. Къ сожалешю, и эта кропотливая работа не всегда увенчивается желаемымъ успехомъ, такъ какъ, несмотря на крайнюю тщательность, легко могутъ остаться маленьше кусочки отпрысковъ, являющiecя затемъ очагомъ развитая новой колоши сорныхъ травъ. Въ короткое время появляется новое насаждеше на выполотой съ такимъ трудомъ почве, и необходимо новое вскапываше и еще более тщательное очищеше почвы. Странный видъ представляютъ эти расположенный группами насажденгя, когда отъ тянущихся подъ землею стеблевыхъ образований отходятъ зеленые листья, крупный пластинки которыхъ поддерживаются прямыми, почти одинаковой длины черешками, какъ это наблюдается, напр., у белокопытника (Petasites officinalis) и многихъ тропиче- скихъ аройниковыхъ (см. приложенную таблицу „Ароидныя въ бразильскомъ девственномъ лесу"). Тогда болышя пространства оказываются покрытыми исключительно крупными зелеными листьями и всякая другая растительность бываетъ вполне подавлена. Всего грандиознее, впрочемъ, образоваше отводковъ изъ отпрысковъ и развитае расположенныхъ группами насаждешй у обыкновеннаго тростника (Phragmites communis). Поселившись на подходящей почве, онъ затя- гиваетъ съ неудержимою стремительностью, подавляя и вытесняя все друпя растешя, громадный пространства. На нижненъ Дунае некоторый низменности такъ густо покрыты тростникомъ, что тамъ действительно, на протяжеши несколь- кихъ часовъ ходьбы, кроме соломинъ тростника, можно заметить лишь немнопя
Жнянт. растеиш. IL•''T-uo 4npocnf.m,P«ne“ вь Снб,
АРОИДЕН ВЪ ДЪВСТВЕННОМЪ ЛЪСУ ВЪ БРАЗИЛ1И.
((' ь якшцнми I. 3 <•. । j <= н if.
друпя подчиненный, не играюпця роли въ общей картине, растешя. На помещенной въ I томе при стр. 422 таблице, исполненной по сделанному мною въ названной области акварельному наброску, видно на заднемъ плане такое тростниковое насаждете, внутри котораго нельзя заметить ни одного другого растевля. Только по краю тростниковой заросли, на переднемъ плане, подымаются рогозъ (Typha latifolia), сусакъ (Butomus umbellatus) и стрелолистъ (Sagittaria sagittifolia), которые, однако, рано или поздно также будутъ заглушены и выбиты съ позищи напирающими отводками тростниковъ. Тростникъ этотъ интересенъ еще темь, что образоваше отводковъ у него можета происходить какъ подъ землею, такъ и подъ водою; онъ, въ некоторомъ роде, является типомъ группы растешй, играющихъ, благодаря ихъ земноводной природе, важную роль при превращены покрытыхъ водою месть въ сух!я места и при заселены подверженныхъ, относительно уровня воды, болыпимъ колебашямъ рёчныхъ водъ. Достаточно указать здесь на манники (Glyceria spectabilis и fluitans), батлаукъ (Phalaris arundinacea), хвощъ (Equisetum limos™), водныя зонтичныя (Phellandrium aquaticum, Berula angustifolia, Si™ latifolium) и языколистный лютикъ (Ranunculus Lingua). Впрочемъ, къ этимъ распространяющимся въ иле при помощи отпрысковъ и образующимъ тамъ отводки растешямъ принадлежать и настояпця водныя растешя, какъ, напр., изображенная въ I томе, стр. 640, Vallisneria, взморникъ (Zostera), болотная сосенка (Hippuris), большинство водныхъ лютиковъ (Batrachium) и рдесты (Potamogeton). У всехъ нихъ замечается, относительно образовашя отводковъ и насаждены, большое сходство.
Зато расположенный рядами или группами насажден in изъ отводковъ надземно разрастающихся протонемныхъ нитей, столоновъ, плетей и ползучихъ стеблей до того разнообразны, что едва могута быть все описаны. Это и вполне понятно. У растущихъ на свету и воздухе частей растешй процессы, связанные съ формировашемъ, гораздо разнообразнее, чемъ у частей, развивающихся подъ водою или подъ землею, или, лучше сказать: надъ землею большее различ!е въ свете, влажности и воздухе обусловли- ваетъ и более многочисленный модификацы жизненныхъ явлены. Къ тому же, субстрата представляетъ все возможные постепенные переходы, являясь то въ виде сыпучаго песка, то въ виде тяжелой глинистой почвы, въ одномъ месте въ виде крутой/скалы, въ другомъ въ виде корки стараго древеснаго ствола, что для образовашя отводковъ далеко не безразлично. Однимъ изъ самыхъ заме- чательныхъ надземно происходящихъ процессовъ, ведущихъ къ развито распо- ложенныхъ группами отводковъ, надо признать процессъ, наблюдаемый на протонеме мховъ. Подъ протонемою понимаюта сплетете изъ нитей, разстилающееся въ виде редкой, сквозной сети, то въ виде густого войлока по камню, глине, песку, земле, перегною, корке, гнилому дереву, при чемъ некоторый клетки спле- тешя даютъ начало моховымъ стебелькамъ. Эту протонему можно сравнить, пожалуй, съ сплетешемъ земляничныхъ плетей, развившимся на очищенной лесосеке. Какъ изъ нитевидныхъ, прилегающихъ къ земле плетей земляники вы- растаюта кустики, обращающее стебель и листья къ свету и развиваюпце корни, которые внедряются въ землю, точно такъ же, изъ протонемы получаются растеньица мха, поднимающаяся подъ прямымъ угломъ отъ соответственная участка зе- леныхъ нитей. Зеленая паутина протонемы отмираетъ и моховыя растеньица разъ-
единяются, образуя группу. У некоторыхъ мховъ такимъ расположешемъ группами дело и ограничивается, въ особенности у крохотныхъ маленькихъ листвен- ныхъ мховъ, Pottiaceae, изъ которыхъ одинъ видъ, Pottia intermedia, изображенъ на этой странице. Этотъ мохъ имеетъ следующую замечательную историо: въ то время, когда большинство другихъ растеши зеленеетъ, цвететъ и приносить плоды, онъ остается погруженнымъ въ землю своими ризоидами и частью протонемныхъ нитей. Также и безчисленныя высеянныя споры этого мха остаются въ покоящемся состоянш въ землй, пока, наконецъ, не наступить перюдъ надземнаго раз- вит!я. Но это, страннымъ образомъ, происходить позднею осенью, въ такое время, когда лиственныя породы сбросили листья и осенше туманы окутываютъ голыя ветви деревьевъ. Тогда на поверхности голой, сырой и холодной почвы показываются зеленыя
Разр^зъ черезъ почву, пропитанную нитями протонемы мха Pottia intermedia (увелич.).
нити, сначала нaпoминaющiя зеленыя нити водорослей; на нихъ образуются маленьтя почечки (см. рис., фиг. слева), и изъ этихъ почечекъ вырастаютъ въ течете несколькихъ .недель моховыя растеньица, который, после постепеннаго завядашя и распадетя соединительныхъ участковъ нити, становятся самостоятельными, произво- дятъ шаровидныя споровместилища, разсеиваютъ находящаяся въ последнихъ споры и затемъ вянуть и отмираютъ. Эти растеньица имеютъ въ высоту всего несколько миллиметровъ, но, будучи собраны группами по несколько тысячь, они образуютъ на почве бархатистые покровы, темъ более бросаюпцеся въ глаза своимъ изумруднозеленымъ цвйтомъ, что вокругъ последше остатки злаковъ и травъ и опавшая листва деревьевъ окрашены въ желтосерый и бурый цветъ распада. Обитаюпцй въ пещерахъ и ущельяхъ сланцевыхъ горъ светящейся мохъ (Schis- tostega osmundacea), разсматривавшшся въ первомъ томе, и протонема котораго изображена тамъ на таблице при стр. 387, также развиваетъ изъ ползущихъ по глинистой почве въ пещерахъ зеленыхъ нитей редк!я насаждешя изъ отдельныхъ моховыхъ растеньицъ, отмирающихъ после того, какъ они отцвели и принесли плоды. Однако, здесь развиые протекаетъ не такъ быстро и не позднею осенью, какъ у Pottia intermedia. Какъ у этихъ обоихъ, такъ и у техъ мховъ, которые
яародъ называет кукушкинымъ льномъ (Pogonatum, Poly trichum), д4ло не идетъ дальше группового расположен!я отводковъ. У последнихъ мховъ растеньица развиваются изъ покрывающаго голую глинистую почву, густого, зеленаго войлока протонемы. Но они после образовашя споръ не отмираютъ, а становятся въ сле» дующемъ году выше на новый побегъ, такъ что каждый стебелекъ группы, имеющей видъ дерновины, кажется построеннымъ какъ бы изъ несколькихъ другъ надъ другомъ расположенныхъ ярусовъ (ср. таблицу при стр. 61). Торфяные (белые) мхи (Sphagnaceae), кроме нитевиднаго, развиваютъ еще листовидный, прилегающей къ земле и сильно лопастный заростокъ. На последнемъ возникают, точно также какъ на нитевидной протонеме, маленьшя почечки, превращающаяся въ отводки и имеюпця групповое расположеше.
Къ этой форме примыкает далее образован!е отводковъ посредствомъ листовыхъ почекъ на плоскостяхъ или краяхъ настоящей листвы. Подъ открытымъ небомъ оно встречается очень редко. Такъ какъ почки, возникающая на прилегающихъ къ земле листьяхъ, укореняются и развивпий ихъ лист затемъ разлагается, то все выросппя изъ такого куста растешя представляют ясную группу. Такъ дело обстоитъ, напр., у сердечника Cardamine uliginosa (см. рис., стр. 35, фиг. 4) и у Tolmieia Menziesii (см. рис., стр. 39).
Своеобразное развипе отводковъ наблюдается у взлезающихъ по корке ста- рыхъ деревьевъ эпифитовъ, не имеющихъ спускающихся къ земле корней, а лишь коротк1е, прижатые къ постоянно влажной коре лентовидные корни, и стебли и листья которыхъ прилегаютъ къ субстрату на подоб!е обой, какъ это видно у не- сколькихъ тропическихъ аройниковыхъ изъ рода Pothos (см. рис. томъ!, стр. 220). Раступцй стебель вильчато разделяется, и если затемъ старая часть стебля отмирает до места развилины, то обе ветви разъединяются и изолируются. Каждая может при дальнейшемъ росте избрать новое направлете, одна взобраться на эту, другая на ту ветвь служащаго субстратомъ древеснаго ствола и, вследствие повторен!я такого явлешя, въ кроне дерева могутъ явиться несколько отдельныхъ кустовъ, которые надо считать естественными отводками.
Нечто подобное происходитъ и у многочисленныхъ папоротниковъ, произ- растающихъ въ наполненныхъ перегноемъ щеляхъ скалъ, и у всехъ техъ растенш, ползупце по земле стебли которыхъ на одномъ конце растут и ветвятся, отмирая на другомъ на соответственный участокъ. Такъ какъ годичный прирост стебля этихъ растенш лишь незначителенъ, то разъединенные кусты расходятся также лишь очень медленно, и проходятъ мнопе годы, пока отводки образуют группу, занимающую пространство въ полъ метра въ квадрате.
Сравнительно, гораздо быстрее результат наступает, когда отводки образуются столонами и плетями. У части относящихся сюда растенш, приме- ромъ которыхъ будет служить изображенная на стр. 574 широко распространенная въ арктической области и высокогорномъ поясе Гималаевъ, Алтая и Кавказа Saxifraga flagellaris, на конце тонкаго, нитевиднаго, удлиненнаго побега залягается одна только почка, которая въ томъ месте, где она прилегает къ почве, укореняется и вырастает въ новую розетку. Только тогда, когда питаше розетки обез- печено опущенными въ землю корешками, длинная нить, вершину которой занимала почка, отмираетъ, соединеше съ материнскимъ растешемъ прерывается, и розетка превратилась теперь въ самостоятельный кустъ. Такъ какъ плети обыкно-
венно многочисленны и вырастають лучевидно, то черезъ некоторое время материнское растете оказывается окруженнымъ настоящимъ венкомъ изъ розетковид- ныхъ отводковъ, а черезъ несколько летъ довольно большая площадь будетъ усажена сотнями бблыпихъ и меныпихъ розетокъ, на которыхъ, однако, кругового расположешя нельзя болбе заметить по той причине, что плети соседнихъ розетокъ многократно перекрещиваются, при чемъ и круги пересекаютъ другъ друга. И на столонахъ (ср. томъ I, стр. 666) развиваются, если только поббгъ не былъ оборванъ и, всл4дств!е зтого, не произошло нарушешя обычнаго роста, лишь
Образойаше групповиднаго насаждения посредствомъ надземныхъ столоновъ у Saxifraga flagellaris.
верхушечныя почки, т. е. только светобоязненный конецъ столона укореняется, найдя благопр!ятное место, утолщается и вырастаетъ на следующш годъ въ новый кустъ, тогда какъ дуговидный, обильно усаженный зелеными листьями, стебель отмираетъ, всл4дств!е чего прерывается связь съ материнскимъ кустомъ. Въ виде известныхъ примбровъ такого образоватя отводковъ назовемъ красноситй воро- бейникъ (Lithospermum purpureo-coeruleum), разные виды барвинка (Vinca herba- сеа, Libanotica, major) и те ежевики (Eubus), замечательное укоренеше которыхъ было описано въ I томе, стр. 765. Такъ какъ столоны этихъ растешй очень длинны, то они могутъ въ короткое время покрыть обильными отводками большую поверхность земли. Отъ одного поселившагося на подходящей почве куста крупно-
цветнаго барвинка (Vinca major) можетъ за два года зарасти поверхность въ 6 шаговъ въ длину и 6 въ ширину. А у ежевики и того больше. Въ светлыхъ рощахъ, где обитаютъ особенно виды съ железистыми щетинками, нередки места въ 8—10 шаговъ въ квадрате, заросппе въ течете двухъ — трехъ летъ отъ дуговидныхъ,
укореняющихся вершиною столоновъ.
Всемъ известно, что и земляничные кусты (Fragaria vesca) совершаютъ на- cтoящiя кочеватя посредствомъ своихъ длинныхъ плетей. Но по сравненпо съ дуговидными отпрысками красносиняго воробейника, барвинка и названныхъ еже- викъ туть имеется то отлич!е, что у земляники вырастаютъ въ новые кусты, кроме по- чекъ на конце плетей, еще и почки на промежуточныхъ узлахъ, после того какъ нитевидные соединительные участки погибли. Если въ течете л6та одинъ кустъ земляники выпускаетъ три плети, если каждый изъ нихъ укореняется на пяти углахъ и изъ каждаго узла развивается дальше по одной почке, т.-е., по одному отводку, то на следуюпцй годъ материнскш кустъ оказывается окруженнымъ пятнадцатью дочерними кустами. При этомъ следуетъ заметить, что длина междо- узлш на каждой плети бываетъ различна. На одной плети, лежавшей на почвй въ тени леса, напр., первое мeждoyзлie имело длину въ 37, второе въ 34, третье въ 31, четвертое въ 30, пятое и последнее въ 22 см.; такимъ образомъ отводки были тймъ более между собою сближены, чймъ дальше отъ материнскаго куста они были образованы. Отъ каждаго изъ этихъ 15 отводковъ следующимъ лйтомъ произошли снова 15 расположенныхъ подобнымъ же образомъ отводковъ, и на лйсной лужайке, где два года тому назадъ находился единственный кустъ земляники, покрывавши! пространство въ 50 кв. см., были теперь распределены 200 ку- стовъ по поверхности въ 3600 кв. см. приблизительно.
Столь же обильное размножете и распространете, какъ у земляники, проис- ходитъ и у ползучаго лютика (Ranunculus reptans), будры (Glechoma hederacea) и ползучей лапчатки (Potentilla reptans). Помещенная ниже таблица даетъ предста- влеше о длине отпрысковъ и плетей некоторыхъ видовъ растенш, у которыхъ образовате отводковъ и быстрое разрастате ихъ на благопр!ятной почве особенно ясно выражены.
СантиметрыSaxifraga Aizoon ...4„cuneifolia..6„Geum8„flagellaris..10Sempervivum stenopetaluml2Viola odorata13Arabis procurrens . . .16Androsace sarmentosa . 18Ajuga reptans . ..20Hieracium flagellare . . 30СантиметрыSaxifraga Aizoon ...4„cuneifolia..6„Geum8„flagellaris..10Sempervivum stenopetaluml2Viola odorata13Arabis procurrens . . .16Androsace sarmentosa . 18Ajuga reptans . ..20Hieracium flagellare . . 30СантиметрыLycopodium annotinum 30—40СантиметрыLycopodium annotinum 30—40Saxifraga sarmentosa . . 40Ranunculus Flammula . . xGeum reptans>50Glyceria fluitans .... JLithospermum purpureo- coeruleum ....56Ranunculus reptans.60Tiarella cordifolia...65Vinca Libanotica ....66Saxifraga sarmentosa . . 40Ranunculus Flammula . . xGeum reptans>50Glyceria fluitans .... JLithospermum purpureo- coeruleum ....56Ranunculus reptans.60Tiarella cordifolia...65Vinca Libanotica ....66СантиметрыСантиметрыVinca herbacea ... 70Fragaria indica. . . . 85Potentilla anserina . .110Glechoma hederacea . .126Potentilla reptans . . .130Rubus saxatilis. . . . 140Fragaria vesca. . . .150Vinca major200Rubus Radula . . . . 300 „ bifrons . . . . 650Vinca herbacea ... 70Fragaria indica. . . . 85Potentilla anserina . .110Glechoma hederacea . .126Potentilla reptans . . .130Rubus saxatilis. . . . 140Fragaria vesca. . . .150Vinca major200Rubus Radula . . . . 300 „ bifrons . . . . 650
Сантиметры
Saxifraga Aizoon ...4
„cuneifolia..6
„Geum8
„flagellaris..10
Sempervivum stenopetaluml2
Viola odorata13
Arabis procurrens . . .16
Androsace sarmentosa . 18
Ajuga reptans . ..20
Hieracium flagellare . . 30
Сантиметры
Saxifraga Aizoon ...4
„cuneifolia..6
„Geum8
„flagellaris..10
Sempervivum stenopetaluml2
Viola odorata13
Arabis procurrens . . .16
Androsace sarmentosa . 18
Ajuga reptans . ..20
Hieracium flagellare . . 30
Сантиметры
Lycopodium annotinum 30—40
Сантиметры
Lycopodium annotinum 30—40
Saxifraga sarmentosa . . 40
Ranunculus Flammula . . x
Geum reptans>50
Glyceria fluitans .... J
Lithospermum purpureo- coeruleum ....56
Ranunculus reptans.60
Tiarella cordifolia...65
Vinca Libanotica ....66
Saxifraga sarmentosa . . 40
Ranunculus Flammula . . x
Geum reptans>50
Glyceria fluitans .... J
Lithospermum purpureo- coeruleum ....56
Ranunculus reptans.60
Tiarella cordifolia...65
Vinca Libanotica ....66
Сантиметры
Сантиметры
Vinca herbacea ... 70
Fragaria indica. . . . 85
Potentilla anserina . .110
Glechoma hederacea . .126
Potentilla reptans . . .130
Rubus saxatilis. . . . 140
Fragaria vesca. . . .150
Vinca major200
Rubus Radula . . . . 300 „ bifrons . . . . 650
Vinca herbacea ... 70
Fragaria indica. . . . 85
Potentilla anserina . .110
Glechoma hederacea . .126
Potentilla reptans . . .130
Rubus saxatilis. . . . 140
Fragaria vesca. . . .150
Vinca major200
Rubus Radula . . . . 300 „ bifrons . . . . 650
Къ описаннымъ до сихъ поръ насаждетямъ, образованнымъ отводками, следуетъ добавить еще насаждетя въ виде пучковъ или кустовъ, въ виде дерна или дерновинъ и въ виде подушекъ или кочекъ. Кольцевидный, равно какъ рядовыя и групповыя насаждетя, поднимаются изъ гифенныхъ тяжей, нитей протонемы и побеговъ, которые, исходя изъ одной точки, растутъ параллельно почве. Если же не только превращающаяся въ отводки клетки, группы
клетокъ и почки, но и производящая ихъ образовали имеютъ направлеше роста, вертикальное по отношение къ плоскости субстрата, то насаждеше представляетъ существенно иныя формы. Возникновеше такихъ насаждешй можно себе всего лучше представить на примере ветвистаго ивоваго куста, главный стволъ, ветви и прутья котораго стояли прямо вверхъ, и который, всл4дств!е наводнешя, настолько былъ заваленъ иломъ и щебнемъ, что изъ нанесеннаго ила торчатъ только вершины его прутьевъ. Когда вода сбежитъ, то таше прутья походятъ на молодой ивовый налетъ на острове, на реке; кажется, что имеешь передъ собою столько же самостоятельныхъ молодыхъ ивовыхъ кустовъ, сколько отдель- ныхъ прутьевъ и группъ ихъ поднимается изъ ила. И то, что въ начале только кажется, черезъ короткое время становится действительностью. Зарытый въ иле главный стволъ и ветви его задыхаются, отмираютъ и не могутъ доставлять прутьямъ никакой пищи изъ почвы; поэтому прутья должны, чтобы не погибнуть, добывать себе пищу изъ почвы другимъ способомъ, и это они делаютъ, пуская въ илб собственные корни, отделяясь мозолистой тканью отъ занесенной и задушенной иломъ части ивоваго куста и получая затемъ пищу собственными средствами. Такимъ образомъ, действительно, изъ прутьевъ, принадлежавшихъ раньше одному ивовому кусту, образовались самостоятельные кусты. Они составляютъ вместе насаждеше, истор!я котораго въ существенныхъ чертахъ отличается отъ исторш ранее описанныхъ насаждешй. Следуетъ еще заметить, что задушенный, разложивппйся стволъ и его ветви могутъ еще некоторое время быть соединены съ превратившимися въ отводки прутьями, и даже эти отмерили части занесен- наго иломъ куста ивы могутъ еще быть очень полезны, какъ богатый перегноемъ включешя въ пронизанной корнями отводковъ почве.
Чтб здесь описано на примере затопленнаго и занесеннаго иломъ куста ивы, совершается и безъ подобныхъ катастрофъ само собою у множества растешй самыхъ различныхъ семействъ. Часть растешя, образующая отводки, вертикально поднимается надъ поверхностью субстрата, возни- Кающ1я по бокамъ ея ветви также стремятся вверхъ, но частью, особенно когда ихъ много, принуждены держаться косого направ- лешя. Ответвлешя, вследств!е такого способа роста, сгруппированы поясами, располагаясь ярусами другъ надъ другомъ, а также, по той же причине, вся масса растетъ не только въ вышину, но и въ ширину. Самый новый, верхшй ярусъ всегда содержись большее число отводковъ, чемъ предыдущей, который между темъ отмеръ и превратился въ поддержку самаго новаго, верхняго яруса. Если стремяпцеся вверхъ побеги немногочисленны, если они расположены редко и имеютъ довольно места для развит, то получается группа отводковъ, имеющая, насколько она виднеется надъ землею, видъ пучковъ и такъ и называется пучкомъ. Въ виде примеровъ для этой формы образовашя отводковъ можно привести разные виды шоновъ (Paeonia) и тому подобныя многолетшя травы.
Когда число получающихся изъ частей растешя, растущихъ вверхъ и превращающихся въ отводки ответвлешй увеличивается, то и объемъ, и густота насаж- дешя очень быстро растуть съ каждымъ годомъ. Положимъ, стебель выпускаетъ въ первое лето пять вверхъ растущихъ побеговъ, и на каждомъ въ следующемъ году повторяется тотъ же способъ роста, то черезъ 10 летъ будутъ другъ около друга стоять приблизительно 10 миллюновь побеговъ. Принимая, что старые
побеги не гшютъ и не распадаются, а сохраняются, не изменяясь въ форме и положены, и принимая, что все части растутъ равномерно, всл6дств!е такого хода развитая должна была бы получиться масса, имеющая форму перевернутаго конуса. Обращенной внизъ вершине конуса соответствуетъ стебель, давшы начало всему образованью, затЬмъ кверху следуютъ, располагаясь ярусами другъ надъ другомъ, побеги второго, третьяго, четвертаго и т. д. годовъ, при чемъ, соответственно возрасту, каждый ярусъ раздается въ ширь сильнее предшествующаго, покрывая и пронизывая ризоидами или корнями труху вебхъ предыдущихъ. Однако такая строгая правильность соблюдается редко; большею частью более старые отмерппе члены насаждешя превращаются въ бурую, уплотненную перегнившую труху, образующую широкое основан!е для верхнихъ слоевъ и нисколько не имеющую вида перевернутаго конуса, часто некоторый изъ растущихъ вверхъ ответвлены заглушаются, вследств!е бокового взаимнаго давлешя, или же проявляются еще особый услов!я почвы, мешаюпця правильному ходу развитая. Въ большинстве случаевъ принадлежащее къ одному возрасту, тесно сближенные, происшедппе выше описаннымъ способомъ отводки расположены въ одной плоскости. Тогда такое расположено называютъ дерновиднымъ и всю группу отводковъ дерномъ или дерновиною. Но случается также, что отводки, находящееся въ середине насаждешя, растутъ сильнее периферическихъ; последше несколько отстаютъ и принуждены держаться при своемъ росте косого направленхя, и все насаждеше получаеть тогда очерташя полушар!я. Такое расположеше называется подушко- виднымъ, а вся группа отводковъ подушкою.
РедНе пучки, дерновины и подушки иногда очень походятъ съ виду на насаждешя, расположенный рядами или группами, и, безъ ближайшаго изеледо- вашя перегнившаго основашя насаждешя, въ некоторыхъ случаяхъ невозможно решить, следуеть ли насаждеше признать за редкы дернъ или за группу. Раз- личеше дерновъ и подушекъ тоже не всегда такъ легко, какъ это могло бы казаться изъ выше приведенныхъ разъяснены; вообще, имеются случаи, где все указанные признаки неприменимы, другими словами, неть недостатка въ пере- ходахъ соединяющихъ искусственно разграниченный ботаниками формы.
Отводки, расположенные пучками, дерновинами или подушками, встречаются почти во всехъ отделахъ растительнаго Mipa. Следуеть особенно отметить подушки неоднократно разсматривавшейся въ первомъ томе и изображенной на таблице при стр. 22 Vaucheria clavata, такъ какъ здесь отводки получаются изъ выростовъ одной мешковидной метки, которые, удлиняясь и отмирая сзади, подъ растущимъ концомъ сами образуютъ опять новые отроги. Самые молодые остаются въ крепкомъ соединены со старыми отмершими и выцветшими частями, и вся подушка тогда сверху состоитъ изъ множества зеленыхъ кончиковъ, которые следуеть считать отводками, тогда какъ глубже находится сплетете изъ бледныхъ нитей, образующее отмершее основаше для растущихъ далее отводковъ. Сходный отношешя наблюдаются у видовъ Euactis, Dasyactis и Mastichonema, странныхъ, относящихся къ Cyanophyceae водныхъ растеши, растущихъ маленькими, темными подушками на камняхъ въ ручьяхъ и на скалахъ, постоянно увлажняемыхъ брызгами водопадовъ. Здесь превращаются въ отводки, правда, не выросты одной клетки, а хлыстовидные, расположенные пучками ряды клетокъ, располагающееся ярусами другъ надъ другомъ. Только самые верхше пучки
Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растен1й, т. П. 37
живы, внутренше, изъ которыхъ они получились, мертвы. Правда, ихъ можно ясно видеть еще после многихъ летъ, въ особенности, когда они инкрустированы известковымъ туфомъ. У нбсколькихъ видовъ, какъ, напр., у Euactis Heeriana, иногда можно насчитать 10 — 20 отмершихъ годичныхъ слоевъ прироста другъ надъ другомъ, соединенныхъ въ компактный массы, а сверху множество отдель- ныхъ и независимыхъ одинъ отъ другого пучковъ изъ снабженныхъ влагалищемъ клеточныхъ рядовъ. Среди лишаевъ, въ особенности среди кладонш, также известны мнопе, которые изъ года въ годъ строятъ настоящее ярусы, одинъ надъ другимъ, въ то же время кверху вильчато или мутовчато разделяются и расширяются, отчего получаютъ видъ дерновинъ или подушекъ. Нижшя части сохраняются еше долгое время, даже если оне уже давно отмерли, и становятся мертвыми поддержками для живыхъ, сделавшихся независимыми другъ отъ друга верхнихъ частей, которыя должны быть названы отводками.
Подобный же отношетя наблюдаются и у многихъ мховъ. Особенно лиственные мхи представляютъ большое разнообраз!е въ развийи расположенныхъ дерновинами или подушками отводковъ, и въ этой группе растешй встречаются все переходы отъ широкихъ, покрывающихъ края ключевыхъ ручьевъ дерновинъ Нурпасеае къ маленькимъ, полушаровиднымъ подушкамъ Grimmia и Andreaea, сидящимъ на крутыхъ откосахъ скалъ и ледниковой области высокихъ горъ, или отъ мягкихъ, редкихъ дерновинъ въ тенистыхъ еловыхъ лесахъ къ плотнымъ, сомкнутымъ подушкамъ, расположеннымъ между злаками и травами алыпйскихъ луговъ. Редшя моховыя дерновины получаются, когда развиваются только не- мнопе, но, сравнительно, широте, напоминаюпце ваю мелкаго папоротника, годичные побеги. У обыкновеннейшаго нашего лиственнаго мха, изящнаго Hyloco- mium splendens (см. рис. стр. 13, фиг. 11), главная ось годичнаго побега обра- зуетъ, подобно стержню ваи папоротника, выпуклую кверху дугу, и, приблизительно, въ серединб этой дуги въ следующемъ году развивается пара новыхъ побеговъ, поступающихъ точно также, т. е. опять сгибающихся дугою въ сторону. Такимъ образомъ мохъ строится все время изъ поставленныхъ одна надъ «другою дугъ, отъ чего зависитъ, что дерновины редки и мягки, подобно перине, которую наполнили согнутыми пуховыми перьями. Плотныя дерновины образуюсь мхи, отличаюпцеся тбмъ, что они на каждомъ прямомъ, вверхъ стоящемъ годичномъ побеге залагаютъ близъ вершины несколько мутовато расположенныхъ почечекъ. Только эти почечки въ следующемъ году вырастаютъ и превращаются въ столько же новыхъ годичныхъ побеговъ; старый же побегь, изъ верхняго конца котораго они произошли, отстаетъ и отмираетъ. Такимъ образомъ каждый побегь разви- ваеть целый пучекъ новыхъ, перерастающихъ его верхушку. При повторение такого способа роста изъ года въ года, неизбежно происходить быстрое умно- жеше и скучиваше побеговъ. Въ течете немногихъ летъ сотни, даже тысячи вверхъ стоящихъ побеговъ слагаются въ сомкнутую массу въ виде дерновины. Въ высокихъ горахъ центральныхъ Альпъ растетъ мохъ, по имени Dicranum elon- gatum, дерновины котораго столь плотно сомкнуты, что ихъ съ трудомъ только можно разделить. При благощиятныхъ услов!яхъ, особенно на хребте горныхъ кряжей, обвеваемыхъ фёномъ, эти дерновины достигаютъ 1 метра въ квадрате, и такъ какъ на 1 кв. см. въ среднемъ находится до 324 стебельковъ, то татя дерновины заключаютъ не менее 3.240,000 стебельковъ, т. е. отводковъ.
Обыкновенно на моховыхъ растеньицахъ годичные побеги тотчасъ же отми- раютъ, какъ только заложенные ими новые побеги достигли окончательной величины; но и после смерти они еще некоторое время сохраняются со всеми своими стебельками и листочками и гораздо медленнее разлагаются, чемъ мертвыя части травъ и кустарниковъ. Въ продолжете 3 — 5 летъ они, выцветнпе или побу- рйвппе, представляют подоб!е мум!й, будучи часто связаны ризоидами, какъ вой- локомъ; но, наконецъ, распадъ и разложение побеждают и ихъ, и черезъ 6 —10 лбтъ все превращено въ темный перегной. Следств1емъ этого и является слоистость, замечаемая на продольномъ разрйз4 такой дерновины мха: внизу черный перегной, надъ нимъ бурый слой изъ распадающейся ткани, далее слой изъ бледножелтыхъ или сбрыхъ мертвыхъ стебельковъ и листочковъ, а на самомъ верху живые зеленые побеги последняго года. На особыхъ местахъ произра- статя, подъ вл1яшемъ задерживающихъ гшеше перегнойныхъ кислотъ въ торфя- никахъ или вследств!е инкрустащи углекислою известью, отмерили части мховъ, правда, могутъ сохраниться въ течете многихъ летъ, и тогда неизмененный по форме части можно узнать еще на значительные глубинахъ. Въ высокихъ торфяникахъ стебельки остролистнаго белаго мха (Sphagnum acutifolium) нередко можно проследить до глубины 1 метра, а въ откладывающихъ известковый туфъ ключахъ стебельки мха Trichostomum tophaceum до глубины 2 и 3 м. Въ южной Штирш известны отложен!я известковаго туфа мощностью въ 9 м., во всей толще которыхъ можно проследить безъ перерывовъ нахождете образующаго дерновины мха Gymnostomum curvirostre; вся масса туфа есть, можно сказать, ни что иное, какъ громадная окаменевшая дерновина мха, пропитанная известью. Было высчитано, что для образоватя такихъ дерновинъ или такихъ отложешй известковаго туфа мощностью въ 9 м. было необходимо свыше 2000 летъ, и, конечно, интересно иметь передъ собою дерновину вверху постоянно зеденеющаго, развет- вляющагося и размножающагося мха, самые нижше, развившиеся 2000 летъ тому назадъ, стебельки котораго сохранились въ ясно заметномъ виде до настоящаго времени.
Необычайно разнохарактерно образоваше насаждетй въ виде дерновинъ или подушекъ у злаковъ, осокъ и различныхъ другихъ растешй, которыя народъ по ихъ внешнему сходству соединяет надъ назватемъ „трава". Некоторый изъ нихъ возвышаются подобно кротовымъ холмикамъ надъ окружающею поверхностью, какъ, наир., широко распространенная на торфяникахъ пушица Eriophorum vaginatum, различные виды рода Schoenus и, особенно, обыкновенная въ болотахъ венгерской низменности осока Carex stricta. Последнее растете, обусловливающее своеобразный видъ болыпихъ пространствъ въ долинахъ Дуная и Тиссы, и дерновины котораго у венгерцевъ называются Zsombek *), изображена въ первомъ томе на картине при стр. 423, Дерновины, какъ оне изображены на картине, весною и въ начале лета выступают надъ водою только своею верхушкою. Если въ это время посетить одно изъ болотъ, въ которомъ эта осока является преобла- дающимъ растетемъ, то оно издали кажется пышнымъ лугомъ. Видны, ведь, только отстояпце во все стороны от вершины дерновины листья и стебли, вода же, окружающая дерновины внизу, заслоняется скученною листвою. Но если по-
дойти ближе, то мы заметимъ, что дерновины разъединены и между ними находятся лужи, соединенный друтъ съ другомъ настоящею водяною сетью. Большею частью дерновины стоять столь близко, что даже на самомъ узкомъ и малень- комъ челноке нельзя между ними пробраться; поэтому, чтобы попасть въ середину такого болота, необходимо переступать осторожно съ верхушки одной дерновины на верхушку соседней, а то можно слететь въ растилающуюся ниже воду. Венгершйе пастухи боятся и избегаютъ болота, въ которыхъ дерновины этой осоки взяли перевесь, потому что, если корова забредетъ въ выступающая изъ воды дерновины, то она часто больше не возвращается. Такъ какъ корова неспособна ходить по верхушкамъ кочекъ, то она бредетъ внизу въ воде все дальше и дальше, не находя обратной дороги, и наконецъ, порезавъ себб острыми листьями и стеблями кожу на ногахъ, погибаетъ въ болоте. Когда при падающемъ уровне воды водяной лабиринтъ въ такомъ болоте нропадаетъ, то мы съ удивлешемь замечаемъ, что каждый зеленый пучекъ дерновины есть, собственно, только вершина чернобураго столба, который можетъ достигать высоты ^г или даже почти 1 м. Нижняя половина такого столба состоитъ изъ сплететя отмершихъ корне- выхъ волоконъ, листьевъ и стеблей и уже превращена въ торфъ, тогда какъ вершина еще продолжаетъ зеленеть и несетъ пучекъ зеленыхъ, крепкихъ, режу- щихъ, дуговидно согнутыхъ внизъ листьевъ и стеблей. Пучекъ же этотъ состоять изъ сотенъ отводковъ, вырастающихъ отвесно вверхъ и выпускающихъ въ свою очередь отводки кверху. Замечательна у этой осоки еще та особенность, что влагалищное основаше каждаго листа съ края размочалено на тошйя, петле- видныя волокна, которыми листья, принадлежапце одному побегу, связываются воедино. Развиваюпцеся въ пазухахъ листьевъ новые побеги, становящееся позже отводками, какъ бы направляются этими волокнами и принуждены держаться при своемъ росте направлешя вверхъ. А такъ какъ все новые побеги растутъ почти параллельно другъ другу, то въ течете многихъ летъ дерновины получаютъ тотъ- странный видъ столбовъ, о которомъ выше была речь.
И въ степяхъ Стараго и Новато Света находится поразительно много ха- рактерныхъ злаковъ, растущихъ дерновинами. На картине, представляющей южнорусскую степную растительность (томъ I, таблица при стр. 613), въ виде, образующихъ дерновины растенш особенно выдаются ковыль или тырса (Stipa pennata) и сизый видъ типчака (Festuca vaginata). На бразильскихъ степяхъ произрастаетъ роскошное Gynerium argenteum, открытое въ 1820 г. близь Монтевидео и введенное въ наши сады подъ именемъ пампасовой травы; въ с4веро- американ скихъ прер!яхъ также встречается целый рядъ злаковъ, отводки которыхъ расположены въ виде дерновинъ, какъ, напр., Andropogon provincialis и scoparius, Eatonia obtusata, Sporobolus asper и Chrysopogon nutans. Но едва ли, какая либо область содержитъ такое обшпе растешй съ дерновиднымъ ростомъ и нигде дерновины въ растительномъ покрове не преобладаютъ такъ, какъ въ аль- шйской полосе средне- и южноевропейскихъ высокихъ горъ. Правда, здесь также много дерновинъ, образующихъ отводки лишь въ виде исключетя. Мнопя аль- шйсюя растешя, принадлежащая къ крестоцветнымъ, Plumbaginaceae и т. д., какъ, , напр., Draba aizoides, Armeria alpina, Cherleria sedoides, Phyteuma hemisphaericum, растутъ въ виде ясно выраженныхъ дерновинъ, но ихъ отдельные, многочисленные побеги все получаютъ пищу изъ почвы при посредстве единственнаго об-
щаго корня, ихъ стебельки не снабжаютъ себя особыми корневыми мочками, и потому не становятся самостоятельными. Если вынуть такую дерновину изъ земли, то мы убедимся, что сотни побеговъ, скученныхъ въ одинъ густой комокъ, принадлежать одному общему кусту со среднимъ, обыкновенно очень толстымъ и глубоко внедряющимся въ землю стержневымъ корнемъ. У большинства альшй- скихъ дерновинныхъ растешй, однако, происходить несомненное образоваше отводковъ, и при этомъ уже по внешнему виду можно различить двоятая формы. ]1асть относящихся сюда растешй, типами которыхъ могутъ считаться Saxifraga muscoides, androsacea и Seguieri, развиваетъ изъ своихъ молодыхъ побеговъ обильныя корневыя волокна, пронизывающая весь верхшй, богатый перегноемъ слой почвы, но не проникаюпця глубоко въ подстилающую землю. Дерновины этихъ растешй более или менее выпуклы, часто имеютъ видъ маленькихъ крото- винъ и могутъ селиться на очень тонкомъ почвенномъ слое, даже на скалахъ, покрытыхъ перегноемъ только на 1 или 2 см. Другая часть альшйскихъ ра- стешй, образующихъ дерновины, также развиваетъ на молодыхъ побегахъ корни, делаюпце ихъ способными къ самостоятельной жизни; но эти корни глубоко внедряются въ подстилающую почву, укорачиваются после прекращешя ихъ роста и вследств!е этого втягивают нижнюю часть обособившагося стебелька подъ землю. Образовавппеся такимъ путемъ отводки поднимаются на почти равную высоту, и ташя дерновины можно, пожалуй, назвать плоскими дерновинами. Въ виде примеровъ растешй, у которыхъ наблюдается такого рода образоваше отводковъ, можно назвать несколько первоцветовъ (напр., Primula minima и glutinosa) и Valeriana celtica. Образующееся у Primula glutinosa отводки часто стоять такъ редко, что можно принять ихъ расположеше за группообразное; но если проследить ихъ исторпо развитая, то не можетъ быть сомнешя, что и въ этомъ случае имеется дерновинное расположеше. Очень часто дерновины какого-либо вида, особенно осокъ и злаковъ, смыкаясь тысячами, преобладают во всемъ раститель- номъ покрове и въ н6которомъ роде образуют основу въ разостланномъ по земле ковре. Между дерновинами такихъ дающихъ тонъ видовъ втиснуты тогда дерновины другихъ растешй, имеющихъ обыкновеше расти более разсеянно, а кое где включены еще виды, располагающееся группами или же вовсе не даюпце отводковъ. Народъ называет такой растительный покровъ, составленный преимущественно изъ растешй, растущихъ дерновинами, „вазенъ (Wasen)“. Эрнстъ Гейнъ разрешилъ трудную задачу изобразить въ краскахъ на картине, помещенной при стр. 178, такой вазенъ высокоальшйской полосы, где дающимъ тонъ ви- домъ является осока Carex firma. Картина не нуждается въ дальнейшихъ по- яснешяхъ, кроме техъ, которыя даны на приложенномъ листе въ виде назвашй растешй; остается только добавить, что на той высоте, где выполнена картина подъ моимъ руководствомъ, именно, на Блязере въ тирольскихъ центральныхъ Альпахъ, на громадномъ пространстве склоны, выемки и хребты покрыты именно такими вазонами.
Когда перемещеше растешй происходить такимъ образомъ, что превратившаяся въ отводки части съ одной стороны удлиняются, отмирая на противоположной и при этомъ не вполне отделяясь отъ подстилающей почвы, то пройденный путь всегда бывает не великъ. Отводки въ этомъ случае подвигаются вдередъ отъ.ихъ исходной точки лишь медленно, такъ сказать, шагъ за шагомъ, и прой-
деть много летъ, пока будетъ пройдено пространство въ 100 м. Гораздо быстрее совершается перемещете, если отводки, отделившись отъ мбста своего образовашя, переносятся на новое место поселешя особыми метательными приспособлен!ями или посредством® водных® и воздушных® те- чен!й или, наконец®, при помощи животных® и людей. Тогда может® случиться, что отделивпияся клетки, группы клеток®, почки и побеги въ течете немногих® минут® перенесутся более чем® на 100 м., по длинным® долинам®, через® крутая скалы или даже через® высоте горные хребты. 4 Правда, успех® такого быстраго распространетя не так® верно обезпеченъ, как® при медленном® передвижети. Легко может® случиться, что ветер® или волна, захватив- ш!е свободный отводок®, занесут® его на такое место, где его развипе невозможно, где он® неминуемо погибает®. Но, очевидно, этот® недостаток® уравновешивается громадным® количеством® таких® свободных® отводков®. Имеются также растетя, развиваюпця двоякаго рода отводки, одни, распространяемые медленно, но верно, и друне, переносимые быстро, но неверно, первые въ скудном®, последше въ обильномъ числе.
Только малая часть нынб живущих® растешй развивает® отводки, которые, после совершившагося отделен!я, собственными силами или посредствомъ особыхъ органов® движен!я отыскиваютъ новыя места жительства. Это сплошь живущая въ воде формы незначительной величины, развипе которыхъ может® быть прослежено только под® микроскопом®. Въ видб самыхъ известныхъ примеровъ приведемъ здесь безхлорофиль- ные сапролегтевые и хитрщцевые грибы, темнозеленые вошер!евые и красные виды Sphaerella. Сапролегтевые большею частью суть гнилостныя растетя, жи- вуть они въ трупахъ околевшихъ въ воде животныхъ и не только рыбъ, раков® и насекомых®, но и птиц®, до какому либо случаю нашедших® себе смерть въ воде или занесенныхъ въ воду после наступившей на земле смерти. Они обра- зуютъ трубчатыя, представляющаяся простому глазу въ виде нежныхъ нитей, гифы, даюпця много отроговъ; часть ихъ пронизываеть, подобно корнямъ, труп®, тогда как® другая часть въ виде беловатыхъ или серыхъ хлопьевъ поднимается надъ трупомъ и колышется въ воде. Некоторый изъ трубчатыхъ, отстоящих® гиф® принимают® булавовидную или палицеобразную форму, и протоплазма ихъ разъединяется на многочисленные участки, имеюпце, насколько видно сквозь оболочку клетки, угловатая очертатя. Вскоре затемъ булавовидная трубка вскрывается на своей вершине, и обособленные участки выступают® изъ отверспя въ виде округлых® протоплазменных® тел® (см. рис., стр. 15). Дальнейшая явлешя различны, смотря по роду. У рода Saprolegnia отдельные протопласты после выхода изъ трубки имеютъ две ресницы, при помощи которыхъ они быстро уплывают® (см. рис., стр. 15, фиг. 6 и 7), у рода же АсЫуа выступаюпце, округливпиеся протопласты располагаются перед® устьем® въ круглый комокъ (см. рис., стр. 15, фиг. 1—4) и первоначально не имеютъ ресниц®. Тут® они окружаются нежною оболочкою, состоящею, повидимому, изъ клетчатки, но не долго остаются они въ такомъ состояти. Уже черезъ несколько часовъ они покидаютъ зту оболочку, получают® бобовидную форму и снабжены теперь тоже ресницами, делающими ихъ способными къ плавашю въ воде. Плавате продолжается, сравнительно, короткое времд. Пристав® къ какой либо точке, они теряют® ресницы, овружа-
ются клеточною оболочкою, дають начало новому растенью и, безусловно, должны быть считаемы за отводки. Сходное образоваше отводковъ замечается у хитри- даевыхъ. ПослЬдеоя также безхлорофильныя, но не гнилостныя растешя, какъ большинство сапролегшевыхъ, а настоящее паразиты. Хозяев’ами они выбираютъ себе, по преимуществу, зеленыя водныя растешя, проникаютъ въ клетки ихъ, убиваютъ и поглощаютъ ихъ протоплазму и развиваютъ затЬмъ толстыя, подни- маюпцяся надъ растешемъ - хозяиномъ трубки, протоплазма которыхъ дробится на многочисленные, шаровидные участки. Трубки вскрываются на вершине, то посредствомъ отделетя настоящей крышечки (см. рис., стр., 15, фиг. 5), то вследств!е растворешя ограниченнаго места оболочки, отчего получается дырочка, изъ которой обособленные протопласты выделяются въ виде отводковъ. После выхода каждый отводокъ представляетъ шаровидный или яйцевидный комочекъ протоплазмы съ единственною длинною ресницею. Кажется, что эта ресница тащится Позади, подобно хвосту, но, въ действительности, она служить орудаемъ для плавашя, переходящаго у некоторыхъ видовъ въ прыгаше. Относительно вошер1евыхъ и сферелль можно, во избежите повторетй, отослать къ описашю образоватя отводковъ въ I томе, стр. 24 и 31.
Въ общемъ, какъ уже сказано, образоваше отводковъ, самостоятельно плава- ющихъ въ воде и отыскивающихъ себе удобныя места для новаго поселен!я, ограничено очень неболыпимъ кругомъ водныхъ растешй. Гораздо чаще встречаются отводки, которые, после отделен!я отъ места своего образовашя, пассивно переносятся течен!ями воды и,не оказывая сами существеннаго на то вл!яшя, оседаютъ въ какой либо отдаленной точке. На первомъ месте среди такихъ водныхъ растешй следуеть поставить нитчатыя, зеленыя водоросли, покрываются въ виде тинистыхъ массъ поверхность медленно текущихъ водъ или же камни и дерево на дне быстро текущихъ ручьевъ. У многихъ изъ этихъ растешй несколько разъ въ году происходить ослизненте стенокъ, отделяющихъ клетки, доходящее до того, что клетки освобождаются и уносятся быстро текущею водою. Черезъ повторное делеше изъ каждой унесенной клетки можетъ опять получиться новая нить. Поэтому едва ли можно себе представить более простое размножеше и распространеше, чемъ наблюдаемое у этихъ растешй. Мене© просто образоваше отводковъ у багрянокъ. Если все растете построено изъ клеточныхъ рядовъ или изъ сквозныхъ клеточныхъ сбтей, то внутри клетокъ, которыми заканчиваются расположенные въ веточки ряды, образуются такъ назы- ваемыя тетраспоры; последшя выпускаются, попадаютъ въ окружающую воду, подхватываются и уносятся морскими течешями, пристаютъ къ какой-либо точке подъ водою и вырастаютъ тамъ въ новое растете. У багрянокъ, растилающихся въ виде пластинокъ и принимающихъ форму листьевъ, тетраспоры обыкновенно образуются въ конечныхъ клеткахъ маленькихъ веточекъ, поднимающихся на поверхности, или же въ отдельныхъ клеткахъ, соединенныхъ въ пластинки. Въ большинстве случаевъ въ клетке, где совершается образоваше отводковъ, происходить делеше протоплазмы на четыре участка, реже бываетъ два или восемь комочковъ, получающихся дроблешемъ протоплазмы, а всего реже вся неразделенная протоплазма клетки выпускается въ виде одного отводка.
Своеобразное развит!© отводковъ замечается у маленькой группы водныхъ растешй, известной подъ именемъ Hydrodictyaceae. У изящной водяной сетки
(Hydrodictyon utriculatum), цилиндричестая, смыкаюпцяся въ шестиугольный петли, клетки которой образуютъ замкнутую сЬть, эти клетки одна за другою становятся очагами развитая отводка, представляющаго какъ бы въ маломъ видЬ повтореше всей с4ти. Протоплазма въ одной изъ готовящихся къ образованью отводка югЬ- токъ разъединяется на нисколько тысячъ частей, который страннымъ образомъ дрожать и суетятся, обнаруживая такъ называемое мерцательное движете (ср. стр. 20). Это продолжается около получаса; затбмъ мерцаюпця частицы успокаиваются.
Водокрасъ (Hydrocharis Morsus ranae). Отъ концовъ плетей отделяются почки, опускающаяся для зимоватя на дно водоема. Ср. текстъ, стр. 585.
располагаются въ шестиугольныя рамы или, другими словами, въ сети съ шестиугольными петлями (см. рис., стр. 20, фиг. 3 и 5), и теперь каждая такая клетка содержит крохотную водяную сетку. Наружный слой клеточной оболочки, внутри которой произошла эта группировка, частью растворяется, сеточка, сначала еще окруженная внутреннимъ слоемъ меточной оболочки, выскользает и плавает въ воде въ виде отводка. Черезъ три - четыре недели отводокъ этот достигает величины водяной сетки, изъ одной клетки которой онъ произошелъ, и въ каждой изъ его цилиндрическихъ иетокъ может повториться такое же образоваше отводковъ. Сходное явлеше наблюдается у родственнаго водяной сетке мелкаго воднаго растеньица, названнаго Pediastrum, одинъ видь котораго представленъ на стр. 20, фиг. 6 — 8. Взрослое растеше состоит всего изъ 8 — 32 иетокъ, образующихъ все вместе пластинчатую широкую табличку. Последовательно отдельный метки, таблички приступают къ образованию отводка. Протоплазма
данной клетки разъединяется на 8, 16 или 32 эллиптическихъ телъ, которыя, после кратковременнаго мерцательнаго движешя, выскользаю™ изъ треснувшей въ это время клеточной полости, будучи еще окружены тонкою оболочкою. Затемъ протоплазменные участки внутри нежной оболочки располагаются въ два или три круга (см. рис., стр. 20, фиг. 7). После этого все участки окружаются клетчат- ковыми оболочками и все образоваше представляется теперь въ виде крохотной таблички, по форме совершенно тождественной съ той, изъ одной изъ клетокъ которой она произошла.
Распространено отводковъ въ виде почекъ или побеговъ наблюдается особенно у рясокъ, Alismaceae, Potamogetonaceae, Utriculariaceae, Droseraceae и Primulaceae. Плаваюпця большею частью летомъ на поверхности тихихъ водъ ряски (напр., Lenina polyrrhiza и arrhiza) подъ осень на ихъ сплю- щенномъ, чечевицеобразномъ стебле развиваю™ члены, которые отделяются отъ летняго растешя, опускаются на дно пруда и тамъ зимуютъ. Каждый изъ этихъ членовъ имев™ видъ кармашка, и въ углубленш уже оказывается заложеннымъ побеги следующего года, правда, въ виде крохотнаго образовашя, едва высту- пающаго надъ крепко сложенными краями кармашка своимъ полукруглымъ сво- боднымъ концемъ. Опускаше этихъ отчлененныхъ зимующихъ почекъ вызывается темъ, что въ клеткахъ ихъ ткани, и притомъ даже въ клеткахъ кожицы, образуются крупный крахмальныя зерна, которыя, лежа тесно одно около другого, заполняю™ клетки. Воздухоносныхъ полостей, посредствомъ которыхъ летн!я растешя держатся на поверхности воды, не™, устьица закрыты, и все герметически замкнутое отъ внешняго Mipa тело имеетъ теперь удельный весь, заста- вляюпцй его опуститься на незамерзающее дно водоема. Здесь оно остается зиму въ покоющемся состоянш. Съ началомъ теплаго времени года почка просыпается отъ своего зимняго сна; крахмальныя зерна потребляются на постройку и развит!е заложеннаго стеблеваго члена, и вследств!е опорожнешя клетокъ, служившихъ для отложешя крахмала, а также вследств!е образовашя наполненныхъ воздухомъ полостей въ новообразованныхъ тканяхъ разрастающаяся почки названныхъ видовъ Lemna снова поднимаются на поверхность воды.
Такое же перемещеше въ течеши года наблюдается и на отводкахъ водо- краса (Hydrocharis Morsus ranae), распространеннаго въ тихихъ водоемахъ по всей Европе и по большей части Азш. Это растете хотя и снабжено обильными корнями, но никогда не прикрепляется ими къ илистому дну прудовъ, въ которыхъ оно обитаетъ, а плаваетъ летомъ, разстилая свои листья, подобно кувшинкамъ, на поверхности и опуская свои корни въ верхшй слой воды. Его размножеше совершается летомъ необычайно быстро посредствомъ образовашя плетей. Плети возникаю™ въ пазу- хахъ листьевъ изъ очень короткаго, плавающаго, прямого стебля, довольна длинны, походятъ на толстыя нити, держапцяся близъ поверхности воды и при своемъ росте удерживаюпця параллельное ей направлеше. Каждая плеть заканчивается почкою, которая быстро распускается, развивав™ зеленые, лежапце на воде листья и опускав™ въ воду пучковатые корни. Черезъ самое короткое время образованный такимъ путемъ кустъ походить на кустъ, выпустивппй плеть, и, подобно ему, способенъ развивать новыя плети. Вследств1е этого въ продолжен!© несколь- кихъ недель поверхность воды покрывается множествомъ плавающихъ кустовъ водокраса, которые по 10 — 20 соединены между собою горизонтальными шнурами
Иэъ самыхъ сильныхъ кустовъ поднимаются затбмъ надъ водною поверхностью изящные цветы. Но цветете продолжается лишь короткое время и лишь рбдко образуются плоды со всхожими обменами. Когда время цвететя прошло и приближается осень, то снова появляются плети, заканчивающаяся почками; но эти почечки короче весеннихъ, оне опускаются также, вслбдствхе бдлыпаго веса находящейся на нихъ почки, книзу, да и самыя почки имеютъ несколько иную форму; оне очень плотны, снаружи окутаны прилегающими низовыми листьями и дости-
Водокрасъ (Hydrocharis Morsus ranae): 1) почки, перезимовавпля на дн^ водоема и поднявш1яся весною на поверхность, 2) молодое плавающее растете, развившееся изъ поднявшейся почки, 3) бол^е старое плавающее растен!е.
гають, приблизительно, величины маленькаго финиковаго семени. Какъ только стебель этой почки снабдится достаточными количествомн муки и другихъ запас- ныхъ веществи, онъ отделяется отъ нити, почка падаеть внизъ (см. рис., стр. 584.) и ложится на илистое дно пруда. Плавающее же наверху растете, на которомъ она развилась, вполне отмираетъ и сгниваетъ. Да уже и давно пора скрыться, таки какъ вскоре затемъ поверхность воды покрывается льдомъ, делающими въ продолжете месяцевъ невозможными всякую жизнедеятельность. Когда снова наступить весйа й пруды и лужи освободятся отъ льда, то и въ илу на днб пробуждается жизнь. Почки водокраса, перезимовавпля тамъ, разрыхляются, некоторый клеточныя пространства наполняются воздухомъ и все образовате поднимается къ водяной поверхности (см. рис., на этой стр.). Достигнувъ ея, низовые листья быстро разступаются, зеленые листья расправляють свои пластинки на освещенной солнцемн поверхности воды, корни опускаются внизъ въ тепловатую воду, и уже
вскоре начинается снова развит!© плетей, описанное раньше. Само собою понятно, что при опускаши и поднята почекъ въ водЬ случаются отступлен!я отъ вертикали и иногда значительныя перембщешя. И, действительно, наблюдается, что водо- красъ очень меняетъ свои места произрасташя, и что иногда въ томъ месте, где въ одномъ году поверхность воды была усажена множествомъ кустовъ, въ следующее лето не видно и следа этого растешя, тогда какъ въ 100 шагаХъ отсюда образовалось несколько новыхъ насаждены.
Пузырчатки (Utricularia, см. томъ I, стр. 116), альдровандш (Aldrovandia vesiculosa, ср. томъ I, стр. 148), водяное перо (Hottonia painstris), покидаюпця съ на- ступлешемъ поздней осени холодеющ!© и застываюпце слои воды и опускаюпцяся на незамерзающее дно, для этой цели развиваютъ особыя кочуюпця почки; но пocлeднiя не окутаны, какъ у водокраса, низовыми листьями, а представляютъ, собственно, лишь укороченные побеги, мелк!е, зеленые листья которыхъ настолько сближены и столь крепко смыкаются, что весь побегь имеетъ видь округлаго или эллиптическаго комка. Tanie комки остаются въ соединены съ участкомъ плавающаго стебля, образовавшаго ихъ. Стебель позднею осенью завядаетъ, начинаетъ разлагаться, опускается въ глубь и при этомъ тянетъ внизъ и держа- пцйся на немъ комъ. Иногда, впрочемъ, зеленые комья отделяются уже отъ плавающаго близъ поверхности воды и разлагающагося здесь осенью стебля и падаютъ сами по себе на дно пруда, при чемъ часто они распространяются по различнымъ направлешямъ. Листья этихъ комообразныхъ отводковъ не утолщены и вырастаютъ следующимъ летомъ, когда комья покинули свои зимтя квартиры и снова всплыли въ верхи!© слои водоема, въ зеленые листья. Что родственный водокрасу телорезъ (Stratiotes aloides) производить подобный же странствовашя въ продолжеше года, было уже сказано при другомъ случае въ I томе, стр. 552, здесь же следуетъ обратить внимаше еще лишь на то, что телорезъ отправляется на зимшя квартиры не въ виде почекъ, а опускается на дно въ виде раскрытыхъ розетокъ, чтобы следующею весною въ блaгoпpiятнyю погоду снова подняться вверхъ.
Иначе, чемъ у разсмотренныхъ до сихъ поръ болотныхъ и водныхъ растешй, происходить дбло у рдестовъ Potamogeton crispus, obtusifolius, pusillus и trichoides. Хотя они подъ осень и образуютъ тоже отводки въ виде толстыхъ побеговъ съ отстоящими, короткими листьями (см. рис., томъ I, стр. 552) или длинныя, узк!я, окутанныя низовыми листьями почки, отделяющаяся отъ увядающаго стараго стебля и опускаюпцяся на дно пруда, но эти отводки следующимъ летомъ больше не поднимаются въ верхн!е слои воды, а остаются торчать въ иле въ томъ месте, куда они упали, пускаютъ здесь корни и развиваютъ изъ маленькихъ почекъ, которыя заложены были еще осенью въ пазухахъ рогообразныхъ листьевъ отводка, облиственные, ветвистые стебли, быстро раступце вверхъ къ поверхности воды. Эти укорененные на дне водоема рдесты размножаются не только упомянутыми отводками, но еще и отпрысками, ползающими на болыпомъ пространстве въ иле. Но развиваемыми осенью на верхнихъ междоузл!яхъ, затемъ отделяющимися и плавающими въ воде побегами или почками достигается распространен!© на гораздо больппя разстоян!я, чемъ это было бы возможно посредствомъ ползающихъ въ иле отпрысковъ.
Весьма замечательно© распространен!© отводковъ наблюдается у очень
обыкновеннаго южнее тропика на побережьи Австрал1и вида морской травы Cymodocea antarctica. Это растете имбетъ вертикальный стебель, густо усаженный двурядно расположенными листьями грязнозеленаго цвета. Нижнее листья уже рано отпа- даютъ, и оголенный, рубцеватый стебель несетъ тогда только на вершине пучекъ лентовидныхъ листьевъ. Подъ конецъ зимы надъ этими лентовидными листьями вершина стебля оказывается весьма своеобразно устроенною. Междоузлея здесь очень укорочены, и на нижнемъ междоузлеи замечается разсеченный на четыре лопасти низовой листъ, обхватывающей, подобно чаше, листья, отходящее отъ следующихъ вверхъ междоузлш. Изъ пазухъ одного или двухъ изъ этихъ листьевъ развиваются почки, тогда какъ самые листья отмираютъ и сгниваютъ. Паренхима чашевиднаго, разсеченнаго на четыре лопасти низового листа также сгниваеть, и отъ него остаются только твердые тяжи, такъ что теперь вместо чаши находятся гребневидный чешуи. После того какъ произошли эти изменетя, ткань стебля подъ гребенчатыми чешуями расщепляется, и вся верхушка стебля отделяется движетемъ воды отъ давно утратившей листья нижней части стебля и уносится. Въ зависимости отъ местныхъ условш на морскомъ берегу она уносится более или менее далеко и плаваетъ более или менее долго. Рано или поздно отделившейся плавающей побегъ, превратившейся въ странствующей отводокъ, опять успокаивается, при чемъ тащупцяся сзади гребенчатый четыре чешуи играютъ роль якоря. Если якорь зацепилъ, то изъ самыхъ нижнихъ междоузлш побега развиваются 2 — 4 корня, которые, пробираясь между зубьями гребенчатаго якоря, врастають въ илистую почву и прикрепляютъ отводокъ неподвижно. Все это происходить въ конце зимы. Въ течете следующего лета закрепленный и укоренившейся въ иле побегъ, имеющей длину около 8 см., снова вырастаетъ въ стебель вышиною въ метръ, а следующею затемъ зимою его верхушка опять отделяется такимъ же способомъ. Раньше (стр. 428) было уже упомянуто, что это странное морское растете цвететъ и приноситъ плоды лишь крайне редко, обстоятельство, дающее право предположить, что образованный имъ безпредельныя насажденея, встречающейся вдоль побережья Новой Голландеи, обязаны своимъ происхожденеемъ распространяемы™» морскими теченеями отводкамъ.
Гораздо проще, чемъ у этихъ водныхъ растеней, совершается распростра- ненее отводковъ морскою водою у бурыхъ водорослей, ульвъ и багрянокъ. Когда сильныя бури возмутятъ море до самой его глубины и при- ливъ дальше обыкновеннаго затопить берегь, то отступающей волны всегда въ изобилен оставляютъ на берегу обрывки названныхъ растеней. Они были оторваны напоромъ волнующейся воды отъ приросшихъ въ глубине лентъ, сетей и нитей и носятся теперь на волнахъ. Немало изъ нихъ водою заносится въ расщелины скалистаго берега или погибаетъ въ песке и иле прибрежья, и вотъ, оказывается, большинство ихъ въ такихъ местахъ продолжаетъ расти, конечно, при условен, чтобы вода никогда совсемъ не отступала оттуда и чтобы новое соединено, въ которое вступили обрывки съ подстилкою, не было разрушено новою бурею.
На берегахъ рекъ, впрочемъ, происходить подобный же явлетя. Остатки растеней, несомые поднявшеюся водою, которые при опускающемся уровне остаются въ виде безпорядочной кучи вместе съ иломъ и пескомъ въ тихихъ зали- вахъ берега, только отчасти переходить въ разложете; большая часть остается свежею и живою, укореняется и пускаетъ сильные побеги вверхъ. Въ области
Жизнь растешй. ILТ-во „Просв'Ьщен1е“ въ Сиб.
Бамбуковый л'Ьеъ на Цейлон^.
Дуная, кроме обычныхъ отпрысковъ тростника, разныхъ камышей и рогозовъ (Phragmites, Scirpus, Typha), такимъ способомъ распространяются отломивппеся прутья ломкой вербы (Salix fragilis), куски корней облепихи (Hippophae rhamnoides), куски корневищъ воднаго укропа и аира (Phellandrium aquaticum и Acorns Calamus), облиственныя ветви и отпрыски разныхъ видовъ рдестовъ, и водныхъ лютиковъ (Potamogeton, Myriophyllum, Ranunculus изъ группы Batrachium). Растешя иногда поселяются въ местахъ, где раньше на версты кругомъ не было видно ни куста ихъ, и можно даже собственными глазами убедиться, что действительно текучею водою происходить распространеше ихъ отводковъ въ самое короткое время на далешя разстояшя и въ большихъ размерахъ. Большая часть такихъ поселенныхъ на новой наносной земле растеши происходить съ подмы- тыхъ бушующею водою береговъ, другая часть изъ болотистыхъ канавъ, выемокъ и желобовъ около берега, въ которые проникла поднявшаяся вода и которые ею были сильно взмучены, размыты и также лишены части растительности.
Менее бурнымъ путемъ происходить распространеше отводковъ маленькими, чистыми ручьями, текущими среди тростниковъ и камышей подъ слабымъ уклономъ и едва ли когда-либо выступающими изъ береговъ. Более быстрое течете замечается тутъ только въ середине русла, вода же у берега, особенно въ неболыпихъ его выемкахъ, почти столь же тиха и спокойна, какъ въ замкнутой со всехъ сторонъ луже. Въ такихъ тихихъ местахъ появляются также, занесенный водяными птицами, плавающ!я растешя, корни которыхъ не прикреплены на дне, а колышутся въ воде, или же совершенно лишенный корней, какъ, напр., Riccia fluitans и natans, Lemna nWolffia, въ тропическихъ областяхъ Azolla и Pistia. Все эти растешя размножаются чрезвычайно быстро. Въ то время какъ они, удлиняясь съ одной стороны, ветвятся и образуютъ растопыренные лопасти и побеги, они съ другой стороны отмираютъ, что, конечно, имеетъ cлeдcтвieмъ разъединеше на несколько кусковъ, другими словами, распа- деше на отводки. Эти куски располагаются и распределяются мозаикою въ насаждеше, распростертое, подобно зеленому ковру, на поверхности воды. Когда число отводковъ, а вместе съ темь и окружность ковра, увеличивается, то некоторый части насаждешя изъ тихаго залива у берега выдвигаются въ текущую воду средняго русла ручья, здесь оне подхватываются и уносятся течешемъ и останавливаются опять лишь на большомъ разстояши въ какомъ нибудь тихомъ месте берега, где они затемъ могутъ дать начало новой колонии отводковъ.
И дождевая вода играеть при распространена отводковъ важную роль. Въ этомъ отношеши особенно заслуживаютъ внимашя отводки широкораспростра- неннаго, чрезвычайно обыкновеннаго на сырой земле печеночнаго мха Marchantia polymorpha, развит!е котораго представлено на рисункахъ на стр. 19. На темно- зеленомъ, листоватомъ слоевище этого печеночника поднимаются кольцевые валы, постепенно разрастающееся въ настоящая чаши (фиг. 1). Въ глубине каждой чаши видны сосочковидныя клетки, каждая изъ которыхъ поперечною перегородкою делится на две половины, верхнюю и нижнюю. Изъ верхней половины образуется черезъ дальнейшее делеше зеленая клеточная пластинка (фиг. 3), изъ нижней короткая ножка последней. Но только часть сосочковъ на дне чаши развивается такимъ образомъ, у другой части верхняя половина увеличивается лишь незначительно и принимаетъ форму головки. Наружные слои оболочки
этихъ головчатыхъ клбтокъ затемъ разбухаютъ, образуютъ студенистую массу, и последняя, увеличиваясь въ объеме, поднимаетъ зеленыя пластинки со дна чаши все выше и выше (фиг. 2). Наконецъ, оне приблизились къ краю чаши и отсюда капающею и переливающеюся дождевою водою уносятся съ быстротою молши. Точно также и отводки другихъ печеночныхъ мховъ, именно шаровидные комки клетокъ, развиваюпцеся въ полулунныхъ кармашкахъ у Lunularia и въ бутыль- чатыхъ углублешяхъ у Blasia pusilia, парныя клетки, выступающ!я на верхней поверхности у Aneura multifida, одиношя клетки, отделяющаяся съ края листоч- ковъ столь многихъ печеночныхъ мховъ, многоклбтные отводки, отделяемые столь часто на корке деревьевъ Radula complanata, окрутлыя клеточки пластинки, вырастающая по краю листоватаго слоевища Metzgeria pubescens, наконецъ, комовидныя и дисковидныя клеточки группы, развивающаяся на плоскости листочковъ многихъ лиственныхъ мховъ (напр., разныхъ видовъ родовъ Leucobryum, Grimmia, Zygodon, Orthotrichum, Barbula, Calymperes) распространяются по преимуществу дождевою водою. Въ некоторыхъ изъ этихъ случаевъ не только распространеше, но и отде- леше маленькихъ отводковъ вызывается дождевыми каплями; въ другихъ же отделете происходитъ еще до начала дождя, и отводки не только у выше описанной Marchantia, но и у Blasia и Aneura отделяются и приподнимаются изъ ихъ вместилищъ сперва слоями клеточной оболочки, разбухающими въ студень, а затемъ только смываются и распространяются падающимъ дождемъ. Что эти маленьше отводки могутъ быть унесены также сильными порывами ветра съ ихъ месть возникновешя, тоже верно. Отделеше и отскакиваше самыхъ верхнихъ маленькихъ клеточныхъ пластинокъ маршантш можно вызвать, сильно дуя на нихъ, но при сухости воздуха и на сухой почве пластинчатые отводки быстро съеживаются и въ короткое время погибаютъ, такъ что, следовательно, ихъ распространеше воздушными течешями не бываетъ успешными, тогда какъ смытые дождемъ отводки названныхъ печеночныхъ и лиственныхъ мховъ тамъ, где они осели, тотчасъ же прирастаютъ и затемъ быстро развиваются и дальше. Важную роль играютъ эти унесенные дождевою водою отводки въ особенности при засе- леши древесной корки печеночными мхами. Достаточно, чтобы маленькая дерновина Radula, Metzgeria и т. п. разъ поселилась; когда затемъ въ непогоду дождевая вода стекаетъ по древесному стволу, то она сносить массу комовидныхъ и пластинчатыхъ отводковъ, чтобы отложить ихъ снова на выступающихъ буграхъ и ребрахъ, и, действительно, быстрое покрыпе толстыхъ, старыхъ древесныхъ стволовъ зелеными коврами изъ печеночныхъ мховъ большею частью совершается при посредстве дождевой воды.
Совершенно подобно тому какъ у Marchantia, происходитъ распространеше отводковъ у изображеннаго въ I томе на стр. 106, фиг. 6 и 7, гриба Cyathus striatus. Отводки здесь одноклетныя споры, образуемый внутри маленькихъ яйце- видныхъ вместилищъ. Много такихъ вместилищъ прикреплено на дне чашевид- наго гриба нитевидными тяжами. При смачиваши дождемъ внешше слои яйце- видныхъ вместилищъ значительно разбухаютъ, такъ что они взаимно приподнимаются за край чаши, откуда затемъ смываются стекающею дождевою водою.
Сравнительно редко распространяются дождевою водою почко- и побеговидные отводки. Очень интересный примерь представляетъ широко распространений, особенно охотно раступцй на глинистой ровной почве, чистякъ (Ficaria ranun-
culoides), одинъ куст котораго изображенъ на стр. 430, фиг. 3. Это растете развиваетъ въ пазухахъ зеленыхъ листьевъ отводки, въ виде маленькихъ клубней, имеющихъ не только по форме, но и по бледной окраске, некоторое сходство съ молодыми стад!ями развит картофельныхъ клубней (фиг. 6). Какъ только листья и стебли чистяка начинают желтеть и завядать, что происходит уже въ начале лета, клубеньки отделяются отъ стебля и падают на землю. Обыкновенно они здесь ускользают отъ внимашя, такъ какъ прикрыты желтеющею лбтнею листвою; но если въ случае грозы польет сильный дождь, то завядпие листья подъ напоромъ падающихъ капель прижимаются къ почве, и не задолго передъ темъ отпавппе клубеньки становятся видимыми. Иногда падающими дождевыми каплями ускоряется также отделен!© клубеньковъ отъ материнскаго растешя. Если дождевой воды такъ много, что она стекает въ виде маленькихъ ручей- ковъ, то свободные клубеньки часто смываются. Если же надъ обильно заросшею чистякомъ местностью пройдет еще проливной дождь, то большое число маленькихъ клубней может быть унесено и, когда вода уйдет, осесть и собраться по краю стоковъ. Въ такихъ местахъ количество снесенныхъ вместе клубеньковъ иногда такъ велико, что ихъ можно собрать целыми пригоршнями. Нечего удивляться, что сельск!е жители, не замечавш!е раньше скрытыхъ подъ листвою клубеньковъ, и теперь после грозы неожиданно находящ!е ихъ целыми кучами, думают, что эти тела упали съ дождемъ съ неба; такимъ образомъ получилось сказан!© о картофельномъ дожде.
Въ ботаническомъ саду въ Праге на неболыпомъ месте былъ посаженъ Allium paradoxum, развивающш въ своихъ зонтикахъ много мелкихъ отпадаю- щихъ луковокъ. После затопленья сада Молдавою въ 1890 году Allium paradoxum появился всюду въ этомъ саду въ виде сорнаго растешя. Высокая вода распространила отпавппя луковицы по всему саду.
Маленьк!© клубеньки, образующееся въ пазухахъ листьевъ изображенной на стр. 430, фиг. 1, Gagea bulbifera, водящейся въ южнорусской степной области, распространяются водою подобно клубенькамъ чистяка. Это приводит насъ и къ знаменитому манновому дождю въ степяхъ ипустыняхъ, который, въ сущности, тоже не что иное, какъ странствоваше отводковъ лишая-манны. Этот лишай, названный старыми ботаниками Lichen esculentus, а новыми въ разное время относимый къ родамъ Urceolaria, Lecanora, Chlorangium и Sphaerothallia, и который, повидимому, разделяется на три вида, именно, Lecanora esculenta, L. desertorum и L. Jussufii, распространенъ на громадномъ протяжеши въ югозападной Азш, и его область распространешя доходит до юговосточной Европы и северной Африки. Лишай этот известенъ въ окрестностяхъ Константинополя и изъ Грещи, Крыма и Кавказа, киргизскихъ степей и татар скихъ пустынь, изъ Персы, откуда взято изображен!© въ I томе, стр. 555, далее изъ Курдистана, въ окрестностяхъ озера Ванъ, въ плоскогорш Ликаоши, въ окрестностяхъ Д1ар- бекира, въ Месопотамии и на анатол!йскихъ высотахъ Булгаръ-дага въ Тавре, где онъ очень часто встречается еще на 2700 метрахъ надъ уровнемъ моря, на- конецъ, и въ Сахаре, а именно, на краю пустыни вдоль границы Алжира. Онъ образует сперва на камняхъ, предпочтительно на мелкихъ, отдельно лежащихъ известняковыхъ камняхъ, толстыя, бороздчатыя и бородавчатый корки, цвет которыхъ съ поверхности соответствует смеси сераго и охряножелтаго, тогда
какъ изломъ чисто белаго цвета, какъ у раздавленнаго пшеничнаго зерна. Старый корки растресканы и отстаютъ частью или совсемъ отъ камня. Уже при этомъ отставати края отделившегося участка несколько отворачиваются; позже это закручивате идетъ еще дальше, и отделивппйся лишай представляетъ теперь эллипсоидальное или шаровидное, бородавчатое тбло съ крайне ограниченною центральною полостью. Иногда при этомъ въ полость шаровиднаго тела включаются мелк!е камешки, и въ такомъ случае вйсъ свободнаго лишая - манны соответственно увеличивается; обыкновенно же полость наполнена воздухомъ, и таше куски имеютъ тогда въ сухомъ состоянш очень незначительный весь. Десять свободныхъ кусковъ лишая-манны, каждый величиною въ лесной орехъ, весили 3,36 гр., а весь каждаго отдельнаго куска, следовательно, въ среднемъ составляетъ лишь 0,34 гр. Поэтому понятно, что свободные лишаи-манна начи- наютъ катиться при порывахъ ветра, а бурями даже поднимаются со своихъ местъ и несутся по воздуху на болышя разстоянш. Въ тЬхъ областяхъ, где пер!одъ дождей не даетъ болыпихъ количествъ воды, и где по временамъ страш- ныя бури проходятъ по долинамъ пустыни, такой способъ распространетя, по- видимому, есть преобладающ^, въ пользу чего говорить особенно то обстоятельство, что въ такихъ областяхъ лишай-манна после бурь преимущественно скопляется за низкими кустарными зарослями, следовательно, какъ разъ тамъ, где сила бури до некоторой степени ослабляется и где и летучгй песокъ собирается въ виде маленькикъ холмовъ. Въ техъ же местностяхъ, где за длиннымъ, без- дожднымъ л6томъ следуетъ перюдъ съ обильными осадками, где на сухую целыми месяцами почву выпадаютъ так!я массы дождя, что земля ихъ не можетъ сразу впитать, часть дождевой воды собирается маленькими ручейками, уносящими съ собою все, что только можетъ быть сдвинуто и снесено. Мутныя струи воды текутъ по наклонной почве въ сторону самыхъ глубокихъ месть, и соединяются тамъ въ болытя русла, или же вода остается, если не находить стока, некоторое время въ углублетяхъ въ виде маленькихъ лужъ, откладывая тамъ илъ и уне- сенныя части растетй. Последшй случай наблюдается въ особенности на усеянной мелкими камнями степной почве, где среди отлогихъ высотъ лежитъ лаби- ринтъ не глубокихъ ложбинъ и извивающихся долинокъ, точно также въ краяхъ, имеющихъ характеръ Карста, где, именно, скалистыя платформы прерываются безчисленными котловидными ямами. Въ такихъ местностяхъ лишай-манна сно-. сится преимущественно дождевою водою въ углублетя, и притомъ въ некоторые годы въ такомъ количестве, что онъ образуетъ кучи высотою въ 4 — 6 дюймовъ, и что одинъ человекъ въ течете дня легко можетъ собрать 4 — 6 кгр. (около 12,000 — 20,000 штукъ величиною отъ горошины до лесного ореха). Это наблюдается въ особенности въ степныхъ областяхъ и въ горныхъ странахъ югозападной Азш, где лишай въ голодные годы служить вместо зерна, мелется въ муку и идетъ на печете хлеба (правда, не слишкомъ вкуснаго). Что въ этихъ обла- стяхъ переносъ лишая-манны совершается преимущественно дождевою водою, видно и изъ того, что сложенные въ ямахъ лишаи съ поверхности совершенно не стерты, а это должно было бы замечаться, если бы они хотя бы на короткое разстояте катились или тащились по каменистой почве. Замечательно также, что все более значительные такъ называемые дожди манны, извйсйя о которыхъ съ востока проникли въ Европу, именно въ 1824, 1828, 1841, 1846, 1863 и 1864
годахъ, происходили въ начале года, въ январе по мартъ, т. е. въ то время, когда тамъ идутъ сильные проливные дожди. Если тамошнее населете держится мя^тя, что манна упала съ неба, совсбмъ упуская изъ вида, что это растительное образовате растетъ и развивается въ непосредственной близи къ месту сбора, хотя бы только разсеянно и главнымъ образомъ въ виде корки на камняхъ, то это столь же мало удивительно, какъ и воззрете нашихъ крестьянъ, что клубеньки чистяка упали вместе съ дождемъ изъ атмосферы. Въ скобкахъ упомянемъ еще, что манна странствовавшихъ изъ Египта въ обетованную землю евреевъ и описанный зд4сь и изображенный въ I томе, стр. 555, лишай—одно и тоже, и что более старое мнете, по которому манна пустыни есть вытекаюпцй подъ вл!ятемъ пара- зитирующихъ шитовыхъ тлей и затвёрдевающш сокъ одного тамариска (Tamarix gallica mannifera), лишено всякихъ основатй.
Среди отводковъ, распространяемыхъ воздушными течешями, первое место занимають споры. Несколько лепромицетовъ и аскомицетовъ раз- виваютъ часть споръ отчленешемъ отъ свободныхъ концовъ особыхъ спороносцевъ. Эти спороносны поднимаются съ пронизаннаго и покрытаго мицел!емъ субстрата въ воздухъ, такъ что отчлененныя и лишь слабо держапцяся споры могутъ быть унесены самымъ незначительнымъ движетемъ атмосферы. У известныхъ подъ име- немъ Aspergillus и Penicillium плесеней на конце каждаго нитевиднаго спороносца отчленяются целые ряды споръ (см. рис. томъ I, стр. 515, фиг. 4, 5, 8 и 9), и такъ какъ обыкновенно много спороносцевъ тесно сближены, то одинъ порывъ вбтра можетъ унести безчисленныя количества споръ. Если совсемъ слегка подуть на соединенные въ насаждетя, подобно маленькому лесу, спороносцы, то споры поднимаются въ воздухъ въ виде пыли, и такъ какъ они имеютъ очень малый весь, то не только долгое время остаются висеть въ атмосфере, но и въ, повидимому, совсемъ спокойномъ воздухе; подъ вл!яшемъ уравнивающихъ теченш, который, вследств!е незначительныхъ различш въ температуре, постоянно происходить, то поднимаются, то опускаются, то опять уносятся въ горизонтальномъ направлены или въ вихре, пока, наконецъ, не осядутъ где либо и тамъ дадутъ начало новой плесени. Отчленяемый гименомицетами на конце такъ называемыхъ стеригмъ споры (см. рис., стр. 17 фиг. 7) также могутъ быть отделены и унесены порывомъ ветра, но, какъ мы знаемъ, у этихъ грибовъ большинство споръ само собою отделяется при спокойномъ воздухе, падаетъ на землю, покрываетъ ее въ виде неж- наго слоя пыли и только съ этого места отложетя уносится движетемъ воздуха.
Споры головневыхъ, а также споры въ эцид!яхъ ржавчинныхъ грибовъ сначала прикрыты нежными оболочками и иногда погружены въ особый вместилища. Достигнувъ полной зрелости, оне представляютъ порошковатую массу, прикрывающая ихъ пленка разрывается, и лежапця теперь открыто споры сдуваются ветромъ въ виде пыли. Если онб развились въ углубленныхъ вместили- щахъ, то сдуватю предшествуетъ сотрясете вместилища, имеющее следств!емъ выпадете порошковатыхъ споръ изъ устья вместилища въ движущшся воздухъ. У. большинства слизевыхъ грибовъ и гастромицетовъ (см. рис., томъ I, стр. 105 и 106) одновременно со спорами развиваются нежныя нити, названный капилли- ттемъ (см. рис. ниже). Сплетете этихъ нитей съ лежащими среди нихъ спорами окружено оболочкою. Когда эта оболочка во время зрелости растрескивается и вследств!е этого получается отверст!е споровместилища, въ начале могутъ быть упе- Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растеши, т. Н.38
производите выбрасываше споръ.производите выбрасываше споръ.Tri chia cl a v ata: 1) оболочка споровм-Ьсти- лища треснула, капиллитш выступилъ, подни- маетъ лежащая между нитями споры и выста- вляетъ ихъ на.произволъ в^тра. 2) нити ка- пиллит!я съ лежащими среди нихъ спорами. Фиг. 1 увелич. 20 разъ, фиг. 2 : 250 разъ.Tri chia cl a v ata: 1) оболочка споровм-Ьсти- лища треснула, капиллитш выступилъ, подни- маетъ лежащая между нитями споры и выста- вляетъ ихъ на.произволъ в^тра. 2) нити ка- пиллит!я съ лежащими среди нихъ спорами. Фиг. 1 увелич. 20 разъ, фиг. 2 : 250 разъ.стр. 595, фиг. 1). Въ сухую же трещины широко разступаются, истр. 595, фиг. 1). Въ сухую же трещины широко разступаются, и
производите выбрасываше споръ.
производите выбрасываше споръ.
Tri chia cl a v ata: 1) оболочка споровм-Ьсти- лища треснула, капиллитш выступилъ, подни- маетъ лежащая между нитями споры и выста- вляетъ ихъ на.произволъ в^тра. 2) нити ка- пиллит!я съ лежащими среди нихъ спорами. Фиг. 1 увелич. 20 разъ, фиг. 2 : 250 разъ.
Tri chia cl a v ata: 1) оболочка споровм-Ьсти- лища треснула, капиллитш выступилъ, подни- маетъ лежащая между нитями споры и выста- вляетъ ихъ на.произволъ в^тра. 2) нити ка- пиллит!я съ лежащими среди нихъ спорами. Фиг. 1 увелич. 20 разъ, фиг. 2 : 250 разъ.
стр. 595, фиг. 1). Въ сухую же трещины широко разступаются, и
стр. 595, фиг. 1). Въ сухую же трещины широко разступаются, и
сены вбтромъ только споры, находящаяся непосредственно близъ отверспя; более глубоко лежапця удерживаются капиллипемъ. Но при сухихъ ветрахъ затЬмъ выпираютъ вверхъ и болбе глуботме слои капиллипя, отчего все новыя количества спорь выносятся изъ глубины къ отверстью. Все это обусловливаете, что
споры этихъ растенш распространяются только съ известными перерывами и только
въ благопр!ятное время, именно, только когда, вбютъ cyxie ветры. Подобное же
приспособлено замечается у относящихся къ порядку мховъ маршанттевыхъ и
юнгерманшевыхъ. Въ споровместилищахъ этихъ растенш кроме споръ находятся особыя нитевидныя, очень гигроскопичныя клетки съ винтообразными утолщешями на клеточной стенке. Ихъ назвали пружинками и думали, что ихъ движешя
Но ихъ назначеше состоите не столько въ вы- брасыванш, сколько въ томъ, чтобъ после вскры- т!я вместилищъ сдерживать споры, лишь постепенно выставляя ихъ на ветеръ. Оне уча- ствуюте также въ раскрыванш споровместп- лищъ, на чемъ однако мы останавливаться не станемъ.
Изъразнообразныхъ приспособлены!, встречающихся у лишенныхъ пружинокъ мховъ для распространения споръ ветромъ, мы разсмотримъ здесь только три самыхъ выдающихся. Прежде всего наблюдаемое у Andreaeaceae (см. рис., стр. 595, фиг. 1 и 2). Споровместилище вскрывается у этихъ мховъ четырьмя продольными трещинами. Но трещины не доходяте до сво- боднаго конца вместилища, и четыре участка, на которые расщепилась стенка вместилища, и которые можно сравнить съ клепками бочки, остаются срощенными у верхушки споровмести- лища. Въ сырую погоду участки стенки сомкнуты, и тогда трещины закрыты (см. рис., погоду происходить изгибъ участковъ стенки, споры могутъ, по мере того, какъ оне вызре*’
ваютъ, выдуваться сухими ветрами изнутри вместилища (см. рис., стр. 595, фиг. 2). Совершенно иначе происходите высеваше споръ у кукушкина льна (Ро- lytrichum), одинъ видъ котораго представленъ на рисунке на стр/ 595, фиг. 3—7. После того какъ крышка, сидевшая на споровместилище, отпала, показывается
нежная, беловатая пленка, придерживаемая концами многочисленныхъ крепкихъ зубовъ и натянутая, подобно коже барабана, на снабженномъ кольцевою окраиною устье кубковиднаго вместилища. Когда дождь и роса смачиваютъ мхи, зубцы
оказываются сильно загнутыми внутрь, пленка прилегаете тогда къ кольцевой кайме и вполне замыкаете споровместилище (см. рис. ниже, фиг. 5 и 7). Въ су- хомъ же воздухе, особенно при сухомъ ветре, зубцы немного приподнимаются, поднимают пленку надъ кольцевою окраиною и вследств!е этого между зубцами образуются маленымя дырочки, черезъ которыя споры могутъ быть выпущены (фиг. 6 и 8). Тотъ же самый сухой ветеръ, который вызвалъ изменеше въ по*
жожеши зубцовъ, высыпаетъ споры изъ поддерживаемаго упругою щетинкою, ♦снабженнаго многочисленными мелкими дырочками споровместилища, какъ изъ песочницы. Примбромъ третьяго приспособлешя, обусловливающего, что созревппя споры только въ сухую погоду делаются добычею ветра, а въ сырую погоду задерживаются въ вместилищахъ и здесь защищаются отъ вредныхъ вл!яшй сырости, мзберемъ принадлежащую къ Вгуасеае Grimmia ovata (см. рис. на этой стр., фиг. 9 и 10). Круглое устье коробочковиднаго споровместилища усажено здесь зуб-
Фаспространен1е споръ в^тромь: 1) споровм^стилище Andreaea въ сырую, 2) въ сухую погоду; 3) споро- вмФстилище Polytrichum въ сырую, 4) въ сухую погоду; 5) затянутое пленкою и по краю усаженное зубцами устье споровместилища Polytrichum въ сырую, 6) въ сухую погоду; 7) часть края такого устья, сильнее увелич., въ сырую, 8) въ сухую погоду; 9) споровм'Ьстилище Grimmia въ сырую, 10) въ сухую погоду; 11) собранный кистями -споровместилища Botrychium въ сырую, 12) въ сухую погоду; 13) отдельный споровместилища Botrychium, увелич., •спереди и сбоку, въ сщрую, 14) въ сухую погоду. Фиг. 3, 4, 11 и 12 въ ест. велич., остальныя фигуры увелич. Ср. текстъ, стр. 594—596.
цами, изъ которыхъ каждый оканчивается свободнымъ остр!емъ. Ткань этихъ зубцовъ очень гигроскопична, и ихъ направлеше и положеше изменяется, смотря по влажности воздуха, поразительнымъ образомъ. Въ сырую погоду зубцы оказываются сложенными такъ, что совершенно закрываютъ споровм'Ьстилище (см. рис., выше, фиг. 9); въ сухую же погоду они поднимаются (см. рис., на этой стр., фиг. 10), и созревппя споры при порыве изсушающихъ ветровъ высыпаются изъ широкаго отвертя споровместилища и уносятся.
Позже придется излагать, какъ споровместилища большинства папоротниковъ -вскрываются сразу и какъ при этомъ выбрасываются споры. Споровместилища ггакихъ папоротниковъ развиваются на нижней стороне вай, и такое положеше
прекрасно защищаеть ихъ отъ вреда, который могъ бы получиться отъ смачи- вашя дождемъ и росою. Но известны также папоротники,, споровместилища кото- рыхъ выставлены на дождь и росу, и споры которыхъ при раскрывании споровместилища не выбрасываются сразу. Къ этимъ замечательнымъ папоротниками принадлежитъ и родъ ключъ - трава (Botrychium), расположенный кистями споровместилища которой изображены на стр. 595, фиг. 11 и 12. Эллипсоидальный споровместилища ключа-травы вскрываются посредствомъ поперечной трещины, но обе получивпияся вследств!е разрыва створки разступаются лишь въ сухую погоду (см. рис., стр. 595, фиг. 12 и 14), при чемъ тогда споры вет- ромъ высыпаются и уносятся. Если смочить споровместилища, то обе створки тотчасъ же снова смыкаются (см. рис., стр. 595, фиг. 11 и 13), и о высыпаши споръ тогда, понятно, не можетъ быть и речи. Подобное же, находящееся въ
Споры хвоща Equisetum Tehnateja: 1) въ сухомъ, 2) въ смоченномъ состояши. Увелич. 25 разъ. 'Ср. ниже..
связи со смачивашемъ и высыхашемъ, замыкаше и раскрываше споровместилищъ, которое, конечно, въ природе можетъ повториться несколько разъ въ продолжены? одного дня, наблюдается и у плауновыхъ (Lycopodiaceae).
Это явлеше. известно и у споровместилищъ хвощей (см. рис., стр. 12у фиг. 4). Но тутъ не только споровместилища, но и самыя споры имеютъ въ- сухомъ и смоченномъ состояши заметно различный видъ. Клеточная оболочка этихъ споръ состоять изъ двухъ слоевъ; наружный отделяется и отстаеть въ виде двухъ спиральныхъ лентъ, тогда какъ внутреншй остается целымъ и сохраняетъ свою шаровидную форму. Въ сухомъ воздухе обе на крестъ распо- ложенныя спиральныя ленты раскрываются (см. рис. выше, фиг. 1) и образуютъ четыре крыла, предоставляющихъ ветру достаточно большую поверхность, чтобы онъ могъ унести сравнительно крупную и тяжелую спору. Если спора упадеть на землю въ месте, неблагопр!ятномъ для поселешя изъ за сухости, то крылья^ остаются широко разставленными. Следующей порывъ ветра ее снова поднимаетъ и переносить на другое место. Если же место, где осела спора, влажно, и услов!я благоир1ятны для роста хвощей, то ленты спирально скручиваются (см. рис., выше, фиг. 2). При этомъ спора обыкновенно прикрепляется къ какому либо*' выступающему предмету, а если нетъ, то закручиваше лентъ все же имеетъ следг-
ств!емъ уменьшен!© подъема, и спора не легко сдуется ветромъ съ благопр!ятнаго по услов!ямъ влажности места.
Къ распространяемыми въ самыхъ широкихъ размерахъ воздушными тече- шями отводкамъ принадлежать также известные подъ именемъ соред!евъ таллид!и лишае в ъ. Невооруженному глазу они представляются въ виде зер- нистаго налета или порошка, местами лежащаго на теле лишая. Эти порошко- ватыя массы состоять изъ отдельныхъ или соединенныхъ группами клетокъ, опле- тенныхъ безцветными гифенными нитями. ОнЬ возникають внутри тела лишая, отделяясь отъ остальной ткани, остаются тамъ еще лежать некоторое время, размножаются также делешемъ, но, наконецъ, переносятся черезъ разрывы^ трещины и открывппяся щели на поверхность. Когда онЬ, подхваченный и унесенный ветромъ, наконецъ, попадаютъ въ расщелину скалы или въ борозды корки, то оне тотчасъ же разрастаются" въ новое тело лишая, во всехъ отношетяхъ подобное материнскому растетю и способное, въ свою очередь, также образовать соредш. Особенно обильнымъ образоватемъ соред!евъ отличаются роды Stereocaulon, Evernia и Pertusaria. Разветвленный въ виде кустарника Stereocan- Ion coralloides часто такъ густо усаженъ соредаями, что весь лишай кажется обсыпаннымъ крупичатой мукой, а растущая на коре старыхъ деревьевъ Evernia furfuracea обязана своему названио тому, что выглядитъ какъ бы обсыпанною отрубями. Одинъ лишай (Biatora lucida) со своими соред!ями кладетъ даже -особый отпечатокъ на некоторый горныя местности; напр., въ Саксонской Швейцары и въ центральныхъ Альпахъ песчаниковыя и сланцевый скалы отъ сидящихъ на нихъ соред!евъ окрашены въ серожелтый цветъ.
Уже на стр. 20 было упомянуто, что многоклетные отводки или таллид!и лиственныхъ и печеночныхъ мховъ могутъ быть распространяемы не только дождевою водою, но и воздушными течетями. Отметимъ для примера Aulacomium androgynum, Calypogeia Trichomanes, Scapania nemorosa, Jungerman- nia bicuspidata и Blasia pusilia, отводки которыхъ развиваются на особыхъ вверхъ торчащихъ ножкахъ (см. рис., стр. 19, фиг. 15—18), или произрастающий въ центральной Америке Syrrhopodon scaber, таллидш котораго образуются на конце листочковъ (см. рис., стр. 19, фиг. 12—14). Также следуетъ упомянуть здесь еще разъ объ обыкновенномъ на гнилыхъ стволахъ въ хвойныхъ лесахъ горныхъ местностей мхе Tetraphis pellucida (см. рис., стр. 19, фиг. 4). Онъ развиваетъ на вершине особыхъ вертикальныхъ стебельковъ многоклетные, пластинчатые отводки, нaпoминaющie, до некоторой степени, отводки Marchantia (см. рис., стр. 19, фиг. 2 и 3). Эти пластинчатый образовашя поддерживаются чрезвычайно нежными нитями и заключены въ чашу изъ тесно сближенныхъ листочковъ (см. рис., стр. 19, фиг. 5—8). После того, какъ нежныя, нитевидныя ножки завяли, и мел- к!я, многоклетныя пластинки отделились, достаточно незначительнаго сотрясены ветромъ, чтобы вызвать выпадете и разсеивате отводковъ. Та же струя воздуха, которая произвела сотрясешя стебелька, уносить и крохотный зеленыя пластинки, разнося ихъ далеко по лесу, и опускаетъ ихъ затемъ на новое гнилое дерево, где оне пристаютъ и развиваются дальше.
У некоторыхъ лиственныхъ мховъ, листочки которыхъ въ сухомъ состоянш чрезвычайно ломки, какъ у Campylopus (см. рис., стр. 19, фиг. 11), листочки сами становятся отводками. Чемъ вызывается отпадете этихъ листоч-
ковъ, остается загадочным; вероятно, они сами собою отделяются и сбрасываются^ подобно листьямъ, отпадающимъ осенью съ ветвей деревьевъ. Для разсматривае- маго здесь вопроса это, впрочемъ, не имеетъ значешя; достоверно только, чтовъ самыхъ глухихъ горныхъ ущельяхъ и на карнизахъ самыхъ крутыхъ скалъ, где совершенно исключена возможность повреждешя проходящими мимо животными, на скученныхъ въ виде дерновинъ стебелькахъ Campylopus всегда можно заметить отпавпие, отчасти также расколотые, листочки. Когда затемъ после несколькихъ сухихъ дней по ущельямъ проносится буря, то эти свободные листочки увлекаются бурею, и оседаютъ лишь далеко отъ того места, откуда были унесены. Образуемые мхами отводки изъ расположенным въ ряды, комья или пластинки клетокъ, также и только что упомянутые отпавпие и превративпиеся въ отводки листочки не тотчасъ же вырастаютъ въ новое растеньице мха, а развиваютъ сперва клеточные ряды въ виде нитей, и лишь на последнихъ возникаютъ затемъ молодыя растешя мха.
Бываетъ также, что цблыя растен!я мховъ съ длинною осью, многочисленными листочками и обильными ризоидами распространяются воздушными течешями. Этотъ случай, къ тому же, совсемъ не такъ редокъ и наблюдался у лиственныхъ мховъ самыхъ различныхъ родовъ (напр.у Leucodon sciuroides, Thuidium abietinum, Hypnum rugosum, Myurella julacea, Cono- mitrium Julianum, Anoectangium Sendtnerianum). РазвиНе такихъ отводковъ представлено на рисунке на стр. 19, фиг. 9 и 10, у частаго на корке старыхъ деревьевъ Leucodon sciuroides. Въ углахъ, образуемым листочками съ осью на старыхъ побегахъ, возникаютъ сперва почечки, затемъ крохотные побеги, повто- ряюпце по своей форме въ уменьшенномъ виде поббгъ, изъ котораго они произошли. Затемъ эти крохотные побеги отделяются у своего основашя и подвигаются къ вершине несущихъ ихъ листочковъ. Это происходить, въ особенности, въ дождь. Въ сухую погоду листочки прилегаютъ къ оси, промоченные они растопыриваются, заворачиваются назадъ и поднимаются такимъ способомъ изъ глубокой впадины, въ которой они до этого сидели. Некоторые изъ этихъ освободившихся крохотныхъ побеговъ, несомненно, смываются дождевою водою, распространяясь такимъ образомъ на незначительный разстояшя, большинство же уносить ветерь, увлекая ихъ черезъ горы и долы.
Почковидные отводки, отделяющееся отъ надземныхъ частей• растительныхъ кустовъ, и распространено которыхъ производится воздушными течешями, сравнительно, редки. Замечательный случай наблюдается у плауна Lycopodium Selago (см. рис. стр. 414, фиг. 2). Это растете, распространенное въ горныхъ местностяхъ севернаго полушар!я въ Старомъ и Новомъ Свете и притомъ на северъ до Гренландш, развиваетъ въ пазухахъ своихъ жесткихъ, темнозеленыхъ листьевъ, и притомъ въ особенности вблизи верхушки побега, почки, который на первый взглядъ можно бы принять за мелкае плоды — крылатки. На каждой такой почке въ самомъ низу замечаются 5—6 крохотныхъ, чешуевидным листочковъ, за ними следуютъ двое маленькихъ, супро- тивныхъ, продолговатыхъ, утолщенныхъ листочковъ, затемъ два сравнительно круп- ныхъ, крыловидныхъ листа, которые такъ повернулись, что ихъ пластинки оказываются лежащими въ одной плоскости, а надъ ними следуютъ опять двое супро- тивныхъ, плотно смыкающихся маленькихъ листочковъ, между которыми лежитъ
верхушка оси. Оба крупные крыловидные листочка почки съ одной стороны углублены, съ другой выпуклы, подставляютъ вбтру поверхность и имЬють значен!е летательнаго аппарата. Когда почка вполне образовалась, она отделяется надъ крохотными чешуйками у осно- ван1я, выдвигается при сотрясенш несущаго ее побега и остается свободно висеть между жесткими, зелеными листьями верхушки побЬга. Если затЬмъ вЬтеръ дуетъ
Папоротники, образующее отводки. 1) Вая Cystopteris bulbifera, 2) доля этого папоротника, развивающая на нижней сторонЬ вдоль средней жилки шаровидные отводки, 3—8) стад!и развит!я такихъ отводковъ, 9) часть ваи Phegopteris sparsiflora съ корневищеобразными отводками. 10 и И) два отд'Ьльнихъ корневище образныхъ отводка. (По Матаушеку и Задебеку). Ср. текстъ стр. 600.
надъ поросшимъ этимъ плауномъ мЬстомъ, то легшя, свободный ночей уносятся, попадаютъ близко или далеко на какой нибудь уступъ скалы, прикрепляются тамъ, и каждая изъ нихъ разрастается въ новый кустъ плауна. Совершенно то же происходить и у северо - американскихъ Lycopodium lucidulum, reflexum, Haleakala, serratum, erubescens, и возможно, что и у нЬкоторыхъ другихъ родственныхъ видовъ происходить такое же образоваше отводковъ.
Что касается остальныхъ сосудистыхъ тайнобрачныхъ, то сл4дуетъ здесь указать въ особенности на папоротники. Кроме техъ, образующихъ отводки, папо- ротниковъ, у которыхъ дело происходить подобно тому, какъ у Cardaniine uligi- nosa, Bryophyllum calycinum, Tolmicia Menziesii и другихъ сЬменныхъ растенш съ листовыми почками и которые были разсмотрены и изображены на стр. 33—37,
имеются еще папоротники, на ваяхъ которыхъ возникаютъ отводки, отдйляюпцеся и отпадаюпце отъ места ихъ развитая и пускаюпце корни и вырастающее въ но- выя нед'Ьлимыя только тогда, когда они упали на новое место поселешя. Изъ нихъ мы разсмотримъ въ виде примеровъ Cystopteris bulbifera и Phegopteris spar- siflora (см. рис., стр. 599, фиг. 1 и 9). Первый развиваетъ у основашя и на средней ^килке долей шаровидный почки, который отпадаютъ и, укоренившись, даютъ начало новымъ ваямъ (см. рис., стр. 599, фиг. 2—8). Другой папоротникъ развиваетъ на доляхъ ваи утолщенные коротйе побеги съ чешуевидными безхлоро- фильными листочками, которые, отпавъ, становятся корневищами; изъ нихъ после укоренешя поднимаются новыя ваи (см. рис., стр. 599, фиг. 9—11).
О большинстве отводковъ, отпадающихъ въ виде почекъ, который развиваются въ пазухахъ срединныхъ или верхушечныхъ листьевъ на более крупныхъ явнобрачныхъ растешяхъ, и за типъ которыхъ можно принять луковиценосную зубянку (Dentaria bulbifera; см. рис., стр. 415), нельзя собственно сказать, что они распространяются воздушными течетями. Они неуклюжи и тяжелы и потому совершенно не приноровлены къ переносу ветромъ. И все же ветеръ играетъ при распространены этихъ отводковъ важную роль. Чтобы верно представить эту роль, необходимо напомнить, что имгЬющ!еся здесь въ виду стебли въ поясе срединныхъ листьевъ не разветвлены, стоятъ прямо вверхъ и, къ тому же, обладаютъ большою крепостью при изгибе. Когда стебли отмираютъ, эта сопротивляемость изгибу не уменьшается. Порывами ветра они приводятся въ сильное колебаше, но при спокойномъ воздухе снова возвращаются въ свое нормальное вертикальное поло- жен!е. Но сильное качаше стеблей на ветру имеетъ большое значете для рас- пространешя сидящихъ въ листовыхъ пазухахъ шаровидныхъ телъ. Не будь коле- башй, отделяющаяся отъ места своего развитая шаровидныя почки должны были бы рано или поздно после засыхашя стебля упасть отвесно на землю, и отводки поселились бы на местахъ, лишь мало .удаленныхъ отъ произведшаго ихъ растешя. Отъ колеблющагося, действующаго какъ метательный аппаратъ, стебля шаровидныя почки, напротивъ, отбрасываются подобно мячамъ и катятся затемъ, попавъ на покатую почву, еще некоторое время по уступамъ скалъ, земле, сухимъ листьямъ и т. п. книзу. Чемъ выше на стебле образовались эти шаровидные отводки, темъ шире дуга, по которой они отбрасываются.
Можно различить три рода отводковъ, распространяемыми посредствомъ ме- тательныхъ приспособлены. Прежде всего отводки, имеюпце видъ замкну- тыхъ почекъ или маленькихъ луковицъ и состоящее изъ очень корот- каго стебля или очень маленькаго луковичнаго донца и немногихъ, сильно утол- щенныхъ, набитыхъ запасными веществами и плотно смыкающихся низовыхъ листьевъ. Так1е отводки находятся у взятой для примера, частой въ среднеевро- пейскихъ буковыхъ лесахъ зубянки (Dentaria bulbifera), у широкораспространенной на лугахъ въ восточной Европе камнеломки Saxifraga bulbifera, у несколь- кихъ лилы (Lilium bulbiferum, tigrinum и lancifolium) и у персидского гусинаго лука (Gagea Persica) въ пазухахъ верхнихъ срединныхъ листьевъ, у обитающей на Антильскихъ островахъ Fourcroya • gigantea и у довольно многихъ видовъ лука (напр., Allium arenarium, carinatum, Moly, oleraceum, paradoxum, sativum, Scoro- doprasum, vineale надъ влагалищеобразными кроющими листьями на самой верхней части стебля. Вторая форма шаровидныхъ отводковъ въ пазухахъ кроющихъ
листьевъ (прицветниковъ) замечается у растущихъ на севере, въ альпшскомъ поясе средне- и южно-европейскихъ высокихъ горъ и въ Гималаяхъ, гречихъ Poly-
Polygonum viviparum: 1) ц-Ьлое растен!е: одинъ колосъ несетъ только цв^ты, другой въ нижней половинЪ клубеньки, въ верхней цв-Ьты, 2) ц-Ьлое растете, колосъ котораго несетъ только клубеньки, у части клубеньковъ уже развились маленьше зеленые листья, 3--8) отпавшее клубеньки на посл^довательныхъ ступеняхъ развиия, въ ест. велич., 9) отпавшш клубенекъ, увелич., 10) онъ же, продольно разрезанный. Ср. текстъ, стр. 425, 601, 602 и 613.
gonum bulbiferum и viviparum (см. рис., выше, фиг. 1—8). Тутъ это не луковицеобразный тела, а маленьк!е клубни съ крохотною верхушечною, выступающею въ виде рожка, почкою, и ткань клубня обильно наполнена мукою и другими запасными веществами (см. рис., выше, фиг. 9 и 10). Третья форма, на-
конецъ, наблюдается у принадлежащихъ къ имбирнымъ (Zingiberaceae) видовъ рода Globba, а именно, у остиндской Globba bulbifera и растущей на Борнео Globba coccinea. Эти странный растен!я развиваютъ въ пазукахъ кроющихъ листьевъ на самомъ верхнемъ участке упругаго стебля, отводки, состояние изъ маленькой почечки, изъ крохотной оси которой выросъ толстый, мясистый, наполненный запасными веществами, корень, такъ что, собственно, главная масса отводка состоитъ изъ корневого образовашя.
Все равно, отбрасывает ли колеблемый ветромъ стебель луковицеобразные отводки, клубеньки или почки съ утольщеннымъ корнемъ, всегда отводки остаются лежать всю зиму или весь сухой перюдъ лйта безъ изменены на томъ мйстй, куда они попали. Наконецъ, при наступлены благопр!ятнаго времени года появляются на счетъ отложенныхъ запасныхъ веществъ корешки (см. рис., стр. 601, фиг. 5), прикрепляющее отводокъ къ почве и доставляющее ему пищу изъ земли. Ось отводка удлиняется, вырастает въ стебель, выпускаетъ листья и превращается въ новый, самостоятельный кустъ.
Отделившееся отъ надземныхъ стеблей и становяпцеся отводками побеги, понятно, не могут далеко уноситься воздушными течешями. Они слишкомъ тяжелы и не имеют также соответственныхъ поверхностей, на который могъ бы действовать ветеръ. Воздушныя течешя оказываютъ вл!яше только въ томъ, что ими стебли приводятся въ колебаше, или упавппе на землю отводки катятся дальше. Въ первомъ отношены дело обстоит съ отводками въ виде побеговъ не иначе, какъ съ ранее описанными комообразными отводками; а именно, они отбрасываются колеблющимся отъ ветра стеблемъ, и вл!яше порыва ветра, поэтому, непосредственное. Известны растешя, несупия на томъ же стебле рядомъ частью клубеньки съ неразвитою почкою, частью же таше, почка которыхъ уже начинает вырастать въ побегъ и развила зеленые листья; эти растешя, следовательно, пред- ставляютъ переходъ между ранее разсмотренными группами и группами, подлежащими теперь разсмотрешю. Къ нимъ принадлежит уже упомянутая и изображенная на стр. 601 живородящая -гречиха (Polygonum viviparum), у которой не редко на одномъ колосе встречаются въ ближайшемъ соседстве все возможный стадш развит!я.
Что веб отдйляюпцеся отводки имеютъ видъ сформированными облиственныхъ побеговъ, наблюдается въ особенности часто у злаковъ. У принадлежащихъ къ арктической флоре злаковъизъродовъРоа, Festuca и Aira образоваше облиственныхъ, становящихся отводками побеговъ есть нечто столь обыкновенное, что местами можно найти больше кустовъ ихъ, несущихъ въ метелкахъ отводки, чймъ кустовъ съ цветами. На высокихъ горахъ Европы также растетъ мятликъ, именно, Роа alpina (см. рис., стр. 409, фиг. 8), встречающейся столь же часто съ отводками, какъ и съ цветами въ метелке. Въ венгерскихъ пуштахъ*) произрастаетъ одинъвидъ мятлика (Poabulbosa), у котораго наблюдается нечто подобное, и притомъ съ такою правильностью, что мнопя тысячи кустовъ, покрываюшихъ почву на большихъ простр^нствахъ, исключительно развиваютъ на своихъ метелкахъ отводки. Отпадеше происходитъ у этихъ „живородящихъ“ злаковъ различнымъ образомъ. Обыкновенно побеги отпадают отъ прямыхъ метелокъ колеблющейся соломины и отбрасываются ветромъ, но иногда отделеше происходитъ лишь после того, какъ соломина, подъ тяжестью многочисленныхъ собранныхъ въ
Прим. пер. Т.Прим. пер. Т.♦) И русскими степяхъ.
Прим. пер. Т.
Прим. пер. Т.
Жизнь растен!й. Ц.
Т-во „Просвищете11 въ Спб.
Мангрововый л^съ въ Индш.
метелке отводковъ, полегла на землю. Въ последнемъ случае бываетъ, что отводки укореняются въ томъ месте, где метелка прилегаетъ къ почве, и тогда изъ метелки вырастаютъ густыя группы новыхъ кустовъ. Нечто подобное наблюдается и у свойственнаго Капланду CHorophytum comosum, разводимаго часто садовниками въ висячихъ горшкахъ подъ именемъ Cordyline vivipara. Вместо цвйтовъ у этого растетя весьма правильно развиваются въ поясе верхушечныхъ листьевъ облиственные побеги, и по мере того, какъ они увеличиваются въ объеме и становятся тяжелее, несупцй ихъ длинный, сравнительно тонкш и очень гибкш стебель
Sempervivum soboliferum: на йижнемъ уступи изображенной скалы лежать пять шаровидныхъ отводковъ, отд^лив- ппеся отъ верхняго уступа и скативппеся внизъ. Бабочка и улитка помещены на рисунка, чтобы можно было судить о действительной величине отводковъ. Ср. текстъ, стр. 604.
свисаетъ, такъ что побеги кажутся какъ бы подвешенными на зеленой нити. Если они попадаютъ на благопр!ятную почву, свЪшивающ!еся побеги, развивппе за это время и корни, могутъ прироста. Если же они не приходятъ въ соприкосновеше съ подходящею почвою, то они долгое время остаются висеть въ воздухе, возрас- таютъ, сами развивають опять длинные тошае стебли, на которыхъ въ поясе верхушечныхъ листьевъ снова образуются облиственные и снабженные корнями побеги, и черезъ несколько летъ можно увидеть тогда три, четыре поколетя побе» говъ, соединенныхъ стройными зелеными стеблями, свисающихъ внизъ на метръ или более. Наконецъ, все же тотъ или другой изъ висящихъ въ воздухе и колеблемыхъ ветромъ поб6говъ достигаетъ твердой земли, укореняется и отделяется отъ стараго куста, или же отпадаетъ, какъ плодъ съ дерева, скатывается внизъ и находить, мо- жетъ быть, лишь на значительномъ разстоянш отъ стараго куста место дляпоселешя.
листья, прежде чемъ оне отделились и былилистья, прежде чемъ оне отделились и былиОбразован1е отводковъ у Sedum dasyphyllum: 1) цЪ- лое растете въ ест. величину, 2, 3 и 4) отводки, развивппеся на различныхъ высотахъ стебля въ пазухахъ листьевъ, 5) ро- ветковидный отводокъ, образовавшейся вместо цветка.Образован1е отводковъ у Sedum dasyphyllum: 1) цЪ- лое растете въ ест. величину, 2, 3 и 4) отводки, развивппеся на различныхъ высотахъ стебля въ пазухахъ листьевъ, 5) ро- ветковидный отводокъ, образовавшейся вместо цветка.И среди ситниковъ есть несколько видовъ, развивающихъ отпадаюпце побеги. Одинъ видь ситника, широко распространенный въ торфяникахъ северной Европы, именно Juncus supinus, несетъ даже въ поясе верхушечныхъ листьевъ гораздо чаще побеговидные отпадаюпце отводки, чбмъ цветы. Точно также и у несколькихъ камнеломокъ крайняго севера, какъ Saxifraga nivalis и cernua, на последнихъ разветвлешяхъ верхушечнолистового стебля образуются очень укороченные побеги съ расположенными розетками мелкими листочками, или въ па- зухахъ прицветниковъ на верхней части стебля возникаютъ луковицеобразный почки, который, подобно таковымъ у живородящей гречихи, выпускаютъ зеленые сброшены (см. рис., стр. 425, фиг. 1—7). Раступцй на торфяной почве Sedum villosum развиваетъ въ пазу- хахъ стеблевыхъ листьевъ коротше облиственнные побеги съ нитевидною осью. Когда стебель начинаетъ засыхать, эти побеги отделяются и отбрасываются порывами ветра на небольшое разстояше. Въ месте, где они улеглись, они вскоре пускаютъ нежные корни и превращаются въ новые кусты.
листья, прежде чемъ оне отделились и были
листья, прежде чемъ оне отделились и были
Образован1е отводковъ у Sedum dasyphyllum: 1) цЪ- лое растете въ ест. величину, 2, 3 и 4) отводки, развивппеся на различныхъ высотахъ стебля въ пазухахъ листьевъ, 5) ро- ветковидный отводокъ, образовавшейся вместо цветка.
Образован1е отводковъ у Sedum dasyphyllum: 1) цЪ- лое растете въ ест. величину, 2, 3 и 4) отводки, развивппеся на различныхъ высотахъ стебля въ пазухахъ листьевъ, 5) ро- ветковидный отводокъ, образовавшейся вместо цветка.
Очень своеобразно происходить отделеше и распространевие отвод- ковъ въ виде побеговъ у видовъ молодила (Sempervivum); для примера возьмемъ изображенный на стр. 603 Sempervivum soboliferum. Толстые, мясистые листья этого растешя расположены, какъ у всехъ видовъ молодила, розеткою на укороченныхъ побегахъ, и новыя розетки всегда за- лагаются въ пазухахъ листьевъ ро
зетки въ виде крохотныхъ почекъ. Изъ этихъ почекъ получаются нитевидные, усаженные мелкими прилегающими чешуями, отпрыски, заканчивающееся укороченнымъ побегомъ. Скученные листья этого укороченнаго побега увеличиваются, образуютъ маленькую розетку и смыкаются такъ, что все образоваше принимаетъ шаровидную форму. Некоторое время шаровидная розетка получаетъ пищу при посредстве нитевиднаго отпрыска отъ стараго куста, позже, однако, нитевидный отпрыскъ завядаетъ и засыхаетъ, шаровидная розетка отделяется отъ него и свободно ле- житъ на образовавшемъ ее растеши (см. рис., стр. 603). Достаточно слабой струи воздуха, чтобы маленьше, отделившиеся шары покатились, и такъ какъ названные кусты молодила растутъ на узкихъ террассахъ и карнизахъ круто обрывающихся скалъ, то часть отделенныхъ розетокъ неизбежно упадаетъ съ крутой стены и остановится лишь на далекомъ. разстояши отъ материнскаго растешя. После этого, вскоре, изъ основашя отпавшихъ розетокъ развиваются корни, соединяющее ихъ съ почвою. Число маленькихъ шаровидныхъ розетокъ, развиваемыхъ однимъ
старымъ кустомъ, обыкновенно равно 2—3, а иногда достигаете 6, и почва вокругъ тер- рассъ заросшихъ изображеннымъ видомъ молодила, а также другими родственными видами (Sempervivum arenarium, Neilreichii, hirtum), часто на болыпомъ протяжеши усеяна шаровидными скатившимися розетками.
Раступцй въ трещинахъ скалъ и въ щеляхъ старыхъ каменныхъ стЬнъ Se-
Образован1е побй говидныхъ отводковъ у Kleinia articulata. Ср. тексть, стр. 605.
dum dasyphyllum (см. рис. стр. 604, фиг. 1) развиваете отводки частью въ поясе верхушечныхъ, частью въ поясе срединныхъ листьевъ. Въ поясе верхушечныхъ листьевъ отводки образуются всл4дств!е превращешя цветочныхъ листьевъ въ обыкновенные листья. Мы находимъ тогда вместо цветовъ маленькгя розетки изъ толстоватыхъ, яйцевидныхъ, зеленыхъ листочковъ, подобно темъ, который развиваются вместо цв^тобъ у Saxifraga nivalis и cernua (ср. стр. 425). Эти розетки отделяются осенью отъ цв4тоножекъ (фиг. 5), и судьба ихъ совершенно такая же*
какн розетокн Sempervivum. Въ поясе срединныхн листьевн отводки происходить троякймн путемъ. Въ пазухахъ самыхъ верхнихъ срединныхъ листьевъ развивается едва видимая простыми глазомъ почка. Она помещается въ слабой выемке на верхней стороне толстаго листа и имеетъ 2—3 листочка въ 0,5 мм. въ поперечнике (фиг. 2). Въ пазухе ниже находящихся срединныхъ листьевъ образуются коротк1е побеги, ось которыхъ усажена довольно крупными, скученными въ виде розетки листьями (фиг. 3), а въ пазухахъ самыхъ нижнихъ стеблевыхъ листьевъ возникаютъ зачаточные побеги съ удлиненною нитевидною осью, несущей на своемъ конце 8—14 тесно сближенныхъ листочковъ (фиг. 4). Какъ только несупцй цветы стебель начинаетъ засыхать, отъ него отделяются срединные листья вместе съ отходящими изъ ихъ пазухъ почками или побегами и падаютъ на землю. Сочные, сильно вздутые, почти полушаровидные листья сравнительно тяжелы, и если место, куда они прежде всего упадутъ, имеетъ наклонное поло- жен!е, то они не остаются тамъ лежать, а катятся до техн поръ внизъ, пока они не будутъ задержаны выступомъ камня или выпуклою дерновиною мха или не остановятся на ровномъ месте. При этомъ они берутъ съ собою развитые въ ихъ пазухахъ почки и побеги, следовательно, служатъ для нихъ, въ некоторомъ роде, транспортными средствомъ. Когда отводки остановились, у ихъ основатя развиваются корешки на счетъ запасныхъ веществи отпавшаго,, сочнаго листа. Часто, впрочемъ, корешки образуются уже въ то время, когда листья еще держатся на засыхающеми стебле. Следуетъ отметить, что при поселенш этихъ отводковъ играетъ роль и водоносная ткань отпадающихъ листьевъ. Если точка, где от- павппй отводокъ успокоился, исключительно суха, что въ местахъ, где растетъ Sedum dasyphyllum, можетъ считаться правиломъ, то несупцй его листъ можеть некоторое время доставлять необходимую для сохранетя отводка воду, и такимъ образомъ отводокъ защищенъ отъ гибели.
Крайне замечательно развийе побегообразныхъ отводковъ у встречающихся въ Капланде, относящихся къ сложноцветными клейтй. Несколько видовъ этого рода, особенно Kleinia neriifolia и articulata, по своей форме живо напоминаютъ некоторые нопалы. Мясистыя, сильно утолщенный, цилиндричесшя ветви соединены между собою тонкими тяжами, и все растете выглядитъ, точно его перетянули местами бичевкою. Когда листья опали, растетяv производить впечатлете куклы съ приделанными членами. Тяжи, которыми связаны отдельный цилиндри- ческ!я, тяжелыя ветви, отламываются уже при слабомъ нажатш, и особенно верх- nie побеги могутъ надломиться уже при порыве ветра. Разрывъ соединительныхъ тяжей на местахъ перетяжекъ имеетъ, однако, следств!емъ падеше ветвей на землю. Если растете растетъ на склоне, то отпавппе цилиндричесте побеги скатываются до тбхъ поръ внизъ, пока не будутъ задержаны выступающими камнемъ или другими предметомн. Остановившись, побеги развиваютъ тамъ, где они прилегаютъ кн почве, многочисленные корни, тогда какъ на противоположной стороне вы- ростаютъ новыя боковыя ветви, какн это видно на рисунке Kleinia articulata на стр. 605. Следуетн упомянуть, что у этого вида нередко корни начинаютъ развиваться, прежде чемн ветви отломились и отпали, и при томи всегда на обращенной къ почве стороне цилиндрическихъ побеговъ, какн это и представлено на рисунке на стр. 605.
Во всехн этихъ случаяхъ отводки отделяются поди напоромъ ветра. За
этимъ снособомъ отдблешя и распространешя следуетъ другой, при которомъ воздушный течешя въ виде действующей силы не имеютъ значешя, и гдб отдел е- Hie и распространено отводковъ вызывается быстрою переменою въ состояши влажности тканей, набухашемъ и изменешемъ тургора. Несколько плесеней изъ группы пероноспоровыхъ, между прочимъ, и по- являюпцйся на картофельномъ растеши непрошенный гость, вызывающей картофельную болезнь и называемый Phytophthora infestans, размножаются спорами, образуемыми на нижнихъ, вырастающихъ изъ устьицъ растешя-хозяина, гифенныхъ нитяхъ. Эти гифенныя нити ветвятся вильчато, и конецъ каждой гифенной ветви надувается въ спору. Подъ каждою спорою несущая ее гифенная ветвь даеть
Распространен!© споръ метательными снарядами: 1) Pilobolus cristaUinus, передъ отбрасыван!емъ спо- раиг!я, 2) онъ же, въ моментъ, когда споранпй отбрасывается; 3) спорашчй Neph^odium Filix mas, замкнутый, 4 и 5) онъ же, разверзаясь и выбрасывая споры; 6) Sphaerobolus stellatus, въ моментъ, когда наполненные спорами шары выбрасываются; 7) Peziza aurantia, 8) продольный разрйзъ этой Peziza; изъ двухъ сумокъ выбрасываются споры. Вей фигуры, исключая 7, увелич. Ср. текстъ, стр. 607, 610 и 611.
снова выпячиваше, вытягивается, вырастаетъ вверхъ и сдвигаетъ спору въ сторону. Результатомъ этого повторяющагося несколько разъ процесса является образоваше, похожее на маленькое деревцо, многократно разветвленное и увешанное на ветвяхъ яйцевидными плодами. Гифенныя ветви, на которыхъ сидятъ споры, какъ плоды, во влажномъ воздухе цилиндричны, плотны и вздуты; въ су- хомъ воздухе, особенно когда споры созрели, оне становятся лентовидными, закручиваются винтомъ вокругъ своей оси и производить впечатлеше почти-что клетокъ хлопчатой бумаги. Оне чрезвычайно гигроскопичны, и достаточно самаго иезначнтельнаго изменешя въ состояши влажности окружающей среды, чтобы увеличить или ослабить закручиваше. Уже дыхаше вызываетъ изменеше въ закручивавши, а если наступить значительное и быстрое изменеше въ состояши влажности окружающей среды, то увешанный спорами ветви завертятся, и лишь слабо держапцяся на нихъ споры отбрасываются во все стороны, что, при малой вели-
чине этихъ образованы, можно увидеть, однако, лишь при особенно благошият- ныхъ обстоятельствах^
Невооруженнымъ глазомъ можно наблюдать выбрасываше спорь у изображенной на стр. 607, фиг. 1 и 2, принадлежащей къ мукоровымъ плесени Pilobo- lus cristallinus. Мицелш ея состоять изъ безцветныхъ, нитевидныхъ, многократна разветвленныхъ и переплетенныхъ клетокъ и растетъ на навозе лошадей и дру- гихъ млекопитающихъ. Среди мицел!я образуются выпячивашя, имйюпця видь луковицы или репы, и на каждомъ такомъ выросте поднимается одинъ спороно- сецъ, расчлененный на две части, именно, на безцветную, бочковидно раздутую клетку-ножку и на темную головку. Последняя содержитъ безцветное, разбухающее въ воде студенистое вещество и множество спорь и представляетъ изъ себя споровместилище. Стенка этого споровместилища покрывается щавелевокислою известью, отчего совершенно терпеть свою упругость и становится хрупкою. Оболочка бочковидно вздутой ножки, напротивъ, остается растяжимою и упругою. На границе между темнымъ споровместилищемъ и его безцветной ножкою образуется по круговой лиши разъединяющей слой. Если затемъ, всл4дств!е всасыва- шя и вдавливашя воды изъ мицел!я, усиливается тургоръ ножки, то. наконецъ,. натяжеше становится такъ велико, что по упомянутой круговой лиши происходить разъединеше связи. Но въ то же самое мгновеше упругая стенка ниже находящейся части ножки съеживается; жидкое содержимое выталкивается, тол- чекъ переносится на темное споровместилище надъ м^стомъ разрыва, и оба вместе^ жидкое содержимое булавовидной ножки и все споровместилище, отбрасываются (см. рис., стр. 607, фиг. 2). Сила, съ которой происходить этотъ взрывъ, столь значительна, что темная масса поднимается до высоты 1 метра. Весь процессъ, который, какъ сказано, можно наблюдать невооруженнымъ глазомъ, разыгрывается, обыкновенно, въ течете 18—20 часовъ. Развийе ножекъ начинается около полудня, въ течете ночи образуются споры въ пузыре, а на следующее утро, какъ только взойдетъ солнце, происходить взрывъ. Подобный же явлешя наблюдаются и у торфяныхъ мховъ (Sphagnaceae). Шаровидное, закрытое крышкою, споровме- стилище принимаеть цилиндрическую форму. Крышка сбрасывается, и все содержимое споровместилища съ некоторымъ шумомъ выбрасывается.
Не менее интересное зрелище представляетъ отбрасываше одноклбтныхъ отводковъ, т. е. споръ, у живущихъ въ тЬлб гусеницъ, мухъ, кузнечиковъ, тлей и другихъ насекомыхъ видовъ Empusa и Entomophthora, изъ коихъ всего чаще встречается паразитирующая на обыкновенной комнатной мухе Empusa Muscae. Если спора этой Empusa попадетъ на тело мухи, то она выпускаетъ трубочку, которая проникаетъ въ полость тела, тамъ многократно делится и расчленяется- и образуешь многочисленный шаровидныя, отдельный клетки. Пораженная муха, болеющая подъ пагубнымъ вл!яшемъ паразита и близкая къ смерти, отыскиваетъ себе местечко, чтобы спокойно умереть. Не редко избираеть она местомъ веч- наго покоя стекло окна въ жилйщахъ. Тутъ, после смерти мухи, круглыя, скрытый до этого времени въ полости тела клетки вырастають въ длинныя трубки, пробиваюпця кожу мухи и выступаюпця на поверхность въ виде короткихъ бу- лавовидныхъ образованы. Отъ каждаго булавовиднаго конца трубокъ отчленяется затемъ по одной яйцевидной споре, и последняя отбрасывается совершенно на подоб!е споровместилища Pilobolus (см. рис., стр. 609, фиг. 7). И здесь наме-
чается место разрыва, и здесь внезапнымъ сокращешемъ булавовиднаго конца трубки выталкивается слизистое содержимое одновременно со спорою, и последняя всегда окружена студенистою, липкою массою (фиг. 8). Разстояше, на которое происходить отбрасываше, равняется 2—3 см., что, въ виду чрезвычайно малой величины спорь, указываеть на большую силу. Мертвая муха окружается настоящимъ венцомъ отброшенныхъ спорь, при чемъ последшя всегда оказываются крепко прилипшими къ подстилке (фиг. 6). Это объясняется темь, что, какъ уже упомянуто, вместе со спорою выталкивается и часть слизисто-липкаго содержимаго изъ булавовиднаго конца трубки, которое служить вместо клея, обу-
Распространен1е споръ посредствомъ метательныхъ приспособдгеи1й у Entomoph- thoraceae: 1) Пораженная грибомъ Entomophthora radicans гусеница капустницы, 2) она же, совершенно укутанная гифенными нитями и спороносцами Entomophthora, въ ест. велич., 2) расположенные пучками спороносцы со спины гусеницы, увелич. 80 разъ, 4) концы нЪсколькихъ спороносцевъ, отъ которыхъ отчленяются споры, увелич. 800 разъ, 5) отброшенный споры, 6) муха, пораженная грибомъ Empusa Muscae, въ ecf велич., 7) гифы Empusa Muscae, на концахъ которыхъ отчленяются и отбрасываются споры, увелич. 300 разъ, 8) ‘облеченная липкою слизью спора, увелич. 630 разъ. (По Б р е ф е л ь д у.).
словливая приставаше споръ къ оконнымъ стекламъ. Если так!я отбрасываемый споры попадутъ на живую случайно приблизившуюся муху, то оне тотчасъ же прилипаютъ, и притомъ столь крепко, что животному, не смотря на старашя очиститься, не удается ихъ удалить. Каждая прилипшая спора вскоре опять выпу- скаетъ трубку въ полость тела мухи, и ходъ развитая повторяется снова. Сходный явлешя происходить и у изображенной выше Entomophthora radicans, живущей въ гусеницахъ капустницы (Pieris Brassicae). Для образовашя отводковъ изъ тбла гусеницы выступаютъ пучки гифъ, представляющихся простому глазу въ виде чрезвычайно нежныхъ нитей (фиг. 1). Оне постепенно образують
Кернеръ ф.-Марнлаунъ. Жизнь растешй, т. П. 39
густое сплетете вокругъ слабеющей, умирающей гусеницы, и на первый взгляде можно подумать, что гусеница окуклилась въ коконб (фиг. 2). Являюпцясц въ виде тонкихъ нитей трубки здесь, въ отлич!е отъ таковыхъ у Empusa, даютъ многочисленные отроги, и получаются настоящее пучки гифъ, отъ крайнихъ, нисколько вздутыхъ концовъ которыхъ отшнуровываются и отбрасываются продолговатая, липк!я споры (фиг. 3, 4 и 5).
Особымъ способомъ происходить выбрасывате споръ изъ сумокъ аскомице- товъ (сумчатыхъ грибовъ). Споры помещаются здесь въ мешковидныхъ концахъ гифъ въ числе 2, 4, 8, 16 или 32, а между сумками находятся многочисленные нитевидные концы гифъ, такъ называемый парафизы (см. рис., стр. 16, фиг. 2, и стр. 607, фиг. 8). Сумки содержать, кроме споръ, протоплазму и клеточный сокъ и отъ большого количества последняго сильно растягиваются. При увеличивающемся растяженш сумки вверху разрываются, оболочка ихъ, испытывавшая значительную степень натяжетя, производить сильное давлете на содержимое, и последнее выталкивается съ большою силою. Место, гдб совершается разрывъ стенки сумки, уже намечено заранее, поэтому выталкивате содержимаго и споръ происходить всегда совершенно определеннымъ образомъ. У некоторыхъ видовъ верхняя часть сумки поднимается въ виде колпачка, у другихъ образуется поперечная щель, у третьихъ споры выходятъ черезъ маленькую, круглую дырочку. Внешнимъ побуждетемъ къ опоражниватю является слабое сотрясете или струя сухого воздуха и, напр., у изображенной при стр. 563 Spatularia flavida или представленной на стр. 607, фиг. 7, Peziza aurantia, легко можно наблюдать, какъ надъ поверхностью споровместилища поднимаются легк!я оболочки выброшенныхъ споръ: стоить только эти сумчатые грибы изъ влажнаго пространства перенести въ более сухой воздухъ или подвергнуть ихъ вл!ятю струи сухого воздуха. У некоторыхъ сумчатыхъ грибовъ изъ рода Ascobolus, крохотныхъ черныхъ или тем- ныхъ, живущихъ на навозе животныхъ, грибовъ, не только выбрызгиваются споры, но тургоръ окружающей сумки ткани становится такъ великъ, что выбрасывается весь слой сумокъ со спорами ).
Некоторые нутревики (гастромицеты) также имеють особыя приспособде- шя для выбрасывашя споръ. У видовъ рода Geaster (см. рис., т. I, стр. 106, фиг. 4 и 5), нити капиллит!я и погруженный среди нихъ споры развиваются-внутри плотнаго, кожистаго, пузыревиднаго покрова, который во время зрелости споръ оказывается разделеннымъ на два слоя. Внутрентй слой покрова сохраняетъ форму пузыря и открывается только у вершины на определенномъ месте. Внеш- шй же слой разрывается на 4—12 расположенныхъ лучами лопастей. Соответственно влажности воздуха положете этихъ лопастей замечательнымъ образомъ меняется. Въ сырую погоду оне смыкаются надъ пузыремъ, въ сухую же погоду, особенно при солнце и сухихъ ветрахъ, оне съ такою силою откидываются на- задъ (?, пер. Т.), что отъ обратнаго удара часть споръ распыляется изъ устья пузыря. Въ центральной Америке, по разсказамъ путешественниковъ, встречаются
тромадныв нутревики, въ которыхъ при сотрясешяхъ происходить настояний взрывъ, при чемъ въ воздухъ выносятся ташя количества красноватыхъ споръ, что по близости становится невозможнымъ дышать. Въ средней Европе на гшющихъ стеб- ляхъ, листьяхъ и дерновинахъ мховъ растетъ маленыйй нутревикъ, носящы на- зваше Sphaerobolus stellatus (см. рис., стр. 607, фиг. 6). Покровъ споровмести- лища обособляется подобно тому, какъ у Geaster, на два совершенно отдельныхъ елоя: одинъ остается замкнутымъ и принимаеть видъ мяча, внешшй же делится ко времени созрбвашя споръ лучистыми трещинами на несколько лопастей. По- слбдшя при высыханш быстро отгибаются, а такъ какъ одновременно средшй, окруженный лопастями, участокъ сильно выпячивается вверхъ, то содержаний споры мячъ съ большою силою выбрасывается на большое разстояше.
Выбрасываше споръ у части папоротниковъ представлено на фигурахъ 3, 4 и 5 рисунка на стр. 607. Спорангы развиваются на нижней стороне вай и сгруппированы тамъ различнымъ образомъ. У Nephrodium Filix mas, взятаго нами- для примера, они расчленены на ножку и раздутое вместилище. Вокругъ последняго идетъ кольцо изъ темно окрашенныхъ клетокъ, боковыя стенки которыхъ сильно утолщены, тогда какъ наружная стенка остается нежною и тонкою. При высыханы споровместилища клетки кольца действуютъ подобнымъ же образомъ, какъ описанныя на стр. 86 хватательный и скамьевидныя клетки. Изгибъ кольца становится какъ разъ противоположнымъ, споровместилище разрывается, и споры выбрасываются.
Что касается распространешя отводковъ животными, то следуетъ различать те случаи, когда отводки сперва посредствомъ особыхъ метательныхъ приспособлены прикрепляются къ животнымъ, такъ что совместно действуютъ двоякого рода средства распространешя, отъ техъ, где въ перенесены отводковъ съ одного места на другое участвуютъ только животныя. Изъ последнихъ следуетъ особенно отметить прежде всего распространено споръ отыскивающими пищу животными. Давно известенъ въ этомъ отношены пиреномицетъ, образующей спорынью (рожки) и носяпцй назваше Claviceps purpurea. Въ густомъ сплетены гифенныхъ нитей, пронизывающемъ завязь ржи и покрывающемъ ее снаружи въ виде плесени, тянутся лабиринтовидныя полости, и стенки этихъ полостей сложены изъ концовъ расположенныхъ рядами или пучками -гифенныхъ нитей (см. рис., стр. 612, фиг. 2). Отъ этихъ концовъ, которые несколько булавовидно утолщены, отчленяются шаровидныя споры. Одновременно съ этимъ отчле- нешемъ образуется, однако, изъ внешняго слоя оболочекъ споръ и гифъ, вслед- ств1е поглощен!я воды и последующего расплывашя, сахаристая жидкость, наполняющая лабиринтовидныя полости, въ которую погружены безчисленныя отчленен- ныя споры. Эта сладкая жидкость постепенно въ виде капель выступаетъ наружу и появляется даже между цветочными пленками, охватывающими пораженную завязь, на ржаномъ колосе. Это, такъ называемая, „медвяная роса", по которой можно узнать присутств!е паразитирующаго Claviceps внутри колоса, и которая такъ непр!ятна сельскимъ хозяевамъ. Насекомыя, особенно осы и мухи, жадно отыскиваютъ эти источники сладкой влаги и сосутъ и слизываютъ мутный отъ множества споръ сокъ, при чемъ неизбежно небольшая количества споръ прили- паютъ и пристаютъ къ частямъ головы, груди, брюшка, а также къ ногамъ. Когда облепленныя спорами насекомыя попадаютъ на друпе колосья ржи, то споры
тамъ легко отстаютъ и могутъ въ самое короткое время снова развиться въ пронизывающую завязь грибницу.
Н&что подобное наблюдается и у принадлежащихъ къ нутревикамъ Phalloi- daceae, изъ которыхъ самый известный видъ, именно веселка (Phallus impudicus), мы разсмотримъ въ видЬ примера. Поддерживаемая бблымъ, цилиндрическимъ, решетчато продыравленнымъ пенькомъ шляпка сравнительно невелика, имЬетъ
Принадлежащаякъ Pyrenomycetes с п о р ы н ь я (Claviceps purpurea) в ъ ея различиыхъ стад!яхъ- развитая: 1) два склеротая, образовавшееся въ ржаномъ колосЬ, 2) отчленеше споръ среди войлочной грибницы, живущей чужеядно въ завязи цветка ржи, 3) булавковидныя т^ла, несущ1я пиренш, выросшая изъ перезимовав- шаго склерот!я, 4) продольный разр^зъ черезъ головку такого тЬла и погруженные въ головку урнообразные пиренш, 5) продольный разрйзъ двухъ урнообразныхъ пирей!евъ съ ихъ сумками, 6) четыре сумки изъ пирешя, П) нитевидныя споры, выступающая изъ сумки, 8) дв-й отд'Ьльныя нитевидныя споры, фиг. 1 и 3 въ ест. велич.г фиг. 3 увелич. 200 разъ; фиг. 4— 40 разъ; фиг. 5 — 500 разъ; фиг. 6 и 7— 700 разъ; фиг. 8—750 разъ. Ср. текстъ, стр. 611.
форму колокола и покрыта зеленоваточерною, маркою жидкостью, въ которой находятся многочисленный споры. Эта жидкость развиваетъ издалека заметный за- пахъ падали, привлекающ!й множество насЬкомыхъ, особенно падальныхъ мухъ. Существенно способствуетъ привлеченью и то обстоятельство, что жидкость содер- житъ сахаръ, служащш для насЬкомыхъ пищею. Муха, опускающаяся на шляпку веселки, не можетъ улетать, не обл'Ьпивъ все свое т-Ьло спорами. Часть этихъ споръ можетъ уже отпасть, когда насбкомыя улетаютъ съ веселки; но большая
Жизнь растешй. II.т-во „Просв-Ьщеше" въ Спб.
Девственный лесъ на Цейлоне, зароеппй ротанговыми
пальмами.
часть ихъ отделяется лишь тамъ, где насекомыя снова опустятся и где они очи- щаютъ себя отъ приставшей грязи. -
Вс4мъ известно, что мясистые спороносцы гименомицетовъ служатъ пищею для личинокъ многихъ насекомыхъ. Часто уже въ то время, когда спороносцы поднимаются надъ землею, мясо пенька и шляпки оказывается пронизаннымъ ходами, въ которыхъ живутъ личинки разныхъ мушекъ и жуковъ. Прежде еще чемъ начнется гшеше и распадъ этихъ грибовъ, личинки покидаютъ свои жилища, чтобы окуклиться въ земле, и при этомъ мнопя приставили къ животнымъ споры уносятся и распространяются. Безъ сомнешя, распространеше споръ различныхъ грибовъ, особенно гименомицетовъ и трюфелей, совершается и такимъ образомъ, что мясистыя, спороносный части поедаются животными, проходить, не изменяясь, черезъ кишечный кандлъ и затемъ прорастаютъ въ пометб. Въ особенности въ этомъ участвуютъ, повидимому, дождевые черви и свиньи. Замечено, что споры сморчковъ обильно прорастаютъ въ помете объедающихъ эти грибы слизней. То же относится и къ спорамъ другихъ грибовъ, а также видовъ принадлежащего къ водорослямъ рода Chroolepus.
Распространеше почковидныхъ или побеговидныхъ отводковъ при посредстве животныхъ встречается, сравнительно, редко. Изъ извест- ныхъ случаевъ особенно заслуживаютъ внимашя следующее. Во первыхъ, тотъ случай, когда отводки принимаются животными въ пищу, но выделяются непереваренными и тамъ, где они были отложены, вырастаютъ въ новые кусты. Достоверно этотъ случай наблюдался у изображенной на стр. 661, часто встречающейся на севере и на среднеевропейскихъ горахъ гречихи Polygonum viviparum. Клубневидные отводки этого растешя составляютъ любимую пищу белыхъ куропатокъ и жадно отыскиваются ими. Куропатка схватываетъ клювомъ нижнюю половину усаженнаго клубеньками колоса названной гречихи, быстрымъ движешемъ шеи протаскиваеть колосъ по всей его длине между обеими челюстями и такимъ образомъ сразу вводить въ зобъ десятки клубеньковъ. Многочисленный изследовашя показали, что въ зобу застреленныхъ въ Альпахъ белыхъ куропатокъ, наряду съ черникою, были находимы въ виде самой обычной пищи клубеньки Polygonum viviparum, а въ зобахъ норвежскихъ белыхъ куропатокъ также каждый разъ клубеньки эти были находимы въ большомъ количестве. Клубеньки, попадающее изъ зоба въ мускулистый желудокъ, правда, размельчаются и перевариваются; но неразъ было замечено, что часть проглоченной голодными куропатками пищи опять выбрасывается изъ зоба: это касается особенно назван- ныхъ клубеньковъ, если они въ чрезмерномъ количестве попали въ зобъ. Выброшенные изъ зоба клубеньки вовсе не утратили способности къ дальнейшему развито, они вырастаютъ даже очень быстро въ новые кусты, а такъ какъ место, где излишняя пища была выброшена изъ зоба, всегда удалено отъ места, где она была принята, то указаннымъ способомъ Polygonum viviparum, действительно, распространяется.
Второй видъ распространешя отделившихся отводковъ животными совершается при посредстве крючковатыхъ щетинокъ и волосковъ. Онъ замечается у представленныхъ на рисунке на стр. 614 мамнлляр!й (Mamillaria placo- stigma и gracilis), свойственныхъ мексиканскимъ горамъ. Часть шаровидныхъ, густо вырастающихъ изъ старыхъ неделимыхъ, боковыхъ побеговъ сама собою отделяется и падаетъ на землю, другая часть хотя и остается на месте своего
развипя, но лишь слабо тамъ держится, и легкаго прикосновешя достаточно, чтобы произвести отдЬлеше отъ стараго куста. Но на вершинЬ каждаго сосочка названныхъ мамиллярй находятся щетинки, изъ коихъ некоторый оканчиваются крючками, такъ что глазовидные побеги живо напоминаютъ головки лопуха. Подобно послбднимъ они пристаютъ къ волосатымъ лапамъ или къ Mixy задЬваю- щихъ животныхъ и уносятся ими. Животныя пытаются на мбстахъ отдыха освободиться отъ неудобныхъ прицбпокъ, сбрасываютъ ихъ и оставляютъ на вемлЪ. Тутъ они могутъ укорениться и вырасти въ новые кусты.
Распространен!© отд'Ьленныхъ поб’Ьговидныхъ отводковъ при посредствб животныхъ: 1) MamiL- laria placostigma; 2) Mamillaria gracilis.
Третш способъ распространен побеговидныхъ отводковъ животными относится къ воднымъ растен!ямъ, прицепляющимся целикомъ или отдельными кусками къ перелетнымъ воднымъ птицамъ. Некоторые виды, которые лишь крайне редко цветутъ и приносятъ плоды, но темъ не менее встречаются въ очень многихъ, далеко отстоящихъ местахъ и часто совершенно неожиданно появляются во вновь выкопанныхъ прудахъ, большею частью разносятся водяными птицами. Часть этихъ водныхъ растешй, какъ, напр., водо- жрасъ и пузырчатки (Hydrocharis и Utricularia), развиваютъ вокругъ своихъ почекъ особые слизистые покровы, посредствомъ которыхъ оне прилипаютъ къ оперенью задевающихъ ихъ при плаванш животныхъ, друпе, какъ маленьт, снабженный корнями ряски (Lerona minor, gibba, polyrrhiza), прикрепляются своими
длинными, несколько скрученными, плавающими въ воде корнями, а мнопя нит- чатыя водоросли, альдровандая (Aldrovandia), нежныя ричч!и (Riccia natans и flui- tans), трехлопастная ряска (Lemna trisulca) и т. д. целыми особями пристають къ плавающимъ по прудамъ и лужамъ, затемъ быстро поднимающимся водянымъ курочкамъ и уткамъ. Какъ только эти животныя опустятся на новый водоемъ, нриставппя къ нимъ части растешй сами собою отделяются или стряхиваются чистящимися животными, и такимъ образомъ совершенно свежими и жизнеспособными распространяются въ самое короткое время на далек!я протяжешя. Здесь уместно напомнить и о замечательномъ распространены ульвъ, багряныхъ и бу- рыхъ водорослей при посредстве раковъ, разсмотренномъ при другомъ случае (т. I, стр. 69).
Мы не будемъ распространяться о томъ, что некоторый полезным растешя посредствомъ отводковъ въ громадныхъ размерахъ размножаются и распространяются человекомъ. Бананы, плоды которыхъ не содержать всхожихъ семянъ, картофель и земляная груша, равно какъ некоторый друпя клубненосныя и луковичный растешя, непрерывно размножаются при помощи черенковъ, клубней, луковокъ и т. п. На образоваше естественнаго района распространешя такихъ видовъ намеренное искусственное размножеше отводковъ, однако, не оказало заметнаго вл!яшя. И тамъ, где они во множестве разводились и сажались, они не одичали вполне, и если бы человекъ пересталъ ихъ искусственно поддерживать и размножать отводками, они бы вскоре опять безследно пропали на дан- ныхъ местахъ. Иначе обстоитъ дело съ непреднамереннымъ заносомъ отводковъ некоторыхъ растен!й человекомъ. Киль и бока поддерживающихъ сообщеше черезъ далеюя моря кораблей, равно какъ причалы и буи въ гаваняхъ, подобно крутымъ, опускающимся въ море стенамъ и береговымъ скаламъ, совсемъ обрастаютъ морскими растетями. Если последшя случайно или намеренно отделяются отъ подстилки, то они не погибають неизбежно, а могутъ оставаться живыми въ морской воде и при благопр1ятныхъ обстоятельствахъ прироста къ какой нибудь точке твердаго дна. Такимъ образомъ, однако, растешя могутъ распространяться на далек!я разстояшя съ одного побережья на другое. Другое непреднамеренное распространеше растительныхъ отводковъ человекомъ происходить на обработанной земле, въ виноградникахъ, на пашняхъ и въ садахъ, а именно, вследств!е того, что при паханы, вскапываны и перекопке почвы погруженные въ землю луковице- или клубневидные отводки изменяютъ свое положеше. Отводки некоторыхъ луковичныхъ и клубневыхъ растешй такимъ образомъ могутъ лопатою и плутомъ съ течешемъ времени быть такъ равномерно распределены по всему полю, что выглядитъ, точно данное растете тамъ было намеренно высажено. Странно видеть при прогулке по засаженнымъ виноградомъ местаостямъ верхней Италы, какъ изъ несколькихъ соседнихъ, но отделенныхъ каменными стенами виноградниковъ одинъ обильно усаженъ дикими тюльпанами, тогда какъ на другомъ не видно ни одного экземпляра этого растешя. Въ средней Европе то же замечается относительно растущихъ на пашняхъ видовъ гусинаго лука (Gagea arvensis, stenopetala) и клубненосной чины (Lathyrus tuberosus). Одно поле какъ бы усеяно гусинымъ лукомъ, другое совершенно лишено его. На Ганзелгёге близъ Шейбсъ въ нижнеавстр!йской долине Эрлафъ я виделъ однажды занимающую правильный четыреугольникъ пашню, заросшую изъ конца въ конецъ кустами раз-
вивающей луковки красной лилш (Lilium bulbiferum), тогда какъ на соседнихъ пашняхъ росли только единичные экземпляры этого растешя. Безъ сомнешя, тутъ сброшенные изъ листовыхъ пазухъ на землю, почковидные отводки немногихъ кустовъ при пахаши были равномерно разнесены по всему полю, хотя разнесете это, наверное, не входило въ намерешя пахаря.
Обзоръ столь разнообразныхъ способовъ развитая и распространешя отвод- ковъ приводить къ заключение, что на всехъ частяхъ растешя могутъ образоваться отводки, что для каждаго вида растешй форма отводковъ постоянна, что форма отдельныхъ частей отводковъ въ следующихъ одно за другимъ поколешяхъ повторяется совершенно такъ же, какъ форма цветовъ и плодовъ, но что нередко одинъ и тотъ же видъ образуетъ двояк!е, или даже трояНе отводки. При- надлежащш къ пиреномицетамъ грибъ Claviceps purpurea развиваеть на первой ступени развитая, пронизывающей своими нитями зеленую завязь ржи (Secale cereale) и называемой стадаею сфацелш (sphacelia), шаровидныя споры, распро- страняемыя насекомыми (ср. стр. 611 и рис. стр. 612, фиг. 2). Позже, когда ржаная солома пожелтеетъ и засыхаетъ, грибъ получаетъ твердое строеше. Онъ вырастаетъ теперь въ виде черно-фюлетовыхъ, рожковидныхъ тель между пленками ржаныхъ колосьевъ (см. рис., стр. 612, фиг. 1) и известенъ подъ назвашемъ спорыньи или черныхъ рожковъ. Эта спорынья выделяется изъ колосьевъ ржи и сбрасывается колеблющимися ржаными соломинами. После того какъ она, лежа на земле пашни, перезимовала, изъ нея вырастаютъ булавковидныя тела (фиг. 3), головки которыхъ заключаютъ многочисленныя урно- или бутылкообразный углублешя, такъ называемые пиреши (фиг. 4). На дне каждаго пирешя находятся скученные слепые мешки, сумки (фиг. 5), и въ каждой сумке образуются 8 споръ (фиг. 6). Эти споры, которыя наконецъ выталкиваются изъ вершины вскрытой сумки (фиг. 7 и 8), имеютъ нитевидную форму, служатъ точно такъ же, какъ округлыя споры первой стадш развитая, для размножешя этого гриба и должны быть тоже названы отводками.
Всегда форма образованныхъ отводковъ соответствуетъ времени года и имеющимся въ месте образовашя средствамъ распространешя. Въ одномъ случае удобнее, если отводки распространяются лишь медленно и постепенно, въ другомъ, если распространено идетъ быстро и порывами; весною, можетъ быть, выгоднее, если отводки распространяются ветромъ, летомъ — животными, осенью — по- средствомъ выбрасывавая. Степныя растешя должны будуть развивать иные отводки, чемъ растешя, произрастающая въ тенистомъ, влажномъ, защищенномъ отъ ветра лесу. Точно также само собою понятно, что отводки, ползупце подземно или надземно, не отделяясь отъ почвы, совершенно иначе должны быть снаряжены, чемъ отводки, которые, отделившись отъ места своего возникновешя, должны производить далек!я странствовашя, катясь по земле или несомые воздушными течен!ями, или прицепившись къ кочующимъ животнымъ. Тогда какъ у первыхъ преимущественно дело идетъ о томъ, чтобы одолеть представляемое почвою сопротивлеше, для последнихъ важно не погибнуть во время путешеств1я отъ недостатка пищи и воды. Будучи отделены отъ почвы, они въ высшей степени подвергаются опасности засыхашя, и даже тогда еще, когда они где- нибудь осели, не всегда еще обезпечено доставлеше нужнаго для образовашя при- крепляющихъ и всаеывательныхъ органовъ количества воды. Подобные Пересе-
ленцы должны быть или такъ устроены, что переносятъ безъ вреда сильное высыхаше, какъ отводки лиственныхъ мховъ и соредш лишаевъ, или же должны сами принести съ собою необходимый запасъ воды, или же должны иметься при- способлетя, чтобы они не теряли прежде времени этотъ запасъ отъ испарешя. Действительно, таше отделенные отводки, какъ, напр., у Sempervivum, Sedum, Kleinia и Mamillaria, не только снабжены особою водоносною тканью, но, кроме того, обладаютъ еще кожицею, действующею какъ прекрасное средство защиты противъ слишкомъ сильнаго испарешя. Все отделенные отъ месть ихъ развипя отводки всегда снабжены также необходимыми запасными веществами, чтобы они тотчасъ же после своего поселешя могли изъ собственныхъ матер!аловъ развить корни и листья, прикрепиться къ новому месту и добывать пищу изъ окружающей среды. У распространяемыхъ водными течешями отводковъ снаряжеше водоносною тканью, равно какъ защита отъ высыхашя излишни, и съ этимъ, вероятно, находится въ связи, что отводки, которые отделяются, у водныхъ растенш встречаются сравнительно чаще, чемъ у земляныхъ и скалистыхъ растенш.
Большое значеше следуетъ также придать тому выводу, что обновлеше и распространеше растительныхъ видовъ посредствомъ отводковъ происходить въ столь же громадной мере и столь же разнообразными способами, какъ и обновлеше и распространеше плодами и семенами, и что м!ръ растешй могъ бы обновляться и сохраняться и безъ оплодотворешя и плодоношен!я (ср. стр. 4).
Распространеше видовъ посредствомъ плодовъ и сЪмянъ.
На вершине Лысой горы (Kahlenberg) близъ Вены растетъ на опушке леса маленькш полукустарникъ, носящш назваше Dorycnium herbaceum. Онъ принад- лежитъ къ мотыльковымъ и развиваетъ шаровидные, односемянные плоды, созре- вающ!е въ октябре. Однажды я собралъ для одного сравнительнаго изследовашя несколько покрытыхъ плодами прутьевъ этого полукустарника, взялъ ихъ домой и положилъ ихъ тамъ на мой письменный столь. Когда я на следующш день, сидя за письменными столомъ, читалъ книгу, меня внезапно съ большою силою ударило по лицу одно семя Dorycnium. Вскоре затемъ я увиделъ, какъ изъ маленькихъ соплодш выскочило второе, третье, четвертое и, наконецъ, около полусотни такихъ семянъ, и я каждый разъ слышалъ своеобразный шумъ, которымъ сопровождалось разверзаше плодовъ и выбрасываше семянъ. Невидимому, солнечные лучи, которые, проникая черезъ окно, согревали и высушивали плоды, произвели это поразительное явлеше. Оно напомнило мне одинъ случай изъ жизни Гёте, о которомъ мы читаемъ въ „Путешествш въ Италпо" следующее: „Я принесъ домой несколько семенныхъ коробочекъ Acanthus mollis и положилъ ихъ въ открытый ящичекъ;- но затемъ однажды ночью я услышалъ трескъ и вскоре после того прыганье по потолку и по стенамъ какъ бы мелкихъ телецъ. Я не сразу могъ себе объяснить это, но заметилъ после, что мои стручки раскрылись и семена были разсеяны вокругъ. Сухость комнаты довела въ течете немногихъ дней созреваше до такой упругости".
Плоды Dorycnium и Acanthus могутъ по праву считаться представителями обширной группы плодовъ, разбрасываюшихъ семена. Они устроены
такимъ образомъ, что ткань вокругъ с!мянъ во время зр!лости испытываетъ въ высшей степени сильное напряжете. Ближайшимъ его сл!дств!емъ является разъединеше ткани въ изв!стныхъ, заран!е опред!ленныхъ м!стахъ, а зат!мъ внезапное сжат!е, загибан!е и свертыван!е разъёдиненныхъ частей, съ ч!мъ связано разбрасываше находящихся на этихъ частяхъ с!мянъ. Иногда одновременно съ семенами отбрасываются и свернутыя части, а въ р!дкихъ случаяхъ даже ц!лые плоды. Въ этомъ отношеши царить
Плоды, ра»брасывающ1е с-Ьмена: 1) Ecballium Elaterium, в-Ьтвь съ цветами и плодами; 2) плодъ, отдф- ливш!йся отъ ножки и разбрасываюпцй семена; 3) Oxalls Acetosella, ц^лое растете съ однимъ незр^лымь плодомъ на согнутой крючкомъ ножкЬ и однимъ зр'Ьлымъ, разбрасывающимъ семена, плодомъ на прямой ножкЬ, въ ест. велич., 4) незрелый плодъ, 5) зрелый, разбрасываюпцй обмена плодъ Oxalls Acetosella, увелич. въ 6 разъ. Ср. текстъ, стр. 619.
большое разнообраз!е. Но въ одномъ сходятся вс! приспособлешя для раз- брасывашя, а именно въ томъ, что посредствомъ ихъ с!мена попадаютъ въ м!ста, лежапця вн! занимаемаго материнскимъ растешемъ пространства, или, другими словами, что с!мена распространяются за это пространство.
У одной части плодовъ, приспособленныхъ къ разбрасыван!ю сЬмянъ, сильное натяжен!е, кончающееся разъединен!емъ и свертыван!емъ извбстныхъ тканей, обусловливается сильнымъ набухан!емъ клйточныхъ оболочекъ или тургоромъ клбтокъ. Сюда относится въ вид! одного изъ самыхъ зам!чательныхъ случаевъ башенный или ослиный огурецъ (Ecballium Elaterium), представленный на этой страниц!, фиг. 1. Плодъ этого растешя, принадлежащаго къ семейству тыквенныхъ, им!етъ
видъ усаженнаго щетинками, сидящаго на согнутой крючкомъ ножкб, зеленаго мясистаго огурца. Плодоножка вдается своимъ свободнымъ концемъ въ видб отростка въ полость плода. Когда обмена достигли полной зрблости, окружающая ихъ ткань превращается въ слизистую массу. Сосбдняя съ упомянутымъ отрост- комъ ткань также растворяется въ то время и этимъ сильно ослабляется связь плодоножки съ огурцомъ. Въ стбнкб плода находится сильно напряженный слой сочныхъ клбтокъ, имбющш стремлеше расшириться. Этому расширенно мбшаетъ, пока плодъ не совсбмъ созрблъ, упругая ткань около плодоножки. Но, какъ только плодъ достигъ зрблости, это препятств!е устраняется. Огурецъ тогда отделяется отъ отростковиднаго конца ножки; въ то же мгновеше упомянутый слой расширяется, происходить сильное сдавливаше внутренности плода, и обмена вмбстб съ окружающей ихъ водянистою или слизистою жидкостью съ большою силою выбрасываются изъ отверстая, закрытаго до этого времени концомъ ножки (см. рисунокъ на 618 страницб, фиг. 2).
Не менбе замбчательны Dorsteniaceae. Подобно тому какъ у фигъ, у этихъ растешй многочисленные мелше цвбты сидятъ на цвбтоложб, которое остается мясистымъ и сочнымъ и послб того, какъ изъ цвбтовъ развились мелше односб- мянные плоды. Нижняя часть каждаго плодика имбетъ толстыя стбнки и погружена въ цвбтоложе, подобно тому, какъ корень волоса въ кожу человбка. Верхняя тонкокожая часть выдается надъ цвбтоложемъ въ видб бугорка. Когда ебмя вполнб вызрбло, тургоръ во внбшнемъ слоб клбтокъ толстыхъ стбнокъ плода возрастаетъ; тонкокожая верхушка разрывается, толстыя стбнки плода внезапно смыкаются и облекавшееся ими до этого времени ебмя съ силою выбрасывается.
Замбчательное выбрасываше ебмянъ наблюдается также у семейства Oxalidaceae; въ видб примбра мы раземотримъ обыкновенную кислицу или заяч!й щавель (Oxalis Acetosella; см. рис., стр. 618, фиг. 3, 4 и 5). Тутъ приспособлеше для выбрасывашя ебмянъ находится въ обменной кожурб, въ которой образуется особая набухающая ткань. Одинъ изъ болбе глубокихъ слоевъ обменной кожуры состоитъ изъ сочныхъ клбтокъ, и этотъ слой, представляющш, именно, набухающую ткань, очень сильно напряженъ, тогда какъ наружные слои клбтокъ не испыты- ваютъ напряжешя. Когда ебмя созрбло, происходить сильное разбухаше въ клб- точныхъ оболочкахъ и въ безъ того сильно напряженной, набухающей ткани внбшшй слой обменной кожуры не можетъ больше противостоять давлешю, разрывается, и граничащее съ мбстомъ разрыва края наружнаго слоя кожуры съ быстротою молши отвертываются назадъ. Отъ этого заключенное въ немъ ебмя по- лучаетъ сильный толчекъ, выдавливается черезъ находящуюся непосредственно передъ нимъ щель коробочки и выбрасывается вонъ (фиг. 5). Съ давнихъ поръ извбетно также выбрасываше ебмянъ у Balsaminaceae. Плодъ относящейся сюда недотроги (Impatiens Nolitangere) представляетъ образованную пятью плодолистиками, продолговато-ланцетную коробочку (см. рис., стр^ 621, фиг. 6). Стбнки этой коробочки построены изъ трехъ слоевъ клбтокъ. Одинъ слой клбтокъ, а именно лежащш непосредственно подъ кожицею, состоптъ изъ крупныхъ, сильно тургесцирующихъ клбтокъ, и является набухающимъ слоемъ. Онъ очень сильно напряженъ, и когда во время созрбвашя ебмянъ связь пяти плодолистиксвъ вдоль заранбе намбченныхъ слоевъ разъединешя ослаббваетъ, напряжете переходить въ дбйств!е; ослабленный слой разъединешя разрывается, веб пять плодолистиковъ
завертываются внутрь и, всл£дств!е быстраго заворачивашя, находящаяся въ плоде семена разбрасываются. Подобный же явлешя замечаются у относящихся къ Cucurbitaceae видовъ рода Momordica, затемъ у Cyclanthera explodens и Thla- diantha dubia, а также у несколькихъ крестоцветныхъ изъ родовъ Dentaria и Cardaniine, въ особенности у изображенной на стр. 621 Cardamine impatiens (фиг. 5); только у этихъ растеши завертываше плодолистиковъ происходить не внутрь, а кнаружи.
Въ разсмотренныхъ до сихъ поръ случаяхъ причиною разбрасывашя является тургоръ клетокъ или набухаше клеточныхъ оболочекъ и обусловленное этимъ сильное напряжете особаго слоя ткани въ стенке плода. Въ нижеследующихъ случаяхъ высыхан!е и связанное съ высыхан!емъ укорачиваше особаго слоя станки плода имеетъ следств!емъ разъединено и раз- рывъ, а затемъ загибаНе, изгибаНе и свертываНе известныхъ частей плода. Это изменеНе совершается очень быстро и производить тотъ эффектъ, что семена или отдельный части плода, или даже целые плоды отбрасываются. Мы приведемъ лишь самые известные изъ плодовъ этого типа.
Плоды болотнаго журавельника (Geranium palustre; см. рис. стр. 621, фиг. 2) снабжены пятиграннымъ среднимъ столбочкомъ, вокругъ котораго расположены пять плодолистиковъ. Плодолистики у основашя полушаровидно раздуты и вытянуты дальше вверхъ въ длинную, прилегающую къ центральному столбочку ость, Въ углублеши жаждаго плодолистика заключено по семени. Когда последнее созрело, происходить высыхаше ткани, образующей упомянутый ости. Высыхаше неравномерно; наружный слой, состоящей изъ несколькихъ пластовъ сочныхъ кле- токъ, высыхаетъ скорее, чемъ внутреншй, сложенный изъ клетокъ съ утолщенными стенками/ Вследств1е того, остевидная часть плодолистиковъ отстаетъ отъ срединнаго столбочка и, подобно часовой пружине, загибается кнаружи и вверхъ. Нежная высохшая ткань, которою плодолистики до этого времени были связаны, не представляетъ препятствш такому загибанью, и такъ какъ углублеше въ плодо- листикахъ на внутренней стороне открыто, и семя въ углубленш лежитъ какъ въ согнутой ладони, то семя при быстромъ загибанш ости отбрасывается, описывая большую дугу (см. рис. на 621 стран., фиг. 3). У взятаго здесь для примера болотнаго журавельника, а также у другихъ крупноцветныхъ видовъ рода Geranium, кончики остей остаются соединенными съ серединнымъ столбочкомъ, и этотъ последшй, несущш закрученные вверхъ пять плодолистиковъ. производить тогда впечатлеше канделябры.
Стебленосныя фiaлки, напр. Viola elatior (см. рис. на 621 странице, фиг. 4), образуютъ плЬды въ виде разверзающихся тремя створками коробочекъ. Створки ймеютъ форму ладьи; края, соответствующее бокамъ ладьи, тонки, киль же очень толстъ. На верхней стороне киля сидятъ въ двухъ рядахъ семена. Ладьеобраз- ныя створки ймеютъ очень сложное строеше. На разрезе замечается слой изъ тонкостенныхъ паренхимныхъ клетокъ, слой изъ длинныхъ, расположенныхъ по дуговымъ лишямъ клетокъ и слой изъ сильно утолщенныхъ, поперекъ вытянутыхъ клетокъ. Отъ неодинаковаго высыхашя этихъ клеточныхъ слоевъ боковыя стенки ладьевидныхъ створокъ загибаются вверхъ и на столько приближаются другъ къ Другу, что на сидяпця въ середине семена съ двухъ сторонъ производится силь-
ное давлете. Давлеше это имбеть слбдств!емъ то, что гладк!я обмена выбрасываются, приблизительно такъ же, какъ стрбляють вишневою косточкою, давя боль- шимъ и указательнымъ пальцами. Выбрасываше совершается по опредбленной очереди. Прежде всего выбрасывается самое переднее сбмя перваго плодолистика, а послбднимъ лежащее па противоположномъ концб. Лишь послб того, какъ первый плодолистикъ совершенно опорожненъ, настунаетъ очередь второго и, нако- нецъ, третьяго плодолистика. Но всегда стягиваше обоихъ боковъ начинается
Плоды, разбрасываюшде с-Ьмена: 1) Orobus vernus; 2 и 3) Geranium palustre; 4) Viola elatior; 5) Cardamine impatiens; 6) Impatiens Nolitangere; 7 и 8) Acanthus mollis; 9 и 10) Ricinus communis. Ср. текстъ, стр. 620.
на свободномъ концб плодолистика и продолжается до тбхъ поръ, пока всЪ ci- мена не будуть выброшены.
У многихъ Mimosaceae, Caesalpinaceae, Papilionaceae, Sterculiaceae и Acantha- ceae обмена выбрасываются въ моментъ раскрыван!я боба или коробочки вслбд- ств1е винтового закручивашя створокъ плода. Въ стбнкб плодовъ этихъ растешй различаютъ сочный мягкий слой изъ тонкостЬнныхъ паренхимныхъ клбтокъ и твердый слой изъ сильно утолщенныхъ, вытянутыхъ, тянущихся по косому направле- шю отъ одного до другого края плодовыхъ створокъ. Въ этихъ косо направлен- ныхъ клбткахъ твердаго слоя, и кроется сила, которою плодъ раскрывается и створки въ моментъ разступашя скручиваются винтомъ. Каждая изъ этихъ клб- токъ при высыхаши скручивается, вслбдств!е чего соотвбтственно закручивается
и весь твердый слой. Ткани изъ тонкостбнныхъ клбтокъ, находящаяся въ связи съ твердымъ слоемъ, не препятствуют такому скручивание, и последнее поэтому происходить такъ быстро, такъ внезапно и съ такою силою, что содержащаяся въ бобб обмена выбрасываются и летятъ, описывая большую дугу. Когда плодъ ко- роуокъ, то скручиваше створокъ ограничивается ^—1 винтовымъ оборотомъ, когда онъ длиненъ, то образуются два или даже три винтовыхъ оборота, и створки опорожненнаго плода тогда свернуты въ видб локона (напр., Lotus cornicu- latus, см. рис., стр. 402, фиг. 3, и Orobus vernus, см. рис., стр. 621, фиг. 1). Сила, съ которою отбрасываются ебмена, зависит от мощности твердаго слоя. У Castanospermum australe, растешя, створки бобовъ котораго достигают толщины въ 5 мм., выбрасываются при внезапномъ скручиваши шаро- видныя обмена въ 3,5 см. въ поперечникб и вбеомъ въ 16 гр. Въ этихъ случаяхъ створки плода послб выбрасывашя ебмянъ остаются на плодоножкахъ, и въ этомъ заключается существеннбйшее отлич!е отъ тбхъ выбрасывающихъ ебмена плодовъ, плодолистики которыхъ одновременно съ обменами отскакиваютъ отъ плодоножки. И къ этой группб плодовъ принадлежать опять нбеколько мотыльковыхъ, именно, упомянутый въ началб этой главы Dorycnium, затбмъ мальвовое Kitaibelia, лилейное Alstroemeria, нбеколько акантовыхъ, какъ замбченный Гёте Acanthus mollis (см. рис., стр. 621, фиг. 9 и 10), любопытная чужеядная Lathraea clandestina и въ особенности мнопя молочайный (напр., Euphorbia, Hura, Hyaenanthe, Mercurialis, Ricinus, см. рис., стр. 621, фиг. 9 и 10). Створки плодовъ вебхъ этихъ растешй, сравнительно, коротки, а потому скручиваше створокъ выступает не столь ясно. Но толчекъ, получаемый обменами, всл^дств!е скручивашя створокъ, усиливается еще разными другими приспособленный, подробное описан!е которыхъ завело бы насъ слишкомъ далеко. У этого отдбла плодовъ ебмена отбрасываются, сравнительно, на значительное разстояше.
Особый видъ выбрасывающихъ плодовъ наблюдается у нбеколькихь* Diosma- ceae, Rutaceae и Zygophyllaceae. У этихъ растешй въ плодолистикахъ или плодо- выхъ створкахъ происходить полное разъединеше мягкаго и твердаго слоевъ. На- ходящ!йся снаружи мягкш слой высыхает ко времени зрблости ебмянъ, при чемъ расщепляется вдоль по брюшному шву и сильно съеживается. Bcлбдcтвie этого съеживашя расположенный ко внутри твердый слой, имбюнцй видъ вмбстилища и заключающей ебмя, выдавливается изъ трещины. Какъ только вмбстилище изъ твердаго слоя освобождено, обб боковыя стбнки его разступаются, принимают видъ корабельнаго винта и отбрасываютъ съ силою ебмя. Сходный явлешя происходят и у рода Collomia, относящагося къ Polemoniaceae. Только тут не внбшшй мяг- к!й слой створокъ, а чашечка производить при высыхаши давлеше на облеченное -ею вмбстилище, и выброшенное вмбстилище представляет изъ себя не только твердый слой, но всю сухую плодовую коробочку. Въ этомъ случаб отскакивание вмбстилища существенно способствует и то обстоятельство, что три створки коробочки разъединяются уже въ то время, когда онб еще окружены чашечкою, и при этомъ производят обратное давлеше на чашечку. Разъ коробочка освобождена изъ объяпй чашечки, створки разступаются еще дальше и выбрасывают облекавппяся ими ебмена. У Eschscholtzia весь плодъ также отскакивает отъ ложа, но тутъ отскакиваше вызывается тбмъ, что обб створки стручковиднаго плода при высыхаши достигают вы-
Цикадеи.
соеой степени напряжешя и пытаются изогнуться кнаружи. Когда напряжете дошло до того, что имъ нарушается соединеше створокъ съ ложемъ, весь плодъ отскакиваетъ отъ ложа, описывая дугу. У журавельника (Erodium; см. рис., т. I, стр. 614) и у несколькихъ зонтичныхъ (напр., Scandix) при высыханш отскакиваетъ хотя и не весь плодъ, но отлетаютъ отъ срединнаго столбочка частичные плоды съ тесно обхваченнымъ ими семенемъ.
Этого обзора достаточно, чтобы получить представлеше о болыпомъ разно- образш выбрасывающихъ семена плодовъ. Что эти плоды во всехъ случаяхъ зани- маютъ положеше, делающее возможнымъ безпрепятственное выбрасываше семянъ, понятно само собою. Когда плоды передъ отскакивашемъ или передъ выбрасыва- шемъ семянъ по какой либо причине скрыты подъ листьями, или если они сидятъ на загнутыхъ книзу ножкахъ, какъ у кислицы и ф!алки (см. рис., стр. 618, фиг. 3, и стр. 621, фиг. 4), то ножки передъ самымъ выбрасывашемъ выпрямляются и при- поднимаютъ плодъ надъ листьями. Отскакиваше происходить въ большинстве случаевъ подъ угломъ въ 45°, чемъ, какъ известно, достигается самое далекое от- леташе. Выброшенный семена имбютъ форму шара, яйца, бобовины или чечевицы. Въ последнемъ случае семена выбрасываются такъ, что разрезаютъ узкою стороною воздухъ. Во всйхъ случаяхъ устройство таково, что бросаемыя семена встрЬ- чаютъ въ воздухе возможно малое сопротивлеше. Лишь редко отбрасываемое тйло получаетъ определенное направлеше. Наибольшее право говорить о такомъ на- правлеши мы имеемъ еще у кислицы (см. рис., стр. 618, фиг. 3) и у Ricinus (см. рис., стр. 621, фиг. 10), где семена выталкиваются черезъ отверстая съ опредЬлен- нымъ очертатемъ. У акантовыхъ (Justicia, Acanthus и т. д.) направления полета предопределено темъ, что отъ разделяющей плодъ перегородки отходятъ креп- к!я дуги, на которыхъ покоятся выбрасываемый семена (см. рис., стр. 621, фиг. 8). Въ большинстве случаевъ разверзаше и выбрасываше сопровождаются особымъ шу- момъ, въ роде того, какой слышенъ при лопанш пузыря. Плоды Hura crepitans растрескиваются даже съ заметнымъ выстрбломь.
Разстояше отброса у мелкихъ, легкихъ семянъ всего меньше; у крупныхъ, тяжелыхъ семянъ всего больше, какъ это вытекаетъ изъ следующей таблицы.
Назваше растешя
Форма сЬмени
Наиболышй попер еч- никъсЪмени
Наименышй попереч- никъ сЪмени
ВЬсъ сЬмени
Разстояше отброса
Cardamin е impatiens.
эллипсоидальная
1,5 ММ.
0,7 мм
О,оо5 гр.
0,9 М.
Viola canina
яйцеобразная
1,® „
1>о »
0,008 „
1,0 ,,
Dorycnium decumbens
шарообразная
1,5 „
1,5 „
О,ооз „
1,0 „
Geranium columbinum
шарообразная
2,о „
2,о „
0,004 „
1,5 ,,
Geranium palustre . .
цилиндрическая
3,о „
1,5 ,,
0,005 „
2,5 „
Lupinus digitatus . . .
кубовидная
7,о „
7,о „
O,os „
7,0 „
Acanthus mollis. . . .
бобовидная
14,0 „
Ю,о „
0,4„
9,5 „
Hura crepitans. . . .
чечевицеобразная
2О,о „
17,о „
0,7„
14,о „
Bauhinia purpurea . .
чечевицеобразная
ЗО,о „
18,о „
2,5„
15,о „
Изъ этой таблицы видно, что распространено, достигаемое разбрасывающими семена плодами, очень незначительно. Отбрасываше на 15 м., получаемое только при са- мыхъ сильныхъ приспособлешяхъ для меташя, почти незаметно сравнительно съ раз- стояшями, достигаемыми другими средствамираспространешя, особенно вбтромъ.Этимъ
объясняется, вброятно, что образоваше такихъ плодовъ ограничено, сравнительно, немногими растешями, и что эти растешя обитаютъ, преимущественно, въ мбстахъ, гдб сила вбтра ослаблена, и гдб, поэтому, услов!я для распространешя вбтромъ далеко не благопр!ятны. Cardamine impatiens, Dentaria, Impatiens, Lathraea, Mer- curialis perrennis, Orobus vernus, Oxalis Acetosella, Viola canina и silvatica живутъ въ глухихъ, тбнистыхъ, защищенныхъ отъ вбтра лбсныхъ мбстахъ, а друпя, какъ Geranium palustre и Lathyrus Silvester, цбпляются по кустарникамъ на опушкб лбса. Нельзя также не упомянуть, что во многихъ случаяхъ съ выбрасыв’ашемъ можетъ быть соединенъ еще другой способъ распространешя плодовъ и сбмянъ, на который указываетъ назваше Impatiens Nolitangere, по русски „недотрога*. Тб плоды, выбрасываюпце обмена, у которыхъ высокое напряжете обусловливается набухашемъ и тургоромъ особыхъ слоевъ клбтокъ, устроены такимъ образомъ, что напряжете, въ которомъ находятся стбнки плода, уничтожается малбйшимъ при- косновешемъ, при чемъ с'Ьмена выбрасываются на встрбчу или въ догонку за- дбвшему растете животному. Животныя, проходяпця по тбнистому лбсу мимо Impatiens, Cardamine, Dentaria, Oxalis и т. д., отъ прикосновешя къ плодамъ этихъ растешй, облипаются ихъ обменами, и часть этихъ сбмянъ, несомнбнно, останется на шерсти или опереши животныхъ. Давно извбстно, что животныя, проходяпця по поросшимъ Elaterium (см. рис., стр. 618, фиг. 1) мбстамъ и при этомъ касаюпцяся висящихъ на согнутыхъ ножкахъ плодовъ, мараются выброшенными и погруженными въ водянистую массу обменами, а также, что эти животныя стараются освободиться отъ этой неудобной ноши, какъ только достигнуть мбста отдыха.
Здбсь слбдуетъ описать еще нбсколько приспособлешй, служащихъ для рас- пространешя плодовъ и сбмянъ, который, въ смыслб ихъ успбшности, имбютъ большое сходство съ разсмотрбнными, разбрасывающими обмена, плодами, но, относительно обусловливающихъ явлеше причинъ, существенно отъ нихъ отличаются. У разбрасывающихъ плодовъ распррстранеше плодовъ и сбмянъ вызывается набухашемъ и тургоромъ или движeнiями, происходящими отъ высыхашя гигроскопич- ныхъ клбточныхъ слоевъ; въ ниже описываемыхъ случаяхъ разбрасыван!е плодовъ и сбмянъ обусловливается исключительно упругостью стеблей и плодоножекъ. Стебли и плодоножки очень упруги и натягиваются и сгибаются силою, дбйствующею извнб. Въ тотъ момента, когда эта сила перестаетъ дбйствовать, они, вcлбдcтвie упругости, возвращаются въ прежнее по- ложеше и при этомъ далеко отбрасываютъ сидяпце на нихъ плоды и обмена. Изъ этихъ приспособлешй, который, въ виду ихъ сходства съ метательными машинами или баллистами, называются метательными средствами распространен!я плодовъ и сбмянъ, мы особенно отмбтимъ пять формъ. Самая простая изъ нихъ встрбчается у тбхъ сложноцвбтныхъ и ворсянковыхъ, плодовыя корзинки которыхъ поддерживаются прямымъ, сравнительно длиннымъ, упруго гибкимъ стеблемъ. Плодики въ упругомъ состояши уже отдблены отъ ихъ короткихъ ножекъ и расположены на окруженномъ покровными чешуями срединномъ участкб бывшаго цвбтоложа или на днб происшедшей изъ цвбточной корзинки плодовой корзинки. Они помбщаются здбсь такъ, что выпадете безъ внбшнихь причинъ едва ли возможно. Но какъ только несупцй плодовую корзинку, прямой, упругш стебель по- рывомъ вбтра или задбвающимъ за него животнымъ согнется и затбмъ снова выпрямится, лежапце на блюдце- или корзинообразной головкб плодики выбрасы-
ваются. У многихъ сложноцветныхъ чешуи обвертки, образующая корзинку, склонены вверху крышеообразно; при томъ оне, однако, упруго гибки и на внутренней стороне очень гладки, такъ что выбрасываемые плодики легко по нимъ сколь- зятъ и какъ бы направляются склоненными упругими концами чешуи. У другихъ сложноцветныхъ, типомъ которыхъ можетъ считаться родъ Telekia, цветоложе густо усажено, такъ называемыми, прицветными пленками, и плодики, которые, кстати, не имеютъ летучки, оказываются погруженными среди пленокъ. Пленки стоятъ вверхъ, жестки и на краю снабжены направленными книзу зубчиками. При малей- шемъ сотрясеши плодики поднимаются между пленками несколько кверху, но за- темъ не могутъ снова опуститься, такъ какъ ихъ не пускаютъ жесте зубчики пленокъ. Получается впечатлеше, какъ будто бы плодики между пленками поднимаются шагъ за шагомъ вверхъ, какъ по лестнице. Наконецъ, они достигли почти верхушекъ пленокъ. Когда теперь подъ напоромъ сильнаго порыва ветра ножки головокъ сильно колеблятся, то плодики, помещающееся между упругими верхушками пленокъ, далеко отбрасываются. Еще другая группа сложноцветныхъ, примерами которой могутъ служить Centaurea pseudophrygia и stenolepis, предста- вляетъ следующее устройство: цветоложе лишено прицветныхъ пленокъ, чешуи обвертки образуютъ корзинку, а плоды помещаются на дне корзинки. Въ сырую погоду вершины кроющихъ чешуй тесно сомкнуты и коротая щетинки венчающей плодики летучки сближены и прилегаютъ одна къ другой. Въ сухую теплую погоду, особенно подъ вл!яшемъ сухихъ ветровъ и на солнце, чешуи обвертки раз- ступаются, и корзинка теперь широко раскрыта. Въ то же время растопыриваются образующее летучку щетинистые волоски, и этимъ движешемъ плодики поднимаются до широкаго устья корзинки. Когда теперь упрупй стебель, несупцй корзинку, станетъ колебаться, плодики, подобно воланамъ, выбрасываются изъ корзинки. Щетинистые волоски летучки не имеютъ здесь значетя снарядовъ для леташя, они очень коротки и жестки и служатъ, кроме того, что поднимають плодики къ устью корзинки, еще и для того, чтобы направлять выброшенные плодики при паденш. У относящихся къ ворсянковымъ родовъ Knautia и Scabiosa листочки обвертки не играютъ роли при выбрасываши плодиковъ; они расположены въ виде звезды во- кругъ цветоложа и начинаютъ ко времени созреватя плодовъ уже завядать. Цветоложе у Knautia silvatica густо усажено гладкими, узкими, лентообразными, частью несколько скрученными, пленками. Плодики, сидяпце между этими пленчатыми че- шуями, жестко щетинисты. Когда плодики созрели, они отделяются отъ цветоложа, одеваюпце ихъ щетинистые волоски растопыриваются, и вследств!е этого плодики поднимаются между прицветными чешуями. Опускан1е поднятыхъ плодиковъ обратно на цветоложе теперь больше не возможно, потому что упрупя чешуи смыкаются после отделешя окруженныхъ ими плодиковъ въ виде кисточки. Плодики теперь свободно лежать на концахъ прицветныхъ чешуй и отбрасываются отсюда каждымъ порывомъ ветра, ударяющимъ въ упруго гибк!я ножки головокъ. У ска- бюзъ, какъ у Scabiosa lucida, пленчатыя чешуи желобообразны, въ верхней трети расширены и тутъ по краю усажены пильчатыми зубчиками. Отделенные отъ цветоложа плодики бороздчаты и у основашя усажены отстоящими волосками. По- ередствомъ этихъ волосковъ они поднимаются, подобно плодамъ Telekia, по пиль- чатымъ чешуямъ и затемъ, подобно воланамъ, отбрасываются такимъ же образомъ какъ плодики Knautia silvatica.
4040Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растеши, т. П.
40
40
Метательный приспособлешя, очень похож!я на только что описанныя, встречаются также у многихъ Iridaceae, Liliaceae, Caryophyllaceae, Primulaceae и Scro- phulariaceae; только здесь на прямомъ, упругомъ стебле сидить не головка, а коробочка, и выбрасываются не плоды, а семена. Семена, сравнительно, крупны и тяжелы и лишены волосяныхъ придатковъ. Коробочка во всехъ случяхъ поставлена такъ, что ея устье направлено вверхъ и открывается только въ сухую погоду. Такъ какъ она, сравнительно, глубока, то только сильное колебаше несу- щаго ее упругаго стебля имеетъ сл6дств!емъ выбрасываше семянъ. .
Крайне замечательно выбрасываше плодовъ у губоцветныхъ. Плоды этихъ растешй имеютъ видь шаровидныхъ, яйцеобразныхъ или эллипсоидныхъ орешковъ
Метательные плоды: 1 и 2) Salvia verticillata; 3. 4, 5 и 6) Teucrium Euganaeum; 7 и 8) Teucrium flavum; 9) Monarda fiistulosa; 10 и 11) Polygonum Virginicum. Фиг. 1, 3 и 10 въ ест. велич., остальныя фигуры увеличены.
Ср. текстъ, стр. 626 и 627.'
и во время зрелости скрыты на днб чашечки. Чашечка нри плодахъ колоколь- чата или трубчата, направлена устьемъ вбокъ и поддерживается упругою, обыкновенно дугообразною ножкою (см. рис. на этой стр., фиг. 1, 2, 3 и 6). Если производить какимъ-либо твердымъ тЬломъ, хотя бы лучинкою, давлеше сверху на жестче кончики чашечки (фиг. 5), то ножка чашечки натягивается какъ пружина; какъ только давлеше прекратится, ножка отскакиваетъ въ свое прежнее положеше, а скрытые въ полости чашечки орешки выбрасываются съ большою силою (фиг. 6). Направлеше дается при такбмъ выбрасыванш обоими нижними зубцами чашечки, загнутыми на подоб!е полозьевъ кверху. Во многихъ случаяхъ, напр., у Teucrium flavum, Euganaeum и Monarda fistulosa (см. рис. на этой стр., фиг. 3—-9), направле- ше зависитъ еще отъ жесткихъ, упруго гибкихъ волосковъ, помбщенныхъ въ трубкЬ чашечки и сближенныхъ своими конусами; значеше этихъ волосковъ по отношенью къ выбрасываемымъ орбшкамъ можно сравнить съ нарезкою въ ружей- ныхъ стволахъ. У Scutellaria, въ свою очередь, лопасти окраины чашечки, напо-
минающей шлемъ съ забраломъ, соответственно направляют выбрасываемые плодики. Что искусственно достигается сгибашемъ и отпускашемъ ножекъ чашечки, происходить въ природе вследств!е сильныхъ сотрясены соплод!й порывами ветра, падающими дождевыми каплями и, въ особенности, отъ задеван!я проходящими животными за жестая чашечки. Въ последнемъ случае тотъ или другой изъ выброшенныхъ орешковъ может попасть также на шерсть задевшихъ животныхъ и затемъ быть занесеннымъ на гораздо большее разстояше. Кроме губоцветныхъ, такое приспособлено для выбрасывашя встречается лишь редко. ' Всего более еще имеет сходство выбрасываше семянъ изъ плодиковъ несколькихъ видовъ ясколки, напр. Cerastium macrocarpum (см. рис., стр. 418, фиг. 4), согнутыхъ въ виде S, сидящихъ на жесткихъ ножкахъ и направленныхъ устьемъ косо вверхъ.
Одно изъ самыхъ замечательныхъ метательныхъ приспособлешй наблюдается у североамериканская Polygonum Virginicum (см. рис., на стр. 626, фиг. 10 и 11). Плоды сидят у этого растешя на короткихъ ножкахъ и расположены кистеобразно на длинныхъ прутовидныхъ стебляхъ. Коротая плодоножки отличаются темъ, что клетки мощно развитой паренхимы коры имеют слабо утолщенный, но сильно одеревеневппя стенки. Достойно внимашя также, что на границе ножки и плода возникает разделительный слой, представляющейся невооруженному глазу въ виде сочленешя. Столбикъ превратился въ направленный внизъ клювъ, заканчиваю- щ1йся двумя отстоящими крючечками и сидяпцй на плоде. Если проходящее животное коснется этихъ плодовъ и произведетъ на нихъ давлен!©, то тотчасъ же наступает разъединен!© по намеченному разделительному слою, и соответственны© плоды отлетают далеко. Производимо© на плодъ давлен!©, невидимому, передается короткой ножке, и ткань этой ножки приводится въ напряжен!©, которое можно сравнить съ напряжешемъ часовой пружины. Какъ только давлен!© прекратится, напряжен!© въ тканяхъ плодоножки освобождается, и плодъ отбрасывается съ большою силою. Долгое время оставалось загадочнымъ, какъ происходит отбрасывай!© этихъ плодовъ, если ихъ н© задевают проходящ!я животныя. Несколько лет тому назадъ я имелъ случай видеть, какъ при сильномъ ветре колышатся длинные, усаженные плодами прутья, и какъ при этомъ они задевают другъ за друга и за ветви соседнихъ кустарниковъ, отчего сбрасывай!© плодовъ происходит точно такъ же, какъ будто бы за нихъ задели проходящ!я мимо .животныя. Прикосновен!© животныхъ представляет, однако, то преимущество, что отброшенные плодики затвердевшимъ, когт©образнымъ столбикомъ легко прицепляются къ меху животныхъ, что делаетъ возможнымъ распространен!© на гораздо больш!я разстояшя. Безъ участ!я животныхъ, когда сброшенные плоды падают на землю, они отлетают только на 2—3 м., сравнительно, очень незначительное разстояше отъ места, где плодики созрели.
Еще ограниченнее распространешя выбрасыва©мыхъ плодовъ, разселеше ползающихъ и скачущихъ плодовъ. Подъ этимъ именемъ соединяются плоды, от покрововъ которыхъ отходят односторонне жестк!я и при томъ очень гигроскопичный щетинки, который, при изменены влажности въ окружающей среде, постоянно меняют свое положен!© и при этомъ передвигают въ определенномъ направлены облеченный плодъ или облеченный семена. У злаковъ фапр., Elymus crinitus, Secale fragile иразныхъ видовъ Aegilops; см. рис. стр. 628, фиг. 1 и 2) отходящ!я отъ пленокъ ости, у Restiaceae (напр., южноафриканскаго
Hypodiscus aristatus), оканчивающаяся сильными остями кроюпця чешуи цветовъ, у скабюзъ и многихъ сложноцветныхъ (напр., Crupina vulgaris; см. второй нижшй рисунокъ, фиг. 3), чашечный щетинки и жесте волоски хохолка, а у мотылько- выхъ (напр., Trifolium stellatum; см. второй нижнш рисунокъ, фиг. 4) растопыренные зубцы чашечки вызывают, попеременно то расходясь, то сближаясь, дви- женая, которыя лучше всего можно сравнить съ ползашемъ. Во всбхъ этихъ случаяхъ гигроскопичный образовашя съ оббихъ сторонъ, или съ одной стороны, или, по крайней мере, на конце снабжены маленькими зубцами (см. второй ниж- тй рисунокъ, фиг. 1—4), делающими невозможнымъ обратное движете съ разъ
Полвающхе и скачущее плоды: 1) Aegilops vcntricosa; 2) Aegilops ovata; 3) Crupina vulgaris 4) Trifolium stellatum.
достигнутаго места и определяющими такимъ образомъ направлеше пути. У Arrhenatherum elatius, Avena pratensis и несколькихъ другихъ злаковъ ости, отходяпця отъ основатя кроющихъ чешуй, согнуты коленообразно. Участокъ ниже колбна закрученъ винтомъ и чрезвычайно гигроскопиченъ. Смотря по степени
Ползающ1е и скачущ1е плоды: 1) ость Aegilops ventricosa; 2) ость Aegilops ovata; 3) щетинки хохолка Crupina vulgaris; 4) зубецъ чашечки Trifolium stellatum. Bet фигуры увеличены.
влажности воздуха онъ, подобно бичевке, то скручивается, то раскручивается. Вследств1е такого скручивашя часть ости, находящаяся надъ коленомъ, подобно часовой стрелке, поворачивается то въ одну, то въ другую сторону. Понятно, что это движете можетъ происходить только въ томъ случае, если стрелкообразная часть ости не защемлена где-нибудь неподвижно. Если надъ почвою высту- паетъ твердый предмете, и въ него упрется одно плечо рычага, то можетъ случиться, что кончикъ ости, при продолжающемся кручены нижней части, съ силь- нымъ толчкомъ соскользнете съ тв ер даго тела, при чемъ снабженное остью обра- зовате будете подброшено косо вверхъ. Особенно бросается въ глаза это явлеше у одного вида овса, Avena sterilis. Тутъ отпавшы плодоносный колосокъ снабженъ
двумя пленками, усаженными сильными, коленчатыми остями. При изменении влажности обе ости крутятся по противоположнымъ направлешямъ, скрещиваются, давятъ одна на другую и, наконецъ, съ сильнымъ толчкомъ соскальзываютъ одна отъ другой, что имеетъ следств!емъ подскакиваше всего плода. Это движете гораздо более напоминаетъ скакан!е и прыгаше, чемъ ползаше ).
Разстояше, на которое передвигаются ползающ!е, скачупце и прыгаюпце плоды, редко превышаеть несколько дециметровъ. Плоды попадаютъ, именно вследств!е производимыхъ ими движешй, въ какой нибудь закоулокъ, где они удерживаются, или ихъ ости переплетаются съ поднимающимися надъ землею стеблями и листьями, и движешя имеютъ тогда следств!емъ, что заключенный въ плодовых^ чешуяхъ семена опускаются въ землю (ср. томъ I, стр. 615). Конечно, и у разсматриваемыхъ растешй главною целью, къ которой они стремятся, производя эти движешя ползашя и скакашя, является прикреплеше къ месту прора- сташя, но, съ другой стороны, нельзя отрицать, что этими движешями можетъ быть достигнуто, и действительно достигается въ скромныхъ размерахъ, некоторое распространеше.
Распространен!© плодовъ при посредстве воды происходить у всехъ растешй, оплодотворяющихся подъ водою, и плоды коихъ, вполне созревъ. отделяются отъ материнскаго растешя. Къ нимъ относятся водный плесени (са- пролегшевыя) и большинство соединяемыхъ подъ именемъ водорослей тайно- брачныхъ (сцеплянки, Gametophyceae, сифоновыя, бурыя водоросли и лучицы). Все, что дошло до сведешя ботаниковъ о распространена плодовъ этихъ растешй въ водб, было уже сообщено при другомъ случае (ср. стр. 45—61). Меньшее значеше имеетъ этотъ способъ распространешя для оплодотворяющихся въ воздухе явнобрачныхъ, плоды которыхъ и вызреваютъ также на воздухе. Съ перваго взгляда можно бы подумать, что дождевая вода, стекающая съ растешй и струящаяся по почве, является весьма действительнымъ средствомъ распространешя плодовъ и семянъ, но при ближайшемъ разсмотреши мы убеждаемся, что такое распространеше встречается лишь, сравнительно, редко, и что въ техъ случаяхъ, когда оно наблюдается, всегда имеются еще приспособленья для распро- странешя другимъ способомъ. Какъ самые известные изъ относящихся сюда слу- чаевъ отметимъ прежде всего два растешя, который подъ именемъ „1ерихонской розы" уже въ средше века привозились участниками крестовыхъ походовъ и паломниками съ Востока въ Европу изъ за наблюдаемыхъ у нихъ замечательныхъ явлешй, и о которыхъ слагались всевозможный басни. Одно изъ нихъ, это Апа- statica Hierochnntica, крестоцветное, распространенное въ степяхъ Египта, Аравш и Сирш и отличающееся темъ, что ея ветви ко времени созревашя семянъ дугообразно загибаются внутрь, отчего многочисленные, сидящ!е на концахъ разветвле- шй, замкнутые, грушевидные стручковые плоды какъ бы окружаются крепкою решеткою и защищаются отъ всехъ возможныхъ нападешй (см. рис., стр. 630, фиг. 1). Растеше имеетъ теперь видъ клубка или закрытой „розы" и остается
въ такомъ состояши все время, пока оно сухо. Какъ только оно будетъ смочено, роза распускается, т. е. ветви расходятся и выпрямляются (см. рис., на этой стр., фиг. 2). Плодики тогда также вскрываются, и семена могутъ падающимъ дождемъ вымываться изъ створокъ плода. Въ природе Anastatica остается замкнутой въ продолжеше долгой засухи, лишь при наступлеши зимнихъ дождей раскрывается клубокъ ея ветвей, и семена выносятся изъ раскрытыхъ плодовъ стекающею дождевою водою. Вторая ,Дерихонская роза", Asteriscus pygmaeus' есть низкорослое сложноцветное, область распространешя котораго тянется отъ северной Сахары до Палестины, и которое встречается особенно часто въ окрестностяхъ Терихона. У этого растешя после созревашя плодовъ не ветви, а расположенные розеткою листочки обвертки смыкаются надъ плодоносною головкою и остаются
Плоды, раскрывающееся поел* смачиван!я водою: 1) Anastatica Hierochuntica, сухая, 2) она же, смоченная; 3) плодъ Mesembriantheroum Candolleanum, сухой, 4) онъ же, смоченный; 5) плодъ Mesembrianthemum annuum, сухой, 6) онъ же, смоченный..
въ закрытомъ состояши до техъ поръ, пока не наступятъ зимше дожди, раскры- ваюпце „розу" и уносяпце плодики.
Подобный же отношешя къ дождю замечаются и у плодовъ и семянъ хру- стальныхъ травъ или денниковъ (Mesembryanthemum), въ болыпомъ разнообразья встречающихся въ Капской флоре. Плоды (коробочки) этихъ растешй въ сухую погоду остаются замкнутыми. Но какъ только они будутъ смочены, створки, расположенный надъ брюшными швами гнездъ плода, отгибаются назадъ, брюшные швы разступаются, и удерживаемые до того времени подъ двойнымъ замкомъ семена вымываются дождемъ изъ гнездъ плода (см. рис., на этой стр., фиг. 3—6). Среди растешй европейской флоры у едкаго очитка (Sedum acre) замечается отношеше къ дождю, очень напоминающее таковое хрустальныхъ травокъ. Лучисто расположенные плодолистики снабжены у основашя крыловидными пластинками, а средшй участокъ плода имеетъ форму мелкой чаши. Въ сухую погоду плодики замкнуты, но какъ только на упомянутомъ чашевидномъ среднемъ участке останутся капли дождя, тотчасъ же раскрываются и разверзаются пять плодовыхъ гнездъ, следуюпця дождевыя капли вымываютъ мелк!я семена изъ раскрытыхъ гнездъ и переносятъ
ихъ на окружающую почву. Такъ какъ стекающая дождевая вода проникаетъ въ самыя тошйя щели и трещины скалъ и стбнъ, то обмена вводятся также въ расщелины отвбсныхъ или даже нависшихъ стбнъ. У растущей въ южной Европб на стбнахъ Veronica Cymbalaria, плоды которой тоже остаются замкнутыми въ сухую погоду и только въ промокшемъ состояши раскрываются, обмена, подобно тому какъ у очитка, заносятся стекающею дождевою водою въ щели и трещины отвбсныхъ стбнъ. Точно такъ же и у часто встрбчающихся на обработанной землб видовъ вероники Veronica agrestis и Veronica serpyllifolia обмена вымываются изъ широко раскрытыхъ въ дождевую погоду коробочекъ и заносятся въ мбста, гдб они находить самыя благопр!ятныя услов!я для прорасташя. Замбчательно, что и коробочки обитающихъ по берегамъ текучихъ и стоячихъ водъ Veronica Anagallis, Вес- cabunga и scutellata открываются только тогда, когда ихъ совсбмъ промочить дождь. Это любопытное явлеше, вброятно, всего правильнбе объяснять такимъ образомъ: если бы средствомъ распространешя служилъ вбтеръ, то сбменамъ грозила бы опасность попасть на сух!я мбста, гдб они должны были бы погибнуть. Дождевая же вода сносить вымытыя обмена на влажную землю болота или въ неглубокую воду ручья или лужи, составляющую самое блaгoпpiятнoe мбстообиташе этихъ растешй.
Повторимъ еще разъ, что приспособлешя для вымывашя сбмянъ изъ раскрытыхъ плодовъ дождевою водою, сравнительно, рбдки. Это не значить, однако, что обмена и плоды, лишенные такихъ приспособленш, не могутъ все же распространяться посредствомъ дождевой воды и образующихся изъ нея ручейковъ, если они какимъ-либо образомъ попадаютъ въ русло такихъ водъ. Когда, напр., отъ сильнаго проливного дождя образуются потоки, быстро cтeкaющie по почвб, то они смоютъ не только песокъ и землю, но и лeжaщiя на землб и уже ранбе принесенный сюда вбтромъ обмена, и затбмъ снова отложатъ ихъ вмбстб съ иломъ по бокамъ потока. Такъ же и плоды и обмена, унесенные воздушными течешями и пaдaющie затбмъ случайно въ текущую воду ручьевъ и рбкъ, могутъ уноситься водою и снова осбсть въ нижнемъ ихъ течеши. На песчаныхъ отмеляхъ горныхъ ручьевъ, на берегахъ рбкъ, послб того какъ вода упала, постоянно находится много отложен- ныхъ плодовъ и сбмянъ самыхъ различныхъ растешй. Мнойе изъ нихъ, правда, не имбютъ тутъ будущности и погибаютъ, за отсутств!емъ условш для дальнбйшаго развитая, или потому, что утратили во время переноса свою всхожесть; но нбкото- рые прорастаютъ, а иные развиваются даже роскошно. Но относительно такихъ плодовъ и сбмянъ можно только сказать, что они при случаб могутъ распространяться текучею водою, но нельзя утверждать, что они спещально къ этому приспособлены.
То же касается и большинства плодовъ и сбмянъ сухопутныхъ растешй, случайно попавшихъ въ море. Они могутъ далеко уноситься морскими течешями, плавать въ течете мбсяцевъ, чтобы, наконецъ, во время сильнаго волнешя осбсть на далекомъ берегу. Неоднократно производились изслбдовашя, чтобы рбшить, каше плоды и обмена, несмотря на долгое пребываше въ соленой водб, сохраняюсь свою всхожесть. Въ результатб такихъ изслбдованш оказалось; что обмена нбсколь- кихъ растешй, пролежавппя болбе года въ морской водб, не утратили своей всхожести, что, конечно, само по себб, представляетъ большой интересъ. Но для распространешя плодовъ и сбмянъ морскими течешями так!е выводы не имбютъ значешя, если не указывается также, что эти плоды и обмена плаваютъ на поверхности воды,
потому что большинство плодовъ и сбмянъ тонуть тотчасъ же, какъ только ихъ положатъ на поверхность воды, и на морскомъ дне переходить въ разложеше. Число плодовъ и сбмянъ, способныхъ долгое время оставаться въ плавающемъ со- стояши на поверхности воды, крайне ограничено. Изъ плодовъ, встреченныхъ плавающими на морб, прежде всего следуетъ отметить панцырные плоды пальмъ, соединяемыхъ подъ назвашемъ Lepidocarynae. Они имбютъ непроницаемый для воды покровъ, напоминающш кольчугу, и такъ какъ этотъ покровъ не плотно при- легаетъ къ плоду, а остается заполненный воздухомъ промежутокъ, то они въ виде прекрасныхъ пловцовъ остаются на поверхности воды. Плоды кокосовыхъ пальмъ также способны плавать, благодаря мощному воздухоносному волокнистому слою и лежащему надъ нимъ кожному слою, непроницаемому для воды изъ - за содержаща- гося въ немъ жира. Когда так!е плоды попадаютъ въ море и при сильномъ прибоб выбрасываются на берегь, то заключенные въ нихъ зародыши могутъ, въ случае, если этому не препятствують климатичесшя и почвенныя услов!я места отложешя, развиться и стать поселенцами побережья. Действительно, было замечено, что подъ тропиками изъ такихъ прибитыхъ плодовъ на пустынныхъ островахъ развиваются растешя безъ помощи человека. Прибиваемые нередко къ норвежскому берегу плоды свойственнаго тропической Америке бобоваго Entada Gigalobium (scandens) хотя еще всхожи, какъ показали опыты въ ботаническихъ садахъ, но погибаютъ въ Норвепи отъ неподходящего тамошняго климата. На стр. 601 перваго тома было указано, что проростки мангровъ, которые не сразу после отпадешя воткнулись въ илъ, плаваютъ, благодаря особой ткани, и распространяются морскими течешями.
Распространеше плодовъ и семянъ въ стоячихъ водахъ пред- ставляетъ совсемъ особыя отношешя. Течешй, вызываемыхъ наклономъ почвы, въ такихъ водоемахъ не имеется. Течешя, находящ!яся въ связи съ выравнива- щемъ не одинаково нагретыхъ слоевъ воды, происходятъ, преимущественно, вверхъ и внизъ, и ими плоды и семена могутъ въ горизонтальномъ направленш переноситься лишь весьма мало. Только ветеръ можетъ тутъ успешно действовать въ виде двигательной силы и переносить плоды и семена, устроенныя для плавашя, съ одного берега на другой. Изъ такихъ плодовъ и семянъ можно, однако, особенно отметить три группы. Во первыхъ, cyxie плоды, плавающ!е, благодаря воздухоноснымъ покровамъ, какъ, напр., окруженные раздутымъ мешечкомъ плоды болотныхъ осокъ (Carex ampullacea, vesicaria и т. д.), во вторыхъ, снабженные воздухоносною мощною паренхимою коры плоды частуховыхъ и рогозовыхъ (Alisma, Butomus, Sagittaria, Sparganium и т. д.) и, въ третьихъ, семена некоторыхъ кувшинокъ. Семена снабженныхъ четырьмя чашелистиками кувшинокъ окружены присймянникомъ, свободно при- легающимъ къ внешней обменной кожуре, такъ что между ними находится слой воздуха. У видовъ рода Nuphar хотя и не развивается присемянника, но у нихъ плодолистики ко времени созрбвашя плода разделяются на два слоя, наружный, зеленый, сочный, и внутренней, белый, воздухоносный, изъ коихъ последшй окружаетъ многочисленный семена. Во всбхъ этихъ случаяхъ семена делаются способными къ плаванш посредствомъ ихъ оболочекъ и переносятся дующими вдоль поверхности воды ветрами.
Подобнымъ же образомъ ветеръ вызываетъ перекатываше свободныхъ, лежащихъ на ровной земле, плодовъ и соплод!й. Это
Жизнь растений. П.'Т-во „Просв^щен1е“ въ Спб.
Ф1АЛК0ВЫЙ КАМЕНЬ ВЪ ТИРОЛЬСКОЙ долинъ этцъ.
(Рис. съ натуры Э. Г е й н ъ.)
явлеше наблюдается особенно въ мбстностяхъ, гдЬ за короткимъ перюдомъ развитая л'Ьтомъ сл’Ьдуетъ продолжительный перюдъ засухи. Поразительно богаты такими растешями, по этому, страны около Средиземнаго моря и степныя области. Мнопя зонтичныя, свойственный горнымъ степямъ Востока, развиваютъ эллипсоидальные, гладк!е плоды величиною съ лесной орбхъ. Если положить человеку, закрывшему глаза, нисколько такихъ плодовъ на ладонь, то онъ совершенно не ощущаетъ тяжести и заметить нрисутств!е плодовъ только тогда, когда откроетъ глаза. Эти плоды имбютъ, именно, поразительно малый вбсъ, что зависитъ отъ того, что въ нихъ развился слой, напоминающей бузинную сердцевину. Двусемянка Cachrys alpina имЬетъ 13 мм. длины, 10 мм. толщины и в4ситъ 0,07 гр., другая
Распространен!© плодовъ и сЬмянъ в-бтромъ: 1) Anthyllis Vulneraria, отъ которой дв^ чашечки съ плодами отпали; 2) продольный разр-Ьзъ черезъ плодовую чашечку этого растешя, внутри чашечки виденъ бобъ; 3) Trifolium tomentosum, отдЪлившшся и еще соединенный съ ножкою клубочекъ изъ вздутыхъплодовыхъчашечекъ; 4) продольный разр^зъ черезъ плодовую чашечку этого растешя; 5) Medicago scutellata; 6) Ostrya carpinifolia, в^твь съ двумя;: соплод!ями; 7) продольный разр^зъ черезъ мешковидную, облекающую орешекъ плюску этого ’растешя. См. текстъ стр. 633 и 640.,.
Cachrys изъ Шираза имеетъ въ длинну 15 мм., въ толщину 10 мм. и весить все же только 0,06 гр. .Понятно, тате плоды, отпавъ, перекатываются ветромъ по степи и останавливаются только тогда, когда они попали где нибудь въ трещину высохшей глинистой почвы или въ щель скалы. Некоторыя мотыльковыя тоже развиваютъ тате катяпцеся плоды. Одна группа видовъ рода медунки, куда, напр., относится Medicago scutellata (см. рис. на этой стр., фиг. 5), имеетъ свернутые винтомъ, въ общемъ очерташи шаровидные бобы, которые после созрЬвашя семянъ отделяются отъ своихъ ножекъ и при каждомъ сильномъ порыве ветра перекатываются на небольшое разстояше. То же относится и къ Blumenbachia Hieronymi, принадлежащей въ лоазовымъ и произрастающей въ Южной Америке; ея шаровидные плоды, несмотря на немалый поперечникъ въ 2,5 см., весятъ въ рухомъ состояши только. 0,34 гр. Когда семена созрели, плодоножка увядаетъ и свободно лежапце тогда на земле шары перекатываются при самомъ слабомъ дуновеши ветра. Встречая на пути какое-либо препятств1е и будучи смочены дождемъ, они раскры-
ваютъ имеюпцяся уже на нихъ щели и изъ нихъ выпадаеть множество морщини- стыхъ семянъ. Широкораспространенная въ области понтийской флоры на сухой, скалистой почве Paronychia Kapella (см. рис. на этой стр., фиг. 6), приносить среди л!та мелюе плоды, изъ коихъ каждый окруженъ пленчатымъ, серебристо - белымъ
Распространено плодовъ и сЬмянъ вбтромъ: 1) Carpinus Orientalis; 2) Tilia intermedia; 3) Armeria alpina; 4) Melica altissima; 5) Dryobalanops; 6) Paronychia Kapella; 7) Briza maxima; 8) Scabiosa graminifolia; 9) Humulus Lupulus; 10) Trifolium nidiiicum. Ср. текстъ, стр. 635 и 640.
прицветникомъ. Когда наступило для этихъ плодовъ время распространешя, со- плодхе, имеющее видъ шаровиднаго клубка, целикомъ отделяется отъ ветви; легше клубки лежать тогда свободно на почве и быстро катятся при малейшемъ ветре. Иногда это каташе переходить на неровной почве въ прыганье и скакаше, а изредка такая соплодхя подхватываются также очень сильнымъ порывомъ ветра и переносятся по воздуху на довольно большая разстояшя. У несколькихъ видовъ
клевера, въ особенности у Trifolium globosum и nidificum (см. рис. стр. 634, фиг. 10), на концахъ ножекъ видны только немнопе, мутовчато расположенные, вполне развитые цветы; темь больше число неразвитыхъ цветовъ, поднимающихся изъ середины всего соцвет!я въ виде густого хохла. Когда изъ вполне развитыхъ цветовъ получаются бобы, чашечные зубцы неразвитыхъ цветовъ увеличиваются, принимают форму длинныхъ, покрытыхъ волосками, щетинокъ, загибаются кнаружи и образуютъ рыхлый, шаровидный комъ, въ которомъ мелйе бобы вполн’Ь скрыты. Эти комья отделяются затЬмъ отъ ножки и перекатываются ветромъ.
Бываетъ также, что цЬлыя плодоносный растешя вырываются съ корнемъ или у самаго основашя изъ стеблей отделяются отъ остающагося въ почве корня и затемъ въ виде шаровъ или клубковъ катятся ветромъ. Самое замечательное въ этомъ отношеши— изображенная на этой стр. Plantago Cretica. Она однолетняя и несетъ пучекъ вверхъ торчащихъ, выходящихъ изъ очень короткаго главнаго стебля, цветоносныхъ стеблей. Когда плоды начинаютъ созрЬвать, эти стебли отгибаются
Распространеше плодовъ и с^мянъ ветромъ: Plantago Cretica.
во все стороны внизъ на подоб!е часовыхъ пружинь и этимъ производить сильное натяжеше короткаго главнаго стебля и отвесно торчащаго въ земле стержневого корня. Такъ какъ почва, на которой растетъ Plantago Cretica, среди лета высы- хаетъ и растрескивается, то названнаго натяжешя достаточно, чтобы разорвать связь растешя съ землею. Плодоносные кусты имеютъ форму сжатаго съ двухъ сторонъ мяча, очень легки и перекатываются порывами ветра по почвЬ. Plantago Cretica представляетъ также примерь такъ называемаго „перекати-поле“ ), поражающаго путниковъ въ степныхъ областяхъ. На персидскихъ высокихъ сте- пяхъ растетъ сложноцветное, по имени Gundelia Tournefortii. Оно образуетъ шаровидный, колюч!я, редшя дерновины и имеетъ глубоко проникающш въ землю стержневой корень. Ко времени созревашя плодовъ шейка корня перегниваетъ и шаровидный дерновины прилегаютъ тогда къ почве только своими нижними жесткими ветвями. Когда поднимется вЬтеръ, то эти безчисленныя плодоносный дерновины начинаютъ качаться и катиться ш распространяются такимъ образомъ по степи. Растешя, въ степяхъ южной Poccin, у которыхъ наблюдается отгниваше основашя стебля и перекатываше отделившегося, высохшаго и плодоносящаго куста, принадлежать самымъ различнымъ семействамъ. Самыя обыкновенный суть Alhagi
camelorum, Centaurea diffusa, Phlomis herba venti, Rapistrum perenne, Lepidium ruderale и Salsola Kali. Часто случается, что при перекатываши несколько такихъ сухихъ, многовбтвистыхъ кустовъ переплетается и сцепляется и что такимъ обра- вомъ получаются шары величиною съ возъ сена. Наблюдалось также, что при вихряхъ татае шары поднимаются съ почвы и большими скачками носятся по степи. Не удивительно, что это явлеше сильно действовало на воображеше степныхъ жителей, что его ставили въ связь съ ведьмами и сложилось назваше степныхъ ведьмъ. *
У некоторыхъ катящихся плодовъ, соплодй и „перекати - поле" семена высеиваются во время ихъ каташя по земле, и при томъ, преимущестйенно, въ техъ
Распространен!® плодовъ и сЬмянъ в'Ьтромъ: 1) стручокъ Lunaria rediviva; о66 створки плода отделились, на внутренней стороне обеихъ створокъ держатся семена; 2) раскрывшаяся коробочка одной Bignonia, изъ которой крылатыя семена выносятся ветромъ; 3) раскрывшаяся коробочки Heliosperma quadrifidum, изъ которыхъ семена вытряхиваются ветромъ; 4) семя этого Heliosperma, увеличено; 5) раскрывшаяся коробочка одной Dios- согеа, изъ которой семена выдуваются ветромъ. Ср. текстъ, стр. 638.
местахъ, где отъ неровностей пути катяпцеся шары и комья получаютъ сильный толчокъ.' У большинства, однако, устроено такъ, что семена выпускаются изъ своихъ вместилищъ лишь тамъ, где катящееся тело, вследств!е достиженья непрео- долимыхъ препятств!й, останавливается. Это устройство состоитъ въ томъ, что вместилища, въ которыхъ заключены семена, открываются, только будучи смочены. Такимъ образомъ мы, однако, снова вернулись къ разсмотреннымъ уже на стр. 638 плодамъ и соплод!ямъ Mesembryanthemum и Anastatica. И они иногда становятся, катящимися плодами. Коробочки Mesembryanthemum отделяются отъ своихъ но- жекъ, кусты Anastatica частью вырываются съ корнемъ и въ сухое время года свободно лежать на земле. Гонимые ветромъ, они попадаютъ въ углублешя почвы или въ расщелины и трещины камня и здесь задерживаются. Вместилища, въ которыхъ лежатъ семена, однако, все еще замкнуты. Наконецъ, наступаютъ зимше дожди, плоды раскрываются, семена вымываются и черезъ короткое время уже прорастаютъ на мокрой почве, куда ихъ занесъ дождь. '
Безчисленны те случаи, когда ветромъ распространяются плоды и семена, которые после отделен!я отъ материнскаго растешя более
или мен^е продолжительное время держатся въ воздух^ и сво
бодное падеше которыхъ замедляется особыми приспособлен!ями.
Распространено плодовъ и сЬмянъ в-Ьтром-ъ: 1) Megacarpaea laciniata; 2) Ailanthus glandulosa; 3) Polygonum Sieboldi; 4) Ptelea trifoliata; 5) Ae^chiomene glabrata; 6) Opoponax Cretica; 7) Banisteria Sinemariensis; 8) Gyrocarpus Asiaticus; 9) Triopteris bifurea; 10) Acer Monspessulanum; 11) Artedia squamata; 12) Betula verrucosa; 13) Laserpitium latifolium. Ср. текстъ, стр. 638 и 639.Распространено плодовъ и сЬмянъ в-Ьтром-ъ: 1) Megacarpaea laciniata; 2) Ailanthus glandulosa; 3) Polygonum Sieboldi; 4) Ptelea trifoliata; 5) Ae^chiomene glabrata; 6) Opoponax Cretica; 7) Banisteria Sinemariensis; 8) Gyrocarpus Asiaticus; 9) Triopteris bifurea; 10) Acer Monspessulanum; 11) Artedia squamata; 12) Betula verrucosa; 13) Laserpitium latifolium. Ср. текстъ, стр. 638 и 639.
Распространено плодовъ и сЬмянъ в-Ьтром-ъ: 1) Megacarpaea laciniata; 2) Ailanthus glandulosa; 3) Polygonum Sieboldi; 4) Ptelea trifoliata; 5) Ae^chiomene glabrata; 6) Opoponax Cretica; 7) Banisteria Sinemariensis; 8) Gyrocarpus Asiaticus; 9) Triopteris bifurea; 10) Acer Monspessulanum; 11) Artedia squamata; 12) Betula verrucosa; 13) Laserpitium latifolium. Ср. текстъ, стр. 638 и 639.
Распространено плодовъ и сЬмянъ в-Ьтром-ъ: 1) Megacarpaea laciniata; 2) Ailanthus glandulosa; 3) Polygonum Sieboldi; 4) Ptelea trifoliata; 5) Ae^chiomene glabrata; 6) Opoponax Cretica; 7) Banisteria Sinemariensis; 8) Gyrocarpus Asiaticus; 9) Triopteris bifurea; 10) Acer Monspessulanum; 11) Artedia squamata; 12) Betula verrucosa; 13) Laserpitium latifolium. Ср. текстъ, стр. 638 и 639.
Taxie плоды и семена должны быть построены такъ, чтобы воздухъ представлялъ большая препятств!я ихъ паденью, и важно, чтобы они им4ли возможно малый в£съ, сравнительно съ ихъ объемомъ. Известно, что споры грибовъ, въ вид4 составной
части пыли, часто долгое время висятъ въ воздухб. Также и нбкоторыя обмена столь необычайно легки, что, подобно грибнымъ спорамь, производить впечатлбше пыли и могутъ, сравнительно, довольно долго держаться въ воздухб. Къ такимъ пылеобразнымъ сбменамъ прежде всего надо отнести обмена орхидей. Такъ, напр., одно сбмя Goodyera repens вбситъ всего 0,000002 гр. И нбкоторыя друпя растешя, особенно чужеядныя и живупця въ глубокомъ перегноб въ видб гнилост- ныхъ растевай, имбютъ чрезвычайно легшя обмена, какъ это видно изъ слбдующей таблицы:
Назваше растешя
ВЪсъ сЕмени
Назваше растешя
ВЕсъ
, сЕмени
Stanhopea oculata . . . . .
0,оооооз гр.
Sempervivum acuminatum .
0,00002 гр.
Monotropa glabra
0,0000*03 -
Parnassia palustris. . . .
0,00003 -
Pirola uniflora. . . .
0,000004 -
Sedum maximum . . ..
0,00004 -
Umbilicus erectus
0,000006 -
Lepigonum marginatum . .
0,00007 -
Gymnadenia conopea. . . .
0,000008 -
Spiraea Aruncus. .
0,00008 -
Orobanche ionantha . . .
0,ooooi-
Veronica aphylla
O,oooi -
Чтобы эти крохотный обмена возможно дольше оставались висбть въ воздухб, они болбе или менбе сплющены и ихъ центръ тяжести расположенъ такъ, что въ воздушномъ пространствб они обращаются къ землб своею широкою (стороною. Такое же приспособленье существуетъ у плодовъ и сбмянъ, имбющихъ форму листочковъ, чешуекъ и тонкихъ табличекъ. Обыкновенно, сплющенное сбмя окаймлено утонченнымъ краемъ, пленчатою окраиною или лучистымъ вбн- цомъ изъ чрезвычайно нбжныхъ отростковъ, какъ у Funkia, Lilium, Tulipa, Fritil- laria, Rhinanthus, Veronica, Lepigonum, Cinchona, Zanonia, Bignonia, Dioscorea и Heliosperma (см. рисунки, стр. 397, фиг. 4, 6 и 7, и стр. 636, фиг. 2, 4 и 5). Иногда все плодовое вмбстилище приняло подобный формы, какъ у Ну- menocarpus, Mattia, Peltaria, Ptelea и Ulmus (см. рисунки, стр. 637, фиг. 4, и стр. 639, фиг. 2). У" нбкоторыхъ зонтичныхъ, мимозовыхъ, мотыльковыхъ и кресто- цвбтныхъ случается, что двусбмянки, участки распадающихся стручковъ и чле- нистыхъ бобовъ и oтдбляющiяcя, облбпленныя обменами створки обыкновен- ныхъ бобовъ и стручковъ имбютъ форму чешуекъ и листочковъ, какъ, напр., у Artedia squamata, Megacarpaea laciniata, Mimosa hispidula, Aeschynomene glabrata и Lunaria rediviva (см. рисунки, стр. 637, фиг. 1, 5 и 11, стр. 412, фиг. L и стр. 636, фиг. 1).
Къ этимъ формамъ примыкаютъ плоды и обмена, снабженные крыловидными отростками. Крылья образуются или изъ внутренней части плодовой чешуи, какъ у сосенъ, елей и пихтъ (см. рис., стр. 410, фиг. 5), или они происходить изъ плодолистиковъ. На бобахъ нбсколькихъ тропическихъ бобовыхъ, напр., Securidaca virgata и Centrolobium robustum (см. рис., стр. 413/ фиг. 5), а также на частичныхъ плодахъ кленовъ и принадлежащихъ къ мaльпигieвымъ ба- нистерш, напр., Acer Monspessulanum и Banisteria Sinemariensis (см. рис., стр. 637, фиг. 7 и 10), развивается единственное, боковое крыло, плоды березъ и айлантовъ, Betula verrucosa и Ailanthus glandulosa (см. рис., стр. 637, фиг. 2 и 12), окаймлены
Ильмъ (Ulmus glabra), фиг. 1 съ цветами, фиг. 2 съ плодами. Ср. текстъ, стр. 638.Ильмъ (Ulmus glabra), фиг. 1 съ цветами, фиг. 2 съ плодами. Ср. текстъ, стр. 638.
Ильмъ (Ulmus glabra), фиг. 1 съ цветами, фиг. 2 съ плодами. Ср. текстъ, стр. 638.
Ильмъ (Ulmus glabra), фиг. 1 съ цветами, фиг. 2 съ плодами. Ср. текстъ, стр. 638.
двумя боковыми крыльями. Двусемянки многихъ зонтичныхъ, наир., Ороропах Сге- tica и Laserpitium latifolium (см. рис., стр. 637, фиг. 6 и 13), усажены на спинке крыльями, выступающими въ виде пластинокъ; плоды некоторыхъ гречихъ, напр., Polygonum dumetorum и Sieboldi (см. рис., стр. 637, фиг. 3), имбють три крыла, а плоды принадлежащей къ мальпипевымъ Triopteris bifurca снабжены двумя большими и двумя меньшими крыльями (см. рис., стр. 637, фиг. 9). Еще въ другихъ
случаяхъ покроволистики частью превратились въ плодовыя крылья, какъ, напр., у
Dryobalanops изъ семейства Dipterocar- реае, где пять чаше- листиковъ, и у Gyrocarpus изъ семейства Combretaceae, где изъ 4—7 неравныхъ долекъ чашечки две развились въ длинныя крылья (см. рис., стр. 634, фиг. 5, и стр. 637, фиг. 8). Часто встречается также, что плоды становятся крылатыми отъ сохраняющихся, после отцветашя разрастающихся и, наконецъ, высыхающихъ при- цветниковъ, чему примерами могутъ служить хмель (Humulus Lupulus), восточный грабъ (Carpinus Orien- talis) и липа (Tilia intermedia) (см. рис., стр. 634, фиг. 9, 1 и 2). У некоторыхъ видовъ, какъ, особенно, у ай- ланта (Ailanthus), оба
крыла слегка скручены,
чемъ вызывается своеобразное, крутящееся движете подхваченнаго ветромъ, ле- тящаго плода. Где развито одно только одностороннее крыло, центръ тяжести ле- житъ эксцентрично, и тате плоды и семена при свободномъ падеши въ воздухе крутятся и вертятся, что особенно хорошо можно видеть на плодахъ клена и на семенахъ сосенъ.
Что въ только что разсмотренныхъ случаяхъ достигается развиыемъ крыло- видныхъ отростковъ, у другихъ растешй получается отъ того, что изъ сухихъ при- цветниковъ и покроволистиковъ образуются вокругъ плодовъ и семянъ легк!е, мешковидные или пузыреобразные покровы. Эти покровы въ высот-
шемъ состояли чрезвычайно тонки и нбжны, а иногда ихъ вбсъ уменьшается еще отъ того, что часть ткани при высыхаши разрывается, отчего они получаютъ ситовидный или решетчатый видъ. Маленьких, окруженный покровомъ плодъ составляете центръ тяжести и определяете такимъ образомъ наиболее благопрхятное для рас- пространешя ветромъ положеше всего тела. У несколькихъ мотыльковыхъ, въ'осо- бенности у Callipeltis cucullata и желтоцветущихъ видовъ клевера (напр., Trifolium agrarium и badium; см. рис. на этой стр., фиг. 1—5), высохппе лепестки мотыльковаго венчика, а у несколькихъ видовъ перелета (напр. Anthyllis tetraphylla и Vulneraria; см. рис., стр. 633, фиг. 1 и 2) и у несколькихъ видовъ клевера изъ группы Vesicastrum (напр., Trifolium fragiferum и tomentosum; см. рис., стр. 633, фит. 3 и 4)
Распространено плодовъ и с-Ьмянъ ветромъ: 1) еоцв&йе, 2) соплод!е, 3) цвйтокъ, 4) плодъ, облеченный засохшими лепестками, 5) продольный разр^зъ черезъ облеченный засохшими лепестками плодъ Trifolium badium; 6) плодъ, 7) продольный разр-Ьзъ плода, 8) пять перышекъ плода Verticordia oculata. Фигуры 3, 4, 5 и 8 4 увелич.
пузырчато вздутая чашечка развивается въ покровъ мелкаго, односЬмяннаго боба. Также и у многихъ губоцветныхъ (напр., Calamintha, Salvia, Thymus) чашечка превращается въ мешковидный, сухой покровъ, отделяется вследств!е какого-либо толчка отъ своей ножки и служить тогда средствомъ распространенья для созрев- шихъ на дне ея орешковъ. Нечто подобное происходить и у различныхъ видовъ рода Alchimilla. У хмелеграба (Ostrya; см. рис., стр. 633, фиг. 6 и 7) маленыпй орехъ облеченъ прицветникомъ, какъ мешкомъ, а у многихъ злаковъ, какъ, напр., у Briza maxima и Melica altissima (см. рис., стр. 634, фиг. 4 и 7), cyxia пленки образуютъ вокругъ маленькой зерновки покровъ, приспособленный для распространенья при помощи ветра.
Къ самымъ распространеннымъ приспособлешямъ, при помощи которыхъ плоды и обмена держатся въ воздухе, принадлежать парашюты. Они развиты или въ виде пучковъ волосковъ (хохолковъ) или въ виде пленчатыхъ окраинъ. У кипреевъ (Epilobium; см. приложенную таблицу „распространеше плодовъ и семянъ вбтромъ," фиг. 14), асклешадовыхъ (напр., Cynanchum, см. таблицу.
Жизнь растений. II.Т-во „ПросвЪщсше" въ Сиб.
Распространено плодовъ и сЪмянъ вЪтромъ.
Объяснеше таблицы „Раепроетранеше плодовъ и еЪмянъв4>тромъ“.
Senecio vulgaris.A&enium HongheLValeriana tript er is.Typha ScuttlewortMi.Eriophorum angustifolium.Cynanchum tussatum.Micromeria nervosa.и 9. Taraxacum officinale.Senecio vulgaris.A&enium HongheLValeriana tript er is.Typha ScuttlewortMi.Eriophorum angustifolium.Cynanchum tussatum.Micromeria nervosa.и 9. Taraxacum officinale.Salix Myrsinites.
Senecio vulgaris.
A&enium HongheL
Valeriana tript er is.
Typha ScuttlewortMi.
Eriophorum angustifolium.
Cynanchum tussatum.
Micromeria nervosa.
и 9. Taraxacum officinale.
Senecio vulgaris.
A&enium HongheL
Valeriana tript er is.
Typha ScuttlewortMi.
Eriophorum angustifolium.
Cynanchum tussatum.
Micromeria nervosa.
и 9. Taraxacum officinale.
Melica Balansae. (Два плодика этого растешя, которые не следуетъ смешивать съ плодиками Geum, нарисованы между фиг. 4, 5 и 12.)
Geum montanum.
AescKynanus speciosus.
Epilobium coUinum.
Жизнь pacreHifi П,
фиг. 6) и нбсколькихъ бромел!евыхъ (напр., Tillandsia; см. рис. на этой стр., фиг. 2) только одинъ полюсь семени, у принадлежащего къ апоциновымъ Adenium (см. приложенную таблицу, фиг. 2) оба полюса усажены пучкомъ волосковъ. У валер!ано- выхъ (напр., Valeriana; см. таблицу, фиг. 3) и сложноцвйтныхъ, напр., Senecio и Taraxacum (см. таблицу, фиг. 1, 8 и 9), играющш роль парашюта пучекъ волосковъ отходить съ верхней стороны семянки. Иногда парашютъ и поддерживаемое имъ въ воздух^ т^ло соединены посредствомъ тонкой ножки (напр., у Tillandsia, Stro-
Распространен1е плодовъ и сЬмянъ ветромъ: 1) Коробочка Vanda teres, изъ трещинъ которой семена вынесены на воздухъ гигроскопическими волосками и теперь уносятся встроив, 2) раскрывшаяся коробочка одной Tillandsia, изъ которой поддерживаемый парашютами семена вырываются в-Ьтромъ. Если в^теръ принесетъ семена къ коркй дерева, то они зацепляются на ней волосками парашюта. Ср. текстъ, стр. 641, 643 и 645.Распространен1е плодовъ и сЬмянъ ветромъ: 1) Коробочка Vanda teres, изъ трещинъ которой семена вынесены на воздухъ гигроскопическими волосками и теперь уносятся встроив, 2) раскрывшаяся коробочка одной Tillandsia, изъ которой поддерживаемый парашютами семена вырываются в-Ьтромъ. Если в^теръ принесетъ семена къ коркй дерева, то они зацепляются на ней волосками парашюта. Ср. текстъ, стр. 641, 643 и 645.
Распространен1е плодовъ и сЬмянъ ветромъ: 1) Коробочка Vanda teres, изъ трещинъ которой семена вынесены на воздухъ гигроскопическими волосками и теперь уносятся встроив, 2) раскрывшаяся коробочка одной Tillandsia, изъ которой поддерживаемый парашютами семена вырываются в-Ьтромъ. Если в^теръ принесетъ семена къ коркй дерева, то они зацепляются на ней волосками парашюта. Ср. текстъ, стр. 641, 643 и 645.
Распространен1е плодовъ и сЬмянъ ветромъ: 1) Коробочка Vanda teres, изъ трещинъ которой семена вынесены на воздухъ гигроскопическими волосками и теперь уносятся встроив, 2) раскрывшаяся коробочка одной Tillandsia, изъ которой поддерживаемый парашютами семена вырываются в-Ьтромъ. Если в^теръ принесетъ семена къ коркй дерева, то они зацепляются на ней волосками парашюта. Ср. текстъ, стр. 641, 643 и 645.
phantus и Taraxacum); обыкновенно же онъ непосредственно сидитъ на одномъ изъ полюсовъ семени или плода. У принадлежащей къ миртовымъ Verticordia (см. рис. на стр. 640, фиг. 6—8) изъ пяти лепестковъ, принявшихъ видъ маленькихъ, со- ставленныхъ каждый изъ десяти перьевъ, вберовь, слагается столь же изящный, какъ и удивительный парашютъ, а у нЬсколькихъ губоцв^тныхъ, какъ, напр., у Micromeria nervosa (см. приложенную таблицу, фиг. 7) развиты въ вид-Ь парашюта растопыренный и лучисто расходящаяся, усаженный волосками дольки плодовой чашечки. У нбкоторыхъ же другихъ губоцв'Ьтныхъ (напр., Ballota acetabulosa), за- т£мъ у многихъ Plumbaginaceae (напр., Armeria; см. рис., стр. 634, фиг. 3) и н^- сколькихъ ворсянковыхъ (напр., Scabiosa; см. рис., стр. 634, фиг. 8) парашютъ получился изъ нужной, пленчатой чашечки или наружной чашечки.
Къ снабженнымъ волосистыми парашютами плодамъ и сбменамъ примыкаютъ
4141Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растеши, т. II.
41
41
так!е, которые держатся въ воздухб, будучи погружены въ шерстистыя хлопья или въ покровъ изъ шелковистыхъ волосковъ. Волоски отходятъ или отъ наружной обменной кожуры, какъ у ваточника и у хлопчатника (Bombax и Gossypium; см. рис. на этой стр., фиг. 1 и 3), или же они отходятъ отъ основашя сбмени, какъ у тополей и ивъ (Populus и Salix; см. таблицу при стр. 640, фиг. 10). У рогозовъ (Typha; см. таблицу при стр 640, фиг. 4) они прикрбплены къ но- жечкб плода, а у нбсколькихъ лютиковыхъ (напр., Anemone Silvestris; см. рис. на этой стр., фиг. 2) къ концу плодовыхъ сбмянокъ. Еще въ другихъ случаяхъ они происходить изъ покроволистиковъ; такъ, напр., у Eriophorum (см. таблицу при стр. 640, фиг. 5) листочки околоцвбтника превращены въ нежные волоски, а у
12
Распространен!© плодовъ и с-Ьмянь вЪтромь: 1) Bombax; 2) Anemone Silvestris; 3) Gossypium Bar- badense. \
Trifolium plumosum плодовыя чашечки облечены какъ бы хлопьями шерсти. У мно- гихъ злаковъ пленки усажены чрезвычайно нежными волосками (напр., Calamagrostis и Melica; см. таблицу при стр. 640, фиг. 11), у сложноцвбтнаго Micropus съ чешуй обвертки поднимаются длинные волоски, облекающ!е всю головку, а у париковаго дерева (Rhus Cotinus) отъ ножекъ плодовъ отходятъ волосистыя веточки, принимае- мыя за видоизмбненныя цветоножки. Наконець, слбдуетъ упомянуть еще о тбхъ случаяхъ, когда плоды и семена держатся въ воздухе более или менбе продолжительное время посредствомъ волосистыхъ хвостовъ. Обмена снабжены или двумя хвостами, какъ у относящагося къ Cyrtandraceae Aeschinanthus (см. таблицу при стр. 640, фиг. 13), гдб отъ каждаго крохотнаго сбмени отходятъ два супротив- ныхъ простыхъ волоска, или же удлиненный послб отцвбташя столбикъ превратился въ согнутый винтомъ волосистый хвостъ, сидяпцй односторонне на плодикб на подоб!е парашюта, какъ у Geum montanum, Atragene, Pulsatilla и Clematis (см. таблицу при стр. 640, фиг. 12). У нбкоторыхъ злаковъ, особенно у Stipa (см. рис.,
Семена орхидеи Vanda teres, который выносятся гигроскопическими волосовидными клетками изнутри коробочки на поверхность и зд^сь подвергаются д^йств1ю воздушныхъ течений. Увелич. въ 100 разъ.Семена орхидеи Vanda teres, который выносятся гигроскопическими волосовидными клетками изнутри коробочки на поверхность и зд^сь подвергаются д^йств1ю воздушныхъ течений. Увелич. въ 100 разъ.томъ I, стр. 614, фиг. 1), случается также, что одна ость развита въ виде длиннаго пера, поднимающагося надъ плотно сомкнутыми, облекающими плодь, пленками.
Семена орхидеи Vanda teres, который выносятся гигроскопическими волосовидными клетками изнутри коробочки на поверхность и зд^сь подвергаются д^йств1ю воздушныхъ течений. Увелич. въ 100 разъ.
Семена орхидеи Vanda teres, который выносятся гигроскопическими волосовидными клетками изнутри коробочки на поверхность и зд^сь подвергаются д^йств1ю воздушныхъ течений. Увелич. въ 100 разъ.
Некоторые изъ выше разсмотрбнныхъ плодовъ и сбмянъ непосредственно подвергаются вл!ян1ю порывовъ ветра. Такъ какъ при высыхаши покро- вовъ плода и плодоножекъ во время зрелости некоторые слои ткани становятся ломкими и дряблыми, то уже при умбренномъ толчке вбтромъ происходить разъ- единеше или отпадете вызрбвшихъ образован^, и тотъ ясе порывъ ветра, который вызвалъ разъединеше, уносить паряпцй въ воздухе плодъ въ горизонтальномъ направленш. Лишь при ослаблеши вбтра или при встречб съ непреодолимымъ препятств!емъ унесенный плодь падаетъ внизъ.
Мнойе друйе плоды и семена, хотя и отделяются сами во время зрелости отъ материн- скагорастен!я, но не подвергаются отъ этого непосредственно вл!ян1ю вбтра. У нихъ находятся разнообразный приспособлен!я, имбющ1я целью своевременно вывести подлежащ!я распространен!ю части изъ ихъ укромныхъ местъ туда, гдб на нихъ можетъ действовать ветеръ. Некоторым тропичесюя орхидеи, раступця эпифитно на коркб старыхъ деревьевъ (Aerides, Angraecum, Sarcan- thus, Saccolabium и т. д.), примеромъ коихъ мо- ясеть служить изображенная на стр. 641, фиг. 1, Vanda teres, содержать въ своихъ плодовыхъ ко- робочкахъ, вместе съ мелкимй семенами, также клетки, имеюпця видъ волосковъ съ спирально штриховатыми и снабженными косыми щелями стенками (см. рис. на этой стр.). Эти волосовидныя, •сплетенныя въ роде войлока, клетки чрезвычайно гигроскопичны и при малейшемъ измененш влажности крутятся и извиваются. Когда подъ вл!я- шемъ сухихъ ветровъ разступаются створки ко-
робочекъ этихъ орхидей, то одновременно начинается и оживленное движете вт иереплетенныхъ волоскахъ. Войлокъ какъ бы вздувается, выпирается изъ щелей между створками и такимъ образомъ выносить лежапця среди волосковъ семена изнутри коробки на поверхность, где они могутъ быть сдута самымъ слабымъ воздушнымъ течешемъ. Это происходить, какъ сказано, подъ вл1я- шемъ сухихъ вбтровъ. Въ сырую погоду коробочки закрываются; волоски и обмена тогда снова скрыта въ полости. Сходный явлетя наблюдаются и на плодовыхъ корзинкахъ нбкоторыхъ сложноцвбтныхъ, плодики которыхъ при созрб- вати сами отделяются отъ цветоложа. Въ сырую погоду отделивппеся плодики скрыта въ обвертке, какъ въ закрытой корзине, а сидяпце на плодикахъ хохолки волосковъ оказываются сложенными. Въ сухую погоду обвертки, состояпця изъ гигроскопическихъ чешуй, раскрываются, сложенные раньше хохолки скрытыхъ внутри обвертки плодовъ растопыриваются и действують при этомъ на подоб!е рычаговъ. Въ самое короткое время плоды оказываются на-
столько приподнятыми надъ краемъ раскрытой обвертки, что могутъ быть подхвачены вбтромъ. У другихъ сложноцвбтныхъ, примбромъ которыхъ можетъ служить одуванчикъ (Taraxacum), созрбвппе плодики не отделяются сами собою отъ цветоложа. Листочки обвертки во влажномъ воздухе сомкнуты точно такъ же^ какъ и волоски или перышки хохолка. Въ сухую погоду обвертка раскрывается; перышки хохолка растопыриваются, принимаютъ видъ парашюта и подставляютъ ветру теперь довольно большую поверхность. Теперь даже умеренные порыви ветра могутъ отдблить и унести усаженные раскрытыми парашютами плодики (см. таблицу при стр. 640, фиг. 9). Если царить полное безвбтр!е, то они остаются на общемъ ложе; парашюты вечеромъ во влажномъ воздухе снова складываются, обвертки закрываются, и лишь на следующей день при солнце и сухомъ воздухе снова разыгрываются тб-же явлешя. У Andropogon Ischaemum, Avena pratensis и еще многихъ другихъ злаковъ состоящая изъ спирально полосатыхъ, очень гигро- скопичныхъ клбтокъ и колбнчато согнутая ость внешней пленки въ сухомъ воздухе очень сильно закручивается и въ то же время слегка загибается внизъ. При этомъ конецъ ости, какъ только онъ нажметъ на какое-либо тело, действуете подобно рычагу, и такимъ образомъ въ сухомъ воздухе замкнутые во внутрентя и внбшшя пленки плодики поднимаются надъ кроющими пленками. Отсюда они легко могутъ быть унесены вбтромъ. Также и у нбсколькихъ скабюзъ взъерошиванье гигроскопичныхъ щетинокъ чашечки вызываетъ разрыхлеше плодовой головки и подняйе плодиковъ, принаровленныхъ къ распространенно ветромъ. На плодикахъ валер!анъ сидитъ хохолокъ, составленный изъ нбжныхъ перышекъ. Во влажномъ воздухе эти перышки завернуты внутрь, въ сухомъ воздухе они развертываются и лучевидно растопыриваются (см. таблицу при стр. 640, фиг. 3). Теперь вбтеръ встречаете достаточно большую поверхность, и при малбйшемъ толчке плодики отделяются отъ своего основашя и сдуваются. Нечто подобное наблюдается и у Dryas и еще несколькихъ другихъ растенш, но подробное раз- смотрбте завело бы насъ слишкомъ далеко.
У кипреевъ (Epilobium) и нбкоторыхъ сосенъ (Pinus nigricans, silvestris, etc.) замечается, что прикрываюлця сбмена плодовыя створки и плодовыя чешуи только подъ вл!яшемъ грбющихъ солнечныхъ лучей въ ясный день въ сухомъ воздухе при умбренномъ ветре расходятся, отстаютъ и загибаются назадъ, и что то же самое воздушное течете, которое вызвало это расхождеше и эти измбнены въ положеши створокъ и чешуй, тотчасъ-же уносить и обнаженный сбмена съ крыльями и хохолками. Уже на стр. 418 и 419 было описано, какимъ образомъ налетающимъ сухимъ ветромъ одновременно вызывается раскрываше дырочекъ и щелей въ сухихъ коробочкахъ, высыпаше защищенныхъ отъ сырости внутри этихъ плодовъ сбмянъ вcлбдcтвie колебашя упругихъ плодоножекъ и распро- странете высыпанныхъ, принаровленныхъ къ воздушному путешествью сбмянь.
Какъ далеко разносятся ветромъ плоды и сбмена, удобные для полетовъ, благодаря крыльямъ, волосистымъ хвостамъ, парашютамъ, пузыревиднымъ и хлопье- виднымъ покровамъ, зависитъ отъ совершенства летательныхъ аппаратовъ, отъ влажности воздуха и отъ силы воздушныхъ течешй. При безвбтрш въ солнечные дни множество плодовъ и сбмянъ поднимаются образующимся вертикальнымъ воз- душнымъ течешемъ на значительную высоту, но, обыкновенно, послб захода солнца, они снова опускаются на незначительному разстояши отъ того мбста, откуда были
подняты. Так1е полеты имбютъ значеше но столько для распространешя растеши на болышя протяжешя, сколько для поселешя на карнизахъ и въ трещинахъ кру- тыхъ склоновъ и отвбсныхъ скаль, куда обмена инымъ способомъ едва ли могли бы попасть. Текупця въ горизонтальномъ направленна воздушный массы, хотя и могуть перенести держапцеся въ воздухб плоды и обмена черезъ болышя пространства земли, но обыкновенно объ этихъ разстояшяхъ составляютъ себб весьма преувеличенное представлеше. Изслбдоваше плодовъ и сбмянъ, занесенныхъ бурями на вершины Альпъ и тамъ отложенныхъ на фирнб ледниковъ, показали, что среди нихъ не было ни одного, происходящего изъ далекихъ мбстностей, и на основаши этого приходится уббдиться, что въ горахъ даже самыми сильными воздушными тече- шями плоды и обмена едва ли переносятся дальше, чбмъ отъ одного склона долины до другого.
Слбдуетъ упомянуть, что у нбкоторыхъ растеши крылья и парашюты остаются въ соединенш съ сбменами и плодами только на время перелета. Когда крылатое сбмя сосны гдб либо осядетъ, то пленчатое крыло тотчасъ же отдбляется, и сбмя не способно болбе летать. Еще рбзче это явлеше выражено у плодиковъ татарни- ковъ (напр., Carduus и Cirsium; см. рис., стр. 646). Поддерживаемый парашютомъ, сравнительно крупный сбмянки спокойно плывутъ по воздуху; но какъ только они встрбтятъ препятств!е и происходить столкновеше, сбмянка мгновенно отдбляется и падаетъ на землю. Едва ли можно сомнбваться, что съ такимъ способомъ распространешя находится въ связи частое произрасташе татарниковъ вдоль стбнъ и за- боровъ, оттого, именно, что у стбнъ и заборовъ столкновешя летящихъ плодовъ происходятъ особенно часто. Въ другихъ случаяхъ плодъ или сбмя остается все время крбпко соединеннымъ съ парашютомъ, и послбдшй служить для того, чтобы прикрбпить несомое имъ тбло въ такомъ мбстб, гдб имбются услов!я для прораста- н!я. Такъ, напр., сбмена Tillandsia (см. рис., стр. 641, фиг. 2) прицбпляются, когда они, несомыя вбтромъ въ горизонтальномъ направлеши, приходятъ въ соприкосно- веше съ вбтвями старыхъ деревьевъ, къ коркб послбднихъ, гдб они вскорб и про- растаютъ. Тотъ же вбнецъ волосковъ, который обусловливалъ способность сбмянъ къ полету, служить позже и для прикрбплешя ихъ къ мбсту прорасташя.
Распространен1е плодовъ и сбмянъ при посредствб животныхъ почти столь же разнообразно, какъ и распространеше воздушными течешями. Во многихъ случаяхъ оно совершается такимъ образомъ, что плоды и сбмена принимаются въ пищу и непереваренный ихъ части выдбляются вмбстб съ испражнешемъ и изъ послбдняго вырастаютъ не разрушенные въ кишечномъ канал б ростки. Такъ какъ на этотъ способъ распространешя столь же часто указывали, какъ и отрицали его, и къ окончательному рбшешю этого спорнаго вопроса можно было придти только путемъ опыта, то я рбшился кормить разныхъ животныхъ избранными плодами и сбменами и прежде всего изслбдовать, живы ли еще зародыши или нбтъ послб того какъ они прошли кишечный каналъ животныхъ. Для этой цбли были взяты плоды и сбмена 250 различныхъ видовъ растешй и ими кормились слбдуюпця животныя. Изъ птицы овсянка, пбвч!й дрозды каменный дроздъ, малиновка, галка, ворона, сойка, чижъ, щеголь, синица, снигирь, клестъ, голубь, курица, индюкъ и утка; изъ млекопитающихъ: сурокъ, лошадь, корова и свинья. Изслбдованное относительно содержашя сбмянъ испраж- неше послб каждаго кормленая помбщалось особо для прорасташя. Одновременно
по соседству для контроля высеивались плоды и семена того же растенья, но не употребленные для кормлетя. Здесь не место разъяснять все предосторожности, который еще были необходимы при этихъ не легкихъ опытахъ, и я ограничусь сообщетемъ главнейшихъ результатовъ, добытыхъ изъ 520 опытовъ.
Что касается млекопитаюьцихъ, то я могу быть кратокъ. Почти все плоды и семена, добровольно принятые этими животными въ пищу или примешанные къ ихъ пище, были разрушены или уже въ самомъ начале, или при жвачке. Изъ нспражнешй коровы проросли, правда, некоторый избежавшая измельчешя при жвачкб зерна проса, изъ лошадинаго навоза единичные семена чечевицы и плоды овса, изъ помета свиньи Cornus alba, Hippophae rhamnoides, Ligustrum vulgare, Malva crispa, Raphanus и Robinia Pseudacacia, но число этихъ проростковъ безко- нечно мало, сравнительно съ числомъ скормленныхъ всхожихъ семянъ, и плоды
Распространен1е плодовъ и семянъ вбтромъ: летяпце плоды татарника Cirsium nemorale, тотчасъ же отд-Ьляющ1еся отъ несущаго ихъ парашюта и падаюпце на землю, когда они при полета сталкиваются съ непо- движнымъ предметомъ. Ср. текстъ, стр. 645.
и обмена около 60 другихъ видовъ растеши веб утратили при прохождении черезъ кишечный каналъ свою всхожесть. Птицы могутъ быть разбиты по отношению къ разсматриваемому вопросу на три группы: во-первыхъ, на ташя, которыя размельчаюсь веб, даже самые твердые плоды и обмена въ своемъ мускулистомъ, снаб- женномъ терками и, обыкновенно, также наполненномъ пескомъ и мелкими камушками желудкб, а нбкоторыя изъ нихъ уже при схватываши облупляютъ и губятъ плоды и обмена. Въ эту группу относятся изъ опытныхъ животныхъ: индюкъ, курица, голубь, месть, снигирь, щеголь, чижъ, синица, сойка и утка. Въ испражнеши этихъ животныхъ при обычныхъ услов!яхъ не находится ни одного всхожаго обмени, только у утокъ и курицъ, которымъ пища нбеколько разъ давалась насильно, при чемъ желудокъ, вброятно, быль переполненъ, въ испражнеши нашлось нбеколько не перетертыхъ, всхожихъ ебмянъ (Arenaria serpyl- lifolia, Papaver Rhoeas, Sisymbrium Sophia, Ribes rubrum, Ligustrum vulgare, Fragaria indica и т. д.). Другую группу составляютъ вороны и галки, у которыхъ косточки и твердокожая обмена принятыхъ въ пищу мясистыхъ плодовъ безъ вреда проходить черезъ кишечный каналъ, тогда какъ мягкокож!я обмена и плоды сплошь разрушаются. Слбдуетъ особенно отмбтить, что въ испражнеши этихъ птицъ послб кормлешя находились вишневыя косточки въ 15 мм. въ поперечникб, которыя веб были всхожи. Къ третьей группб относятся изъ взятыхъ для опыта животныхъ
овсянка, пбвчш дроздъ, каменный дроздъ и малиновка. Изъ нихъ овсянка оказалась наименбе разборчивою. Она проглатывала даже плоды тисса, не выбрасывая косточекъ изъ зоба, и не отказывалась, вообще, ни отъ одного изъ примб- шанныхъ съ корму плодовъ. Пбвчш дроздъ пренебрегалъ всбми сухими плодами, достигавшими 5 мм. въ поперечникб, даже въ томъ случаб, когда они были примешаны къ мелко нарйзанному мясу, употреблявшемуся въ виде корма. Также и некоторые сильно пахнупце плоды, какъ, наир., тысячелистника, избегались имъ. Ароматные плоды зонтичныхъ (напр., Bupleurum rotundifolium и Carum Carvi), на- противъ, поедались очень жадно. Семена табака, белены и наперстянки, при- мбшанныя къ другой пище, поедались и столь же мало оказывали вреднаго вл!яшя, какъ и пожираемыя съ большою жадностью ягоды белладонны. Зато одинъ пбв- ч!й дроздъ заболблъ после приняыя въ пищу ягодъ Phytolacca. Мясистые плоды, семена которыхъ имбютъ въ поперечнике свыше 5 мм., а именно, Berberis, Ligu- strum, Opuntia и Viburnum, вводились въ зобъ, мясо плодовъ отсюда попадало въ желудокъ, а вей семена опять выбрасывались изъ зоба. Некоторый семена, какъ, напр., Lychnis flos Jovis, тщательно удалялись изъ остальнаго корма, къ которому они были примйшаны. Изъ очень жадно поедавшихся мясистыхъ плодовъ семена и косточки, имбвппя въ поперечнике 3 мм., снова выбрасывались изъ зоба. Между кормлешемъ и испражнешемъ у животныхъ третьей группы проходило поразительно мало времени. Въ испражнеши дрозда, накормленнаго въ 8 часовъ утра плодами Ribes petraeum, уже черезъ % часа находилось много ебмянъ, а семена Sambucus nigra уже черезъ % часа прошли черезъ кишечный каналъ. Большинству семянъ для такого прохождения нужно было Т1/^—3 часовъ. Всего дольше задерживались, къ удивленно, мелшя, гладшя семена Myosotis silvatiea и Panicum diffusum. Изъ плодовъ и семянъ, прошедшихъ черезъ кишечный каналъ, проросло у овсянки 75, у дрозда 85, у каменнаго дрозда 88 и у малиновки 80%. Сравнительно съ однородными плодами и обменами, не употреблявшимися для кор- млешя и выебянными только для контроля, прорасташе у прошедшихъ черезъ кишечный каналъ плодовъ и ебмянъ, большею частью, было замедлено (приблизительно у 76%). Только у нбкоторыхъ мясистыхъ плодовъ (напр., Berberis, Ribes, Lonicera) прорасташе наступало раньше. Изъ ебмянъ растеши, произрастающихъ обыкновенно на хорошо удобренной почвб (напр., Amarantus, Polygonum, Urtica), ростки развивались, если они невредимо прошли черезъ кишечный каналъ животныхъ, пышнбе, чбмъ получавппеся изъ контрольныхъ ебмянъ не употреблявшихся для кормлешя. '
Изъ этихъ опытовъ видно, что распространеше служащихъ пищею плодовъ дроздами и пбвчими птицами можетъ происходить не только,, какъ прежде думали, въ видб исключешя у омелы, но и у очень многихъ другихъ растеши, и оно, дбй- ствительно, происходить, какъ показываютъ многочисленный друпя наблюдешя. Такимъ способомъ распространяются преимущественно растешя съ мясистыми плодами. Этимъ можно естественно объяснить нахождеше такихъ растешй въ видб эпифитовъ на коркб деревьевъ, а также внезапное появлеше ихъ на высокихъ ска- лахъ и старыхъ стбнахъ. Въ ботаническихъ садахъ, да и въ дикомъ состоянш, какъ, напр., вдоль Инна у Иннсбрука, можно видбть въ развилкахъ старыхъ деревьевъ цвбтулце и плодупце кусты около дюжины кустарниковъ, занесенныхъ туда птицами, питающимися ягодами, вмбстб съ испражнешями, а на узкихъ кар-
низахъ круто обрывающихся скалъ по берегу озера Гарда, гдб еще ни разу не ступала нога человбка, поднимаются смоковницы, занесенный туда, какъ было дознано, иволгою (Oriolus galbula) и черноголовою славкою (Sylvia atricapilla).
Въ связи съ этимъ, въ мясистыхъ плодахъ въ то время, когда должно происходить ихъ распространеше, совершаются измбнешя, имбющ!я значеше приманки для предназначенныхъ для распространешя животныхъ, а также имбются приспо- соблешя, предотвращающ!я побдаше плодовъ животными раньше времени, т. е. пе- редъ наступлешемъ зрблости. На эти послбдшя приспособлешя указывалось уже на стр. 416 и 417; что же касается приманивашя животныхъ, предназначенныхъ для рцспространешя зрблыхъ плодовъ, то здбсь слбдуетъ особенно отмбтить слбдуюпця добытый свбдбшя: плоды и сбмена, которые не должны быть еще унесены, такъ какъ не достигли еще зрблости, скрыты среди листвы материнскаго растешя, окрашены въ зеленый, тождественный съ листвою цвбтъ и лишены аромата. Сверхъ того, они, подобно ткани зеленой листвы, защищены различнымъ образомъ отъ разрушешя животными (ср. томъ I, стр. 428 и 429). Но какъ только наступила зрблость, эти образовашя выставляются на показъ; покровы плодовъ прюбрбтаютъ на уже издали видимыхъ мбстахъ яркую окраску, развивають также часто издали ощущаемый запахъ, а вещества внутри тканей, дбйствовавппя раньше въ видб защитныхъ средствъ отъ побдашя, пропа- даютъ. Гдб должны быть разнесены только обмена, а вмбстилища остаться на мбстб, какъ, напр., у Paeonia Russi, Evonymus verrucosus, Magnolia grandiflora, коробочки или мбшечки разверзаются, и сбмена, окрашенный въ ярко желтый и красный цвбтъ, иногда со стальносиними и черными пятнами, замбтны уже издалека. У названныхъ видовъ Evonymus и Magnolia они выступаютъ изъ плодоваго вмбстилища и кажутся какъ бы подвбшанными на нитяхъ, отъ чего еще болбе бросаются въ глаза. Цвбтъ, принимаемый плодами или обменами ко времени зрблости, находится въ зависимости отъ окраски находящейся около нихъ листвы. На зелени всего лучше выдбляются разные оттбнки краснаго цвбта. Для растешй съ вбчнозеленою листвою (напр., Ardisia, Gaulteria, Ilex, Taxus, Arbutus Unedo, Arctostaphylos uva ursi, Vaccinium Vitis idaea) поэтому всего выгоднбе красный цвбтъ плодовъ. Также и для растешй, листва которыхъ хотя и опадаетъ на зиму, но ко времени созрбвашя плодовъ еще не приняла осенней окраски (напр., земляника, малина, смородина, рябина, вишня, красная бузина), красный цвбтъ плодовъ очень выгоденъ. Если же листва ко времени созрбвашя плодовъ приняла осеннюю красную или желтую окраску, то красные плоды лишь мало выдблялись бы на фонб окружающей листвы, и, дбйствительно, плоды Ampelopsis hederacea, Cornus sanguinea, Prunus Padus, Arctostaphylos alpina, Vaccinium Myrtillus и uliginosum и т. д. окрашены въ сишй или черный цвбтъ. Иногда плоды окрашены въ черный, а плодоножки въ красный цвбтъ, какъ у Sambucus nigra, или плоды имбютъ яркую окраску только на видимыхъ издалека мбстахъ, какъ яблоки и груши. Плоды айвы и ананаса рбзко выдбляются своимъ желтымъ цвбтомъ отъ сизо-зеленой листвы. Бблыя ягоды, напр., у Symphoricarpus, встрбчаются особенно у растешй, которыя сбросили уже листву ко времени полной зрблости плодовъ. На буромъ и сбромъ фонб, образуемомъ позднею осенью оголенными вбтвями и опавшими листьями,, бблые плоды хорошо замбтны издали. Какъ сильно сказывается ароматъ плодовъ во время полной зрблости, достаточно извбстно; укажемъ только на землянику, малину, айву и ананасъ.
Такъ какъ обмена и косточки побдаемыхъ дроздами и пбвчими птицами мя- систыхъ плодовъ остаются въ зобу и кишечномъ каналб лишь короткое время, то вброятно, что соотвбтственныя растешя этими животными въ течете одного года распространяются не болбе какъ на нбсколько миль и лишь въ течете многихъ лбтъ, такъ сказать, шагъ за шагомъ, на болытя пространства земли. Можно также думать, что распространете происходитъ преимущественно въ ту сторону свбта, куда дрозды и пбвч!я птицы при наступлети столь богатой зрблыми мясистыми плодами осени медленно направляются.
Извбстно, что орбховка, дубоносъ, бблка и хомякъ устраиваютъ въ рас- щелинахъ скалъ, въ земляныхъ норахъ и въ другихъ укромныхъ мбстахъ кладовыя, и послб по какой-либо причинб не приходить за занесенными туда плодами и обменами. Или забывается мбсто кладовой, или, что вб- роятнбе, животное, заложившее кладовую, становится добычей хищной птицы. Какъ бы тамъ ни было, оставленные плоды и обмена въ закромахъ прорастаютъ, а такъ
1313
13
13
Семена съ большимъ рубчиковымъ придаткомъ, распространяемый преимущественно муравьями: 1, 2) Viola odorata; 3, 4) Corydalis lutea; 5, 6, 7) Asarum Canadense: 8, 9) Chelidonium majus; 10,11) San- guinaria Canadensis; 12, 13) Moehringia muscosa. Фиг. 1, 3, 5, 6, 8, 10, 12 въ естественную величину, фиг. 2, 4, 7, 9, 13 увелич.
какъ эти закромы всегда болбе или менбе удалены отъ мбста, гдб вызрбли обмена и плоды, то и такимъ необычайнымъ способомъ получается распространено соотвбтственныхъ растен!й. Достоенъ внимашя такой способъ распространетя особенно у кедра (Finns Cembra) сойкою, у буковъ, дубовъ и лещины дубоносомъ, а у лещины также и бблкою.
Тутъ будетъ всего умбстнбе указать и на распространено сбмянъ на- сбкомыми. О. Кунтце видблъ, какъ муравьи прицбплялись къ мясу плода, окружающему обмена Carica Papaya, и по трое тащили эти обмена, а Люнд- стрёмъ разсказываетъ, что выпавппя сбмена марьянника (Melampyrum) переносятся муравьями въ ихъ жилища. Вслбдств1е этихъ показашй на распространете сбмянъ муравьями въ послбднее время было обращено особое внимаше и оказалось, что оно совершается въ самыхъ широкихъ размбрахъ. Въ особенности дерновой муравей (Tetramorium caespitum) трудится безъ устали въ пр о до лжете лбта таскать сбмена въ свои жилища и складывать ихъ тамъ въ кладовыя. То же дблаютъ и друпе виды, живупце въ земляныхъ норахъ, выдолбленныхъ деревьяхъ и т. п. (Lasius niger, Formica rufibarbis и т. д.), но съ гораздо большимъ разбо- ромъ, чбмъ дерновой муравей. Сбмена нбкоторыхъ растеши, на которыхъ дерновой муравей тотчасъ же бросается, другими оставляются въ покоб. Въ особенности тащутся въ норы сбмена съ гладкою кожурою, но съ большимъ сбменнымъ и рубчиковымъ придаткомъ, какъ у Asarum Europaeum и Canadense, Chelidonium majus, Corydalis lutea, Moehringia muscosa, Sanguinaria Canadensis, Viola biflora и разныхъ видовъ рода Euphorbia (см. рис. на этой стр.). Особое предпочтете ока-
зываетъ дерновый муравей семенамъ Sangninaria Canadensis, имеющимъ очень заметный рубчиковый придатокъ. Такъ какъ эти семена, сравнительно, крупны и тяжелы, то обыкновенно соединяются 3—4 маленькихъ дерновыхъ муравья, чтобы притащить ихъ въ ближайшую нору. Нбтъ сомнешя, что муравьевъ привлекаетъ мясистый придатокъ, какъ легко доступная пища, и что онъ побуждаетъ ихъ перетаскивать соответственный семена. Гладкой, крепкой кожуры семянъ, а также ихъ содержимаго муравьи не трогаютъ. Только такъ можно себе объяснить, что унесенный муравьями подъ землю или въ щели стенъ семена прорастаютъ тамъ на следуюпцй годъ. Случается также, что единичный семена остаются лежать на дорогахъ, по которымъ шли муравьи; въ такомъ случае придатокъ обыкновенно бываетъ откусанъ. Но и эти семена прорастаютъ въ следующемъ году, чемъ объясняется, что дороги муравьевъ какъ бы усажены некоторыми растешями. Такъ, напр., въ венскомъ ботаническомъ саду Chelidonium majus является по- стояннымъ спутникомъ муравьиныхъ дорогъ (см. рис., томъ I, стр. 225).
Производимое животнымъ преднамеренное перенесете плодовъ и семянъ въ глух!я, болбе или менее удаленныя отъ места произрасташя материнскихъ растешй места въ общемъ встречается лишь редко и ограничено, сравнительно, немногими видами. Темъ чаще происходить распространеше плодовъ и семянъ посредствомъ животныхъ н е преднамеренно, вследств!е того, что подлежащее распространен^ предметы приклеиваются, прицепляются или ка- кимъ-либо другимъ способомъ прикрепляются къ кочующимъ животнымъ, при чемъ рано или поздно животныя снова освобождаются отъ неудобныхъ имъ придатковъ. Место же, где животными сбрасываютъ приставппе плоды и семена, всегда более или менее удалено отъ места вызрева- шя, и обыкновенно сброшенные плоды находятъ тамъ, где они были отложены, прекрасное место для прорасташя.
Прилипаше плодовъ и семянъ къ коже, меху или оперешю животныхъ совершается или посредствомъ воды, ила и сырой земли, или посредствомъ особыхъ, выделяемыхъ растешями, липкихъ веществъ. Плоды и семена многихъ водныхъ и болотныхъ растешй, особенно изъ родовъ Alisma, Batrachium, Butomus, Carex, Myriophyllum, PheUandrium, Polygonum, Potamogeton, Sagittaria и Sparga- nium, не имеютъ ' особыхъ органовъ для прицеплешя, не выделяютъ и липкихъ веществъ, но обладають, какъ уже ранее (ср. стр. 632) было упомянуто, способностью плавать на поверхности воды. Если сунуть руку въ воду пруда, поверхность котораго покрыта такими плавающими плодами, и затемъ быстро вынуть ее, то къ коже пристанетъ при посредстве воды всегда множество названныхъ плодовъ. То же самое происходить, когда водный птицы плещутся въ такихъ местахъ и внезапно взлетаютъ. На застреленныхъ животныхъ весьма не редко можно заметить, что клювъ, ноги и даже опереше, съ котораго ведь^ода тот- часъ же стекала, облеплены плодами названныхъ растешй. Если бы эти животныя опустились на другой прудъ, то плоды, безъ сомнешя, были бы занесены туда. Поэтому для распространешя плодовъ на малыя разстояшя прилипаше при посредстве воды, наверное, имееть некоторое значеше.
Посредствомъ ила и сырой торфяной земли прилипають мнопе мел- Kie плоды и семена особенно къ прилетающимъ къ берегамъ водоемовъ на водопой птицамъ. Галки, цапли и кулики, не слишкомъ заботяпцеся о чистоплотности,
обыкновенно облеплены комочками ила и земли. Особая вниманья заслуживают^ также ласточки, особенно шершавонопе виды, прилепляюлця себе во время своего пребыванья на берегу рекъ и прудовъ маленьше комочки ила. Хотя оне тамъ, где держатся более долгое время, и стараются счистить ихъ, но съ приближевьемъ времени отлета, становятся неспокойны и возбуждены, и забываютъ даже о своемъ утреннемъ туалете, которымъ въ другое время занимаются весьма тщательно. Даже обыкновенно столь чистоплотный водныя птицы во время своихъ странство- вашй забываютъ удалять приставили частицы ила. Изследовашя Дарвина, между темъ, показали, какъ велико число содержащихся въ иле семянъ. Изъ 63Д унщй ила проросло 537 растеши. Мои собственный изследовашя надъ иломъ, снятымъ съ клювовъ, ногъ и перьевъ ласточекъ, куликовъ, трясогузокъ и галокъ дали, приблизительно, на половину меньшее число всхожихъ семянъ. Но и этого вполне достаточно, и кто приметь въ соображеше, что голуби и журавли пролетають во время своихъ странствовашй въ одинъ часъ 60—70 км., а ласточки и соколы даже 180 км., долженъ пршти къ убежденью, что посредствомъ этихъ животныхъ при- лепивппеся плоды и семена въ самое короткое время могутъ быть перенесены черезъ несколько градусовъ широты. Правда, число распространяемыхъ такимъ способомъ видовъ растен!й не велико. Большею частью это береговыя и болотный растешя, а между ними преимущественно мелк!я, однолетшя растешя, какъ видно изъ перечислевоя найденныхъ мною особенно часто въ приставшемъ иле плодовъ и семянъ:
Centunculus minimus
Heleocharis acicularis
Lythrum Salicaria
Cyperus flavescens
Isolepis setacea
Nasturtium amphibium
„ fuscus
Juncus bufonius .
„palustre
Elatine Hydropiper
„ compressus
„silvestre
Erythraea pulchella
„ lamprocarpus
Samolus Valerandi
Glaux maritima
Limosella aquatica
Scirpus maritimus
Glyceria fluitans
Lindernia pyxidaria
Veronica AnagalUs.
Большинство этихъ видовъ распространено по всемъ частямъ света, но редко они сохраняются продолжительное время на томъ же месте произрасташя. Часто они совсемъ неожиданно появляются въ мбстахъ, где птицы во время своихъ пе- релетовъ отдыхали и останавливались на водопой. Несомненно, намеченными здесь образомъ следуетъ объяснить замечательное нахождеше крохотнаго, свойственная Инд1и Coleanthus subtilis на краяхъ прудовъ въ южной Богем1и и внезапное по- явлеше этого злака около двадцати лбтъ тому назадъ въ западной Францш, а также нахождеше тропическаго Scirpus atropurpureus на берегу Женевская озера и южной Anagallis tenella на берегу Черная озера близъ Китцбихель въ север- номъ Тироле.
Не разъ наблюдалось, что при посредстве размягченной дождемъ земли на степяхъ, пашняхъ и у дорогъ мнопе плоды и семена пристають къ копытами, пальцамъ и ногамъ, а также къ волосамъ, щетине и перьямъ кочующихъ животныхъ. Дарвинъ нашелъ въ 6% унщяхъ затвердевшей земли, снятой съ лапы рябчика, много семянъ, изъ коихъ 82 проросли. Мнопя, такъ называемый, сорнця травы, раступця на поляхъ и по краямъ дорогъ Brunella vulgaris, Malva rotundi- folia, Potentilla anserina, reptans, supina, Ranunculus Sardous и т. д.) распространяются преимущественно такимъ образомъ. По сообщешю К. Геллера присоски
на пальцахъ гекконовъ (ящерицъ, способныхъ ббгать по гладкимъ скаламъ и ст^ намъ) также иногда покрыты мелкими обменами, и нб™ сомнбшя, что этими животными нбкоторыя растешя могутъ быть распространяемы по крутымъ скалистымъ склонамъ.
Само собой понятно, что липк!я вещества, выдбляемыя плодами и обменами, существенно способствую™ такому прикрбплешю къ кочующимъ жи- вотнымъ. Хотя упомянутый въ I томб, стр. 611 и 612, выдблейя липкихъ ве- ществъ изъ смоченныхъ плодовъ и сбмянъ у различныхъ сложноцвбтныхъ, кресто- цвбтныхъ,' губоцвбтныхъ, подорожниковъ и т. д. прежде всего имбютъ цблью прикрбплеше къ мбсту прорасташя, но часто этими приспособлешями достигается и другая выгода, именно прилипате къ кочующимъ животнымъ. Особенно слб- дуетъ здбсь отмбтить безвременницу (Colchicum), обмена которой посредствомъ сравнительно крупнаго, при смачиванш становящагося липкимъ мясистаго придатка (caruncula) прилипаютъ къ копытамъ коровъ, овецъ и лошадей и распространяются главнымъ образомъ такимъ путемъ съ одного выгона на другой. Сова (Athene noctua), задбвшая при ловлб мышей заросль полыни (Artemisia), улетая, была сплошь покрыта плодиками этого растешя, ставшими липкими отъ бывшаго передъ тбмъ дождя. Иногда обмена перезрбвшихъ, при малбйшемъ давлен!и лопающихся сочныхъ ягодъ Bryonia, Lycium, Solanum и разныхъ другихъ тыквенныхъ и пасленовыхъ растенш приклеиваются къ щетинб и волосамъ задбвающихъ ихъ животныхъ, и, по разсказамъ путешественниковъ, есть основаше полагать, что и мясистыя раффлезш, преимущественно встрбчаемыя у дорогъ, по которымъ ходя™ крупный толстокож!я, распространяются указаннымъ способомъ. Весьма замбчательно также распространеше сбмянъ Nuphar и Nymphaea. Какъ оно происходитъ посредствомъ текучей воды, разсказано уже на стр. 632. Но случается также, что обмена ихъ переносятся изъ пруда въ прудъ водяными курочками. Чтобы добыть питательный обмена, названный животныя расклевываю™ плоды кувшинокъ, причемъ, почти неизббжно, нбкоторыя изъ покрытыхъ слизистою массою сбмянъ приклеиваются къ щетинистымъ перьямъ у угловъ рта. Если во- дяныя курочки будутъ испуганы чбмъ-либо во время бды и поднимутся, не успбвъ вычистить своего клюва, то унесутъ прилипппя обмена и стряхнуть ихъ лишь на другомъ пруду.
Плоды и обмена нбсколькихъ растенш пристаютъ къ задбвающимъ ихъ животнымъ при помощи особыхъ железистыхъ волосковъ и стебельчатыхъ железокъ, т. е., посредствомъ округлыхъ клбтокъ и клбточныхъ группъ, под- держиваемыхъ особыми, поднимающимися надъ кожицею ножками, а на поверхности вырабатывающихъ липшя, слизистыя и смолистыя вещества (см. рис., стр. 653, фиг. 2 и 5). Стебельчатыя железки образуются на самыхъ различныхъ частяхъ растенш. У Boerhavia, Adenocarpus и Pisonia (см. рис. стр. 653, фиг. 4) плодъ, у Salvia glutinosa (фиг. 1) и различныхъ видовъ Plumbago, особенно Plumbago Capensis (фиг. 3), чашечка, у волосяной травы (Linnaea borealis; фиг. 6 и 7) плотно прилегающш къ плоду прицвбтникъ усажены стебельчатыми железками а у видовъ рода Siegesbeckia ладьевидно вогнутыя чешуи обвертки и прицвбтныя пленки общаго ложа покрыты очень липкими черешчатыми железками. Во время зрблости какъ краевыя чешуи обвертки, такъ и срединныя прицвбтныя пленки отдбляются вмбстб съ относящимися къ нимъ плодиками о™ общаго цвбтоложа и
Ц'Ьпюе плоды.
Объяснение таблицы „Ц^шпе плоды".
Galium Aparine.
Крючковатый щетинки этого плода.
Hedysarum Canadense.
Часть членистаго боба этого расте- шй.
Крючковатый щетинки Hedysarum Canadense. -
Cynoglossum pictum.
Крючковатые шипы на плодахъ этого растеши.
Circaea Lutetiana.
Крючковатый щетинки на плодахъ этого растешя.
Torilis Anthriscus.
Отдельный плодъ этого Torilis.
Согнутые шипы на этомъ плод4.
Lappago racemosa.
Отдельный плодоносный колосокъ этого растеши.
Setaria verticillata.
Плодоносная вЪточка съ кроющими щетинками изъ колеса Setaria ver- licillata.
Фиг. 2, 4, 5, 7, 9, 11, 12, 14,
Bidens bipinnata.
Отдельный плодъ этого растенья.
Плодъ Caccinia strigosa.
Крючковатые шипы на плодй этой Caccinia.
Marrubium vulgare.
Medcago agrestis.
Rumex Burchelli.
Scorpiurus sulcata.
Agrimonia odorata»
Orlaya grandiflora.
Pteranthus echinatus.
Rochelia Persica.
Onobrychis aequidentata.
Triumfetta Plumieri.
Крючковатый щетинки этого плода.
Medicago radiata.
Xanthium spinosum.
Ceratocephalus falcatus.
Geum urbanum.
Отдельный отпавшш плодъ этого растеши.
Lappa major.
18, 20 и 31 увеличены.
пристаютъ при малбйшемъ прикосновеши къ задевающими ихъ животнымъ. У всехъ этихъ растенш въ ткани плодоножки заложенъ разъединительный слой, и какъ только произошло прилипаше, тотчасъ же наступаетъ и отдблеше по разъединительному слою. Некоторый растеши, напримеръ, однолетнее Cerastium glutinosum, повсюду усажены железистыми волосками, и когда они, созревъ, наполовину засохнуть и едва держатся корнями въ почве, достаточно легкаго прикосновевДя жи- вотныхъ, чтобы они листьями, стеблями и плодовыми коробочками прилипли къ оперешю или волосамъ. Къ этому следуетъ еще добавить, что такое прилипаше къ кочующему животному у всехъ здесь приведенныхъ для примера растешй не простая догадка, а наблюдалось действительно.
Лип Ki е плоды: 1) Salvia glutinosa, 2) отходявця отъ плодовыхъ чашечекъ этого растетя лишйя стебельчатыя железки, увелич. 60 разъ; 3) Plumbago Capensis; 4) Pisonia aculeata, 5) отходяпця отъ плодовъ этого растеши лип- к!я стебельчатыя железки, увелич. 60 разъ; 6) Linnaea borealis, 7) плодъ этого растетя, увелич. 5 разъ. Ср. текстъ, стр. 652.
Приблизительно, десятая часть явнобрачныхъ имеетъ плоды или семена, распространяемые посредствомъ когтевидныхъ иликрючковатыхъ отростковъ. Распространеше ихъ очень походить на таковое липкихъ плодовъ. Какъ только млекопитающее или птица коснется когтей или крючковъ, последше тотчасъ же прицепляются къ волосамъ, щетине или перьямъ, часть растетя, отъ которой отходятъ когти или крючки, отрывается и уносится животнымъ. Животныя дела- ютъ это, конечно, непреднамеренно; напротивъ, придатки имъ неудобны и непр!ятны, и они стараются по возможности освободиться отъ нихъ. Это совершается, однако, во многихъ случаяхъ лишь после того, какъ животное уже удалилось на значительное разстояше, и иногда мехъ, грива или кожа увешены досаждающими обра- зовашями въ течете недель. Служапце для прицеплешя органы на концахъ или когтевидно согнуты или усажены крючечками (см. приложенную таблицу „Цепк1е плоды“, фиг. 2 и 18). Въ последнемъ случае крючечки сидятъ на особыхъ жест- кихъ щетинкахъ или иглахъ, притомъ или на вершине, какъ у гарпуна, или образуя продольные ряды, какъ на гребне. Только въ немногихъ случаяхъ (напр.,
Polygala glochidiata, Stellaria glochidiata и Villarsia nymphaeoides) эти отростки, соединяемые подъ общимъ назвашемъ крючковатыхъ щетинокъ и крючковатых ъ шиповъ, отходить отъ семянъ; большею частью они сидятъ на плоде, при чемъ бывають всевозможныхъ размеровъ, начиная съ нЬжныхъ крючковатыхъ щетинокъ на мелкихъ ореьпкахъ цирцеи (Circaea; см. таблицу, фиг. 8 и 9) и до толстыхъ крепкихъ когтей на плодахъ африканскаго Harpagophyton procumbens. Крючковатые шипы последнихъ плодовъ достигаютъ величины снабженныхъ когтями вороньихъ лапъ и составляютъ б6дств!е для домашнихъ и дикихъ жвачныхъ животныхъ. Когда живуьцье въ Трансваале и у Оранжевой реки козлы нечаянно наступятъ на нихъ, то копыта обхватываются острыми когтями и несчастным жи- вотныя бЬгутъ отъ боли какъ бешенныя, не будучи все-таки въ состояши освободиться отъ этихъ орудий пытки. Часто проходить несколько дней, пока коробочка треснетъ и отпадетъ. Впрочемъ, насъ завело бы слиьпкомъ далеко даже поверхностное описаше безчисленныхъ плодовъ, усаженныхъ крючковатыми щетинками и крючковатыми шипами, а потому мы перечислимъ здесь лишь некоторым, особенно замечательный формы. Прежде всего шаровидныя коробочки Krameria Ixina и Triumfetta Plumieri (см. таблицу, фиг. 30 и 31), семянки несколькихъ видовъ Calligonum и Rumex, напр., Rumex Burchellii (фиг. 23), далЬе бобы мно- гихъ мотыльковыхъ (напр., Medicago agrestis и radiata, Onobrychis aequidentata и Desmodium Canadense; фиг. 3—5, 22 и 29), орешки нЬсколькихъ бурачниковыхъ (напр., Echinospermum, Cynoglossum и Caccinia; фиг. 6, 7, 19 и 20), отпадаюлце участки членистыхъ бобовъ Aeschynomene patula, членистые стручки Tauscheria lasiocarpa, дробные плоды некоторыхъ видовъ родовъ Asperula и Galium (напр., Galium Aparine; фиг. 1 и 2), двусемянки многочисленныхъ зонтичныхъ (Caucalis, Daucus, Orlaya, Sanicula, Torilis; фиг. 10—12 и 26). Гораздо реже бываетъ, что листочки чашечки ко времени созрЬвашя плодовъ когтеобразно загибаются, какъ у рода Rochelia (фиг. 28), что зубчики плодовой чашечки принимаютъ форму крючковатыхъ шиповъ, какъ у Valerianella echinata и hamata, Trifolium spumosum, Ballota rupestris и Marrubium vulgare (фиг. 21), что семянки сложноцвбтныхъ не- суть 1, 2, 3 или 4 заменяюьцихъ хохолокъ крючковатыхъ шипа, какъ у Bidens bipinnata (фиг. 17 и 18), что щетинки околоцветника усажены тонкими крючеч- ками, какъ у Scirpus lacustris, и что гипантьй несетъ венецъ крючковатыхъ шиттвь, какъ у Agrimonia (фиг. 25). Примерами превращешя прицветниковъ въ крючко- ватыя щетинки и крючковатые шипы, могутъ служить Xanthium и Lappa (фиг. 33 и 37), а для злаковъ, пленки которыхъ усажены теми же образованьями, — Oryza clandestina, Paspalum tenue и Lappago racemosa (фиг. 13 и 14).
Иногда весь плодъ имеетъ видъ когтя или снабженъ крупными крючками и прицепляется ими къ проходящимъ мимо животнымъ. Особенно резко выражено такое образоваюе у бобовъ Arthrolobium, Ornithopus, Biserrula, Coronilla scorpioides и Scorpiurus sulcata (фиг. 24). Семянки несколькихъ сложнойветныхъ (напр., Rhagadiolus stellatus и Kolpinia linearis) также когтеобразны, а последшй видъ, кроме того, на вершине каждаго когтя несетъ венецъ загнутыхъ острыхъ крючеч- ковъ. У несколькихъ видовъ рода Geum, примеромъ которыхъ можетъ служить Geum urbanum (фиг. 35 и 36), во время зрелости плодовъ переднй участокъ чле- нистаго столбика отделяется, а оставшаяся часть превращается въ крючковатый таипъ, прицЬпляющйся къ касающимся его предметамъ. Точно также изъ стол-
биковъ несколькихъ Ranunculaceae и Pedalinaceae получаются крючковатая обра- зовашя. Изъ последнихъ надо особенно отметить плоды мартишй (Martynia lutea, proboscoidea и др.), которые отделяются отъ сгнивающихъ после созревашя тра- вянистыхъ стеблей и затемъ свободно лежать на земле. Изъ столбиковъ развились два длинныхъ дугообразныхъ отростка, колючте, загнутые крючкомъ концы которыхъ напоминаютъ по форме рога альпшской серны. Ими эти удивительные плоды привешиваются къ ногамъ проходящихъ животныхъ. -
Въ этомъ случае въ когти превратились столбики, а у другихъ растешй сходную форму и такое же значеше получають плодоножки. Это наблюдается особенно у Cyclamen Europaeum, плодоножки котораго закручиваются и стягиваются. Прежде думали, что значеше такого страннаго закручивашя состоитъ въ томъ, что вследствхе него плоды или семена втягиваются въ землю, чтобы тамъ найти бла- гощиятное место для прорасташя. Но такое предположеше не соответствуете действительности. Позднею осенью, когда зеленыя коробочки втягиваются подъ землю, семена еще не зрелы. Коробочки перезимовываютъ подъ землею и достигаюсь полной зрелости лишь въ середине следующаго лета. Тогда оне, вслед- ств1е высыхашя и ослаблешя завернутой спирально плодоножки, снова вытягиваются изъ земли, плодоножка въ своей нижней части сгниваете, а остающейся участокъ представляетъ изъ себя коготь, сидящ!й на коробочке. Все еще наполненный семенами коробочки теперь свободно лежать на земле и разносятся животными, задевающими ихъ ногами.
За этою замечательною формою плодовъ следуютъ друг!я, где когти или крючковатые шипы нужно считать за видоизмененный веточки или за части недораз- витыхъ, сидящихъ на особыхъ разветвлешяхъ, цветовъ. Достаточно отметить изъ этой группы два случая: во первыхъ, принадлежащую къ амарантовымъ Pupalia atropurpurea, у которой изъ пазухъ кроющихъ листьевъ вырастаютъ коротк!я веточки, изъ коихъ лишь немнопя несуть плоды, тогда какъ большинство развито въ виде крючковатыхъ шиповъ и образуетъ легко прицепляющейся и отделяющейся отъ главной оси пучекъ, и, во вторыхъ, Pteranthes echinatus (см. таблицу при ст. 653, фиг. 27), принадлежащей къ семейству Paronychiaceae, У котораго въ каж- домъ- соцвепи, кромб заключеннаго въ чашечке плода, имеется несколько корот- кихъ боковыхъ веточекъ, на концахъ которыхъ развиваются лишь пустоцветы съ согнутыми крючкообразно чашелистиками.
Все здесь перечисленные когтевидные или снабженные крючковатыми шипами плоды и соплод!я легко отделяются отъ несущаго ихъ материнскаго растешя, какъ только они зацепятся за какой-либо предмете. Но есть и так!е, где когти и крючки остаются въ крепкомъ соединеши съ осью всего растенья, такъ что при- цбпивппйся предметъ отрываетъ большой участокъ стебля, а иногда даже уносится все вырванное съ корнемъ растеше. Сюда относятся прежде всего несколько ма- реновыхъ, типомъ которыхъ можетъ считаться Galium retrorsum (см. рис. стр. 656, фиг. 3 и 4), плодоносный стебель котораго отрывается или вырывается, какъ только онъ прицепится своими крючковатыми, короткими шипами къ проходящему мимо животному; затемъ виды рода Uncaria, ползуч1е, распростертые по земле длинные стебли которыхъ местами усажены плодами, местами неразвитыми, превращенными въ крепк!е, острые шипы цветоножками. Когда эти когти вцепятся въ ноги животныхъ, то более или менее длинные участки стебля этого растешя отрываются
и заносятся вместе съ висящими на нихъ плодами. У Specularia falcata, Valeria- nella echinata, Cornucopia cucullata и Ceratocephalus falcatus (см. таблицу при стр. 653, фиг. 34) плоды также не отделяются отъ несущих® ихъ стеблей, а когда когти плодоноснаго соцвейя где-нибудь прицепятся къ проходящему мимо животному, то при получающейся тяге все растете вырывается съ корнемъ и уносится. Подобное же явлете наблюдается, когда млекопитаюпця или более крупный птицы тронуть Setaria verticillata, злакъ, плодики котораго облечены въ лишенныя остей пленки и окружены превышающими плодъ кроющими щетинками съ очень острыми обращенными назадъ шипиками (см. таблицу при стр. 653, фиг. 15 и 16). Когда эти кроюпця щетинки прицепятся къ животному, то колосовидный соцвейя, часто также
Ц^пкге, колюч1е и впивающееся плоды: 1) Carex microglochin, 2) отдельный плодъ его; 3) Galiumretrorsum 4) отр4зокъ его стебля; 5) Carex Pseudocyperus, 6) отдельный его плодъ; 7) Triglochin palustre, 8) отдельный еще незрелый плодъ его, 9) поперечный разр^зъ черезъ этотъ плодъ, 10) отдельный зрелый плодъ съ отставшими частичными плодиками. Фиг. 2. 4, 6, .8, 9 и 10 увелич. Ср. текстъ, стр. 655 и 657.
куски стебля, а иногда даже все вырванное растете уносятся животнымъ. Что тайе придатки очень непр!ятны и докучны, и что животныя какъ можно скорее стараются отъ нихъ освободиться, было отмечено уже не разъ. Въ некоторыхъ случаяхъ животному удается безъ большого труда отделаться отъ нихъ, очищаясь при помощи ногъ, морды или клюва, или обтирая мехъ о какой-либо предметъ, но иногда острые когти и крючки такъ вцепляются, вплетаются, внедряются или впиваются, что удалете приставшихъ плодовъ удается съ большимъ трудомъ и сопровождается сильною болью для бедныхъ животныхъ.
Еще тягостнее для животныхъ распространете плодовъ посредствомъ пря- мыхъ, гладкихъ шиповъ, отходящихъ отъ плодовъ и поставленныхъ такимъ образомъ, что они впиваются въ ноги наступившихъ животныхъ. Среди этихъ плодовъ можно различить две группы. Во первыхъ, плоды, лежапце во время зрелости свободно на земле. Сюда относятся Acicarpha, Сега- tocarpus, Salsola и Spinacia, у которыхъ доли чашечки при плодахъ твердеютъ и превращаются въ прямыя, отстояпця колючки, далее Rogeria, Pedalium и Tribulus
(см. рис. на этой стр., фиг. 1 и 2), у которыхъ колючки принадлежать покрову плода. Изъ последняго рода одинъ видъ (Tribulus orientalis) очень часто встречается въ венгерской низменности и пользуется у тамошнихъ пастуховъ дурною славою. Онъ имеетъ острыя, крешия, сравнительно длинныя колючки на отпавшихъ разваливающихся плодикахъ и не редко такъ прикрыть летучимъ пескомъ, что только верхушки колючекъ выступаютъ надъ нимъ (см. рис. на этой стр., фиг. 2). Эти колючки глубоко впиваются , въ копыта и подошвы наступающихъ животныхъ, отламываются отъ плода, когда животныя пытаются отъ нихъ освободиться, остаются торчать въ кожб и производить гнояпцяся, очень болезненный раны, не позво- ляюпця животному ходить. Для второй группы плодовъ, снабженныхъ въ видахъ распространешя гладкими колючками, могутъ служить примерами Carex pauciflora и Triglochin palustre (см. рис. стр. 656, фиг. 1, 2, 7, 8, 9 и 10). Сидяпце на прямо вверхъ торчащемъ стержне плоды направлены во время зрелости своими концами косо внизъ, легко отделяются и втыкаются какъ иглы въ кожу или мехъ задевающихъ ихъ животныхъ.
Плоды съ иглообразными отростками: 1) Pedalium Murex; 2) Tribulus orientalis. Ср. текстъ. стр. 657.
Прямыя и слегка согнутый щетинки и колючки могутъ, впрочемъ, принимать еще иное участ!е при распространеши плодовъ. Если оне рядами, какъ зубья гребенки, сидятъ на поверхности плода, или отходятъ отъ него попарно, какъ, напр., у Carex Pseudocyperus (см. рис. стр. 656, фиг. 5 и 6), то въ нихъ запутываются шерстистые волосы и нежныя перышки задевающихъ ихъ животныхъ, плоды отделяются отъ ножекъ и остаются висеть на мехе или опереши. То же происходить, когда отходяпце отъ плода колючкообразные отростки скрещиваются, какъ у Ptero- coccus, Sicyos и многихъ видовъ медунки (напр., Medicago ciliaris, litoralis, sphaero- carpa, tentaculata, tribuloides), или когда жестйя щетинки отходятъ подъ косымъ угломъ отъ поверхности .плода или плодовой чашечки, какъ у Asperugo, Myosotis, Parietaria, Physocaulis и Torilis (см. таблицу при стр. 653, фиг. 10, 11 и 12). У многихъ злаковъ волоса животныхъ сцепляются съ остями, отходящими отъ спинки пленокъ, а у несколькихъ маревыхъ (Chenopodiaceae) волоса меха защемляются между орешкомъ и окружающими его отвердевшими дольками околоцветника. Для этого не нужно, чтобы щетинки, колючки и ости были остры и колючи, но за то полезно, если поверхность этихъ образован^ шершава или мелко зубчата, подобно тому, какъ это бываетъ у Torilis (см. таблицу при стр. 653, фиг. 12). Тутъ следуетъ еще упомянуть, что волоски, покрывающее въ виде пучковъ или хлоцьевъ плоды и сбмена и служащее въ виде парашютовъ или аппаратовъ для парешя въ воздухе, часто запутываются въ волосахъ и перьяхъ животныхъ и такимъ обра- зомъ также играють выдающуюся роль при распространеши плодовъ и семянъ животными. Когда овцы, козы, коровы и лошади прошли по местности, гдб стояли въ плодахъ сложноцветный, кустарныя ивы и т. п., то ихъ волосяной покровъ по-
Кернеръ ф.-Маридаунъ. Жизнь растешй, т. П. 42
с гоя чмо бываетъ обвйшанъ такими'волосатыми плодами и семенами. Я собственноручно снималъ съ волосяного покрова названныхъ животныхъ плоды и семена Anemone silvestris и различныхъ видовъ Calamagrostis, Crepis, Cynanchum, Epilo- bium, Eriophorum, Lactuca, Lagoecia, Micropus, Populus, Salix, ,Senecio, Sonchus и Typha.
Что TaKie плоды и семена пристаю™ и къ платьямь людей, подтвердить вся- Kin, кто въ начале лета пробирался черезъ заросли тополей и ивъ, или въ конце лета черезъ поросшую Calamagrostis, Epilobium и Senecio лесосеку. После такихъ странствованш на платьяхъ можно найти въ изобилш также липкю и цешме плоды: вообще все, сказанное выше о распространенш плодовъ и семянъ животными, касается и человека. Конечно, здесь говорится лишь о распространенш плодовъ п семянъ, производимомъ человекомъ непреднамеренно. Разведете хлебовъ, овощей, садовыхъ цветовъ, плодовыхъ деревьевъ, лесныхъ породъ и т. д., иными словами, намеренно производимое распространеше можетъ интересовать насъ здесь лишь въ томъ отношеши, что мнопя изъ названныхъ полезныхъ и украшающихъ ра- стенш поселяются, независимо отъ человека, при помощи своихъ естественныхъ средствъ распространетя, за пределами полей, садовъ и лесовъ, а также и въ виду того, что съ семенами этихъ растешй не редко заносятся такъ называемый сор- ныя травы, поселяюпцяся въ местахъ, куда бы они безъ учасыя человека едва ли когда-либо попали.
Въ конце этой главы мы приходимъ къ следующимъ выводамъ: всего чаще встречаются те приспособлен!я и образовашя, который, кроме пользы для распространетя плодовъ и семянъ, представ- ляютъ еще какую-либо выгоду. Всего чаще наблюдаются так!я образо- ватя, играющими сперва роль средствъ защиты цветовъ отъ незванныхъ гостей изъ м!ра животныхъ и отъ вредныхъ климатическихъ вл!яшй, позже — средствъ распространетя получившихся изъ цветовъ плодовъ, и наконецъ — средствъ для прикреплены! къ месту пропзрасташя и для способствоватя прорасташю. Изъ сказаннаго о венцахъ волосковъ и о волосяныхъ хлопьяхъ видно, что и прпспо- соблетя, одновременно пригодный для распространетя плодовъ и семянъ ветромъ, водою и животными, не составляю™ редкости. Большое значеше иместь также наблюдете, что большинство, а, можетъ быть, даже все явнобрачный способны распространять свои плоды и сбмена двоякимъ способомъ: одппмъ, разсчитаинымъ на больная разстоятя, и другимъ, ограничивающимся лишь ближайшею окрестностью матсринскаго растешя. Первый можетъ совершаться и, действительно, совершается въ широкпхъ размерахъ, но связанъ съ явлешями, на который само растете не имеет вл!яшя. Онъ поэтому при случае и не происходить; другими словами: распространено на больш!я разстоя- н!я можетъ совершаться, но не совершается безусловно всегда. Какъ наилучшая зшшина стоить, если ея колеса не приводятся въ движете какимь-либо внешнимь толчкомъ, такъ и развиые лучшихъ летательныхъ сна- рядовъ и самыхъ крепкихъ крючковъ бываеть безуспешнымъ, если во время зрелости крылатыхъ плодовъ стоить продолжительное безветр!е или если не™ кочующихъ животныхъ, способствующпхъ распространенш цепкихъ плодовъ. Распространшпе же на малыя разстоятя совершается каждый разъ, если ранее ужо не наступило распространетя на бблытя разстоятя. Если зрелые плоды
клена не были унесены въ даль силънымъ порывомъ ветра, то они, наконецъ, сами собою отделяются и падаютъ, крутясь, на землю у самаго дерева, на ветвяхъ котораго они вызрели, Когда выбрызгиваше семянъ изъ плодовъ бешетлгго огурца наступаетъ отъ прикосновешя проходящаго мимо животнаго и выброшенный семена прилииаютъ къ его коже, то распространеше можетъ совершиться на очень болышя разстояшя; если же место произрасташя бешеннаго огурца во время зрелости плодовъ не будетъ посещено животными, то семена выбрасываются сами, и достигаемое такимъ путемъ распространеше ограничивается разстояшемъ всего несколышхъ шаговъ. Если сидяпце на скрученныхъ, когтевидныхъ ножкахъ плоды и сГмена Cyclamen (ср. стр. 656) не разносятся животными, то они остаются лежать на земле около самаго материнскаго растешя и семена здесь и прорастаютъ.
Эти примеры, число которыхъ можно еще увеличить многими, показьтваютъ, что прпспособлешя для распространен!я плодовъ и семянъ представляютъ въ не- киторомъ отношеши сходство съ приспособлешями, имеющими целью опылеше рылецъ (ср. стр. 362 и след.). У каждаго вида растеши имеются въ цветахъ приспособлешя, задача коихъ достижеше скрещпвашя пыльцею другого вида или хоть другого куста. Если эти прпспособлешя не дали благопр!ятныхъ результа- товъ, то выступаютъ друпя, имеющ!я следств!емъ опылеше цветовъ собственною пыльцою, автогамно или клейстогамгю. Открытые цветы Viola sepincola разсчи- таны на скрещиваьпе при посредстве пчелъ; если же скрещивашя не наступаетъ и изъ надземныхъ открытыхъ цветовъ не получается надземпыхъ плодовъ, то развиваются скрытые подземные клейстогамные цветы, изъ которыхъ после неизбежной автогамш происходить многочисленным всхож!я семена (ср. стр. 365). Эта Viola sepincola можетъ также считаться типомъ техъ растешй, уже давно вызы- вавшихъ, изъ за ихъ вызревающихъ подъ землею и прорастающихъ на месте созрГвашя семянъ, удивлеше ботаниковъ. Число такихъ растешй не велико. Самыя извЪстныя изъ нихъ: Arachis hypogaea, Cardamine chenopodiifolia. Linaria Cymbalaria, Phrynium micans, Trifolium subterraneuni и Vicia amphicarpa. Если эти растешя производили бы исключительно подземные плоды или втягивали все свои плоды после созреваюя семянъ въ землю, чтобы тамъ происходило про- расташе и развитие новыхъ кустовъ, то это было бы равносильно отречешю отъ всякаго распространешя, и явление было бы въ высшей степени загадочно. Но загадка достаточно разъясняется темъ, что у всЬхъ этихъ растешй всегда имеется также возможность распространешя на больнпя разстояшя, или передъ тЬмъ, какъ плоды прячутся въ землю, или благодаря второй форме плодовъ, вызрГвающпхъ наряду съ подземными, надъ землею и, очевидно, разсчитаниыхъ на далекое распространеше животными, воздухомъ или водою. '
Границы распространешя.
Тщательный исчислешя количества производимыхъ некоторыми избранными ра- стешями семянъ показали, что ежегодно, въ среднемъ, одна особь Sisymbrium Sophia развивастъ 730,000 семянъ, Nicotiana Tabacum 360,000, Erigeron Cana- dense 120,000, Capsella Bursa pastoris 64,000, Plant’go major 14,000, Raphanus Raphanistrum 12,000 и Hyoscyamus niger 10,000 сЬмянъ. Каждое изъ этихъ се42*
мянъ можета, понятно, въ слбдующемъ году дать начало новой особи, и каждая изъ этйхъ особей способна снова произвести вышеуказанное число сбмянъ. Если, такимъ образомъ, одинъ кустъ бблены въ одномъ году развилъ 10,000 сбмянъ, и изъ послбднихъ въ слбдующемъ году произошли 10,000 кустовъ бблены, и если каждый кустъ постоянно опять развиваета по 10,000 сбмянъ, то уже черезъ 5 лббъ имблось бы 10,000 биллюновъ кустовъ бблены. Такъ какъ вся поверхность суши на землб равна 136 биллюнамъ квадратныхъ метровъ и на одномъ квадратномъ метрб имбется мбста, приблизительно, для 73 кустовъ бблены, то, предполагая, что веб вызрбвппя обмена действительно развиваются, черезъ 5 лбтъ вся земная суша была бы покрыта кустами бблены. Sisymbrium Sophia заняла бы даже, въ случае безпрепятственнаго размножешя, уже черезъ 3 года пространство, превышающее земную сушу въ 2000 разъ.
Такое зарасташе всей земли однимъ или немногими видами растешй встрб- чаета однако разнообразный преграды. Для наземныхъ растен!й важную преграду составляетъ въ особенности разъединяющее страны море. MopcKie проливы представляютъ непреодолимое препятств1е даже постепенному распространенно, а широгая моря мбшаюта и распространенно скачками, происходящему при посредствб кочующихъ животныхъ, водныхъ и воздушныхъ течений. Виды, заносимые перелетающими за море птицами, столь малочисленны, что они не оказываюта вл!ян!я на распространено растешй въ цбломъ. То же относится и къ распространенно воднымъ путемъ. Какъ извбстно, плоды и обмена американскихъ растешй изрбдка переносятся Гольфстремомъ въ Европу, и уже Линней разсказываета, что выброшенный въ Норвегш обмена вестъ-индскаго бобоваго Entada Gigalobium (Е. scandens) даже прорастали. Нечего и говорить, что тагая тропичесюя растешя уже въ виду климата въ западной Европб не могли здбсь поселиться надолго. Однако, и изъ другихъ американскихъ растешй, для которыхъ климата не представлялъ бы препятств!й, не извбстно ни одного вида, который попалъ бы въ Европу, независимо отъ человбка, воднымъ путемъ. Точно также и по воздуху плоды или обмена никогда не попадали черезъ океанъ въ ■■ Европу. Америка обладаета большимъ числомъ особыхъ ивъ, сложноцвбтныхъ и . ослинниковъ, плоды и обмена которыхъ прекрасно принаровлены для воздушныхъ путешествий, и для которыхъ и климатичесюя услов!я Европы были бы очень ' / благопр!ятны; однако, не было ни одного случая переселешя такихъ растешй изъ Америки въ Европу при посредствб вбтра. Поселившееся послб открытая Аме* рики въ Европб сложноцвбтныя и ослинники (напр., Erigeron Canadense, Galinsoga parviflora, Solidago Canadensis, Stenactis bellidiflora, Oenothera biennis и т. д.), какъ можно доказать, были занесены инымъ способомъ и безъ посредничества че- ловбка не поселились и не распространялись бы въ Европб.
Факта, что значительное число американскихъ растешй ни при помощи пе- 1 релетныхъ птицъ, ни воздушными и водными течешями, а лишь при посредствб человбка нашло себб прпота въ Европб, имбетъ высоюй интересъ для разсматри- ваемаго здбсь вопроса еще въ другомъ отношеши; онъ доказываетъ, что опредб- ляемыя моремъ границы распространешя растетй лишь временны, т. е. имбютъ значеше только до тбхъ поръ, пока сохраняется безъ измбнешй теперешнее рас- предблеше воды и суши. Если бы образовалась полоса земли между Европою и Америкою, то этимъ самымъ была бы дана возможность многимъ растен!ямъ пере-
селиться постепенно или скачками по этой полосе земли, и выше названныя ра- стетя, который, какъ достоверно известно, попали въ Европу изъ Америки при посредстве человека, могли бы и безъ его помощи переселиться и распространиться въ Европб. Внешняя услов!я столь же мало препятствовали бы имъ въ средней Европб, какъ они не мешали имъ тамъ после ихъ занесешя человекомъ
Чемъ для распространеНя наземныхъ растен!й является море' тбмъ же для разноса морскихъ растен!й оказывается суша. Чемъ обширнее последняя, тбмъ труднее можетъ происходить обменъ живущихъ въ море растешй. Но и это препятств!е можно считать лишь временнымъ; потому что, если бы где-нибудь, вслбдств1е опускашя суши, получилось соединеше двухъ морей, то тамъ, конечно, не было бы больше препятств1я для переселешя морскихъ растевай.
Свойство почвы можетъ представлять растен!ямъ непреодолимую помбху для продолжительнаго поселен!я, а потому и для распространен! я. Повсюду чередуются места съ песчаною, глинистою и скалистою подпочвою, съ водоемкою, богатою глиною, и рыхлою, пропускающею воду почвою. Но какъ различны услов!я, при которыхъ должны жить поселивш!яся на такихъ местахъ растешя! Стоить только представить себе семена известнаго вида равномерно развеянными по области съ разнородными почвами. Тамъ, где семена упали на почву, имеющую необходимый для жизни даннаго вида свойства, сбянцы будутъ въ состояши образовать поселеше; но где этого нетъ, они неизбежно погибнуть. Отъ милл!ардовъ всхожихъ семянъ болотнаго растешя, высеиваемыхъ на сухой местности, черезъ некоторое время нельзя было бы найти и следа. На сколько при этомъ, наряду съ такъ называемыми физическими свойствами, имеютъ значеше и химическ!я свойства почвы, и какъ борьба растешй изъ за почвы происходить въ действительности, было разсмотрено уже при другомъ случае (ср. стр. 463). Изъ этихъ замечашй, впрочемъ, вытекаеть также, что распространеше видовъ растешй даже въ области незначительныхъ размеровъ находится въ существенной зависимости отъ почвы, и что тамъ места, где данный видь растеть и развивается, могутъ прерываться пространствами, где онъ не произрастаетъ и отсутствуетъ. Ограниченныя места области, благопр!ятствуюпця развитие» известнаго вида, где имеются услов!я для успешной жизнедеятельности и удержашя занятаго мбста для потомства, и где видь, такъ сказать, имбетъ постоянное местожительство, называются мбстопребываНями. Ботаники прежнихъ временъ различали очень много такихъ мбстопребывашй, и изъ нихъ мы укажемъ здесь следующая: пресноводные ключи (fontes), соляные ключи (salina), ручьи (amnes), потоки (torrentes), реки (fluvii), пруды (stagna), озера (lacus), море (шаге), берега рбкъ и озеръ (ripae), морсюя побережья (littora), болота (uliginosa), пересыхаюпця лбтомъ болота (paludes), торфяныя болота (turfosa), временно затапливаемый мбста (inundata), равнины (campi), степи (pascua), пустыни (deserta), холмы (colies), ка- менистыя места (lapidosa), скалистыя места (rupestria), песчаная почва (arena), глинистая почва (argilia), илистая почва (lutum), сорныя места (ruderata). Нечего и разъяснять, что, вслбдств!е измбнешй, испытываемыхъ почвою отъ движешя воды, выветривашя, накоплешя перегноя и т. п., эти мбстопребывашя могутъ видоизменяться или даже совсбмъ пропадать.
Наибольшее вл!ян1е на распространено и распределено
рас^ен^й имеетъ климатъ. Длина дня, иначе, продолжительность освеще- шя растеши солнцемъ, температура воздуха, почвы и воды въ разныя времена года, влажность воздуха, количество и годовое распределеше атмосферныхъ осад- ковъ, направлеше и сила ветра не только имеютъ очень большое значеше для жизни растешй вообще, но и каждому виду соответствуетъ точно определенная степень отдельныхъ климатическихъ факторовъ. Если где-либо на подходящей почве началъ развиваться изъ распространяемыхъ водою, воздухомъ или животными отводковъ или плодовъ какой-либо видь растешй, и если количество света, тепла и влажности превысить въ ту или другую сторону полезную для него меру, то этотъ видь не въ состояши окончить своего развиыя, онъ чахнетъ и отмираетъ, не оставляя потомства. Такимъ образомъ климатичесшя услов!я ставятъ распро- странешю каждаго растительнаго вида неизбежные пределы. Къ этому надо еще добавить, что пределы въ одномъ направлеши могутъ ставиться однимъ, по другому направлешю — другимъ климатическимъ факторомъ, и что нередко несколько или много условш, соединяемыхъ подъ именемъ климата, совместно оказывают'ь вл!яше на распространеше видовъ.
Границы, отделяющая растешя отв арктической или антарктической областей, а въ горныхъ странахъ отъ вершишь горъ, обусловлены понижешемъ температуры и увеличешемъ продолжительности зимы; въ обратномъ направлеши границы зависать отъ того, что при наступленья температурь, вызывающихъ ростъ данныхъ растешй, суточная продолжительность освещешя еще слишкомъ мала. Континен- тальнымъ климатомъ, отличающимся малою влажностью воздуха, высокою летнею температурою и низкою зимнею температурою, удерживаются те растешя, который летомь страдаютъ подъ вл!яшемъ засухи и погибаютъ зимою при низкихъ темпе- ратурахъ. Прибрежный климатъ, для котораго характерны сравнительно слабыя колебашя температуры въ течете года, относительно прохладное лето и большая влажность воздуха, мешаетъ распространенно растешй, испареше которыхъ ограничено вследств!е увеличивающейся влажности воздуха, и который для вызревашя всхожихъ семянъ нуждаются въ высокихъ летнихъ температурахъ. Метеорологи на особыхъ картахъ наглядно представили распределеше климатическихъ факторовъ такимъ образомъ, что соединили все места съ одинаковою температурой зимы, одинаковой т^мпёратурой лета, одинаковыми количествамп годовыхъ атмосферныхъ осадковъ и т: д. лишями, названными ими изохименами, изотерами, изопетами и т. д. Зависящее отъ климатическихъ факторовъ распространеше растешй можно изобразить сходнымъ способомъ, а именно, соединяя лишею все те места, где какой-либо видъ задёргивается климатическими услов!ями. Такш лишя называются границами И рю из растай! я, а если оне идутъ вдоль склона горной страны, то ихъ называйте также границами вы с отъ. Такъ какъ каждый растительный видъ по различнымъ направлешямъ ограниченъ въ своемъ распространена различнымй йАйматнческими факторами, то для каждаго вида можетъ быть установлена с^ЙёрИая, севёровосточная, восточная, юговосточная, южная и т. д. границы пръййрасташя. Но -если соединить между собою все эти границы произра- сташя, То’Получается сомкнутая лишя, называемая границею распростране- н!я. Последняя въ большинстве случаевъ имеетъ сходство съ эллипсомъ, длин- ншг Ось котораго направлена по параллелямъ. Однако, на нее не редко вл!яютъ ближайппя морск!я побережья. Также и близшя горы могутъ вызывать различный
отклонешя, въ особенности разнаго рода изгибы. Граница распространешя, следовательно, окаймляеть весь округъ распространен!я, въ которомъ разсма- триваемый видъ находить благопр!ятныя услов!я жизни и въ которомъ онъ, действительно, живетъ, сохраняется и размножается. Последнее обстоятельство должно быть здесь особенно отмечено, такъ какъ опытъ показалъ, что какой-либо видъ не долженъ необходимо встречаться во всехъ техъ местахъ, где услов!я жизни для него благопр!ятны. Только границы округа распространешя определяются въ настоящее время климатическими услов!ями; какъ растете попало въ этотъ округъ, зависитъ, напротивъ, не отъ современнаго климата, а отъ геологическихъ явлешй, которым во все времена вызывали переселетя растешй въ болыпихъ размерахъ. Кроме того, для каждаго отдельнаго случая возникаетъ вопросъ, насколько при прежнихъ и современныхъ услов!яхъ могли иметь значеше средства распространешя растешй.
Округи распространешя очень неравны по величине. Некоторые виды встречаются только на одной единственной горе, въ одной единственной долине или на одномъ единственномъ острове. Ихъ называютъ эндемичными видами. Примерами такихъ эндемичныхъ видовъ могутъ служить въ южной и средней Европе следуюпце: Iberis Gibraltarica (Гибралтаръ), Euzomodendron Bourgaeanum (средняя Испашя), Dioscorea Pyrenaica (средшя и восточный Пиренеи), Saxifraga florulenta (Лигур1я и Шемонтъ), Heracleum alpinum (Юра), Hieracium Grisebachii (долина Этцъ въ тирольскпхъ центральныхъ Альпахъ), Daphne petraea (Валь-Вестино), Rhizobotrya alpina (Фасса и Беллуно), Gentiana Frolichii (Альпы Крайна и Карин- тш), Wulfenia Carinthiaca (Кариныя), Sempervivum Pittonii (Серпентиновыя горы вь Верхней Штирш), Erysimum Wittmanni (Пеннины), Schivereckia Podolica (По- дол!я) ), Viscaria nivalis (горы въ северной Трансильваши), Pedicularis limnogena (Бигарск1я горы), Hepatica Transsilvanica (южная Трансильвашя), Haberlea Rho- dopensis (Родопсшя горы), Jankaea Heldreichii (еессалшскш Олимпъ), Helichrysum virginicum (Аеонъ), Campanula Aizoon (Парнасъ), Hypericum fragile (Эвбея), Bieber- steinia Orphanidis (Киллене), Globularia stygia (Хельмосъ), Cephalanthera cucullata (Критъ), Centaurea crassifolia (Мальта), Pentagnia saniculifolia (Сищшя), Lereschia Thomasii (Калабр1я), Batatas sinuata (Исшя), Helichrysum frigidum (горы на Корсике).
Противоположность эндемичнымъ видамъ составляютъ космополитные виды, округъ распространешя которыхъ занимаеть почти все обитаемым расте- шями части земли; число ихъ, впрочемъ, очень незначительно.
Только эндемичные виды, oбитaющie въ весьма ограниченной области бы- ваютъ иногда равномерно распределены по этой области. Гораздо чаще случается, что кусты вида распределены неравномерно. Места, где они растутъ рядомъ въ болыпомъ числе, прерываются пространствами, где ихъ нктъ или где друпе виды овладели почвою, и тогда граница распространешя охватываетъ отдельный, часто далеко отстояпця другъ отъ друга места обиташя. Въ такихъ случаяхъ получается такъ называемый прерывчатый округъ распространешя. На сколько та-
кой округъ можетъ зависеть отъ почвенныхъ услов!й, было уже разъяснено на стр. 463 и след., а здесь нужно еще добавить, что въ холмистыхъ и гористыхъ местностяхъ могутъ иметь значеше также наклонъ и направлеше поверхности почвы. Вследств!е различнаго освещешя и нагреванья почвы на северныхъ и южныхъ склонахъ, не редко получается на той же самой горе различ!е въ усло- в!яхъ температуры и влажности, соответствующее различ!ямъ одного градуса широты въ равнине. Также и разлшпя въ метереологическихъ состояшяхъ восточ- ныхъ и западныхъ и, въ особенности, юговосточныхъ и югозападныхъ склоновъ одной и той же горы гораздо больше, чемъ обыкновенно предполагаютъ; такъ на- примбръ, известны виды, которые въ некоторыхъ местностяхъ постоянно произ- растаютъ только на юговосточныхъ, и друпе, всегда раступце только на югозападныхъ склонахъ.
Было уже упомянуто, что геологичесюе процессы и связанный съ ними из- менешя климата оказывали во все времена значительное вл!яше на переселешя растешй, или на смещеше границъ распространешя. Если где-нибудь происходить измСнеше, вследств!е котораго подъ 48° северной широты наступаютъ усло- в!я, бывппя ранее характерными для 46° сев. широты, то виды растешй, для ко- торыхъ 46° составлялъ до этого времени северную границу, могутъ поселиться за этой границей на подходящихъ местахъ, и черезъ более или менее продолжительное время северная граница произрасташя данныхъ растешй передвинется къ северу. Съ другой стороны, виды, для которыхъ услов!я подъ 48° сев. широты раньше были благопр!ятны, но которые тамъ при изменившихся услов!яхъ жизни больше не растутъ хорошо, поселятся на более подходящихъ местахъ обиташя въ лежащей далее къ югу области, отчего южная граница произрасташя этихъ видовъ передвинется къ югу. Восточныя и западныя границы произрасташя также могутъ изменить свое положеше, соответственно превращенпо континентальнаго климата въ прибрежный, и обратно. Перемещенье границъ производить впеча- тлеше то наступашя, то отступашя, но во всехъ случаяхъ перемена округовъ обиташя представится въ виде переселен!я, странствован!я разсматриваемыхъ видовъ растешй.
Эти независимый отъ вл!яшя человека переселешя растешй совершаются столь же медленно или столь же быстро, какъ и изменешя климата, которымъ они вызываются. У видовъ, которые для успешной жизнедеятельности нуждаются въ определенныхъ местообиташяхъ, переселеше, само собою понятно, можеть происходить только скачками. И отступаше у такихъ видовъ не можетъ совершаться равномерно.
Многочисленным местообиташя, занимаемыя видомъ въ пределахъ своего округа распространешя, едва ли когда-нибудь бываютъ вполне тождественны относительно важныхъ для жизни растешй условШ. Некоторый местообиташя отличаются отъ остальныхъ особенно благопр!ятнымъ положешемъ. На нихъ данный видъ развивается всего сильнее, и тамъ совершается и наиболее обильное его размножеше. Въ случае изменешя климата онъ тамъ сохраняется всего дольше, и въ то время какъ онъ на сотняхъ другихъ местообиташй въ окрестности давно уже вымеръ, на такихъ единичныхъ местахъ онъ можетъ сохраниться даже при существенно изменившихся вокругъ климатическихъ услов!яхъ. Если видъ во время климатическихъ изменен!й переселился въ соседнюю область
и основалъ себе тамъ новый округъ распространена, то места произрастаНя, где онъ остался, представляются въ виде забытыхъ постовъ, какъ бы оторванными отъ главнаго округа распространена, или какъ острова, лежапце впереди материка. Таше случаи далеко не редки, и изъ нихъ можно делать выводы не только о прежнихъ состоа- шяхъ растительнаго Mipa, но и о когда-то бывшихъ климатическихъ услов!яхъ и, что особенно важно, о направлешяхъ, которыхъ въ свое врема держались растешя при своихъ переселешяхъ.
Въ виде очень замечательнаго явлетя следуетъ указать здесь еще на то, что часто принадлежапце къ одному роду такъ называемые „мелНе виды" (ср. стр. 544) въ соседнихъ климатическихъ зонахъ и поло- сахъ зам4щаютъ другъ друга. Каждому, кто замечаетъ это явлеше, приходить прежде всего въ голову мысль, что различ!я въ форм!, имеющаяся у рас- пространенныхъ въ соседнихъ областяхъ мелкихъ видовъ, непосредственно вызваны отличными климатическими и почвенными услов!ями этихъ областей, и ботаники прежнихъ временъ такъ и думали. И ныне большинство ученыхъ держится того мнен!я, что видъ растен1я, если онъ при своемъ переселенш попадетъ въ область, отличающуюся отъ ранее имъ занимаемой въ климатическомъ отно- шеши, можетъ приспособиться къ новымъ климатическимъ услов!ямъ, что такое приспособлеше выражается въ изменены формы, что эти изменешя наследственно сохраняются въ потомстве и что такимъ путемъ образуются новые виды. Это предвзятое мнете не было, однако, подтверждено результатами произведенныхъ съ тою целью опытовъ. Не удалось сравнять различные мелгае виды, культиви- ровавппеся при одинаковыхъ услов!яхъ, не наступало и ожидаемое изменеше формы, если одинъ изъ этихъ видовъ ставился въ иныя внешшя услов!я, счи- тавппяся за причину различ!я въ форме. Или поставленные въ иныя услов!я виды чахли и погибали, не оставляя потомства, или появлялись изменешя въ форме, называемыя обыкновенно разновидностями (ср. стр. 545). Эти изменешя не сохранялись, однако, въ потомстве, не становились наследственными, и никогда изъ вызванной климатическими и почвенными услов!ями разновидности не былъ полученъ мелюй видъ. Те признаки, которые передаются по наследству и со- ставляютъ сущность вида, могли, потому, согласно результатамъ имеющихся поныне опытовъ, и у мелкихъ видовъ появиться только путемъ скрещивашя. Если признаки, получивппеся въ результате скрещивашя, находились въ согласи съ климатическими услов!ями какой либо области, то этимъ самымъ было обезпечено и сохранеше носителя этихъ признаковъ. Последшй могъ себе создать посред- ствомъ своего потомства округъ распространешя, охватываюпцй какъ разъ такой же районъ, какъ и оказываюпця вл!яше климатичесюя и почвенныя услов!я. Оба старыхъ вида, изъ коихъ возникъ новый видъ, могутъ еще существовать по соседству; но возможно, что сохранился только одинъ изъ нихъ, и мыслимъ также случай, что оба вымерли. При этихъ разсуждешяхъ не следуетъ забывать, чте возрастъ большинства видовъ гораздо более высокъ, чемъ прежде считали возмож- нымъ предполагать, что со времени ихъ возникновенья происходили у большинства видовъ растешй многократныя перемещешя окруювъ обиташя, что при этихъ пере- мещешяхъ связанные истор!ею развитая, принадлежапце тому же корню виды часто раздвигались и разъединялись и что часть ихъ погибла и пропала съ лица земли.
Пока сложивппеся въ соседнихъ зонахъ и поляхъ округи распространешя растенш не соприкасаются, скрещиваше обитателей этихъ округовъ не возможно или, все же, очень затруднено, и даже мелгае виды при такихъ обстоятельствахъ сохраняются въ пределахъ своихъ округовъ обиташя безъ изменешй со своими характерными признаками въ потомстве. Но даже если округи распространешя сближены и пространственное разъединеше не составляло бы препятствш къ скре- щивашю для обитателей этихъ округовъ, то и тогда два или несколько видовъ могутъ сохраниться рядомъ, будучи резко отграниченными другъ отъ друга, а именно, благодаря тому, что они зацветаютъ въ различное время. Если одинъ видъ уже отцвелъ, когда другой лишь начинаетъ цвести, то скрещиваше ихъ въ природе не можетъ произойти. Эта невозможность скрещивашя, названная асин- гам!ей, есть причина того, что очень сходные виды иногда живутъ въ ближай- шемъ соседстве или въ перемешку, не будучи въ состояши образовать помеси, всл4дств1е чего не появляется и новыхъ промежуточныхъ формъ. Когда Aster Amelins начинаетъ цвести, сходный Aster alpinus на томъ же месте уже отцвелъ, когда Solidago Virgaurea распускаетъ свои первые цветы, цветы похожей Solidago alpestris тамъ уже завязали плоды. Поэтому подобные асингамные виды, на которые указывалось уже на стр. 475, встречаются также въ техъ местахъ, где ихъ округи распространешя непосредственно соприкасаются, и даже тамъ, где они на- ходятъ другъ на друга и где различные мелгае виды растутъ въ перемешку, не изменившись въ своихъ характерныхъ признакахъ въ потомстве.
Растительный сообщества и Флоры.
Где жизнь природы не нарушается вмешательствомъ человека, растительные виды соединяются въ сообщества), изъ коихъ слагается общая картина местности. Разнообразно распределяясь и группируясь, эти сообщества кладутъ особый отпечатокъ на местность, где они находятся, подобно чертамъ на лице человека. Виды, изъ которыхъ они состоять, могутъ принадлежать самымъ разно- образнымъ порядкамъ растенш. Причина сожит!я лежитъ не въ происхожденш, а въ свойствахъ местожительства. Ихъ делаютъ сообщниками не родственный отношешя, а обпця жизненныя потребности. Возможно, что среди многихъ тысячъ населяющихъ землю растенш не найдется и двухъ, требовашя которыхъ относительно силы и продолжительности освещешя, совпадешя суточнаго времени освещешя съ известными суммами тепла, состава и количества имеющихся на месте обиташя растворимыхъ питательныхъ солей, влажности воздуха и почвы и качества, продолжительности и годичнаго распределешя атмосферныхъ осадковъ были бы совершенно тождественны. Этимъ, однако, не исключается, что известный места могутъ удовлетворять сходнымъ требовашямъ, и что различные виды, если ихъ потребности сходны, будутъ расти дружно вместе и рядомъ, точно такъ же, какъ въ городе или въ доме живутъ вместе люди, которые, хотя и не имеютъ техъ же самыхъ привычекъ, ни вполне тождественныхъ потребностей, все же обра- зуютъ прочное и цветущее сообщество, въ которомъ каждое отдельное лицо пре
красно себя чувствуете, такъ какъ сообщество покоится на общихъ, соответствую- щихъ местными услов!ямъ, правилахъ. Не исключается и то, что сожительство представляете для каждаго въ отдельности известную выгоду, что общинники под- держиваютъ другъ друга въ своей деятельности, и даже, что они находятся въ полной зависимости одинъ отъ другого.
Познаше встречающихся въ растительномъ Mipe сообществъ важно въ раз- личномъ отношены. Оно даете возможность вникнуть не только во взаимный отношешя различныхъ, соединенныхъ общими или сходными жизненными потребностями видовъ, но и въ связь жизни растешй съ местными, климатическими или почвенными услов!ями. Можно смело сказать, что въ различныхъ зонахъ и рай- онахъ нашей земли климате и свойство почвы не выражаются ни какими другими явлешями съ такою ясностью, какъ растительными сообществами, и потому уста- н о в л е н i е и о пи с а и i е ихъсоставляютъ важную часть з е м л е в е- ден!я. До нынешняго времени на это, правда, было обращено внимаше только немногими изследователями и даже ими лишь въ скромныхъ размерахъ, что объясняется, отчасти темъ, что для установивши и описаны растительныхъ сообществъ необходимо всестороннее знаше всехъ живущихъ въ изследуемыхъ областяхъ видовъ растешй, а прюбретеше такого знашя, вследств!е преобладали другихъ направлены ботаники въ последшя десятилет1я, было очень заброшено. Отчасти виновато въ слабыхъ успехахъ нашихъ знашй въ указанномъ направлены также то обстоятельство, что до сихъ поръ, къ сожалешю, не могъ выработаться однородный методъ изследовашя, описашя и обозначешя растительныхъ сообществъ.
Первое, что бросается въ глаза каждому, занимающемуся этими вопросами, это то, что въ образованы растительныхъ сообществъ растительные виды прини- маютъ очень неравномерное учасПе. Известные виды преобладаютъ по числу неделимыхъ, они въ сообществе первенствуютъ и со- ставляютъ основу всего растительнаго покрова, тогда какъ остальные встречаются только единично ипроизводятъ в лечат л е н 1 е, точно они вкраплены въ общую основу. Что преобладающими видами являются особенно таше, которымъ свойственно по природе образовать обширныя насаждешя, понятно само собою, и следуете отметить, что особенно выделяютси виды, произрастающее въ групповыхъ насаждешяхъ.
Въ виду подробно разсмотренной въ I томе „Жизни растешй “ зависимости формы растешй отъ климата и почвы, можно было бы ожидать, что все живущы при одинаковыхъ условшхъ растены будутъ представлять и общы обликъ. Это ожидаше подтверждается, однако, лишь относительно преобладающихъ видовъ. Вкрапленные виды могутъ въ сильной мере отличаться какъ отъ преобладающихъ, такъ и между собою. Одного изъ самыхъ частыхъ причинъ такихъ различ!й въ форме является то обстоятельство, что вкрапленные члены сообщества зеленеютъ, цветутъ и зреютъ въ различное время и что одинъ видъ приспособленъ къ услов!ямъ весны, другой — лета, треты — осени. Бываете также, что соседи различною формою ихъ стеблей, листвы и цветовъ приносите взаимно некоторую пользу. Когда одинъ видъ доставляете другому своевременно необходимую тень, когда он,ъ ому .служить подпоркою для взлезашя, когда одинъ видъ защищается другимъ отъ сильныхъ порывовъ ветра, когда контрасте въ окраске цветовъ у соседнихъ видовъ благопр!ятствуетъ посещаемости насекомыми, или если соседи какимъ-либо
инымъ образомъ взаимно поддерживаютъ и помогаютъ другъ другу въ своей жизнедеятельности, то это не только не вредно для сообщества, но даже значительно способствуетъ его существованпо и сохранешю. На общее впечатлено, производимое сообществомъ, различ!я вкрапленныхъ видовъ, впрочемъ, не имбють существеннаго вл!ян!я. Внешн1й видъ сообщества зависитъ только отъ преобладающихъ видовъ, дающихъ тонъ. Ихъ характерный обликъ передается всему сообществу и они определяютъ общее впечатл6н!е сообщества.
Для научнаго установлена, разделена и обозначенья сообществъ это положено очень важно. Образующее насаждена, даюпце тонъ виды не только должны составлять исходную точку и основу для описанья отдельныхъ сообществъ, но ихъ внЬшшй видъ представляеть также сймое важное основные для нагляднаго сопоставлеяя многихъ различныхъ сообществъ, выработавшихся въ настоящую м!ровую эпоху, въ группы близкаго характера. Долголетия наблюдешя въ природе привели къ следуюьцимъ девяти грунпамъ:
Лбса (Walder). Тонъ даютъ растешя со стволами (ср. т. I, стр. 713). Обычное представлено о лесе предполагаеть, что образующ!е его основу стебли до известной высоты должны быть лишены ветвей и листьевъ. Если эта высота не многимъ превышаетъ ростъ человека, то получается куща; если стволы до болбе значительной высоты лишены ветвей и листьевъ, то такое сообщество называется настоящимъ л е с о м ъ. Оба эти вида лесовъ можно было бы также назвать низкоствольнымъ и высокоствольнымъ лесомъ, если бы эти выражена не получили уже давно въ лесоводственномъ отношены другого значешя, й если тому не противоречило бы то обстоятельство, что и высокоствольный лйсъ на молодыхъ ступенахъ развитая когда-нибудь былъ низкоствольнымъ.
Если составныя части леса до того сближены, что ветви и листья кронъ соприкасаются и образуютъ шатеръ, то лесъ называется сомкнутымъ. Если же составныя части леса такъ построены и такъ редко расположены, что солнечные лучи безпрепятственно достигаютъ почвы, то его называютъ свйтлымъ или редкимъ. Изображенный на приложенной цветной таблице лесъ изъ „ко- косовыхъ пальмъ на Цейлоне" есть сомкнутый лесъ, насаждено изъ пальмир- скихъ пальмъ (ср. томъ I, табл, при стр. 714) представляеть рйдк!й лесъ.
П. Заросли (Struppe), Тонъ даютъ насажденья изъ кустарниковъ, полу- кустарниковъ,, нопаловъ, низкорослыхъ саговыхъ и пальмъ. Отъ вертикальныхъ зарослей, достигающихъ высоты 2—3 м., до такихъ, стебли которыхъ прилегаютъ къ земле, а деревянистыя ветви поднимаются лишь на несколько дециметровъ надъ почвою, можно найти рядъ постепенныхъ переходовъ. Последня, приме- ромъ которыхъ можетъ служить насаждено изъ Azalea procumbens (см. томъ I, таблица при стр. 296), называютъ также довольно удачно коврами. Кустарникамъ и полукустарникамъ свойственно по природе образовать густыя заросли. Большинство более высокихъ зарослей, на которыя не вл!яла рука человека, непроходимо. На особыхъ местопребываняхъ и при известныхъ ежегодно повторяющихся вл1ян1яхъ древесныя растен!я, обыкновенно становяпцяся древовидными и развиваюпця стволы, могутъ оставаться низкорослыми. Такъ, напр., въ Альпахъ, всдедств!е отягощена мощными слоями снега близъ границы деревьевъ и въ до- линахъ, где почти ежегодно падаютъ лавины, букъ образуетъ насаждена съ обли-
Жизнь растешй. II.
Т-во „Просвещение" въ Опб.
КОКОСОВЫЙ ПАЛЬМЫ НА ЦЕЙЛОНЪ.
(Съ акварели ф.-Кёнигсбрунна,)
конь высокихъ зарослей. Но тЬмъ не менее ихъ слбдуетъ считать лесами, остающимися отъ особыхъ влъяшй долгое время на стадш низкорослаго леса. Если бы упомянутая вл!яшя прекратились, то въ данномъ месте вскоре выросъ бы высокоствольный лесъ.
Ш. Луговины (Fluren). Тонь даютъ насаждешя изъ обильно цвбтущихъ многолетниковъ и травъ (ср. томъ I, стр. 715). Форма, направлеше и развет- влеше надземныхъ, травянистыхъ стеблей всегда ясно заметны, даже когда зеленые листья имеють значительную величину. Отъ насаждешй изъ чертополоховъ и зонтичныхъ растешй въ степяхъ, достигающихъ высота въ 2 м., до насаждешй изъ многолетниковъ, имкющихъ высоту едва 2 см. на розсыпяхъ въ горахъ (см. таблицу „Альшйская льнянка Linaria alpina въ известняковомъ щебне" при стр. 155) имеются безчисленные переходы. Резкой границы между ними провести нельзя. Точно такъ же не возможно рбзко отличать луговины, въ которыхъ пре- обладаютъ многолетники, отъ таковыхъ, где первенствуютъ травы. Въ некоторыхъ случаяхъ, однако, все же полезно различать высокорослыя и низкорослыя луговины, многолетниковыя и травяныя.
IV. Настилки (Spreite). Тонъ даютъ растешя съ растущими совершенно подъ землею или лишь мало поднимающимися надъ нею стеблями, отъ концовъ которыхъ отходятъ скученные ваи, листоветки или листья. Ваи, листоветки и листья вполне скрываютъ стебли, и форма, направлеше и разветвлеше последнихъ поэтому никогда не бываютъ ясно заметны. Образованный ваями настилки лишены цветовъ. Если въ образовали настилки принимаютъ участае цветковыя растешя, то они или имеють ранте цветы, которые ко времени распускан!я листвы уже дали плоды и потомъ пропадаютъ безследно (напр., Saxifraga peltata, Tussilago, Petasites), или же цвета столь единичны среди безчисленныхъ круп- ныхъ листьевъ, что не производить существеннаго изменешя въ общей картине, сообщества, напр., Funkia, Nelumbo и большинство аройниковыхъ (см. таблицу „Аройниковыя въ бразильскомъ девственномъ лесу" при стр. 545). Особая форма настилки наблюдается на поверхности стоячихъ и медленно текучихъ водъ. Пластинчатые листья и филлокладш лежать на воде и образуютъ на ней покровъ, подобно обоямъ. Ихъ можно бы назвать обойными настилками. Смотря по высоте черешковъ, на которыхъ сидятъ листовыя пластинки, можно бы еще различать высокорослыя и низкорослыя настилки, а по величине листовыхъ пластинокъ и филлокладаевъ—крупно- и мелколистный настилки. Для крупнолистныхъ можно- отметить какъ примерь настилки изъ кувшинокъ (см. таблицу „Victoria regia въ. Амазонке" при стр. 166), для мелколистныхъ—настилки изъ плавающихъ рясокъ.
V. Космы (Wuste). Тонъ даютъ водныя растешя, образующая насаждешй, съ погруженными стеблями и листьями или стеблевидными и листоводными слоевищами. То преобладаю™ формы съ листовиднымъ слоевищемъ и длинными лентовидными, слабыми листьями, то формы, имеюпця видъ затопленныхъ водою об- лиственныхъ или безлистныхъ кустарниковъ, но отличаюпцяся отъ настоящихъ- кустарниковъ отсутств!емъ одеревеневшихъ частей. Образователями насаждешя могутъ являться также виды, слоевища или листья которыхъ разсечены на длин- ныя, узюя дольки, или же виды, слоевища которыхъ мутовчато разветвлены. Смотря по преобладай™ техъ или друтихъ, можно и среди космъ выделить различные подъотделы.
VI. Кочкарники (Riede). Топъ даютъ насаждешя изъ растешй, растущихъ группами пли дерновипами, съ недеревенЬющпми стеблями въ виде соломинъ или стрелокъ. Стебли лишены листьевъ (хвощи, ситники, камыши и т. д.), или усажены длинными, узкими листьями. У видовъ, растущихъ громадными дернови- нами, поднимающееся стебли съ мало заметными листьями, тогда какъ виды, ра- ступце группами, развиваютъ соломины и стрелки обильно облиственныя. Типомъ первыхъ могутъ служить дерновыя осоки, последнихъ— тростники. Кочкарники встречаются какъ на болотистой, такъ и на сухой почвахъ, последнее особенно подъ тропиками и въ степпыхъ областяхъ.
' VII. Ковры (Matten). Топъ даютъ низшя, многолетшя растешя, покрываю- щ!я почву, плотно смыкаясь. Если преобладають растешя съ узкими, жесткими листьями, подобными листьямъ злаковъ, то сообщество называется Wasenmatte или Wasen, если же являются характерными растешя, образующая мяпай, упру- rin покровъ почвы, то сообщество получаетъ назваше Vliesmatte или Vlies (руно). Смотря по особенно заметно выступающимъ составнымъ частямъ, можно различать также злаковые, травяные и мшистые ковры. Ковры могутъ быть развиты какъ на сухой, такъ и на болотистой почвахъ. Иногда они пр!урочены только къ блп- жайшимъ окрестностямъ ключей или образуютъ лишь покровъ на скалахъ, однако они встречаются и раскинутыми по целыми склонами горъ и въ обширныхъ низ- мепностяхъ. Они свойственны въ особенности высокими горамъ и арктической области.
Коросты (Schorfe). Тонъ даютъ слоевцовыя растешя, которым въ сухомъ состояши или вследств!е отложешя въ нихъ извести становятся жесткими и хрупкими. Составленный изъ такихи растеши насаждешя либо образуютъ плотные рифы или отмели, либо являются въ виде редкаго покрова почвы и называются тогда „паршевыми коростами“. Часто оне имбютъ впдъ корокъ на скалистой, землистой или песчаной почве и называются тогда „корковыми коростами64. Оне развиваются какъ на воздухе, такъ и подъ водою.
Войлоки или тина(ЕПге). Тонъ даютъ растешя, слоевище которыхъ состоитъ изъ нежныхъ более или менее разветвленныхъ нитей. Опи наполняют!» водоемы то въ виде хлопьевъ, то въ виде сбитыхъ въ виде войлока массъ, или же образуютъ тонше покровы на камняхъ и земле, уже издали бросающ!еся въ глаза своеобразною окраскою.
При выборе названы для перечисленныхъ девяти порядковъ сообществъ избегнуты всяшя обозначешя, относящаяся къ определенными классамъ, семействам!» или родамъ растешй, такъ какъ образоваше сообществъ ничего не имеетъ обща го съ родствомъ растеши (ср. стр. 666). Точно также нельзя было принять въ раз- счеть местолребывашя или зоны и районы, которыми свойственны сообщества. Не то при наименованы отдельныхъ сообществъ, принадлежащихъ къ перечислен- нымъ порядкамъ. Въ этомъ отношены употреблеше названы, указывающихъ на местолребывашя, зоны и районы, или же присущихъ преобладающими въ данномъ сообществе видамъ, родамъ и семействамъ, неизбежно, и даже необходимо. Сле- дуетъ, вообще, ввести здесь ту же номенклатуру, которая во всехъ остальныхъ описательныхъ отделахн естествоведешя оказалась наилучшею, а именно, обозначать каждое сообщество двумя именами, изъ к о ихъ одно указываете къ какому изъ девяти порядковъ принадлежит*
Жизнь растетП. И.т.в0 ,ПровИщвн1в“ въ Спб.
МОЛОЧАЙНЫЙ ЛЪСЪ ВЪ ИНД1И.
( (' I. и и и и 11еmi и ф К О II II |
разсматриваемое сообщество, другое же отмечаетъ некоторый его особенности.
При настоящемъ состойши нашихъ сведешй невозможно даже приблизительно перечислить сообщества, въ который сложились многш тысячи обитающихъ землю видовъ растешй. Однако, всеже будетъ уместно дать некоторые намеки въ этомъ отношенш и обратить внпмаше на особенно характерный сообщества.
Выдающ1еся своею массою леса, конечно, вызываютъ наибольший интересъ, и понятно, что они съ давнихъ норъ всего подробнее изследовались и воспроизводились въ описашяхъ и картинахъ. По видамъ, преобладающимъ или даже нераздельно царствующимъ въ сообществахъ, прежде всего следуетъ выделить хвойные леса съ опадающею хвоею и вечно зеленые. Прим4ромъ первыхъ можетъ служить лиственничный лесъ (см. томъ I, таблица при стр. 662). Вечнозеленыхъ чрезвычайно много, такъ какъ большинство древовидиыхъ, вечнозеленыхъ хвой- ныхъ породъ растутъ сомкнутыми насаждешями. Въ I томе „Жизни растешй* изображены при стр. 411 еловый лесъ и при стр. 718 пихтовый лесъ, при стр. 717 сосновый лесъ и при стр. 662 кедровый лесъ. Лиственные леса также делятся на леса съ опадающею листвою и вечнозеленые. Среди первыхъ надо въ северной умеренной зоне особенно отметить изъ-за ихъ своеобразнаго облика буковые леса (см. таблицу „буковый лесъ* при стр. 645), березовые (см. томъ I, стр. 719) и дубовые (см. т. I, таблица при стр. 718). Вечнозеленые лиственные леса развиты преимущественно въ тропическихъ и субтропическихъ областяхъ въ большомъ разнообразш. Тропическимъ областямъ свойственны еще мнопе друпе леса съ характернымъ обликомъ, какъ, напр., молочайный лесъ (см. приложенную таблицу „молочайный лесъ въ Индш*), казуариновый, бамбуковый (см. таблицу „бамбуковый лесъ на Цейлоне* при стр. 561), мангровый (см. таблицу „мангровый лесъ въ Индш* при стр. 575) и пальмовый лесъ (см. томъ I, табл, при стр. 714 и таблицу при стр. 668).
Заросли, который, такъ сказать, представляютъ повтореше лесовъ въ ма- ломъ виде, должны быть и сгруппированы сходнымъ образомъ. Различаютъ заросли, въ которыхъ преобладающее или нераздельно царствующ!е кустарники или полукустарники лишены листвы, и друпя, где они облиствены. Среди образую- щихъ насаждеше растешй перваго отдела выдающуюся роль играютъ въ особенности прутевидные кустарники и некоторые нопалы (см. томъ I, рисунки стр. 324 и 320, и таблицу при стр. 445). Образующая насаждешя растешя второго отдела или пмеютъ опадающую листву, или вечнозелены. Вечнозеленый усажены иглообразными или чешуевидными, прилегающими къ ветвямъ листьями (кустарный хвойныя и верески), или это низшя пальмы или саговый, листья которыхъ отходить отъ очень короткаго пенька (см. таблицу „саговый* при стр. 593), или кусты съ плоскими листьями. Примеромъ последнихъ могутъ служить рододендроны (см. таблицу при стр. 102). Изъ кустарниковъ и полукустарниковъ, образующихъ обширный заросли, следуетъ особенно отметить тамариски, таволги, розы, карликовый миндаль (бобовнпкъ), карликовый березы, карликовый ивы, протейный, губоцветный, дроки и мимозы.
Среди луговинъ преледе всего следуетъ выделить так!я, въ которыхъ первенству юнце многолетники лишены листьевъ, но за то снабжены лпстоветкамп (напр., Salicornia). Изъ дающихъ тонъ облиственныхъ многолетниковъ, встречаю-
щихся въ луговинахъ, уже были отмечены въ виде особенно выдающихся формъ зонтичныя (см. томъ I, табл, при стр. 742) и чертополохи (см. томъ I, рис. на 436 стр.), сливы и ананасовыя (см. томъ I, рис. на стр. 660). Остальные слагаю- пце насаждешя многолетники можно соединить въ три группы. Виды первой группы, къ которой относятся въ особенности мног!я сложноцветный гвоздичныя, маревыя, мотыльковыя и крестоцветный, съ самаго основная сильно ветвисты (напр., Artemisia, Gypsophila, Salsola, Melilotus, Crambe); виды второй группы раз- виваютъ вертикальный стебель, который до самыхъ цвбтовъ не разветвленъ и не- сетъ цельные листья (напр., мнопе виды Verbascum, Epilobium, Oenothera, Euphorbia), а виды третьей группы имеютъ вертикальный стебель, не разветвленный или лишь слабо разветвленный, но усаженный различно разделенными и сложными листьями (напр., Glycyrrhiza, Eupatorium, Tanacetum, Sambucus Ebulus). Bo mho- гихъ случаяхъ лучше называть луговины не по преобладающимъ въ нихъ видамъ, а по местопребывашямъ. Въ выше приведенномъ (стр. 666) сочинеши, разсматри- вающемъ растительныя сообщества Австро-Венгрш я различилъ, напр., прибреж- ныя луговины, дюнныя, ключевыя, щебневыя и друпя.
Что касается настилокъ, то ихъ разделеше на обойныя, высокорослый и низкорослыя, крупно- и мелколистный уже было указано (стр. 669). Особенное значеше следуетъ придавать при описаши отдельныхъ сюда относящихся расти- тельныхъ сообществъ и тому обстоятельству, являются ли зеленыя пластинки нераздельными, какъ у Petasites, Tussilago, Nelumbo и Saxifraga peltata, или же оне раздЬлены или разсечены, какъ у большинства папоротниковъ, многихъ арой- никовыхъ и несколькихъ видовъ морозника. Следуетъ также иметь въ виду, вечнозелены или нетъ ваи и листья.
Космы встречаются въ большомъ разнообрази въ текучей и стоячей, пресной, солоноватой и соленой воде. Обпцй обликъ отдельныхъ космъ зависитъ отъ величины и очерташя листвы и слоевища различныхъ видовъ и, въ особенности, отъ того, расположены ли стебли и стеблеобразныя части слоевища редко или же скучены и соединены въ густыя, объемистыя массы. Видами, слагающими насаждешя, являются особенно урути съ гребенчато разделенною листвою, рдесты и цаннихеллш съ нитчатыми листьями, рдесты съ широкими, просвечивающими листьями (см. рис., т. I, стр. 552), не разъ упомянутая Cymodocea, изъ мховъ несколько Вгуасеае, изъ бурыхъ водорослей разные виды Fucus (см. таблицу при стр. 44), Laminaria (см. рис., т. I, стр. 585), Sargassum, Macrocystis и Cystosira, изъ багрянокъ виды Ceramium, Callithamnion, Sphacellaria, Polysiphonia и Lemanea (см. томъ I, таблицу при стр. 584), изъ Gametophyceae виды Bryopsis и Valonia, изъ Cyanophyceae особенно виды Hydrurus и изъ лучицъ несколько видовъ Chara и Nitella.
Основы разделешя кочкарниковъ указаны уже на стр. 670. По преоблада- шю известныхъ хвощей, осокъ, камышей, рестаевыхъ, ситниковъ, рогозовъ и трост- никовыхъ злаковъ можно различать много особыхъ кочкарниковъ. На таблице „тростниковыя и осоковыя заросли въ венгерской низменности" (томъ I, при стр. 423) представлены три рядомъ развитыхъ кочкарника, именно тростниковый, ка- мышевый и осоковый, а на рисунке на стр. 673 пушицевый изъ ледниковаго пояса (на высоте 2500 м. надъ уровнемъ моря). Въ развитыхъ на сухой почве кочкарникахъ северной умеренной зоны выступаютъ особенно виды вейника (Са-
lamagrostis). Многочисленные кочкарники развиты въ тропикахъ и въ степныхъ областяхъ Стараго и Новаго свбта, особенно въ пампасахъ, льяносахъ и пайона- лесахъ.
Растеши, являюпцяся преобладающими и дающими тонъ составными членами к о в р о в ъ, относятся частью къ явнобрачнымъ, частью къ тайнобрачнымъ. Среди первыхъ cлiдyeтъ въ особенности отметить дерновые и скученно раступце низк!е злаки, осоки и ситники, образующая дерновины узко- и коротколистныя гвоздичный (напр., Alsine Rosani, Cherleria sedoides, Silene acaulis), образующее розетки
Пушицевые кочкарники на берегу Траульскаго озера (2500 м.). Ср. текстъ, стр. 672.
виды молодила (Sempervivum), камнеломки изъ группы Aizoonia, образующая рых- лыя дерновины, мягк!я, раступця на ключевыхъ мбстахъ камнеломки и монтш. Изъ тайнобрачныхъ им£ютъ значеше почти что одни только мхи, а именно торфяные мхи, виды кукушкина льна, раступце густыми дерновинами виды Dicranum и Gymnostomum и соединенные въ рыхлыя руна гипновые мхи (напр., Hypnum Schreberi, Hylocomium splendens и triquetrum).
Въ образовали кор о стъ участвуютъ только лишаи, багрянки и нисколько лучицевыхъ растешй. Чрезвычайное разнообраз!е представляютъ плотно прижатые къ субстрату, соединенные въ корковыя коросты, лишаи. Тонъ даютъ въ осо- оенности разные виды Acarospora, Amphiloma, Lecanora, Lecidella, Pertusaria и Verrucaria. Самою известною и наиболее распространенною является короста, образованная географическимъ лпшаемъ (Lecidea geographica или Rhizocarpon
Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растешй, т. II. 43
geographicmn), которая въ сланцевыхъ горахъ придаетъ валунамъ своеобразную окраску (см. приложенную цветную таблицу „Лишаи на валунахъ морены въ Цен- тральныхъ Альпахъ [накипные лишаи]“). Паршевыя коросты образуются различными кустарными лишаями, преимущественно кладошями и цетрар!ями, и особенно сильно развиты въ горахъ и въ арктической тундре. Меньшее значеше имбють под- водныя паршевыя коросты, составленный изъ пропитанныхъ известью лучицевыхъ и багрянокъ, особенно видовъ рода СогаШпа. Соединенный въ твердый, рифообраз- иыя коросты, пропитанные известью виды Lithothamnium и Lithophyllum (см. томъ I, таблица „Нуллипоровыя отмели въ Адр1атическомъ море" при стр. 262) встречаются только въ моряхъ.
Войлоки (тина) образуются нитчатыми водорослями. Преобладают особенно Scytonemaceae, Zygneinaceae, Ulothrichaceae, Oedogoniaceae, Vaucheriaceae и некоторый Gametophyceae. Зигнемовыя, особенно виды рода Spirogyra, своими зелеными нитями заполняютъ стоячхя воды; несколько вошер!евыхъ образуютъ густыя, войлочный мели въ руслахъ ручьевъ или на влажной земле, а несколько сцитонемовыхъ и гаметофитъ сплетаются въ нежные покровы на камняхъ. Войлоки лишь редко развиты такъ сильно, что обращаютъ на себя внимаше. Всего известнее тонка войлокъ, образованный Trentepohlia jolitha, окрашиваюпцй сланцевые валуны въ горныхъ местностяхъ въ красный цветъ (см. таблицу балковый камень въ тирольской долине Этцъ" при стр. 633).
Лишь въ редкихъ случаяхъ насаждеше, образующее основу какого либо ра- стительнаго сообщества, состоитъ только изъ одного вида растевай. Большою частью два, три или еще больше видовъ сходнаго облика вместе являются первенствующими. При этомъ иногда местами то одинъ, то другой оказывается от- тесненнымъ на второй планъ, причемъ, однако, общш обликъ даннаго сообщества не меняется существенно. Такъ, напр., склоны сланцевыхъ горъ въ Цен- тральныхъ Альпахъ одеты коврами, въ которыхъ Carex curvula, Juncus trifidus и Oreochloa disticha являются преобладающими видами. Кое где эти три вида совершенно равномерно участвуютъ въ составе ковровъ, въ некоторыхъ же местахъ одинъ изъ нихъ становится преобладающимъ, а друйе настолько отступают на второй планъ, что при невнимаши ихъ можно и не заметить. Едва ли надо еще говорить, что въ такихъ случаяхъ сообщество не можетъ быть названо по одному изъ дающихъ тонъ видовъ. .
Что касается вкрапленныхъ видовъ, то было бы большимъ заблуждешемъ думать, что ихъ появлеше не подчинено такому правилу. Хотя они лишь редко оказываютъ заметное вл!яше на общую картину, но все же ихъ значеше для от- дельныхъ сообществъ нельзя умалять. Некоторые изъ нихъ столь постоянно со- путствуютъ известными образующимъ насаждешя видамъ, что по присутствие одного можно съ уверенностью заключить о присутствш другого, и само собою разумеется, что тате постоянные спутники должны быть отмечены при описаши отдельныхъ сообществъ. Нельзя не заметить, впрочемъ, и того явлевая, что до некоторой степени можетъ происходить взаимное замещеше вкрапленныхъ видовъ. Такъ, напр., белоусовый коверъ, въ которомъ белоусъ (Nardus stricta) образует основу, въ Альпахъ и въ Карпатахъ содержит въ виде вкрапленныхъ видовъ Homogyne alpina, Hieracium alpinum, Campanula Scheuchzeri и т. д. Некоторые же друйе вкрапленные виды, какъ Potentilla aurea, Hypochoeris Helvetica и Cam-
Umbilkarla pustulata.Imbricaria caperata.Umbilkarla pustulata.Imbricaria caperata.Lecidea confluens.Gyrophora eyUndricaLecidea confluens.Gyrophora eyUndrica
Umbilkarla pustulata.
Imbricaria caperata.
Umbilkarla pustulata.
Imbricaria caperata.
Lecidea confluens.
Gyrophora eyUndrica
Lecidea confluens.
Gyrophora eyUndrica
Rhizocarpon geographicum.
Gasparinia elegans.
Жизнь растен1й. IL
Жизнь растенШ. К.Т-во -ПросвШеше" въ Спб.
ЛИШАИ НА ВАЛУНАХЪ МОРЕНЫ ВЪ ЦЕНТРАЛЬНЫХЪ АЛЬПАХЪ.
panula barbata, почти никогда не отсутствующее въ Альпахъ въ названномъ сообществе, въ восточныхъ Карпатахъ заменяются Potentilla chrysocraspeda, Scorzo- nera rosea и Campanula abietina.
Особаго внимашя заслуживаете» то явлеше, что виды, въ одномъ сообществе являющ!еся образователями насаждены, въ другомъ оказываются лишь вкрапленными. Кто въ первый разъ наблюдаете» это въ природе, легко могъ бы подумать, что все старашя распределить сообщества въ группы, ограничивъ и описавъ каждую въ отдельности, должны быть тщетны. Но при более внимательномъ анализе вскоре приходишь къ убежденно, что сказанное явлеше не только не ме- шаетъ научной разработке растительныхъ сообщесгвъ, но даже существенно ей способствуете», и что оно бросаетъ светъ на истор!ю растительныхъ сообществъ. Въ I томе, стр. 259, было уже указано, что свежш осадокъ ила на дне водоемовъ, обнаженная земля и голый камень не тотчасъ же покрываются сомкнутымъ, разъ навсегда неизменнымъ, растительнымъ покровомъ, но что прежде всего, въ виде первыхъ поселенцевъ, появляются мелк!я водоросли, лишаи, мхи и разныя однолетшя цветковыя растешя, который приготовляютъ въ Течете более или менее продолжительная времени почву для другихъ растены. Это пригото- влеше, описанное въ I томе, на стр. 256—266, состоитъ не только въ механическомъ изменены почвы, но и въ прибавлены перегноя, получающагося изъ отмершихъ частей первыхъ поселенцевъ. На измененной, такпмъ образомъ, почве устраиваются виды растены, совершенно отличные отъ первыхъ поселенцевъ, и, что всего замечательнее, первые поселенцы новыми пришельцами постепенно вытесняются и, такъ сказать, выбиваются съ позицы. Но и второе поселеше не долговечно. Количество получавшагося изъ отмершихъ растены перегноя увеличивается изъ года въ годъ, изобилующая перегноемъ земля теперь уже более не пригодна и для растены второго поселешя, и затемъ еще разъ повторяется вытеснеше оби- тавшихъ до этого времени растены такими новыми, который на богатой перегноемъ почве прекрасно развиваются и постепенно ею овладеваютъ. Такимъ образомъ, можно повсюду открыть по крайней мере три, а не редко и четыре, даже пять последовательныхъ группъ поселенцевъ. Если же каждая изъ этихъ группъ со- ответствуетъ определенному сообществу, какъ оно въ действительности и бываете», то только что описанный факте» долженъ производить впечатлеше постепеннаго превращешя и замены одного сообщества другимъ. В ъ к а ж д о м ъ сообществе поэтому можно заметить и указать не только стад!и высшаго р а з в и т i я, но и с т а д i и роста и упадка. Въ стады роста встречаются еще остатки раньше обитавшаго въ данномъ месте сообщества, а въ стады упадка уже первые поселенцы надвигающагося сообщества. Если, напр., въ белоусовомъ ковре появляются единичный особи растены. характерныхъ для сообществъ, при- надлежащихъ къ другому порядку, хотя бы къ заросли или луговине, то ихъ на- хождеше нисколько не путаетъ при ограничены и описаны названныхъ сообществъ. Это только ясно показываете, что при установлены и описаны прежде всего надо руководиться высшею стад!ею въ развиты каждаго сообщества, но въ каждомъ случае следуете» иметь въ виду и с т а д 1 и роста и упадка, ровно какъ и от- ношешя къ остальнымъ сообществамъ.
Где форма и составь почвы способствуют образованно различныхъ место-' пребываны на маломъ пространстве, тамъ и соответствующая местопребывашямъ 43*
растительны я сообщества развиваются в ъ перемешку одно около другого. Пограничныя лиши соседнихъ сообществъ при этомъ имеютъ весьма различный направлешя. Въ низменностяхъ, где чередуются невысок!© рады холмовъ, полотая выемки, песчаная, глинистая и соленосная почвы, сообщества не редко соединены на подоб!е частей мозаики, въ другихъ местахъ сообщества незначительной величины включены въ виде острововъ въ широко раскинувшихся сообществахъ, а еще въ другихъ случаяхъ они широкими полосами или зонами примыкаютъ одно къ другому. Последнее распределеше встречается особенно вдоль краевъ текучихъ и стоячихъ водъ и объясняется равномерно уменьшающеюся съ удалешемъ отъ берега влажностью почвы, а при стоячей воде, также и надвигашемъ растенш отъ краевъ къ середине водоема, другими словами, равномерно прогрессирующимъ превращешемъ наполняющихъ воду космъ въ кочкарники, кочкарниковъ въ луговины, а луговинъ въ ковры, заросли или леса.
Очень часто два, три или еще более сообществъ взаимно про- никаютъ другъ въ друга и какъ бы наслаиваются одно надъ другимъ. Сосновый лесъ можетъ существовать самъ по себе, т. е., онъ мо- жетъ быть образованъ лишь изъ преобладающихъ сосенъ и, пожалуй, несколькихъ вкрапленныхъ другихъ деревьевъ, но внизу не замечается ничего, кроме опавшей сухой, покрывающей почву, хвои. Но въ лесу могъ развиться и моховой коверъг могли присоединиться и низк!я заросли изъ Calluna vulgaris или Erica carnea или высок!я заросли изъ можевелъника, сообщества, могупця существовать каждое само по себе безъ прикрытая кронами сосенъ и не редко, действительно, встре- чающ!яся самостоятельно. Но если присутств!е одного сообщества и не безусловно необходимо для существовали другого, то уже изъ того факта, что они встречаются вместе, вытекаетъ, что соединеше ихъ никому изъ нихъ не приноситъ вреда, и гораздо вероятнее, что развитая надъ тою же почвою сообщества взаимно поддерживаютъ и помогаютъ другъ другу. Въ некоторыхъ случаяхъ это даже вне всякаго сомнешя, такъ, напр., когда сообщество изъ высокихъ расте- шй развивается на подготовленной сообществомъ низкихъ растенш почве. Изъ сказаннаго вытекаетъ, что соединен!© несколькихъ сообществъ далеко не есть случайность, что всегда только известны я сообщества могутъ соединяться и проникать одно въ другое, и что и въ этомъ отношен!и царствуетъ строг!йпорядокъ и полная закономерность.
Для пояснешя указанной здесь противоположности въ группировке сообществъ, воспользуемся двумя рисунками. Приложенная таблица „Буковый лесъ“ представляетъ лесъ, составленный только изъ высокостольныхъ буковъ (Fagus sil- vatica), а внизу видна только опавшая листва. Другой рисунокъ (см. стр. 677) изображаетъ лесъ въ Далмащи, въ которомъ подъ кронами каменныхъ дубовъ (Quercus Ilex) еще ясно заметно наслоен!© изъ двухъ сообществъ, въ самомъ низу слой изъ злаковъ и травъ, а надъ нимъ слой изъ вечнозеленыхъ кустарни- ковъ, особенно мирта, фисташекъ, земляничнаго дерева и вечнозеленой калины (Myrtus communis, Pistacia Terebinthus, Arbutus Unedo и Viburnum Tinus).
Образованнымъ такимъ путемъ соединешямъ сообществъ дали назваше ра- стительныхъ формац!й и при выборе этого назвашя, вероятно, имели въ виду соединена пластовъ земли и горныхъ породъ, называемый геологами формащями.
Буковый л'Ьсъ.
Это назваше выбрано не слишкомъ удачно, но, будучи разъ введено въ науку, должно быть сохранено; нужно только обратить внимаше на то, что соединенный вместе въ одну формацпо сообщества не всегда представляють ясное наслоеше.
Слоистый л’Ьсъ; южная Далмащя.Слоистый л’Ьсъ; южная Далмащя.Ср. текстъ, стр. 676.Ср. текстъ, стр. 676.
Слоистый л’Ьсъ; южная Далмащя.
Слоистый л’Ьсъ; южная Далмащя.
Ср. текстъ, стр. 676.
Ср. текстъ, стр. 676.
Такъ, напр., во многихъ тропическихъ л^сахъ (см. томъ I, таблицу при стр. 674 и таблицу „заросшш ротанговыми пальмами девственный лесъ на Цейлоне" при стр. 613) включены сообщества, принадлежащая къ самымъ различнымъ порядкамъ и, что касается высоты слагающихъ ихъ растешй, представляющая веб возможные переходы. Они занимаютъ то лишь ограниченное, то значительное пространство
внизу или на средней высоте леса и, сверхъ того, во всехъ такихъ формащяхъ всюду вкраплены вьюпцяся и эпифитпыя растешя, делаюпця совершенно невоз- можнымъ открьгпе ясной слоистости. Во многихъ другихъ случаяхъ соединенный въ одну формащю сообщества, правда, образуют ясные слои или, если сравнивать формащй со строешями, несколько этажей. Известны формацы, где каждый слой принадлежит къ другому порядку сообществъ, но также и так!я, где два, три слоя следует отнести къ тому же порядку и где, напр., другъ надъ другомъ возвышаются три кочкарника неравной высоты или несколько зарослей, или где два леса соединены такимъ образомъ, что кроны одной древесной породы образуют верхны, а кроны другой нижны слои.
Что касается названы растительныхъ формацы, то лучше всего при ихъ выборе иметь въ виду то сообщество, которое образует кровлю всего здашя, и которое, поэтому, какъ бы царитъ надъ всеми остальными.
Уже во вступлены къ этой главе было поставлено на видъ, что растительный сообщества кладут на каждую местность особый отпечатокъ и что, поэтому, знаше и установлеше ихъ нмееть большое значеше для описательнаго землеве- дешя. Не разъ также уже обращалось внимаше на то, что въ растительныхъ сообществахъ, проявляются особыя услов!я почвы и климата, такъ какъ можно предполагать, что характерные для каждаго сообщества виды могут встречаться изобильно только тамъ, где составь почвы и услов!я освещешя, тепла и влажности находятся въ согласы съ ихъ организащею и внешнею формою. Но если местный услов!я почвы и климата отражаются въ растительныхъ сообществахъ, то распространеше растительныхъ сообществъ и формащй составляет важную, может быть, единственную пригодную опорную точку для разделешя земли на естественный флорист и чес к i я царства. При этомъ надо держаться того основного положешя, что каждая область, заключающая въ себе р ядъ лишь ей свойственныхъ растительныхъ сообществъ, с л е- дуетъ считать флористическимъ царствомъ и что въ каждомъ месте, где характерный сообщества, въ силу нарушен!я ихъ у с л о в i й существовали, находятъ естественную границу, где появляются друг! я, лучше приспособленный къизмбненнымъ услов!ямъ растительным сообщества, и где, поэтому, меняется и вся картина страны, проходить граница флористическаго царства. Этимъ указана и цель научной растительной географы. Къ сожа- лешю, мы отъ нея еще безконечно далеки. Мы лишь немного знаемъ расти- тельныя сообщества средней и северной Европы, а изъ многихъ далекихъ областей о важнейшей изъ всехъ основъ для разграничешя флористическихъ царствъ неизвестно почти что ничего. Поэтому пока не остается ничего другого, какъ разобраться въ томъ немногомъ, что стало известно, и держаться относительно нй- которыхъ областей техъ разграничены, которым намъ достались еще отъ изсле- дователей прежняго времени и при томъ построены на совсемъ иныхъ основашяхъ.
Исходя изъ этой точки зретя, можно различить, приблизительно, сле- дуюпця формы:
Арктическая ФЛОра. СЪверныя части Европы, Азы и Северной Америки, на югъ. приблизительно, до полярнаго круга.
Балтийская Флора. Скандинавия, Великобриташя, сЪверо-германская низмен-
ность, западная Росс1я, на юге вдается въ виде языковъ или включена въ виде острововъ въ средиземную и ионийскую флору.
Понт1йская Флора. Юго-восточная Европа, Малая Аз1я за исключешемъ южнаго и западнаго прибреж!й, Кавказъ, Курдистанъ, Перс1я: около Кастйскаго моря.
Средиземная Флора. Прибрежныя страны Средиземнаго моря: южная Европа, западное и южное прибрежья Малой Аз1и, прибрежья Сир1и, Египта, Туниса и Алжира.
Атлантическая флора. Азоры, Канарск1е острова, западное прибрежье Пире- нейскаго полуострова, Марокко.
Сибирская Флора. Низменность Оби и область ея истоковъ до Станового хребта.
Камчатская ФЛОра. Северо-восточная Аз1я, на югъ до Амурской области.
Амурская ФЛОра. Амурская область, Манджур1я.
Китайская Флора. Китай, Япошя, на югъ почти до тропика рака.
Среднеазиатская Флора. Монгол1я, Тибетъ, на западе ограничена степною областью у Аральскаго озера, на юге Гиндукушемъ и Гималаями.
Южно-арав1йско-месопотамская Флора, северное прибрежье Сомали южная Арав1я, Месопотам1я, прибрежья Персидскаго залива.
Сахарская Флора. Сахара, приблизительно до 15° сев. шир., северная Арав1я.
Суданская ФЛОра. Ограничена на севере Сахарою, на юге 10-мъ градусомъ сев. шир., на востоке Абиссинскимъ плоскогорьемъ.
Гвинейская ФЛОра. Отъ 10° сев. широты до 10° южной шир., на востокъ до 35° восточн. долготы.
Замбезская флора. Отъ 10° сев. широты на югъ до Оранжевой реки, на востоке ограничена Драконовыми горами и озеромъ Шасса.
Абиссинская флора. Абиссишя и примыкающая на юге горная страна.
Восточно-африканская Флора. Отъ прибрежья Ищцйскаго океана до южно- африканскихъ горъ, на северъ до 8° сев. широты.
Капская Флора. Юго-западная часть Капланда, на севере ограничена пустынею Карроо.
Мадагаскарская Флора. Мадагаскара
Индийская ФЛОра. На западе ограничена Индомъ, на севере Гималаями и Юннаномъ, на востокъ доходитъ до Ломбокскаго и Макассарскаго проливовъ.
Тихоокеанская Флора. Тихоокеанск1е острова отъ Молукскихъ до Маркизо- выхъ съ одной стороны, отъ Сандвичевыхъ острововъ до Новой Зеланд1и съ другой.
Тасманская Флора. Виктор1я, Тасмашя, Новый южный Валлисъ и примыкаю- щ!я области.
Австралийская ФЛОра. Внутренняя и западная Австрал1я.
Канадская Флора. На севере ограничена арктическою флорою, на западъ до. ходитъ до Скалистыхъ горъ, на югъ до области северо-американскихъ озеръ.
КолумбЗйская ФЛОра. Ограничена на севере арктическою флорою, на востоке Скалистыми горами, на юге 50-мъ градусомъ сев. шир.
Миссисипская Флора. На севере до области озеръ, на юге до Флориды, за исключешемъ южной трети этого полуострова, на западе ограничена 95° западной долготы.
Миссур1йская ФЛОра. Область Миссури и плоскогорья между Скалистыми горами и Каскадными горами.
КалИФОрнская ФЛОра. Прибрежная полоса на западе отъ Каскадныхъ горъ, Калифоршя.
Техасская Флора. Аризона, Техасъ, северная Мексика.
Мексиканская Флора. Мексика до Никарагуа.
Антильская ФЛОра. Антильск1е и Багамск1е острова, южный конецъ Флориды.
Бразильская Флора. На западе ограничена Андами отъ залива Гуаяквиль до Тукимана, на юге доходитъ до 30° южной шир.
Южно-американская Флора. Прибрежная область на западе отъ Андъ и часть Южной Америки между 30 и 50° южн. шир.
Магелланская Флора. На западЬ южной Америки, доходитъ на сЬверЪ до 40°, на востокЪ до 50° южной шир., за исключешемъ высокихъ горъ.
Антарктическая Флора. Антарктическ1е острова, горы южной оконечности южной Америки.
Въ этомъ обзоре флоры, занимающая въ настоящее время высппе пояса горъ и встречающаяся на сравнительно малыхъ пространствахъ, были приняты во вни- маше лишь попутно. Но все же эти флоры часто гораздо более отличаются отъ флоръ предгорй и примыкающихъ равнинъ, чемъ флоры, существующая рядомъ въ пределахъ низменностей и занимающая обыкновенно болышя области. Такъ, напр., флора среднеевропейскихъ горъ, обыкновенно называемая альп!йскою флорою, на столько отличается отъ развитой къ северу отъ Альпъ балийской флоры и распространенной на югЬ по прибрежнымъ странамъ Средиземнаго моря средиземной флоры, что ее нельзя было бы соединить ни съ тою, ни съ другою. Флора высокихъ горъ въ южной Европе также отличается въ равной степени и отъ средиземной, и отъ альшйской, и поэтому ее следуетъ признавать за особое флористическое царство, которое мы называемъ ноторейскимъ (убгод — югъ, ород— гора). Совершенно то же самое, что въ средней Европе, наблюдается/ однако, во всехъ областяхъ, где поднимаются высошя горы, и, вероятно, могутъ быть отличены, кроме перечисленныхъ 35 флоръ, еще столько же высокогорныхъ флоръ. Въ следующемъ отделе мы, однако, узнаемъ, какое высокое значеше имеютъ какъ разъ эти высокогорный флоры для образовашя равнинныхъ флоръ и, вообще, для исторш растительнаго Mipa.
5. Вымиран1е видовъ.
Въ отделе „Жизни растешй“, где разсматривалось возникновеше видовъ, были приведены основашя того мнешя, что появивпиеся съ течешемъ вековъ новые виды суть результаты скрещивашя уже существующихъ видовъ. Это мнете находить веское подтверждете въ обстоятельствахъ, касающихся техъ родовъ растенш, которые въ одной области представлены многочисленными, въ другой только единственнымъ видомъ. Въ пределахъ ^ногихъ родовъ богатство формами чрезвычайно велико. Стоить много труда разместить многочисленные виды та- кихъ родовъ въ одинъ наглядный рядъ, такъ какъ они по различнымъ направ- лешямъ соединены средними формами, такъ сказать, связаны между собою вдоль и поперекъ. Въ такихъ кругахъ и въ настоящее время постоянно показываются новыя формы, который, достоверно, суть результата скрещиватй. Такъ, напр., разнообраз!е формъ въ кругу рода ежевика (Rubus) въ средней Европе чрезвычайно велико. Ботаники старой школы думали, что это вызывается тбмъ, что виды этого рода по неизвестнымъ причинамъ, по ихъ мнешю, по внутреннему влечетю, вырождаются. Теперь никто уже не сомневается, что мнопя изъ этихъ растеши, который считали за результатъ вырождешя, суть виды, происшедппе въ сравнительно недавнее время черезъ скрещиваше. Скрещиваше было возможно потому, что при тбхъ переменахъ и изменешяхъ флоръ, результатомъ которыхъ надо считать современное распределеше растеши, въ средней Европе встретились и поселились несколько сохранившихся съ предшествовавшихъ перюдовъ видовъ Rubus. На побережьи Далмащи и въ Грещи, где при этихъ перемещешяхъ и
изменешяхъ поселился одинъ только видъ, именно, Rubus ulmifolius Schott (R. amoenus Portenschlag), прекратилось и умножеше формъ. Отъ единствен- наго поселившагося тамъ вида постоянно получалось неизмененное потомство, или, другими словами, Rubus ulmifolius остался въ названныхъ частяхъ средиземной флоры постояннымъ въ своихъ характерныхъ признакахъ. Ботаники ста- раго времени полагали, что этотъ видъ Rubus, въ виде исключешя, не имеетт склонности къ вырождешю, или, пользуясь бол^е научно звучащимъ, но еще менее понятнымъ выражешемъ, что у него нетъ стремлешя дифференцироваться. Но дело мождо объяснить гораздо проще и естественнее. Въ области, где оселъ только одинъ этотъ видъ Rubus, не могутъ черезъ скрещиваше возникать новые виды Rubus. Можетъ быть, Rubus ulmifolius при будущихъ передвижешяхъ флоръ встретится съ однимъ или несколькими видами ежевики изъ соседнихъ областей. Тогда онъ, что едва ли возможно отрицать, приметь учасПе въ возникновеши но- выхъ видовъ Rubus. Но если, вследств!е какого-либо происшеств!я, все ежевики въ сопредельныхъ областяхъ были бы уничтожены и Rubus ulmifolius остался бы въ одиночестве, то изъ него, какъ и раньше, не произошли бы новые виды. Совершенно обособленный видъ можетъ тамъ, где климатичестя и почвенныя услов!я для него благопр!ятны, въ течен1е столетш размножаться безполымъ и половымъ способомъ, не претерпевая измбнешй, но не можетъ более играть роли при возникновеши новыхъ видовъ. Если же, наконецъ, и видъ, не участвующей уже более, вcлeдcтвie своего одиночества, въ возникновеши новыхъ видовъ, дол- женъ былъ бы погибнуть, что, при неоднократныхъ изменешяхъ климата и вы- званныхъ этимъ новыхъ пepeмeщeнiяxъ границъ распространешя растенш, вполне возможно, то это было бы равносильно вымирашю въ данной местности всего рода, последнимъ представителемъ котораго онъ оставался.
Сравнительныя изследовашя ископаемыхъ растительныхъ остатковъ показали, что вымиран!е отдбльныхъвидовъвстречается часто, вымиран!е же группъ, считаемы х ъ ботаниками за роды, наблюдается редко. Наибольшая часть растешй, остатки которыхъ сохранились изъ прежнихъ nepio- довъ въ ископаемомъ состояши, принадлежитъ родамъ, которые представлены и въ настоящее время. Только относительно видовъ мнопе изъ теперь живущихъ представителей отличаются отъ вымершихъ. Получается впечатлеше, что жи- вупце теперь заменяють вымерппе и что они взяли на себя ихъ роль. Замечательно также, что ископаемые остатки часто находятся въ совсемъ другихъ ме- стахъ, чемъ где живутъ въ настоящее время ихъ ближайппе родственники.
Для вымершихъ родовъ самые замечательные примеры представляютъ классы плауновъ и хвощей. Изъ растительныхъ родовъ, составляющихъ современное населеше земли, всего более подвержены опасности вымереть те, которые представлены только однимъ единственнымъ видомъ. Эта опасность усугубляется особенно въ томъ случае, если данный видъ встречается только въ одной единственной местности, какъ, напр., Welwitschia. Для рода Rhodothamnus, изъ котораго въ настоящее время живетъ только одинъ видъ, именно Rhodothamnus Chamaecistus, округъ распространешя котораго, однако, прерванъ большимъ про- странствомъ отъ восточныхъ Альпъ до Алтая или, иначе, разбитъ на два частныхъ округа, опасность вымереть менее сильна, такъ какъ можно предполагать, что даже въ случае, если этотъ видъ совершенно пропалъ бы, вследств!е климатиче-
скихъ условй, въ одномъ месте, то все же еще сохранились бы кусты на одной изъ другихъ, далеко отстоящихъ местъ, где едва ли одновременно происходили те же самый климатически изменешя. Другимъ примеромъ этого случая является родъ Loiseleuria, единственный известный представитель котораго, Loiseleuria рго- cumbens (Azalea procumbens) встречается въ высокихъ горахъ средней и южной Европы и затбмъ, после большого перерыва, снова въ арктической области.
Что касается вымершихъ видовъ, то ихъ число чрезвычайно велико. Каждая видовая группа, изъ коей известны какъ живупце, такъ и вымерппе виды, представляетъ тому поучительные примеры. Относительно живущихъ ныне ра- стешй принимаютъ, что существовашю эндемичныхъ формъ грозитъ наибольшая опасность или, другими словами, что они всего скорее могутъ подвергнуться вы- мирашю. Если бы на ограниченномъ пространстве юго-восточныхъ Альпъ, где обитаетъ самый знаменитый изъ эндемичныхъ видовъ, именно, Wulfenia Carinthiaca, наступили климатическ!я услов!я, не допускающ!я ни безполаго, ни половаго раз- множешя названнаго вида и не позволяются ему и выселиться, то Wulfenia Carinthiaca рано или поздно совершенно пропала бы съ лица земли. Отъ этого еще не угасъ бы родъ Wulfenia, такъ какъ въ Альбаши находится второй (Wulfenia Baltazzi), въ северной Сирш третш (Wulfenia orientalis) и на Гималаяхъ четвертый (Wulfenia Amherstia) виды этого рода. Такъ какъ и эти виды встречаются эндемично, то ихъ могла бы постичь та же участь, и тогда, действительно, вымеръ бы весь родъ Wulfenia. Но можно представить себе и такой случай, что изме- неше климата въ пределахъ юго-восточныхъ Альпъ имело бы следств!емъ не только не вымираше, но даже расширеше округа распространешя Wulfenia Carinthiaca, и что не было бы препятствья, какъ ныне, для странствования и пе- реселешя этого растешя. Тогда могло бы даже случиться, что живупце теперь въ столь удаленныхъ областяхъ четыре вида встретятся, скрестятся и произошло бы умножеше видовъ рода Wulfenia. Изъ этого примера видно, что нельзя быть, достаточно осторожнымъ въ предположешяхъ о будущей судьбе видовъ. Mnorie эндемичные виды, вероятно, приговорены къ вымирашю въ ближайшее время; но нельзя также отрицать возможности, что имъ суждено еще играть въ будущемъ важную роль.
Какимъ образомъ происходить замена вымершихъ видовъ и какъ получивппеся черезъ скрещиваше новые виды заступаютъ место своихъ производителей, было уже разсмотрено на стр. 554 и 555, и къ сделаннымъ тамъ сооб- щешямъ надо лишь еще добавить, что замещеше, когда оно наблюдается на ра- стешяхъ последовательныхъ геологическихъ перюдовъ, производить на наблюдателя впечатлеше, какъ будто бы видь переменилъ свою форму, и что оно разсматривалось въ то время, когда высокое значеше скрещивашя для возникно- вешя новыхъ видовъ еще не было познано, какъ явлеше, обусловленное непосред- ственнымъ вл!яшемъ меняющихся климатовъ.
Отъ полнаго вымирашя следуетъ отличать вымиран!е видовъ только въ отдельныхъ частяхъ округа распространен!я. Изъ многочи- сленныхъ данныхъ, имеющихся объ этомъ явлеши, часть касается намереннаго или ненамереннаг'о, произведеннаго людьми, уничтожешя, большая же часть относится къ случаямъ, где местное вымираше было вызвано естественными, независящими отъ вл!яшя людей, событиями. Неоднократно указывались растешя, ко-
К0Р0ЛЕВСК1Й ЦВЪТОКЪ НА ГОРЪ ЛОРЕНЩИ ВЪ КРАЙНЪ.
(Рис. съ натуры 1. Зрлосъ.)
Жизнь растешй. П.
торыя среди пределовъ теперь существующихъ флоръ кажутся какъ-бы забытыми постами и который, очевидно, представляютъ остатки флоры, когда то занимавшей данный край, но съ техъ поръ вытесненной и поселившейся въ соседнихъ мест- ностяхъ. Если это вытеснеше и переселеше было обусловлено климатическими изменешями, то понятно, что единичные виды или даже целыя сообщества могли тамъ и сямъ остаться на особенно благопр!ятныхъ, хотя и очень ограниченныхъ, мЪстонахождешяхъ, и тогда так!я островным местонахождешя кажутся какъ-бы оторванными отъ главнаго округа распространешя, занимающего по соседству обширное пространство. Замечательные примеры такихъ отношешй представляютъ , несколько видовъ растешй, ограниченные островными местообиташями въ юго- восточныхъ Альпахъ, какъ, напр., изображенный на приложенной цветной таблице „Королевсшй цветокъ на горе Лоренци въ Крайне“ Daphne Blagayana 1). Это растете встречается на склонахъ несколькихъ горъ вблизи Лайбаха въ Крайне. Пока флора Балканскаго полуострова еще не была ближе известна, царило мне- ше, что Daphne Blagayana имеетъ на названныхъ горахъ въ Крайне свое единственное местообиташе. Новейппя ботаничесшя изследовашя показали, однако, что эта Daphne имеетъ собственно на Балканскомъ полуострове, именно въ Босши п Сербш, свой главный округъ распространешя, и что местообиташе въ Крайне относится къ главному округу распространешя, какъ островъ, лежапцй впереди материка. Кто виделъ, какъ это замечательное растете въ Крайне встречается лишь въ несколькихъ тысячахъ кустовъ, и какъ на этихъ кустахъ, изъ-за невозможности автогамш и скудной посещаемости насекомыми, лишь крайне редко вы- зреваютъ плоды, тотъ согласится, что рядъ очень суровыхъ зимъ вызвалъ бы его полное вымираше въ Крайне. Въ главномъ округе распространешя на Балканскомъ полуострове оно, конечно, могло бы сохраниться безпрепятственно, даже еслибъ совершенно вымерло въ Крайне, такъ какъ невероятно, чтобы причины, вызыва- ющ!я цымираше въ маленькомъ округе въ Крайне, оказались действительными и для всехъ местообитанья на удаленномъ на 50 миль главномъ округе распространешя на Балканскомъ полуострове.#
Растете, представляющее весьма замечательное сходство въ распространеваи съ Daphne Blagayana, открыто въ самое последнее время въ Каринт1и. Тамъ на северномъ склоне Коральпы нашли на очень ограниченномъ месте въ дикомъ состояши Waldsteinia ternata, растете, очень распространенное въ горахъ центральной Азш, особенно на Алтае, появляющееся затемъ на сотни миль къ западу вь ограниченномъ округе на горахъ у Кронштадта въ Трансильваши, а теперь найденное, опять на мнопя мили къ западу, на очень ограниченномъ месте въ Каринтш, какъ бы на забытомъ посту. Если бы въ неблаАТцлятный годъ кусты на очень ограниченномъ местопребываши на Коральпе погибли, то Waldsteinia ternata пришлось бы вычеркнуть изъ членовъ Каринт1йской флоры ^.
х) Назваше королевскаго цвЪтка она получила отъ населешя Крайна потому, что король Фридрихъ Августъ Саксонскгй въ 1838 г. предпринялъ спеЩальное путешествхе въ Крайнъ, чтобы увидЪть этотъ рЪдюй видъ въ цвЪту на его ограниченномъ мЪстообиташи.
2) Изъ русскихъ „островныхъ“ растешй слЪдуетъ упомянуть о барбарисовомъ растеши Leontice altaica v. Odessana. Самое видовое ея назваше показываетъ, что оно водится исключительно въ столь удаленныхъ другъ отъ друга мЪстахъ, какъ окрестности Одессы и горы Алтая.Прим. пер. Г
Что явлешя, как!я мы здесь признали возможными и вероятными для Daphne Blagayana и Waldsteinia ternata, действительно совершаются, доказываю™ виды растешй, которые въ одной области очень распространенывъ качестве составныхъ членовъ царствующей въ настоящее время флоры, а въ другой флористической области встречаются только въ ископаемомъ состояли, и при томъ при обстоятельствах^ не допускаю- щихъ сомнешя въ томъ, что они тамъ когда-то действительно жили, но уже съ некоторыхъ поръ вымерли. Rhododendron ponticum, растение, образующее существенную составную часть флоры, развитой въ настоящее время около Чернаго моря, находится обособленно отъ этого главнаго округа распространешя на дале- комъ западе въ южной Испаши на ограниченномъ месте. Въ ископаемомъ состояши оно встречается и въ Альпахъ, особенно на южномъ склоне Зольштейн- ской цепи въ Тироле, въ верхнихъ слояхъ такъ называемой Геттинской брекчш. Это растете, следовательно, было когда-то распространено въ южной и средней Европе до 47° сев. шир. Въ южной Испаши оно еще на ограниченномъ месте, какъ на острове, сохранились въ живыхъ, въ Альпахъ же вымерло. Большое сходство представляю™ некоторый Juglandaceae, въ настоящее время являюпцяся составными членами лесовъ Северной Америки, а въ Европе находимыя лишь въ ископаемомъ состояши.
Результаты изследовашй по исторш отдельныхъ видовъ образую™, естественно, основаше для исторш всего растительнаго Mipa. Тогда какъ прежде из- следовашя ископаемыхъ остатковъ считались важнейшими источниками для такой исторш, ныне принимается во внимаше также и распространено живущихъ растешй, особенно эндемичнымъ и вкрапленнымъ островами въ чуждыя флоры придается огромное значеше. Въ особенности при изученш последнихъ перюдовъ исторш земли татя изслбдовашя видовъ эндемичныхъ и остающихся въ виде за- бытыхъ постовъ даютъ ценныя разъяснешя. Въ высшей степени поучительна въ этомъ отношенш часть центральной Европы, заключающая въ себе Австро-Венгрпс (см. приложенную „Флористическую карту Австро-Венгрш“). Тутъ сталкиваются четыре болыпихъ флористическихъ царства. Прибрежье Адрш населено характерною растительностью, называемою средиземною, для которой особенно характерны леса вечнозеленыхъ дубовъ, лавры, высотя заросли изъ миртъ, земля- ничнаго дерева, фисташекъ, древовидный верескъ, низтя заросли изъ ладанниковъ и губоцветныхъ. На севере эта флора встречается съ балт!йской, отличающеюся лесами изъ сосенъ и елей, зарослями вереска, черники и брусники. На востокъ простирается по низкой горной стране и широкимъ равнинамъ понт!й- ская флора, характеризуемая лесами дубовъ съ опадающею листвою (Quercus Austriaca) и луговинами изъ гвоздикъ, сложноцветныхъ, степныхъ злаковъ (Stipa, PoUinia). А высотя горы въ пределахъ какъ понтшской, такъ и балтшской флоръ одеты четвертою флорою, называемою альп!йскою, признакомъ которой должны считаться сосновый стланецъ, заросли рододендроновъ и ковры, въ кото- рыхъ основу составляю™ жесття осоки (Carex firma, curvula и т. д.). Последняя флора не распространена безпрерывной полосою, а представляв™ безчисленные перерывы. Между темъ какъ алылйскую флору можно сравнить съ архипелагомъ, три остальныя флоры походятъ па материки, впереди которыхъ местами лежа™ болыше и меныше острова. Этп включенные въ соседн!я флоры острова заслужи-
ваютъ особеннаго внимашя. Среди балтшской флоры, именно, встречаются на сол- нечныхъ, теплыхъ склонахъ горъ и въ глухихъ уголкахъ долинъ, вдали отъ современныхъ путей сообщешя и при обстоятельствах^ совершенно не допускаю- щихъ возможности поселешя въ новейшее время, напримеръ, на темныхъ, горя- чихъ серпентиновыхъ скалахъ въ нижней Австрш, да лёссовыхъ террасахъ и слан- цевыхъ горахъ по южному и восточному краю богемско - моравскихъ горъ, въ центре Богемш и къ западу вне границъ Австро-Венгрш, въ разсеянныхъ точкахъ до Гарца, далее въ области северныхъ и центральныхъ Альпъ отъ венской котловины до Баденскаго озера, особенно въ отдаленныхъ верхнихъ уступахъ долинъ Эча и Инна, частью единичные, частью соединенные въ сообщества виды растений, имеюпце въ настоящее время главный округъ своего распространешя въ южно-русскихъ степяхъ, въ Крыму и въ долинахъ Кавказа. По большей части эти растешя могутъ быть прямо названы степными, и если они суть остатки флоры, некогда простиравшейся въ средней Европе до Гарца, въ чемъ нельзя более сомневаться, то можно по праву сделать и тотъ выводи, что непосредственно передъ современными, характерными для балтшской флоры климатическими усло- в!ями въ указанной области царствовали степной климатъ съ сухимъ, жаркимъ летомъ. Есть полное основаше принимать, что и остатки различныхъ степныхи животныхъ (степной антилопы, степного сурка, степного дикообраза, земляного зайца, суслика), найденные въ средней Гермаши, происходятъ изъ этого времени, что эти животныя жили вместе съ степными животными и одновременно съ ними отступили, вследств!е изменешя климата, на востокъ. Когда совершались эти изменешя въ средней Европе, сказать трудно; достоверно лишь то, что продолжительность степного климата была безконечно долгою, что превращеше этого климата въ современный происходило лишь постепенно и что, соответственно съ этимъ, переселеше степныхъ растенш и степныхъ животныхъ въ занимаемую ими въ настоящее время область совершалось лишь очень медленно.
Такъ какъ вредное для составныхъ частей одной флоры обыкновенно выгодно для видовъ соседней флоры, то переселешя и странствовашя растенш представляются, собственно, перемещешями границъ распространешя. Какъ только составным части одной флоры, вследств!е климата, ставшаго для нихъ неблаго- пр!ятнымъ, отступаюти, ихъ место занимается теми составными частями соседней флоры, для которыхъ какъ разъ этотъ измененный климатъ особенно полезенъ. Въ выше разсмотренномъ случае было неизбежно, что одновременно съ отступле- шемъ степной, иначе, понтшской флоры проникали составным части балтшской флоры, которыми всего более нравитсм сравнительно прохладное, влажное лето. Происхождеше этихъ балтшскихъ растенш мсно; они пришли изъ тГхъ сопредель- ныхъ областей, где благопр1ятныя для нихъ климатичесшя услов!я существовали уже раньше, следовательно, изъ тогдашнихъ прибрежныхъ краевъ и съ техн горъ, куда степная флора не поднималась. Надвигаясь изъ прнбрежнаго климата и спускаясь съ горъ, эти растешя какъ бы возвращались только въ область, где уже прежде когда то обитали и откуда въ свое время были вытеснены понтшскою степною флорою. Иными словами, раньше царствовашя понтшской флоры въ долинахъ и низменностяхъ средней Европы была развита флора, чрезвычайно похожая на современную флору, называемую балтшскою. Какъ долго балтийская флора передъ вторжешемъ понИйской занимала те края, где она после отступленш
понтшской снова стала царить, нельзя определить даже приблизительно. Съ достоверностью, однако, установлено, что она во время наибольшаго распространевая ледниковъ въ средней Европе еще не существовала и что ея первое вторжен!е въ эти края могло происходить лишь после отступлешя болыпихъ ледниковъ.
Во время наибольшаго распространешя ледниковъ вместо столь характер- ныхъ для балпйской флоры лесовъ изъ елей и сосенъ и обширныхъ зарослей дрока и вереска обитали низгая альпшсшя растешя, совокупность которыхъ мы, для краткости, назовемъ альпшскою флорою. Прежде у ботаниковъ царило мнете, что эта замечательная флора во время наибольшаго распространешя ледниковъ распространялась въ виде потока изъ арктической области къ югу. Этот взглядъ, однако, не соответствует добытымъ въ новейшее время фактамъ. Старое мнете основывалось на злосчастномъ заблужденш, что флора арктической области тождественна съ флорою альшйской зоны средне- и южно-европейскихъ высокихъ горъ. Если сравнивать арктическую флору съ альпшскою только по книгамъ и гербар!ямъ, тогда, правда, можно поддаться искушетю и поверить въ тесную связь растительности высокаго севера и альшйской флоры, потому что не малое число видовъ, действительно, свойственно обеимъ флористическимъ областямъ и отсутствуете только въ настоящее время въ обширной области, вдвигающейся между Альпами и арктическою областью. Но какъ разъ изъ этихъ видовъ растеши большинство принадлежите въ Альпахъ къ самымъ редкимъ и они встречаются тамъ лишь на единичныхъ, ограниченныхъ местахъ на черной земле, въ торфяникахъ и у холодныхъ ключей. Наверное, не мало ботаниковъ, изъ года въ годъ направляющихся въ Альпы, чтобы собирать растешя, подни- маюпцяся тамъ на все низк!я и высок!я вершины, обыскивают самые глух!е утолки долинъ, хорошо знакомы также съ альшйскою растительностью и все же не видели въ живомъ состояши Saxifraga cernua, Betula папа, Juncus arcticns и castaneus и не мало другихъ видовъ, которые въ арктической флоре очень распространены, а въ нашихъ Альпахъ очень редки. Если же, наоборот, ботаникъ, познакомившейся основательно на месте съ арктическою флорою, въ первый разъ попадет въ наши Альпы, то его глазамъ открывается совершенно новый м!ръ. Не только число обитающихъ въ альшйскомъ поясе видовъ гораздо больше, чемъ на высокомъ севере, но и составъ обеихъ флоръ совершенно различенъ. Какъ разъ т6 виды, которые въ нашихъ Альпахъ всего больше выделяются массовымъ произрасташемъ, которые тамъ составляют основу растительныхъ сообществъ, злаки и осоки, образующее, смыкаясь безчисленными кустами, обширные ковры, насаждешя изъ стелящихся сосенъ, зеленой ольхи и ирги, заросли изъ рододен- дроновъ (альшйскихъ розъ), ковры изъ низкихъ, прижатыхъ къ почве древесныхъ растенш (Rhamnus puraila, Daphne striata, Salix retusa, Jacquiniana) и еще мнойе Apyrie виды, являющееся характерными формами на скалахъ и розсыпяхъ и соста- вляюпце несравнимую красу нашихъ горъ, даже самые популярные, на ряду съ „альшйскими розами“, эмблемы нашей альшйской флоры, Valeriana Celtica, Meum Mutellina, Primula Auricula, Artemisia MuteUina и эдельвейсъ (Gnaphalium Leonto- podium), чужды арктической флоре. Альшйск1е виды более 50 родовъ совершенно отсутствуют въ арктической флоре, а изъ многихъ другихъ родовъ обе области, хотя и имеют несколько общихъ видовъ, но какъ разъ техъ, которые столь характерны для альшйской флоры, мы напрасно стали бы искать на севере.
Выло бы совершенно неразумно верить, что такая флора переселилась изъ арктической области въ наши Альпы, и гораздо больше основаны принимать, что бедная флора арктической области отчасти произошла съ высокихъ горъ южныхъ широтъ.
Изучеше распространешя альшйскихъ видовъ и родовъ, къ которымъ они относятся, показало, что некоторый алыпйсшя растешя снова появляются въ высокогорномъ поясе Карпатъ, на Кавказе, на Алтае, даже на Гималае, и, основываясь на этихъ данныхъ, можно бы выставить гипотезу, что наша альшйская флора происходить съ востока, что она во время дилюв!я выселилась изъ Гималаи и съ Кавказа въ восточный Альпы. Положимъ, тотъ, кто производить подобный же изслйдовашя надь альшйской флорою Кавказа или Гималаи, могъ бы, основываясь на тйхъ же фактахъ, принять, что разматриваемыя растешя попали туда изъ Альпъ. Я думаю, что съ такими гипотезами мы вертимся въ заколдованномъ круге, не приближаясь къ желанной цели. Если требуется ответить на вопросъ, какого происхождешя растешя, населившая послй великаго дилюв!альнаго ледниковаго времени снова освободившуюся отъ ледниковъ и снего- выхъ полей страну, то нечего искать такъ далеко. Стоить только вспомнить, что и въ перюдъ передъ наибольшимъ распространешемъ ледниковъ на более высокихъ горахъ нашихъ Альпъ должна была существовать какая-либо флора, и что эта флора, вслйдств!е климатическихъ переменъ, вызвавшихъ оледенеше, изъ высшихъ горныхъ поясовъ подвинулась въ более низше пояса и въ предгорья. Въ третичное время уменьшеше температуры съ высотою, наверное, существенно не отличалось отъ того же явлешя въ настоящее время. Рельефъ Альпъ въ мюценовое время не отличался отъ современнаго, а въ эоценовое время, и даже въ новййшй меловой перюдъ Альпы были уже значительною горною страною, отчасти, вероятно, высокими горами. Известковыя Альпы имели свои фьорды, центральные массивы, глубоко врезанныя поперечный долины. Растительность, одевавшая нижше склоны горъ, не могла быть тождественною съ таковою более высокихъ поясовъ, а должны были быть развиты, какъ въ современный пер!одъ, несколько расположенныхъ одна надъ другою флоръ. И ледники, надо полагать, простирались подъ широтою 46—48° на высоте 3000 м. надъ моремъ въ самыхъ высокихъ котловинахъ горъ, и притомъ уже на незначительномъ разстояши въ 50 км. отъ прибрежья и при разнице въ годовой температуре въ 8—10 градусовъ. Если въ самомъ верхнемъ отделе шоцена въ юго-восточной Европе на отрогахъ Альпъ у края венской котловины существовали леса изъ лавровыхъ деревьевъ и миртовыхъ, то это еще не исключаетъ того, что на венскомъ Шнеберге, на Рокс- альпе и Гохшвабе въ то же время была развита альшйская флора. Крайнскы Шнебергъ, севернее Кварнерскаго залива, достаточно свидетельствуетъ, что даже горы высотою всего въ 1800 м. надъ моремъ могутъ питать у поднож!я лавровый деревья и вечнозеленые дубы, а на своихъ вершинахъ альшйскую растительность. Извйстные намъ ископаемые остатки мюценовой флоры все найдены въ низмен- ностяхъ, представляютъ поэтому только растешя холмовъ и предгоры, и по нимъ нельзя делать заключены о растительности более высокихъ поясовъ. Поэтому съ полнымъ правомъ можно принять, что большинство альшйскихъ видовъ жило уже въ м!оценовый перюдъ на высотахъ нашихъ Альпъ, и что альшйская флора оттуда неоднократно вторгалась въ более низше пояса, но всегда опять возвра-
щалась назадъ. Что альшйская флора при этомъ претерпевала различный изме- нешя въ своемъ составе, понятно само собою. Неизбежное при передвижешяхъ смешеше альшйскихъ видовъ съ видами смежныхъ флоръ давало поводъ къ скре- щивашю и, поэтому, къ образованно новыхъ видовъ, изъ коихъ часть, наверное, была приспособлена къ измбненнымъ климатическимъ услов!ямъ, а потому могла сохраниться. Некоторый же изъ жившихъ уже въ мюценовое время на нашихъ Альпахъ растеши тамъ вымерли или сохранились только въ ограниченномъ пункте, какъ упомянутая на стр. 682 Wulfenia Carinthiaca въ Каринтш и Rhizo- botrya alpina на Фассанскихъ Альпахъ въ Тироле. Съ другой стороны, некоторые виды, раньше не живппе въ высокогорномъ поясе, могли примкнуть къ возвращающимся изъ низменности. Последнее относится особенно къ большинству техъ видовъ, которые теперь являются общими для арктической и современной альшйской флоръ. Представимъ себе альшйскую флору во время наибольшаго распространешя дилюв!альныхъ ледниковъ выдвинутою до северной Гермаши. И съ севера обширные ледники подвинулись далеко къ югу и вызвали передвижеше обитавшей въ третичное время на скандинавскихъ горахъ флоры къ югу до северной Гермаши. Здесь, следовательно, должны были встретиться северные и альшй- ск1е виды и, когда позже климатъ сделался опять более мягкимъ, произошло отстунаше переселившихся внизъ растешй, съ одной стороны, въ северномъ направлены, съ другой, по направленно къ Альпамъ. При этомъ случае некоторые виды, отсутствовавшие раньше въ скандинавскихъ горахъ, попали на северъ, а друпе, отсутствовавшие раньше въ Альпахъ, попали на югъ въ пределы Альпъ. Этому времени мы и обязаны нахождешемъ несколькихъ арктическихъ видовъ, напр., Alsine stricta, Saxifraga Hirculus, Pedicularis Sceptrum, Statice purpurea, Salix depressa, Betula humilis и Juncus stygius, которые распространены на лежащей впереди Альпъ равнине въ Зальцбурге и Бавары, но не попали въ альпы- скы поясъ, а остались у севернаго края горной страны.
Что же касается замечательныхъ, выше упомянутыхъ отношений альшйской флоры Альпъ къ таковой въ Карпатахъ, на Кавказе, на Алтае и Гималае, равно какъ на Пиренеяхъ, Абруццахъ, Динарскихъ горахъ и на Балкане, то ихъ нельзя объяснить одними только услов!ями и явлешями въ дилюв!альное время. Геологи указывають, что первое оледенеше Альпъ не моложе, а, можетъ быть, даже старше третьяго яруса мюцена (такъ называемаго Конгер1еваго яруса) юговостноч- ной Европы, и что въ течете этого перюда нечего и думать о соединены высокогорной флоры нашихъ Альпъ съ таковою Карпатъ и Балканъ, не говоря уже о болбе отдаленныхъ восточныхъ и южныхъ горахъ, даже въ томъ случае, если принять, что альшйская флора низко спускалась въ восточномъ направлеши. Да и высокогорный флоры едва ли встречались по западно-восточному и североюжному направлешямъ. Поэтому, если въ Альпахъ после отступашя ледниковъ къ снова возвращающимся въ верхше пояса видамъ альшйской флоры примкнули друпе виды, то это были виды предгоры, изъ коихъ мнопе безъ вреда переносить альшйскы климатъ и еще теперь въ болыпомъ количестве неделимыхъ встречаются, какъ въ самыхъ нижнихъ долинахъ, такъ и на высотахъ нашихъ Альпъ. Erica carnea, Globularia cordifolia, Biscutella laevigata можно проследить отъ прибрежья Адры, отъ береговъ озера Гарда и отъ низкихъ высотъ по краю венской котловины вверхъ до альшйскаго пояса и ихъ можно бы считать пред-
ставителями такихъ растеши, которыя после последняго дилктальнаго ледниковаго времени поселились въ альшйской зоне.
Если общность флоръ на хребтахъ и гребняхъ упомянутыхъ горъ, сближен- ныхъ по направлен!ямъ съ запада на востокъ и съ севера на югъ, не можетъ быть объяснена на основанш явленш дилюв!альнаго времени, то надо обратиться къ более раннему времени, когда разъединенныя ныне высок!я горы были между собою соединены или когда все же имелась возможность смешешя и обмена видовъ растенш при обусловленныхъ климатическими изменешями передвижешяхъ, Передъ вступлешемъ перваго мюценоваго моря черезъ Сербгю въ Венгр1ю и Австрию Бакони-Вальдъ былъ связанъ съ южными известковыми Альпами; вершины высотою съ Гросглокнеръ поднимались тамъ, где ныне торчатъ лишь низшя горки надъ отложетями мюценоваго моря, и были, наверное, покрыты также альпшскою флорою. Не было тогда недостатка и въ мощныхъ, несшихъ алтайскую растительность горныхъ хребтахъ между Альпами и Карпатами. Ташя показашя гео- логовъ, конечно, очень ценны для объяснешя близкихъ отношенш альшйской флоры въ восточныхъ Альпахъ къ таковой же Карпатъ; но существовашя такихъ высокогорныхъ хребтовъ все еще не достаточно для объяснешя тождества альшй- скихъ видовъ, кореннаго родства и замечательнаго нахождешя и переплеташя границъ распространен^ альпшскихъ растенш на горныхъ хребтахъ располо- женныхъ рядами по направлешямъ съ запада на востокъ и съ севера на югъ. Въ то же время должно было существовать и побуждеше къ смешение, причина перемещешя границъ. Но такими причинами могли являться только климати- чесшя изменешя, и притомъ коренныя, вызвавппя одновременно движете альшйскихъ растенш внизъ и потомъ снова одновременное ихъ отступите какъ на однихъ такъ и на другихъ горахъ, изменешя климата, выразивппяся на соответственно высокихъ и обладающихъ подходящимъ рельефомъ горахъ также въ обра- зоваши и выдвигаши, а после въ отступаши ледниковъ.
Въ самыхъ различныхъ пластахъ нашей земной коры находятся отложешя, производящая впечатаете мореннаго щебня и непредубежденными геологами при- знаваемыя за ледниковыя отложешя. Поэтому полное основаше имеетъ гипотеза, по которой не только въ дилюв!альное время, но и въ третичное и, вообще, во все различаемые геологами перюды происходило попеременно надвигаше и отступите ледниковъ. По моему мнешю, всюду и во все времени пер!одическое ниступлен!е холодниго и сырого климатн, вырнжавшееся въ под- ходящихъ местихъ въ ннростян1и ледниковъ,предстнвляло толчокъ къ переселешямъ и происходя щимъ при этомъ скрещиван1ямъ и новообрязовашямъ, ривно какъ и къ частичному вымиришю ристи- тельныхъ видовъ, а потому и къ перемещен!ю, смене и превращена флоръ въ последовательныхъ геологическихъ пер!одахъ. Вы- сотая горы при этомъ играли важную роль. Оне представляли неистощимый питомникъ для заселешя растешями болбе низкихъ поясовъ и примыкающихъ низменностей. На ихъ склонахъ имеются, такъ сказать, въ запасе растешя для всехъ климатовъ: на случай слабаго охлаждешя, растешя нижняго лесного пояса, на случай охлаждешя средней степени, растешя верхняго лесного пояса, вплоть до растительности, довольствующейся у самой границы вечнаго снега тепломъ около 50 безснежныхъ дней въ году. И какъ съ усилешемъ холода и влажности Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растетй, т. П.44
растешя шагв за шагомъ спускаются и распространяются въ низменностяхв, такъ при увеличеши тепла и сухости они могуть отступать на высоты. Нечего и объяснять, что растительный м!рв при этомъ наступаши и отступаши строго сле- довалъ и еще следуетв за наросташемв и стаивашемв ледниковв.
О причинахъ перюдическихв оледененш царили въ различный времена очень различный представлешя. Несколько выдающихся современныхъ ученыхъ считали возможнымъ видеть причину въ изменешяхв эксцентричности земной орбиты. Сильная эксцентричность сопровождается значительными охлаждешемъ, а малая эксцентричность увеличешемв тепла. Одинъ пер!одъ значительной эксцентричности, какъ указываю™, начался около 240,000 л4тъ до нашего исчислешя и продолжался 16,000 ле™. Точно также болышя эксцентричности, существо- вавппя 850,000 и 2,500,000 ле™ до нащего летоисчислешя, вызывали неоднократный оледенешя. Друпе основываю™ свое объяснеше на измененш положешя полюсовъ. Хотя не мало можно возразить противъ такого объяснешя, но некоторый явлешя въ Mipi растенш всего лучше согласуются съ этими обвяснешемъ. Таки, особенно, доказанное многочисленными ископаемыми остатками нахождеше громадныхъ широколистныхи растенш вв арктической области вв мюценовое время, вн меловое время и вв каменноугольный перюдв. Вн мюценовый и и меловой першдв вн северной Гренландш, Гриннелляндш, Исландш и на Шпицбергене росли тюльпанный деревья, магнолш, липы, чинары, хлебныя деревья и кувшинки. Все эти растешя тамв вн настоящее время не могуть больше рости по двумв причинами. Во первыхв, царствуюпця тами услов!я освещешя не допустили бы здороваго ихв развитая, а во вторыхв, тами не хватаетв необходимаго для сильнаго роста тепла. После того, каки известнейшие современные геофизики высказались противв принятая огненножидкой внутренности земли, нельзя более необходимую для произрасташя громадныхв чинаровв, магнолш и хлебныхв деревьевв высокую температуру ставить вн связь си содержимыми земли. На- противв, нахождеше крухшолистныхв деревьеви вн северной Гренландш, Гриннел- лянде, Исландш и на Шпицбергене хорошо объясняется допущешемв, что вн то время точка, ныне составляющая северный полюсв, имела другое положеше, а потому подвергалась иному освещенью и нагревашю солнечными лучами.
Для исторш растенш передв эоценовыми и меловыми перюдами изследовашя пади распространешемв ныне живущихв растенш не даютв никакихв указан!й, и вн этомв отношенш приходится основываться лишь на сохранившихся изв техн древнихв перюдовн ископаемыхь остаткахв. Последшя, кв сожалешю, сравнительно скудны и составляют, наверное, лишь незначительную часть видовв растешй, жившихв передн меловыми временемв. Изн этихв остатковв, однако, ясно вытекаетн два факта. Во первыхн, что тогда не было ни одного класса растешй, который не были бы представленв и ныне, а во вторыхн, что некоторые очень выдающееся роды известныхв классовн вымерли и заместились другими родами этихв классовн. Особенно следуете отметить вн этомн отношенш принад- лежапце кв каменноугольному перюду древовидные плауны и относящееся кв хвощамв каламиты, которые вв каменноугольное время должны были образовать болыше леса. Всего более поражают остатки странныхв каламитовв камен- ноугольнаго перюда, если они были находимы вв местахв, где ныне почву покрываютв низшя травы, мхи и лишаи и где земля вв течеше трехв четвертей
года покрыта снегомъ, какъ это наблюдается на Новой Земле, Шпицбергене и на Медвежьемъ островб. И въ пределахъ Альпъ н4тъ недостатка въ такихъ пора- жающихъ контрастомъ местахъ. Однимъ изъ любопытнейшихъ является маленькая горная долина Гшнитцъ въ Тироле, где я уже мнопе годы провожу лето. Домъ, въ которомъ я тамъ живу и где я написалъ большую часть „Жизни растешй", лежитъ на высоте 1215 м. на дилюв!альной морене среди долины. Ледники, обра- зовавппе морену, отступили на 15 км. и замыкаютъ ныне долину. На моренномъ щебнб дилюв!альнаго происхождешя поднимаются теперь сосновые и еловые леса, можевельникъ и вересковый заросли, т. е. характерные члены балтшской флоры. На 600 м. выше древняя растительность прекращается и обширные альшйсше луга, чередуясь съ насаждешями рододендроновъ и коврами изъ Azalea procumbent я ползучихъ ивъ, покрываютъ склоны и, хребетъ горъ. На одномъ изъ этихъ хребтовъ, Штейнахерюхе, выступаютъ наружу на высоте 2200 м. темные пласты сланца, на которыхъ поселились альп!йск!е лишаи и мхи и которые местами покрыты также камнеломками и первоцветами. Если отколоть одну изъ такихъ сланцевыхъ пластинокъ и посмотреть на ея нижнюю сторону, то, къ немалому удивленно, мы находимъ ла ней отпечатки каламитовъ и громадныхъ папоротниковъ жаменноугольнаго перюда. Сколько разъ менялся съ техъ поръ, когда тутъ высились каламитовыя рощи, растительный покровъ! Не разъ местонахождеше каламитовъ составляло дно моря, въ которомъ поднимались коралловые рифы, насаженные теперь въ виде бледныхъ доломитовыхъ шапокъ на старый темный сланецъ, не разъ тутъ росли лиственные и хвойные лбса съ высокими кронами, ле разъ эти лесныя насаждения снова уничтожались и пропадали; мощныя ледя- ныя массы заполняли всю долину, и первоцветы, камнеломки и горечавки выросли на отложенномъ ледяными потоками мореновыхъ наносахъ.
Растете и челов^къ.
Полезный растен!я. — 2. Живыя растен!я и ихъ части, употреб- ляемыя какъ украшеше. — 3. Сады. — 4. Растете—сюжеть для искусства.
I. Полезный растен!я.
Содержав!е: Техничесгая растешя. — Вкусовыя и питательный вещества растительнаго происхождения. — Кормовыя растешя—пища домашнихъ животныхъ. — Растешя, употреб" - ляемыя какъ лекарство и суеверными людьми для цЬлей колдовства.
. Техн и честя растешя.
Число известныхъ доселе растительныхъ видовъ въ настоящее время дости- гаетъ приблизительно 150,000, изъ которыхъ, примерно, 50,000 приходятся на долю споровыхъ, а 100,000—на долю цветковыхъ растенш. Эти 150,000 видовъ распределены крайне неравномерно въ различныхъ поясахъ и местностяхъ нашей планеты. Обширныя равнины, болотистыя луга и небогатыя водою низменности обыкновенно заселены очень бедной флорою, т. е., число представителей растенш крайне не велико по сравненш съ пространствомъ данной местности; напротивъ^ горныя страны и, преимущественно, горы более теплыхъ областей, особенно обращенный покатостями къ морю, обнаруживают очень богатую флору. Такъ, напр., на обширныхъ низменностяхъ северной части европейской Poccin насчитывается едва 1,000 видовъ цветковыхъ растенш, между тбмъ какъ въ Грецш, на такомъ же пространстве, ихъ известно въ 6 разъ больше. На ограниченномъ пространстве^ неизменно занимаемомъ населешемъ, живущимъ насчетъ землед4л!я и скотоводства, среднимъ числомъ, при обычныхъ услов!яхъ, приходится до 2,000 различ- ныхъ цветковыхъ растенш на квадратный километръ.
Изъ этихъ 2,000 цветковыхъ растенш населеше различаетъ лишь весьма малую часть. Если спросишь о названш даже очень заметнаго на глазъ растешя,. то получишь ответъ, что это растете не имбетъ назвашя, такъ какъ оно ни къ чему не употребляется. Масса населешя интересуется, главнымъ образомъ, только растешями, приносящими человеку посредственную или непосредственную, мнимую или действительную пользу. И такъ было всегда.
„Прежде всего необходимое, потомъ полезное и затЬмъ уже пр!ятное“. Это правило постоянно применялось въ исторш отношенш человечества къ раститель-
ному Mipy. Такъ было у всбхъ народовъ и во веб эпохи. Интересъ къ растительному Mipy, основанный на этическомъ наслажденш, можетъ появиться лишь тогда, когда обезпечены практическая нужды жизни, и потому веб народы во вебхъ странахъ прежде всего обращали внимаше на растешя, находящаяся въ связи съ жизненными потребностями, а у народовъ съ болбе высокою культурою сдблавппяся предметомъ особой отрасли промышленности. Эти растешя обыкновенно называются техническими. ,
Выдающуюся роль играютъ тб изъ нихъ, который находятъ въ общежитш примбнеше, благодаря своимъ физическимъ качествамъ, и употребляются для постройки безопасныхъ жилищъ и какъ горюч!й матер!алъ. Это дерево. Само собою разумбется, что въ каждой местности употребляется такое дерево, которое растетъ тамъ, и число употребляемыхъ въ дело древесныхъ породъ равняется числу древесныхъ породъ вообще.
Тамъ, где древесныхъ зарослей вообще нбтъ, какъ, напр., въ степяхъ и въ лишенныхъ леса горныхъ областяхъ, употребляютъ, какъ горючи матер!алъ, сушеный навозъ или засохппе стебли многолбтнихъ травъ и хворостъ, или же туда ввозятъ строевой лбеъ и дрова изъ сосбднихъ лбсистыхъ местностей. Въ высоко-цивилизованныхъ странахъ деревья и кустарники являются предметомъ тщательной культуры, и такимъ образомъ развилась особая отрасль знашя,—лесоводство. Съ точки зрбшя науки о лбеномъ хозяйстве—по строешю древесины, по толщине клбточныхъ стбнокъ, по удбльному весу и т. п. различаюсь мягкое и твердое дерево. Къ первой категорш относятся веб хвойныя, липы, тополи, ивы, березы, ольхи и конскй каштанъ, ко второй—клены, букъ, грушевое дерево, настоящш каштанъ, дубъ, ясень, орбшникъ, чинаръ, вишня, грабъ, акащи, кизилъ, каркасъ, вязъ, самйтитъ, палисандровое, гуаяковое и железное деревья. Каждое изъ этихъ деревьевъ имбетъ, соответственно своимъ спещальнымъ качествамъ, особое примбнеше въ технике. Мягк1я деревья имбютъ сравнительно небольшую ценность, какъ горючи матер!алъ, твердый деревья, напротивъ, даютъ много тепла и очень прочны; богатыя смолою мягк!я хвойныя деревья, благодаря своей способности раскалываться на щепки, даютъ растопку; для желбзнодорожныхъ шпалъ преимущественно употребляется лиственница; для бочекъ—дубъ, для мачтъ,—пихта, для комнатныхъ половъ—сибирски кедръ, для крановъ къ бочкамъ—тиссъ, для тросточекъ и резьбы по дереву—самшитъ, для спичекъ—тополь и, больше всего, осинат); для дековъ скрипокъ употребляется дерево одного уродства ели, называемаго „Haselfichte"; на обручи и колеса идутъ береза и орешникъ, на токарныя работы— преимущественно твердый лесъ—груша, кизилъ, кленъ, тиссъ и палисандровое дерево; для кегельныхъ шаровъ употребляется самая тяжелая изъ вебхъ древесинъ,— такъ называемое, Lignum sanctum (священное дерево), представляющее древесину Guajacum officinale; на фанеру мебели идетъ ореховое дерево, ясень, кленъ, красное дерево (Swietenia Mahagoni), эбеновое (Diospyros Ebenum), палисандровое (Jacaranda Brasiliensis); для издблiй употребляется твердое дерево бука и кленовъ, для приготовлешя пороха и рисовальнаго угля идетъ преимущественно такое дерево, въ которомъ мало неорганическихъ веществъ, именно липа и крушина
х) Нисколько л^гъ тому назадъ въ Олонецкой губерши вырубили на спички осиновый лЪсъ въ 10,000 десятинъ.Прим. перев. Г.
(Rhamnus Frangula); на корзины и плетешя идутъ некоторые сорта ивъ (Salix viminalis, rubra, acutifolia и т. д.), на тросточки—главнымъ образомъ, ор'Ьшннкъ, для дудокъ—Prunus Mahaleb, для щетокъ—береза, для закупорки бутылокъ—пробка некоторыхъ сортовъ дуба, главнымъ образомъ, пробковаго дуба (Quercus Suber).
Въ нЬкоторыхъ бедныхъ л£сомъ мЬстностяхъ древесина заменяется тростни- комъ. Этотъ тростникъ употребляется не только для покрышки хижинъ и для огораживашя ихъ, онъ идетъ на топливо и даже на мощеше дорогъ, заменяя въ этомъ случай щебень, а въ местностяхъ, где особенно пышно развивается бамбукъ, его употребляютъ для разнообразнейшихъ целей, вполне заменяя имъ дерево. Такъ, напр., въ Япоши онъ играетъ особенно выдающуюся роль—некоторые сорта бамбука употребляются тамъ для легкихъ построекъ, трубчатыхъ мостовъ и тому подобныхъ сооружены. При этомъ случае необходимо вспомнить и о применены растены для выделки цыновокъ, набивки матрацовъ, и пользованы расте- шями, какъ связочнымъ матер!аломъ, такъ, напр., въ садоводстве привязываютъ растешя къ шестамъ, причемъ пользуются въ некоторыхъ странахъ прутьями изъ ивы, лозами л!анъ (напр. ломоноса Clematis Vitalba), а подъ тропиками для этой цели употребляются также сорта тонкоствольныхъ ротанговыхъ пальмъ (виды Calamus). Сосудистые пучки многихъ пальмъ (Chamaerops humilis) подобнымъ же образомъ употребляются вместо веревокъ подъ назвашемъ Grin d’Afrique, а лубяная часть сосудистыхъ пучковъ липы даетъ всемъ известное лыко. Изъ этого лыка плетется рогожа, которая въ Россы употребляется, главнымъ образомъ, для приготовлешя лаптей. Впрочемъ, она представляетъ уже переходъ кътканямъ ^
х) На приготовлеше лыка употребляется липовая кора деревьевъ, имеющихъ отъ */2 до Р/г вершковъ д!аметромъ. При помощи железнаго крючка (кадача) со срубленнаго весною деревца снимается кора. Только мяггай, тонкш лубъ идетъ на лыко, верхшй же слой снимается ножемъ. Лыко режется на ленты, шириною въ полъ-вершка, и связывается въ пучки по 60 штукъ (ноша). Крупное лыко вяжется по 30 штукъ (полуноша) и ценится более чемъ вдвое дороже. Длина лыка большею частью 3 аршина. Сдирка лыка производится обыкновенно въ самомъ лесу, но нередко крестьяне привозятъ съ собою домой целые стволики (лутошки) и сдираютъ кору дома. Полученное такимъ образомъ лыко называется дранцемъ.
На пару лаптей нужно 12 лыкъ, и следовательно, губится 3—4 деревца. Статистически вычислить производство лаптей невозможно. Въ селе Смирнове (Ардатовск1й уЬздъ, Нижегородской губерши) этимъ промысломъ занимается до 300 человекъ, причемъ каждый за зиму изготовляетъ до 400 паръ лаптей. Въ селе Семеновскомъ, близь Кинешмы, работаютъ на 100,000 руб. лаптей; село Мыть (Шуйскаго уезда) отправляетъ въ Москву 500,000 паръ лаптей.
Более крупное лыко идетъ на приготовлеше мочала. Для приготовлешя мочала дерево срубаютъ поздней весною и раннимъ летомъ и делаютъ на коре круговые надрезы на разстояши бу4 аршинъ (длина мочалы). Затемъ делается продольный разрезъ и коровая трубка снимается руками или деревянной заостренной лопаточкой. Одинъ человекъ въ состояши оголить до 15 деревьевъ въ день. Затемъ, сквозь подчасъ густой лесъ, на особомъ „волоке" доставляютъ кору на место мочки — мочище. Волокъ — незатейливый экипажъ, употребляемый иногда и въ Олонецкой губерши при переезде черезъ болотины; онъ состоитъ изъ двухъ тонкихъ еловыхъ жердинъ съ перехватомъ по середине. Въ переднюю часть, какъ въ оглобли, впрягается лошадь, на перехватъ кладется кора (или лее садится человекъ). Мочищемъ служатъ лесная речка, озеро или просто глубокая яма въ болоте. Мокнетъ кора 1^2—3 месяца. При этомъ наружный слой отделяется, самый же лубъ распадается на мочало. Выбирать мочище и собирать потомъ мочало надо со сноровкою, хотя ею въ общемъ и не хитрое дело. Изъ одной липы среднихъ размеровъ (4 вершка тол-
Исходнымъ матер!аломъ для тканей являются волокна, который частью пред- ставляютъ волосатый покровъ плодовъ и сЬмянъ, частью оказываются лубянымъ покровомъ сосудисто-волокнистыхъ пучковъ въ стебляхъ и листьяхъ. Добываше первыхъ не сопряжено съ особенными трудностями, послЬдше же необходимо предварительно отделять отъ связанныхъ съ ними тканевыхъ частей живого растегая, чего достигаю™, заставляя эти части ткани быстро гнить, вслЬдств1е чего легко отделяются отъ нихъ упрупя, трудно загниваюпця волокна. Этотъ процессъ называется вымачивашемъ. Къ первой категорш относятся волоски съ с^мянь шерстяныхъ деревьевъ (Eriodendron), растительный шелкъ (Asclepias) и, въ особенности, хлопчатникъ (Gossjpium), который принадлежитъ къ семейству
щины внизу и 4 саж. длины) получается до 15 фунтовъ мочала. Работая 2 месяца при срубке и мочке, одинъ месяцъ при вынутш изъ мочища и 1 месяцъ при перевозке, 2 человека и лошадь заготовляютъ 280 пудовъ мочала.
Для тканья рогожъ изъ мочала устраиваются въ крестьянскихъ избахъ особые станки, въ которыхъ помещаются берда, состояния изъ ряда плоскихъ деревянныхъ зубь- евъ, вставленныхъ вверху и внизу въ деревянные же прямые бруски. Ткутъ двое, трепй разделяетъ мочало на ленты и сортируетъ на основу и утокъ; на основу идетъ лучшее мочало. Втроемъ соткутъ за день 20 рогожъ или сошьютъ 15 кулей. Сорта рогожи въ Ветлужскомъ крае: 1) таевка, самая легкая и прочная, идетъ на брезенты; 2) пару- совка— идетъ на паруса для белянъ (волжсгая баржи), ниже сортомъ, но больше размерами; 3) полуторная и 4) тол стопрядка идутъ на подстилку и, наконецъ, 5) мелкая. Изъ пуда выходить 5—12 рогожъ. Кули различаютъ: тяже л ый на 9 пудовъ ржаной муки, легк!й или нижникъ на 5 пудовъ и средней. Изъ пуда мочала получается 5—7 кулей. Двойной куль состоять изъ двухъ нижниковъ.
Въ Вятской губерши на мочало срубается ежегодно около 500 тыс. деревъ, выделы- ваютъ ежегодно 900 тысячъ кулей и 600 т. рогожъ съ общею затратою 340 тысячъ рабо- чихъ дней. Въ Ветлужскомъ и Варнавинскомъ уездахъ готовятъ до 100,000 пудовъ мочала, чемъ заняты четыре месяца 700 человекъ, да еще 650 ткутъ рогожи и шьютъ кули- Въ Уфимскомъ и Вирскомъ уездахъ производится мочала до 200,000 пудовъ. Въ Пензенской губерши выделываютъ не менее 200,000 цыновокъ и рогожъ. Много мочала готовится въ Минской губерши для Риги.
Грубейппя части мочала и лыка идутъ на снасти, т. е. канаты, которыми связываются плоты. Затемъ липовая кора идетъ еще на изготовлеше кровель наго луба и въ особенности коробьевъ; весь красный товаръ укладывается въ так!я коробья. Мо- сковсшй гостиный дворъ получаетъ ихъ изъ Верейскаго и Шуйскаго уездовъ, Рига изъ западныхъ губершй. Въ Велижскомъ уезде (Витебской губ.) выделывается множество лу- бянокъ (круглыхъ коробокъ); изъ осиноваго лыка въ одной костромской губерши приготовляется до 50 тысячъ лукошекъ (корзинъ). Село Зименщина (Ковровск1й уездъ, Калужской губерши) выпускаетъ ежегодно IV2 миллюна решетъ, изготовлеше коихъ занимаетъ 500 рабочихъ. Лыко для этого Зименщина получаетъ изъ Нижегородской и Тамбовской губершй. Вообще изготовлеше фабрикатовъ производится обыкновенно въ особыхъ цен- трахъ, а не на месте добывашя и производства матер!ала.
Въ Новгородской и др. северныхъ губершяхъ, не имеющихъ своего лыка, его въ высокой степени заменяетъ береста, изъ которой приготовляются ступни (лапти), лукошки и короба. Сдираше бересты, да еще подсачиваше дерева весною для получешя пасоки губятъ несметное количество березъ въ нашихъ северныхъ губершяхъ. Подсоченная или ободранная береза скоро чахнетъ, сначала нижшя, затемъ и верхшя ветви отсыхаютъ и обламываются и все дерево годится только на топливо.
(Сведешя заимствованы, главнымъ образомъ, изъ книги „Сельское и лесное хозяйство Росс1и“. Изд. Деп. Землед. М. Г. И. для Колумбовой выставки. Спб. 1893 г.).
Прилг. пер. Г.
Китайская конопля. Рами. (Boehmeria tenacis sima. IКитайская конопля. Рами. (Boehmeria tenacis sima. I
Китайская конопля. Рами. (Boehmeria tenacis sima. I
Китайская конопля. Рами. (Boehmeria tenacis sima. I
мальвовыхъ и культивируется теперь въ большихъ размбрахъ 1). Хлопокъ является въ настоящее время самымъ распространеннымъ матер!аломъ для тканей и употреблеше его съ этой целью за последше 100 лбтъ чрезвычайно разрослось. Полторасто летъ тому назадъ хлопчатнике былъ въ Европе почти неизвестенъ, въ настоящее же время годовое потреблеше хлопка доходитъ, приблизительно, до 1,900 милл!оновъ килограммовъ въ годъ. Онъ употребляется, впрочемъ, не только для тканей, а также въ хирургш (гигроскопическая вата), въ виде хлопчатобумаж- наго пороха или бездымнаго, идетъ на приготовленье коллощума и т. д. Среди растеши, лубяныя волокна которыхе, извлеченныя изъ сосудистыхъ пучковъ,
даютъ такъ называемую
кудель, — назовемъ ленъ, коноплю, джутъ, ново-зе- ландскш ленъ (см. рис. на 697 стр.), волокна некото- рыхъ однодольныхе, каковы, напр., агавы, алоэ, тил- ландсш и ананаса. Изъ волоконъ льна (Linum usita- tissimum) изготовляютъ полотно, которое въ прежнее время представляло важнейшую растительную ткань, но. въ настоящее время все более и более вытесняется хлопчатой бумагой. Изъ конопли (Cannabis sativa) изготовляютъ шнурки, веревки и канаты, джутъ добывается изъ Сог- chorus olitorius (изъ семейства липовыхъ). Превосходную ткань даютъ мно- г!я бэмерш, напр., Boeh-
meria nivea и tenacissima (см. рис. выше), известный подъ именемъ китайской
травы или рами; особенно культивируется она въ Китае и Япоши, где молодые
стволы ихъ обрабатываются съ целью отделешя лубяныхъ волоконъ отъ другихъ тканей точно также, какъ у насъ стебельки льна.
Къ тканямъ примыкаетъ бумага. Она представляете войлочную ткань, сложенную изъ мельчайшихъ волоконъ, скатываемыхъ вместе въ слегка смочен- номъ виде. Кажется, бумага была впервые приготовлена китайцами, за 123 года до начала нашего летосчислешя. Для этого употреблялись лубяныя волокна бумажной шелковицы (Broussonetia papyrifera, см. рис. на 698 стр. и на 413 стр. I тома) и некоторыхъ другихъ растительныхъ волоконъ, шедшихъ на приготов-
Прим, иерее. Р.Прим, иерее. Р.становится годъ отъ году значительнее.
Прим, иерее. Р.
Прим, иерее. Р.
Papyrus antiquorum на верхнемъ НилЪ,
ленте тканей. Способъ приготовлешя этой бумаги, сохранившейся въ Китай, Япоти и Корей 2,000 лйтъ вплоть до настоящаго времени, давно уже перешелъ къ арабамъ, которые научились въ Самаркандй отъ китайскихъ ремесленниковъ приготовлять писчую бумагу изъ свяленныхъ въ видй войлока лубяныхъ волоконъ. Отъ арабовъ бумага перешла въ западный страны, также и въ Египетъ, гдй она стала понемногу вытйснять папирусъ. Среди матер!аловъ, употреблявшихся для этой цйли въ Европй, стали играть главную роль тряпки и лоскутки. Колоссальное развит!е бумажное производство получило послй изобрйтешя книгопечаташя—
Новозеландский ленъ (Phormium tenax). Ср. 696 стр. текста.Новозеландский ленъ (Phormium tenax). Ср. 696 стр. текста.
Новозеландский ленъ (Phormium tenax). Ср. 696 стр. текста.
Новозеландский ленъ (Phormium tenax). Ср. 696 стр. текста.
около середины 15 столйпя—и нйсколько десятилйтй тому назадъ, когда была изо- брйтена бумагопрокатная машина. Благодаря примйнешю древесины, соломы и раз- ныхъ сырыхъ продуктовъ, идущихъ на приготовлешет каней, роль лоскутковъ и тря- покъ въ бумажномъ производствй также значительно уменьшилась. Для того, чтобы составить себй представлеше о невйроятномъ количествй потребляемой въ послйд- нее время бумаги, достаточно сказать, что, по оффищальнымъ статистическимъ дан- нымъ, въ Европй изготовляется ежегодно болйе 600 милл!оновъ килограммовъ бумаги.
Какъ уже сказано, въ Египтй, почти до конца 9 вйка, для письма употреблялся папирусъ, приготовлявшейся изъ Cyperus Papyrus или Papyrus antiquorum, болотнаго растенья, встрйчаемаго нынй только въ верхнемъ Египтй ^ въ видй зарослей (см. приложенную таблицу: „Papyrus antiquorum на
Прим. ред.Прим. ред.южной Сициши).
Прим. ред.
Прим. ред.
верхнемъ Ниле*)- Стебли этого растешя, изобилуюпце сердцевинною мякотью, разрезались острыми ножами на тонк!я продольный полосы, эти полосы смачивались и слоями разглаживались на доскахъ. Затемъ слои, сдерживаемые особымъ клейкимъ веществомъ спрессовывались вместе, высушивались на солнце и скатывались. Древнейппе свитки папируса относятся приблизительно къ 1500 году до нашей эры. Въ Индш употребляли да еще и теперь нарезаютъ полосы выбе- ленныхъ листьевъ веерной пальмы для того, чтобы выцарапывать на нихъ, при
помощи стержня, знаки письменности.
Къ растешямъ, дающимъ ткани и бумагу, примыкаютъ представители расти- тельнаго Mipa, идупце въ дело не целикомъ, а лишь отдельными своими частями. Къ такимъ техническимъ растешямъ относятся прежде всего те, изъ которыхъ давлешемъ, дестиллящей или другими способами извлекаются масла, жиры и т. п. Конечно, мы не въ состоя- ши подробно описать все относящееся сюда случаи, однако сгруппируемъ глав- нейппе въ бегломъ очерке. Прежде всего—красяпця вещества.
Красящ1я вещест- в а встречаются во всехъ частяхъ растешя — въ кор- няхъ, стебле, древесине, коре, листьяхъ, частяхъ цветка, плодахъ и семенахъ. Получаютъ ихъ самыми разнообразными способами.
Бумажная шелковица (Broussonetia papyrifera). Ср. 696 стр. текста. МНОПЯ ИЗЪ НИХЪ ВСТре~ чаются въ соответствую- щемъ растеши не въ готовомъ виде, а представляютъ продукты разложешя, получающееся лишь после известной обработки. Такова, напр., синяя краска индиго. Чаще всего такимъ образомъ получаются красны я краски. Ихъ добываютъ изъ бразильскаго или пернамбуковаго дерева (древесина многихъ ви- довъ Caesalpinia, именно Caesalpinia echinata и С. Brasiliensis), изъ остъ-инд- скаго санталоваго дерева (Pterocarpus santalinus) и корня марены (Rubia tincto- rum), затемъ изъ Dracaena Draco, растешя изъ семейства асфодел!евыхъ, и Calamus Draco, вида пальмы; последшя растешя дають два сорта такъ называемой драконовой крови; реже употребляется корень Alkanna tinctoria, цветы чер* тополоха Carthamus tinctorius и лепестки Malva arborea. Синюю краску содер» житъ въ себе кампешевое дерево—древесина Haematoxylon campeschianum, расте-
шя, относящагося къ семейству бобовыхъ т). Въ прежнее время въ ЕвропЬ культивировалось крестоцветное растете вайда (Isatis tinctoria), изъ котораго добывалась синяя краска, однако индиговыя растетя (виды относящагося къ бо- бовымъ рода Indigofera, преимущественно Indigofera tinctoria) совершенно убили культуру вайды. Кроме того для изготовлешя синей краски употребляются еще Nerium tinctorium и Polygonum tinctorium. Лакмусъ, добываемый изъ многихъ сортовъ лишайниковъ, именно изъ RocceRa tinctoria, въ присутствш кислоты по- лучаетъ красный цветъ, который однако легко превратить въ синш, прибавляя щелочи. Бумажки, окрашенный лакмусомъ, употребляются для распознавали кис- лыхъ или щелочныхъ свойствъ изследуемаго вещества ). Замечательно, что зеленое вещество, являющееся главнымъ отличительнымъ признакомъ раститель- наго Mipa, еще не вполне извлечено изъ хлорофилла. Лучшимъ источникомъ зеленой краски являются ягоды многихъ сортовъ крушины Rhamnus, именно Rhamnus utilis и chlorophorus. Акварельная краска, известная подъ именемъ сочной зелени, добывается изъ ягодъ Rhamnus. Очень распространено въ расте- тяхъ желтое красящее вещество. Въ прежнее время въ виде краски употребляли желтыя вещества, содержащаяся въ древесине барбариса (Berberis vulgaris), дрока (Genista tinctoria) и одного вида резеды (Reseda lutea). Въ настоящее время для этой цели пользуются растешемъ Madura aurantiaca, относящимся къ шелковичнымъ (близки крапивнымъ), затемъ корою американскаго дуба Quercus tinctoria; известная краска гумми-гутъ представляетъ смолу аз!атскаго дерева Gar- cinia Morelia; куркумовый корень ) (Curcuma longa; семейство имбирныхъ), известная подъ именемъ орлеана желтая краска изъ Bixa orellanna и древесина Rhus Cotinus также употреблются въ красильномъ деле. Яркая желтизна, отличающая восточные ковры, получается изъ рылецъ шафрана (Crocus sativus) ).
Бурыя краски извлекаются преимущественно изъ катеху (Acacia Katechu) и изъ гамбира (Uncaria Gambir).
Къ красильнымъ растешямъ близко примыкаютъ тЬ, въ извйстныхъ частяхъ которыхъ, преимущественно въ корЬ, содержатся дубильныя вещества. Черный краски такъ и получаются: къ дубильнымъ веществамъ, содержащимся въ растешяхъ, прибавляютъ другая краски х). Однако важнейшее примкнете богатая дубильными веществами части растешй находятъ въ кожевенномъ производств^. Прежде всего для этой ц^ли употребляютъ измельченную кору деревьевъ, именно извЬстныхъ дубовъ (европейсгае Quercus pedunculata, sessiliflora, coccifera, Suber, Пех и американсте Quercus Prinos, rubra, coccifera и alba) и нйкоторыхъ хвой- йыхъ (европейсше: ель, пихта, лиственница; американсте: Abies Canadensis и Tsuga Canadensis.). Эта измельченная кора известна въ кожевеннномъ производ- ств£ подъ именемъ корья. Изъ другихъ растешй употребляютъ богатые дубильными веществами листья европейскихъ Rhus Cotinus и Coriaria, известные въ торговле подъ именемъ сумаха. Также употребляются для дублешя кожъ бобы южно-американскаго растешя дивидиви (Caesalpinia Coriaria) и многихъ акащй (Acacia Arabica, Farnesiana и nilotica), равно какъ и плоды Terminalia Chabula. Очень важнымъ дубильнымъ мaтepiaлoмъ являются мног!е галлы, встречающееся на дубахъ (чернильные орешки и кноперы), изъ которыхъ некоторые изображены на 504 стр.
Растительный масла разделяются, смотря по примененью ихъ, на горючья, машинный, пищевыя, а по химическимъ свойствамъ на жирныя (напр. оливковое, миндальное, рапсовое), высыхающ!я (напр. льняное и маковое) и на эфирныя (напр. бергамотовое и лавандовое). Рапсовое, льняное и маковое масла добываются выжимашемъ семянъ, оливковое изъ мясистыхъ частей плодовъ, бергамотовое изъ листьевъ, пронизанныхъ масляными железками. Въ живописи масляными красками употребляются преимущественно льняное и маковое масла. Оба эти масла играютъ выдающуюся роль въ приготовлеши такъ называемыхъ сикка- тивовъ, ускоряющихъ процессъ высыхашя масляныхъ красокъ, а равно и при изготовлеши бальзамовъ. Въ пищу употребляется главнымъ образомъ оливковое масло, въ тропикахъ для этой же ц^ли служатъ и друг!я масла, особенно масло, добываемое изъ мяслянистой пальмы (Elaeis Guianensis). Подсолнечное масло употребляется главнымъ образомъ для смазки часовыхъ механизмовъ ) и метал- лическихъ частей машинъ. Эфирныя масла идуть на приготовлеше разнообраз- ныхъ косметикъ. При этомъ либо разрЬзаютъ части растешя, содержания эфирныя масла и употребляютъ ихъ для курешя, иль же эфирныя масла извлекаются изъ нихъ дестиллировашемъ, наконецъ эфирныя масла могутъ получаться
г) Для приготовлешя чернилъ дййствуютъ на дубильную кислоту (таннинъ) хлор- нымъ желЬзомь. Такъ какъ дубильной кислоты особенно много содержится въ галлахъ (см. стр. 493), то ихъ прежде и называли чернильными орешками. Однако съ тЪхъ поръ, какъ въ поняпе галловъ вошло много различныхъ новообразовашй, вызываемыхъ животными на растешяхъ, причемъ мнопя изъ нихъ даже и по виду не напоминаютъ орЬшекъ, это старое назваше пришлось оставить
въ растворе въ индифферентныхъ (не действующихъ на нихъ) маслахъижи- рахъ или даже въ спирте. Мнопя растительныя масла (напр. касторовое и кротоновое) служатъ лекарствомъ. При соответствующихъ низкихъ температурахъ масла твердЬютъ и получаютъ тогда назваше жировъ. Температуры эти бываютъ очень разнообразными. Льняное масло застываетъ только при—27°, кокосовое уже при при температур6+10°. -
Наряду съ жирами и маслами надо поставить смолы, арав!йскую камедь и каучукъ. Первый въ незначительныхъ массахъ крайне распространены
Castilloa elastica; ср. 702 стр. текста.
въ растительномъ Mipk Тамъ, где они встречаются въ болыпомъ количестве, они либо сами собою вытекаютъ изъ щелей на коре, или же извлекаются иску- ственно изъ надрезовъ коры. Благодаря известной болезни растенш, такъ называемому „смолотеченью", количество получаемой смолы нередко увеличивается до высокой степени, а самый процессъ ускоряется. Смолы употребляются преимущественно при изготовлеши бальзамовъ, замазокъ, мылъ и пластырей. По своей консистенщи смолы делятся на твердый и мягад. Смесь смолы съ камедью называется камедистой смолою. ' Сюда принадлежит напримеръ вонючая асса (Asa foetida) и мнопе друпе употребляемые въ медицине препараты. - -
Подъ именемъ камеди (гумми) въ торговле известны круглыя, удлиненный или червеобразный, стекловидный, хрупкш и ломктя массы, вытекаюпця изъ коры многихъ видовъ рода Acacia (A. Senegal, A. Vetek, A. Abyssinica, A. Nilotica и
мн. др.). Оне растворяются въ воде при обыкновенной температуре и даютъ густую клейкую жидкость. На этомъ свойстве основано употреблеше ихъ въ промышленности какъ превосходный клеевой матер!алъ.
Каучукъ добывается изъ млечнаго сока крайне разнообразныхъ растенш, чаще всего изъ Ficus elastica (см. таблицу при 753 стр. I тома), Siphonia elastica, Cecropia peltata, Urceola elastica, Castilloa elastica (см. рис. стр. 701), Vahea gummifera, Hancornia speciosa и многихъ видовъ Landolfia и Willughbeia.. Млечный сокъ вытекаетъ у этихъ растенш при разрезе или сверленш коры, застываетъ въ желтоватую, бурую или темнобурую массу, которая, смотря по способу обработки, получаетъ форму лепешекъ, пластинокъ, толстостенныхъ бутылей или пузырей. Этотъ сырой каучукъ затемъ раффинируется и употребляется на самыя различный поделки. Онъ въ высшей степени упругъ и непроницаемъ для воды, на чемъ и основано его употреблеше Соединяя его известнымъ образомъ съ серою, полу- чаютъ вулканизированный каучукъ. Нагревая его съизбыткомъ серыдо 150°, полу- чаютъ роговой каучукъ или эбониты Въ этихъ видоизмЬненшхъ каучукъ весьма распространенъ, его берутъ длй приготовлешя непромокаемыхъ тканей, длй трубъ и пластинокъ какъ изоляторъ телеграфныхъ проводовъ, для хирургическихъ ин- струментовъ и химическихъ приборовъ, длй изготовленш гребенокъ, печатей и т. д. На каучукъ обратили внимаше впервые полтора века тому назадъ, а сто л^тъ спусти его было выделано приблизительно 400,000 центнеровъ (центнеръ = 10 пудамъ).
Вкусовыя и пищевыя вещества растительнаго происхождежя.
Белковый тела, жиры и углеводы представляютъ неизбежный составный вещества нашей пищи. Такъ какъ въ чистомъ виде они пресны и безвкусны, то человеческое питаше неизбежно требуетъ присутствш некоторыхъ веществъ, на- зываемыхъ вкусовыми. О нихъ будетъ речь наряду съ пищевыми.
Въ общемъ можно сказать, что въ пище животнаго происхождешя преобла- дають белковый, въ растительной, напротивъ, — углеводистыя тела, и что лучшимъ питашемъ оказывается пища, состоящая изъ обеихъ этихъ группъ въ связи съ соответствующимъ количествомъ вкусовыхъ веществъ.
Изъ пищевыхъ продуктовъ растительнаго происхожденья назовемъ: 1) мучни- стыя вещества, 2) овощи и 3) плоды.
Изъ растешй, доставляющихъ муку, больше и чаще всего культивируются пшеница (Triticum) и ячмень (Hordeum); изъ пшеницъ назовемъ: Triticum vulgare, Т. compactum, Т. turgidum, Т. monococcum, Т. durum, Т. dicoccum, Т. Spelta, Т. polonicum (первые четыре принадлежать, главнымъ образомъ, более севернымъ, четыре последше — более южнымъ странамъ); изъ ячменей Hordeum vulgare доходить до 70° сбв. шир., Н. hexastichon, Н. distichon и Н. Zeocriton соответствують более южнымъ местностямъ. Triticum durum было известно еще въ доисторическую эпоху и разводилось для приготовлешя хлеба, какъ доказываютъ остатки свайныхъ построекъ и древне-египетсшя гробницы.
Эти сорта пшеницы и ячменя обозначались римлянами общимъ терминомъ Cerealia. Это назваше имеетъ въ корне своемъ имя древне-италшской богини земледел!я (Цереры); ея даромъ и считались эти хлебные злаки, происхождешс
которыхъ было неизвестно. Крайне замечательно то обстоятельство, что для большинства этихъ мучнистыхъ злаковъ изъ родовъ Triticum, Hordeum, а также близкой къ нимъ ржи (Secale cereale), первоначальная родина, т. е. место, на которомъ они искони росли въ дикомъ виде, можно сказать — неизвестна, хотя эти важней- иля изъ культурныхъ растешй привлекали къ себе особое внимаше ботаниковъ. Можно только предполагать, что эти хлебные злаки расли вместе съ некоторыми другими высокими однолетними травами, развивающими плодъ въ виде объемистой зерновки, и следовательно имеютъ и имели общую съ ними родину. Однако въ культуру вошли только те виды, у которыхъ веретено соцвет!я упруго; между темъ друпе сорта Triticum, Hordeum и Secale, съ хрупкимъ веретеномъ соцвепя, какъ, напр., Secale fragile, не могли быть культивируемы, такъ какъ обломки веретена попадаются среди обмолоченныхъ зеренъ и слишкомъ затрудняютъ размолъ зеренъ въ муку. И, темъ не менее, остается загадкою, отчего вoшeдшie въ культуру виды злаковъ съ упругими веретенами соцвет!я должны были исчезнуть изъ своей первоначальной родины, тогда какъ виды съ хрупкими колосьями сохранились. .
' Такъ какъ предположешя о родине нашихъ культурныхъ растешй часто основываются лишь на назвашяхъ, встречающихся въ древнихъ рукописяхъ, то весьма вероятно, что назвашя того или другого растешя перепутаны, или подъ однимъ назвашемъ подразумеваются различныя растешя; для пояснешя приведемъ одинъ спещальный случай. *
По мнешю большинства новейшихъ писателей, подъ именемъ Secale надо понимать тотъ мучнистый злакъ, который Плишй называетъ Secale; онъ говорить, что этотъ злакъ культивировался тавринами или таврисками, народомъ, жившимъ въ Альпахъ у истоковъ Дравы; тавриски называли этотъ злакъ Asia. Однако, взвесивъ то немногое, что сообщаетъ Плишй о Secale, приходишь къ заключешю, что подъ этимъ назвашемъ подразумевалось не то растеше, которое нынешше ботаники называютъ Secale cereale, а гречиха (Polygonum Fagopyrum или Fagopyrum esculentum), такъ какъ гречиха во времена Плишя разводилась, да и ныне еще часто разводится, въ альшйскихъ долинахъ. Положимъ, на основаши различ- ныхъ новейшихъ источниковъ было высказано убеждеше, что гречиха попала къ намъ лишь въ 15 веке изъ северо-восточной части Аз1и и что до этого времени она была совершенно неизвестна образованнымъ народамъ древности. Однако существуетъ указаше на то, что въ папирусахъ Аль-Файюма, въ 10 веке, была найдена гречневая мука и это опровергаетъ такое убеждеше; такимъ образомъ становится очень вероятнымъ, что подъ Secale Плишй разумелъ именно гречиху Polygonum Fagopyrum). Злакъ, родственный пшенице и ячменю, именно рожь (Secale cereale), остался неизвестнымъ Плинию и вообще в семь римскимъ писате- лямъ. Назваше рожь (по-немецки Roggen) можно свести къ древне-германскому госсо, скандинавскому rugr, англо-саксонскому ryge; подъ этимъ именемъ подразумевается растеше, весьма часто культивируемое на поляхъ Балийской области (у насъ во всей северной части Росши) и представляющее распространенный въ этихъ местностяхъ хлебный злакъ. Вдоль лиши, проходящей по Сицилги, Дал- мащи, Сербы и Малой Азы, растетъ въ дикомъ виде целый рядъ злаковых*^ относящихся къ роду Secale, которыя могли бы сойти за родоначальника ржи; такъ напр., въ Сицилш растетъ Secale montanum, въ Далмацш Secale Dalmaticum,
въ Сербш Secale Serbicum, въ Малой Asin Secale Anatolicum. Однако, противъ признашя въ какомъ-либо изъ этихъ растешй родоначальника ржи говорить то обстоятельство, что это—многолетшя травы, между тЬмъ какъ возделываемая рожь— однолЬтшй злакъ, и вероятнее всего, что интересующее насъ растете выселилось изъ степей средне-аз!атскихъ плоскогорй, лежащихъ на продолжении лиши, веденной изъ Сицилш черезъ Далмащю, Серб1ю и Малую Аз1ю.
Мы несколько подробнее остановились на этомъ случае, чтобы показать, какь сомнительны все данныя о происхождеши нашихъ распространенныхъ хлеб- ныхъ злаковъ. Кстати будеть исправить и весьма распространенное ошибочное мнете, будто семена Triticum durum, найденный въ мум!яхъ древне-египетскихъ могилъ, проросли черезъ несколько тысячъ лета по созреваши.
Кроме Triticum, Hordeum и Secale, выдающуюся роль среди мучнистыхъ злаковъ играютъ еще рисъ и кукуруза.
Отъ обыкновеннаго, однолетняго риса (Oryza), относящегося къ метельча- тымъ злакамъ, отличается горный рисъ (Oryza montana), довольствующейся сухой или умеренно влажной, почвой, имeющiй короткш вегетащонный пepioдъ и культивируемый преимущественно въ горныхъ местностяхъ Индш; обыкновенный рисъ (Oryza sativa) требуетъ средней температуры лета въ 29°, можетъ расти только на болотистой почве и имеетъ значительно более продолжительный вегетащонный пepioдъ. Онъ культивируется въ Европе въ техъ местностяхъ, который соответ- ствують вышесказаннымъ услов!ямъ, именно въ Пopтyгaлiи, Испаши, Верхней Италш, Грещи и Турщи ^е Северная граница рисовой культуры достигаетъ Фpi- ульской низменности и тянется до Червиньяно и Монфальконе. Обыкновенный рисъ культивировался въ Китае еще 5000 летъ тому назадъ. Римлянамъ онъ остался однако неизвестенъ; арабы ввели его культуру въ дельте Нила и въ Испаши. Въ настоящее время онъ разводится и въ Америке, отъ Каролины до самаго Уругвая, и притомъ весьма успешно. Какую местность следуетъ считать его родиною, въ точности неизвестно, вероятно — Китай, где онъ прежде всего сталъ культивироваться массами. Въ настоящее время рисомъ питается 750 мил- лioнoвъ людей, такъ что этотъ злакъ оказывается среди другихъ хлебныхъ злаковъ самымъ распространеннымъ.
Маисъ (Zea Mais = кукуруза) родомъ изъ Америки. Какъ показываютъ початки маиса, находимыя въ гробницахъ инковъ, его возделывали какъ культурное растете еще до прибыли европейцевъ и называли тамъ магисомъ (Mahis). Въ начале 16 века культура его была введена и въ Европе. Отсюда онъ, распространился по Азш и Африкб, где онъ теперь возделывается повсюду, где только позволяета климата. Северная граница его распространения приблизительно совпадаетъ съ таковою же винограда.
Друпе мучнистые хлебные злаки, возделываемые на поляхъ, именно мнопе сорта овса (Avena sativa, orientalis, nuda, strigosa), Glyceria fluitans, Eragrostis Abyssinica, Zizania aquatica, Eleusine Coracana, Coix Lacryma, Sorghum vulgare, Sorghum saccharatum, Sorghum Durha, Panicum miliaceum (просо), Echinochloa frumentana, Digitaria sanguinalis, Setaria Italica, Phalaris canariensis получили, благодаря сравнительно неболыпимъ плодамъ и ничтожному количеству добывае-
Прим. пер. Г.Прим. пер. Г.х) У насъ въ Закавказье.
Прим. пер. Г.
Прим. пер. Г.
Жюкь растенШ. Uт.м „проовищму ю Опб.
САГОВЫЯ пальмы въ ЮЖНОЙ А31И.
(Съ акварели I. Зеллени.)
[Къ таблица: „Саговыя пальмы въ южной Азш“Д
Жизнь растеши. П.
мой изъ нихъ муки, лишь ограниченное распространеше. Впрочемъ, мнопе изъ нихъ сделались необходимыми не какъ хлебныя, а какъ кормовыя травы, такъ напр., сорта овса, молодые стебли и листья котораго замбняютъ сено, а покрытые шелухою cyxie плоды являются особенно хорошимъ кормомъ для лошадей.
Кроме злаковыхъ, для добывашя муки возделываются еще мнопя лебедовыя и гречишный, содержащая въ своихъ семенахъ так!я же составныя части. Сюда относятся, главнымъ образомъ, Chenopodium Quinoa, Polygonum Fagopyrum и tata- ricum, причемъ первое возделывается какъ мучнистое растете въ Чили и Перу, вторыя два являются весьма распространенными однолетними культурными расте- тями Стараго Света; оба отличаются особенно короткимъ вегетацюннымъ nepio- домъ. Даже въ умеренно тепломъ климате имъ отъ проросташя до созревашя достаточно четырехъ месяцевъ и потому ихъ съ успехомъ возделываютъ въ степныхъ и горныхъ местностяхъ.
Изъ пшеничной, рисовой, кукурузной муки и вообще изъ большинства выше- названныхъ злаковъ получается одна изъ главныхъ составныхъ частей нашей пищи, именно крахмалъ. Крахмалъ этотъ кроме того нередко употребляется еще для различныхъ промышленныхъ и техничеъкихъ целей. Впрочемъ, полу- чаютъ его и изъ различныхъ другихъ, не относящихся къ злаковымъ, растешй. Изъ крахмаловъ упомяйемъ только о картофельномъ, саго и ароуруте.
Картофельный крахмалъ изображенъ на рис. 7 и 8 на 463 стр. пер- ваго тома. Онъ добывается изъ клубней картофеля (Solanum tuberosum), пасле- новаго растешя родомъ изъ Южной Америки, где оно возделывалось еще тузем- нымъ населешемъ и получило распространеше въ Европе, начиная съ половины 16 столетая.
Саго добывается изъ стволовъ многихъ саговниковъ и пальмъ, въ особенности изъ Metroxylon laeve и Rumphii (последнее растете известно также подъ именемъ Sagus Rumphii). Сердцевинная ткань этихъ пальмъ чрезвычайно богата крахмаломъ, который и получается изъ срубленныхъ стволовъ (см. приложенную хромотишю: „Саговыя пальмы въ Южной Азш“).
Ароурутовъ различаютъ два сорта: остъ-индсшй, добываемый преимущественно изъ клубневидяыхъ корневищъ Maranta arundinacea, и вестъ-индсюй, получаемый изъ такихъ же корневицъ Curcuma leucorhiza, angustifolia и др. Ароурутъ считается удобопереваримой пищей и потому его даютъ детямъ и больнымъ.
Къ крахмалу весьма близокъ с ах ар ъ. Его можно найти почти во всехъ растешяхъ. Сахаръ, получающгйся въ ограниченномъ количестве изъ сахарнаго клена (Acer saccharinum), въ Остъ-Инщи изъ сахарной пальмы (Arenga saccha- rifera) и изъ сахарнаго проса (Sorghum saccharatum) называется у химиковъ трост- никовымъ сахаромъ. Въ прежнее время, да кое-где и теперь еще, источникомъ тростниковаго сахара являлся сахарный тростникъ (Saccharum officinarum), возделываемый въ тропическихъ и подтропическихъ местностяхъ. Въ настоящее время большинство тростниковаго сахара добывается фабричнымъ путемъ изъ возделываемой массами свеклы (Beta vulgaris). Маркграффъ открылъ въ 1747 году зна. чительное содержаше сахара въ соке свекловицы и ему то м!ръ и обязанъ изо- бретешемъ свеклосахарнаго производства. Сахаръ является главнейшимъ продук- томъ, которымъ подслащаются кушашя, лекарства и т. д.; прежде для этой цели Употреблялся медъ и сироповидный сокъ высушенныхъ и вываренныхъ затемъ грушъ.
Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растеши, т. П. 45
Подвергая брожешю сахаристыя жидкости, получаютъ вино, пиво, сидръ, плодовыявина и т. д. Нербдко и крахмалистый жидкости сначала превращаются въ сахаристыя, а затбмъ спиртовымъ брожен!емъ превращаются въ алкоголи стыя (ср. 510 стр. I тома). На такомъ двойномъ превращены основано, напр., приготовлеые спирта изъ богатаго крахмаломъ картофеля. Такъ какъ при дестил- лированш спирта получаются еще и друпе продукты, горьк!е или ароматическ!е,
Бобъ (Vicia Faba).Бобъ (Vicia Faba).то перегнанная жидкость можетъ получать специфически вкусъ, какъ напр., при изготовлены „энцерлера" изъ бо- гатыхъ крахмаломъ корней гореча- вокъ1). Изъ алкоголистыхъ жидкостей получается также уксусъ. Различаютъ винный, пивной и др. уксусы. . При- мбсью особыхъ травъ можно придать уксусу извбстный вкусъ. Такъ, напр., получается эстрагоновый уксусъ хпри- бавлетемъ къ обыкновенному особаго сорта полыни (Artemisia Dracunculus).
Бобъ (Vicia Faba).
Бобъ (Vicia Faba).
Къ важнбйшимъ пищевымъ про- дуктамъ растительнаго происхожденья принадлежать также обмена и околоплодники многихъ мотыльковыхъ расте- ны: горохъ (Pisum sativum), бобы (Vicia Faba, см. рис. рядомъ), фасоль (Phaseolus vulgaris) и чечевица (Ervum Lens), соя (Soja hispida) и Лунины (Lupinus albus, hirsutus, angustifolius и др.). Обмена ихъ отличаются боль- дымъ содержашемъ азотистыхъ ве- ществъ, такъ что доставляемая ими пища почти соотвбтствуетъ мясной. Изъ гороха приготовляются консервы, такъ наз< гороховая колбаса. Обмена и плоды гороха и фасоли идутъ въ пищу и въ незрбломъ видб.
Огородные овощи удобнбе всего раздблить на подземные (луковицы,
клубни и корневица) листовые и цвбточные, т. е. так!е, гдб въ пищу идутъ цвбточньья почки, соцвбтая или плоды. Число ихъ такъ велико, что мы можемъ упомянуть только самыя замбчательныя. Что касается перваго отдбла, то въ Европб упо-
х) Приготовлешемъ ароматическихъ водокъ издавна занимались католические монахи, такъ что по нимъ получили назван!© некоторые ликеры (бенедиктинъ, шартрезъ и др.). Практическ!© настоятели альшйскихъ обителей придумали даже епособъ доставать себЬ нужныя имъ растен!#: провинившгйся монахъ выгонялся изъ монастыря и имЬлъ право вернуться въ него не иначе, какъ накопавъ известное количество корней горечавокъ или другихъ соотв-Ьтствующихъ растен!й. Прим. пер. Г. .
требителыгЬе всего изъ зонтичныхъ растешй: сельдерей (Apium graveolens), бутень (Chaerophyllum bulbosum), морковь (Baucus Carota); лебедовыя: красная свекла, свекловица, буракъ; крестоцв-Ьтныя: брюква (Brassica Napus), pina (Brassica Rapa), редька (Raphanus sativus); сложноцвЬтныя: сладкй корень (Scorzonera Hispanica), овсяные коренья (Tragopogon porrifolius), земляная груша (Helianthus tuberosus), пасленовое растете—картофель (Solanum tuberosum) и различные сорта лука: Alium Сера, fistulosum, sativum, Ascalonicum, Scorodoprasum и Porrum. Изъ внЬ- ■европейскихъ и еще не введенныхъ въ европейскую культуру по клцматическимъ
Инд1йск!й лотосъ (Nelumbo nucifera) на болотй близъ Пекина (по фотограф!и).Инд1йск!й лотосъ (Nelumbo nucifera) на болотй близъ Пекина (по фотограф!и).
Инд1йск!й лотосъ (Nelumbo nucifera) на болотй близъ Пекина (по фотограф!и).
Инд1йск!й лотосъ (Nelumbo nucifera) на болотй близъ Пекина (по фотограф!и).
или другимъ причинамъ упомянемъ: лотосъ (Nelumbo speciosum) въ Кита^иОстъ- Индш (см. рис. на этой стр.), тарро (Colocasia antiquorum и esculenta), корень 1амъ (Dios^ corea alata и Batatas) — повсеместно распространенное въ тропическихъ лгЬстно- стяхъ растете, корень маранта (Maranta arundinacea), земляной орЬхъ Arachis hypogaea)х), хорош японцевъ (Stachys affinis и tuberifera), североамериканский зем-
х) Это бобовое растете замечательно тЪмъ, что по созрЪванш плода цветоножки наг гибаются и сами зарываютъ плодъ (бобъ съ 2—3 семенами) въ землю. Бобы употребляются какъ лакомство на всемъ юге Россхи (т. наз. „китайсте орешки"). Ихъ предварительно прожариваютъ на сковороде, такъ какъ въ сыромъ виде они напоминаютъ по вкусу обыкновенный горохъ или фасоль. Произведенные въ последнее время опыты культуры этого растетя въ окрестностяхъ Одессы дали прекрасный результатъ.
Пргш. пер. Г. 45*
ляной орбхъ (Apios tuberosa), мексиканск!е виды кислицы (Oxalis esculenta и др.Х перуанскы капуцинскШ крессъ (Tropaeolum tuberosum х), южноамериканская кас- сава (Jatropha Manihot), возделываемые во всемъ тропическомъ Mipe бататы (1ро- maea Batatas) и мнопе виды Саппа тропической Америки.
Изъ второй категоры овощей, поставляющихъ кухне свои зеленые листья, наиболее известны зонтичныя, зелень которыхъ кладутъ въ супъ; сюда относятся петрушка (Petrosilinum sativum), кервель (Anthriscus Cerefolium), затемъ лукович- ныя: мелкы лукъ (Allium Schoenoprasum) и поррей (Allium Porrum). Кроме тога къ этой же группе относятся мясистые, богатые хлорофилломъ листья: шпината (Spinacia oleracea), новозеландскаго шпината (Tetragonia expansa), свеклы (Beta vulgaris), садовой лебеды (Atriplex hortensis) и портулака (Portulaca sativa и oleracea), затемъ MHorie щавели со своими кислыми листьями (Rumex Acetosa и scu- tatus) и салаты: обыкновенный (Lactuca sativa), эндивы (Cichorium Endivia) мау- ница (Valerianella olitoria) и въ особенности разновидности капусты (Brassica oleracea) — кочанная, итальянская, брюссельская и друпя. Сюда же удобно будетъ отнести и овощи, поставляющее къ столу побеги н стебли, именно кольраби, видъ капусты, у которой нижнiя, несколько утолщенный и клубневидно вздутыя части стебля, покрытаго листьями, идутъ въ пищу; затемъ молодые побеги хмеля (Humulus Lupulus) и спаржи (Asparagus officinalis). Подъ именемъ пальмовой капусты въ тропическомъ Mipe употребляются также почки различныхъ пальмъ, чаще всего бразильской капустной пальмы (Euterpe oleracea). Въ древнее время въ Риме срезались также верхушечныя почки единственной дикорастущей въ Европе пальмы (Chamaerops humilis) и считались весьма лакомымъ блюдомъ- Благодаря этому истреблению пальмъ, оне почти совершенно вывелись въ местностяхъ, где прежде: ихъ было очень много, а местами исчезли вовсе.
Въ третьей категории овощей, у которыхъ идутъ въ пищу цветочный почки, соцвепя и плоды, назовемъ прежде всего Bassia longifolia и latifolia, два остъин- дскихъ дерева, относящаяся къ семейству сапотацейныхъ, мясистые цветы которыхъ, напоминаюпце по вкусу изюмъ, варятся съ рисомъ и образуютъ главную* составную часть пищи туземцевъ Бенгалы. Особенно замечательны относящееся къ этому отделу сорта капусты, цветная и брокколи (спаржевая) соцвейя которыхъ привращаются въ массы, напоминаюпця по внешнему виду кораллъ и пред- ставляюпця превосходные овощи). Къ цветной капусте примыкаютъ артишоки (Суп ага Cardunculus) и мнопя друпя сложноцветныя, напр. известный въ Швейцары подъ назвашемъ Artitschockli безстебельный колючникъ Carlina acaulis ), у которыхъ идутъ въ пищу мясистыя цветоложа и отходяпця отъ нихъ кроюпця чешуи, основаше которыхъ также мясисто. Въ тропическихъ и субтропическихъ- местностяхъ, а также въ Турцы, Грецы и южной Францы возделывается Hibiscus esculentus, больппя, пирамидальный, незрелыя коробочки котораго употребляются въ пищу подъ именемъ багы, гомбо или окра. У многихъ бобовыхъ плоды и семена доставляютъ обильное питаше не только въ зреломъ, но и въ незреломъ,
^ Родичи этого растеши известны у садовниковъ подъ неправильнымъ назвашемъ. „пастурщи".
зеленомъ состояши; такъ напримЬръ, употребляются въ пищу молодые бобы (неправильно называемые у насъ ,,стручками“) гороха (Pisum sativum), сахарнаго горошка (Pisum saccharatum), фасоли (Phaseolus vulgaris, nanus и multiflorus), бобовъ (Vicia Faba), спаржевого гороха (Tetragonolobus purpureus и siliquosus). Изъ пас- леновыхъ употребляются въ пищу помидоры (Solanum Lycopersicum) и баклажаны (Solanum Melongena), а изъ тыквенныхъ виды огурцовъ и тыквъ (Cucumis sativus). За овощи сходятъ даже некоторые папоротники и водоросли, напр. папоротники Pteris esculenta, Diplazium esculentum и Cyathea medullaris, изъ водорослей Chon- drus crispus, Laminaria pinnatifida, Laminaria saccharina и Durvillea utilis. Упо- мянемъ по этому поводу и о студенистой водоросли Индшскаго и Тихаго океановъ Gelidium cartilagineum, такъ какъ она составляетъ главный строительный мате- р!алъ съйдобныхъ ласточкиныхъ гн'Ьздъ.
Наконецъ, вспомнимъ еще и о грибахъ, изъ которыхъвъ пищу употребляются многочисленные виды изъ родовъ Morchella, Helvella, Tuber, Hydnum, Clavaria, Fistulina, Polyporus и Boletus; наибол-he известные и излюбленные изъ нихъ въ средней ЕвропЬ — шампиньонъ (Agaricus campester), боровикъ (Boletus edulis), лисичка (Cantharellus cibarius), рыжикъ (Lactarius deliciosus) x). Особенно ценятся съедобные грибы въ Японш, откуда вывозятъ много сортовъ въ сушеномъ видй. Изъ тамошнихъ съ'Ьдобныхъ грибовъ некоторые, какъ напр., Шш-Таке и Хира- таке искусственно выводятся на пняхъ деревьевъ ).
Замечательно, что впродолженш щЬлыхъ столЬтш числ<[> извЬстныхъ въ Европе овощей существенно не изменилось. Въ настоящее время мы культивируемъ тй же самые зеленые овощи какъ и во времена римлянъ и Карла Великаго. Все почти эти овощи родомъ изъ средиземноморской области, особенно хорошо удаются тамъ главнымъ образомъ на побережьяхъ, где въ ихъ распоряжеше поступают мнопя растворенный неорганически соли, и тамъ-то эти растеши впервые вошли въ сады и съ успехомъ были разведены на хорошо унавоженной, богатой органическими солими почве. Изъ другихъ овощей особенно распростра- ненъ картофель (Solanum tuberosum), родомъ изъ Америки ).
Зато некоторые овощи, въ прошломъ столбтш еще много разводивш!еся, какъ,
*) Интересно, что климатъ сильно вл!яетъ на вкусовыя и ядовитыя свойства гриба; нередко случается, что въ Южной Европе люди отравляются грибомъ, который въ Средней Европе считается совершенно безопаснымъ. Поэтому при употреблеши въ пищу грибовъ лучше руководствоваться опытомъ, чемъ определителями, особенно иностранными, приноровленными къ другимъ услов!ямъ. Вообще же въ сомнительныхъ случаяхъ лучше всего отказаться отъ употреблешя гриба въ пищу или, во всякомъ случае, положить его на сутки въ воду, которая растворяетъ и вымываетъ изъ него яды.
напр., бурачникъ (Borago officinalis), ноготки (Calendula officinalis) и капуцинскш крессъ (Tropaelum majus), въ настоящее времи совершенно вышли изъ моды.
Плоды делятся торговцами и публикою на три категории, костянковые, зерновые и ягодные. Подъ костянковыми понимаютъ плоды миндальныхъ расте- шй, сбмя которыхъ покрыто твердой скорлупою, а та, въ свою очередь, мясистымъ сочнымъ околоплодникомъ. Большое число видовъ этихъ растеши родомъ съ Востока и часть ихъ была перевезена въ южную и среднюю Европу еще во времена римлинъ. Однако Европа, особенно юго-восточнаи, и сама давала прштъ многимъ дикорастущимъ костянковымъ плодамъ, въ особенности широко распространенной черешнЬ (Prunus avium), кислой вишнЬ (Prunus acida), марасковой вишн-Ь (Prunus Marasca1) и кулькб (Prunus insititia). Въ настоищее времи изъ костянковыхъ плодовъ культивируются: абрикосъ (Prunus Armenica), персикъ (Persica vulgaris), слива (Prunus domestica), кулька (Prunus insititia), вишневая слива (Prunus Myrobalanus), ренклодъ (Prunus Italica), обыкновенная вишня (Prunus Cerasus), цыганская вишня (Prunus effusa), кислая вишня (Prunus acida), марасковая вишня (Prunus Marasca) и черешня (Prunus avium). Къ плодамъ этого рода принадле- житъ и кизилъ, Cornus mas, распространенный въ средней и южной ЕвропЬ, плоды котораго даютъ вкусное варенье или употребляются въ пищу въ сыромъ видЬ.
Зерновыми плодами называютъ плоды яблочныхъ растений. У нихъ станки гн4здъ плода образуются изъ пергаментовидной оболочки, погруженной въ мясистую массу. Сюда относятся груши, яблоки, мушмула и айва. Гораздо менЬе важную роль играютъ берекъ (Sorbus torminalis), садовая рябина (Sorbus domestica) и плоды сладкой разновидности обыкновенной рябины (Sorbus Aucuparia var. dulcis). Среди грушъ и яблокъ различаютъ нисколько сотенъ сортовъ. Мн4ше, будто всЬ они происходятъ исключительно отъ двухъ дико^астущихъ видовъ — именно мужество и сильно преклоняться передъ придворнымъ этикетомъ, чтобы есть и похваливать подобное блюдо (прибавимъ, что его ели съ сахаромъ).
Во Франщи картофель получилъ большое распространеше, благодаря хитрости одного придворнаго: приказы короля, безплатная раздача и другхя принимавшхяся правитель- ствомъ меры не могли заставить французскихъ поселянъ разводить картофель. Тогда вельможа огородилъ поле, разставилъ на немъ мешки съ картофелемъ и написалъ объ- явлеше, что слуги его получили приказаше стрелять во всякаго, кто станетъ покушаться на редк!й заграничный плодъ. Объявлеше подействовало— въ одну ночь весь картофель растащили и онъ быстро сталъ распространяться по Франщи.
У насъ въ Poccin въ тридцатыхъ годахъ происходили повсеместно „картофельные бунты*. Въ Вятской губернхи въ деле разведешя картофеля участвовали даже пушки: такъ сильно было возбуждено населеше противъ „чертовыхъ яблокъ*. Однако постепенна предразсудки уступили место разумному отношешю къ своей пользе и теперь картофель разводится въ крестьянскомъ хозяйстве повсюду, а во многихъ местахъ вошелъ даже въ правильный плодосменъ, нарушивъ такимъ образомъ застывшее въ вековомъ оцепенеши наше трехпольное хозяйство.
Классическая страна картофеля — Ирланд1я, где картофельная болезнь (Phytophtora infestans) вызываетъ поголовный голодъ сельскаго населешя. Впрочемъ, теперь и здесь, какъ и повсюду, промышленность заставляетъ населеше постепенно переходить на фабрики и вл!яше урожаевъ на картофель не сказывается уже столь резко. О вл!яши урожая картофеля на число браковъ въ Ирландхи, см. Вокль, Исторхя цивилизащи въ Англш, начало I тома.
!) Изъ плодовъ ея приготовляютъ известный ликеръ „мараскинъ*. Родиной этого сорта вишни считается Далмащя. Прижъчанге пер* Г.
Pirns communis и Mains, наверно, неправильно. Въ южной и особенно въ юго- восточной части Европы существуетъ целый рядъ дикорастущихъ грушъ и яблокъ (напр., Pirns Anstriaca, salviaefolia, nivalis, xanthoclada, brachypoda и т. д.), на которыхъ ботаниками въ настоящее время еще не обращено должнаго внимашя. Они частью являются непосредственно исходною точкою многихъ нашихъ куль- турныхъ сортовъ яблокъ и грушъ, въ большинстве же случаевъ производить пу- темъ скрещиванья съ другими видами помеси, у которыхъ, какъ и у многихъ другихъ помесей, свойства плодовъ оказываются измененными (ср. 539 стр.). Путемъ скрещивашя грушевого дерева съ мучнымъ деревомъ (Sorbus Aria) получаются превкусный груши помеси Pirns Bollwilleriana. Къ зерноплодамъ въ тес- номъ смысле слова примыкаетъ гранатъ (Punica Granatum), относящшся къ мир- товымъ; онъ встречается въ дикомъ виде и въ культуре, чаще всего въ средиземноморской области, и его плодъ, разделенный перегородками на два яруса гнездъ и вдпоминаюпцй по внешнему виду яблоко, очень популяренъ на юге, такъ какъ даетъ вкусное, кисловатое питье.
Къ яго'дамъ относятъ все плоды, въ которыхъ семена погружены въ сочную массу, причемъ вокругъ семянъ не™ ни косточки, ни пергаментовидныхъ оболочекъ. Въ общежитья подъ этимъ назвашемъ фигурируютъ не только плоды, получившиеся какъ изъ верхней, такъ и изъ нижней завязи, но даже ложные, сложные и др., разъ они отвечаю™ названнымъ услов!ямъ х). Вследств1е этого число относящихся сюда плодовъ очень велико и мы ограничимся темъ, что упо- мянемъ лишь о наиболее распространенных^
Особенно богато такими плодами семейство розоцветныхъ. Сюда относятся различный земляники, йменно кроме европейскихъ видовъ: лесной земляники (Fragaria vesca), клубники (Fragaria collina) и садовой клубники (Fragaria elatior), еще и северо-американская пурпуровая земляника (Fragaria Virginiana), ананасная земляника (Fragaria grandiflora), родомъ изъ Суринама, и гигантская чилшская земляника (Fragaria Chilensis). Кроме земляники следуетъ упомянуть еще о мно- гочисленныхъ видахъ B.ubus: европейская малина (Rubus Idaeus), очень похожая на нее американская малина (Rubus strigosus), морошка (Rubus Chamaemorus), мамура (Rubus arcticns) и друпе многочисленные европейск!е и американсте виды ежевики о черныхъ ягодахъ (Rubus fruticosus, deliciosns и т. д.). Къ нимъ примыкаетъ кокосовая слива (Chrysobalanns Icaco), родомъ изъ тропической Америки, и крайне излюбленная въ Япоши финиковая слива или каки (Diospyros Kaki) Вспомнимъ, по этому поводу, также и о вывезенной съ Востока въ средиземно* морскую область унаби (Zizyphus vulgaris), остъ-индской ююбе (Zizyphus Jujuba) и дикорастущей на востоке лотосовой груше (Diospyros Lotus). Плоды розъ (Rosa) или шиповника, равно какъ и барбариса (Berberis vulgaris) также нередко употребляются въ пищу какъ варенье. Изъ семейства шелковичныхъ следуетъ упомянуть о черной и белой шелковице (Morns nigra и alba); у первой плоды крупные,
D Скажемъ даже больше: всякьй небольшой сочный плодъ называется у публики ягодою, такъ что даже земляника (у которой сузля сЪмянки сидятъ на сочномъ цвЬтоложЬ) также сходить за ягоду. Терминолопя эта настолько вошла въ практику, что не только ученики среднихъ школъ, но даже студенты не скоро отвыкаютъ отъ народнаго назвашя „ягоды земляники“. Прим. пер. Г.
съ кисловатымъ, у второй поменьше съ пресно-сладковатымъ вкусомъ х). Изъ рода Ribes ягоды Ribes Grossularia, Ribes Uva crispa и Ribes reclinatum известны подъ именемъ крыжевника, a Ribes rubruin и nigrum — красной и черной смородины. Многочисленные сорта винограда считаются все однимъ видомъ (Vitis vinifera), хотя и объ этомъ случае можно было бы сказать то же, что о грушахъ и ябло- няхъ (стр. 711). Отъ одного вида винограда (Vitis silvestris), растущаго дико въ восточной Европе, особенно въ придунайскихъ странахъ, повидимому, произошелъ сортъ винограда, который нередко разводится въ садахъ и отличается мелкими
ягодами темнаго цвета, между темъ
какъ сорта съ зелеными крупными ягодами имеютъ родиною Востокъ, Кавказъ и Гималаи; Vitis Labrusca, листья котораго покрыты съ нижней стороны белымъ войлокомъ, а ягоды вкусомъ напоминаютъ землянику, происходить изъ Северной Америки. Въ настоящее время перевезены изъ Европы въ Америку и мнопе дру- rie виды винограда, корней котораго не подъедаетъ филлоксера (Phylloxera vastatrix ); они служить дичками для прививки къ нимъ хоро- шихъ сортовъ, боящихся филлоксеры. Въ балтшекой области встречаются болышя заросли маленькихъ кусти- ковъ четырехъ видовъ рода Vacci- nium: черники (V. Myrtillus), голубики (V. uliginosum), брусники (V. Vitis Idaea) и клюквы (V. Охусос- cos). На рынке они часто представ ляютъ самые дешевые плоды; изъ брусники варится несколько сортовъ варенья. То же можно сказать
Tамариндъ (Tamarindus Indica).И О СеверО-аМврИКаНСКИХЪ VaCCinium
macrocarpum и Gaultheria procumbens. Здесь кстати будетъ упомянуть о пекоторыхъ мясистыхъ плодахъ, большею частью тропическихъ, не подходящихъ ни подъ одну изъ трехъ категорш плодовъ: костянковыхъ, зерновыхъ и ягодныхъ; между темъ они играютъ столь видную роль среди съедобныхъ плодовъ, что ихъ нельзя обойти молчашемъ. Таковы виды рода Citrus: апельсинъ (Citrus Aurantium), китайскш апельсинъ (Citrus Sinensis), померанцы (Citrus Bigaradia), бергамотъ (Citrus Bergamia), Адамово яблоко
х) По внешнему виду эти плоды крайне похожи на крупную малину. Очень популярны они въ Турщи, Итал1и и др. странахъ, гдЪ растетъ шелковица. Стоять чрезвычайно дешево: въ Константинополь за 10 пара (меньше 2 коп.) даютъ фунта три ягодъ бЪлой шелковицы; черная нисколько дороже.
(Citrus Limetta), бадранки (Citrus Limonum), лимонъ (Citrus medica) и помпель- мусъ (Citrus decumana). Сюда же примыкаютъ asiarcKie, теперь повсюду разводимые въ теплыхъ странахъ по сю и по ту сторону океана дыня (Cucumis Melo)
и арбузъ (Cucumis Citrullus) — родомъ изъ Африки или Ocтъ-Индiи, разводимый теперь въ Сев. Америке, Африке и Европе, особенно въ южной Францш, Нижней Италш, Венгрш и южной Гермаши т). Исключительно тропикамъ принад- лежатъ: баобабъ (Adansonia digitata), называемый также обезьяньимъ хлебнымъ
деревомъ, дынное дерево (Carica Papaya), хлебное дерево (Artocarpus incisa и A. integrifolia), абарата (Persea gratissima), гуаява (Psidium piriferum), остиндское
розовое яблочко (Jambosa domestica и vulgaris), мангустанъ (Garcinia Мап- gostana), остиндская момбиновая слива (Spondias Mombin), таитшское яблоко (Spondias dulcis), остиндская манговая слива (Mangifera Indica), ананасъ (Ananassa sativa), пизанг^ (Musa paradisiaca) и бананы (Musa sapientium). Изъ плодоносныхъ пальмъ особеннаго внимашя заслуживают финиковая (Phoenix dactylifera), сахарная (Arenga saccharifera) и винная (Mauritia vinifera). Изъ бобовыхъ упомянемъ объ остиндскомъ тамаринда (Tamarindus Indica, см. рис. на 712 стр.) и о палестинскомъ рожковомъ дереве Ceratonia siliqua, частью возделываемому частью одичавшемъ въ средиземноморской области (см. рис. рядомъ), въ бобахъ котораго развивается сладкая мякоть; (это излюбленные нашимъ простонародьемъ царе- градск!е рожки, фигурирующее на всехъ гуляньяхъ и праздникахъ). На-
Рожковое дерево (Ceratonia siliqua).Рожковое дерево (Ceratonia siliqua).конецъ, вспомнимъ еще о смоковни-
Рожковое дерево (Ceratonia siliqua).
Рожковое дерево (Ceratonia siliqua).
цахъ, и притомъ о двухъ: съ одной стороны о средиземноморскомъ фиговомъ деревЪ Ficus Carica (ср. стр. 148), а съ другой стороны о плодахъ американской, теперь разводимой повсеместно въ средиземноморской области индшской смокве, относящейсякъ семейству кактусовыхъ: это Opuntia vulgaris и Opuntia Ficus Indica).
x) А также и въ южной Россги, которая поставляетъ этотъ излюбленный нашимъ на- родомъ фруктъ въ громадномъ количеств^ (по малоросс!йски — кавуны); особенно славятся камышинсюе арбузы.
Веб эти плоды потребляются въ сыромъ виде, мнопе изъ нихъ варятся съ сахаромъ или же сушатся и заготовляются такимъ образомъ впрокъ. Къ последней категорш относятся главнымъ образомъ сушеныя яблоки, груши, сливы, образующая во многихъ странахъ важную статью торговли. Виноградъ также употребляется въ сушеномъ виде подъ именемъ изюма. Изюмовъ различаютъ несколько. Изъ Испаши на изюмъ идутъ крупные сорта малаги, изъ Грещи и Малой Азш большею частью вывозятся засушенные въ виде изюма местные сорта винограда: цибебыу султанши, дамасцины и наконецъ, маленькая черная коринка, получающаяся изъ особаго сорта винограда (Vitis apyrena) о мелкихъ черныхъ ягодахъ, лишенныхъ семянъ. , .
Что касается вкуса плодовъ, то надо признать, что содержаше въ нихъ сахара увеличивается вместе съ увеличешемъ тепла во время перюда созревашя. Однако самый вкусъ нисколько не зависитъ отъ тепла. Самые вкусные плоды зрбютъ не подъ тропиками, а въ более суровыхъ северныхъ областяхъ. Къ наиболее вкуснымъ плодамъ относятся малина, морошка и земляника.
Къ костянковымъ, зерновымъ, ягоднымъ и другимъ перечисленнымъ* выше плодамъ, у которыхъ питательной частью является околоплодникъ, примыкаютъ ореховидные плоды; у нихъ сухая, деревянистая (а не мясистая) оболочка по- крываетъ вкусный зародышъ семени или же магазинъ питательныхъ запасовъ этого зародыша. Число съедобныхъ ореховидныхъ плодовъ не велико. Изъ хвой- ныхъ сюда относятся всего 2 вида: Finns Cembra и Finns Pinea; ихъ сравнительно крупный семена содержать вкусный, ароматичесшй зародышъ и белокъ. Семена растущаго на горахъ сибирскаго кедра Finns Cembra известны подъ именемъ кедровыхъ орешковъ, а средиземноморская итальянская сосна Finns Pinea даетъ орешки, известные въ Италш подъ именемъ пи Hi о л ей. Грецкш орешникъ, Juglans regia, обитающш отъ юго-восточной Венгрш до Персш, культивируется во всехъ техъ местностяхъ, где растетъ виноградъ. Хотя въ семействе плюско- носныхъ известно много древесныхъ породъ, несущихъ орешки, однако въ пищу употребляются только немнопе, именно каштанъ (Castanea vesca) и три вида лещины. Далее всего на северъ идетъ обыкновенная лещина (Corylus Avellana). Въ южной Европе ее заменяетъ Corylus tubulosa, а въ юго-восточной живетъ древесная, а не кустарная форма, такъ называемый византшскш орешникъ — Corylus Colurna. Изъ Бразилш попадаютъ къ намъ такъ называемые „ американок! е орехи" (Bertholletia excelsa). Къ ореховиднымъ плодамъ нужно отнести и кокосовый орехъ, плодъ кокосовой палвмы (Cocos nucifera, см. табл, при 668 стр.), достигающей величины съ человеческую голову. Внутренняя трехгранная часть его укутана мощнымъ волокнистымъ покровомъ, а тотъ, въ свою очередь, покрыть глянцовитой наружной кожею. Твердая, какъ кость, скорлупа содержитъ въ виде пищевыхъ запасовъ для зародыша молочную жидкость (кокосовое молоко); съ возрастомъ эта жидкость сгущается въ белое ядро, вкусомъ напоминающее обыкновенный орбхъ х). Какъ молоко, такъ и образующееся изъ него ядро употребляются въ пищу. Кокосовая пальма распространена во всемъ тропическомъ Mipe.
На 702 стр. говорилось о томъ, что пища человека состоять изъ белковыхъ
г) Во всЬхъ итальянскихъ городахъ эти кокосовый ядра продаются на лоткахъ, нарезанными на куски, какъ у насъ арбузы.Прим. пер. Г.
веществъ, углеводовъ и солей, но что наряду съ ними необходимы еще и, такъ
называемый, вкусовыя вещества. Дело въ томъ, что вышеперечисленный вещества
имбютъ пресный и малопривлекательный вкусъ. Только благодаря присутствью
вкусовыхъ веществъ (эфирныхъ маслъ, кислотъ, горькихъ и др. веществъ), со
держащихся въ большинстве растительныхъ пищевыхъ продуктовъ или же при-
бавляемыхъ къ нимъ искусственно въ видб пряностей, пища становится вкусною.
Пряности существенно способ- ствуютъ также растворенью и перевариванью пищевыхъ веществъ, къ чему, какъ известно, все питаше и сводится.
Употребляемыя нами въ пищу въ виде пряностей приправы растительнаго происхо- жден!я могутъ быть или въ свежемъ или въ за суше н- номъ состояши. Къ первымъ относятся прежде всего крестоцветный остраго вкуса, извест- ныя подъ назвашемъ кресса, крессъ-салатъ (Lepidium sativum), собачш хренъ (Lepidium latifolium), резуха (Nasturtium officinale) и водяная жеруха (Cardamine amara). Сюда же относится и хренъ (Cochlearia Armoracia, см. рис. рядомъ) въ листьяхъ и толстыхъ корняхъ котораго развивается острое эфирное горчичное масло. Въ свежемъ виде эти листья и корни приправляются ко мно- гимъ блюдамъ.
Къ этимъ вкусовымъ ве- ществамъ, употребляемымъ въ свежемъ виде, близки мнопе
ТраВЫ И ПОЛукуСТарНИКИ ИЗЪХр^нъ (Cochlearia Armoracia).
семейства губоцветныхъ, расту-
щ!я въ средиземноморской области и употреблявпияся какъ кухонныя травы еще въ древшя времена; сюда относятся: чаберъ (Satureja hortensis), тим!анъ (Thymus vulgaris), майоранъ (Origanum Majorana) и иссопъ (Hyssopus officinalis); базиликъ (Ocymum Basilicum) также употребляется во многихъ странахъ. Въ прошломъ столетш кое- где употреблялся въ пищу и обыкновенный шалфей (Salvia officinalis), какъ ароматическое вещество, однако теперь его употреблеше совершенно вышло изъ моды. Изъ ароматическихъ зонтичныхъ вспомнимъ объ укропе (Anethum grave- olens), употребляемомъ какъ приправа къ кушаньямъ, соусамъ и въ особенности
къ огурцамъ. То же приходится сказать и о полыни (Artemisia Dracunculus), называемой французами эстрагономъ; она прибавляется главнымъ образомъ къ винному уксусу и къ французской горчице. Различные луки, о которыхъ шла речь на стр. 707, также играютъ важную роль какъ приправы. Сушеные листья,
Кор1аидр,ь (Coriandrum sativum).
соцветья, цветочный почки и плоды поставляются къ столу следующими расте- юями умеренныхъ поясовъ: листья лавра (Lauras nobilis), шишковидный соцветья хмеля (Humulus Lupulus), цветочный почки капрца (Capparis spinosa), рыльца шафрана (Crocus sativus) и въ особенности полусемянки зонтичныхъ растетй ко- р!андра (Coriandrum sativum, см. рис. на этой стр.), тмина (Caruin Carvi, см. рис.
В-Ьтвь гвоздичнаго дерева (Caryophyllus aromaticus).В-Ьтвь гвоздичнаго дерева (Caryophyllus aromaticus).
В-Ьтвь гвоздичнаго дерева (Caryophyllus aromaticus).
В-Ьтвь гвоздичнаго дерева (Caryophyllus aromaticus).
на 401 стр.), фенхеля (Foeniculum aromaticum, см. рис. на 401 стр.) и аниса (Pimpinella Anisum), который въ общежитш считаются обменами. Полусбмянки эти прибавляются къ различнаго рода печешямъ, даже къ обыкновенному хлббу. Въ Тиролб въ тбсто кладутъ также обмена буркуна Melilotus coerulea, отчего это растете называется тамъ хлббнымъ клеверомъ. Очень важны также обмена горчицы, черной и бблой (Brassica nigra и Sinapis alba) и плоды испанскаго перца или паприки, который употребляется въ разнообразнбйшихъ кушаньяхъ, въ особенности въ Венгрш.
Изъ приправъ употребляемыхъ въ сухомъ видб, и привозимыхъ къ намъ изъ
тропическихъ мбстностей, въ особенности изъ Остъ-Индш, назовемъ: корневище имбиря (Zingiber officinale), корень куркумы (Curcuma longa), цитварный корень (Curcuma Zedoaria), галан- говый корень (Alpinia Galanga), бблую корицу (Canella alba), настоящую корицу (Cinnamomum Zeylanicum), китайскую корицу (Cinnamomum Cassia), гвоздичную корицу (Dicypellium caryophyl- latum), Cinnamodendron corticeum, кухонную гвоздику (Caryophyllus aroma- ticus; см. рис. рядомъ), гвоздичныйперецъ (Pimenta officinalis), звбздчатый анисъ (Illicium anisatum), мускатный орбхъ (Myristica moschata), мускатный цвбтъ, т. е. присбмянникъ мускатнаго орбха, киннамонъ (Cinnamomum Loureiri и aromaticum), райсжя зерна (Ammomum granum paradisi), длинный и короткш кардамонъ (Elletaria major и Cardamo- mum), длинную нижнюю завязь эпифит- наго орхиднаго Vanilla planifolia, содержащую большое количество крайне
ароматнаго ваниллина, наконецъ, разные сорта перца (Piper longum и nigrum).
Къ вкусовымъ веществамъ растительнаго происхождешя относятся также какао, кофе, чай и табакъ, которые ежедневно потребляются миллюнами людей во всбхъ частяхъ свбта, такъ что умбстно будетъ сказать о нихъ нбсколько
словъ.
Дерево какао (Theobroma Cacao), растетъ въ центральной Америкб (между 23° сбв. широты и 20° южной) и перевезено оттуда и въ друйя тропическ!я области, напр. на Яву, Kanapcide острова и въ Бомбэй; на стебляхъ и вбткахъ этого растешя показываются мелте цвбточки, а изъ нихъ уже получаются плоды въ 10—20 см. длиною и 5—7 см. шириною, по которымъ тянется 10 продольныхъ реберъ; въ плодб содержится 5 рядовъ бобовидныхъ сбмянъ. Эти обмена (бобы какао) поджариваютъ и размалываютъ и, прибавляя сахару и различныхъ пряностей или муки и пр., получаютъ шоколадъ. Содержащейся въ бобахъ какао
жиръ, такъ называемое какаовое масло, добывается изъ сбмянъ выжимашемъ. Привозимые, въ Европу изъ тропиковъ бобы-какао перерабатываются въ шоколадъ преимущественно во Фрашци, Гермаши и Швейцарш. Употреблеше шоколада было перенято испанцами у мексиканцевъ (въ 1519 году). Во второй половинб 16-го вбка потреблеше шоколада распространилось въ Испаши, въ началб 17-го вбка въ Италш, а при Людовикб XIV во Фрашци. Первыя фабрики появились въ Англш въ началб 18-го вбка. Въ Италш, Фрашци, Англш, Бельгш, Германш, Австрш и Россш шоколадъ остался напиткомъ какъ-бы параднымъ, роскошнымъ, онъ не вошелъ еще въ повседневное употреблеше, между тбмъ какъ въ Испаши и мексиканскихъ штатахъ креоловъ онъ теперь является вполнб нащональнымъ напиткомъ.
Кофе добывается изъ Goffe a arabica, кустарника изъ семейства марено- выхъ. На этомъ кустарникб развиваются плоды, во внутренней части которыхъ находится пара сбмянъ, извбстныхъ подъ именемъ кофейныхъ зеренъ; зерна эти покрыты твердой скорлупою и окружены покрывающимъ ее фюлетовымъ сочнымъ покровомъ („мясомъ“), Эти обмена содержать въ себб коффеинъ, благодаря чему ихъ и употребляютъ какъ наркотическое средство. Предварительно поджаривши, ихъ размалываютъ и бросаютъ полученный порошокъ въ кипятокъ. Получающаяся жидкость, содержащая; въ растворб коффеинъ, и есть кофе. Кофейный кустарникъ растетъ въ восточной Африкб, въ Абиссинш до Ровумы (10° южной широты) въ дикомъ видб, но также культивируется въ «Старомъ и Новомъ Свбтб до 36° сбв. широты, въ мбстностяхъ, гдб средняя годовая температура 27—28°. Смотря по мбсту произраставши, различаютъ аравшскш или левантшскш кофе, извбстный подъ именемъ мокки, затбмъ кофе съ Явы, Суматры, Бурбоца, Цейлона, Кубы, Порторико и Суринама. Кофе воздблывался въ 1еменб въ началб 15-го вбка, въ 1534 г. обычай пить кофе распространился въ Константинополб, въ первой половинб 17-го вбка въ Италш, въ концб 17-го столбыя во Фрашци открылась первая кофейня и употреблевне кофе распространилось по всбмъ болыпимъ городамъ Англш, Гермаши и Австрш, въ серединб 18-го вбка кофе распространился повсюду, а за послбдшя 50 лбтъ потреблеше его увеличилось приблизительно въ 6 разъ т). *
Чай получается отъ кустарника Thea Chinensis, принадлежащаго къ семейству тернстрем!евыхъ. Нбжные листья этого куста срываются и высушиваются, а получающшся отъ настоя этихъ листьевъ на кидяткб наркотическш напитокъ и зовется чаемъ. Алкалоидъ теинъ, содержащейся въ этихъ листьяхъ и перехо- дяпцй въ кипятокъ, очень близокъ къ коффеину. Различаютъ черный и зеленый
х) Возбуждаюпця свойства кофе были впервые замечены магометанскими анахоретами въ Аравш, которые къ своему удивленно констатировали крайнее возбуждеше у козъ, поЪдавшихъ кофейные плоды. Желая побороть въ себЪ стремлеше ко сну въ ночные часы бдЪшя, анахореты и воспользовались подмЪченнымъ свойствомъ и ввели кофе въ употреблеше.
Говоря о приготовлеши кофе, авторъ не упоминаетъ объ интересномъ способа добы- вашя сЪмянъ изъ твердой скорлупы. По крайней мЪрЪ на ЯвЪ для этого употребляется болЪе практичный, нежели аппетитный способъ: малайки садятся въ кружокъ, набиваютъ себЪ въ ротъ ягоды кофе и очень быстро лущатъ ихъ зубами, выплевывая сЪмена въ центральную кучу. Прим. пер. Г.
чай. При приготовлены чернаго чая сорванные листья оставляютъ завадать на цыновкахъ, и притомъ такъ медленно, что листовой сокъ подвергается брожешю, причемъ листья окрашиваются въ темный цвета; зат4мъ ихъ мнута, вялятъ и после всего этого высушивают на солнце. Для получешя зеленаго чая листья высушиваются скорее, такъ что они сохраняют свой зеленый цвета. Къ чаю прибавляютъ передъ употреблешемъ различныя ароматичесшя вещества, именно Camellia Sasanga, Aglaia odorata, Gardenia florida, Jasminium Sambac и померанцевый цветъ. Родиною чая считается верхны Ассамъ. Культура его въ Китае производится съ древнейшихъ временъ. Въ последнее время она перешла въ Индию и на Зондск1е острова. Въ 15-мъ веке чай пили уже по всей Азы. Въ Европе онъ получилъ право гражданства въ 15-мъ веке благодаря голландцами Въ 1650 году чай употребляли какъ наркотическое вкусовое вещество въ Англы, а во второй половине 17-го века и въ Германы. Въ 1820 году ввозъ чаю въ Европу достигалъ 32 миллюновъ фунтовъ, а съ того времени потреблеше его возросло во много разъ. Въ Россы, Скандинавы и по побережьямъ средней Европы потреблеше чаю особенно сильно, однако нащональнымъ напиткомъ онъ сталъ только въ Голланды и Англы (и въ Россы, прибавимъ мы отъ себя).
Табакъ чаще всего употребляется для курешя, реже для нюханья и жева- шя. Онъ получается отъ Nicotiana Tabacum, однольтняго растешя изъ семейства пасленовыхъ, родомъ изъ южной Америки т).
Въ настоящее время онъ культивируется въ подтропическихъ и умеренныхъ поясахъ всего Mipa. Никотинъ содержится въ листьяхъ, которыя и употребляются или въ целомъ виде, какъ сигары, или разрезанными („крошка") какъ трубочный и папиросный табакъ. Ихъ срезаюта и высушиваюта, когда они достигли полнаго развийя, и подвергаютъ известного рода брожешю. Смотря по местностями въ которыхъ культивируется табакъ, различают многочисленные сорта его. Kypenie табаку было знакомо американцамъ еще до появлешя на ихъ земле европейцевъ. Колумбъ въ 1496 году виделъ, какъ курята туземцы. Приспособлешя, при помощи коихъ они втягивали въ себя дымъ, назывались у нихъ Tabaco, откуда табакъ и получилъ свое имя. Латинское назваше свое Nicotiana растеше получило отъ французскаго посланника въ Лиссабоне, Нико (Nicot), который въ 1560 году переслалъ полученный имъ изъ Америки семена во Франщю, где они были высеяны, проросли, зацвйли и принесли даже плоды. Поселившиеся въ Мексике испанцы переняли отъ тамошнихъ жителей распространенное среди нихъ куреше. Вернувшиеся вт Европу моряки ввели куреше сначала въ Испаши въ 1585 году. Къ концу 16-го века обычай курить перешелъ въ Англ1ю, въ начале 17-го века во Франщю, а зво время тридцатилетней войны куреше распространилось также по Германы и Австры. Несмотря на всевозможный запрещешя, куреше табаку распространилось особенно въ этомъ веке не только по всей Европе, но, можно сказать, и по всему Mipy. Нюхаше табака, бывшее въ моде въ особенности во Францы въ 1610—43 годахъ, за последшя десятилейя сильно уменьшилось. На Востоке вместо Nicotiana Tabacum возделывается другой видъ, именно Nicotiana rustica (махорка). Получаемый изъ этого растешя табакъ известенъ подъ именемъ турецкаго.
з) Самое назваше его напоминаетъ намъ Табаго—одинъ изъ Антильскихъ острововъ. Прим, пер Г.
Въ тбхъ странахъ (напр. въ Австрш), гд£ табакъ является монополью правительства, его называютъ также „мужичьимъ табакомъ", такъ какъ крестьянамъ разрешается культивировать безпошлинно известное количество табака, именно съ целью удалешя паразитовъ на домашнихъ животныхъ 1). Жевательный табакъ также распространенъ крайне мало. Зато следуетъ вспомнить о жевательномъ матер!ал6, употребляемомъ въ Ость - индскомъ архипелаге и въ Южной Азш 100 миллюнами людей, именно о перце-бетеле (Piper Betle). Листья его вымазываются съ одной стороны тестомъ изъ негашеной извести, затемъ въ нихъ заворачиваютъ плоды пальмы-ареки и все это вместе употребляется для жевашя. Это вызываетъ во рту горько-ароматичесшй вкусъ, зубы чернеютъ и десны окрашиваются въ краснобурый цветъ; въ результате получается своеобразное чувство, сходное съ опьянешемъ ^
У насъ на юге культура табака достигаетъ обширныхъ размеровъ, особенно въ южной части Крыма, где возделываются xopomie турецше табаки (главнымъ образомъ дюбеки). Культура табака считается даже выгоднее виноградарства. Табакъ требуетъ постояннаго присмотра и работы, а потому татары-плантаторы выписываютъ изъ Украйни целые полки дЪвушекъ-малоросшянокъ, которыхъ притесняютъ не хуже американскихъ плантаторовъ, пользуясь невежествомъ и неумешемъ девушекъ постоять за свои права. Впрочемъ, теперь за права несчастныхъ „копорокъ" вступились некоторый интеллигентный лица и не одинъ плантаторъ-табаководъ уже угодилъ1 на скамью подсудимыхъ. Табакъ сначала выращиваютъ въ виде разсады, какъ на севере капусту, а потомъ пересаживаюсь на поля. Поля эти требуютъ обильнаго орошешя и потому табаководы перенимаютъ въ канавки всякгй горный ручеекъ. Случается, что изъ-за крохотнаго ручейка, протекающаго на границе владешй двухъ деревень, между соседями возгорается кровопролитная война Лучппе сорта табаку срезаюсь ночью, при свете факеловъ. Женщины надеваютъ для этого шаровары. Затемъ пучки листьевъ нанизываются на горизонтальные колы и высушиваются на солнце. Въ виду акциза продажи въ розницу не производятъ, а продаютъ весь урожай какому-либо крупному промышленнику—Богданову, Дурунча, Асмолову и т. д. Для собственнаго употреблешя крошатъ себе табакъ ножомъ очень искусно.
Перечисляя средства, при помощи которыхъ люди добровольно отравляютъ свое су- ществоваше, нельзя не упомянуть объ оп!и, добываемомъ путемъ надреза незрелыхъ плодовыхъ коробочекъ мака (Papaver somniferum). Вытекаюпцй белый млечный сокъ, ошй, содержитъ не менее семи ядовитыхъ алкалоидовъ, изъ которыхъ наиболее известны морфинъ и кодеинъ. Ошй курятъ изъ маленькихъ длинныхъ трубочекъ. Вкусъ и запахъ напоминаетъ свежеиспеченный хлебъ. Весьма быстро наступаетъ опьянеше, сопровождаемое обыкновенно дивными видешями пьянаго и внешними судорогами его. Въ Константинополе мне пришлось посетить спещальную „кофейню", где кофе собственно и нетъ, но за то курятъ оп!й. Корчапцеся или неподвижные курильщики со стеклянными вылупившимися глазами производятъ поистине ужасное впечатлеше. Ошй вызываетъ после про- буждешя желание опохмелиться, опять покурить его и такимъ образомъ привычка затяги- ваетъ курильщика и обыкновенно сильно сокращаетъ его жизнь. Употреблеше ошя распространено во всей южной части Азш, особенно въ Китае и въ Индш, где оно сильно поощряется англичанами.
Къ модификацш курешя ошя приходится отнести также подкожное вспрыски- Banie морфина, доставляющее разбитымъ нервамъ многихъ представитолей интелли генцш fin de siecle минутное возбуждеше, за которымъ следуетъ темъ более мучительный упадокъ нервныхъ силъ. Впрочемъ, всяк!й записной курильщикъ табаку также уверяетъ, что онъ безъ папиросы не можетъ работать—у него голова не свежа!..
Примтъчангя пер, Г.
Кормовыя растежя.
При описанш пищевыхъ и вкусовыхъ веществъ растительнаго происхождешя, употребляемыхъ человекомъ, надо коснуться и техъ растенш, который идуть въ пищу нашимъ домашнимъ животнымъ и называются кормовыми.
Кормъ, необходимый для скота, либо отыскивается имъ въ поле, либо задается животнымъ въ конюшняхъ и хлевахъ. Въ местностяхъ, где почва покрыта обширными пастбищами и где никогда не выпадаетъ снега, какова напр. Абиссишя, жвачныя животныя цблый годъ пасутся подъ открытымъ небомъ и питаются во время остановки вегетащонной деятельности сухими листьями и стеблями. Въ местностяхъ же, где пастьба животныхъ прерывается на зиму, ихъ приходится кормить въ продолжеше этого неудобнаго времени въ хлбвахъ. Въ улучшенныхъ земледельческихъ хозяйствахъ происходить постоянная подкормка, т. е. кормлеше въ хлевахъ, зимою и летомъ. Въ такихъ случаяхъ для птицъ употребляютъ преимущественно зерновые злаки, для всеядныхъ клубневыя растешя и корнеплоды, картофель, земляную грушу, piny и отбросы отъ техническихъ производству для лошадей, наряду съ такъ называемымъ кислымъ ciHOMb, также овесъ, реже cвiжiй зеленый кормъ (такъ напр. въ Южной Италш употребляется пунцовый клеверъ Trifolium incarnatum); для жвачныхъ, особенно для быковъ и овецъ, кормомъ служатъ сено, корнеплоды и крошенная солома.
Для жвачныхъ самымъ важнымъ питательнымъ продуктомъ являются злаки и мотыльковыя, причемъ пocлiднiя отличаются главнымъ образомъ большимъ содержашемъ белковыхъ соединешй. Самыми благощнятными местами для паст- бищъ и являются те, где злаки растутъ въ перемешку съ бобовыми. При домашней подкормке изъ этихъ-то злаковъ и мотыльковыхъ и получается се но, идущее въ кормъ въ сухомъ виде. Cino различается кислое и сладкое. Последнее накашивается на сухихъ местахъ, первое на болотистыху сырыхъ; въ составь сладкаго etna входятъ преимущественно луговыя травы, кислое образуется изъ осокъ (виды Carex, Scirpus, Schoenus и т. п.). Отъ сладкаго cina отличаютъ еще, какъ особенно ценное, горное сено, накашиваемое на горныхъ полянахъ. Въ высокихъ альшйскихъ долинахъ старъ и младъ выбираются летомъ въ горы, селятся тамъ въ своихъ хижинахъ и впродолжеше несколькихъ недель косятъ горное cino, растилають его днемъ на солнце, вечеромъ сгребаютъ въ копны и наконецъ прячутъ, когда оно совсемъ высохнету въ своихъ полувоздушныхъ сараяхъ. Такъ какъ перевозка свежаго cina съ горныхъ высотъ въ долину связана летомъ съ большими затруднешями, то ее откладываютъ до зимы и отправ- ляютъ затемъ cino на саняхъ. Сладкое сено даютъ роды Festuca, Роа, Agrostis, Dactylis, Anthoxanthum, Avena и др.; они отличаются стройными упругими стеблями и тонкими листьями. Все они очень питательны и охотно поедаются скотомъ, въ особенности жвачными.
Про некоторые виды овсяницъ (Festuca) говорятъ, что они ядовиты; но по этому поводу надо сделать несколько замечашй. Действительно они вредно отражаются на здоровьи пасущихся животныхъ, однако не въ силу какихъ-либо заключающихся въ нихъ ядовъ, а единственно благодаря ихъ чисто физическимъ свойствами Дело въ томъ, что они очень тверды, листья кончаются остр!емъ и Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растен!й, т. II.46
усажены маленькими острыми зубчиками (см. рис. 4—6 на 333 стр. I тома). Въ сухую погоду они складываются, и если ихъ скотъ сьбстъ именно въ эту пору, то острые края и зубчики скрываются въ сложенныхъ половинахъ листовой пластинки. Попадая въ желудокъ, листья расправляются, острые зубцы и шипики пробуравливаютъ слизистую оболочку желудка и могутъ прйчинить сильное вос- палеше, иногда даже смерть. Чтобы избежать этой опасности, пастухи выжига- ютъ дерновины этого злака въ местахъ, где его особенно много.
Лучшими лугами считаются те, на которыхъ наряду со злаками много мо- тыльковыхъ. Большое число мотыльковыхъ разводится на поляхъ массами и задается животному или въ виде зеленаго корма, или въ засушенномъ виде, какъ сено. Самыми распространенными изъ этихъ послбднихъ являются луговой кле- веръ (Trifolium pratense), люцерна (Medicago sativa) и эспарцетъ (Onobrychis sa- tiva). Реже разводится розовый клеверъ (Trifolium hybridum) и перелетникъ Anthyllis Vulneraria). Изъ однолбтнихъ мотыльковыхъ, разводимыхъ съ этою целью, укажемъ на пунцовый клеверъ (Trifolium incarnatum), желтый люпинъ (Lupinus luteus), вику (Vicia sativa), немецкий горохъ (Lathyrus sativus) и на птичью ногу (Ornithopus perpusillus). Въ некоторыхъ местностяхъ зеленымъ кормомъ служатъ овесъ, рисъ, маисъ и просо, которыя скашиваются въ этихъ случаяхъ прежде, чбмъ на стебляхъ успбютъ развиться соцвейя. Сухая зелень (ботва) гороха и бобовъ также считается весьма питательнымъ кормомъ. Наряду съ естественными лугами, на возникновете коихъ человекъ не оказываетъ особаго вл!ян1я, и наряду съ клеверными полями, существуютъ еще такъ называемые искуствен- ные луга, посевныя поля, на которыхъ высевается подборъ семянъ известныхъ злаковъ.
Листва деревьевъ, именно тополей, йвъ, липъ, ольхи, реже березы и бука, осенью употребляется въ виде корма, главнымъ образомъ для овецъ. Листва ясеня неоднократно являлась „спасителемъ въ безкормицу“ въ очень сухое лето, когда весь другой кормъ въ долинахъ, особенно въ венгерской низменности, вы- горалъ.
Здесь умбстно будетъ упомянуть также о белой шелковице (Morns alba) ), листья которой служатъ въ пищу шелковичнымъ червямъ, и о божьемъ дереве (Ailanthus glandulosa)х) листва котораго поедается Bombyx Cynthia. Оба дерева родомъ изъ Восточной Азш и были введены въ южную и среднюю Европу въ виде кормовыхъ растенш для шелковичныхъ гусеницъ: белая шелковица попала къ намъ уже въ 6-мъ веке, а божье дерево только въ 1751 году. Впрочемъ, оба дерева разводятся еще и съ другою целью: Morns alba во многихъ местност- яхъ Италш служить подпоркою для винограда, тянущагося отъ дерева къ дереву въ виде гирляндъ; божье дерево употребляется для засадки аллеями, кроме того смолистый сокъ изъ его коры употребляютъ для изготовлешя бальзамовъ.
Растешя, употребляемый какъ лекарство и суеверными людьми дляколдовства.
Всяшй больной старается освободиться отъ своего недуга и употребляетъ для этого средства, как!я ему посоветуютъ. Уже съ давнихъ поръ среди этихъ средствъ главнейшую роль играли растешя. Въ древности жрецы ставили себе задачей применять для лечешя больныхъ травы, на которыя указывала народная молва, и появились особые спещалисты (называвппеся у древнихъ грековъ ризо- томами, см. 4 стр. I тома), которые собирали эти травы и приготовляли изъ нихъ лекарства. Какъ сказано, въ начале .этимъ занимались преимущественно жрецы, къ которымъ обращались больные, жаждавш!е исцелешя. Затемъ образовался особый классъ врачей, которые исключительно только темъ и занимались, что приготовляли лекарства отъ различныхъ недуговъ. Врачи эти зачастую обнаруживали подробный знашя, как!я только были возможны въ то время. Знамени- ^тый Галенъ, действовавши во второй половине второго века нашей эры сначала въ Грещи и Малой Азы, а затемъ въ Риме, обнаруживаетъ въ своихъ сочине- шяхъ значительный сведения по ботанике, которыя онъ прюбрелъ во время своихъ путешествий Сведешя эти явились не только обильнымъ кладеземъ премудрости для врачей на целую тысячу слишкомъ летъ, но и оказались важнымъ источни- комъ для изучешя медицинскихъ растешй. Еще въ 16-мъ веке, такъ называемые, отцы ботаники (Бокъ или Трагусъ, Фуксъ и др.) прибавляли къ описашю каж- даго отдельнаго растешя главу съ обозначешемъ его „силы и дeйcтвiя"
Действ1е известныхъ медицинскихъ растешй при некоторыхъ болезняхъ узнавалось по большей части случайно. Во времена знаменитаго врача Парацельза, практиковавшаго въ первой половине 16-го века въ Швейцарии, Эльзасе и Северной Гермаши, сильно развилось учеше о такъ называемой „сигнатуре" (зна- меноваши). Все были того мнешя, что при отыскиваши специфическихъ лечеб- ныхъ средствъ следуетъ руководствоваться формою соответствующей части расте- шя: высппя силы позаботились-де о томъ, чтобы люди могли узнать о чудодей- ственныхъ свойствахъ растешя. По очерташю листьевъ печеночницы, которые напоминаютъ человеческую печень, казалось тогда, можно было предугадать, что это растеше представляетъ специфическое лекарство противъ болезней печени, сердцевидная форма цветовъ обозначала средство противъ немощей сердца, желтый сокъ чистотбла помогалъ, будто-бы, противъ желтухи, колючш чертополохъ употреблялся противъ колотья въ боку и т. д. Это учеше о „знамешяхъ" продержалось очень долгое время, ввело въ медицину массу целебныхъ средствъ и сохранилось до нашихъ дней въ виде многихъ назвашй (напр, у насъ: болиго- ловъ, живокость, чисто тель, бородавникъ, печеночница и мн. др.); во многихъ местностяхъ народъ разделяетъ эти суевер!я еще и по сей день.
Понемногу число лекарственныхъ растешй достигло почтенной цыфры 8000. Тогда врачи пришли къ уббждешю, что всего хорошаго понемножку и сильно поурезали количество лекарственныхъ растешй. Начали съ бурачниковыхъ. Оказалось, что многочисленные виды этого семейства, до техъ поръ постоянно упо- треблявппеся какъ лекарства, подобно напр. Cynoglossum officinale, Anchusa officinalis, Lithospermum officinale, заключали въ себе совершенно недеятельные и, 46*
1) Солодковый корень (Glycyr’rhiza glabra); 2) Cassia fistula. Ср. стр. 725.1) Солодковый корень (Glycyr’rhiza glabra); 2) Cassia fistula. Ср. стр. 725.
1) Солодковый корень (Glycyr’rhiza glabra); 2) Cassia fistula. Ср. стр. 725.
1) Солодковый корень (Glycyr’rhiza glabra); 2) Cassia fistula. Ср. стр. 725.
следовательно, съ медицинской точки зрешя безполезныя вещества. Поэтому ихъ перестали прописывать. Тоже случилось и съ многочисленными растешями другихъ семействъ и такимъ образомъ число медицин- скихъ растешй пало съ 8000 до 300. Теперь уже основывались при выборе средствъ на химическихъ и фи- зическихъ свойствахъ растешй и проверяли ихъ действ!е на здоро- вомъ и больномъ человеке. При многочисленныхъ трудностяхъ, встре- чаемыхъ при подобнаго рода изсле- довашяхъ, нельзя быть увереннымъ, что это число, и такъ уже сильно урезанное, не сократится еще больше и въ действительности большинство врачей применяютъ на практике не больше десятой или двадцатой доли упомянутыхъ трехсотъ ле- карственныхъ растешй. Въ настоящее время эти растешя делятся на 9 группъ.
Prophylactica: предохрани- тельныя средства. Изъ нихъ осо- беннаго внимашя заслуживают средства противъ паразитовъ, при помощи которыхъ можно удалить поселившихся въ человеческомъ теле нахлебниковъ: напр. глистовъ, соли- теровъ, лентецовъ и трихинъ. Среди нихъ замечательны цветы Bray era antihehnintica, растешя, встречающегося въ дикомъ виде въ Абиссиши и продаваемаго тамъ подъ именемъ Koso г); затемъ следуетъ упомянуть о железистыхъ волоскахъ, по- крывающихъ плоды Rottlera tincto- ria и известныхъ подъ именемъ Kamala, сюда же относится кора гра- натоваго дерева Punica Granatum,
х) Б^рнЬе куссо. Разсказываюъ, что мать „собирателя земли Габеша", негуса Оеодора (родился въ 1818 году), торговала этими листьями.
Просвирникъ (Althaea officinalis).Просвирникъ (Althaea officinalis).
Просвирникъ (Althaea officinalis).
Просвирникъ (Althaea officinalis).
именно кора съ корней этого растешя, корневище папоротника Polystichum filix mas и засушенныя цветоносныя головки Artemisia Gina, такъ называемое „цитварное с4мя“. Противъ вшей употребляются семена изъ плодовыхъ коробочекъ Sabadilla officinalis. Сюда же относится перуанскш бальзамъ изъ растетя Муго- xylon Pereirae и жидкш стираксъ, бальзамъ, получаемый изъ коры Liquidambar officinale. Особую подгруппу этихъ веществъ представляютъ изъ себя антисепти- чесшя вещества (Antiseptica), за- держиваюпця процессы брожешя и rnieniH, посредствомъ которыхъ стараются сделать безвредными органичестя заразный начала; они убиваютъ въ особенности бак- терш (Schizomycetes) или по крайней мере мешаютъ ихъ разрушительной деятельности. Изъ при- надлежащихъ сюда растенш особенно известны мнопя губоцвет- ныя (Thymus, Mentha) и Eucalyptus globulus.
Emollientia. Подъ этимъ именемъ подразумеваю™ лекарства, который размягчаютъ соот- ветствуюпця части тела, умеряютъ болезненно повышенную чувствительность, словомъ успокаиваютъ больного. Къ этой группе причисляются различные сорта крахмала, напр. пшеничный или рисовый крахмалы, употребляемые для присыпки, затемъ такъ называемая „детская присыпка" — споры плауна Lycopodium clavatum ), различные препараты сахара, въ особенности тростниковаго, затемъ манна съ ясеня (Fraxinus Ornus), солодковый корень (см. рис. на
724 стр.) отъ Glycyrriza glabra, цареградсте рожки, по итальянски каруби—плоды Ceratonia siliqua (см рис. на 713 стр.), плоды Cassia fistula (см. рис. на 724 стр.), затемъ отметимъ слизистыя вещества: Gummi arabicum, получаемый съ разныхъ сортовъ Mimosa, трагантъ, доставляемый многими видами Astragalus, салепъ (клубневые корни многихъ видовъ нашихъ луговыхъ орхидныхъ), проевирникъ (Althaea
officinalis (см. рис. на 725 стр.), лбсная мальва (Malva Silvestris), цвбты коровяка (Verbascum phlomoides), обмена льна (Linum usitatissimum), обмена айвы (Cydonia vulgaris), багряный водоросли Chondrus crispus и Gigartina mammilosa, попавппя въ торговлю подъ общимъ именемъ карагена. Сюда же относятся мнопе жиры и масла растительнаго происхождение именно миндальное, оливковое, маковое и
какао.
Tonica. Эти вещества до нбкоторой степени противупо ложны предъиду-
Цветущая в^твь хиннаго дерева Cinchona officinalis. 1 Ср. 727 стр. текста.Цветущая в^твь хиннаго дерева Cinchona officinalis. 1 Ср. 727 стр. текста.щимъ, такъ какъ они обусловли- ваютъ уплотнеше и усиливаютъ способность къ сопротивление соотвбтствующихъ органовъ. Они оказываютъ большое вл!яше на состоите мельчайшихъ сосудовъ, ведущихъ къ гладкимъ мышеч- нымъ волокнамъ. Сюда относятся, главнымъ образомъ, такъ называемый, горшая вещества: корни высокостебельной горечавки (Gentiana lutea), вахта (Ме- nyanthes trifoliata), извбстный подъ стариннымъ аптекарскимъ назвашемъ Trifolium fibrinum, зо- лототысячникъ (Erythraea Сеп- taurium) и горькое дерево квас- ciH (Quassia amara г). Сюда при- мыкаютъ также тб растеши, который наряду съ горькими веществами содержать и ароматически, каковы напр. полынь (Artemisia Absinthium), апельсинная корка (Citrus Aurantium), кора каскариль (Croton Eluteria), корневище Hydrastis Canadensis ^ и аира Acorns Calamus и железки на шишкб хмели (Hu
Цветущая в^твь хиннаго дерева Cinchona officinalis. 1 Ср. 727 стр. текста.
Цветущая в^твь хиннаго дерева Cinchona officinalis. 1 Ср. 727 стр. текста.
mulus Lupulus), содержатся вещество, извбстное подъ назвашемъ лупулина.
Adstringentia и Balsamica. Они увеличиваютъ плотность, со
противляемость и напряженность тканей, приходящихъ съ ними въ соприкосно- веше, и значительно понижаютъ ихъ температуру и количество выдблешй. Здбсь можно перечислить множество подгруппъ. Первою изъ нихъ являются такъ называемый вяжунця средства (Adstringentia) — таннинъ, получаемый изъ галловъ.
г) Измельченная древесина квассш, высыпанная на блюдечко съ сахарной водой, употребляется для ястреб летя мухъ.
2) Употребляется при легочныхъ и другихъ кровоистечешяхъ какъ останавливающее средство.Примечанья пер. Г.
Плодоносная в-Ьтвь хиннаго дерева (Cinchona officinalis).Плодоносная в-Ьтвь хиннаго дерева (Cinchona officinalis).
Плодоносная в-Ьтвь хиннаго дерева (Cinchona officinalis).
Плодоносная в-Ьтвь хиннаго дерева (Cinchona officinalis).
богатая дубильними веществами кора дубовъ и ивъ, кампешевое дерево (Наета- toxilon Campechianum), корень раташя (Krameria triandra), ягоды медвежницы (Arctostaphylos uva ursi), листья шалфея (Salvia officinalis) и грецкаго орешника (Juglans regia), Acacia Catechu, листья папоротника, венерины кудри (Adiantum Capillus Veneris) и Pasta Guarana изъ Paullinia sorbilis. Къ относящимся сюда целеб- нымъ средствамъ принадлежать также кофе, чай и хинная корка, добываемая съ
многихъ сортовъ хинныхъ де- ревьевъ, Cinchona succirubra, Calisaya и officinalis (см. рис. на стр. 726). Первоначальною родиною деревьевъ, поставляю- щихъ эту кору, является область Андовъ отъ 10° северной до 20° южной широты и на высоте 1200—3500 метровъ надъ уров- немъ моря. Однако съ ними тамъ обращались слишкомъ без- церемонно и они стали настолько редкими, что далеко не въ со- стояши уже удовлетворять всему спросу. Къ счастью, на Яве, Цейлоне и другихъ местахъ Остъ- Индш завелись собственный плантацш хинныхъ деревьевъ, такъ что теперь весь спросъ на кору удовлетворяется съ избыт- комъ. Изъ корки добывается важный алкалоидъ хининъ. Наряду зъ хинными деревьями надо поставить листья кока (Егу- throxylon Соса), кустарника, ра- стущаго въ Перу и Воливш, изъ котораго добывается сильно распространившееся за последнее время средство кокаинъ, служащее для получешя местной анэ-
стезш (нечувствительности). Къ подгруппе бальзамическихъ средствъотносятся прежде всего хвойныя, богатыя скипидаромъ, изъ которыхъ лиственница (Larix) до- ставляетъ венещанскй терпентинъ, а стелющаяся горная сосна — такъ называемое горное масло (Latschenbl). Сюда же относятся кроме того смолы многихъ восточныхъ зонтичныхъ (Asa foetida, Ammoniacum, Galbanum, Myrrha, Olibanum и Mastix). Толу- анск!й бальзамъ получается изъ Toluifera Balsamum или Myroxylon toluifera (см, рис. на стр. 728), а копайскШ бальзамъ изъ Copaifera officinalis (см. рис. на стр. 729).
Temperantia. Они умеряютъ деятельность сердца и кровеносныхъ сосу- довъ, а следовательно также и кровообращетя, и потому парализуютъ те вредныя вл1яшя, который усиленное кровообращеше могло бы оказать на нервную систему,
благодаря повышенно температуры. Эти вещества прежде всего утоляютъ жажду и обусловливаютъ понижете деятельности сердца. Сюда относятся различные плоды и соки плодовъ, яблоки, лимоны, черная шелковица (Morns nigra), вишни, малина и смородина (см. рис. на 741 стр. I тома), которые оказываютъ такое д6йств!е благодаря содержашю яблочной и лимонной кислоты, затемъ ягоды черной бузины (Sambucus nigra), изъ которыхъ приготовляется Boob Sambuci, повидло (желе) изъ сливъ Pulpa prunorum и желе изъ плодовъ Tamarindus Indica (см. рис. на 712 стр.).
Alterantia и Resolvent!а. Сюда относятся только неорганичесшя
Цветоносная ветвь Toluifera Balsamum.Цветоносная ветвь Toluifera Balsamum.вещества, какъ-то ртуть, серебро, мышьякъ, м^дь и соли этихъ ме- тадловъ.
Цветоносная ветвь Toluifera Balsamum.
Цветоносная ветвь Toluifera Balsamum.
Acria. Это вещества острый, вызывающая на теле въ месте соприкосновешя, а подчасъ даже и въ самыхъ отдаленныхъ отъ этого места частяхъ, раздражеше, а при более сильномъ действш даже воспа- лете. Ихъ делятъ на пять группъ. Прежде всего кожные раздражители, которые вызываютъ на коже болезненную чувствительность, красноту, а при продолжительномъ действш даже пузыри. Сюда относятся семена черной горчицы (Brassica или Sinapis nigra), употребляемыя для горчичниковъ, ложечная трава (Cochlearia officinalis), относящаяся, подобно горчице, къ семейству кре- стоцветныхъ (см. рис. 1 на 730 стр.), концы вбтокъ казачьяго можевель- ника (Juniperus Sabina), кора волчья- го лыка (Daphne Mezereum, см. рис. 2 на 730 стр.). Вторая группа, получившая назваше пряныхъ острыхъ
приправъ, заключаетъ въ себе корень зубной травы Anacyclus Pyrethrum, бразиль- ск!й крессъ (Spilanthes oleracea) и перечисленный уже въ отделе пряностей (стр. 717) имбирь, цитварный корень, галгантъ и кайенскш перецъ. Затемъ кубеба (Piper Cubeba) и листья матико (Piper angustifolium). Къ третьей группе относятся острыя рвотныя вещества, именно бразильстй рвотный корень (CephaeHs Ipecacuanha. см. рис. на 731 стр.), составная часть известнаго средства противъ кашля Pulvis Doweri. Въ прежнее время вместо ипекакуаны употреблялся нашъ обыкновенный копытень (Asarum Europaeum), однако теперь онъ совершенно вышелъ изъ моды. Очень похожш на Asarum Europaeum Asarum Canadense въ новейшее время употреблялся американскими врачами подобно ипекакуане. Четвертую группу образуютъ острыя слабительныя, число коихъ сравнительно очень велико. Важнейшими
изъ относящихся сюда растительныхъ продуктовъ являются касторовое или рициновое
масло изъ семянъ клещевины (Ricinus communis), ревень — измельченный корень Rheum officinale или palmatum, александрШскш листъ (Cassia angustifolia и lenitiva), кора крушины Rhamnus Frangula и Purschiana, последняя более известна подъ именемъ Cascara sagrada, плоды Rhamnus cathartica, изъ которой въ прежнее время приготовлялся сиропъ, известный подъ именемъ Syrupus Spinae cervinae, смола алоэ — сгустившшся сокъ изъ листьевъ А1оё soccotrina и различныхъ дру- гихъ видовъ этого рода, корень ялаппы (клубни Ipomaea Purga), подофиллинъ изъ Podophyllum peltatum, колоквинта изъ Citrullus Colocynthis, гуммигутъ — засохппй клеточный сокъ Garcinia Mo
relia (см. рис. 1 на 732 стр.) и самое сильное слабительное — кротоновое масло изъ семянъ Croton Tiglium (см. рис. 2 на 732 стр.). Въ пятую группу входятъ пото- и моче- гонныя средства; сюда относятся волчковый корень (Ononis spinosa), репейный корень Radix Bardanae, растешя Lappa vulgaris (лопушникъ), собачье мыло (Herniaria glabra), млечный корень (Polygala Senega), сассапариль — воздушные корни многочисленн- ныхъ южно-американскихъ видовъ рода Smilax, гуаяковое дерево (Guajacum officinale), кора кондуранго (Gonolobus Condurango), хризаробинъ изъ Andina Araroba и наконецъ, засушенная зелень' нашей трехцветной фiaлки Viola tricolor.
Neurotica. Эта группа обнимаетъ вещества,
Цветущая в-Ьтвь Copaifera officinalis.Цветущая в-Ьтвь Copaifera officinalis.который оказываютъ благопр!ятное вл!ян1е или на всю нервную систему или на какой-нибудь участокъ ея. Ихъ дЬлятъ на ароматичесйя, отличающ!яся содержатемъ эфирныхъ маслъ, алкоголическ!я и алкалоидальныя. Къ первой изъ этихъ подгруппъ относится большое число растенш, о которыхъ уже прежде шла речь въ главе о пряностяхъ; сюда принадлежать напр., тминъ, фенхель и кор!андръ, анисъ, звездчатый анисъ, мускатный цветъ и орехъ, тимьянъ, кухонная гвоздика, корица, лавровый
Цветущая в-Ьтвь Copaifera officinalis.
Цветущая в-Ьтвь Copaifera officinalis.
листъ, кардамонъ, ваниль и шафранъ. Сюда же следуетъ отнести корневище многихъ косатдковъ Iris, именно Iris florentina, известное въ торговле подъ именемъ „фкшковаго корня", что обусловливается действительно фiaлкoвымъ запахомъ
этихъ корневищъ; это корневище употребляется въ виде порошка или же. снявъ оъ него кору, его даютъ жевать детямъ, у которыхъ прорезываются зубы; сюда же
относится плоды можевельника (Juniperus communis), мексиканский Chenopodium ambrosioides, камфарное дерево (Camphora officinalis, см. рис. 1 на 733 стр.), цв^ты сложноцветного Arnica montana, употребляемый въ видб настойки дли лечеши всякихъ пораненш, особенно горцами, обыкновенная ромашка (Matricaria Chamo- milla) и римская ромашка (Anthemis nobilis, см. рис. 2 на стр. 733), которая въ Сак-
1) Хрйнъ (Cochlearia officinalis); 2) волчье лыко (Daphne Mezereum). Ср. 728 стр. текста.
сонш культивируется въ махровомъ видЬ на поляхъ; надо упомянуть также о корняхъ многихъ зонтичныхъ, именно Angelica и Pimpinella, о липовомъ цвЬгЬ Tilia uhnifolia (см. рис. на 734 стр.), о лепесткахъ центифольной розы и многихъ другихъ ароматныхъ розъ; сюда же относится масло изъ Melaleuca Leucadendron, стержневой корень Valeriana officinalis, цв^ты черной бузины (Sambucus nigra), naxyuie листья розмарина (Rosmarinus officinalis), лаванды (Lavandula vera) и мяты (Mentha piperita и crispa), зелень лимонной мяты (Melissa officinalis), душицы (Ori-
ganum vulgare) и чабреца-тим!ана (Thymus Serpyllum). Наконецъ, сюда же сл4- дуетъ причислить листву садовой руты (Ruta graveolens, см. рис. 1 на 735 стр.),
которая употребляется какъ домашнее средство преимущественно простымъ наро- домъ. Вторая подгруппа обнимаетъ алкогольные наркотики: вино, спирте, коньякъ, пиво, кумысъ, йефиръ, эфиръ, хлороформъ и различные другие препа
раты, при составлеши которыхъ играетъ роль спиртъ, наконецъ, въ третью под
группу входятъ Neurotica, содержащая въ себе известные алкалоиды. Изъ этихъ последнихъ особенно замечателенъ ошй и приготовляемый изъ него
морфш; для получешя ошя надрЬ- зываютъ незрелый плодовыя коробочки мака, Papaver somniferum, богатый млечнымъ сокомъ. Этотъ белый сокъ, вытекаюпцй изъ места надреза, вначале принимаете желтоватокрасный, зат4мъ краснобурый цв4тъ, твердеете на воздухе и на следующей день снимается съ ко- робочекъ и скатывается въ круглый плосшя лепешки. Эти лепешки, который можно было бы назвать караваями ошя, служатъ въ местно- стяхъ добывашя его, особенно въ Малой Азш, важнымъ предметомъ торговли. О гращцозныхъ разме- рахъ культуры лучше всего судить по статистическимъ даннымъ, пока- зывающимъ, что изъ Смирны ежегодно вывозится 200,000 килограм- мовъ ошя 1). Вместо ошя деревенское населеше нередко д4лаетъ настойку на маковыхъ плодовыхъ ко- робочкахъ и употребляетъ ее глав- ымъ образомъ для того, чтобы унимать безпокойныхъ детей. Къ опью
Рвотный корень (СерЬаёИз Ipecacuanha). Ср. 728 стр. текста.Рвотный корень (СерЬаёИз Ipecacuanha). Ср. 728 стр. текста.близокъ гашишъ, получаемый изъ конопли (Cannabis indica, видь неотличимый отъ Cannabis sativa). Последнее вещество занимаете среди наркотиковъ Востока важное м4сто и представляете въ некоторыхъ очень обширныхъ обла- стяхъ ежедневное средство опьянешя населешя. Гашишъ вызываете» своеобразный галлюцинащи и употребляется главнымъ образомъ восточными разскащи- ками, которыхъ онъ приводить въ соответствующее настроеше. Особенно важные наркотики заключаются во многихъ пасленовыхъ растешяхъ, каковы, напр., белена (Hyoscyamus niger), дурманъ (Datura Stramonium), табакъ (Nicotiana Та- bacum), пасленъ сладко-горькгй (Solanum Dulcamara) и белладонна (Atropa Belladonna). Содержащейся въ белладонне алкалоидъ атропинъ обладаете известнымъ
Рвотный корень (СерЬаёИз Ipecacuanha). Ср. 728 стр. текста.
Рвотный корень (СерЬаёИз Ipecacuanha). Ср. 728 стр. текста.
*) См. наше примЪчаше къ 720 стр.
1) Garcinia Morelia; 2) Croton Tiglium. Cp. 729 стр. текста.1) Garcinia Morelia; 2) Croton Tiglium. Cp. 729 стр. текста.
1) Garcinia Morelia; 2) Croton Tiglium. Cp. 729 стр. текста.
1) Garcinia Morelia; 2) Croton Tiglium. Cp. 729 стр. текста.
специфическимъ вл!яшемъ на нервы и мускулы глазной радужницы,—она сжимается, отчего сильно расширяется зрачокъ. Къ этимъ пасленовымъ очень близки: лобел!я (Lobelia inflata), листья яборанды (Pilocarpus pinnatifolius), листва пятнистаго болиголова (Conium maculatum), физостигминъ изъ Physo- stigma venenosum (см. рис. 2 на 735 стр.), эрготинъ изъ спорыньи (Secale cornutum, вернее грибъ Claviceps purpurea, см. рис. 1 на 612 стр.) и стрих- нинъ изъ Strychnos них vomica. Очень важный алкалоидъ (дигиталинъ) заключается въ наперстянке (Digitalis purpurea). Извлекаемый изъ нея дигиталинъ замедляетъ б!еше пульса, следовательно и сердца, и часто применяется для урегулировашя крово- обращешя при страдашяхъ сердца. Къ наперстянке примыкаютъ семена безвременницы (Colchicum autumnale; см. рис. 1 на 736 стр.), чемерицы (Veratrum album), чистотела (Cheli- donium majus), борца (Aconitum Na- pellus), зеленаго морозника (Hellebo- rus viridis), морского лука (Scilla ma- ritima), горькихъ миндалей (Amyg- dalus communis var. amara), лавровишни (Prunus Laurocerasus), ядови- таго латука (Lactuca virosa), изъ ко- тораго приготовляется лактукар!умъ, веха (Cicuta virosa) и сушеныя костянки Anamirta Cocculus, употре- бляемыя для усыплешя рыбъ (см. рис. 2 на 736 стр.).
Целебныя вещества растит ел ьнаго происхожден!я, действующей механически. Число относйщихся сюда растешй очень не велико. Издавна кровоостанавли- вающимъ средствомъ служилъ трутъ (Fungus chirurgorum), представляющш изъ себй куски Polyporus fomentarius— гриба-трутовика, нарезаннаго пластинками. Кровь свертывается и склей-
вается съ войлочной тканью трута и неболышя кровотечетя останавливаются такимъ образомъ очень быстро. При этомъ однако надо иметь въ виду, что ткань гриба не должна быть пропитана растворомъ селитры х). Подобно трутовику Polypo- rns fomentarius употребляется и дож* девикъ (Lycoperdon ^ovista) и чешуйки съ вай некоторыхъ папорот- никовъ (Alsophila lucida, Balantium chrysotrichum, Cibotium Baromez и т. д.). Очищенная хлопчатая бумага, волоски съ семянъ Gossypium herbaceum также находятъ въ хи- рурпи обширное примбнеше для остановки кровотечешя, вытирашя и высасывашя болезненныхъ выделе- шй и т. д. (гигроскопическая вата). Подъ именемъ Stipites Laminariae въ аптекахъ имеются запасы ниж- нихъ стеблевидныхъ частей бурой морской водоросли Laminaria digitata (рис. на 585 стр. I тома справа). Оне имеютъ видь палочекъ и сильно на- бухаютъ, попадая во влажное место. Введенные въ сухомъ виде въ от- версйя человеческаго тйла, они мо- гутъ значительно расширить ихъ, не причиняя больному страданш.
Добрая часть всехъ перечислен- ныхъ въ фармакопее, т. е. въ оффи- щальномъ руководстве для приготов- лешя лекарствъ лечебныхъ средствъ растительнаго происхождешя, перешла и въ народную медицину, однако въ народе кроме того сохранилась еще вера въ целебный свойства многочисленныхъ растешй, не вошедшихъ въ фармакопею, и такъ называемый домашшя средства все еще продолжаютъ процветать. Для
г) Какъ это обыкновенно дЪлаютъ, когда хотятъ получить легковоспламе- няюпцйся трутъ для кремневого огнива.
1) Камфарное дерево (Camphora officinalis); 2) римекая ромашка (Anthemis nobilis) съ махровой цветочной корзинкою. Ср. 730 стр. текста.1) Камфарное дерево (Camphora officinalis); 2) римекая ромашка (Anthemis nobilis) съ махровой цветочной корзинкою. Ср. 730 стр. текста.Прим. пер. Г
1) Камфарное дерево (Camphora officinalis); 2) римекая ромашка (Anthemis nobilis) съ махровой цветочной корзинкою. Ср. 730 стр. текста.
1) Камфарное дерево (Camphora officinalis); 2) римекая ромашка (Anthemis nobilis) съ махровой цветочной корзинкою. Ср. 730 стр. текста.
примера назовемъ чистецъ (Stachys recta), который не встречается ни въ одной фармакопее и тбмъ не менее повсюду употребляется въ Австрш противь опухолей при зубной боли. При этомъ следуетъ заметить, что въ техъ стра- нахъ, где не существуете узаконенныхъ предписашй для вриготовлешя и выбора лечебныхъ средствъ, широко пользуются съ лечебной целью такими растешями, который въ Европб едва известны по названью. Таковъ напр. встречающейся въ Яноши, Китае и Остъ-Индш корень жень-шень (Ранах Ginseng; см. рис. на 737
Цветущая в^тка липы (Tilia ulmifolia). Ср. стр. 730.
стр.), который предлагается подъ именемъ Pentsao китайскими врачами каждому опасно больному какъ верное средство г).
Въ заключеше заметимъ еще, что въ новейшее время стараются, насколько это возможно, заменять целебный растешя получаемыми изъ нихъ алкалоидами, кислотами и т. д,; такъ напр. вместо хинной корки употребляется хининъ, вместо - Digitalis purpurea — дигиталинъ и т. д. Впрочемъ, мнопя органичесшя целебный
г) Корень жень-шень, возвращаюпцй зреше и слухъ и исцеляюпцй решительно отъ всЪхъ недуговъ, ценится въ Китае на весъ золота. Растенья Panax Ginseng не культи- вирують, оно растетъ въ пустынной степи и потому действительно искать его не легко.
средства, какъ напр. антифибринъ и антипиринъ, вовсе не извлекаются изъ частей растешя, а приготовляются искусственно въ химическихъ лаборатор!яхъ.
JoBipie больныхъ къ употребляемымъ въ народной медицине растительнымъ лечебнымъ средствамъ значительно усиливается, когда можно доказать, что данное растете привезено издалека или изъ какой-нибудь особенно замечательной местности, каковы напр. острова Тихаго океана или Сибирь; точно также особенно вбрять въ целебную силу растешй, когда они собраны на бывшемъ лобномъ месте. Равнымъ образомъ усиливаютъ престижъ и ценность такихъ средствъ раз-
2
1) Садовая рута (Ruta graveolens): 2) Physostigma venenosum. Ср. 731 стр. текста.
сказы о крайнихъ опасностяхъ, которымъ Подвергается безстрашный искатель этихъ растен!й. Такъ напр., по разсказамъ, этимъ людямъ на перепутьяхъ встречаются злые, оскаливаюпце зубы псы или чудовища въ виде призрачныхъ великановъ со сверкающими мечами. По другому поверью трудности заключаются въ томъ, что приходится искателю запасаться вещами, который очень трудно соорудить, напр. ему приходится опираться коленями на скамеечку, построенную изъ девяти породъ хвойныхъ деревьевъ, именно, сосны, ели, пихты, горной сосны, тисса, лиственницы, кипариса, кедра и можевельника. Все эти сказашя, конечно, усиливаютъ суеверность лицъ, пользующихся такими средствами и платящихъ за нихъ под- часъ болышя деньги.
Очень распространено мнеше, будто растительный средства годны только тогда, когда ихъ собрали въ известный день или ночь. Такъ семена (по
настоящему споры) папоротника помогаютъ противъ колдовства и приносятъ счастье только если собраны въ ночь послй Иванова дня (24 1юня) между 11 и 12 часами по полудни х); полевой цикорш, обладающей свойствомъ дйлать человйка невидимымъ и защищать его отъ пули, можетъ быть примйняемъ съ полнымъ успйхомъ только въ томъ случай, если его выкопать 25 поля и привязать къ посоху. Если сплести изъ будры (Glechoma hederacea), собранной въ
1) Безвременница (Colchicum autumnale); 2) Anamirta Cocculus. Ср. 732 стр. текста.
вальпурпеву ночь (на 1-ое мая), вйнокъ и положить его на голову, то на слй- дуюпцй день въ церкви ясно можно признать всЪхъ вйдьмъ данной мйстности: онй вей стоять къ алтарю спиною. Девясилъ ) (Inula Helenium), посконникъ
х) У насъ въ Россш папоротникъ цвЪтетъ огненной звЪздодкой въ ночь накануне Ивана-Купалы; искать его тоже необходимо въ полночь. Вероятно, повЪрье объ этомъ огненномъ цвЪткЪ, открывающемъ зарытые „съ зарокомъ" клады, основывается на томъ, что объ эту пору особенно свЪтлы жучки-свЬтляки. Въ этомъ же повЪрьи сказалась народная наблюдательность — оно доказываетъ, что отсутств!е у папоротника цвЪтовъ известно съ незапамятныхъ временъ.
(Eupatorium cannabinum), валер!анъ (Valeriana officinalis), божье-дерево (Artemisia Abrotanum), полынь (Artemisia Absynthium) и пижма (Tanacetum vulgare) следуетъ срывать въ Уснете (15 августа), связывать въ пучки и освящать въ церкви, Затемъ ихъ надо сушить и окуривать ими въ известныя ночи спальни и конюшни; ночи же эти следующ!я: въ день св. бомы, подъ Рождество, Новый годъ и Кре- щеше. Въ окуренныхъ такими растеньями помещеньяхъ ведьмы и домовые не въ состоянья причинить никакого вреда.
Очень распространена вера въ способность некоторыхъ растешй делать людей ясновидящими — они начинають видеть и понимать то, что безъ того
Жень-шень (Panax Ginseng). Ср. 734 стр. текста и рисунки на предъидущихъ страницахъ. По Балл1ону.
осталось бы имъ неизвестнымъ. Наиболее безобидными изъ относящихся сюда растеши являются поповники и маргаритки (Bellis, Chrysanthemum), у которыхъ вокругъ скученныхъ на среднемъ полб желтыхъ цветовъ помещается кружокъ бЬлыхъ - язычковыхъ. Число последнихъ весьма различно и потому, отрывая по цветочку (въ общежитья говорить лепестку/такъ какъ соцв4т1е* сложноцветныхъ публикою принимается за одинъ цветокъ) въ конце концовъ попадають либо на четь либо на не-четъ. Если число четное, то желаше исполняется, въ против- номъ случае надо „оставить все надежды". Часто тате вопросы, предлагаемые судьбе при посредстве цветовъ, сопровождаются известными присказками, какъ напр. „любить, нелюбить" и т. д. Въ Силезш растешемъ-оракуломъ служить зверобой (Hypericum perforatum). Если сорвать его цветокъ, то изъ цветоножки обыкновенно вытекаеть кровавокрасный сокъ. Однако онъ оказывается окра-
Кериеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растетй, П. т. ^
шеннымъ и въ сбрый цвбтъ или его и вовсе не бываетъ. И вотъ эти случаи считаются знаменательными и сопровождаются присказкою: „любишь—крови дашь, не любишь, грязью подаришь" (Bist mir gut, gibst mir Bint, bist mir gram, gibst mir Schlamm). Поверье о „волшебной палочк'Ь", делающей человека всевидящимъ, т. е. открывающей ему зарытые клады, подземныя минеральный богатства или источники въ сухихъ мбстностяхъ, тоже восходить ко временамъ с6дой старины. Для такихъ палочекъ беруть расходяпцяся въ видЬ развилины вбтки орешника, рябины, крушины-жестера, а подчасъ и омелы. Для гадашя прутикъ берутъ за развилину и оставляютъ свободной рукоятку, которая и указываетъ то напра- влеше гдб находится искомый источникъ, металлическая жила или сокровенный кладь.
Сюда же относится распространенное безобидное поверье въ четырехлистный клев ер ъ, который иногда попадается наряду съ обыкновеннымъ трехлист- нымъ. Кто его найдеть, тотъ считается баловнемъ судьбы, такъ какъ его ожи- даетъ любовь и счастье. Это же растеньице спасетъ его отъ колдовства и обмана. Если сорвать четырехлистный клеверъ въ воскресенье передъ восходомъ солнца и положить его въ башмакъ то (подобно будр'Ь; см. 736 стр.) можно узнать въ церкви всбхъ вйдьмъ и принять противъ нихъ м^ры предосторожности 1). Для защиты т4ла отъ ушиба и поранешя употреблялись, да вероятно и теперь еще употребляются, амулеты съ растешями, которымъ приписывается известное вл!яше на силы природы. Особенно часто съ этою ц4лью употребляется наружная засохшая плёнка луковицы нбкоторыхъ лилейныхъ растешй, напоминающая сЬтку, покрывающую ostein пленки луковицы. Это встречается у многихъ Gia-* diolus, Crocus и у Allium Victorialis. Посл£дшй лукъ, носящш виИеватое немецкое назваше „панцыря всехъ мужей" (Allermannsharnisch) вешали себе на шею воины, такъ какъ думали, что броня переплетающихся между собою твердыхъ нитей, которыми отличается эта пленка, указываетъ на то, что владеющш ею человекъ обороняется ею отъ всякой раны. Горцы употребляютъ эту пленку для защиты противъ „злой погоды".
Наряду съ этими амулетами надо поставить „адамову голову", корень пасле- новаго растешя Mandragora, растущаго въ южной Европе; этотъ корень применялся съ суеверными целями еще у древнихъ грековъ; онъ имеетъ видъ голаго человека, такъ какъ изъ четырехъ разветвленш его корня два принимаются за руки, а два за ноги. Чтобы поднять цену на этотъ корень, о добываши его разсказывались необыкновенный вещи. Искатель долженъ былъ становиться около растешя лицомъ къ западу и трижды очерчивать его мечомъ. ЗатЬмъ только онъ начинаетъ копать. Чтобы выкопать корень, его надо окружить рвомъ, не задевая за него, и затемъ растете необходимо привязать къ хвосту черной собаки. Только заставивъ собаку дернутъ за веревку, можно извлечь корень изъ земли. При вырыванш корень издаетъ пронзительный, за душу хватающш крикъ, такъ
!) Кром-Ь клевера у насъ репутащей носителя „счастья" признается сирень съ лятилопастнымъ вЪнчикомъ. Ее рекомендуютъ Ьсть, чтобы счастье не ушло. Что касается четырехлистнаго клевера, то его теперь нарочно и съ успЬхомъ культивируютъ въ садахъ. Мнопе садовники выгодно продаютъ засушенные листья для амулетовъ, суве- нировъ и т. д. Прим. пер. F.t
Растешй, употребляемый какъ лекарство и для колдовства. 739 что полезно предварительно заткнуть себе чемъ-либо уши. Корень, вырванный собакою, безнаказанно можетъ быть взять въ руки человекомъ, но горе ему, если бы задумалъ онъ сделать это раньше — онъ погибъ бы немедленно. Собака, вырывающая корень, тоже погибаетъ очень скоро. Кто обладаетъ такимъ корнемъ, тому онъ доставляетъ вечную юность, любовь, счастье и обаятельность; онъ даетъ потомство бездетнымъ женщинамъ и является вернымъ средствомъ противъ глаза и колдовства. Этимъ корнемъ торговали спещальные продавцы, называ- впиесн тер!аками и за одну штуку брали по 50—60 талеровъ. Какъ почитался корень „адамовой головы" въ древности, видно изъ того, что процессъ извле- чешя его изъ земли при помощи черной собаки изображенъ красками на заглав- номъ листе ценной греческой рукописи Теофраста, хранящейся въ венской придворной библютеке.
Наряду съ этими средствами для личнаго употребленья надо поставить еще и те, который будто бы защищаютъ квартиры, дома, конюшни и сеновалы отъ -отъ молши, пожара и венкой непогоды; ихъ называли общимъ именемъ Sagmina. Большинство относящихся сюда растешй имеетъ твердые, вечно зеленые листья, и потому, конечно, они не боятся града, что и обратило на себя внимате. Затемъ было замечено, что некоторый деревья, какъ напр. липа и боярышникъ, только крайне редко поражаются молшей и потому, вероятно, во многихъ деревняхъ и поселкахъ именно эти растешй разводятся близъ домовъ. Ветви вечно зеленыхь растешй: самшита (Buxus sempervirens), казачьяго можевельника (Juniperus Sabina), плюща (Hedera Helix), падуба (Ilex Aquifolium) и pacпycкaющiяcя сережки ивъ (верба!) употребляются вместо пальмовыхъ листьевъ на вербной недблб: ихъ освя- щаютъ въ церкви. Пучки такихъ „вербъ" кладутъ за иконы и разеовываютъ повсюду по угламъ домовъ и въ конюшню подъ стрехи, такъ какъ по повбрью юне защищаютъ отъ молши г). Для охранешя домовъ отъ молши надъ входомъ или на крыше дома разводять молодилъ (Sempervivum tectorum), растете посвященное Тору и считающееся любимцемъ этого бога-громовержца. Въ циркуля- рахъ Карла Великаго, о которыхъ въ следующей главе будетъ еще речь, встречается такое место: „et Ше hortulanus habeat super domum suam Jovis barbam" (пусть садовникъ держитъ надъ своимъ домомъ растете „Jovis barba"); такимъ образомъ тутъ прямо приказывается разводить на крышахъ молодилъ, называвшшея по латыни Jovis barba. Унаследованнымъ отъ древнихъ германцевъ средствомъ противъ молши является также и зверобой (Hypericum perforatum), который искони поражалъ народъ своими листьями, кажущимися протыканными иголками. 24 шня изъ него вяжутъ венки (Иванова ночь,—зимшй солноворотъ). Такими венками украшаютъ себя парни и девушки, ведущее хороводь вокругъ костровъ, а затемъ, когда костры потухнуть, венки бросаютъ на крыши домовъ, чтобы защитить ихъ отъ пожара.
Заканчивая перечислеше знахарскихъ средствъ суевериц приходится вспомнить и о симпатическихъ средствахъ, который употреблнютсй и по сей день горожанами и сельскимъ населешемъ и въ значительно большей степени, чемъ зто обыкновенно думаютъ. Известнымъ растешнмъ приписываютъ силу изле-
х) На югЬ Poccin, напр. въ ОдессЬ, вместо сЬверныхъ вербъ также раздаютъ въ дерквахъ самшитъПрим. пер. Г.
чивать больную часть тбла, даже не приходя съ нею въ соприкосновеше. При этомъ предполагают, что употребляемое средство действительно своевременнох доставляется въ известное место. Такъ напр. народъ обматываетъ себе некоторый растешя, вызывающая пузыри (Clematis Flammula, Ranunculus Flammula, Ranunculus acer), вокругъ мизинца правой или левой руки, когда съ противупо- ложной стороны болитъ зубъ. Эти симпатичесшя средства разсчитаны, очевидно, на то, что больной чувствует непоколебимую веру въ употребляемое средство, и тогда оно действительно может помочь.
Здесь уместно будетъ обсудить некоторый явлешя природы, разборъ и объя- снеше которыхъ были уже приведены въ прежнихъ главахъ; однако народъ объя- сняетъ ихъ чудомъ. Сюда относятся картофельный (стр. 581) и манновый (стр. 581) дожди, ведьмины кольца (стр. 563) и помела (стр. 492). Большинство этихъ явлешй приводится въ связь съ ведьмами, якобы обладающими силою насылать на людей различный бедств!я, отнимать молоко у коровъ, вообще околдовывать скотъ и останавливать ростъ некоторыхъ растешй. Эти ведьмы, находя- пцяся въ близкихъ сношен!яхъ съ чертями, собираются ежегодно въ вальпурпеву ночь на Блоксберге (см. прим, къ стр. 483), куда они прилетаютъ по воздуху на заколдованномъ помеле, срезанномъ ими предварительно съ заколдованнаго кустарника или дерева. Къ этой поездке оне должны предварительно приготовиться, именно вымазаться „ведьминой мазью". Для приготовлешя этой мази оне берут: пасленъ (Solanum nigrum), белладонну (Atropa Belladonna), адамовъ корень (Mandragora), снотворный макъ (Papaver somniferum) и болиголовъ (Conium maculatum) т. е. исключительно наркотичесшя вещества, ведупця къ потере сознашя. Въ высокой степени вероятно, что старыя бабы, желавппя прослыть за ведьмъ, вымазывались этимъ составомъ, теряли сознаше и после пробуждешя сами верили таинственнымъ разсказамъ о собрашяхъ ведьмъ, на которыхъ оне будто-бы присутствовали.
Живыя растен!я и ихъ части, употребляемый накъ украшеюя.
Тамъ, где мыслящш человекъ замечает изменеше, онъ предполагает деятельность, где онъ видитъ деятельность, онъ кладетъ въ основаше ея духовную жизнь. Онъ населяетъ природу привидешями и духами и воплощает въ лице дружественныхъ или враждебныхъ божествъ не только все силы природы, но олицетворяет также и те растешя, въ которыхъ находитъ проявлеше этихъ силъ природы, иными словами, онъ приписывает эти явлешя известнымъ бо- жествамъ.
Рука объ руку съ этимъ олицетворешемъ идетъ страсть къ символировкб,— хотят представить символы божества и вызываемый ими явлешя въ виде кар- тинъ, относящихся къ данному явлешю — божества начинают обозначаться символами, долженствующими выражать ихъ спещальную деятельность. Такимъ образомъ въ Египте плодород!е почвы воплощалось въ лице богини Изисъ и символизировалось въ виде пшеничныхъ колосьевъ.
Тщательное наблюдете за явлешями природы, представляющими для земле- дЬльцевъ и скотоводовъ большую важность, неизбежно привело къ уверенности
въ томъ, что некоторый растешя являются любимцами боговъ. Когда после страшной непогоды, во время которой градъ уничтожалъ всходы, срывалъ листву съ деревьевъ, а молшя расщепляла ихъ, приходилось встречаться съ растешями, оставшимися целыми, то, само собою разумеется, трудно было не признать въ нихъ особыхъ любимцевъ и баловней боговъ-громовержцевъ. Такъ германцы смотрели на падубъ (Hex Aquifolium) и на розетки молодила (Sempervivum tecto- rum), который, благодаря своеобразному строешю своих! листьевъ, не страдаютъ отъ града — эти растешя разводились на крышахъ домовъ или ветви ихъ засовывались въ известное время года въ щели, надъ дверьми или подъ стрехами, такъ какъ было распространено поверье, будто чествовашемъ и ухаживашемъ за упомянутыми растешями можно примирить разгневанныхъ боговъ и оградить отъ ихъ возмезд!я свой очагъ и себя самого.
Релишозное м!ровоззр!н1е обусловливается всегда прежде всего радостью или ужасомъ, благодарностью за благод!ян!е и стр ах о мъ передъ б!дств!ями, желая!емъ получить награду или избежать наказан!я. Поэтому понятно могло возникнуть поверье, что боги приходятъ въ хорошее расположеше духа, глядя на то, какъ заботятся объ ихъ любимцахъ, между т!мъ какъ вредъ, причиненный этимъ любимцамъ, приводить ихъ въ гневъ и заста- вляетъ наказывать виновныхъ. — Но въ такомъ случае н!тъ и ничего удивительнаго въ томъ, что такихъ предполагаемыхъ любимцевъ боговъ почитали, признавали священными и видели въ нихъ святые символы. Позднее, когда растешя, въ которыхъ признавали непосредственное или посредственное вл!яше на судьбу людей, вошли въ вид! символовъ въ кругъ религюзныхъ веровашй и церемошй, растительнымъ м1ромъ стала пользоваться олицетворяющая поэз!я. Воображеше заставило известныя растешя служить для сравнешй и картинныхъ притчъ. Неувядаюпце цветы иммортелей, листья живучки, не подчиняющееся убшственному дыхашю зимы и зеленбюпце даже подъ снегомъ и льдомъ, первые предтечи весны, безвременница, мрачнаго цвета Iris Susiana и Janthe bugulifolia, свешиваю- ицяся ветви плакучей ивы, распускающаяся роза, надломленная лшпя, безлистный хворость — все это даетъ матер!алъ для легко понятныхъ картинъ и настроешй, встречающихся mutatis mutandis у всехъ народовъ, у которыхъ фантаз!я проявилась въ форме художественныхъ произведений.
Если этимъ картинамъ природы и нельзя отказать въ прелести и красоте, то нельзя также отрицать и того, что чрезмерный полетъ фантазш въ этомъ на- правлеши можетъ также привести къ уродливостямъ, о которыхъ намъ еще придется говорить.
Тамъ же, где символизирующая поэз!я находилась съ таковымъ же религюз- нымъ культомъ въ гармонической связи и шла рука объ руку, какъ это было уэллиновъ, сл!яше тонкаго наблюден!я явлешй природы съ одной стороны, съ поэз!ей и религ!ею съ другой создали миеолог!ю, богатство и красота которой являлись во вс! времена неизсякаемымъ источникомъ насла- ждешя.
Ни одинъ народъ въ Mipe не сплелъ себе такого венца миеовъ какъ эллин- ск1й и въ связи съ нимъ римсшй. Роза рождается изъ нектара, который Эросъ
(богъ любви) пролилъ на пиршестве боговъ, Афродита ранила себя шипами единственной тогда белой розы и вотъ ея кровь превращается въ ароматическую алую розу, посвященную Эросу. Изъ крови Адониса и Пацинта развиваются красивые яркокрасные цветы Adonis antumnalis и Gladiolus byzantinus (у грековъ = Hyacinthus). Слезы Елены обращаются въ Helenion, сильный запахъ котораго вызываетъ слезы (Teucrium Marum современныхъ ботаниковъ). Престарелые Филемонъ и Бавкида молятъ небо о томъ, чтобы ни одинъ изъ нихъ не пережилъ другого. И вотъ въ то время, когда они стоятъ передъ храмомъ, боги превращаютъ ихъ въ пару де- ревьевъ — ветви ихъ склоняются другъ къ другу, а листья какъ бы нашептываютъ
Заросли асфодели (Asphodelus ramosus) близь Пэстума въ Южной Италш.
ласковыя слова. Скорбяпця Гел1ады, сестры Фаэтона, превращаются после его рокового паденья въ плакуч!я деревья, а слезы ихъ обращаются въ блестяпцй янтарь. Дафшя, спасаясь отъ преследующего ее Аполлона, превращается въ лавръ. Шафранъ, нарциссъ и миндальное дерево являются следств!емъ метаморфоза уми- рающихъ юношей. Меркурш и очаровательная Ирисъ ведутъ души усопшихъ по семицветной радугб въ обетованную страну вечнаго мира и въ преисподнюю — жилище блаженныхъ. Вечно зеленый кипарисъ украшаетъ это жилище, а тацеты и Asphodelus (см. рис. на этой стр.) распускаютъ свои цветы на елисейскихъ лоляхъ.
Таковы миеы древнихъ грековъ и римлянъ, однако и у другихъ культурныхъ народовъ растительный м!ръ даетъ много матер!ала для сказашй. Боги прини-
маютъ живое участ!е въ возникновеши и развита разныхъ видовъ растеши и люди думали, что они делаютъ пр!ятное богамъ, жертвуя имъ растешя, въ которыхъ предполагали особую близость данному божеству. Храмы и алтари убирались цветами. Зевса украшали символомъ силы — дубомъ, Посейдона прибрежной сосною, Венеру символомъ красоты и юности — миртою, Эроса розою, Викто- р!ю символомъ победы — пальмою, Аполлона символами почета и славы — лавромъ, Аеину оливковой ветвью, олицетворявшею миръ. Символы эти применялись не только при жертвоприношешяхъ, приносимыхъ богамъ, они играли большую роль во всехъ релипозныхъ празднествахъ и даже просто на пирахъ совершенно не релипознаго характера.
Форма, подъ которой фигурировали ветви, цветы и листья, употреблявппеся какъ украшеше при разныхъ обстоятельствахъ светскаго и духовнаго характера, подверглась у различныхъ народовъ и въ различный эпохи своеобразнымъ изменешямъ. Къ первому перюду развита культуры, когда наряду съ растешями для крабы служили еще предметы живот- наго происхождешя, какъ-то рога, зубы, перья, раковины и т. п., разные народы пользовались какъ украшешемъ отдельными ветвями, цветами и листьями. Мидш- ск!е и скиесше маги держали въ рукахъ при жертвоприношешяхъ ветки тамариска, жрецы Изиды несли ветви живокости (Symphytum officinale) и самая статуя Изиды въ известные праздничные дни украшалась ветвями этого растешя. Стебли лилш, масличныя и пальмовыя ветви служили для символическихъ изображенш; Виктор1я, богиня победы, держала въ рукахъ пальмовую ветвь, Сцишонъ при своемъ вступлеши въ Римъ имелъ въ рукахъ лавръ, а послы, передававшее важный поручешя, несли освященный ветви вербены, которая, согласно повбрт, де- лаетъ людей неприкосновенными. Равнымъ образомъ и цветы служили украше- шемъ только порознь, поодиночке. Божества держали въ рукахъ отдельные цветы, напр., лотосъ. На основаши древнихъ египетскихъ рисунковъ надо полагать, что и женщины въ те времена при болыпомъ параде несли въ рукахъ отдельные цветы. Даже въ цветочныхъ вазахъ, украшавшихъ жилища египтянъ, было не одно отверсИе сверху для букета, какъ теперь, а много маленькихъ ды- рочекъ, куда вставлялись отдельные цветы.
Букеты въ древнемъ Mipe были весьма мало употребительны и никогда не служили для украшешя. Только въ праздникъ Прозерпины, справлявшшся въ Сицилш, появлялись девушки (Anthesphoroi) съ большими букетами въ рукахъ.
Даже во времена Возрождешя букеты появлялись очень редко. Ихъ держали более для запаха, нежели какъ украшеше, и делали ихъ маленькими, для того, чтобы ихъ легко было сунуть за корсажъ, въ петлицу или куда-нибудь въ платье, такъ чтобы они не занимали рукъ. Въ Гермаши ихъ называли пахучими пучками (Riechpuschel). Для нихъ брали сильно ароматичесшя растешя — Basilicum, майоранъ и гвоздику. Болыше букеты цветовъ красивыхъ сочеташй появились впервые во времена рококо. Къ этому перюду относятся букеты въ вазахъ и корзинахъ, которые въ древности вязались только очень редко для укра- шешя алтарей и еще реже для домовъ. Во времена же рококо появились даже обширныя сочинешя съ иллюстрациями, которыя входили въ самыя мелочныя подробности относительно расположешя цветовъ и листьевъ и помещешя ихъ въ вазы и корзины иногда весьма странной формы. '
Во времена классической древности изъ всехъ искусственныхъ сочетаний живыхъ цветовъ, листьевъ и ветокъ, употреблявшихся для украшетя, самую выдающуюся роль игралъ венокъ. Венокъ есть, собственно говоря, изобретете эллиновъ. За то же они и гордились венками. Изобретете ихъ приписано было Дюнисью, а такъ какъ по предатю первый человекъ, сделавшш венокъ, назывался Стефаномъ, то это имя стало въ греческомъ языке нарицательнымъ обо- значетемъ венка. Дело въ томъ, что по гречески Stephanos значить венокъ, Stephania, Stephanion, увенчанные венками. Павзш и Глицер1й, живппе около сотой олимтады, считаются первыми художниками, выказавшими особый вкусъ въ выборе окраски и расположетя употребляемыхъ для венковъ цветовъ, листьевъ и ветокъ.
Въ древнейппя времена правомъ украшать себя венками могли пользоваться только боги и ихъ изображетя, затемъ стали украшать венками жертвенныхъ жи- вотныхъ, алтари, жрецовъ и наконецъ, всехъ молящихся. Подъ новый годъ венками украшали храмъ Януса и двери домовъ; перваго марта празднества матро- нал!й начинались темъ, что повсюду по храмамъ развешивали живые цветы; 28 апреля въ честь богини Флоры все дома украшались венками, въ известный день весною ихъ клали на голову детямъ, достигшимъ трехлетняго возраста, а 15 октября въ праздникъ фонтиналш венками украшали колодцы и бросали ихъ въ источники ^ На свадьбе не только невеста, но и женихъ и все гости надевали на голову венки. Покойниковъ убирали венками изъ нарцисса, асфоделя и кипариса. Победоносные вожди и поэты вознаграждались лавровыми венками, которыхъ преподносили имъ съ большою торжественностью; освободителю осаж- деннаго города давали венокъ, corona obsidionalis, связанный изъ злаковъ; кто спасалъ жизнь римскому гражданину, тотъ получалъ дубовый венокъ — corona civica. Влюбленные, желавппе дать доказательство своей привязанности, посылали другъ другу венки изъ цветовъ или украшали ими входныя двери своего дома. Почти всякое радостное собьте давало поводъ плести венки, и когда Се- веръ вошелъ въ Римъ, весь народъ римскш украсилъ себя венками. Громадное значете получили венки на пирахъ. Все участники пиршества (Symposion) украшали головы венками преимущественно изъ плюща и шафрана, такъ какъ этимъ растетямъ приписывали свойство разгонять хмель. Однако для этой цели употреблялись и друпе цветы, главнымъ образомъ розы. Существовали особые цветы для венковъ, которыхъ можно было собирать въ известное время на вольномъ воздухе, такъ, напр., весною цветутъ ветренницы (Anemone coronaria), позже Hyacinthus (т. е. Gladiolus byzantinus), Thymus, Delphinium, Adonis и Agrostemma coronaria, позднимъ летомъ и осенью иммортельки (Helichrysum Stoechas), Teucrium Marum, розмаринъ, астры, а прежде всего почти весь годъ ф!алки и розы. Для удовлетворетя большому спросу на эти цветы разбивали особые цветники, хотя при этомъ надо помнить, что латинское Viola и греческое Ion не обозначало, какъ обыкновенно думаютъ, фiaлкy, а тотъ цветокъ, который мы въ настоящее время называемъ левкоемъ. Истреблете розъ для украшетя на пирахъ достигало во времена римскихъ кесарей, жадныхъ до роскоши, баснословныхъ размеровъ.
х) Русская дЪвушки гадаютъ по вЪнкамъ въТроицынъ день: чей поплыветъ поводЬ, та замужъ выйдетъ, чей потонетъ, та умретъ.Прим. пер. Г.
Между Римомъ и Пестумомъ курсировали корабли, перевозивпие спещально одне только розы, а императоры Гелюгобалъ и Неронъ выписывали зимою розы изъ Египта, и стоимость цветовъ для одного пира превышала стоимость боченка золота.
Къ удивленью на Востоке венки римлянъ и грековъ остались совершенно неизвестными. У персовъ и ассщийцевъ, а также и у египтянъ, какъ уже было сказано, мы нигде не встречаемъ венковъ изъ листьевъ или цветовъ; для укра- шешя и какъ знаки отлич!я имъ служили исключительно золотые обручи, нити жемчуга, ожерелья изъ драгоценныхъ камней, а также белыя или цветныя ткани. У арабовъ, въ языке которыхъ, кстати сказать, не существуете самаго слова „венокъ“, ихъ головной уборъ, чалма, вероятно, мешала украшать себя цветами и свежими листьями. Впрочемъ, после падешя римской имперш употреблеше венка, столь обширное у древнихъ грековъ и римлянъ, сильно сократилось и онъ остался только въ виде символа для невесте и покойниковъ. Въ эпоху Возрож- ден!я делались попытки ввести венокъ въ моду и при торжественныхъ процес- с!яхъ являлись девицы съ венками въ рукахъ, однако букете, значительно менее красивый и стесняюпцй свободу движенш, ныне почти совершенно вытеснилъ венокъ.
Подобно венку и гирлянды, т. е. цветы, плоды или листья, связанные въ виде длинныхъ лентъ, появились въ классическ!я времена древней Эллады. Ими украшали алтари и храмы, обвивали столбы и посохи. Такъ, напр., увитъ былъ гирляндою изъ плюща кончающейся сосновою шишкою посохъ — тирсъ. Были найдены мумш, обвитыя целикомъ листьями Unona и Acacia nilotica, изъ чего следуете, что и древнимъ египтянамъ этотъ способъ украшешя не былъ совершенно чуждъ.
Дальнейшимъ применешемъ свежихъ растешй является, наконецъ, обычай обсыпать цветами и листьями известный пространства. Какъ венокъ и гирлянда возникли на почве классической Эллады, такъ этотъ обычай ведете свое происхождеше изъ Нильской долины, изъ Египта. Озирисъ возвращался по до- рожкамъ, усыпаннымъ цветами, и на пути торжественныхъ шествш египетскихъ фараоновъ по этому случаю также бросались душистые цветы. У ассиршцевъ, персовъ и евреевъ также практиковался обычай бросать на пути листья, ветви и цветы. Когда Христосъ въезжалъ въ Терусалимъ, путь его устилали одеждами и разсыпали по нимъ пальмовыя ветви. Этотъ обычай вошелъ въ хриснансшй культе и передъ известными процесс!ями бросаюте по дороге листья, траву и цветы. У грековъ, повидимому, такого обычая не существовало. Напротивъ у римлянъ онъ вошелъ въ моду и, какъ кажется, занесенъ къ нимъ съ Востока. Такъ, напр., въ позднейппй перюдъ Рима алтари обсыпались цветами и листьями. На алтарь Весты бросали траву, на алтарь Венеры мирты, розы и ф!алки. Во время пиршествъ подобнымъ же образомъ убирали столовыя. У египтянъ на пи- рахъ также украшали цветами столовыя. Гелюгобалъ не только велелъ усыпать цветами полы своихъ комнатъ и крытыхъ ходовъ, где онъ попиралъ ногами детей флоры, но онъ устроилъ надъ потолкомъ столовой залы особое приспособлеше для того, чтобы по данному сигналу оттуда сыпался на гостей дождь розъ и ф!алокъ. Обычай усыпать обеденные столы цветами соблюдался въ Риме особенно въ день Флоры (28 апреля), но потомъ онъ распространился и на остальные дни; въ эпоху
Возрождешя этотъ обычай снова вошелъ въ моду и еще въ XVI веке на торже- ственныхъ обедахъ столы богачей обсыпались въ Bini цветами.
ПристрасИе къ засыпашю целыхъ площадей цветами и листьями, выражающееся въ томъ, что убираютъ такимъ образомъ дорожки и комнаты, какъ уже было сказано, ведетъ свое происхождеше съ Востока; то же стремлеше можно найти въ практиковавшемся въ прежнее время у восточныхъ народовъ способе разводить сады. Дело въ томъ, что наши, такъ называемый, ковровыя клумбы, о которыхъ въ следующей главе еще будетъ речь, представляют древнейшш восточный стиль садовъ и напоминаютъ намъ обычай засыпать цветами целыя пространства земли.
Сады.
Содержаше: Сады въ древности. — Сады въ средше вЪка и новое время. — Ботаническ1е сады и оранжереи. — Первоначальная родина садовыхъ растенШ.
Сады въ древности.
Однимъ изъ семи чудесъ света древними признавались „висяч!е сады Семи- рамиды“. Теперь все согласны въ томъ, что подъ словомъ висяч!е надо подразумевать форму ступенчатую или террасовидную. Что же касается строительницы ихъ Семирамиды и времени постройки, то на этотъ счетъ существуетъ много со- мненш. Имя Семирамиды (по произношешю Sa-am-mu-ra-mat), положимъ, встречается на различныхъ ассиршскихъ монументахъ и, вероятно, относится къ женщине, но, повидимому, не она должна быть признана строительницей висячихъ садовъ. Въ новейшее время это чудо света не приписывается уже больше Семирамиде, а Навуходоносору, украсившему летъ за 600 до Р. X. Вавилонъ многими постройками. Но кому бы ни принадлежала честь устройства этихъ садовъ, достоверно одно, что они находились у ассир!йцевъ въ большомъ почете. Впрочемъ, следующая слова клинописи эпохи царя Теглатпилезеса (1100 г. до Р. X.) доказывают, что у этого народа устройство садовъ процветало еще за 3000 летъ до Р. X.: „я перенесъ въ свою страну и возрастилъ въ своихъ садахъ кедры изъ завоеванныхъ мною странъ и деревья эти появились у насъ впервые — цари, мои предшественники, не разводили ихъ. Я взялъ съ собою также драгоценный са- довыя растешя, которыхъ не было въ стране моей; я развелъ ихъ въ садахъ Ассирш“. Греческ1е писатели, видевппе такъ называемые сады Семирамиды, раз- сказывают, что они представляют изъ себя искусственные холмы, со ступеньками изъ кирпича, причемъ къ каждой ступеньке приложена каменная плитка. За эту плитку засыпают хорошей земли, туда сажают растешя и поливают ихъ при помощи насоса. Тамъ и сямъ террассы прерываются колоннами, за которыми устроены прохладный пещеры. .
Изъ другихъ семитическихъ народовъ особою любовью къ садамъ славились евреи. Особенно прославляются сады Соломона и царсше сады при выходе изъ Тиропейской долины. Эти, а также и финикшсше сады, вероятно, создавались по образцу ассиршскихъ и персидскихъ. У нихъ были сады при домахъ, где разводились главнымъ образомъ плодовый деревья и цветы, и затемъ болыше, такт
называемые, райск!е сады, которые можно сравнить съ нашими парками; въ нихъ строились неболышя л4тшя дачи. Заросли этихъ парковъ изобиловали дичью и служили также для охоты. Вблизи дачи содержали въ металлическихъ кл'Ьткахъ красивых'Ь и рЪдкихъ птицъ. Особое значеше придавали также водоснабженпо и въ райскихъ садахъ устраивали повсюду пруды, ручьи и колодцы.
О садахъ древнихъ егпптянъ очень цЬнныя указашя даютъ надписи на ка- менныхъ плитахъ царскихъ гробницъ Тель-эль-Амарны въ среднемъ Египта. Они
Древне-египетск!й садъ въ Tель-эль-Амарн-Ь, XVI в-Ька до Р. X. (по ЛепсХусу;.
по возрасту восходятъ къ XVI в^ку до Р. X. и представляютъ изображешя садовъ съ правильными, частью прямоугольными, чаще же квадратными очертатями, располагавшихся близъ дворцовъ и окруженныхъ стеною или колоннадой. Ихъ обильно снабжали водою по особой канавкй. Въ серединЬ различныхъ участковъ часто устраивался четырехугольный бассейнъ, къ которому вела каменная лисенка, такъ что онъ, очевидно, служилъ для купанья. Этотъ бассейнъ окруженъ былъ дорожками, обсаженными двумя рядами тЬнистыхъ деревьевъ. На прилагаемомъ здЬсь, по JIenciycy, изображеши Тель - эль - амарнскаго сада можно узнать финиковую пальму, пальму-думъ (Hyphaene Thebaica), маслины, сикоморы, вино- градъ, гранатовое дерево, а на лйвомъ верхнемъ углу изображено дерево, лишён-
ное листьевъ, вероятно абрикосовое. Другое изображеше сада въ вивахъ пока- зываетъ квадратное среднее поле, густо усаженное виноградомъ, такъ что получается нечто вроде итальянскихъ виноградныхъ ходовъ-аллей. И здесь тоже полезный растешя являются главной составной частью культивируемыхъ породъ- Въ Тель-эль-Амарне, впрочемъ, вдоль дорожекъ разставлены рядами деревья въ кадкахъ, какъ и у насъ въ оранжереяхъ. На другихъ картинахъ представлены подстриженный деревья, чередующаяся съ обелисками и шосками — это, вероятно, были сады, разбитые въ преддверьяхъ храмовъ.
Въ те самыя времена, когда греки съ такимъ восхищешемъ описывали асси- ршсше и персидсше сады, на ихъ собственной родинб дЬло обстояло далеко не блестяще. Невидимому, садоводство возникло въ Грец!и лишь въ болбе позднее время (много послб Гомера) по образцу восточныхъ садовъ. Въ Одиссей Гомера описывается садъ царя Алкиноя, однако въ немъ нетъ и помину о декоратив- ныхъ растешяхъ и красивыхъ цвйтахъ — это исключительно плодовый садъ, в,ъ которомъ сочныя груши, сладк!я фиги и гранаты чередуются съ зелеными оливами и красными наливными яблочками. Къ этому саду примыкаетъ виноградникъ и лишь въ конце его мы встречаемся съ грядками „различныхъ растений", подъ которыми, вероятно, подразумеваются овощи и пряныя растешя. Общественный мйста отдохновешя, где Платонъ и Аристотель учили своихъ учениковъ, были усажены платанами и другими тенистыми деревьями, однако цветовъ въ этихъ садахъ не было, а собирали ихъ для венковъ прямо въ поле. О какомъ-нибудь стиле устройства садовъ, который бы оставили намъ въ наслеще греки, вообще иародъ крайне склонный къ художественности, ровно ничего не известно.
Совершенно иное встречаемъ мы въ Итал!и. Во времена римскихъ царей впрочемъ, ограничивались устройствомъ священныхъ рощъ и огородовъ, въ кото- рыхъ возделывались плоды, овощи и пряныя растешя; однако въ эпоху республики начинается время столь роскошнаго развит!я садоводства, какого до техъ поръ не переживала ни одна страна. Богатство садовъ выражалось въ несколькихъ отно- шешяхъ. Прежде всего въ убранстве и устройстве перистиля или домашпяго сада, затбмъ въ садахъ на крышахъ и общественныхъ садахъ и, наконецъ, садахъ при виллахъ частныхъ лицъ, появившихся въ громадномъ числе во времена импе- рш въ окрестностяхъ Рима по берегу моря или вблизи текучихъ рекъ.
Где только позволяло место, при городскомъ доме устраивался перестиль или садикъ. Съ улицы посетитель попадалъ въ атр!умъ, комнату, служившую главнымъ образомъ для пр!ема мало знакомыхъ людей, приходящихъ по деламъ, затбмъ въ каведш, дворовый садъ, окруженный крытыми галлереями, на который выходили веб двери и окна соседнихъ комнатъ. Среднее пространство кавед!я было усажено деревьями, главнымъ образомъ, платанами. Затбмъ за маленькой стбною следовалъ перестиль или настоящш садъ, въ который можно было попасть только съ двухъ боковъ. Онъ былъ окруженъ колоннами. Между колоннами часто чередовались статуи, кусты съ вечнозелеными растешями и вазы съ цветами. Окруженный колоннами участокъ былъ разделенъ на равномерный грядки, засаженный цветами. Разводимый въ этихъ местахъ деревья подстригались извбст- нымъ образомъ, чтобы заставить ихъ расти въ вышину и не давать своей зеленью слишкомъ густой тени. Где только возможно было, въ центре перистиля устраивали фонтанъ, причемъ тратилось на все это невероятное количества бблаго мрамора.
Тамъ, где для перистиля не хватало места, садъ разводился на крыше дома. Для отвода излишней воды, которою поливали этотъ садъ, ее делали нисколько наклонной, а стену подъ нимъ покрывали для прочности лоханями изъ лиственницы, буковыми досками, щебнемъ и грав!емъ, что должно было защищать ее отъ сырости. Растешя, особенно виноградъ, сажали въ четырехугольные ящики и разставляли ихъ рядами. Такимъ образомъ получались беседки въ виде гал- лерей, въ которыхъ висели раззолоченныя клетки съ редкими и красивыми птицами. Иногда въ этихъ садахъ устраивались даже фонтаны, питаемые общественными водопроводами.
Общественными садами стали, спещально посвященные народу, сады Цезаря и Помпея, позднее Мецената и Лукулла. Платаны, которыхъ въ нихъ было особенно много, давали густую тень и масса народу посещала ихъ.
Что касается садовъ при виллахъ, то они отличались такою роскошью устройства, передъ которою бледнеетъ всякое описаше. Каждый римлянинъ, которому только позволяли сколько-нибудь средства, строилъ себе виллу и разбивалъ при ней садъ. Это приводить въ связь съ пристрасПемъ римлянъ къ деревенской жизни, что, пожалуй, имеетъ некоторый основашя; однако главною причиною является страшное увеличеше богатствъ насчетъ военной добычи, любовь къ своему клочку земли и желаше похвастаться передъ соседомъ вещественными доказательствами своего богатства. Эти сады при виллахъ въ общихъ чертахъ соответствовали перистилю, но были значительно обширнее, чемъ въ городахъ. Обыкновенно садъ имелъ четырехугольный видъ и кругомъ его окружалъ портикъ. Какъ видно изъ прилагаемаго рисунка, портикъ поднимался надъ среднимъ полемъ на три ступеньки и сверху заканчивался потолкомъ въ виде террассы, такъ что въ хорошую погоду можно было гулять по ней, а въ худую по колоннаде и такимъ образомъ дачникъ всегда пользовался свежимъ воздухомъ (см. рис. на 750 стр.). На среднемъ поле разводились главнымъ образомъ растешя съ красивыми листьями, особенно Acanthus, и вечно зеленые кустарники. Если садъ приходился на берегу моря, то его соединяли съ нимъ ступеньками, по которымъ купаюпцеся могли спускаться къ морю. Изображешя такихъ садовъ на помпейскихъ фрескахъ имеются въ большомъ количестве въ нащональномъ неаполитанскомъ музее. Если не считать вазъ на террасахъ надъ портиками, то простые сады были лишены какихъ бы то ни было спещальныхъ украшешй. Въ противуположность имъ въ роскошныхъ садахъ богачей мраморный колонны портика чередовались со статуями и вазами изъ того же матер!ала, а различные участки сада были отделены другъ отъ друга изящными решетками изъ пестро-окрашенныхъ или вызолоченныхъ палочекъ; за решетками ставились беседки, обвитыя растешями, клетки съ редкими птицами, домики для павлиновъ и дикихъ птицъ, а на среднемъ поле, среди котораго красовался прудикъ, бывали разбиты ковры цветовъ, сочетавшихся въ красивые узоры или изображавшихъ собою буквы, чаще всего ини- щалы имени владельца. На перилахъ красовались также глиняныя вазы или кувшины на низкихъ столбахъ, или же на пьедесталахъ раковины, изъ которыхъ лилась вода. Со стенъ беседокъ свешивались амфоры съ цветами, а вдоль ре- шетокъ тянулись грядки съ низкорослыми красиво цветущими травами. Къ этимъ садамъ примыкали аллеи изъ итальянской сосны, посаженной рядами, или же ма- леныая неправильный заросли, въ которыхъ на особенно удачныхъ, въ смысла
пейзажа, местахъ построены были башенки. Изображетя такихъ роскошныхъ са- довъ можно найти не только на фрескахъ Помпеи, но также и на остаткахъ Геркуланума и въ развалинахъ виллы императрицы Ливш на Prima Porta близъ самаго Рима. Такъ, напр., во времена императора Августа выписывали так!я фрески на заднюю стенку портика, чтобы вызвать иллюзш, будто оттуда открывается видь на живописный садъ. Что касается растенш, разводимыхъ въ этихъ садахъ, то прежде всего поражаетъ бедность цветами. Въ упомянутыхъ фрескахъ виллы царицы Ливш за решеткою можно заметить кипарисы и приморскую сосну,
Внутреннее устройство простого незат-биливаго сада при римской виллб. По фреска изъПомпеи, хранящейся въ неаполитанскомъ наШональномъ музе-Ь. Ср. 749 стр. текста.
платаны, кусты гранатовъ, разрозненно стояпця финиковыя пальмы, мирты и олеандры, однако изъ цветущихъ травъ мы встречаемся тутъ только съ садовымъ макомъ и двумя сложноцветными съ желтой и белой корзинкой. У подножья ствола платана посаженъ Acanthus, а по самому стволу вьется л!ана. Римск1е писатели, интересовавппеся садами, говорятъ о большой популярности самшита (Buxus), который изображаетъ изъ себя живую изгородь, или же подрезается въ виде террасы, а подчасъ ему придается даже форма животнаго; это, съ точки зрешя римлянъ, украшало садъ, а съ нашей точки зрбшя, пожалуй, портило его. Изъ другихъ растенш, упоминаемыхъ древними писателями, следуетъ обратить еще внимаше на лавръ, розмаринъ, земляничникъ и въ особенности на розы, ко- торыхъ въ то время различали приблизительно десять сортовъ.
Сады въ средже вЪка и въ настоящее время.
. Высшей степенью роскоши въ смысле зодчества здашй и устройства связан- ныхъ съ ними садовъ являлась въ древнее римское время вилла, построенная императоромъ Адр1аномъ въ Тибуре на холме, расположенномъ на южномъ берегу Арно къ востоку отъ Рима. После нея роскошныя постройки становились въ Риме все большею и большею редкостью, такъ какъ западная римская импер!я стала подвергаться нападешямъ вестготовъ и наконецъ пала при Одоакре, вождб геру- ловъ. Въ Византш, получившей отъ Константина имя Константинополя и сделавшейся главнымъ городомъ восточной римской имперш, напротивъ, садоводство находилось въ цветущемъ состоянш, такъ какъ этотъ городъ значительно расширился и украсился постройками. Сады разбивались въ римскомъ стиле, на ко- торомъ однако отражалось вл!яше Востока, особенно заметно сказывавшееся въ разведенш ковровыхъ клумбъ. Историческ1е документы сообщаютъ, что сады въ то время служили и для праздной забавы; такъ, напр., иногда во время ночныхъ oprift, устраивавшихся въ императорскихъ садахъ, по саду пускались черепахи съ горящими свечами на спине, такъ что тысячи свечей медленно двигались по усы- паннымъ пескомъ дорожкамъ.
Въ другихъ частяхъ восточно-римской имперш, напр., въ Египте, судя по сообщешямъ древнихъ, были таше же сады, но о нихъ мы знаемъ мало досто- вернаго. Известно одно, что халифы, положивппе конецъ восточно-римскому владычеству въ Египте, разводили въ Александрш красивые сады; любовь къ садоводству перешла отъ арабовъ и къ покореннымъ ими народамъ. Особенно славились сады при удивительныхъ памятникахъ мавританскаго зодчества, Альгамбре и летнемъ дворце Генералифе въ Гренаде.
Въ западно-римской имперш садоводство съ уничтожешемъ виллъ перешло въ монастыри. Впрочемъ, тамъ разводились преимущественно овощи, плоды, пря- ныя и лекарственныя растешя. Однако сады эти заслуживаюсь большого внимашя въ томъ отношенш, что они дали начало садоводству въ царстве каролинговъ по ту сторону Альпъ. Карлъ Великш призвалъ изъ итал!анскихъ монастырей, именно бенедиктинскихъ, монаховъ, которымъ было вменено въ обязанность обрабатывать землю и разводить сады; имъ же было поручено составить наставлеше, сообщавшееся управителямъ усадебъ подъ назвашемъ: „Capitulare de villis". Оно издано въ 812 году и 52-я статья его начинается словами: „Volumus quod in horto omnes herbas habeant, id est lilium, rosas, foenigraecum“ и т. д. (мы желаемъ, чтобы въ садахъ имелись всяшя травы, именно лилш и т. д.). Затемъ следуетъ перечи- слеше не менее 99 различныхъ растенш — травъ, кустарниковъ и деревьевъ. Хотя эти назвашя прямо варварсшя, однако ихъ можно почти целикомъ свести на указываемый въ сочинешяхъ древне-римскихъ писателей. Что у авторовъ этого списка во время составлешя его рисовались въ воображенш сады при итaлiaн- скихъ монастыряхъ, ясно между прочимъ изъ того, что въ списокъ вошли лавры, пинш и фиговыя деревья, которыя не могутъ жить на вольномъ воздухе къ северу отъ Альпъ. А изъ этого, въ свою очередь, можно сделать выводъ, что авторы не знали климатическихъ особенностей за-альшйскихъ местностей. Потому то въ позднейшихъ отчетахъ, посылаемыхъ Missi dominici о состоянш фермъ и садовъ
при нихъ, объ этихъ растешяхъ уже нетъ и речи. Однако изъ этихъ же отчетовъ видно, что большинство другихъ растенш, переносящихъ климатъ за-альшйскихъ местностей, прилежно культивировалось согласно предписанью.
КромЬ того эти сады служили образцомъ для всехъ садовъ, расположенныхъ въ местностяхъ къ северу отъ Альпъ, и притомъ не только во времена Каролин- говъ, но и после нихъ до XV века включительно, значить, впродолженш свыше полтысячи летъ. Сады разводились не только въ казенныхъ фермахъ и поселкахъ вольныхъ хлебопашцевъ, но также при монастыряхъ и въ более значительныхъ городахъ и, что пожалуй еще замечательнее, во многихъ укромныхъ местахъ и уединенныхъ долинахъ посаженный тогда растешя сохранились до настоящаго времени, что является съ одной стороны примеромъ огромнаго вл!яшя великаго человека, а съ другой стороны служить доказательствомъ консерватизма поселянина, который давно уже позабылъ смыслъ насаждешя известныхъ растенш, а между темь продолжаетъ культивировать ихъ въ своемъ саду.
Если обратить внимаше на списки растенш, перечисленныхъ въ капитуля- рш, то придется разделить ихъ на следующая группы. Прежде всего плодовыя деревья, затемъ овощи, потомъ растешя съ пряными листьями, семенами и плодами, служапця приправою къ кушаньямъ, затемъ растешя, пользовавппяся большой популярностью какъ целебный средства для скота и людей, или же одаренный, по поверю, какимъ-нибудь чудодейственнымъ свойствомъ. Наконецъ, растешя съ красивыми цветами.
Плодовыя деревья разводились въ особыхъ садахъ. Число сортовъ яблокъ и грушъ, изъ коихъ некоторый (гормарингсшя, креведельсшя и спираука) особенно прославляются капитуляр!емъ, прямо поразительно. При этомъ приводятся особый довольно подробный указашя о томъ, какъ ихъ хранить въ песчаныхъ погребахъ.
Овощи и друпя невысошя растешя возделывались на грядкахъ въ преде- лахъ городскихъ стенъ, частью вдоль этихъ стенъ, частью же внутри города. Число ихъ весьма велико; тутъ встречаются капуста и редька, огурцы, салатъ, бобы, лукъ и т. д.
Еще многочисленнее растешя, поставляющая пряные ароматическ!е листья, плоды и сбмена въ виде приправы къ кушаньямъ. Здесь уместно будетъ упомянуть о томъ, что число этихъ растенш существенно отличалось отъ современнаго не только во времена Каролинговъ и въ средше века, но даже гораздо позже, пожалуй даже въ начале этого столеПя. Тогда любили сильныя приправы къ кушаньямъ, и къ жаркому подавали напр., шалфей, розмаринъ, иссопъ и т. д. Овощи, напр., кочанная капуста или салатъ, смешивались съ ароматическими травами. Точно также прибавляли этихъ травъ и въ пышки; до XVI века существовалъ обычай употреблять въ пищу сильно naxynie листья калуфера, Тапа- cetum Balsamita, и еще въ начале XIX века для приправы служили шалфей, розмаринъ, иссопъ и огородный василекъ. Овощи также были значительно разнообразнее; целый рядъ растенш употреблялся въ томъ смысле, какъ теперь шпинатъ, таковы были напр., листья Blitum Bonus Henricus, Amarantus prostratus и Atriplex nitens. Листья портулака, Lepidium latifolium и въ особенности сильно аромати- чесше, мясистые листья ноготковъ (Calendula officinalis) употреблялись въ пищу съ уксусомъ и масломъ, какъ теперь салатъ. Кроме того ели еще пастернакъ.
растрогъ и друпя растешя, вышедппя теперь изъ употреблешя. О Borago officinalis инструкщя гласитъ: „пусть весело употребляется онъ при пище и питьй“. Foenum graecum и морковь служили лакомствомъ — ихъ ели съ медомъ.
Очень многочисленны также растешя, которымъ приписывали целебную силу. Изъ нихъ въ настоящее время употребляются въ медицине только немно- г1я въ виде такъ наз. домашнихъ средствъ; сюда относятся астранщя, любистокъ, шоны и кошачья мята. Особеннаго интереса заслуживаетъ изъ нихъ молодило (Sempervivum), который называли Jovis barba, такъкакъ существовало поверье, будто онъ въ состояны смягчать гневъ громовержца, такъ что молшя не ударяетъ въ то место, где онъ растетъ; потому поведено было разводить его на крышахъ до- мовъ (ср. 739 стр.).
Что касается растены съ красивы.ми цветами, то разводилось ихъ въ садахъ временъ Каролинговъ очень небольшое число. Речь идетъ только о ро- захъ, лил!яхъ и шонахъ и даже въ этомъ случае представляется еще сомнитель- нымъ, возделывались ли эти растешя изъ чисто эстетическихъ побуждены; дело въ томъ, что лепестки ихъ считались, да и по сей день считаются целебными и потому нельзя не заподозрить, что распоряжеше о культивированы этихъ красивыхъ цветовъ обусловливалось верою въ ихъ целебныя свойства. Конечно, это не исключаетъ верояНя, что во времена Каролинговъ и въ средше века вообще на цв4ты смотрели и съ эстетической точки зрешя, и выращивали ихъ ради ихъ красиваго убора, яркихъ красокъ и аромата. Однако для украшешя въ тй времена служили не садовые, а полевые цветы. Одни лишь разводимые въ садахъ кусты розъ давали матер!алъ для венковъ и гирляндъ; за всеми же прочими цветами шли прямо въ поле, луга и леса. Что дело было именно такъ, доказывается еще однимъ обстоятельствомъ: средневековые рисунки цветовъ представляютъ сплошь одни лишь полевыя растешя. Въ библютеке Гётвейскаго монастыря хранится родъ календаря, въ которомъ указаны Евангелья на каждую неделю. Инищалы въ этой книге превосходно иллюстрированы цветами, соответствующими тому времени года, о которомъ идетъ речь. Передъ глазами читателя сначала проходятъ весенше, подснежники и ветренницы, затемъ барвинокъ (Vinca minor), позже водосборъ, ф!алки и т. д., которыя наверно не культивировались въ садахъ, а росли на воле и были сорваны художникомъ.
Кроме огородовъ, заведенныхъ Карломъ Великимъ въ своей имперы, о садахъ эпохи среднихъ вековъ можно сказать очень немногое. Упомянемъ о красивыхъ растешяхъ, разводимыхъ Альбертомъ Магнусомъ въ Кёльне, такъ какъ онъ сде- лалъ первую попытку создать на Рейне зимны садъ. Зимою 1240 года Альбертъ Магнусъ угощалъ короля голландскаго Вильгельма въ помещены, где находились кустарники въ полномъ цвету. Насколько такое явлеше считалось необыкновен- нымъ, видно изъ того, что его приписали сверхъестественнымъ силамъ, а Альбертъ Магнусъ навлекъ на себя подозреше въ знакомстве съ нечистымъ.
Напередъ можно было бы угадать, что во времена трубадуровъ эстетическая сторона садоводства не осталась въ пренебрежены. Действительно до насъ дошли разсказы техъ временъ о красивыхъ садахъ Каленберга и Дунайскихъ острововъ близъ Вены, въ которыхъ разводились красныя и белыя розы, украшавппя мин- незенгеровъ (немецкихъ трубадуровъ). Легенда повествуетъ, что король Матвей Корвинъ въ середине XV века велелъ разбить цветникъ близъ своего венгер- Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растбшй, т. П.48
скаго замка Визеграда. Положимъ, мы ничего не знаемъ о растительномъ насе- леши этихъ садовъ, однако на основаши стараго рисунка можно заключить, что окружаюпце замокъ скаты были разрезаны на террассы, что отъ одной террассы къ другой вели мраморный лестницы, что клумбы чередовались съ прудами и фонтанами и что среди сада возвышались кюски, окруженные мраморными колоннами. Надо думать, что этотъ садъ Матвея Корвина, а также сады Каленберга и Венскаго замка были разбиты по восточному образцу. Въ пользу последняго предположешя говоритъ въ особенности то обстоятельство, что сады вокругъ Вен- <жаго замка получили назваше „райскихъ", какими обыкновенно назывались и больппе сады на Востоке. Достоверно одно, что итальянсше сады Медичи XVI века, разбитые по образцу римскихъ, не служили имъ образцомъ.
Въ XVI столетш наступаетъ новый перюдъ въ устройстве садовъ, особенно такихъ, которые находились въ связи съ виллами и дворцами. Архитекторы этихъ здашй оказывали решающее вл!яше и на прилегаюпце къ нимъ сады и старались разводить ихъ по древнеримскому образцу. Хотя за восемь столетш эти сады по большей части были совершенно запущены и одичали, а местами и вовсе исчезли, однако кое-где среди развалинъ сохранился общш планъ, по которому можно составить себе представлеше о бывшихъ здесь насаждешяхъ. Кроме того ясную картину древнихъ садовъ можно было возсоздать себе на основаши сочинешй древнихъ писателей, которыми въ те времена такъ усердно занимались. Какъ и въ древнеримскихъ виллахъ, растительность размещали по прямыми лишямъ, который строго соответствовали очерташямъ построекъ. Различ1е между постройками древнихъ римлянъ и временъ возрождешя состояло въ томъ, что въ псрвомъ случае комнаты выходили внутрь, между темъ какъ у построекъ эпохи возрожде- шя окна выходятъ наружу; это различ!е обусловливало, конечно, и разницу въ распланировке новыхъ садовъ. Все внимаше было обращено на среднюю часть. Это среднее поле, куда выходили окна и балконы главнаго фронтона, украшалось, где это только позволяло место, террассами съ богато разукрашенными фигуристыми колодцами, каскадами и фонтанами. Террассы отделялись одна отъ другой баллюстрадами, на которыхъ красовались вазы съ редкими цветами и статуями, въ особенности миеологическими группами. Вдоль усыпанныхъ пескомъ дорожекъ, обсаженныхъ по бокамъ деревьями и кустарниками, помещались фигуры въ ни- шахъ, искусственно вырезанныхъ въ зеленой стене. Прямо л иней ныя аллеи или простриженные среди зелени ходы вели къ маленькимъ площадкамъ, где опять подымались мраморный статуи. Весь садъ обыкновенно заканчивался полукругомъ, на которомъ воздвигался храмъ, или, если это место представляло возвышеше съ красивымъ видомъ, то на немъ ставилась колоннада или такъ называемая гло- р!етта 1).
Затемъ, въ пер!оды барока и роккоко, когда въ архитектуре и орнаментике были въ моде разнообразнейппя завитушки и кривыя лиши, и въ садахъ тоже превращеше прямыхъ лишй въ кривыя не заставило себя ждать. Это была эпоха садовъ лабиринтовъ, подстриженныхъ живыхъ изгородей; съ этого времени
^ Такая колоннада въ видЪ полукруга возвышается на утесЪ дивной красоты надъ знаменитымъ царскимъ имЪшемъ „Ор1анда“ на южномъ берегу Крыма.
Прим. пер. Г.
сталъ культивироваться самшитъ (Buxus); къ этой же эпохе относится увлечеше водяными эффектами и искусственными гротами. Подъ именемъ лабиринтовъ обозначали завитыя дорожки среди подстриженныхъ зарослей, затейливыми извилинами приводивш!я къ центру всего сада. Дорожки шли то по параллельнымъ кругамъ, то по ломаннымъ лишямъ. Достигнувъ центра, гуляющш наталкивался либо на статую, либо на интересное дерево. Для достижешя водяныхъ эффектовъ затрачивали невероятный усшпя и средства. Они связывались съ гроттами, выложенными туфомъ. Благодаря остроумнымъ приспособлешямъ, въ трубахъ, назы- ваемыхъ водянымъ органомъ, раздавалась музыка, которую можно было отнести на счетъ птицъ или приписать тритонамъ, изображавшимся въ гротахъ играющими на духовыхъ инструментахъ. На песке и въ щеляхъ туфа на потолке украшен-
Ковровый садъ при Нейгебейде на Зиммерипгской равнинЪ близъ ВЪны, разбитый въ 1552 году. По рисунку изъ книги Мер1ана „Topographia Provinciae Austriacae“ 164=9 г. Ср. 757 стр. текста.
наго раковинами грота были прилажены трубочки, выливавппя при нажаты на потайную пуговку целый дождь воды на посетителя. Въ саду Гелльбруннъ близъ Зальцбурга эти затеи сохранились до нашего времени и постоянно находятъ достаточное число наивныхъ посетителей.
Странный фантазш приходили въ голову голландцамъ. Они либо совершенно устраняли деревья и сажали на плоскихъ клумбахъ и коврахъ фаянсовые или фарфоровые цветы или же сохраняли деревья, но подстригали' ихъ самымъ затейливымъ образомъ и стволы ихъ, которые несколько обнажались подъ листвою, выровненной какъ стена, вымазывали белой краской, чтобы они походили съ виду на колонны.
Хотя во французскихъ сад ах ъ Людовика XIV подобный неестественный затъи и были устранены, однако самая архитектоника садовъ оставалась безъ перемены и въ общемъ сводилась къ стилю итальянскаго ренессанса. Самое важное отлич!е состояло въ томъ, что эти сады не ограничивалисъ главной .аллеей противъ фронтона, а отъ нея лучеобразно расходились еще дорожки. Не-
посредственно передъ фронтономъ разбивался партеръ, на которомъ сталкивались всевозможный произведешя искусства — статуи, фонтаны, зв^здчатыя клумбы
И Т. д.
Въ этихъ стиляхъ, бывшихъ въ мод4 приблизительно впродолжеше трехъ стол^тш и собираемыхъ подъ общимъ назвашемъ архитектоническаго стиля» разбивалось безчисленное множество садовъ при виллахъ и дворцахъ отъ Италш до Россш и отъ Франщи съ Англ1ей до Венгрш включительно. Однако, смотря по устройству поверхности, обилью воды, климатическимъ услов!ямъ местности и въ особенности личному вкусу владельца, случались и многочисленный уклонен!я
Садъ на Isola Bella на Лаго Маджоре. Ср. 757 стр. текста.
отъ господствовавшей моды, изъ которыхъ я зд^сь укажу всего лишь на два. Въ 1552 году на равнин^ Зиммерингъ близъ В^ны былъ разбитъ садъ, сильна отличавшшся отъ другихъ садовъ того времени; его площадь была разделена на правильные участки, и на нихъ культивировались низшя пестрыя и красиво цвЬ~ тупця растешя, который въ общей сложности производили впечатлите орна- ментовъ ковра (см. рис. на стр. 755). Среди этихъ орнаментовъ можно было различить царскихъ орловъ; лучше всего, впрочемъ, ихъ видно было съ высоты птичьяго полета. Чтобы дать возможность посйтителямъ любоваться этими узорами сверху, весь садъ былъ обнесенъ не простою стеной, а сводами въ вид^ арокъ, который сверху были покрыты плоской дорогою. Какъ и въ древнеримскихъ садахъ, образецъ которыхъ изображенъ на стр. 750, такъ и тутъ вечеромъ, посл4 захода солнца, можно было гулять по этой площадка и осматривать ковровый садъ. Вообще же ковровые сады проникли въ Европу изъ Византш. Это соединете
древнеримскаго стиля съ восточными, кажется, не имело другихъ представителей въ Европе, кроме этого сада близъ Вепы, и уже оттуда перешло въ Шенбруннскш садъ, о которомъ еще будетъ речь впереди. ЗатЬмъ совершенно особнякомъ стоить садъ Isola Bella на озере Лаго-Маджоре. Онъ былъ заложенъ на малень- комъ скалистомъ острове еще въ 1671 году, для чего землю привозили целыми массами на корабляхъ. Все насаждеше разбито террассами въ виде четырехугольника и сравнивается съ висячими садами Семирамиды въ Вавилоне. Цветочный покровъ, въ особенности же растительность по этимъ ходамъ надъ арками, равно
Садъ Шёнбрунпъ блпзъ В^ны.
какъ и статуи, обелиски и вазы съ цветами расположены въ стиле барокъ (см. рис. на стр. 756).
Сады вокругъ императорскаго дворца въ Шенбрунне близъ Вены (см. рис. на этой стр.) были разбиты въ 1743 году преимущественно во французскомъ стиле, однако, благодаря площади, разстилающойся передъ фасадомъ здашя п заканчивающейся громадиымъ колодцемъ, украшенными фигурами, за которыми подымается возвышеше съ такъ наз. глор!еткою, этотъ садъ напомипаетъ древне- итальяншпе сады. Высок1я деревья вокругъ сродней площадки представляются зелеными стенами, а дальше, ближе къ вершине холма, они уже не подстрижены и напомпнаютъ нашъ обыкновенный парковый ландшафты
Однако прежде чгЬмъ перейти къ последнему, бросимъ еще беглый взглядъ на маленыме частные сады, которые разбивались тогда вокругъ безчислен- наго множества виллъ и дворцовъ и разбивались приблизительно по одному
шаблону. Объ этихъ садахъ въ ботаническихи сочинешяхи того времени, именно въ травнйкахъ Трагуса, Маттюли и другихъ такъ называемыхъ „отцовъ ботаники* встречаются многочисленный указанья, при помощи которыхъ можно возсоздать себе полную картину ихъ. Эти сады разделялись прямыми или къ центру полукруглыми лишями на правильные участки. Эти поля были засажены частью фруктовыми деревьями, частью овощами и окаймлены небольшими подстриженными кустарниками самшита какъ заборомъ. Газоны эти давали пр!ютъ разными.
Дзбушка изъ дубовой коры въ Веймарсхомъ парк-Ь. Ср. 760 стр. текста.
цветущимъ травами и кустарниками, чередовавшимся въ цравильномъ порядки. Вдоль стГны, окружавшей садъ, обыкновенно культивировали шпалерами карли- ковыя плодовыя деревья. Устраивали тамъ и беседки, покрытыя вющимися расте- шями. Въ центре помещался бассейнъ съ водою, изъ котораго билъ фонтанъ, если только услов!я места давали возможность устроить его.
Въ первой половине 17-го века наступилъ значительный повороть въ общемъ м!ровоззренш, который не остается безъ отражешя и на распланироваши садовъ.. Древнему Mipy быль чуждъ восторгъ передъ естественной, неизмененной природой. Положими, кое-где и встречаются намеки на красоту неподдельной природы и естественнаго ландшафта, особенно гористыхъ местностей; Пона, современники Клуз1уса, восхищается при описанш Монте-Бильдо (1595 г.) не только красотою собранными тамн растешй, они восхваляеть также превосходный
видъ, открывающейся съ возвышенности этой горы, какъ лучше не съум4лъ бы сделать этого и заправскш современный туристъ. Однако это были только первые предтечи громаднаго переворота, происшедшаго въ оценке прелестей природы. Общее изм4нен1е вкуса въ этомъ отношеши начинается, вероятно, только съ той эпохи, когда голландск1е живописцы, особенно Гойенъ и Ройсдаль въ середине 17 века стали изображать отечественный пейзажъ не на заднемъ плане въ виде фона картины, а выдвигали его на первое место, особенно деревья, какъ это делаеть Ройсдаль.
Уголокъ императорскаго сада въ ToKio. Ср. 760 стр. текста.
Проэкты для применешя возрождавшагося тогда увлечешя естественной природою къ устройству садовъ следуетъ приписать Бэкону Веруламскому, который въ особомъ сочинеши счптаетъ все архитектурные стили, особенно французскш, искусственными и скучными. Бэконъ рекомеидуетъ принять за образецъ настоящее веселые пейзажи. Однако отъ того времени, когда были высказаны эти проэкты (1624), до исполнешя ихъ прошло еще более полустолепя. Тогда превращено архитектурныхъ садовъ въ пейзажные призошло сравнительно быстро, раньше всего въ Англш. Оттуда распространился по всей Европе новый стиль садовъ, называемыхъ теперь англ!йскими. Где только было возможно, старались переделать уже существующее архитектурные сады въ пейзажные. Вместо террассъ со ступеньками и баллюстрадами насыпались круглые холмы, подстриженные деревья и кустарники исчезали и уступали место кущамъ и отдельно
стоящпмъ деревьямъ, которые росли свободно, на место узорчатыхъ клумбъ появились открытые газоны, вместо прямолинейныхъ каналовъ и дорожекъ явились ручьи и дорожки, вьюпцяся змейкою, а вычурные колодцы и бассейны были замещены прудами съ исправил ьнымъ очерташемъ берега; въ общемъ прогулка по этими новыми садами напоминала экскурспо по лесами и полями. Где были леса, тамъ и ихъ прюбщали къ парками, проводили черезъ нихъ завитыя дорожки и обращали главное внимаше на то, чтобы, круто повернувшись, дорожка вдрути выводила на живописный уголокъ, откуда открывается видь на горы или же на храмъ и беседку. Во времена Гёте дачи, павильоны и мосты строились зачастую изи естественнаго, не обструганнаго леса и воздвигались домики, обшитые корою; некоторые изи нихи сохранились и до на- шихъ дней. На 758 стр. дани рисунокъ такого домика изи парка близи Веймара, раз- битаго въ 1778 году по инищативе Гёте который лично принимали деятельное уча- ст1е вь его постройке.
Въ садахъ, примыкавшихъ къ какой- либо постройке, передъ нею растилался обыкновенный газонъ. Однако впослед- ствш стали сожалеть объ утрате красивыхъ клумбъ прежнихъ садовъ и такимъ обра- зомъ получилась комбинащя обоихъ стилей; передъ фронтономъ разбивалась площадка съ ковровыми клумбами, а дальше шелъ уже настоящш англшскш паркъ. Последняя манера устраивать сады осталась на долгое время и она же господствуем еще и теперь.
Среди построекъ, воздвигаемыхъ въ паркахъ, нередко приходится встречаться съ домиками въ Китайскомъ стиле; дело въ томъ, что во времена увлечешя парковыми садами путешественники по восточной Азш обратили внимаше на то обстоятельство, что англшскш стиль не является чемъ-либо оригинальнымъ. На- противъ того въ Китае уже давнымъ-давно (приблизительно летъ за 2600 до Р, X.) въ этомъ стиле разбивались огромные сады, въ которыхъ туземцы воздвигали павильоны, шоски и башенки. Поэтому казалось, что англйсше парки являются лишь подражешемъ китайскимъ и ихъ следуетъ называть англокитайскими. Однако позднее было замечено, что и у японцевъ такой тнпъ садовъ очень популяренъ, и что вокругъ болыпихъ японскихъ городовъ разбиты парки, образецъ которыхъ, именно парка близъ Токю, приводится нами (съ фотографш) на стр. 750.
Китайск1е парки (см. рис. выше) отличаются большимъ числомъ построекъ, изъ которыхъ каждая выдержана въ строго определенномъ стиле. Особенно отличаются китайсше парки обил!емъ воды и островками на прудахъ, которые связаны
съ материкомъ изящными мостиками. Однако въ общемъ эти сады производить впечатлеше чего-то неестественнаго и своеобразнаго, что въ особенности усугубляется искусственно воздвигнутыми утесами. Въ противоположность имъ я поиск! е сады представляютъ точную кошю японскаго горнаго пейзажа. Почти каждый домъ окруженъ тамъ маленькимъ садомъ и съ ограниченностью пространства, вероятно, находится въ связи любовь японца къ карликовымъ деревцамъ и кустарникамъ, представляющимъ въ мишатюрб картину лесовъ и зарослей. Въ этихъ детскихъ садикахъ съ любовью устраиваются крошечные водопадики, низвер- гаюпцеся со скалъ, поросшихъ мхомъ, а вокругъ нихъ расположены деревья въ поэтическомъ безпорядке (ср. рис. на 759 стр.). Едва ли стоить распространяться о томъ, что японсше сады представляютъ для европейца особую прелесть, благодаря своеобразной флоре Японш.
Ботаничеыпе сады и оранжереи.
Устройство ботаническихъ садовъ возникло прежде всего потому, что людямъ желательно было постоянно иметь подъ рукою въ свежемъ или засушенномъ состоянш достаточный количества лекарственныхъ растенш, излечивающихъ отъ болезней. Конечно для многихъ видовъ, не вырастающихъ въ искусственно приготовленной почве, это оказывалось невозможнымъ и ихъ поневоле приходилось прюбрЬтать у ризотомовъ, собиравшихъ ихъ на воле и торговавшихъ ими. Однако очень мнопя, въ особенности однолетшя растешя превосходно принимались въ садахъ и могли отлично служить для вышеуказанныхъ целей. Римскш писатель Колумелла описываетъ особое отдЬлеше въ садахъ, которое следовало бы посвящать всецЬло лекарственнымъ растешямъ, а изъ капитуляра Карла Великаго, о кото- ромъ шла речь въ предыдущей главе (см. стр. 751) видно, что приблизительно полсотня изъ перечисленныхъ въ немъ растенш вывезена изъ-за Альпъ и культивировалась при фермахъ. При монастырь Св. Галла монахи разбили въ 1020 г. садъ, въ которомъ возделывалось шестнадцать грядокъ съ лекарственными расте- шями. Ботаничесше сады, основанные въ Италш въ более поздше перюды сред- нихъ вековъ, напр. салернскш (1309) и венещанскш, основанный Гуалтьери въ 1330 году, врядъ ли отличались чемъ-нибудь существеннымъ отъ этихъ садовъ каролингской эпохи. Тогда принято было называть целебный растешя, разводимый въ садахъ „Simplicia", и еще въ 16 веке объяснительные курсы свойствъ цЬлебныхъ растенш, читавппеся при итальянскихъ университетахъ и привле- кавппе массу слушателей изъ всехъ странъ образованнаго Mipa, носили назваше wcognitio“ или „ostensio simplicium", а лекцш о нихъ назывались „lectura simpli- cium“. Друпе ботанические сады, основывавппеся въ быстрой последовательности въ Италш, Францш, Голландш и Гермаши при медицинскихъ факультетахъ уни- верситетовъ, первоначально преследовали, согласно господствовавшему тогда на- правлешю ботаники, единственную цель, давать матер!алъ для лекцш по медицине. Въ то время ботаничесше сады были вь сущности только медицинскими садами и причислялись къ медицинскимъ факультетамъ соответствующихъ уни- верситетовъ.
Переворотъ въ естествознанш, совершившшся во 2-ой половине 16-го ото-
лйтш, интересъ, который возбудила къ себе растительность родного края, равно какъ и страсть къ путешеств!ямъ и коллекщонированпо, отличавшая эту эпоху, вскоре повели однако къ тому, что рамки деятельности ботаническихъ садовъ расширились и въ нихъ наряду съ целебными растешями понемногу поселяются и друпя. Даже больше того — духу этой эпохи соответствовало желаше культивировать все, что только можно было достать, и руководители ботаническихъ садовъ вскоре стали соперничать другъ съ другомъ въ желаши возможно обогатить свои сады. Потому и матер1алъ сильно возросъ и въ виде примера можно привести число видовъ растешй, культивировавшихся въ парижскомъ ботаниче- скомъ саду: въ 1636 году оно не превышало 1800, а въ 1665 достигло уже 4000. Частные ботаничесте сады, устраивавппеся въ ту пору въ болыпомъ числе, старались также собрать возможно большее количество растешй. Богачи отправляли на свой счетъ путешественниковъ-коллекщонеровъ и завелась мода описывать и изображать культивируемый въ такомъ-то и такомъ-то саду растешя въ обшир- ныхъ, дорогихъ спещальныхъ издашяхъ.
Растешя, вначале разсаживаемыя въ пестромъ безпорядке, снабжались обыкновенно теми назвашями, подъ которыми они фигурировали въ сочинешяхъ „отцовъ ботаники". Во второй половине 18 века однако почти повсеместно распространилась номенклатура Линнея; сначала она проникла въ ботаничесше сады Гермаши, где растешя нетолько размещались по системе этого ученаго, но и снабжались этикетками съ данными имъ назвашями. Только во Франщи Линнев- ская система какъ-то не могла привиться, и въ этой стране, которая въ 18 веке пользовалась гегемошей въ деле изучешя растешй, впервые появились попытки создать естественную систему. Старшш Жюсьё, воодушевленный идеей создать систему, опирающуюся на естественномъ сродстве организмовъ, расположилъ въ управляемомъ имъ ботаническомъ саду въ Тр1аноне по этой системе все растешя, а племянникъ его Л. Жюсьё опубликовалъ эту систему въ 1789 году. Эта система нашла много приверженцевъ и расположеше растешй по образцу Тр1анонскаго сада вскоре вызвало подражаше. Уже въ начале нашего века во многихъ ботаническихъ садахъ растешя были размещены по системе Жюсьё, и въ настоящее время значительно усовершенствованная естественная система въ расположен in растешй совершенно вытеснила изъ всехъ ботаническихъ садовъ искусственную Линнееву систему. При этомъ способе размещешя, придавшемъ больше наглядности въ общемъ обзоре растешй ботаническихъ садовъ, вскоре пришлось сознаться, что въ выборе разводимыхъ растешй надо быть поосторожнее. Ни въ одномъ ботаническомъ саду, сколь бы ни былъ онъ богато обставленъ и хорошо управляемъ, нетъ возможности тщательно культивировать 200,000 растительныхъ видовъ, населяющихъ земной шаръ. Даже въ столичныхъ ботаническихъ садахъ число культивируемыхъ растешй предста- вляетъ ничтожную дробь общаго количества растешй и самый богатый садъ, па- рижскш, не имелъ много более 15,000 видовъ. Однако такъ какъ съ другой стороны для тщательнаго изучешя отдельной группы важно иметь возможно большее число живыхъ ея представителей, то ныне обыкновенно посвящаютъ какое-нибудь отделеше сада видамъ этой группы и, когда изучеше ихъ кончено, заменяютъ ихъ возможно болыпимъ количествомъ другой группы, которой собираются заняться. Отъ всехъ экземпляровъ этихъ такъ называемыхъ монотипныхъ
культуръ следуетъ засушивать возможно большее число представителей и складывать въ архивъ даннаго учреждешя гербарш, какъ приложеше къ созданной монографш. Само собою понятно, что съ каждымъ ботаническимъ садомъ находится въ связи гербарш, а также коллекщя плодовъ, образцовъ древесныхъ отрубковъ и т. д.
Къ систематическимъ задачамъ ботаническихъ садовъ примыкаютъ и б io логически. Уже на стр. 479 было указано на то обстоятельство, что единствен- нымъ надежнымъ признакомъ для отлич!я видовъ отъ разновидностей является постоянство развивающейся изъ семянъ особи, которое можетъ быть установлено только культурными опытами. Вопросы всхожести семянъ, происшедшихъ отъ скрещивашя, вл!яшя освещешя, температуры, почвы, разрешаются проще всего опытнымъ путемъ на особыхъ (опытныхъ) поляхъ, посвященныхъ научнымъ из- следовашямъ, т. е. опять-таки въ ботаническихъ садахъ.
Далбе очень важной задачей деятельности ботаническихъ садовъ является ботанико-географическая (или фитогеографическая). Въ прежшя времена деятельность ихъ въ этомъ направлены ограничивали темъ, что отводили часть оранжереи подъ растешя изъ какой-нибудь области тропиковъ, Новой Зеландш, Капской земли и т. д. и достигали такимъ образомъ приблизительной картины тамошней вегетащи. Подъ открытымъ небомъ старались культивировать альпш- ск!я растешя на пригоркахъ и создавать такимъ образомъ картину альшйской растительности. Однако никто не станетъ отрицать, что одинаково интересно было бы создать также группы растительныхъ формацш, выдерживающихъ кли- матъ данной местности, напр. степной области, различныхъ лесныхъ областей северной Америки и т. д. Во многихъ ботаническихъ садахъ, напр. въ венскомъ, летъ двадцать тому назадъ въ этомъ отношены была сделана попытка, увенчавшаяся полнымъ успехомъ.
Едва ли стоитъ распространяться о томъ, что растешя, давппя настоящш поводъ къ устройству ботаническихъ садовъ, именно лекарственный, тоже не должны находиться въ загоне. Делеше наукъ на отрасли имело то следств!е, что при лесоводныхъ и сельскохозяйственныхъ училищахъ завелись свои ботани- чесше сады, въ которыхъ разводились растешя, имеюпця спещальный интересъ, такъ что задача научныхъ ботаническихъ садовъ въ силу этого облегчилась.
Большое значеше для ботаническихъ садовъ имеютъ оранжереи. Въ древнее время растешя, особенно сильно подвергающаяся действ!ю мороза, выращивались въ кадкахъ, который на зиму ставили въ отапливающееся помещеше или въ светлый, теплый погребъ. Тамъ, где число зимующихъ такимъ образомъ растены было не велико, ихъ прямо ставили на окна въ „черепкахъ", какъ назывались тогда цветочные горшки. На 753 стр. уже было разсказано о томъ, какъ Альбертъ Ведший устроилъ въ 1240 году .нечто вроде зимняго сада. Однако настоящая оранжереи появились только въ 17-мъ веке, притомъ сначала лишь какъ часть ботаническихъ садовъ. Затемъ въ этомъ направлены практика значительно подвинулась впередъ и въ настоящее время воздвигаются роскошный оранжереи, по которымъ можно живо перенестись воображешемъ въ тропическш лесъ и „безнаказанно блуждать подъ сенью пальмъ“.
Первоначальная родина садовыхъ растешй.
На помпейскихъ фрескахъ можно заметить не мало „nature morte64, изобра- жающихъ блюда съ устрицами, омарами, съедобные грибы, плоды и овощи, а кроме того здесь встретились и букеты, частью вместе съ упомянутыми съестными припасами, частью отдельно и все они обыкновенно исполнены очень отчетливо — ихъ легко узнать по форме и по окраске. Такъ какъ есть основаше думать, что изображешя эти относятся къ разводившимся въ то время особенно излюбленнымъ растешямъ, то по этому самому можно составить себе довольно правильную картину состояшя тогдашняго садоводства, гораздо более правильную, во всякомъ случае, чЬмъ по оставшимся спискамъ и описашямъ того времени. На основаши этихъ рисунковъ можно считать, что въ садахъ культивировали тогда, приблизительно полсотню растеши. Наряду съ овощами, деревьями и кустарниками, каковы платанъ, лавръ, миртовое и гранатовое деревья, кипарисъ и итальянская сосна, фигурируютъ здесь различный плодовым деревья: айва, миндаль, груша, яблоня, маслина, каштанъ, грецкш орешникъ, смоковница, черная шелковица и виноградъ; затемъ приходится упомянуть еще и объ растешяхъ, отличавшихся своими крупными и красивыми цветами (ср. стр. 750), хотя такихъ растеши было въ общемъ поразительно мало. Сюда относятся розы, макъ, касатки, нарциссы, шпажникъ (Gladiolus segetum), осенняя астра (Aster Amellus), Acanthus mollis, Cheiranthus Cheiri и Matthiola annua. Все эти декоративным растешя родомъ изъ Южной Итал1и и перешли тамъ съ вольнаго простора въ сады. Въ связи съ ними однако встречаются также олеандры (Nerium Oleander), дамаскинская роза (Rosa damascena), мальва (Althaea rosea), арабская акащя (Acacia, vera), тамарискъ (Tamarindus Indica), обыкновенный алоэ (Aloe vulgaris), персиковое дерево (Persica vulgaris), финиковая пальма (Phoenix dactylifera), папирусъ (Cyperus Papyrus) и лотосъ (Nelumbo nucifera — на прелестной мозаике изъ Помпей въ неаполитанскомъ музее). Родина этихъ по с лед- нихъ растеши Востокъ и Египетъ, и не подлежитъ сомнешю, что именно изъ этихъ странъ они были перевезены въ сады южной Итaлiи.
У насъ уже была речь о томъ, что въ средше века главное внимаше обращали на полезным и въ особенности на лекарственным растешя. Здесь мы обра- тимъ внимаше читателя лишь на то обстоятельство, что въ Capitulare Карла Великаго среди рекомендуемыхъ для культивировашя въ садахъ растешй встречается лишь очень немного (Tanacetum vulgare, Mentha silvestris) изъ растущихъ въ дикомъ виде къ северу отъ Альпъ; по большей же части перечисляются здесь растешя, проникнпя въ качестве овощей, плодовыхъ или лекарственныхъ расте- шй еще въ римеше сады. Следуетъ даже думать, что не вcтpeчaющiecя въ дикомъ виде въ южной Италш виды, какъ напр. Levisticum officinale, Tanacetum Balsamita и Artemisia Abrotanum проникли co своей родины, востока, предварительно въ древне-римеше сады и лишь отсюда были перенесены въ сады къ северу отъ Альпъ.
Около середины XVI века въ сады Вены и оттуда далее въ восточную Европу проникли изъ Константинополя новые сорта красивыхъ растешй, изъ которыхъ особенно замечательны сирень, консшй каштанъ и тюльпанъ. Анге-
рш Гизленъ Бусбекскш, въ качестве посла Фердинанда I, добился въ Амазш въ 1555 году перемир!я съ султаномъ Сулейманомъ П и оставался въ Константино- полб въ качестве посланника отъ 1556 по 1562 годъ. Во время своего пребы- вашя въ турецкой столице онъ живо заинтересовался растешями тамошнихъ садовъ, оставшимися еще съ византшской эпохи, на которыя турки смотрели какъ на драгоценное наслед!е и культивировали ихъ съ великою любовью. Особенно приковалъ къ себе его внимаше одинъ кустарникъ, который у турокъ носилъ назваше „лилакъ“ — въ европейскихъ садахъ онъ этого кустарника никогда не видалъ. И вотъ онъ употребилъ все усил!я къ тому, чтобы перевести этотъ ли- лакъ, а также тюльпанъ и левкой изъ константинопольскихъ садовъ въ сады Австрш, Германш и Фландрш, и самъ занялся культурою этихъ новыхъ для него растешй въ маленькомъ садике своего венскаго дома. Въ 1589 г. лилакъ, наша теперешняя сирень, Syringa vulgaris, которую тогда называли турецкой калиной; зацвелъ въ Венб въ первый разъ. Изъ Вены этотъ прелестный кустарникъ распространялся изъ города въ городъ, изъ страны въ страну по всемъ садамъ средней и южной Европы. О первоначальной родине сирени до сихъ поръ еще неизвестно ничего достоверна™. Ботаничесшя изследовашя въ юговосточной Европе доказали однако, что сирень растетъ дико въ нижней части бассейна Дуная, особенно въ Банате вокругъ Желбзныхъ Воротъ, а также въ Сербш и Болгарш; потому нетъ сомнбшя, что и въ византшсше сады она проникла въ свое время именно оттуда.
Семена конскаго каштана (Aesculus Hippocastanum), родиною котораго приходится считать горныя страны северной Грецш, были привезены Бусбекомъ въ 1559 году въ Константинополь и оттуда доставлены Давидомъ Угнадомъ въ Вену, где Клуз1усъ вырастилъ изъ нихъ первый деревца. Теперь конскш каштанъ является распространенцымъ декоративнымъ растешемъ всехъ садовъ южной и средней Европы. Изъ доставленныхъ въ то время въ вбнсше сады красивыхъ луковичныхъ Нацинтовъ, тюльпановъ и т. д. зацвели въ первый разъ Fritillaria imperialis въ 1580 г., Fritillaria Persica въ 1581 и Muscari moschatum въ 1554 гг. Особенный восторгъ возбудилъ тюльпанъ — Tulipa Gesneriana, развернувппй въ первый разъ свои лепестки въ Аугсбурге въ 1559 году. Это растете очень быстро получило права гражданства во всехъ немецкихъ и голландскихъ садахъ. Подъ руками садоводовъ путемъ скрещиван!я возникли многочисленныя помеси и уродства, какъ напримеръ тюльпаны-попугаи, у которыхъ покроволистикъ вы- тянутъ въ шпорецъ. Эти садовыя разновидности въ Голландш послужили пред- метомъ обширныхъ и получившихъ печальную известность торговыхъ спекулящй. Луковица редкой разновидности тюльпана продавалась за 13,000 голландскихъ гульденовъ (около 10,000 рублей).
Почти въ то же самое время, когда изъ Константинополя черезъ Вену распространились по садамъ западной Европы красивыя луковичныя, въ Вене дей- ствовалъ Клуз1усъ, назначенный императоромъ Максимшпаномъ П придворнымъ , ботаникомъ. Онъ состоялъ въ сношешяхъ съ полусотнею ботаниковъ и садово- довъ-любителей, самъ развелъ въ Вене садъ альшйскихъ растешй, побудилъ своего друга Айхгольца къ устройству въ Вбне другого подобнаго же сада и высы- лалъ своимъ друзьямъ въ Голландш и Германш многочисленныя красивыя ра- стешя, находимыя въ Австрш и особенно на Альпахъ. Въ 1582 году одинъ
изъ его друзей, именно Вандердильфтъ, получилъ отъ него среди другихъ разно- образныхъ живыхъ растенш также два альшйскихъ первоцвета, именно Primula Auricula съ желтыми и Primula pubescens съ пестрыми цветами. Эти два расте- шя превосходно принялись на голландской почве. Особенно хорошо развилось второе растеше, являющееся помесью Primula Auricula съ Primula hirsuta (ср. стр. 533 и приложенную къ ней таблицу) и представляющее большую изменчивость въ окраске, какъ при развиты на воле, такъ же и въ искусственныхъ усло- в!яхъ, въ садахъ. Клуз1усъ самъ не нашелъ этого растешя, а получилъ его отъ своего друга Айхгольца, а тому, въ свою очередь, прислала его изъ Иннсбрука знакомая ему дама. Однако за 300 летъ успели позабыть то место, где первоначально расли первоцвбты, пока мне въ 1867 году не удалось вновь отыскать его. Это место лежитъ по склонамъ горъ на задней стене долины Гшницъ къ югу отъ Иннсбрука, где чередуется сланецъ съ известнякомъ. Надъ этимъ ме- стомъ возвышаются посещаемые туристами вершины Габихтъ и Трибулаунъ. Вандердильфтъ оценилъ значеше для садоводства этихъ красивыхъ цветовъ, при- сланныхъ Клуз1усомъ. Онъ размножили ихъ и разослалъ по разнымъ садамъ, такъ что въ 1595 году эти цветы красовались въ садахъ самыхъ различныхъ странъ. Число пестрыхъ разновидностей и уродствъ, полученныхъ изъ нихъ голландскими и англшскими садовниками, понемногу достигло тысячи и ихъ стали делить на голландск!я или люттихск!я, на англшсшя или опудренныя и на мула- товъ. Въ каждой такой группе, въ свою очередь, различали сорта дублетъ, би- заръ, пикоттъ и др. Такимъ образомъ альп!йское растете Primula pubescens явилось родоначальникомъ культуры первоцветовъ, которая хотя и не достигла такихъ грандюзныхъ размеровъ, какъ культура тюльпа- новъ, однако занимаетъ не последнее место въ исторы декоративнаго садоводства.
Рука объ руку съ проникновешемъ въ культуру средиземноморскихъ, во- сточныхъ, балканскихъ и альшйскихъ растенш, въ среднеевропейскихъ садахъ начинается культивироваше собственныхъ красиво-цветущихъ ви- довъ туземной флоры. Сохранилось великолепное сочинеше 1613 года подъ заглав!емъ „Hortus Eystettensis“, въ которомъ изображены все растешя, культи- вировавппяся въ саду епископа Эйхштедскаго. При просмотре этой книги выносишь впечатлеше, будто здесь хотели какъ можно скорее нагнать то, что было упущено поколешями предыдущихъ вековъ въ деле изучешя отечественной флоры. Положимъ, большая часть наиболее редкихъ, красивыхъ растенш попала въ садъ потому, что епископъ Эйхштедскы купилъ богатую коллекцию тюбингенскаго ботаника KaMepapiyca и перенесъ ее въ свой садъ.
Тутъ мы встречаемся съ Orobus vernus, Lunaria biennis, Trollius europaeus, Thalictrum angustifolium, Melittis melissophyllum, Centaurea montana, Epilobium angustifolium, Dictamnus Fraxinella, Convallaria majalis, Dianthus plumarius и bar- batus, Saponaria officinalis, Spiraea Aruncus, Astrantia major, Galega officinalis, 6 Hesperis matronalis, Campanula persicifolia, Digitalis ochroleuca и purpurea, съ видами борца (Aconitum), съ тридцатью видами косатиковъ (Iris) и сотнею другихъ красивыхъ многолетнихъ травъ изъ родныхъ лесовъ и полей. Изъ луковичныхъ и клубневыхъ здесь были: Fritillaria Meleagris, Cyclamen Europaeum, Galanthus, Leucojum, Lilium Martagon, carniolicum и bulbiferum, три вида Gladiolus и мнопя Corydalis: изъ альшйскихъ и предальшйскихъ растенш Linaria alpina,
Gentiana verna, Hieracium aurantiacum, Saxifraga elatior и Helleborus niger, a также болотный и водный растешя, именно желтая и белая кувшинки, Butomus umbellatus, Comarum palustre и т. д. Мнопя изъ красивыхъ растеши, проникшихъ въ сады, были родомъ изъ отдаленныхъ местностей, откуда ихъ иногда очень не легко было достать, каковы напр. прелестная Omphalodes verna и кандыкъ (Егу- thronium Dens canis). Замечательно велико число растешй съ пятнистыми, курчавыми листьями, разнообразными красками, а, главное, съ махровыми цветами. Махровыхъ растешй насчитывалось более 30 видовъ, именно махровая калина (Viburnum Opnlus), махровая вишня, гвоздика, маки, лютики, печеночницы, без- временницы, ф!алки и водосборъ. Такъ какъ мнопя изъ этихъ растешй родомъ изъ средиземноморской области, то надо думать, что тогда существовали уже оранжереи, въ которыхъ растешя эти проводили зиму. Само собою разумеется, что здесь культивировались также некоторый восточный растешя, перенесенный изъ Константинополя, именно Hibiscus Syriacus, о которомъ говорится, что онъ былъ завезенъ Раувольфомъ, затемъ Iris Susiana, которая, по предашю, проникла въ немецк!е сады черезъ имперскихъ пословъ, затемъ многочисленные пацинты разнообразной окраски, лилш, нарциссы, двадцать одинъ сортъ розъ, среди нихъ и дамаскинская (Rosa Damascena) подъ назвашемъ „махровой раковистой розы", затемъ одиннадцать различныхъ шоновъ и пятьдесятъ тюльпановъ.
Хотя Америка была открыта за 121 годъ до выхода въ светъ „Hortus Еу- stettensis", однако сочинеше это содержитъ только небольшое число заморскихъ растешй и эти немнопе виды относятся главнымъ образомъ къ однолетнимъ. Особенное внимаше следуетъ обратить на подсолнечникъ (Helianthus annuus), Ipo- maea coerulea, описанную подъ именемъ Convolvulus Indicus, причемъ надо заметить, что это вьющееся растете было изображено здесь въ первый разъ (1613), 5 видовъ Tagetes, затемъ Mirabilis Jalappa, Argemone Mexicana, Tropaeolum majus, табакъ, Agave Americana, Opuntia Ficus Indica и, въ особенности, видъ кактуса, называемый Melocactus.
Въ первой половине ХУЛ века наступаетъ значительный повороть въ культуре растешй среднеевропейскихъ садовъ; дело въ томъ, что въ нихъ попа- даетъ значительное число американскихъ многолетнихъ травъ и древесныхъ породъ. Перечисленнныя выше красивыя растен!я, взятыя прямо изъ полей и лесовъ, должны были уступить место американскимъ многолетнимъ травамъ (Phlox paniculata, Coryopsis tinc- toria, Monarda fistulosa и didyma, Pentstemon gentianoides, Rudbeckia laciniata, Solidago Canadensis, Tradescantia Virginica, Zinnia elegans, Salvia coccinea. многими пышно цветущими астрами, Petunia violacea, Mimulus luteus, Portulaca grandiflora и т. д.). Ихъ культивировали либо въ ковровыхъ клумбахъ, либо по краями кустарниковыхъ зарослей (въ сельскихи садахъ). Тогда были ташке введены вн культуру многочисленный американсшя древесный породы, превосходно припявппяся вн средней Европе; изъ нихъ стоить назвать кустарники Amorpha fruticosa, Cornus alba, MHorie виды Crataegus, Mahonia Aquifolium, Ptelea trifoliata, Rubus odoratus, Rhus typhinum, Ribes aureum и sanguineum, Spiraea opulifolia, Symphoricarpus racemosus, вьющуюся Ampelopsis hederacea, Lonicera sempervirens и Tecoma radicans, деревья Catalpa syringifolia, Gleditschia triacanthos, Lirioden- dron tulipifera, Negundo fraxinifolium и Robinia Pseudacacia, равно какъ и хвой-
ныя Juniperus Virginiana, Thuja occidentals и введенную въ культуру въ 1790 г. веймутову сосну Finns Strobus. Такъ дкло продолжалось вплоть до ввоза Dahlia variabilis изъ Мексики въ 1790 году, декоративнаго растеши, которое долгое время было въ большой модЬ и владычествовало въ нашихъ садахъ.
Къ концу ХУШ века къ этимъ американскимъ видамъ, освоившимся уже съ новой родиной, присоединились растешя изъ Китая и въ особенности Япон1и. Мы назовемъ изъ такихъ растешй Aster (Callistephus) Chinensis (въ 1731 г. первый разъ цвела въ Вене), Anemone Japonica, Primula Chinensis и Japonica, Saxifraga sarmentosa, Chrysanthemum Indicum, Dianthus Chinensis, Dicentra spectabilis, MHorie сорта Polygonum и красивые виды лилш, Glycine Chinensis, изъ кустарниковыхъ упомянемъ о Paeonia Montan, Deutzia crenata, Diervillea rosea, Kerria Japonica, изъ лиственныхъ деревьевъ Paulownia imperialis и Koel- reuteria paniculata, а изъ хвойныхъ Thujopsis dolobrata и Gingko biloba (въ 1754 г.).
Оранжереи, строивппяся тогда повсеместно при болыпихъ садахъ, населились тропическими и подтропическими растешями всехъ частей света, въ особенности же австралшскими и капландскими видами. Строились тогда спещальные австрал!йсше ящики, въ которыхъ культивировали своеобразныхъ протеацейныхъ и другихъ представителей новоголландской флоры. Въ теплицахъ главное вни- маше обращалось на пальмы. Одной изъ первыхъ пальмъ, распустившихъ въ Европк свои цветы, была такъ паз. пальма Марш-Терезш въ Шенбрунне. Она доставлена была въ Шенбруннъ после распродажи растительныхъ богатствъ голландца Стекговена, въ 1684 году; родомъ она изъ Индш и имела въ то время приблизительно 30 летъ отъ роду. Въ Шенбрунне она зацвела впервые въ 1695 году, однако вскоре после цветешя погибла и въ виду этой особенности въ ней приходится признать Corypha umbraculifera (см. табл, при 284 стр. I тома), обладающую свойствомъ отмирать после плодоношешя. Пальма, совершенно ошибочно называемая теперь пальмою Марш-Терезш, и произрастающая въ большой оранжереи Шенбрунна, представляетъ изъ себя Latania borbonica; она была привезена Бусомъ (Boos) съ острова св. Мавришя. Во второй половине про- шлаго века для снабжешя шенбруннскихъ оранжерей тропическими растешями, главнымъ образомъ пальмами, на императорскш счетъ было снаряжено не менее четырехъ экспедицш; первая изъ нихъ отправилась подъ начальствомъ Жакена на антильсше острова и соседшй съ ними материкъ и привезла свой матер!алъ на семи корабляхъ, вторая подъ начальствомъ Буса вернулась въ 1775 году съ большими богатствами, третья, съ которою императоръ 1осифъ послалъ садовника Бредемейера, и четвертая, снаряженная въ 1817 г. императоромъ Францомъ, такъ называемая, бразильская экспедищя, доставила въ Шенбруннъ богатую коллекции аройниковъ, собранныхъ Шоттомъ.
Въ настоящее время вошли въ моду тропичесшя орхидныя. Ежегодно целые корабли, нагруженные ими, пристаютъ къ гаванямъ Англш и северной Гер- маши, а оттуда уже растешя эти разсылаются по оранжереямъ материка.
РАСТИТЕЛЬНЫЕ ОРНАМЕНТЫ НА КОВРАХЪ И ОДЕЖД». ИСКУССТВЕННЫЕ ЦВ»ТЫ. 769
Растете кань вдохновитель художника.
Содержанте: Растительные орнаменты на коврахъ и одеждЪ.— Искусственные цв’Ьты.— Растешя въ скульптур^. — Живопись цвЬтовъ. Изображение растешй въ ботаническихъ сочинешяхъ. — Пейзажная живопись. — Растительный м!ръ въ поэзш.
Растительные орнаменты на коврахъ и одеждЪ. Искусственные цв’Ьты. '
Свежая зелень и цв’Ьты недолговечны, они скоро желтЬютъ, вянуть и теря- ютъ свою характерную форму; кромЬ того ихъ нельзя имЬть во всякое время года. Поэтому явилось желаше создавать изображеше этихъ творешй природы изъ прочнаго матер!ала и заменять свйж1я растешя неувядаемыми. Все сказанное (на стр. 740) объ употреблеши живыхъ растешй для украшешя въ общихъ чер- тахъ подходить и къ этимъ растительнымъ узорамъ, созданнымъ рукою художника. ВездЬ, гдЬ можно было пользоваться одними, находятъ себй примбнеше и дру- пя; какъ тЬ, такъ и друпя употребляются какъ украшешя и въ комнатахъ, и на одеждЬ, и наконецъ на самомъ тйлЬ человека, Итакъ, если въ общемъ растительный м!ръ со своими узорами и красками даетъ, повидимому, много случа- евъ примЬнешя, то на практик^ это прим-Ьнеше приходится сильно поурЬзывать— дЬло въ томъ, что не всегда подходить къ изображенью того или другого растешя матер!алъ, которымъ располагает художникъ, да кромЬ того и услов!я его жизни, при которыхъ онъ развивался, его м!росозерцаше и направлеше эпохи — мода, наконецъ, все это оказывает чрезвычайно сильное вл!яше даже на изобра- жен!е цв-Ьтовъ и растешй.
Растительные узоры на коврахъ стали изображаться наверно съ того самаго времени, когда вообще появились ковры на ВостокЬ. Обыкновенно орнаментомъ служат листья, цвЬты, стебли и усики, изображаемые въ изв^ст- номъ стилЬ, а самыя растешя сводятся къ немногимъ любимцамъ дЬтей Востока, именно къ желтофюли, жасмину, косатику, тюльпану, гранату, левкою и розй. На стЬнныхъ коврахъ, изготовленныхъ впервые на фабрик^ братьевъ Гобеленъ въ Парижа въ 15-мъ вЬкЬ и оттого получившихъ их^ имя (гобелены), такъ же какъ и на восточныхъ коврахъ, для орнаментировки служатъ цв’Ьты, листья' кусты и деревья, и эти же самые узоры перешли потомъ и на современные обои.
Что касается украшен!я одежды растительными орнаментами, то этотъ обычай приходится отнести къ значительно болЬе позднему времени. Въ древности платья были одного цвЬта и узоровъ на нихъ не было, развй только могли они быть на оторочкЬ да и то въ этомъ случай растительный м!ръ не игралъ большой роли. Обычай украшать одежду узорами въ видЬ цвЬтовъ, листьевъ и усиковъ, повидимому, занесенъ съ Востока лишь въ средше вйка. Пышнаго расцвета эта мода достигла во времена „барокъ“, когда не только стали носить ткани съ крупными изображешями цвЬтовъ, но самыя одежды сверху до низу покрывались вышивками. При ЛюдовикЬ XIV первоклассные художники срисовывали лучппе цвЬты всЬхъ странъ земли, которые для этого выращивались Кернеръ ф.-Марилаунъ. Жизнь растенш, т. П.49
въ садахъ и оранжереяхъ, а затемъ рисунки ихъ служили для вышивашя въ спещальныхъ мастерскихъ.
Искусственные цветы впервые появились въ Китае, где еще задолго до нашей эры украшен!емъ служили цветы изъ раскрашеннаго въ разные цвета шелка, въ перемешку съ коконами и пестрыми птичьими перьями; оттуда эти украшешя распространились по другимъ странамъ. Плишй сообщаетъ, что въ Риме зимою, когда свежихъ цветовъ и листьевъ не было, украшешемъ служили либо особые засушенные цветы, сохраняющее однако свою окраску (ихъ называли, да и теперь еще называютъ иммортель кам и), либо искусственные цветы, привозив- ппеся изъ Грецш или Египта. Наверно и въ Риме стали подражать этимъ по- пыткамъ создать искусственные цветы, которыхъ римлянки опрыскивали духами и надевали на себя; однако въ средше века эта отрасль производства, невидимому, совершенно заглохла въ Риме. Но въ восточной римской имперш, особенно въ Византш, производство искусственныхъ растешй наверно процветало вплоть до 16 века, такъ какъ Клуз1усъ разсказываетъ о бумажныхъ цвбтахъ, привезенныхъ въ 580 году изъ Константинополя въ Вену и вызвавшихъ тамъ общш восторгъ и удивлеше. Изъ Константинополя приблизительно въ это же время эта отрасль производства проникла въ Италпо и оттуда во Фрайщю, где главнымъ образомъ Парижъ и Лтонъ спещально обратились къ ней и достигли чрезвычайнаго успеха. Впрочемъ искуственные цветы употреблялись не только для украшешя одежды и волосъ, ими украшали также алтари и употребляли при церковныхъ процесшяхъ; понемногу они совершенно вытеснили живые цветы и листья, о чемъ нельзя не пожалеть. Они заняли вазы и корзины, предназначавшаяся для украшешя ком- натъ живыми цветами. Скажемъ еще, что иммортельками служили у римлянъ главнымъ образомъ виды Helichrysnm и Amarantns, причемъ въ Египте для этого разводились особые сорта. Применеше Helichrysnm съ этой целью осталось еще и по сей день, въ особенности въ Париже, где изъ него делаютъ венки для мо- гилъ. Въ настоящее время засушенный иммортельки привозятся изъ Капландш и служатъ для могильныхъ венковъ. Упомянемъ еще при этомъ случае о ма- картовскихъ букетахъ, названныхъ такъ въ честь венскаго художника того же же имени; ихъ вяжутъ изъ засушенныхъ листьевъ пальмъ, осокъ и пушистыхъ злаковъ, въ особенности Gynerium argenteum, и различныхъ иммортелей.
Растетя въ скульптур^.
Благодаря свойствамъ металловъ, металлическ!е растительные орнаменты представ дяютъ наиболее точную кошю настоящихъ цветовъ, листьевъ и усиковъ. Для такихъ работъ брали либо драгоценные металлы, каковы, на- примеръ, обвитые плющомъ серебряные кубки или золотые лавровые венки, ос- тавппеся отъ древнихъ временъ, или же на ташя поделки шли и обыкновенные дешевые металлы. Изъ последнихъ упомянемъ о растительныхъ узорахъ бронзовой двери флорентшской купели, которую создалъ Гиберти въ 1403—24 годахъ. Эти украшешя сделаны такъ натурально, что можно было' бы подумать, что ихъ отлили по отпечаткамъ живыхъ цветовъ и плодовъ. Они представляютъ рядъ свободныхъ букетовъ; черешки растешй перевязаны лентами; особую прелесть
придаютъ имъ сидяпця на этихъ букетахъ или избирающаяся по нимъ животныя. Все изображенный здесь въ цвету или въ стадш плодоношешя растительные виды не трудно определить ботанически. На изображенной ниже двери мы встречаемся со следующими растешями: сверху въ левой ветви, по которой взбирается четвероногое животное, нельзя не признать плодоносной ветви каштана (Castanea
.Л^пныл украшентя на бронзовой двери (выходящей на сбверъ) фдорент1йской купели, созданный Гиберти.
wesca); за ней следуютъ въ первомъ ряду: листья, цветы и плоды итальянскаго аронника (Arum Italicum), ниже плодоносная ветвь Lupinus, въ среднемъ ряду сверху ветвь со спелыми грушами, подъ нею нарциссъ и несколько лилш, свя- .занные въ одинъ букетъ съ расположенными подъ ними цветущими розами (Rosa Bamascena); въ третьемъ ряду сверху ветвь со спелыми сливами, затемъ стебли мавританскаго проса (Sorghum Halepense), на метелкахъ котораго сидитъ птица съ распростертыми крыльями, подъ нимъ букетъ изъ ветвей маслины, вьюнка (Соп- yovolvulus Soldanella) и наконецъ ветвь мушмулы. Кроме этого мы встречаемъ
тутъ еще колосья пшеницы, изъ которыхъ птицы выклевываютъ зерна, вЬтви и плоды лавра (Laurus nobilis), плоды и листья мака (Papaver somniferum), листья и цв^ты гвоздики (Dianthus), в4тки ноготковъ (Calendula officinalis), листья и в4тви обыкновенной лещины (Corylus Avellana), плодоносный вбтви ольхи (Alnus),
Столь съ кар!атидами временъ импер!и. Изъ музея св, Мартина въ Неаполб. Ср. 774 стр. текста.
вЬтви и шишки сосны (Finns Halepensis), листья и цвбты вЬтренницы, вЬтвь фиги съ листьями и плодами (Ficus Carica), в^тви ирги (Aronia) съ плодами, листья пеларгошя, листья и цв^ты жасмина (Jasminum officinale). Часть перечисленныхъ растешй водится дико въ окрестностяхъ "Флоренщи, для другой же части послужили образчиками садовые экземпляры. Поразительно то, что число плодоносныхъ ветвей растешй значительно превосходить цв-Ьтущ!я.
Желязные орнаменты растешй особенно часто попадаются на перилахъ л рЬшеткахъ; среди нихъ выдающуюся роль играютъ усики и такъ называемые
узоры — Arum: у нихъ изъ середины чашечки или поволоки выходятъ спирально завитыя железныя проволоки.
ИздМя въ виде растеши изъ рога, слоновой кости или янтаря никогда и нигде не играли большой роли, зато очень важны деревянные цветы, изгото- влявппеся въ веб эпохи. Чаще всего для этой цели служила древесина груши, маслины, клена, самшита и сибирскаго кедра. По легкости обработки удобнее
Acanthus m о Ш s на берегу Далмащи. Ср. 774 стр. текста.
всего последнее растеше и имъ то въ последнее время преимущественно и пользуются жители Альпъ для вырезывашя узоровъ. .
Очень распространены были во все времена орнаменты изъ камня, хотя матер!алъ этотъ по своей сущности значительно стесняетъ свободу художника. Нежные цветы изъ камня сильно поддаются вл!яшю выветривашя и ломке. Они легко ломаются еще подъ руками художника; вероятно, въ томъ то и кроется причина того явлевая, что стиль цветовъ въ барельефе (и горельефе) намечается только въ общихъ чертахъ и сочетается съ массивными плодами. Если надо представить нежные цветы, то художникъ помещаешь ихъ въ нише или подъ защитной крышею, какъ это, напр., можно видеть на столе изъ музея св. Мартина
въ Неаполе (см. рис. на 772 стр.); столъ этотъ изображаешь трехъ кapiaтидъ, несущихъ корзину съ цветами; онъ относится ко временамъ имперш и является подражашемъ более древней эпохе. Кар1атиды держать корзину съ цветами за спиною на весу, а на голову имъ положена плоскость стола, подъ которою корзина помещается какъ подъ крышею, такъ что поломать цветовъ въ корзине почти невозможно.
Цветы встречаются на каменныхъ изваян!яхъ такъ часто, что ваятели и архитекторы выработали для различныхъ формъ определенный назвашя и свою спепдальную терминолог! ю. Важнейш!я и известнейшая выражешя этого искусственнаго языка, расположенный въ алфавитномъ порядке, будутъ следующая:
Acanthus.Acanthus.Acanthus. Изъ десяти видовъ рода Acanthus, которые растутъ дико въ средиземноморской области, основною формою орнаментики послужилъ главнымъ образомъ Acanthus mollis (см. рис. на 773 стр.). Иногда изображается участокъ стебля съ двумя противустоящими листьями, чаще же всего для этой цели служатъ отдельные листья, которые прилепляютъ либо къ угловыми столбамъ галлереи, баллюстрадамъ и т. п., или же, расположенные рядами, они украшаютъ горизонтальные архитравы (см. рис. на 772 стр.); наконецъ, ими же украшаютъ капители римскихъ и коринфскихъ колоннъ. Иногда они подогнаны подъ стиль, иногда изображены
Acanthus.
Acanthus.
натурально. Въ первомъ случае верхняя половина листьевъ выгнута дугообразно впередъ и боковые нервы
отходяшь отъ основашя листа (см. рис. рядомъ), во второмъ случае они вплотную прилегаютъ къ капители и боковые нервы отходятъ атъ главнаго срединнаго нерва (см. рис. 1 на 776 стр.). Въ техъ случаяхъ, когда отъ одного короткаго черешка отходить пара листьевъ или если для орнаментики взяты кроющ!е листья подъ колосомъ, то боковые нервы тоже отделяются отъ главнаго, более крепкаго нерва. Орнаментъ изъ Acanthus встречается всего чаще и сохранился въ самыхъ новейшихъ постройкахъ.
Arum (см. рис. 8 на 776 стр.) возникъ изъ соцвет!я одного ароиднаго растешя (Arum Italicum или Dracunculus). Онъ представляетъ кроющш листъ на подоб!е воронки или лавочнаго фунтика, изъ глубины котораго подымается шишка. Шишка эта нередко делается зернистою и представляетъ тогда довольно наглядно соцвеНе Arum, послужившее основашемъ для орнамента. Покровъ въ виде воронки нередко волнисто извить или же снабженъ грубыми зубцами, какъ это видно на рис. 8, на 776 стр.
Гранатъ. Плодъ Punica Granatum употреблялся какъ образецъ для орнамента греками, арабами, !удеями и даже уже ассиршцами; у римлянъ онъ служилъ аттрибутомъ Геры, а въ средше века его считали символомъ Девы Марш, разрешающейся отъ бремени дивнымъ плодомъ. Обыкновенно гранатъ фигурируетъ въ связи съ розетками и другими орнаментами (см. рис. 6).
Завитокъ. Фантастический орнаментъ изъ стройныхъ, причудливо извитыхъ стеблей и усиковъ, которые местами прерываются листьями, почками, цветами и плодами, подогнанными подъ известный стиль. Безконечное. разнообраз!е этихъ завитковъ характеризуетъ удивительныя творешя арабскаго зодчества. Оттого то
подобнаго рода орнаментъ и называется арабесками. Впрочемъ, подъ этимъ именемъ нередко подразумевают и всякш вообще орнаментъ. Иногда завитки несутъ на себе листья и плоды винограда. Чаще всего изъ центра цветка, несо- маго главнымъ стеблемъ, выдается спирально завитая проволока, которая совершенно соответствуете ботаническому термину усика.
Лил1я. Орнаментъ лилш состоите изъ трехъ лепестковъ, изъ которыхъ одинъ прямой очень сильно расширяется кверху, между темъ какъ два боковыхъ выгнуты кнаружи и наклонены остртями къ земле. Безъ сомнЬшя, въ этомъ стиле подразумевается не лил!я, а косатикъ (Iris). Орнаменте лилш встречается на Востоке очень рано, еще до крестовыхъ походовъ, затемъ въ средше века мы встречаемся съ нимъ въ Византш, после онъ вошелъ въ гербъ флорентшской республики, дома Валуа и, наконецъ, всего французскаго королевства. (См. рис. 4 на 776 стр.).
Лотосъ. Мотивомъ служите Nymphaea coerulea, не только цветы, но такжо листья и цветочныя почки. Чаще всего для орнаментики употребляются цветочный почки, который какъ бы привязаны на своихъ длинныхъ цветоножкахъ на верху высокой колонны, такъ что самыя яйцевидныя или ланцетовидный почки образуютъ капитель. Изъ открытаго цветка лепестки, обыкновенно въ нечетномъ числе, направляются прямо вверхъ и слегка выгибаются кнаружи. Иногда почки чередуются съ открытыми цветами на дугообразно завитыхъ черешкахъ, какъ это видно, напр., на карнизе ассиршскаго здашя, изображеннаго на рис. 5 стр. 776 х).
Пальметка (см. рис. 9 на 776 стр.). Этотъ чрезвычайно распространенный орнаменте, безспорно, возникъ изъ пальмоваго листа, именно листа финиковой пальмы (Phoenix dactylifera). Отдельный доли пальмоваго листа образуются изъ нечетнаго числа веерообразно расположенные участковъ, причемъ cpeднiй изъ нихъ самый длинный, а по бокамъ длина участковъ постепенно убываете. Рис. 9 представляете обыкновенную простую греческую пальметку, рис. 7 роскошную пальметку, комбинированную съ двумя орнаментами аройника ).
Розетка. Схематическое, подлаженное подъ стиль изображеше розы. Много лепестковъ отходятъ однимъ, двумя или тремя рядами на пoдoбie лучей отъ общаго центра. Если рядовъ много и орнаментъ изображаете, стало быть, махровую розу,
Ч Именемъ лотоса обозначаюсь 1ри различныхъ растешя: Nymphaea coerulea съ синими цветами и глубоко надрезными сердцевидными листьями. Очень часто попадается въ водахъ Нила. Цветы, связанные гирляндами, нередко встречаются въ гробахъ мум!й, которыхъ они некогда украшали; 2) Nymphaea Lotus съ белыми лепестками, на нижней стороне которыхъ можно заметить бледно-красноватый или фюлетовый налетъ; листья съ глубокимъ сердцевиднымъ надрезомъ при основаши и волнисто-зубчатымъ краемъ. Встречается въ водахъ Нила, но реже чемъ Nymphaea coerulea; 3) Nelumbo nucifera съ красными большими цветами, щитовидными цельнокрайними листьями безъ сердцевидной вырезки. Последшй видъ (см. рис. на 707 стр. П тома) весьма распространенъ въ Азш отъ Касшй- скаго моря до Китая, употребляется тамъ въ. пищу и служилъ для орнаментировки алтарей храмовъ въ Индш и Китае. Еще въ древности это растете было введено въ культуру въ Египте, однако въ дикомъ виде оно въ этой стране не встречается.
Растительная орнаментика. 1) Акантъ на капители одной изъ колоннъ храма Св. Софш въ Константино- пол^; 2) листъ чертополоха въ вид^ цапфы (конецъ XIV вЪка); 3) шишка сосны; 4) лил!я (косатикъ) на герб-6; 5) лотосъ на карниз-Ь ассир хйскаго здашя; 6) гранатъ; 7) роскошная греческая пальметка съ аройникомъ (храмъ Артемиды въ Элевзис^); 8) Arum (аройникъ) изъ храма Аполлона въ Мидетй; 9) простая греческая пальметка? 10) трилистникъ изъ каркассонскаго собора (XIV в^къ); 11) виноградъ готическаго стиля; 12) карнизъ въ вид^ плюща на собора парижской Богоматери (ХШ в^къ). Ср. стр. 774, 775 и 777.
то внутренне лепестки делаются значительно короче внешнихъ. Розетка встречается уже на развалинахъ ниневшскаго дворца и до сихъ поръ еще служить излюбленнымъ украшешемъ вс^хъ архитектурныхъ стилей.
Трилистникъ. Символъ триединства; въ основу этого орнамента легь листа клевера (Trifolium). Онъ нередко встречается въ готике, особенно часто применялся этотъ орнамента въ рамахъ церковныхъ оконъ. (См. рис. 10 на 776 стр.).
Чертополохъ очень напоминаетъ аканта, однако участки листа разбиваются у него на узхйя, многократно завитыя лопасти. Этотъ орнамента чаще всего встречается въ греческомъ стиле на такъ называемыхъ цапф ахъ или краббахъ—орнаментахъ, покрывающихъ косые выступы и углы крышъ (см. рис.. 2 на 776 стр.).
. Шишка сосны. Основною формою служить шишка итальянской сосны (Finns Pinea). Однако уже въ глубокой древности образцомъ служила шишка Finns Halepensis, иногда посаженная на покрытыя иглами вбтви. На ассиршскихъ
Нарциссъ съ незабудкою на железной р-Ьшетк-Ь окна въ Лунцй (Нижняя АвстрЬя). Ср. 778 стр. текста.
изваяшяхъ 9-го века до Р. X. изображаются демоны, дepжaщie въ своихъ когтяхъ, напоминающихъ грифа, шишки сосны, который они протягиваюта къ древу жизни. Сосновой шишкой оканчивался тирсъ, увитый плющемъ и виноградомъ посохъ Д1онис1я и его спутниковъ. Во времена Возрождешя сосновая шишка вошла въ гербъ города Аугсбурга (см. рис. 3 на 776 стр.)—очевидный намекъ на оживленную торговлю, которую этотъ городъ велъ съ Итал1ей, страною, где произрастали так!я шишки.
Къ этимъ наичаще встречающимся орнаментамъ примыкаюта также листья и плоды маслинъ, лавровъ, дубовъ, винограда и плюща. Плющъ и вино- градъ особенно часто встречаются въ готической архитектуре (см. рис. 11 и 12 на 776 стр.). Этотъ стиль вообще богата орнаментикой, изображающей растенья средне-европейской флоры, какъ-то землянику, герань, венеринъ башмачокъ (Cypripedium), кирказонъ (Aristolochia), водосборъ (Aquilegia), львиную пасть (Antirrhinum majns), прицепки хмеля (Hnmulns), цветы и плоды мака (Papaver somniferum) и аройника (Arum maculatnm), покрытыя листьями ветки чистотела (Chelidonium majns), листья стрелолиста (Sagittaria) и манжетки (Alchimilla), вайи папоротниковъ Botrychium Lunaria и Polypodium vulgare, плодоносный ветви дуба (Quercus Robur), падуба (Hex), яблони, ели и лещины.
Понятно, что на выборъ орнаментащи большое влiянie оказываетъ назна-
чеше того здашя, которое приходится разукрасить этими орнаментами. Въ этомъ отношеши особенно стоить упомянуть о пальме, какъ о символе победы тбхъ религюзныхъ верованш, съ которыми сопоставляется этотъ символъ. Не только въ древнеегипетскихъ и греческихъ здашяхъ пальма увековечена въ самой форме колоннъ, но и въ готическихъ соборахъ среднихъ вековъ типъ этотъ возрождается вместе съ колоннами. Ребра, тянупцяся отъ капители колонны къ самому потолку здашя, располагаются также точно, какъ листья финиковой пальмы и потому внутренность такой церкви, очевидно, построена подъ впечатлешемъ паль- моваго леса.
Въ этомъ случае вл!яше растительнаго Mipa значительно перешло флористи- ческ!я границы данной местности. Однако и въ маленькихъ орнаментащяхъ вл!яшя это сказывается самымъ очевиднымъ образомъ. Лотосъ въ египетскихъ и акантъ (остролистъ) въ греческихъ постройкахъ представляютъ тому самые наглядные примбры. Впрочемъ, для того чтобы представить это соотношеше на менее известномъ, но очень поучительномъ примере, мы представимъ и объяснимъ орна- ментъ решетки изъ Лунца, маленькаго местечка въ нижнеавстршской долине Иббсъ (см. рис. 777). Долина Иббсъ и друпя соседшя съ нею изобилуютъ кузницами, въ которыхъ и производятся дверныя и оконныя решетки, употребляемый въ данной местности. Изображенный здесь орнаментъ былъ тутъ же на месте изготовленъ и вставленъ въ решетку. Онъ цредставляетъ нарциссъ и незабудку. Нарциссъ (Narcissus poeticus) вообще никогда въ другихъ случаяхъ для орнамен- товъ не служить. Причина его появлешя въ местной скульптуре объясняется именно темъ значешемъ, которое имеетъ это растете въ данной местности отро- говъ Альпъ. Луга вокругъ маленькаго озера на востокъ отъ Лунца въ мае усеяны тысячами цветущихъ нарциссовъ. Благодаря своему дивному запаху, эти прелестные цветы собираются местнымъ населешемъ: ихъ культивируютъ въ горшкахъ и вяжутъ изъ нарцисса букеты. Если въ маб посетить названный городокъ, то почти въ каждомъ окне увидишь букеты этого прелестнаго цветка. Позже на влажныхъ лугахъ, где цвелъ нарциссъ, появляется крупная незабудка (Myosotis palustris), изъ которой также вяжутъ букеты. Теперь понятно, что любимые цветы жителей Лунца послужили образцомъ для орнамента решетки, прибавимъ только, что жители этихъ предъальшйскихъ долинъ отличаются чрезвычайной любовью къ местной флоре и искони завелся у нихъ обычай культивировать въ своихъ садахъ свои же красивыя растешя.
Живопись цвЪтовъ. Изображеше растений въ ботаническихъ сечине-
ЖЯХЪ.
Большая часть перечисленныхъ въ прошлой главе орнамен- товъ растительнаго происхожден!я относятся не только къ зда- н!ямъ—ими украшали посуду, канделябры, столы, стулья, рамы и въ особенности церковные алтари и купели. Притомъ эти узоры не всегда изображались пластически изъ камня—ихъ писали и красками. Любовь къ пестроте восточныхъ народовъ и египтянъ особенно настойчиво требовала примб- нешя красокъ на платьяхъ и коврахъ, а также и на здашяхъ. Цветочные раз-
воды древнеегипетскихъ колоннъ были расписаны въ зеленый, желтый, красный и сишй цвета. Пальмовые листья на капителяхъ развалинъ храма въ Филахъ расписаны зеленымъ цветомъ. Ленты, которыми на древнеегипетскихъ колоннахъ представляются связанными цветы лотоса подъ капителью, также пестры и вообще краска играетъ во всехъ орнаментахъ древнихъ египтянъ большую роль.
Совершенно своеобразное применеше красокъ на орнаментахъ изъ раститель- наго Mipa мы встречаемъ на гербахъ. Гербы существовали на Востоке еще до крестовыхъ походовъ и, повидимому, были введены въ Европб крестоносцами. Однимъ изъ древнейшихъ растешй, украшающихъ гербъ, надо, какъ кажется, признать лилпо (или, вбрнбе, косатикъ Iris, см. рис. на 776 стр.), которая въ 1179 году вошла въ гербъ французскихъ королей. О шишке сосны уже шла рбчь на 777 стр. Еще изъ такихъ растешй упомянемъ о трехъ лил!яхъ въ сред- немъ поле и серебряномъ гранатЬ надъ ними, въ испанскомъ гербе; гербъ Мексики кактусъ,—надъ которымъ паритъ орелъ; гербъ Перу: зеленая пальмовая ветвь на серебряномъ поле; гербъ дома Плантагенетъ: цветущая ветвь дрока (planta genista); гербъ дома Липпе: красная роза на серебряномъ поле; императорский японскы гербъ: соцвеИе Chrysanthemum Indicum въ 16 цветовъ съ попеременно окрашенными въ белый и фюлетовый цветъ язычковыми цветами.
Стоитъ упомянуть при этомъ случаб также и о применены растешй въ игральныхъ картахъ; тутъ фигурируетъ трилистникъ-клеверъ (трефы — по французски, клеверъ trefles), липовый листъ (пики) и жолудь (бубны). Раскрашенные цветы украшали иниц!алы старыхъ, въ особенности духовныхъ сочине- шй и ларцы, последнее главнымъ образомъ въ aльпiйcкиxъ местностяхъ. Въ XVI и XVII веке существовалъ обычай украшать изображешями цветовъ новые сундуки, особенно те, въ которыхъ невесты получали приданое; расписывались на нихъ главнымъ образомъ виноградъ и розы въ полномъ цвету и занимались такимъ ремесломъ итальянсше живописцы, нарочно объезжавшие съ этой целью альшйсшя долины.
Изображешя растешй на стенной живописи Помпеи очень наивны и представляютъ въ художественномъ отношены явную противуположность превос- ходнымъ изображешямъ фигуръ на этихъ же фрескахъ. Впрочемъ, они соста- вляютъ начало техъ вычурныхъ въ смысле стиля изображешй растешй, который мы встречаемъ на обояхъ 18 и 19 вековъ.
Живопись цветовъ, какъ законченная отрасль искусства, появляется только въ 17 веке и прежде всего въ Голланды. Истор1я живописи называетъ намъ целый рядъ живописцевъ, картины которыхъ, изображаются цветы, находили въ свое время большой спросъ и теперь еще украшаютъ наши картинныя галлереи.
Однимъ изъ знаменитейшихъ художниковъ,. посвятившихъ свою кисть раст&- шямъ, былъ И. де-Геемъ (умеръ въ 1683 году), одну изъ картинъ котораго мы здесь и воспроизводимъ (см. рис. на стр. 780).
За последшя десятилетия живопись цветовъ прюбрела большое число при- верженцевъ обоего пола, картины которыхъ должны быть ценимы не только за правдивость и свежесть ихъ красокъ, но также и за ихъ полную ботаническую точность.
Что касается ботанической точности изображаемые растешй, то въ этомъ отношены древшя картины оставляютъ > желать весьма многаго. Положимъ, по
общему виду иногда легко бываетъ правильно определить данное растете, однако въ частностяхъ приходится сталкиваться съ грубыми ошибками. Такъ напр. видишь кусты розы, на которыхъ наряду съ махровыми цветами встречаются и обыкновенные, причемъ на нихъ насчитывается не 5 лепестковъ, какъ это бываетъ на самомъ деле, а всего лишь 4. Замечательную протиположность этимъ изображешямъ растенИ составляютъ рисунки въ сочинен!яхъ такъ назы-
Картина И. де-Геема.
ваемыхъ „отцовъ ботаники" (Лобелш, Трагусъ, Маттюли и др.) 16-го вбка. Эти рисунки резаны на дерева и гравюры перемежаются съ текстомъ. Во многихъ случаяхъ политипажи раскрашены ^ а въ н4которыхъ роскошныхъ экземплярахъ исполнены серебромъ. Большинство политипажей представляетъ только контуры растешй, однако эти контуры такъ правильны и нарисованы такъ бойко и съ такимъ художественнымъ чутьемъ, что ихъ можно признать перлами граверскаго
х) До пятидесятыхъ годовъ нашего вЪка, когда была открыта хромолитограф!я, въ научныхъ сочинешяхъ иллюстрацш также раскрашивались отъ руки.
:Прим. иер. Г.
искусства. Рисунки эти им-Ьють громадное значеше для развитая систематической ботаники и во многихъ случаяхъ по нимъ можно решать самые сложные вопросы. Въ XVIII и XIX вбкб политипажи заменяются гравюрами на м4ди и начинаютъ издаваться роскошныя произведешя, каковы напр. „Flora Austriaca* (1773 г.) и „Hortus Schoenbrunnensis* Жакена, „Botanical Magazin* Кёртиса и др. (1797) и „Les Liliacees* (1802) Редутэ. Въ последнее время къ ботаническимъ сочине- шямъ прилагаются чаще всего литографичесюе чертежи, иногда въ одинъ, иногда въ несколько цветовъ ^.
Пейзажная живопись.
Хотя въ различныхъ странахъ на характеръ местности и вл1яютъ лазурь неба, воды, облака, горы и световые эффекты, однако значеше ихъ совершенно ничтожно по сравнение съ вл!яшемъ растительности данной области. Иоставивъ себб задачею обсудить растительный м!ръ съ точки зрбшя обусловливаемая имъ пейзажа, намъ прежде всего придется говорить о т^хъ растешяхъ, массовое поя- влеше которыхъ придаетъ местности известный отпечатокъ и бросается въ глаза уже съ первая взгляда.
Само собою разумеется, что величина выдающихся растешй всегда владеть свой отпечатокъ на ландшафта; однако наряду съ ними и маленькая травка или кустарничекъ оказываешь иногда вл!ян!е, не порознь конечно, а собравшись громадными массами и покрывая болышя пространства. Такимъ образомъ и мелшя растешя часто придаютъ местности своеобразный характеръ не менее ч4мъ могу- ч!я деревья, подымающая высоко надъ землею свои тенистыя кроны. Даже какъ разъ эта-то противуположность между низкорослыми растен!ями и более пышными ихъ собрапями до известной степени и обусловливаешь прелесть пейзажа и чемъ сильнее эта противуположность, чемъ сильнее разбиваются на ступени по числу и величине бросаюпцеся въ глаза растительные виды, темъ интереснее и красивее сочетающейся изъ нихъ общ!й пейзажъ данной местности.
При своей попытке дать научное определеше ландшафту, составленному изъ столь разнообразно расчлененныхъ растительныхъ группъ, намъ кажется наиболее целесообразнымъ прежде всего выбрать фундамента и зашЬмъ уже обратиться къ кирпичамъ, изъ которыхъ придется выстроить эти здашя растительныхъ группъ. При этомъ намъ съ первая же раза бросаются въ глаза некоторый основныя формы растительная Mipa, нередко придаются всей местности своеобразный характеръ. Ихъ то намъ прежде всего и придется выделить. Положеше ихъ въ системе растешй можешь въ этомъ случае не занимать насъ, и для утверждешя
х) Въ последнее время успехи цинкографш и фототипш все болЬе и болЪе вытЬ- сняютъ гравюру, такъ какъ механически получаемые рисунки обходятся значительно дешевле этихъ послЪднихъ, требующихъ кропотливая ручная труда. Однако, сколь ни усовершенствовались методы цинкографш, но стоить только сравнить превосходные политипажи „Жизни растешй" съ фототипическими кошями ихъ, иллюстрирующими только-что вышедшую „Географш растешй" проф. Краснова, чтобы убедиться наглядно, что въ настоящее время, если не въ дешевизнЪ, то въ ясности и красотЪ гравюра все-таки не имеешь пока еще соперниковъ. ' Прим. пер. Г.
нашихъ исходныхъ пунктовъ намъ прежде всего придется уцепиться за физюно- мистическое сходство и за одинаковое значеше для пейзажа. Если мы при этомъ не станемъ слишкомъ увлекаться мелочами, то получимъ приблизительно девять основныхъ формъ растешй, изъ которыхъ слагаются растительный формащи всего Mipa (см. 668 стр.).
Мнопя изъ этихъ основныхъ формъ могутъ оказывать вл!яше на физюномгю ландшафта даже въ единственному числе, и для весьма многихъ растешй именно характерно свойство ихъ появляться отдельными особями. Зато друпя никогда не могутъ добиться независимости и самостоятельности и, несмотря на массовое появлеше, все-таки являются какъ-бы только подмесью къ остальными растительными формамъ. Подобно орнаментамъ на постройке, мы видимъ напр., что вью- пцяся растешя* вплетены въ леей, какъ-будто все назначенье этихъ растешй сводится къ тому, чтобы украшать его, между теми какъ друпя образуютъ какъ бы грубый скелети, на которомъ орнаменты появляются только для украшешя.
Понятно, что особое значеше для ландшафта основныя формы получаютъ тогда, когда оне растутъ во множестве и образуютъ массы растительности одного внешняго типа. Так1я скопища растешй одного основного типа известны подъ именемъ растительныхи ассоц!ац!й (см. стр. 666—675). Но одна такая ассощащя только въ редкихи случаяхъ покрываетъ всю почву данной местности; обыкновенно происходитъ взаимное внедреше несколькими изъ нихъ другъ въ друга, и почти постоянно приходится видеть какъ оне развиваются слоями; напр. надъ густыми покровомъ мха, одевающими почву подобно мягкому ковру, поднимается листва папоротниковъ и другихъ листоносныхъ растешй, между темъ какъ третш слой образуется стройными стволами елей, затеняющихъ своими кронами весь лесъ. Эти сочеташя ассощащй получили у ботаниковъ наименоваше растительныхъ формац!й (см. 676 стр.). Изучеше ихъ представляется весьма важными для правильнаго воспр!ят!я ландшафта. Оне сохраняютъ свою физюномпо во всехъ местностяхи, где есть растительность, оне обусловливаюсь, благодаря своему богатому разделенью на подтипы и рбзкимъ контрастамъ, то живой пейзажъ, то однообразный характеръ местности.
Изучен!е вл!ян!я пейзажа местности на духовную сторону человечества, на его м!ровоззрен!е, культъ и художественное творчество заключаети въ себе целый м!ри задачъ и вопросовъ. Какъ увлекательно изучать истор!ю развит!я каждой растительной формащи и проследить ея возникновеше, жизнь и умираше (см. 260 стр. I тома).
Мы зашли бы слишкомъ далеко, если-бы пожелали проследить здесь весь процессъ перемены и превращешя растительныхъ формащй до мелочей; скажемъ только, что порядокъ следовашя различныхи растешй другъ за другомъ, сменяясь перюдами, является строго закономернымъ. Каждому растешю соответствуете известное место, время и пространство, и если художники сделаетъ ошибку въ этомъ отношеши, то ошибка эта будетъ такимъ же режущими глаза анахронизмомъ какъ подобный же ошибки на картинахъ историческаго содер- жашя г).
г) Такъ напр. въ одномъ абиссинскомъ храмИ египтяне, преслЪдующ!е евреевъ при ихъ переходи черезъ Красное море подъ предводительствомъ Моисея, изображены въ
Следуетъ заметить, что распределен!е и расположен!© раст©шй въ пр©делахъ каждой ассоц!ац!и тоже вполне закономерны.
Въ соединены различныхъ растенш въ общее зеленое здан!е ассощацЫ мы постоянно находимъ известную гармони© въ форме отдельныхъ видовъ. При- ведемъ здесь въ виде примера только буковые и сосновые леса. Въ тенистой чаще леса, надъ которой подымаются кроны буковъ, никогда не увидишь мха и вереска. Все растенш, который пробиваются тамъ между опавшими бурыми листьями, сходны въ томъ, что они распускаютъ листья вскоре после того, какъ ихъ распускаетъ и букъ, зимою же почти все они, также какъ и букъ, стоятъ голыя. Ихъ зеленый уборъ появляется и пропадаетъ одновременно съ листвою дерева и потому въ буковыхъ лесахъ растительная формацш характеризуется летнею зеленью. Совершенно иное встречаемъ мы въ сосновомъ лесу. Даже подъ глубокимъ снбжнымъ покровомъ растетя сохраняютъ тамъ свою зеленую листву точно также какъ и самыя сосны. И какъ сильно различается самый характеръ флоры въ той и другой формацЫ. Тамъ, подъ тенью буковъ, мы встречаемся сплошь съ растешями, у которыхъ листья мягк!е, нежные, гладк!е и светлаго цвета, живо напоминающ!е буковые; здесь же, въ сосновомъ бору, земля покрыта моховымъ ковромъ и надъ нимъ поднимаются кустики брусники и вереска, твердый ветви и темная зелень которыхъ прекрасно гармонируетъ съ мрачнымъ колоритомъ сосновыхъ хвой. Кто не заметить сходства типовъ низко- рослыхъ растенш и покрывающихъ ихъ тенистыхъ деревьевъ, кто станетъ отрицать, что каждая растительная формащя сверху до низу построена по одному типу и что въ кажущемся хаосе и поэтическомъ безпорядке, въ какомъ представляется намъ обыкновенно лесъ, не царить законъ удивительнаго единства?
Профанъ, не посвященный въ эту закономерность, къ сожаленпо, слишкомъ часто думаетъ, что при изображены растительныхъ группъ достаточно взять любую пеструю комбинащю, и -вотъ вследств!е этого-то и получаются самыя грубыя ошибки противъ естественно-исторической правды. Подобно тому какъ мы тот- часъ же замечаемъ, когда кто-нибудь нарушилъ кажущ!йся безпорядокъ, въ какомъ разбросаны на нашемъ письменномъ столе сотни нужныхъ и ненужныхъ вещей, также точно всяк!й, занимающейся изучешемъ растенш, тотчасъ же обратить вни- ман!е на картину, где отдбльныя растенш сочетаются нередко совершенно невоз- можнымъ образомъ; происходить это отъ того, что авторъ не обратилъ должнаго вниманш на удивительную закономерность сложенш растительныхъ формацш. Въ этомъ случаб картине не хватаетъ гармонЫ, сказывающейся въ великихъ и малыхъ твореншхъ природы, и въ картине чувствуется диссонансъ, настолько же непр!ятный какъ и въ музыке или какъ неподходящее словесное выражеше для поэтическаго образа въ литературе. И точь въ точь такъ же, какъ лесъ, лугъ, болото или степь формируются по неизменнымъ законамъ и пр!обретаютъ въ силу этого определенный свойственный имъ характеръ, точно также и каждое отдельное растете обнаруживаетъ определенные законы роста, согласно которымъ разви-
красныхъ фескахъ и съ маузеровскими ружьями — это стало быть тЪ самые египтяне, съ которыми сынамъ Габеша приходится сталкиваться и нынЬ. Наша деревенская живопись также изобилуетъ подобными курьезами. ’
Прим. пер. Г.
ваются его стволы, сучья, ветви и листья; въ этомъ отношенш мы можемъ сослаться на стр. 394—420 перваго тома.
Въ древнее время отрасль искусства, называемая пейзажною живописью, была, можно сказать, неизвестна. Въ создашяхъ древняго искусства никогда ландшафтъ и растительный м!ръ не изображаются ради нихъ самихъ. У грековъ и римлянъ все ограничивается изображешемъ людей и символовъ боговъ. Что дошло до насъ изъ пейзажей, главнымъ образомъ въ фрескахъ Помпеи, ограничивается изображешемъ виллъ и окружающихъ ихъ садовъ. Кое-где представлены также ручьи съ мостами и улицы съ животными, главнымъ образомъ лошадьми и овцами; но если мы станемъ искать въ этихъ картинахъ того, что ныне называется „настроешемъ“, то мы напрасно потеряемъ время; фантазш въ нихъ тоже не найдешь. Подобное мы замечаемъ впродолжеше всехъ среднихъ вековъ. Даже эпоха Возрождешя не съумела сделать пейзажъ спещальнымъ сюжетомъ для картины — онъ являлся только на заднемъ плане и служилъ какъ-бы фономъ для фигуръ, на который обращалось главное внимаше. Тищанъ изображаетъ на заднемъ плане острые зубцы доломитовъ своей родины (Кадоре въ Фр1уле), Рафаэль рисуетъ умбршскй ландшафтъ съ очерташями пологихъ холмовъ и мелколистныхъ стройныхъ деревьевъ.
Переходъ отъ исторической къ пейзажной живописи начинается съ того' что библейсшя или мифичесшя фигуры становятся все меньше, а элементы ландшафта все крупнее и резче. Истор1я живописи называеть ташя картины историческими или героическими ландшафтами. Представителями этого на- правлешя являются главнымъ образомъ Клодъ Лорренъ (1600—1682) и Сальва- торъ Роза (1615—1673). На картинахъ перваго вокругъ фигуръ виднеются идеальные ландшафты съ греческими храмами или ихъ развалинами, замками обитаемыми и разрушенными, которые стоять на холмахъ, вдали синеютъ горы, а на переднемъ плане группы соответствующихъ деревьевъ съ бледной корою на стволахъ и тонкими листьями, какъ у ивы.
Творцами настоящаго пейзажа являются голландцы, прежде всего Яковъ Ройсдаль (1625—82) и Эвердингенъ (1621—75). Отъ обоихъ остались картины безъ фигуръ съ однимъ лишь пейзажемъ, передающимъ известное настроете. Притомъ пейзажи эти относятся не только къ голландскимъ низменностямъ — они показываютъ, что передъ авторами раскрывались более широше горизонты. Эвердинъ искалъ мотивовъ въ Норвегш, онъ изображалъ сосновые леса на переднемъ и горы на заднемъ плане, а Ройсдаль рисуетъ гористый ландшафтъ съ величественными водопадами. Последнш славится особенно умешемъ изображать обликъ дерева, преимущественно дуба.
Въ новейшее время пейзажъ развился въ мощную отрасль искусства. Ни одна изъ отраслей художества не пользуется такою популярностью, ни одна не занимаетъ столько спещалистовъ и лю'бителей, какъ именно пейзажъ; зато въ немъ то и грешатъ больше всего. Какъ и во всякой другой области и здесь художники разбиваются на два лагеря, на идеалистовъ и реалистовъ. Какъ и везде и въ этомъ случае золотая середина представляетъ, пожалуй, единственный путь, ведущш правильно къ цели. Способъ изображешя находится всегда въ рукахъ художника, въ полете его фантазш и въ глубине его чувства. Однако самый предметъ берется имъ изъ окружающаго Mipa. Вотъ тутъ то онъ и дол-
женъ умЬть уловить малейшее отношеше къ настроешю человека и запечатлеть его всей силою и воспршмчивостью своей души. Въ этомъ то и кроется источнике, изъ котораго должны развиваться цветы его фантазш. А потому пейзажисту и не следуетъ бояться черпать изъ этого источника, ему не следуетъ опасаться подпасть вл!яшю всерасчленяющаго анализа, который уясняетъ намъ законы природы, такъ какъ красота природы, переданная на картине, всегда будетъ выигрывать въ производимомъ ею впечатлены, если художникъ обладаетъ достаточными средствами правильно понять эту природу и объяснить намъ ее художественно.
Mnorie пейзажисты новейшаго времени доказали намъ блестящимъ образомъ, что пейзажъ можетъ быть очень определеннымъ и даже научно правильнымъ, нисколько не теряя своей чарующей прелести и поэтической окраски идеальнаго воспр!ят!я его. Эти художники доказали намъ также, что глубокое проникновеше въ тайны природы и серьезное изучеше ея удивительной закономерности является такимъ же краеугольнымъ камнемъ для всякаго истиннаго художника, какъ и его глубокая способность къ воспр!яйю настроетя, и вотъ именно это то соединеше величайшей правды съ искренностью, теплотою и художественнымъ полетомъ мысли достигаетъ самыхъ блестящихъ результатовъ ).
, Растительный м!ръ въ поэзш.
Человеческое сердце имбетъ стремлеше делиться воспринятыми впечатле- шями и потому неудивительно, что отпечатокъ отечественной природы сознательно или безсознательно ложился на характеръ пбсенъ и поэзш всехъ наро- довъ, во все времена и во всехъ странахъ. Народная песня горцевъ, которую поютъ ритмическими веселыми мотивами мажорнаго тона, такъ же соответствуете шелесту деревьевъ родныхе лесове, журчашю ручейковъ и щебеташю пернатыхе певцове родимаго края, какъ нащональные мотивы степняковъ, грустные, минорные, гармонируюпце съ природою широкихъ однообразныхе степей. Венгерская нащональная скрипка подражаетъ птицамъ, перекликающимся въ камышахе, между темь какъ цимбал а старается представить шел есть волнуемаго ветромъ камыша; иногда намъ кажется, что мы слышали завывате бури и протяжный вой ветра, несущагося, то слабея, то усиливаясь, по_ необозримой степи. Такимъ то образомъ нащональные мотивы передаютъ намъ и въ томъ и въ другомъ случае картины родной природы.
Однако гораздо сильнее чемъ въ мотиве, окружающая природа отражается
въ словахъ этихъ народныхъ песенъ. Народная песня съ особою любовью ри- суетъ намъ красоты родного края. Въ безчисленномъ количестве ихъ выражается детское благоговейте къ родному клочку земли и горячая любовь къ отечественной природе. Какъ горецъ восхваляеть въ своей песне скалы и пропасти, такъ и степнякъ равнымъ образомъ ум4етъ находить безчисленныя красоты въ своей напоминающей море родине и описываетъ ее восторженной песней. И не одно общее впечатлите, получаемое отъ родимаго края, придало увлеченному певцу всехъ странъ местный колоритъ, даже и конкретный явлешя и среди нихъ глав- нымъ образомъ растительный м!ръ возбуждали воображеше певцовъ и вл!яли на поэтичестя произведешя разныхъ народовъ. .
Если страна пальмъ отличается неистощимымъ запасомъ растительной силы и постояннымъ обилтемъ цветовъ и плодовъ, то въ умеренной зоне есть тоже своя прелесть, заключающаяся въ смене временъ года. Сколько мотивовъ даетъ пробуждеше природы при первомъ дуновеши теплыхъ ветерковъ весны, время распускашя листьевъ и цвбтовъ; кто перечислить все весеншя пбсни, сочиняв- ш!яся* съ незапамятныхъ временъ, и вспомнить о всйхъ растешяхъ, который воспеваются въ этихъ песняхъ? Но какъ пробуждеше весною, такъ же точно и засыпаше природы осенью оказало сильное вл!яше на поэтичесше образы. Медленное увядаше и постепенное цепенеше живой природы — это явлешя, который въ состоянш оказывать самое сильное впечатлеше на настроеше человека. Какъ заманчиво было въ такихъ странахъ представлять вечнозеленый растешя, не бояпцяся длинной суровой зимы, символомъ вечности и постоянства, смягчая грустное осеннее настроеше картиною вечнозеленой растительности, сулящей надежду на возвращеше теплаго времени. Какъ въ жаркой стране пальмъ, такъ и въ умеренной области вечнозеленый растешя даютъ излюбленные мотивы поэтическому творчеству, и вечнозеленые побеги плюща, живучки, неувядаюпце цветы иммортелей, украшаюпце могилы нашихъ дорогихъ покойниковъ, кипарисъ, расту- щш на месте ихъ отдохновешя, а также вечно свеж!е лавръ и мирта, тесно вплетаются въ поэзш народовъ, родина которыхъ подвергается перемене временъ года.
Делая попытку представить обзоръ видовъ поэзш, занимающейся раститель- нымъ м1ромъ, и представить известные примеры ихъ, мы прежде всего встречаемся съ наставительными стихотворен!ями, какъ ихъ можно назвать.
Въ начале нашей эры существовали две поэмы, трактовавлпя о земледелш, садоводстве и лесоводстве. Одна, составленная Виргшйемъ, носить назваше „Georgica"; она была написана въ промежутокъ между 37 и 30 годами до Р. X. и считается совершеннейшимъ творешемъ римской поэзш. Другая, сочиненная Колумеллой около середины I века подъ заглав!емъ ,,De re rustica", обнимаетъ 12 томовъ, изъ которыхъ десятый написанъ въ стихахъ и между прочимъ описываетъ правильными гекзаметрами сорта капусты и салата, что производить несколько странное впечатлеше. Къ первой половине XVIII века (1729) относится знаменитая поэма „Альпы", въ которой швейцарецъ Альбрехтъ Галлеръ делаетъ попытку описать гекзаметромъ альшйсшя растешя, именно Gentiana lutea и Lina- ria alpina. Хотя эта поэма была раскритикована Лессингомъ въ его „Лаокооне", однако нельзя отрицать ея большого вл!яшя на развийе немецкой поэзш въ ХУШ веке. Своеобразнымъ наставительнымъ стихотворешемъ со слегка лириче-
скимъ оттйнкомъ является „Метаморфозъ растенш" Гёте. Въ немъ разрабатывается спекулятивно морфологическая теор!я, благодаря которой авторъ сделался ботаникомъ; на стр. 12 перваго тома у насъ о ней уже шла рйчь.
Къ этой группй стихотворешй близка вторая, въ которой растительный м!ръ играетъ роль въ эпическомъ описаши извйстныхъ событчй, особенно для лучшаго объяснен!я поступковъ дййствующихъ лицъ. Такъ, напр., въ „Одиссей" волшебница Цирцея опаиваетъ въ отсутств!е Улисса его спутниковъ виномъ, превращаете ихъ въ свиней, запираете въ хлйвъ и кормить ихъ тамъ желудями и кизиломъ. Гермесъ, котораго встрйчаете возвращаю- щшся Одиссей въ видй юноши, показываете ему траву моли (по мнйнiю ботани- ковъ Allium nigrum или Allium Dioscoridis), при помощи которого спутники его вновь принимаюте человйческш образъ.
Въ следующей группй стихотворешй греки и римляне приводятъ свою теогон!ю въ связь съ различными растен!ями. Эти поэмы принадлежать главныме образомъ ученымъ поэтамъ александршской эпохи. По ихъ образу и подобгю возникли знаменитые „Метаморфозы" Овид1я, нйкоторыя выдержки изъ коихъ были приведены на 742 страницй; прибавиме къ этимъ сце- намъ еще разсказъ о превращены! скорбящаго Купресса въ кипарисъ и превра- щeнie нимфы Клит1и въ цвйтоке Hesperis tristis. Вей эти превращешя людей въ деревья, цвйты, а также въ звйрей и источники, имйютъ глубокш смыслъ, и при попыткахъ объяснить ихъ надо помнить, чго боги древнихъ служили символами силъ природы. Правда, мнопе изъ этихъ метаморфозъ трудно объяснимы, такъ какъ мы не можемъ совершенно проникнуть въ м!росозерцан1е древнихъ.
Въ настоящее время существуетъ безчисленное количество лирическихъ стихотворешй, въ которыхъ настроешя и чувства человйка сопоставляются съ формой, окраской, временемъ распускашя листьевъ и цвйтовъ и увядашемъ ра- стешй, причемъ таинственный смыслъ обыкновенно раскрывается авторомъ въ концй въ эпиграмматической формй. Въ видй примйра приведемъ стихотворешя „Безвременница" и „Георгина" Гильма, „дубъ ретшекаго союза" Салиса, „осенняя пйсня" и „блеклая роза" Ленау и „Gingko biloba" Гёте1). Гёте усмотрйлъ въ своеобразной формй двулопастныхъ листьевъ японскаго дерева, символъ дружбы двухъ сросшихся душъ. Онъ послалъ въ 1828 году вйтвь Gingko biloba г-жй Мар1аннй ф.-Виллемеръ со стихотворешемъ, въ которомъ объ этомъ листй говорится:
Живое-ль существо тутъ разделилось
Иль два настолько близки, будто бы одно?
Казалось мне я разгадалъ загадку
Въ стихахъ моихъ одинъ я или двое насъ?
г) Изъ нашихъ символическихъ поэмъ вспомнимъ разсказъ Гаршина „Attalea princeps", которая тянулась къ свету выше и выше, для того чтобы, пробивши крышу, очутиться сначала подъ серымъ петербургскимъ небомъ, а затемъ въ печке. Прибавимъ не въ укоръ покойному писателю, что не особенно-то жалуетъ авторъ ученаго директора сада, который режетъ и разематриваетъ подъ микроскопомъ какой-то стебелекъ, вместо того чтобы пожалеть о бедной пальме, надрывающейся отъ усил!й добиться „света".
Упомянемъ затемъ о знаменитомъ стихотворешй въ прозе Тургенева: „какъ хороши, какъ свежи были розы".... Изъ народныхъ песенъ также мнопя имеютъ дело съ расте- шями: „Ахъ, кабы на цветы да не морозы и т. д ". Читатель самъ найдетъ у Пушкина Лермонтова, Кольцова и др. много такихъ сравнен^ и описашй цветовъ.
Прим. пер. Г
50*
Къ подобнаго рода воспЬтымъ растешямъ прибавимъ еще растен!я-сим- волы, ставппя ими благодаря окраска, форм£ цвйтовь, м£сту появлешя и дру- гимъ подобнымъ обстоятельствами», который нередко произвольно приписываешь имъ челов^къ. Часть ихъ существуетъ съ незапамятныхъ временъ: такъ, напр., роза—символъ любви, пальма — знакъ победы, оливковая вЬтвь— мира, лавръ — олицетворяешь славу, дубъ — силу; друпе принадлежать новейшему времени: мимоза — символъ чувствительности, тростникъ — нерешительности, ф!алка обозначаешь скромность, незабудка—постоянство. Одной изъ важныхъ причинъ выбора именно этихъ цв^товь является символика красокъ. На западе бЬлый-цвНть считается символомъ невинности, красный обозначаетъ любовь, зеленый — надежду, желтый — ревность, син!й— верность и черный — скорбь т). Кроме окраски принимается въ соображете и форма, иногда соответствующая какому- нибудь человеческому свойству или предмету. Королевым шпоры (живокость) сделались синонимомъ рыцарской чести, а колючка (Eryngium) обозначала твердость характера. Немецкое назвате трехцветной ф!алки — мать и мачиха (Viola tricolor) обязано распределение окраски на этомъ цветке (нижнiй большой пестро окрашенный лепестокъ обозначаетъ мачиху, пара лепестковъ надъ нимъ, также частью цветныхъ, представляютъ родныхъ детокъ, а верхняя пара темныхъ одно- цветныхъ лепестковъ, пасынка и падчерицу ); самый цветокъ олицетворяетъ пристрасйе и непр!язнь; колокольчикъ считается символомъ болтливости, вероятно потому, что болтуны „ трезвонишь “ о всякой сплетне; лопухъ (Lappa) олицетворяетъ навязчивость; чертополохи — способность къ самообороне, тюльпанъ — символъ гордости, водосборъ — неблагодарности, а рута — символъ раскаяшя. Некоторый наблюдаемый на растешяхъ явлешя также нередко служатъ для образности „цв4тистаго“ прозаическаго и поэтическаго языка: тополь обозначаетъ трусость, подорожникъ, растущгй преимущественно по утоптанному краю дороги — есть символъ терп4шя, верески — одиночества и т. д. Такими образомн на западе возникъ языки цветов и ); они состоишь вн томи, что даря известные цветы можно выразить свои мысли, чувства и пожелашя. Ни одинъ цветокъ въ м!ре не употребляли въ этомъ случае чаще розы. Въ одной книжечке, изданной въ 1882 году поди заглав!емъ „книжка о розе“ приведено полторасто сочиненш,' начиная съ Анакреона (550 лети до Р. X.) и до нашихъ дней.
*) Въ персидской символики черный цвНтъ обозначаетъ мыслящаго, красный — наслаждающагося и радующагося. У арабовъ красный цвНтъ сопровождаетъ дьявола.
Западноевропейски языкъ розъ нередко фигурировалъ въ XVI и ХУП въке и въ драме. Особенно важную роль играетъ онъ въ „Зимней сказке", во „Сне въ летнюю ночь" и въ „Гамлете" Шекспира. Его можно найти и въ народной поэзш; приведемъ въ виде примера одно четверостишие изъ нижнеавстр!йскихъ отроговъ Альпъ:
ДвЪ ф!алки твои глазки ЦвЬ розы твои щечки— Сорвалъ бы я цветочки Не стану отпираться.
Къ этимъ символизирующимъ стихотворешямъ примыкаете другая группа ихъ, въ которыхъ растешямъ приписывается человеческ!я д4ян!я и чувства, страсти и добродетели. Изъ большого венца этихъ поэмъ въ видб примера назовемъ „Подорожники" Юл1я Вольфа и „Елку", „Лотосъ" и дру- rin мелшя лиричесшя стихотворешя Гейне, въ которыхъ
„Ф1алки смЪются, хохочутъ Розы щебечутъ другъ другу На ухо тайно разсказы" или въ другомъ месте:
„Если-бъ знали вы цвИты, „Какъ мое разбито сердце „Плакать горько стали-бъ вы..."
Сюда же относятся стихотворешя, въ которыхъ воспеваются отношешя цветовъ къ бабочкамъ, соловьямъ и человеку. Однимъ изъ прекраснейшихъ стихотворе- нш такого направлешя является „Ф1алка" Гёте, переложенная на музыку Моцар- томъ, и его „Верескъ", въ которомъ авторъ заставляете травку вступить въ разговор ъ съ необузданными юношей.
Ясминникъ Asperula odorata, травка, растущая въ буковыхъ лесахъ западной Европы, содержите въ себе кумаринъ, растворяющейся въ спирте и придаю- щш вину особый вкусъ. Изъ этого растетя приготовляютъ такимъ образомъ „май- ск!й напитокъ"; этотъ обычай Рокетте описалъ въ поэтическихъ образахъ въ своей сказке „Свадебное путешеств!е ясминника".
По поводу происхождешя приложенной раскрашенной таблицы „ясминникъ въ буковомъ лесу" я позволю себе разсказать объ одномъ случае изъ моей жизни. Въ 1869 г. меня въ Иннсбруке посетилъ Лонгфелло (известный поэте). Во время одной прогулки по тамошнему ботаническому саду онъ просилъ меня показать ему Asperula odorata, и при этомъ разсказалъ мне о своемъ пребыванш въ Гейдельберге и о томъ, какъ приготовляютъ тамъ майскш напитокъ. Въ бо-
товъ, но изъ этого ничего не вышло. Надо думать, что Гёте никогда не занимался серьезно такимъ рифмовашемъ Однако некоторый замЪчашя его „Западно-восточнаго Дивана" обнаружив аютъ въ немъ приверженность къ убЪждешю, что двЪ симпатизирующая другъ другу души легко могли бы схватить рифму при помощи некоего внушешя. Что онъ самъ наверно пользовался этимъ восточнымъ языкомъ цвЪтовъ, показываютъ конечныя строфы одного его стихотворешя:
Кто любитъ такъ, какъ мы другъ друга,
Тому не трудно столковаться:
Прислалъ тебЪ цвЪтокъ я — ты другой
Обратно мнЬ прислала.
таническомъ саду Asperula odorata уже отцвела, однако незадолго до этого я. ви- дблъ ее съ почками въ ближайшемъ буковомъ лесу. Я досталъ оттуда растеши и пригласилъ 8 !юня Лонгфелло на стаканъ „майскаго вина". У меня собралось еще несколько почитателей Лонгфелло. Жена моя и одна изъ ея подругъ воспроизвели „Ф!алку" Моцарта, на слова Гёте, а одинъ изъ моихъ друзей вдохно- вленнымъ голосомъ прочелъ стихи тирольскаго лирика Германа ф. Гильмса „на нашихъ вечныхъ горахъ", который произвели на Лонгфелло сильное впечатлеше, Я подвелъ къ старцу-поэту свою дочь, которой тогда было всего 5 летъ, и про- силъ ее удержать въ памяти черты знаменитаго человека. Онъ посадилъ ее на колени и далъ ей въ добрыхъ словахъ совета въ будущемъ не забывать наряду съ практическимъ деломъ и объ искусстве. Что слова его не пропали даромъ, доказываетъ приложенная картина „Ясминникъ въ буковомъ лесу", нарисованная моей дочерью.
Наконецъ, последнюю изъ нашихъ группъ образуютъ те стихотворен! яг въ которыхъ путемъ описан!я растительности данной местности авторъ хочетъ передать то настроен!е, которое вызываетъ эта растительность вместе съ окружающимъ ее пейзажемъ. Знаменитейшимъ изъ такого рода поэтическихъ произведен!^ безспорно, является песнь Миньоны Гёте: „Ты знаешь край, гдЪ зрЪетъ апельсинъ".
Поэта Грилльпарцеръ влагаета въ уста Оттокара Горнскаго (въ произведен^ „Счастье и кончина короля Оттокара") следующее обращеше къ Рудольфу Габсбургскому по поводу природы Нижней Австрш.
счастливая страна Подобную тебе кто видЪлъ? Оглянитесь: куда бы взоръ не обратился ВездЬ привЪтъ, какъ жениху невЪста. И зелень яркая луговъ, и нивъ с!янье Льна cnnie узоры и другихъ
ЦвЪтовъ букетъ роскошный покрываетъ Долину всю, насколько глазъ хватаетъ. Дунаемъ въ виде ленты серебристой Окружена, на холмикахъ кругомъ Виднеется лоза, на. ней висятъ, Блестя на солнцЪ, кисти наливныя, И зрЪетъ виноградъ подъ Божьимъ солнцемъ, А темный лЬсъ, холмовъ макушки покрываетъ И дивную страну собой вЪнчаетъ.
Само собою разумеется, что въ новейшее время, когда увлечете Альпами сделалось всеобщимъ, альшйская растительность также нашла своихъ поэтовъ. Мы приведемъ два примера. Одно стихотвореше тирольца Германа ф. Гильма описываете въ стихотвореши „на нашихъ вечныхъ льдахъ" растительность, которой приходится любоваться при восхожденш на Альпы.
Въ долинЪ не долго продлится весна;
Когда прекратятся морозы, ЦвЪтовъ наверху у источника тьма: Первоцветы, гвоздики и розы.
Пусть колосъ, налившись, ф!алку прогонять, Она удалится наверхъ со стадами, Прпотъ и на горныхъ высотахъ найдетъ.
ЯСМИННИКЪ ВЪ БУКОВОМЪ ЛВСУ.
(Съ акварели Аделаиды ф. Кернеръ.)
Другое стихотвореше описываетъ ощущеше, испытываемое путникомъ по воз- вращеши съ ледниковъ,— это „Горный псаломъ" Шеффеля.
Передо мной привЪтъ изъ царства свЪта Поднялся... Тамъ, гдЪ только стаялъ снЬгъ, БлестЬлъ цвЬточекъ, первый, бледный, чахлый, На самомъ рубежа оцЬпенЬнья жизни.
Тамъ поднимался мохъ, лишайникъ желтоватый, Сосна, какъ карликъ, сучьями цеплялась Убогими за землю и по камнямъ стлалась. Вокругъ виднЬлись верескъ, рута, незабудка, Каменоломка, первоцвЬтъ лиловый, И, лучшее средь нихъ,—о листьяхъ твердыхъ Альшйская безъ шиповъ роза. Кругомъ носились воробьи и пчелы Кузнечики поднялись такъ высоко И пЪли пЪсню солнышку и свЪту. Я чувствовалъ дыхаше Вселенной И, кончивъ путь по ледникамъ, я слышалъ Какъ будто ласковый ребенка голосъ МнЪ на ухо шепталъ: Богъ это жизнь, Богъ есть любовь!
Изъ этихъ прим£ровъ, иллюстрировавшихъ различный направлешя поэти- ческаго творчества, вдохновляемаго растешями, видно, что разностороншй Гёте творилъ во всбхъ перечисленныхъ отрасляхъ и потому не только эту главу, но и всю эту книгу лучше всего закончить стихами, написанными великимъ поэтомъ 31 января 1791 года въ альбомъ актера Генриха Бека:
„Много въ природЪ цвЪтовъ, Но одно лишь искусство Можеть въ вЪнокъ ихъ сплести*
Указатель русскихъ названы.
на рисунокъ въ тексте.на рисунокъ въ тексте.Грестикъ (f) после цифры указываетъ на таблицу, звездочка (*)
на рисунокъ въ тексте.
на рисунокъ въ тексте.
I Альбуминъ — I, 462; И, 395.I Альгамбра — П, 751.Альдровандуя — I, 68. 145 * 148 * 672. 772; II, 587. 615.Альпшская роза (см. роза альшй- ская) — I, 627.— флора — II, 680. 684 687.Альпы — I, 177 296. 335; II, 685, 786. Аль-Файюмъ — II, 703.Альфред1я — I, 88Амарантовыя — II, 655 Амарантъ зеленый — I, 407 * Амариллисовыя — I, 312: И, 40. Амбразъ — I, 245 257 Америка — I, 191; II 436 — Северная — I, 329.Американск1я растешя — II, 700. Амигдалинъ — I, 428 456. 466. Амидокислоты — I, 462 468 Аминоидные запахи — II, 186. Амм1акъ — I, 57, 92 Аморфа — II, 28.Амулеты — II, 738.Амурская флора — И, 679.Амфигастрш — I, 375— (коловратки) — L 253.* Амфигон1й — II, 43. 57. 388 А 392. 443.— лучицевыхъ — И, 59 - Амфикаршй — II, 43 Анагуакъ — I, 445. Анакард1евыя — II, 505. Анакреонъ — II, 788 Ананасовыя — I, 303. 739. окраска — II, 169.Ананасъ — II, 407. 713 Анастомозы — I, 651. Анафиты — II, 6. 442 Ангер1й-Гизленъ-Буксбекск1й — II, 765. Англ1йск1е сады — II, 766 Англо-китайск1е парки — II, 760. Андромеда — I, 297; II, 491. Андроцей — I, 639 Анды — I, 191. 196 Анемонъ — I, 109; II, 322.х— морской — I, 252. • Анизофилл1я — I, 418.Анисъ — II, 454. 717. 729.— звездчатый — II, 402. 454. 717. Анодъ — И, 114.Антарктическая флора — П, 680.АнтерпдТй — II, 13 4— лучицевыхъ — И, 59* Антильские острова — I, 191. Антильская флора — II, 679. Антипиринъ — II, 735 Антиподы — II, 389 395. Антифидринъ — II, 735 Антоксантинъ — I, 465. Автолизы — II, 75* 76. 78.* 516 Антощанъ — I, 380 465. 490. 524; II, 475.— значеше — 1,486; II, 205.1 Антрацитъ — I, 266.। Анютины глазки — I, 634. Апельсинъ — II, 535, 712.। — китайск!й П, 712I Альбуминъ — I, 462; И, 395.I Альгамбра — П, 751.Альдровандуя — I, 68. 145 * 148 * 672. 772; II, 587. 615.Альпшская роза (см. роза альшй- ская) — I, 627.— флора — II, 680. 684 687.Альпы — I, 177 296. 335; II, 685, 786. Аль-Файюмъ — II, 703.Альфред1я — I, 88Амарантовыя — II, 655 Амарантъ зеленый — I, 407 * Амариллисовыя — I, 312: И, 40. Амбразъ — I, 245 257 Америка — I, 191; II 436 — Северная — I, 329.Американск1я растешя — II, 700. Амигдалинъ — I, 428 456. 466. Амидокислоты — I, 462 468 Аминоидные запахи — II, 186. Амм1акъ — I, 57, 92 Аморфа — II, 28.Амулеты — II, 738.Амурская флора — И, 679.Амфигастрш — I, 375— (коловратки) — L 253.* Амфигон1й — II, 43. 57. 388 А 392. 443.— лучицевыхъ — И, 59 - Амфикаршй — II, 43 Анагуакъ — I, 445. Анакард1евыя — II, 505. Анакреонъ — II, 788 Ананасовыя — I, 303. 739. окраска — II, 169.Ананасъ — II, 407. 713 Анастомозы — I, 651. Анафиты — II, 6. 442 Ангер1й-Гизленъ-Буксбекск1й — II, 765. Англ1йск1е сады — II, 766 Англо-китайск1е парки — II, 760. Андромеда — I, 297; II, 491. Андроцей — I, 639 Анды — I, 191. 196 Анемонъ — I, 109; II, 322.х— морской — I, 252. • Анизофилл1я — I, 418.Анисъ — II, 454. 717. 729.— звездчатый — II, 402. 454. 717. Анодъ — И, 114.Антарктическая флора — П, 680.АнтерпдТй — II, 13 4— лучицевыхъ — И, 59* Антильские острова — I, 191. Антильская флора — II, 679. Антипиринъ — II, 735 Антиподы — II, 389 395. Антифидринъ — II, 735 Антоксантинъ — I, 465. Автолизы — II, 75* 76. 78.* 516 Антощанъ — I, 380 465. 490. 524; II, 475.— значеше — 1,486; II, 205.1 Антрацитъ — I, 266.। Анютины глазки — I, 634. Апельсинъ — II, 535, 712.। — китайск!й П, 712
I Альбуминъ — I, 462; И, 395.
I Альгамбра — П, 751.
Альдровандуя — I, 68. 145 * 148 * 672. 772; II, 587. 615.
Альпшская роза (см. роза альшй- ская) — I, 627.
— флора — II, 680. 684 687.
Альпы — I, 177 296. 335; II, 685, 786. Аль-Файюмъ — II, 703.
Альфред1я — I, 88
Амарантовыя — II, 655 Амарантъ зеленый — I, 407 * Амариллисовыя — I, 312: И, 40. Амбразъ — I, 245 257 Америка — I, 191; II 436 — Северная — I, 329.
Американск1я растешя — II, 700. Амигдалинъ — I, 428 456. 466. Амидокислоты — I, 462 468 Аминоидные запахи — II, 186. Амм1акъ — I, 57, 92 Аморфа — II, 28.
Амулеты — II, 738.
Амурская флора — И, 679.
Амфигастрш — I, 375
— (коловратки) — L 253.* Амфигон1й — II, 43. 57. 388 А 392. 443.
— лучицевыхъ — И, 59 - Амфикаршй — II, 43 Анагуакъ — I, 445. Анакард1евыя — II, 505. Анакреонъ — II, 788 Ананасовыя — I, 303. 739. окраска — II, 169.
Ананасъ — II, 407. 713 Анастомозы — I, 651. Анафиты — II, 6. 442 Ангер1й-Гизленъ-Буксбекск1й — II, 765. Англ1йск1е сады — II, 766 Англо-китайск1е парки — II, 760. Андромеда — I, 297; II, 491. Андроцей — I, 639 Анды — I, 191. 196 Анемонъ — I, 109; II, 322.х
— морской — I, 252. • Анизофилл1я — I, 418.
Анисъ — II, 454. 717. 729.
— звездчатый — II, 402. 454. 717. Анодъ — И, 114.
Антарктическая флора — П, 680.
АнтерпдТй — II, 13 4
— лучицевыхъ — И, 59* Антильские острова — I, 191. Антильская флора — II, 679. Антипиринъ — II, 735 Антиподы — II, 389 395. Антифидринъ — II, 735 Антоксантинъ — I, 465. Автолизы — II, 75* 76. 78.* 516 Антощанъ — I, 380 465. 490. 524; II, 475.
— значеше — 1,486; II, 205.
1 Антрацитъ — I, 266.
। Анютины глазки — I, 634. Апельсинъ — II, 535, 712.
। — китайск!й П, 712
I Альбуминъ — I, 462; И, 395.
I Альгамбра — П, 751.
Альдровандуя — I, 68. 145 * 148 * 672. 772; II, 587. 615.
Альпшская роза (см. роза альшй- ская) — I, 627.
— флора — II, 680. 684 687.
Альпы — I, 177 296. 335; II, 685, 786. Аль-Файюмъ — II, 703.
Альфред1я — I, 88
Амарантовыя — II, 655 Амарантъ зеленый — I, 407 * Амариллисовыя — I, 312: И, 40. Амбразъ — I, 245 257 Америка — I, 191; II 436 — Северная — I, 329.
Американск1я растешя — II, 700. Амигдалинъ — I, 428 456. 466. Амидокислоты — I, 462 468 Аминоидные запахи — II, 186. Амм1акъ — I, 57, 92 Аморфа — II, 28.
Амулеты — II, 738.
Амурская флора — И, 679.
Амфигастрш — I, 375
— (коловратки) — L 253.* Амфигон1й — II, 43. 57. 388 А 392. 443.
— лучицевыхъ — И, 59 - Амфикаршй — II, 43 Анагуакъ — I, 445. Анакард1евыя — II, 505. Анакреонъ — II, 788 Ананасовыя — I, 303. 739. окраска — II, 169.
Ананасъ — II, 407. 713 Анастомозы — I, 651. Анафиты — II, 6. 442 Ангер1й-Гизленъ-Буксбекск1й — II, 765. Англ1йск1е сады — II, 766 Англо-китайск1е парки — II, 760. Андромеда — I, 297; II, 491. Андроцей — I, 639 Анды — I, 191. 196 Анемонъ — I, 109; II, 322.х
— морской — I, 252. • Анизофилл1я — I, 418.
Анисъ — II, 454. 717. 729.
— звездчатый — II, 402. 454. 717. Анодъ — И, 114.
Антарктическая флора — П, 680.
АнтерпдТй — II, 13 4
— лучицевыхъ — И, 59* Антильские острова — I, 191. Антильская флора — II, 679. Антипиринъ — II, 735 Антиподы — II, 389 395. Антифидринъ — II, 735 Антоксантинъ — I, 465. Автолизы — II, 75* 76. 78.* 516 Антощанъ — I, 380 465. 490. 524; II, 475.
— значеше — 1,486; II, 205.
1 Антрацитъ — I, 266.
। Анютины глазки — I, 634. Апельсинъ — II, 535, 712.
। — китайск!й П, 712
Абарата — И, 713.
Абиссишя — II, 721.
Абиссинская флорам — II, 679.
Абрикосъ — I, 306 605; — II. 73.188. 710.
Абруццы — I, 310; — ГЦ 688.
Августъ (императоръ) — II, 750.
Аврикулъ — II, 533.
Автогам1я — II, 296 311. 326. 354.* 355* 356* 357* 359* 432. 543 545. 555. 659.
Автогам1я вследств!е закручивашя тычинокъ — II 331*
— изгиба ветвей — II, 339.
— изгиба цветоножки — И, 352.*
— перекрещиватя — II, 336.
— удлинешя завязи — II, 323.
— укорачиван!я столбика — II, 323.
—- при посредстве венчика—II, 345* 349 х
— при посредстве лепестковъ — II, 343*
Автономныя движешя лепестковъ — II, 206.
Австралийская флора — II, 679.
Австро-Венгр 1я — II, 685.
Агава — I, 434. 660; II, 87._
Адамова голова — II, 272. 738.
Адамовъ пикъ — I, 220.
Адамовъ корень — II, 740.
Адамъ — II, 538.
Адансонъ — I, 723
Адонисъ — II, 175. 195. 742.
Адр1анъ (императоръ) — П, 751.
Авалей коверъ — I, 296 f Азалея — I, 666; II, 195.
— низкорослая — I, 298.
— стелящаяся — I, 296.*
Аз1я Центральная — I, 172.
Аз отъ — I, 57.
Аиръ — I, 83; II, 371. 589.
Айва — I, 211; И, 406. 710. 726. 764.
Айлантъ (см. также Божье дерево) — I. 487. 724; II, 24. 639. 765.
Акантовыя — I, 418—20 743; II, 623.
Акантъ — II, 260. 286. 776* 778.
Акащя — I, 280. 304. 452. 463. 536; II, 693. 700.
— арабская — II, 764.
— белая — I, 203. 448; II, 186.
— желтая — I, 203; П, 448 Аконитинъ — I, 454.
Актишя — I, 252.
Актиноморфные цветы — I, 636; И, 214.
Алабама — I, 124. 329.
Алдегидъ — И, 188.
— салициловый — П, 186.
Алейроновыя зерна — I, 461* Алкалоиды — I, 428. 466; II, 731. Алкоголь — П, 188.
Алоэ — I, 320. 551. 603. 742; II, 764.
Алтай — I, 177.
Альберъ — П, 564.
Альбертъ Магнусъ (Великий) —11,753. 763.
Альбрехтъ Галлеръ — II, 786.
Апотец1й — II, 18.
Апофиза — II, 411.
Апоциновьтя — I, 481; II, 641.
Аппаратъ ловч1й — I, 145 1 — метательный — II, 600.
Аппозищя — I, 40
Арабески — II, 775
Арабинъ — I, 463
Арал1евыя — I, 409; II, 214
Арал1я — I 273; И, 182. 278
Арбузъ — II, 713
Аржанецъ — И, 132.
Аристотель — I, 16; II, 3. 748.
Армер1я — I, 67; II, 333
Арника — II, 172 178 338. 461
Ароидныя (аройниковыя) — I, 156.
222. 340. З61.| 751; II, 40 169.
570.
Аройникъ (аронникъ) — I, 657; II, 93 151. 185. 776 *
Аронника початокъ — I, 741.* — бразильскгй — II, 182.
— итальянскш — I, 506; II, 152. 771
— кипрск!й — II, 194
Ароматъ плодовъ — II, 648.
Аронова борода — I, 667.
Ароурутъ — II, 705.
Артишокъ — II, 708.
Артокарповыя — I, 474.
Архегошй — I, 470; II, 13? 60 Архитектура готическая — II, 777. — растешй внутренняя — I, 8.
Арцлеръ (гора въ Альпахъ) — I, 64.
Асингам1я — II, 666.
Асклешадовыя — I, 360* 474, 481; II.
245. 640
Аскомицеты — II, 18. 593.
Аскоспоры — I, 160; II, 18.
Аскъ (аскусъ-сумка) — Т, 57; II, 18.
Аспарагинъ — I, 456 462. 468. 499.
Асса вонючая (фетида) — I, 608™; II.
701.
Ассимиляц1я — I, 460.
Ассир1я — П, 746
Ассощащя растительная — II, 782
Астер оидныя — II, 334
Астра — II, 272. 304 441. 522 744.
Астра осенняя — II, 764.
Астрагалъ — I, 446 613.
Асфодель — I, 312. 425; II, 293 747
Атлантическая флора - - II, 679
Атомовъ перегруппировка — I, 513
Атомы — I, 45. 51.
Атр1умъ — И, 748.
Атропинъ I, 428. 456 466; II, 731.
Аугсбургъ — П, 765. 777
Аукуба японская — II, 38
Африка южная — I, 197.
Афродита — П, 742.
Ахл1я (грибъ) — I, 171.
Аэренхима — I, 497.
Аеонъ — II, 173.
Бавкида — II, 742
Багрянка (водоросль) — I, 68. 99. 584f;
50* 447. 615. 673.
Багрянки известковыя — I, 421 569. Багрянокъ оплодотв орете — II, 50.* Багры шиповидные — I, 436.
Багульники — I, 297. 299. 442; II, 491.
Бад1анъ — II, 189. 212.
Бадранка — II, 713.
Базальтъ — I, 75.
Базидпт — I, 161*; II, 19. 20.
— булав овидныя — И, 17. - Базид1омицеты — I, 513 Базилика — I. 612; II 287 715. Баклажанъ — II, 709.
Баконивальдъ — I, 63; II. 689
Бактерш — I, 29. 92 160 250 596. 509;
II, 725
— болезнетворный — I. 164. 510.
— гнилостныя — I, 241
— клубеньковыя — I. 250
— пакетныя — I, 164
Баланофорини — I, 187
Баланофоровыя — I. 183. II. 422
Балканы — II, 688
Балка двутавровая — I, 728 * 729.* 730 " 731Л
Балл1опъ (рисунки) — I, 435; II, 83 216 332. 396 398 401 404. 406. 409
Балт!йская флора — II, 684
Бальзамини — II, 164 218 288 290 Бальзамъ — I, 236. 306 465.
— перуанск!й — II, 725
— толуанскш — II. 727.
Бамбуки — 1,^90* 303 715 716*732: И, 671.
Банановыя — II, 93
Бананъ — I, 340 659: II, 429. 615. 713
Банатъ (округъ въ Венгры) — II, 765.
Банистер!я — II, 638
Бан1анъ — I, 753.|
Баобабъ — I, 356 ~ 724; II, 713 Барбарисовый — I, 487: И, 294.
Барбарисъ — I, 399 447—9 490. 523.
676; II, 24. 85. 113. 186 251. 400. 491. 699. 711.
Барвипокъ — I, 667; II, 90. 180 197. 490 753.
Барельефъ — II, 773.
Бари. Де (ботаника рисунки) — II, 15. 52.
Барбкъ (эпоха) — II, 133 754. 769 Бартш!я — 1, 133- 136 181; II, 269 Барчъ (ботаникъ) — I, 136 Бататы — II, 708.
Батлаукъ — И, 571.
Баугин!я — I, 686 735*; II, 93.
Баугинъ — II. 3.
Бахромки внутри цветовъ — II, 226 Бахромчатый край рыльца — II. 124 Бахчисарай (городъ) — I, 512.
Башмачекъ венеринъ — II, 236.* 241. Бациллъ — I, 160.
Бегон!я — I, 80 100. 524; II, 38 439. 523
Бедегуаръ — II, 503 520 Безвершинники — II, 33. Безвременница — I, 551: 11,89 92.161.
652 732 736 * 767. 787
Безколенка — II, 132
Безполое размножение — II, 6 Безполыя растешя — II, 24. ' Безсмертка — I, 610.
Безцветникъ — II, 85 89
БезцвгЬтъ-трава — II, 164. 222 323 324*
Белладонна — I, 419 - 717: II, 120. 228.
266 269. 272. 287 400 731 740
Бенедиктинъ (ликеръ) — II, 706.
Бензолъ — I, 458
Бергамотовое масло — II, 720.
Бергамотъ — II, 535. 712
Берега реки и озеръ — II. 661 Береза — I, 83. 203. 276. 306 350. 491.
545 719 * 722; II, 124. 136. 478. 480. 693. 694 722.
— американская — II, 491.
— карликовая — I, 671.
— помесь — II, 546.
— пушистая — II, 495.
Березовое дерево — I, 70.
Березы сережки — I, 741.*
Берекъ — II, 710.
Бересклетъ — I, 490 738*; II, 398 494 Береста — II, 695.
Бигнон1евыя — I, 703.
Бизаръ — II, 766.
Бирючина — I, 490 523; II, 278. 515
Б1ологическ1я группы — II, 763.
Блазеръ (гора) — I, 392.* 575*; 11,479.
Блекенштейнъ — I, 261.
Блоксбергъ (гора) — II, 483. 740.
Блоха водяная — I, 119.
— листовая — II, 515.
Бобъ — I, 250; II, 395 402 * 706* 709.
— красный — I, 688 690
— мексиканск!й — II, 629
— южно-американск!й — I. 681.
Бобовникъ — II, 671.
Бобовыя — I. 455 534.
Бобровникъ — I, 324 325 * 475: II, 27.
157 195 255
Богота (городъ) — I, 187
Бодденъ — II, 434
Божье дерево (см. айлантъ) — I, 411
744; II, 186. 7 37
Болгар!я — II, 765
Болиголовъ — II, 184 723/ 732 740.
Болив!я — I, 196
Болотокрасъ — I, 671
Болото пересыхающее — II, 661.
— торфяное — II, 661
Болотоцветъ — I, 671.
Болотиыхъ стебли — I, 669.
Болезнь картофельная — II, 710.
— курчавая — II, 489
Боккон1я — II, 169
Боковая ось — I, 737
Боковой корень — I, 749.
Боковые цветы — I, 635
Бокъ — II, 723
Боки, Перонимъ — II, 7.
Бопифатш св — I, 540
Борецъ — I, 347. 374. 415. 429. 453 505.
642 759. 763; И, 164 233. 286. 732 766
Боровики — Т, 502. 709; II, 457
Боровой хмель — I, 674 697 у
Борода Ааронова — I, 667
Бородавка — II. 80
Бородавники — II, 206 723.
Бородачъ — II, 132
Борозда — I, 291
Борозды пыльцы — II, 92
Борнео (островъ) — Т, 172
Борнэ (ботаникъ) — II, 50
Борщевики — II, 153 241.
Борьба за существован!е — II, 562.
Ботаника — прелестнейшая изъ науки
(Гете) — I, 7
Ботанико-географическая — II, 763.
Ботва — II, 722.
Ботрид!й — I, 30
Боярышники — I, 255 443 492. 663;
II, 24 186 513 * 522.
Бражники — II, 213 4 351. 454.
— молочайный — I, 427.
— олеандровый — Т, 427
Бразил!я — I, 172 181 185 191, II, 181
— южная — I, 197
Бразильская флора — II, 679
Бразильское дерево — И, 698 Брандушки — II, 318.
Брахидодромные тяжи — I, 627
Бредемейеръ — II, 768
Бренперн (гора) — II, 179 337 609
Бровниюь — II, 244.
Бродяжки (-зооспоры) —I, 23 f 31. 37.*
160 171; II, 16
Бродяжки сапролегн!евыхь и хитри- д!евыхи — II, 15 '
Брожение — I, 469 508.
— результати жизни — I, 514.
— слизевое — I, 510
— спиртовое — I, 510
Брокенн (гора) — II, 483.
Бромел1евыя — I. 69 241; II, 641.
Броми — I, 61.
Бронзовая дверь флорентшской купели — II, 770.
Бр онколи — II, 708
Броунъ Р. — I, 14
Брусника — I, 248, II, 260. 269. 471.
491. 712.
Брусничныя — II, 113. 548.
Брюква — II, 707.
Бубны — П, 779
Бугристый корень — I, 757.
Бугры — И, 213
Будапештн — I, 257.
Будра — I, 667; И, 736.
Будяки — I, 89: II, 240.
Бузина — 1, 100 396. 429; И, 186. 308. 400.
— вонючая — I, 717; II, 25.
— красная — I, 411. 487; II, 648
— черная — I, 523; II, 28.171. 728 730.
Бузникь — II, 187.
Букеты макартовск!е — II, 770.
Буки — I, 276. 342 346. 350 395 416 444. 562. 623. 634. 663. 718. 723; II, 93. 124. 404 480. 492. 494. 503. 693. 722 768.
Буки американскш — I, 491.
— (кончики корня) — I, 248*
— красный — II, 501.
Булавоносцы — I, 183. 210.
— чужеядные — I, 188 * 190.* 192 *
Бумага — II, 696.
— хлопчатая — II, 733.
Бураки — II, 707.
Бурачниковыя — I, 628; II, 93. 262. 284 292
Бурачникъ — I, 439; II, 91. 175. 710.
Бургшталь — II, 550
Буркупъ — II, 717.
Бурыя водоросли — II, 615.
Бусбеки — II, 765.
Бутани — 1, 457
Бутень — II, 307. 707.
Белена — I, 429; II, 266. 287. 404. 660. 731.
Белковыя вещества — I, 499.
Белозорн — I, 630 736; II, 164. 195. 236 • 239. 290 474.
Белокопытники — I, 184. 283; П, 277. 570.
Белокрыльники — I, 666. 712; II, 279.
Белокъ — I, 52; И, 395
Белоталъ — И, 295.
Белоусъ — I, 108. 111. 430; II, 132 674.
Беляки лежащы — I, 62.
Белянка — II, 157 175 187. 260.
— весенняя — 1, 621 631 *
Бэкони Веруламскы — И, 759.
Бютнер!евыя — II, 197.
Вавилонъ — II, 746.
Ваи (папоротникови)— I, 101; И, 10.*
Вайда — II, 699
Вакуоли — I, 34.
— пульсирующая — I, 37 * Валер1ановыя — II, 516, 641. Валер1ана — I, 283; II, 163.х 164 188. 277. 281. 290. 292. 454. 737.
Валики вокругъ устьица — I, 291.
Валларса — I, 430.
Валлиснер1я — I, 554. 670*; II, 123.* 282
Вальдштейшя — I, 551.
Ваниль — II, 187 190 729. 766.
Вар1ац1я почечная — II, 481.
Василекь — I, 287; II, 93. 113. 133 170 4 195 240. 335. 466. 752.
Василпстникн — I, 238.
Вата гигроскопическая — II, 696. 733 Ваточники — I, 663~; II, 25. 398. 642 Вахау — I, 490
Вахта — I, 666: II, 363. 726
Вая папоротникови — I, 101; II, 10* Вегетащонныя тепловыя постоянный — I, 557.
Величина горизонтальнаго углового разстояшя — I, 402.
— семени — II, 422.
— частицъ — I, 569.
— цветови — II, 169.
Вельвич1я — I, 715.f
Вельвичъ — I, 715.
Венгеръ-Вахъ — II, 434.
Венера — II, 745
Венерина мухоловка — I, 144.*
Венерини башмачекъ— I, 524; II, 157.
777.
Венерины кудри — II, 727
Венещанскш ботан. сади — II. 761.
Верба — И, 739
— козья — I, 308.
— корзинная — П, 295.
— лавровая — I, 236; К, 373.
— ломкая — I, 236; II, 281* 295.
Верболозъ — I, 236.
Веревочникъ — II, 136. 139.*
Верейскш уездъ — П, 695.
Вересковыя — I, 24=9; II, 262. 292. 548.
Верескъ — I, 296. 299. 444. 530; II, 121. 166. 269. 310. 480. 514. 686. 789. 791.
Вероника — I, 397. 682*; П, 212. 516. 631.
— лекарственная — I, 668.
— лесная — П, 228.
— плющелистная — I, 668.
Вертикальные стебли — I, 664.
Верхняя Итал1я — II, 704.
Верхоянскъ — I, 544.
Верхушечно-листовой стебель — 1,658.
737.
Верхушечные листья — I, 636*
Верхушечныхъ клетокъ группы — I, 577.
— листьевъ роль — I, 647.
Веселка — II, 612.
Веста — II, 745.
Вестъ-Инд1я — I, 172; П, 181.
Вещество антисептическое — II, 725.
— белковое — I, 461.
— вкусовое — П, 715.
— вспомогательное — I, 465.
— горькое — I, 428.
— древесинное — I, 271. 463.
— дубильное — I, 454.
— красящее —-1, 510; II, 519, 533, 698.
— межклетное — I, 26. 353.
— мучнистое — II, 702.
— пробковое — I, 463.
— сладкое — I, 465.
— странствующее органическое — I, 483.
Вечерница — П, 187, 195. 199. 229.
Вздупе сочленное — I, 535.
Взморникъ — I, 671; И, 571.
Видовъ истор!я — II, 3.
— новообразоваше — II, 540.
Видъ — I, 7; II, 453.
— вымерипй — II, 682.
— карликовый — II, 466.
— косматый — II, 663.
— крупный — П, 544.
— мелкий — П, 544. 665.
— одноклетный — I, 582.
— эндемичный — II, 663.
Визант1я — II, 751.
Визнеръ (ботаникъ) — I, 751.
Вика — I, 555. 697; II, 175. 240. 416.
— трехцветная — II, 175.
Виллярз1я — I, 71. 525.
Вильденовъ — П, 34.
Винервальдъ — I, 203; II, 553.
Виноградныя — I, 487. 703; П, 281.
Виноградъ — I, 273. 430. 461* 544. 702;
II, 188. 195. 197. 400. 454. 494. 712. 714. 747. 764. 766*
— дик!й — I, 354. 492.
Винтовое закручиваше — I, 689. 735.
Виргил1й — II, 786.
Виргишя — I, 491.
Висконсинъ — I, 329.
Висцинъ — II, 96.
Висяч1е сады — II, 746.
Вихура (ботаникъ) — II, 527.
Витенька дикая — 1,490.
Вишня — I, 306. 605. 645; II, 73. 238.
648. 693. 710. 728.
— жидовская — II, 404.
— кислая — П, 710.
— марасковая — II, 710.
— махровая — П, 767.
Влагалище — I, 592.
— сосудисто-пучковое — I, 483.
— семянодольное — I, 604.
Власникъ — I, 947.
Вл!ян1е калечения — II, 479.
— света — II, 470.
— тепла — I, 527; П, 469.
Влево кружить — I, 690.
Внутреншя причины — II, 559.
Внедреше — I, 40.
— плодовъ въ землю — I, 614.* Вода дождевая — И, 629.
— почвенная — II, 466.
— текучая — I, 70.
Водный папоротникъ — I, 672* Водные корни — I, 750.
Водокрасъ — I, 71. 280. 631. 671; II, 220. 614.
Водоросль — I, 99. 243. 257. 370.
— багряная — I, 388; II, 54.
— бурая — I, 388; II, 47.
— вольвоксовая — I, 556.
— десмидиевая (сцеплянка) — 1,374;
П, 51. 458*
— д!атомовая — I, 60.
— зеленая — I. 579.
— красная снеговая — I, 99.
— кровяная — I, 45. 9Q.
— морская — I, 506.
— нитчатая — I, 575.
— сифоновая — I, 573; П, 629.
— сцеплянка — I, 374; П, 51. 458.* Водорезъ — I, 434. 551. 662; II, 220. Водосборъ — П, 164. 767. 777.
Водяница — П, 91.
Водяной оргйнъ — II, 755.
Воды значен!е для растешя — 1,212. — значеше при оплодотворенш —
— отведете — I, 86.*
— растворяющая способность — П, 465.
— участ1е въ процессе роста — I,
Возбудитель — I, 45.
Возвратъ къ настоящему виду — II, 543.
Воздухохранилище — I, 496. Воздушные корни — I, 103.* 751. Возникновеше видовъ — П, 540. — растительныхъ клетокъ — I, 521.
Возрастъ деревьевъ — I, 723. х — последовательный — I, 400.
Возрождете — I, 229.
Войлокъ — I, 96. 317; II, 670. 674. Война картофельная — П, 710.
Волнистые стебли л!анъ — I, 735.* Волнушка — I, 475; II, 454.
Волокна — I, 14. 40.
Волокнистая корка — I, 723. Волоски — I, 225* 287.
— бархатистые — I, 314.
— внутри цветовъ — П, 226.
— всклокоченные — I, 317.
— выметаюпце — П, 301.
— ветвистые — I, 316.
— головчатые — I, 227.* — жгуч!е — I, 439. 454; II, 414. — железистые — I, 228; П, 222. 652. — звездчатые — I, 146. 314*; П, 530. — корневые — I, 78. 79* 111. 180. — кроюлие — I, 313* 315.
— мохнатые — I, 314.
— покровные — I, 391.
— пучковидные — I, 314.* 316.
— растительные — I, 306.
— стеблевые — I, 227.*
— членистые — I, 315.
— шерстистые — I, 315.
Волосковъ пучки на семени — II, 640. Волосность — I, 274.
Волосяные покровы — II, 519.
Волчникъ — I, 199. 248. 311; II, 187, 195. 228.
Волчокъ — I, 183.
Волчугъ — П, 240.
Волчье лыко — II, 730.* Волчья стопа — П, 157. Волшебная палочка — II, 738.
Вооружеше растений — I, 431. 438.* 447*
Воробейникъ — I, 667.
Вороши глазъ — П, 175. 201. 373. Ворсянка — I, 238; II, 220.
Ворсянковыя — П, 266. 281. Воръ молочный — I, 179. Восковое дерево — П, 38. Воспринят1е веществъ — I, 243. Восточно-африканская флора — П, 679. Вошер1евыя — II, 674.
Вошер1я — П, 16.
Впадины волнообразный — I, 12.
Впечатлительность растешй — I, 45. 47.
Впитываше — I, 274.
Вплетавшиеся многолетники — I, 677.
Вплетаюпцйся стебель — I, 675.
Вправо кружить — I, 690.
Вращеше тычиночныхъ нитей — П, 238.
Вредъ отъ неправильнаго освещешя— I, 383.
Временное пребывание насекомыхъ —
II, 150.
Время начала цветешя — I, 523.
— м!оценовое — II, 687.
— эоценовое — II, 687.
Всасывате клетками — I, 77.
Всасывающее действ!е сока — I, 275.
Всасываюпця клетки корня - I, 79.*
Всхожесть — П, 551.
Выбрасывайте цветня — II, 126.
Выветриваше породы — I, 73.
Выгрузка пыльцы — П, 234. 263.
Выдвигаше семянодольнаго колена—
I, 599.
Выделеше воды — I, 363* 366.
Выделеше восковидное — I, 304.
— восковое — I, 228.
— меда — I, 366.
— света — I, 506.
— соляное — I, 306.
— тепла — I, 501.
Вымерз аше — I, 540.
Вымираше — II, 680.
Выросты сосковидные надкожицы —
290.
Вырезка изъ ветви — I, 472.*
Высота деревьевъ — I, 723.
— уровня воды — И, 467.
Выступы волнообразные — I, 12.
Высыхаюпйя масла — U, 700.
Вычислен1е нужнаго тепла — I, 557.
Вьюнокъ — I, 172. 311. 314. 688. 690.
743; П, 85. 89. 160. 175. 197. 214.
237. 284. 771.
— полевой — II, 187.
Вьющ1йся стебель — I, 686.
— усикъ — I, 699.
Ведьмина мазь — II, 740. — метла — И, 491. 492*.
Веерообразные тяжи — I, 632 Вейникъ — II, 570. 672.
Венечникъ — II, 161. 284.
Венецъ царск!й — I, 644. 697.
Венокъ — II, 744.
Венсктй лесъ (горная цепь) — I, 203;
П, 553.
венчикъ — I, 12. 637; II, 404
Ветвь — I, 594.
— безлистная — I, 482.*
— боковая — П, 31.
— лиственницы — П, 411.*
— можжевельника — II, 412.*
— тисса — II, 412*
Ветренница (ветреница) — I, 663. 605;
114. 116. 120. 154. 168. 197. 205. 215* 232. 278. 569. 744. 772.
— альтйская — II, 179.
— лесная — II, 489.
вехъ — I, 83. 429. 442.
Вечнозеленая флора — I, 311.
Вечносерая флора — I, 311.
Вязель европейск!й — I, 536.
Вязъ — I, 203. 248. 395. 398. 623. 724.
731; П, 693.
Габихтъ (собств. имя) — II, 706.
Гавозундъ — П, 436.
Газъ болотный — I, 457.
— питательный — I, 53.
Гайникъ — П, 162. 165. 242* 271. 546.
Галгантъ — II, 728.
Галенъ — П, 723.
Галимадеи — I, 388.
Галлеръ — П, 3. 786.
Галловые цветы — II, 278.
Галлъ — П, 493. 498.*
— вздутый — II, 496.
— внутреншй — П, 502.*
— войлочный — П, 493.
— выпяченный — II, 496.
— дубовый — Л, 504.*
— китайский — П, 499.
— клубковый — II, 510.* 513*
— коробочный — II, 498,* 502 “
— кроюпцй — И, 493. 495.
— крыночный — П, 498.* 502 *
— морщинистый — П, 496. 513 *
— наплывной — П, 498.* 499.
— простой — П, 493.
— сердцевинный — П, 493. 498.* 500. 502. 513*
— скипидарный — II, 499.
— складчатый — II, 496.
— сложный — П, 493.
Галлыптадтъ (городъ) — I, 95.
Галофиты (солончаковыя) — I, 67.
Гальбанъ — II, 308.
Тамбура — П. 700.
Гамета — П, 46.
Гаммершпитце — I, 58.
Ганглюзныя окончашя нервовъ — II, 191.
Ганзельгёге — П, 615.
Гарда (озеро) — I, 270. 350.
Гардешя — II, 189.
Гарцъ (горы) — II, 483.
Гаршинъ (писатель) — П, 787.
Гаст1я — II, 174.*
Гастромицеты — I, 106*; И, 593. 610.
Гаустор1я (присоска) — I, 112. 166;
П, 53.
Гашишъ — П, 731.
Гвинейская флора — П, 679.
I 185
Гвоздика — I, 109. 260. 304. 487. 503. 522. 599. 732; П, 179. 183. 186. 197. 273. 281. 522. 543. 717. 743. 767. 772. — кухонная — П, 729.
— ледниковая — П, 338.
Гвоздичное дерево — П, 717.*
Гвоздичныя — I, 466; П, 290. 327.329. 497. 516. 547.
Геемъ (И. де-), художникъ — II, 779.
Гейне (поэтъ) — П, 789.
Гейнъ Э., художникъ — I, 502. 613; П, 9.
Гейтоногам1я — П, 283. 300. 303. 348. 371. 545. 555.
— съ пристающею пыльцею—II, 302.* — съ пылящеюся пыльцею — П, 309.* Гекконъ — П, 652.
Гексанъ — I, 457.
Гелициды — I, 261.
Гел1огобалъ — П, 745.
Гел1отропъ — II, 186.
Геллеборовыя — I, 312.
Геллеръ — П, 651.
Гельвинг1я — П, 34.*
Гельмгольцъ — I, 378.
Гемамебы — I, 162.
Гематоксилинъ — П, 699.
Генералифъ — П, 751.
Генипь — I, 309.
Генлисеи — I, 123.
Гент1ана (генц!ана, горечевка) — 1,108. 111. 503. 563.
Георгина — П, 523. 787.
Геотропизмъ — I, 80.
Гера — П, 774.
Герани розетка — I, 408.*
Герань — I. 228. 493. 628; П, 495. 777.
Гербъ — П, 777. 779.
Геркуланумъ (городъ) — П, 750.
Германъ ф. Гильмсъ — П, 790.
Гермесъ — П, 787.
Герцеговина — П, 554.
Геснер1евыя — I, 418; П, 40. 523.
Гестъ — I, 265.
Гёте — I, 7. 10. 591. 669; П, 37. 274. 617. 622. 787.
Гетеростшпя — П, 370. 535.
Гетеростильныя — Л, 284. 285.* 544.
Гетерохром1я — П, 535.
Гибель зачатка плодового — П, 65.
Гиберти — П, 770.
Гибралтаръ — П, 663.
Гибридизация — П, 283.
Гибриды (помеси) — П, 522.
— прививочные — П, 535.
Гималаи — I, 171. 189. 192. 310.
Гимешй — I, 161.
Гимешй сморчка — П, 16* Гименомицеты — П, 613.
Гиммлингъ — I, 265.
Гингко-японская — I, 354. 632; П, 282. 412. 421.
Гивьяръ — I, 578.
Гипертрофия — П, 484
Гипотеза Канта — II, 558.
Гипохлоринъ — I, 372.
Гипоцистъ — I, 195 * 202.
Гиразе — П, 65.
Гирлянда — П, 745.
Гирофоры — I, 214.
Гисенъ (городъ) — I, 558.
Гифа — I, 160. 166*
Гифодромные тяжи — I, 632.
Гифомицеты — I, 189.
Главная ось — I, 737.
Главный корень — I, 749.
— тяжъ — I, 626.
Гладьппъ — П, 306.
Глазки — I, 212.
— спяпце — П, 27. 31. 480.
Глазъ ворошй (см. ворошй глазъ) — П, 175. 201. 373.
— павлин!й — I, 427.
Гледич1я — I, 331. 431. 480; II, 28. 195.
Глейхешя — II, 11.
Гликозидъ — I, 466, 483; II, 416.
Гликоколь — I, 98.
Глиноземъ — I, 61. 73.
Глисты — II, 724.
Глицеридъ жирной кислоты — I, 302.
Глицишя — I, 743.
Глобуляр1я — I, 185. 643. 665; П, 116. 294.
Глоксин1я — I, 80. 505.
Глор1етта — II, 754.
Глузаръ — II, 537.
Глюкозидъ — см. гликозидъ.
Гнейсъ — I, 266.
Гнилостные корни — I, 111.*
Гниль зеленая — I, 92.
— красная — I, 92.
— светящаяся — I, 506.
Гшеше — I, 510.
Гнездо — I, 587.
Гнездовка — I, 106. 111.*
Гнездовникъ —III, 180.
Гобеленъ — И, 769.
Говешя — II, 406,
Годъ орхидныхъ — II, 450.
Годичное кольцо — I, 720.
Гойенъ — П, 759.
Голландск1е первоцветы — II, 766.
Головка фацетированная — I, 191.
Головчатые волоски — II, 497.
Голубика (голубица) — I, 493; П, 161.
712.
Гольфстремъ — I, 389.
Гомохром1я — II, 535.
Гомеръ — II, 748.
Гонеоклиническ1я помеси — II, 526.
549.
Гордовина — I, 341.* 344; II, 498.
Горельефъ — II, 773.
Горечавка (-генщана) — I, 108. 225.* 597. 644. 759; II, 89. 93. 116. 151. 160. 183. 195. 205. 214. 228. 237. 269. 286. 292. 347. 548. 691. 706. 726.
Горечавка безстебельная — П, 358. Горечавковыя — I, 396; П, 85. 340. Горецветъ (горицветъ) — I, 365. 376. 429; П, 114. 168. 277. 419.
Гороха стебель — I, 695.
Горохъ — I, 250: II, 240. 378. 416. 706’ 709. 722.
— сахарный — II, 709.
— спаржевый — I. 536. 668.
Горошекъ сахарный — П, 709.
Гортенз1я — II, 173.
Горчица — I, 767; II, 717.
— белая — I, 557. 560.
— полевая — II, 238. 325.
— черная — П, 728.
Горы Динарск1я — II, 688.
— серпентиновыя — I, 62.
Горькоземъ — I, 63.
Гофмейстеръ — Л, 65.
Гохштабъ — П, 687.
Грабельникъ — I, 613. 614* 616.
Граба тяжи — I, 628.
Грабъ — I, 342. 354. 491. 623. 723; П, 136. 404. 405. 491. 494. 693.
— восточный — П, 639.
Гравилатъ — I, 667. 717; II, 361. 494.
Гранатовое дерево — II, 764.
Гранатъ — П, 711. 769. 774, 776 *
Граница высоты — П, 662.
— между растешемъ и животнымъ — I, 47.
— произрастатя — II, 662.
— распространетя — П, 659. 662.
Гранулеза — I, 464.
Графить — I, 266.
Гренланд1я — I, 296; П, 436. 690.
Гречишныя — I, 340. 599; II, 308. 705 Гречиха — I, 487. 668. 767; II, 189. 269.
363. 613. 639. 703.
— вьющаяся — I, 687.
— живородящая — П, 602.
— земноводная — I, 422; II, 425.
— луговая — II, 278.
Грещя — II, 704. 748.
Грибница — I, 96. 150; II, 709.
Грибные сады — I, 451.
Грибовъ бродяжки — II, 15.* Грибы — I, 104. 243. 501.
— бледные — I, 657.
— блюдцевые — II, 16.*
— булавовидные — I, 161
— водяные — I, 160.
— головневые — I, 160.
— домовые — I, 92. 513; И, 562
— дробянки — I, 92. 159.*
— дрожжевые — I, 161. 510*
— игольчатые — I, 161.
— мальтез1анск!е — I, 195.
— мучнисторосйные — I, 160. 168.
— паразиты — I, 165. 170.*
— пластинчатые — I, 161.
— пленчатые — I, 104. 108. 161.
— плесневые — I, 554.
— ребристые — I, 161.
— ржавчинные — I, 160.
— сапролегшевые — I, 160. 165.
— слезящгеся (см. домовые).
— слизевые (миксомицеты) — I, 50. 104. 105* 158. 161. 384. 457. 568.
— сосновые ржавчинные — I, 168.
— студенистые — I, 213.
— сумчатые — I, 104. 160. 163.*
— съедобные — И, 454. 709
— сыпные — I, 160.
— трубчатые — I, 161.
— трутовики — II, 732.
— шляпные — I, 256.
— чужеядные — 1, 165. 170* Грилльпарцеръ (поэтъ) — II, 790. Гримм1я — I, 258.
Гриннеллянд1я — II, 690.
Грудница — II, 330.
Груздь — I, 475. 519.
Группа (растительная) — I, 7; И, 566. Группировка листовыхъ жилокъ — I, 344.
Груша — I, 73. 84. 399. 523; II, 186. 406. 710. 764. 773.
— земляная — П, 567. 707.
— лотосовая — II, 711.
Грушанка — I, 106. 248. 251; II, 84. 113. 201. 269. 419.
Грушевка — I, 238. 593.
Грушевое дерево — I, 627.
Груши земляной завязь — II, 69.* Грю, Неем1я — I, 22.
Гуаява — II, 713.
Гуаяковое дерево — П, 693.
Губа — II, 241.
Губка — I, 161; II, 17*
— домовая — I, 272.
Губоцветныя — I, 396. 532; II, 93. 212. 281. 652. 671.
Губоцветныя (окраска) — II, 169.
Гукъ — I, 21.
Гумми — II, 701.
Гумми арабикумъ — I, 463.
Гуммигутъ — II, 699. 729.
Гунтъ — I, 265.
Гургофъ — I, 62.
Гусиный лукъ — I, 657.
Гусянка — П, 301.
Гшницская долина — I, 58; II, 436. 479. 548. 550. 691. 766.
Гэльсъ — I, 16.
Давалл1я — П, 12.
Давлеше воздушное — I, 274.
— корневое — I, 271, 273.
Далмацдя — I, 555; II, 554. 703.
Дальтопизмъ — II, 181.
Дамаскинская роза — II, 767. Дарвинъ — I, 16. 772; И, 312. 651. Дардшилингъ — I, 707.
Дафновыя — II, 294.
Движете зверелововъ — I, 137.
Движете колебательное частицъ — I, 51.
— круговое — I, 689.
— ползучее — I, 33.
— протоплазматическое — I, 37.
— ресницъ — I, 142.
Двугубый цветокъ — I, 637.
Двудольный — 1, 15.
Двудомность — II, 555.
Двудомныя растетя — II, 126. 281* Двулепестникъ горный — I, 110.
Двусемянка — II, 400.
Двутавровая балка — I, 728* 729.* Двущитка — I, 62.
Деврефьелдъ — II, 436.
Девясилъ — II, 298. 736.
Декстринъ — I, 52.
Дена-Пина — I, 756.
Дендроб1й — II, 258.
Денники — II, 630.
Дерево — I, 715; II, 693.
— божье (см. айлантъ) — II, 722.
— буковое — I, 531.
— гранатовое — II, 747.
— грушевое — II, 693.
— гуаяковое — II, 729.
— драконовое — I, 662. 714.
— дынное — II, 713.
— железное — II, 693.
— земляничное — II, 395. 676.
— кампешевое — II, 698. 727.
— камфарное — II, 730. 733.*
— карликовое — II, 483.
— мыльное — I, 10.
— ореховое — I, 203.
— палисандровое — II, 693.
— париковое — II, 642.
— пернамбуковое — II, 698.
— персиковое — П, 764.
— рожковое — II, 713.*
— санталовое — II, 698.
— священное — II, 693.
— снежное — I, 411. 412.*
— тутовое — II, 403.
— тюльпанное — II, 690.
— фиговое — II, 751.
— фисташковое — I, 487.
— хинное — II, 397. 403. 726* 727*
— хлебное — II, 690.
— шерстяное — И. 695.
— эбеновое — II, 693.
Деревцо — I, 715.
Деревенете стебля — I, 665.
Деревянистый стволъ — I, 717.
Дерновыя — II, 308.
Дернъ — II, 159. 186. 308.
Дернъ колюч!й — I, 433*
Десмид1евыя водоросли — I, 470. 579;
448.
Джоуль (физикъ) — I, 378.
Джутъ — I, 726; II, 696.
Дивала — II, 160. 276. 314.
Дивергешця (уголь расхождетя) — I, 396.
Дивидпви — II, 700.
Дигиталинъ — II, 732. 734.
Дикт1одромные тяжи — I, 627.
Диллетевыя — I, 691.
Дилювш — II, 687.
Диморфизмъ — I, 416.
Динарск1я горы — II, 688.
Диптероцецидш II, 493 Дискомицеты — I, 161.
Диффузш — I, 52
Дихаз1й — II, 474.
Дихогамш значете — II, 296.
Дихогам1я — II, 542.
Дихогам1я несовершенная — II, 291 292* 297.
— протерогиничная и протерандрич- ная — II, 291. 292 *
— совершенная — II, 291. 292 Дихогамныя — II, 126. 289.* 549. Дичокъ — I, 211.
Д1адромные тяжи — I, 632.
Д1аметръ „частицы воздуха — I, 569.
Д1астазъ — I, 464. 469.
Д1атомеи — I, '60. 64. 68.
Д1атомовыя водоросли — I, 33. 61.'• 338. 543; II, 51.
Д1афрагма — I, 575.
Д1онэя (мухоловка) — I, 154.
Д1оскоридъ — I, 6.
Д1осмозъ — I, 485; II, 518.
Длина листьевъ соотв. яруса —1,406. Дно цветочное (доступъ къ нему) —
196.
Добываше пыльцы рыльцемъ — II, 327. 334.
Додель-Портъ (ботаникъ) — И, 382. Дождевикъ (грибъ) — I, 587; II, 21.733. Дождевой воды отведете — I, 89*. Дождь золотой — I, 10; II, 157. 208. Долгуша — I, 439.
Долеритъ — I, 75.
Долина Трайзенская — II, 179.
Доллартъ — I, 265.
Долька ваи — II, 443 * Донникъ — I, 536; II, 240. 378.
Донце луковичное — I, 621. 653. Дорстетя — I, 100.
Доступъ къ цветочному дну — II, 196. Драва (река) — II, 703.
Драцена — I, 659.
Древесина массивная — I, 478.
— пихтовая — I, 206.* Древесинное кольцо — I, 720. Древне-египетскш садъ — II, 747.* Дрема — II, 142.
Др1адовыя — II, 113. 285 292 353. Дробянка — I, 29. 162. 264. 509 Дрожжи — I, 573.
Дроздъ — I, 256.
Дрокъ — I, 248. 406. 443. 665; П, 671. 686. 699 779
Друзы щавелевокислой извести — I, 461 * 569.
Дряква — II, 186. 261. 313.
Дуба корневая коса — I, 751. Дубильныя вещества — II, 700. Дублетъ — II, 766.
Дубница ползучая — I, 667.
Дубовая помесь — II, 546.
Дубовый лесъ — II, 671.
Дубровка — I, 414: II, 132. 233. Дубровникъ — II. 286.
Дубъ — I, 248 342. 354. 395. 444. 491. 605. 718.| 723: II, 93. 124, 395. 404. 507. 693. 700. 777.
— австршск!й — I, 602* ; II, 501. 506.
— вечнозеленый — I, 634.
— леттй — II, 280.* 480.
— обыкновенный — I, 351.
— пробковый — II, 694.
— ретшскаго союза — II. 787.
Дугобежные тяжи — I, 628 Дуговидные тяжи — I, 626.* Дуговидный тычинки — I, 644.
Думъ-пальма — I, 715. 743
Дурманъ — I, 419. 429. 442; II, 188. 200 414 731.
Душевикъ — I, 644; II, 416. Душители — I, 708.
Душица — II, 295. 298. 730.
Дымянка — I, 699: II, 166 378. 400. Дыня — I, 349, 534 555; II, 713.
Дыхате — I, 57. 494.
— болотныхъ — I, 496.
— внутремолекулярное — I, 509.
— водныхъ — I, 496.
— производится лишь живыми протопластами — I, 514.
Дьяволецца (гора) — I, 529. Дева-Мар1я — II, 774.
Действ1е всасывающее протоплазмы — I, 52.
Делен1е повторное — I, 575. делимыя неделимый — II, 6. Деятельность строительная протоплазмы — I, 570.
Дюбуа-Реймонъ (физюлогъ) — I, 17.
Евбея (островъ) — II, 663.
Евреи — II, 746
Егппетъ — I, 172; II, 697
Единицы сродства — I, 457.
Ежевика — I, 502. 519. 676. 681.* 765;* II, 494. 680 711.
Ежеголовникъ — I, 671; II, 126.
Ежовикъ — I, 438* 439.
Ежъ — II, 132.
Елена Св. — II, 742.
Елка — II, 789.
Ель — I, 411.| 528. 531. 724; II, 373 409. 509. 580. 700. 735. 777.
Ерникъ — I, 248. 296. 493.
Жабрей — II, 121. 176.
Жакенъ (ботаникъ) — I, 452; II, 537 768. 781.
Жасминъ — I, 547. 676; II, 769. 772.
— воздушный — I, 354.
Железка — I, 138.
— липкая (защита) — II, 222*
— стебельчатая — II, 653 <;
Железка на конце ресницы — I, 140.
— стебельчатая — II, 652.
Железистые волоски — II, 530.
Желтокъ — II, 396.
Желтосмолка — I, 426.f 659. 662.
Желтоф1оль — II, 90. 187. 392. 522. 769.
Желтоцветъ — П, 466.
Желтушникъ — II, 179.
Желудь — II, 787.
Железо — I, 60.
Железнякъ — I, 316; II, 228.
Желчь земляная — I, 194.
Жень — шень (корень) — II, 734. 737.*
Жеруха водяная — II, 715.
Живокость — I, 265. 439. 628; II, 74* 76. 80. 263. 723. 743. 788.
Живопись пейзажная — II, 784.
— цветовъ — II, 778.
Живородяпця — П, 426.
Животное-шарикъ — I, 32.
Животными переносъ семянъ— II, 650.
Живучка — 1,280.322. 662; 11,90. 786.
Живчикъ — П, 44.'
Жизненнаго дерева ветка — I, 408.*
Жизненная сила — I, 45.
Жилки — I, 486. 625.
— листьевъ — I, 472.
Жимолостныя — И. 285. 294. 308.
Жимолость Д-каприфоль) — 1, 100. 396.
693. 743; II, 93. 163. 182. 186.
198. 208., 227. 255. 265. 326. 350. 494.
— вьющаяся — П, 211.
— синеплодная — П, 28.
Жирныя масла — П, 700.
Жиръ — I, 466. 499; II, 701.
— въ корне — I, 750.
Жирянка — I, 133* 138.| 150. 154.
240; II, 84. 164. 331.
Жирянковыя — II, 40.
Житникъ — II, 164. 166* 342.
Жукъ падальный — II, 153.
— пыльноядный — II, 432.
Журавельниковыя — II, 161.
Журавельникъ — П, 114. 237. 289. 293.
623.
— болотный — I, 677; II, 620.
Жучки-светляки — II, 736.
Жюссье (ботаникъ) — I, 15; II, 762. ■
Зависимость раскрыватя цветовъ отъ солнечныхъ лучей — II, 204.
— флоры отъ климата и почвы —
461.
Завитокъ — I, 739; II, 774.
Загибаше отъ прикосноветя — I, 699.
Задебекъ — II, 599.*
Законъ природы — I, 19.
— формировашя растетй — I, 565.
Закреплете на якоре — I, 613.
Закручивате винтовое — I, 689.
— ветвей столбика — П, 335.
— пластинки — I, 308.
Закупорка сосуда — I, 485.
Заливъ Кварнерск1й — II, 687.
Заложете перегородокъ — I, 575.
Зальштейнская цепь — I, 283.
Замбезская флора П, 679.
Замер вате растетя — I, 543.
Замыкате цветовъ пер!одическое — И, 202.
— щелей устьица — I, 302.
Замена вымершихъ видовъ — II, 682.
— цветовъ отводками и клубеньками — II, 422. 425. 430.
Запаздыванёе расцветанёя — I, 564.
Запасныя вещества въ корн-6 — I, 750.
Запахъ аммиачный — I, 58.
— бензольный — II, 186.
— бузинный — II, 188.
— гвоздичный — II, 190.
— и обоняете — II, 184.
— пасленовый — II, 188.
— параффиноидный — II, 188.
— терпеноидный — II, 189.
— цветовъ (приманка) — II, 184.
Запятыя (бактерёи) — I, 164.
Заразиха — I, 173* 182. 183. 593; П, 186, 422.
Заразихъ семя — I, 196.
Зародышъ — II, 7. 43. 389, 391.
— злаковыхъ — П, 395.
— со щиткомъ — I, 596.*
Зарожденёе первичное — II, 557.
Заросли — II, 668. 671.
— асфоделя — II, 742*
Заростокъ папоротниковъ — I, 78.
— светящагося мха — I, 77.
Затбнеете усиливаетъ развитёе по- беговъ — II, 424.
Зачатокъ плодовый — II, 65.
Зацветаете растеетй — I, 564.
Защита двойная, тройная — II, 119.
— зародыша отъ высыхаетя — И, 420.
— зеленой ткани отъ животныхъ —
I, 450 *
— листьевъ отъ животныхъ — I, 427.
— отъ засыхаетя — I, 355.
— отъ потери тепла — I, 531.
— чрезмернаго испареетя — I, 301.
— противъ потери тепла ночью — I, 539.
— путемъ липкихъ веществъ — II, 220.
— пыльцы — II, 117.-
— растеетй альпёйскихъ высотъ — I, 548.
— толстостенныхъ отводящихъ кле- токъ — I, 478.
— устьицъ — I, 289.* 297.
Заячья капуста — I, 757.
Звездовка — II, 306.
Звездочка водяная — И, 400, 471.
Звйздчатка — П, 114, 161.
Звездчатый анисъ — II, 729.
Звезды земляныя — I, 587.
Звереловы — I, 116.
Звйрелововъ движеете — I, 137.
Звереловы съ липкими снарядами —
150.
Звйробой — II, 157. 215. 318. 737. 739.
Зеленеете — П, 78*.
— цветовъ — I, 640.
Зеленчукъ — I, 282.
Зелень сочная — И, 699.
Зеленый кормъ — II, 721.
Зеллени (художникъ) — И, 101.
Земля — I, 74. 76.
— перегнойная — I, 76.
Земляника — I, 363. 563. 665. 667; П, 160. 406. 454. 498. 648. 714. 777.
— ананасная — II, 711.
— лйсная — П, 711.
— пурпуровая — И, 711.
— садовая — 1,736*.
Земляники плеть — I, 767.
Земляничникъ — II, 261.
Зеренъ хлорофилла положение —1,382.*
Зерно крахмальное — I, 39; II, 395.
— маисовое — I, 463.*
— овсяное — I, 463 *
— просяное — I, 463*.
— протеиновое — I, 461*; П, 395.
— пшеничное — I, 596.*
— райское — П, 717.
— хлорофилльное — I, 39.
Зерновка — II, 400.
Зигнемовыя водоросли — И, 51. 674.
Зигогоетй — П, 50.
Зигоморфизмъ — II, 214.
Зигоморфные цветы — I, 637. 745;
261.
Зигоспоры — I, 23f.
Зиготы — II, 51. 449.*
Зименщина — П, 695.
Зимнёй солноворотъ — П, 739.
Злаковъ складываете листьевъ — I, 337 *
Злакъ — I, 60. 67. 109. 342. 432. 503. 599. 732; II, 92. 187. 627.
— живородящей — II, 602.
— метельчатый — II, 477.
— пушистый — II, 700.
Змеевикъ — II, 278.
Змееголовникъ — I, 612.
Знамен1я (ученёя о нихъ) II, 723.
Значеете смены жизнеппыхъ усло- вёй — II, 557.
Зозулины слёзки — II, 162. 243.
Зола — I, 59. 63.
— плауновъ — I, 61.
Золотарникъ — I, 406; II, 304.
Золотой дождь — I, 10* Золототысячникъ — II, 85. 199. 725. Золотохворостъ — II, 415 Зольштейнская цепь — I, 73.
Зонтичныя — I, 434. 455; II, 214, 547.
— водныя — II, 571.
— восточныя — I, 742f.
— Туркестана — I, 732. 742|.
Зонтикъ — I, 740.
Зооглея бактерёй — I, 159.*
Зооспора (см. бродяжки) — П, 16.
Зубъ собачёй — I, 487.
Зубница — II, 569.
Зубянка — I, 106. 282. 347. 487. 654;
П, 431. 600.
— клубненосная — II, 431.*
Зевъ львиный — I, 696; II, 395. 403.
Иббсъ — II, 778.
Ива — I, 286. 288. 306. 397. 490. 623.
718. 731; II, 80. 93. 158. 177.
224. 282. 398. 503. 512. 549.
693, 722.
— альпёйская — I, 493. 527* 528;
295.
— багряная — II, 520.
— бредина II, 297.
— карликовая — I, 298; II, 671.
— корзинная — II, 297.
— кустарная — И, 657.
— лавровая — II, 297. 540
— ломкая — I, 304; II, 30.
— миндальная — II, 295.
— пурпурная — II, 296.
— серебристая — II. 511.* 515.
— стелящаяся — I, 503.
— серая — II, 540.
— сетчатая, I, 297.
— тимьянолистная — I, 528.
Иванъ-чай — II, 96. 265. 291. 424. 570.
Ивовая помесь — II, 546.
Ивовый прутъ — I, 768.
Иволга — II, 648.
Ивы альпёйской стволы — I 527.* — позеленевшая семяпочка—11,78*. — позеленевшей пестикъ — II, 78.s
Иглица — П, 35.
Игольчатые листья — I, 432.
Иглы кристаллическёя — I, 429.
Идёоплазма — II, 459.
Избегающее света усики — I, 704*
Известнякъ — I, 266.
— нуллипоровый — I, 262.
— пресноводный — I, 263.
Известь — I, 62. 63. 73.
— сернокислая — I, 62.
— щавелевокислая -- I, 351.
Изгибъ кОнчика корня — I, 771.
— листьевъ винтообразный — I, 126.
Изгороди изъ обрезковъ — II, 33.
Изисъ (богиня) — II, 740.
Измененёе внутри семени — I, 561.
— въ клеточномъ ядре — I, 578.w — въ хлорофилльныхъ зернахъ — I, 382.
— положенёя листковъ сложныхъ листьевъ — I, 534.*
— регулирующихъ приспособлен!# къ испареетю — I, 339.
Измененёе формы при галлообразо- ваети — II, 493.
— отъ споровыхъ паразитовъ — II, 483.
Изнанка цветовъ — II, 136 Изображенёе растеетй — II, 778.
Изогёеты — II, 662.
Изотеры — II, 662.
Изохимены — П, 662.
Изувечиваете — П, 482.
Изюмъ — II, 714.
Икено (ботаникъ) — II, 65.
Икосанъ — I, 457.
Икотникъ — II, 172.
Илангъ — II, 186.
Илимъ — II, 489. 497. 520.
Илособиратели — I, 259.
Илъ — I, 258.
Ильма — I, 490.
Имбирь — II, 717. 728.
Иммортель — II, 173. 744. 770. 786.
— однолетняя — I, 608* Императоръ-Дикёй (гора) — II, 461 Импрессёонализмъ — II, 785.
Импульсъ — I, 379.
— къ дыханёю I, 379.
Инвертинъ — I, 469.
Индивидъ (=особь) — I, 47.
Индиго — I, 536 547; II, 699.
Индёана — I, 172.
Индейская флора — П, 679.
Индолоидныя — II, 185.,
Индуз!й — II, 443.'
Иней — I, 286.
Иницёалы — И, 779.
Инкрустирующёй корень — I, 709* Иннъ (река) — И, 366. 685.
Иннсбрукъ — I, 64. 73; II, 469.
Инсоцяц!я — I, 529.
Иистинктъ — I, 45; П, 387.
Интина — II, 94.
Интуссусцепцёя — I, 40.
Инфузорёя — I, 556.
Ирга — I, 345; II, 486. 686.
Исландёя — I, 296; II, 436. 690.
Искёя (островъ) — II, 663. Искусственные цветы — II, 769. Испанёя — I, 335; II, 704.
Испаренёе — I, 277. 339. 358. 556.
— у л!анъ и лазящихъ — I, 358.
— регулирующ!я приспособленёя— I,
Испареетя опасность — I, 349.
Историческёй ландшафтъ — II, 784. Иссопъ — II, 93. 181. 715. 752.
Исторёя видовъ — II, 3. 452.
— растительныхъ неделимыхъ — II, 3.
— сообществъ — II, 675.
Источники тепла — I, 522.
— растительные — I, 273.
Истодовыя — I, 108.
1одъ — I, 60. 61. 64.
1удово дерево I, 412; П, 29.
Кабомба — I, 671.
Кавказъ — I, 172. 777. 310; II, 685.
Кавунъ — II, 731.
Кадача — II, 694.
Кадило — I, 605.
Кадоре — II, 784.
Казеинъ — I, 462.
Казуариновыя I, 293. 324; П, 671.
Какао — П, 84. 717.
Каки — II, 711.
Кактусъ — I, 278. 358. 505. 636*; IL 171. 200. 779.
Калагари (пустыня) — I, 715f.
Каленбергъ (гора близъ Вены) — II, 753.
Калёй — I, 60. 62. 73.
Калина — I, 492; II, 173. 186. 308. 498.
— вечнозеленая — П, 676.
— махровая — II, 767.
— турецкая — И, 765.
Калифорнёя — I, 172.
Калифорнёйская флора II, 679.
Каллусъ — II, 26.
Калужница — I, 374; II, 168. 187 Калуферъ, II, 752.
Кальцеолярёя — II, 163. 261.
Кальц!# — I, 60.
Камбёй — I, 209. 472* 479.
Камб!я кольцо — I, 482.
Камедь — И, 701.
— арав!йская — I, 463. 701.
Камелёя — П, 195. 522.
Каменоломка=камнеломка.
Камера клеточная — I, 26. Камерарёусъ — II, 766.
Камнеломка — I, 64. 152. 235. 280. 532. 649. 659. 667. 762; П, 93. 114. 175. 224. 280. 281. 290* 293. 315. 322. 461. 470. 503. 547. 600. 691. 791.
Камнеломка щитовидная — I, 153.
— японская — I, 524. 667.
Камнеломки позеленевшхй цветокъ— I, 639*
— розетка — I, 408*
Кампилодромное распределете тяжей — I, 630.
Камптодромные тяжи — I, 628.
Кампырь — I, 432. 762.
Камфорное дерево — I, 626.
Камчатская флора — II, 679.
Камышъ — I, 286. 289. 323; II, 670.
Канадская флора — П, 679.
Каналы проветриваюпце — I, 56.
Канальцы прободаюпце кл-Ьточныя стенки — I, 42.
Кандоль, Де (ботаникъ) — I, 15.
Кандыкъ — II, 767.
Канна — I, 87.
Канта гипотеза — П, 558.
Канэ — I, 547.
Каперцовыя — I, 152.
Капиллитй — I, 105*; II, 594*
Капитуляръ Карла Великаго — II, 761.
Капландъ — II, 284.
Капрификащя — II, 150.
Каприфоль=жимолость.
Капрцы — II, 716.
Капская флора — II, 679.
Капуста — II, 403. 487. 521. 708. 786.
— заячья — I, 322; П, 488.
— морская — П, 26.
Капуцинъ — I, 605. 699; II, 163. 395.
Капъ — II, 31..
Каракасъ (городъ) — I, 475.
Карагенъ — II, 726.
Карбонизац1я — I ,567.
Карв1оль — П, 708.
Кардамонъ — П, 717. 729.
Каринка — II, 714.
Кар1атида (статуя) — П, 774.
Каркасъ —I, 411. 417. 623; II, 454. 693.
Карликовая пальма — I, 714.
Карлъ Великтй —II, 751. 753. 761. 764.
Кармашки — II, 490.
Карниворы (—хищники) — I, 116.
Каролина — I, 124. 172.
Каролинги — П, 752.
Каротинъ — I, 465.
Карпаты (горы) — I, 296. 310.
Картофель — I, 464. 653; П, 120. 705.
707. 709.
Картофельный крахмаль — П, 705.
Картофеля плоди — П, 69.*
Каршй — II, 43.
Карстъ (горы) — I, 263.
Карта игральная — П, 779.
— флористическая — П, 684.
Кару би — П, 725.
Карф1оль — П, 521.
Касатики (=касатка=косатикъ) — I, 329. 425. 638; П, 89. 92. 162. 187. 234 * 267. 534. 548. 764. 769.
Каскариль — П, 736.
Каспари — II, 78.
Кассава — II, 708.
Кассита — I, 172. 176. 748.
Касторовое масло — П, 701. 728.
Катальпа — I, 718; II, 268.
Каулерпа — I, 388.
Каучуки — II, 708.
Качимъ — 1, 526.
Каштань — I, 628. 723; II, 186. 405. 714. 764. 771.
— конскш — I, 85. 342. 354. 411. 563. 605. 693. 720. 747. 764; П, 212. 277. 278. 495.
— настоящгй — И, 693.
Квасс1я — II, 726.
Кедри — I, 528. 662f; II, 735. 746.
— гималайск!й — I, 547.
— ливанск!й — I, 723.
— сибирск!й — I, 411. 543. 723; П, 410. 773.
Кельрейтерн (ботаникъ) — П, 542.
Кенигсбергский ботаничесшй сади — П, 552.
Кенигсбруяни — I, 714.
Кентуки — I, 491.
Кервель — П, 319. 320* 708.
Кермекъ — I, 487.
Кернери (ботаникъ) — П, 283.
Кизиловыя — П, 214.
Кизиль — I, 396. 490. 628. 724; П, 693.
787.
Кизлякъ — II, 308.
Киковая ягода (галль) — II, 511.* 514.
Кила капустная — П, 487.
Кинешма (городи) — П, 694.
Киннамондь — П, 717.
Кипарисовыя — II, 410.
Кипариси — I, 544. 723. 743; П, 135. 735. 742. 764.
Кипеци — II, 132. 786.
Кипрей (=Иванъ-чай) — II, 72*. 75. 115. 175. 180. 199. 291. 315. 569. 644.
— крупноцветный — П, 329.
— узколистный — II, 96.
Кирказоновые — II, 294.
Кирказонъ — I, 429. 505. 630. 690; П, 153. 171. 183. 212. 232. 403. 777.
Кислица — I, 331. 341* 365. 534; II, 114. 120. 197. 199. 206. 365. 395. 619. 623. 707.
Кислороди — I, 54. 495.
Кислота — П, 188.
— ангеликовая — I, 456.
— азотистая — I, 92.
— азотная — I, 57. 92.
— бензойная — I, 456.
— винная — I, 467.
— галловая (=дубильная) — I, 428. 430. 512; П, 700.
— гуминовая — I, 94. 110. 265.
— жирная — I, 92. 302. 467.
— капроновая — П, 388.
— летучая жирная — I, 92
— лимонная — I, 467.
— масляная — I, 467.
— мочевая — I, 98.
— муравьиная — I, 467; П, 231. 558.
— органическая — I, 467.
— синильная — I, 466.
— слизевая — I, 510.
— сорная — I, 63. 73.
— феллоновая — I, 302.
— фосфорная — I, 63. 73.
— щавелевая — I, 66. 456. 467.
— яблочная — I, 467; П, 63.
Кистевикъ — II, 21. 57.
Кисть — I, 739. 741*
— сложная — I, 740.
Китай — I, 172.
Китайская флора — II, 679
Китайскш сади — П, 760*
Кицгюбель (местечко) — П, 461.
Кишнеци — П, 308.
Клапань — I, 118.
Клапань открыв аюпцйся — II, 85.
Клапанный затвори печеночника — I, 119*
Классификация листьевъ — I, 591.
Классы системы Линнея — I, 7.
Клаузил1я — I, 261.
Клеверъ — I, 67. 341. 536. 666. 668;' П, 80. 177. 240. 272. 378. 404. 635. 779.
— красный — П, 392.
— луговой — П, 722.
— пунцовый — П, 722.
— розовый — П, 722.
— четырехлистный — П, 738.
Клейковина — I, 462.
Клейн1я — П, 606.
Клейстогам1я — П, 370. 378. 555. 659.
Кленъ — I, 10* 83. 203. 276. 395. 491.
629. 693. 718; П, 182. 280. 497. 639. 773.
— красный — I, 492.
— остролистный — I, 409.* 410 * 411. 414. 557. 720; П, 481.
— сахарный — П, 705.
Клещевина — I, 196. 461. 474*; II, 282. 729.
Клещи (галловые) — II, 488.* 493.
Клит1й — П, 787.
Клобучеки — П, 323.
Клоди Лоррени — П, 784.
Клубень — I, 500. 523. 653; П, 601.
— картофельный — I, 498.
— надземный — I, 356.
— подземный — I, 619.
Клубковый галль—П, 506. 511* 513*
Клубневой корень — I, 757.
Клубника — П, 711.
Клуз1евыя — I, 685. 758.
Клуз1усъ (—Шарль дель Эклюзъ—ботаники)—I, 6; П, 3. 758. 765. 770.
Клетка — I, 14. 22.*
— антиподная — П, 392.
— верхушечная — I, 576.
— выстилающая — I, 87.
— всасывающая — I, 77. 79. 227.
— голая — I, 26.
— древесинная — I, 270.
— замыкающая — I, 279. 301.
— испаряющая — I, 278.*
— кактусовидная — I, 278.
— млечная — I, 474*
— мешковидная — I, 383.
— накожная — I, 124.
— палисадная — I, 278
— паренхимная — I, 145.
— питающая — II, 485.
— пористая — I, 216.*
— постоянная — I, 579.
— прокаленная — I, 61.
— приводящая — I, 476.
— скамьевидная — П, 89. 611.
— сосковидная кожицы — I, 289.
— сосущая — I, 349.
— трубчатая — I, 23.
— хватательная — П, 89. 611.
— цвётня — П, 94.* 95.*
Клетокъ верхушечныхъ группа — I, 577.
— открыто — I, 21.
—• пыльцы форма — И, 92.
Клеточка пыльцевая — II, 43.
Клеточнаго ядра изменете— I, 578.*
Клеточный камеры — I, 26* Клетчатка — I, 39. 462.
Клювикъ — П, 242.
Клюз1евыя — I, 685. 758.
Клюква — I, 297. 299. 666; П, 712.
Ключи пресноводный — П, 661.
— соляный — И, 661.
трава — I, 108; П, 11.* 596.
Кнопперный галль — П, 504* 507.
Кнопперъ безлистный — II, 507.
Кобальтъ — I, 73.
Кобзолець — П, 117.*
Коверъ — П, 668, 670, 673.
Ковыль — I, 336. 613f. 614*
Кодеинъ — II, 720.
Кожевенное дерево — I, 487.
Кожица — I, 368. 472*
Кожные раздражители — II, 728.
Кожура семени — I, 595. 599; П, 397.
410.
Козелецъ — II, 301.
Козлобородникъ — П, 206. 272.
Кокаинъ — I, 456. 466; II, 727.
Кокка — П, 727.
Кокорышъ — П, 320.*
Кокосовая пальма — I, 602; II, 714.
Кокушникъ — П, 243.
Колбаса гороховая — П, 706.
Колебате на ветру — I, 725.
Колебательное движете частицъ — I, 51.
Колесовидный цветокъ — I, 637.
Колленхима — I, 727.
Коллод1умъ — П, 696.
Коловратка — I, 556.
Колокольчатый цветокъ — I, 637.
Колокольчика розетка — I, 408*
Колокольчика позеленевшш цветокъ — I, 639*
Колокольчиковыя — I, 505. 524.
Колокольчикъ — I, 109. 114. 409; П, 151. 208. 261. 334. 335 337. 344.419. 461. 788.
Колокольчикъ крапиволистный — П, 338.
Колонка орхидеи — П, 212. 213*.
Колоннада — П, 754.
Колосъ — I, 739, 740.
Колпачекъ мха лиственнаго — IL 13* 15.
Колумб1йская флора — II, 679.
Колумелла — И, 761. 786.
Кольцевате — I, 484.
Кольцеобразователи — П, 565.
Кольцо альберовое — П, 564.
— волосяное — П, 416.
— в-Ьдьмино — П, 563. 740.
— камб!альное — I, 479.
— эльфово — II, 564.
Кол-Ьна с-Ьмянодольнаго выдвиган!е—•
599.
Колено надс^мянодольное — I, 594. — подсЬмянодольное — I, 593. 748.
Коленчатый стебель — I, 664.
Колючка — I, 431; П, 414. 788.
— безстебельная — I, 505. 526.
Колючки крючковатыя — I, 679.
Комитетъ филлоксерный — П, 454.
KoMopcKie острова — I, 189.
Конглютинъ — I, 462.
Кондуранго — П, 729.
Кон1инъ — I, 456. 466.
Конопля — I, 557. 560. 640. 726; П, 133. 282. 295. 696. 731.
— китайская — II, 696.*
Конск1й каштанъ см. каштанъ конск!й.
Константинополь — I, 512; П, 751.
Конститущя специфическая протоплазмы — I, 49. 66.
Контапй — I, 163
Контрасты окраски у цветовъ — П, 170*
Конусовидное цветоложе — I, 744.
Конусь-с^ялка — П, 262.
Конфервовыя водоросли — I, 390. 584.
Кончиковъ корня движете — I, 769.
Кончикъ корня — I, 79.*
Кончикъ корня ощупываюпцй— I, 82.
Конъюгаты — II, 49.
Коньюгащя — II, 49. 50.*
Коперника система — I, 378.
Копулящя — I, 61.
— д!атомовыхъ — I, 61.*
— жгутиковый инфузоргй — П, 387.
Копытень — I, 282. 347. 551. 630. 666;
93. 197. 265*
Кора земная — I, 61.
Корабль пустыни — I, 322.
Кораллъ — II, 441.
Корень — I, 658.
— бугристый — I, 757.
— волчковый — П, 729.
— галанговый — II, 717.
— инкрустируюпцй — I, 709.*
— клубневой — I, 757.
— куркумовый — II, 699.
— лазяпцй — I, 705.
— медвеж!й — П, 307.
— млечный — II, 729.
— рвотный — II, 728.
— репейный — П, 729.
— репчатый — I, 756.
сладк!й — II, 93. 301. 707.
— солодковый — П, 724.*
— стержневой — I, 756.
— узловатый — I, 757.
— ф!алковый — П, 729.
— цитварный — П, 717. 728
Корешокъ — I, 593.
Корзинка — I, 740; II, 474.
Коричныя деревья — I, 634.
Корица — II, 717. 729.
—• китайская — П, 717.
— настоящая — П, 717.
Кор1андръ — П, 184. 716.* 729.
Корка — I, 102. 720. 722.
— апельсинная — П, 726.
— волокнистая — I, 723.
— известковая — I, 306.
— тропическаго дерева — I, 722.*
— трубчатая — I, 722.
— хинная — П, 727. 734.
— чешуйчатая — I, 722.
Кормъ зеленый — П, 721.
Корневая коса дуба — I, 751.
Корневище — I, 500. 621. 654. 749.
— корневидное — I, 114.
Корневой волосокъ — I, 79.*
— отпрыскъ — I, 654.
— чехликъ — I, 760.
Корней движете — I, 769.
— лишенныя — I, 748.
— форма — I, 748
Корни — I, 500.
Корни боковые — I, 749.
— воздушные — I, 103.* 217.* 219.* 220^ 751.
— главные — I, 749.
— гнилостныхъ — I, 111.*
— коровьи — I, 206.
— мангровъ — I, 753. 755.*
— марены — П, 698.
— опорные — I, 752.
— орхидныхъ — I, 102.
— подземные — I, 750.
— поясовидные — I, 752.
— придаточные — I, 749.
— столбовые — I, 753.
— стеноподобные — I, 752.
— семянныхъ — I, 258.
— ходульные —- I, 753.
— чужеядныхъ — I, 752.
Корня всасываюпця клетки — I, 79.* — заложете — I, 767.
— замечательный явлетя — I, 763.
— запасныя вещества — I, 756.
— кончика изгибъ — I, 771.
— кончиковъ движете — I, 769.
— кончикъ — I, 79.* 577.
ощупываюпцй — I, 82.
— назначете — I, 749.
— определеше — I, 760.
— отсугств!е — I, 762.
— паразиты — I, 768.
— сокращете — I, 766.
— строете — I, 759.
Коробочка — П, 403.*
— мака — П, 731.
— орхидей — II, 643.
— распадающаяся — П, 402.* Коробъ — П, 695.
Коровье дерево — I, 475.
Коровякъ — I, 89* 226. 287. 317. 346. 441; П, 157. 163. 175. 326. 429. 508. 541. 726.
Коромысло — II, 248.
Короста — II, 670. 673.
— корковая — II, 670.
— паршевая — II, 670.
Коротконожка — II, 132.
Корочка изъ углекислой извести — I, 232.
— соляная — I, 234.
Корье — П, 700.
Коса волосяная — I, 751.
— дуба корневая — I, 751.
Косатикъ (см. касатикъ) — I, 394; П, 766. 776*
Косметика — II, 700.
Космы — II, 669. 672.
Костянка — II, 400.
Костянковыя — П, 710.
Кофе — П, 718. 727.
Коффеинъ — П, 718.
Кочедыжникъ — II, 11.
Кочкарникъ — II, 670.
— пушицевый — II, х673.* Кошельковый галлъ — П, 497. Краббы — П, 777.
Краевые тяжи — I, 626* 628. 629.
Крайнъ — П, 371. 687.
Крамеръ — П, 78*
Крапива — I, 173, 438* 440. 453; II, 87 127 282
— глухая — I, 731; П, 235. 364. 366. — двудомная — I, 427; П, 570.
Крапивныя — I, 418
Красавица (ночная) — П, 199.
— ночная — II, 293. 332.
Краски растительный — II, 698.
Красновъ (ботаникъ) — П, 781. Красноголовникъ — П, 133. 144. Краспедодромные тяжи — I, 628.
Крахмала разныя формы — I, 463.* Крахмаль — I, 54. 464. 483; II, 705.
— въ корне — I, 751.
—- странствующ!й — I, 485.
Крахмальнаго зерна формовате — I,
Кремневыя водоросли — I, 61.* Кремнеземъ Х-кремнекислота) —-1, 60.
Кремнелюбы — I, 67; П, 463. Кремнетребныя — II, 463.
Кремтй — I, 60.
Крессъ — L 81; П, 715
— бразильстй — П, 728.
— каменный — II, 178.
— капуцинсвАй — II, 708. 710.
— садовый — I, 557.
— салатъ — П, 715.
— широколиственный — II, 25.
Крестовникъ — I, 309; II, 335. 466.
—- липк1й — П, 339.
Крестоцветный —- I, 524; П, 93. 294. 516. 547. 652. 707.
Крестъ-Петровъ — I, 132. 133.
Кривобежное распределете тяжей—
Кринъ — П, 163.
Кристаллоиды — I, 461.*
Кристаллы — I, 461.
— щавелевокислой извести — I, 489.
Кр1оконитъ — I, 503.
Кровелька (=присемянникъ)— II, 398.
Крокусъ весеншй (-шафрань)—II, 373.
Кротоновое масло — II, 701.
Кроюпцй листъ — I, 635.
Круговое движете растетй — I, 689. Круговоротъ веществъ — I, 266. 268. Кружапцеся усики — I, 700.
Кружить вправо, влево — I, 690.
Крупка войлочная — I, 309.
Крушина — I, 397. 443. 628; II, 159. 182. 281. 400. 496. 532.
— капландская — I, 296.
— карликовая — I, 528.
— мелкая — I, 683.
Крыло — I, 636.
Крымъ — П, 685.
Крышечка лиственнаго мха — П, 13.*
Крючки-щетинки — I, 438.
Ксеногам1я — II, 283. 300. 545.
Кубеба — II, 728.
Кувшинка — I, 71. 132. 280. 284. 287. 525. 605; "II, 40. 476. 690.
— белая — I, 62. 64; II, 93. 767.
— желтая — I, 370; П, 71. 767.
— нильская синяя — II, 487.
Кувшиноносцы — I, 125.*
Кувшинчатый цветокъ — I, 637.
Кувшинчатыя — I, 696.
Кудри царская — П, 327. 381. 382.*
Кузмичева трава (=эфедра) — I, 291
Куколь — I, 463* 607. 612; II, 93. 383 466.
Куколя зародышъ — I, 597.
— семя — I, 596 *
— сеянецъ — I, 596*
Кукуруза — I, 426. 640; II, 704.
— (корни ея) — I, 759.
Кукушечный галлъ — И, 506. 509.
Кукушкинъ ленъ — I, 215. 278.
Кукушкины слезки — II,] 243.
Кулекъ — II, 491.
Куль-баба — II, 301.
Кулька — II, 490. 710.
Культура монотипная — II, 763.
Кумаринъ — I, 428.
Кунтце (ботаникъ) — П, 649.
Купальница — II, 164.
Купена — I, 288. 732.
Куполъ верхтй губы цветка — II, 348.
Купрессъ — П, 787.
Купырь — П, 308.
Куркума — II, 717.
Куропатка белая — II, 613.
Куросиво (течете) — I, 389.
Курочки водяныя — II, 652.
Курчавка — П, 45.
Курчавки бродяжка — II, 46.*
— выскальзывающей клубокъ га- метъ — П, 46.*
— образовате плодовъ — II, 46.*
— оплодотворете — П, 46.*
— разъединете гаметъ — II, 46.* Куръ-зелье — II, 282. 296. 437.
Кускута — I, 175.
Кустарникъ копаловый — I, 320.* — прянный — П, 405.
— шерстяной — I, 311.
Кустарный стволъ — I, 717.
Кустъ — I, 589.
— Моисеевъ — II, 189.
Кутикула (-надкожица) — I, 56. 69. 228. 281. 302.
— слабая — I, 281.
— толстая — I, 233.
Кутинъ — I, 302.
Кутровыя — II, 91.
Кучка — II, 9. Куща — II, 668.
Лабазникъ — I, 288; II, 286. Лабрадоръ — I, 296; II, 436. Лаванда — П, 184. 189. 730. Лавандовый — П, 700.
Лавендула — II, 93. 174.
Лаврентая св. река — I, 491. Лавровишня — П, 113. 732. Лавра раковыя образован!я — II, 486. Лавровые — I, 643; П, 85.
Лавръ — I, 605. 627; II, 89. 93. 117. 716. 751. 764. 772. 777.
Лаго-Маджоре — II, 757.
Ладонникъ — I, 202. 306. 311. 316; II, 117. 154. 201. 547.
Ладьянъ — I, 106. 110. 654. 657. Лазунъ — П, 24.
Лазящ1й корень — I, 705.
Лазящ1й корень плюша — I, 752. Лазящ1я смоковницы — I, 712. Лазяпце стебли — I, 664. 673. 733. Лакмусъ — II, 699.
Лакрица — I, 536.
Лакричникъ — I, 250; II, 414 Лактукар1умъ — II, 732.
Лакъ — I, 236.
Лангсдорф1я — I, 187.
Ландшафть - II, 784.
Ландышъ — I, 87. 563; II, 186. Лаокоонъ — II, 786.
Лапка кошачья — II, 282.
Лапланд1я — I, 296.
Лапласъ (математикъ) — II, 558. Лапти — II, 695.
Лапчатка — I, 309. 316. 341. 647. 667;
И, 73. 114. 116. 160. 167. 183. 494
— гималайская — И, 199. 200. Ластовень — I, 605.
Латан1я — И, 775.
Латукъ — II, 221, 301.
— ДИК1Й — I, 330.
- ядовитый — I, 474*; II, 732. Лебеда — I, 487; II, 495. 708. Лебедовыя — II, 705.
Левенчукъ — I, 21. 32; II, 160. Левкой — П, 273. 522. 744. 765. 769 Ледвенецъ — II, 378.
Ледъ — I, 265.
Лежач1й стебель — I, 664.
Лейта (река) - П, 551.
Лейцинъ — I, 462.
Ленау (поэтъ) — II, 787. Ленецъ — II, 117. 284. Лентецъ — II, 724.
Лень — I, 392. 557, 560; II, 162. 200. 206. 237. 476. 478. 514. 696. 726.
Лень кукушкинъ — I, 78. 215. 338*; И, 61. 447. 594.
— крупноцветный — II, 273.
— новозеландскш — I, 425; II, 696. 697*
Лепестокъ — I, 11.* 637; II, 163. Лепромицеты — И, 593.
Лептоспермовыя — 1, 739.
Лессингъ (поэтъ) — II, 786.
Лещина — I, 70, 354. 562. 605; II, 136. 137* 139. 280. 404. 714. 772. 777.
Лещица —- I, 282.
Лжеакащя (=белая акащя) — I, 491. 561.
Лжепаразиты — I, 155. 156.* 220|. Либриформъ — I, 727.
Ливш — II, 750.
Лигнинъ — I, 271. 463.
Лигод1и — П, 12.
Лилакъ (=сирень) — II, 765.
Лилейныя — I, 222. 476. 662; II, 40. 546.
Лил1енфельдъ (химикъ) — П, 179. Лил1еобразныя — I, 476.
Лилги позеленевнпй цветокъ — I, 639* Лплтя — I, 621. 644; II, 92. 523. 600.
751. 771. 775. 776* 779.
— белая — I, 523; II, 283.
— желтая — I, 757; II, 268. 283.
— красная — II, 432. 439. 616.
— красно бурая — И, 371.
Лимонъ — II, 392. 535. 713. 728.
Линней (ботаникъ) — I, 6. 7. 8. 9. 32. 136. 140. 639. 658; II, 44. 274. 275. 312. 453. 508. 540. 660. 762.
Линнея классы — II, 274.
Липа — I, 84. 203. 342. 395. 398 640. 629. 634. 723. 731; II, 188. 278. 494. 497. 498. 639. 690. 693. 694. 722 — каменная — II, 829.
— крупнолистная — II, 494.
— мелколистная — I, 304.
— серебристая — I, 331. 648.*
— широколистная — II, 502*. 505.
Липы цветокъ — I, 636.* 648.*
Лисичка маленькая — II, 454.
Лис1й хвостъ — П, 132.
Листа определеше — I, 592.
Листва деревьевъ — II, 722.
Лиственница — I, 350. 444. 528. 545. 662f. 723; II, 411. 480. 488. 492 700. 727. 735.
Листовка — II, 402.
Листоветки — I, 292. 375.
Листовыя пластинки — I, 329.
съ тяжами — I, 629.
Листозелень — I, 375.
Листонервный усикъ — I, 696.
Листоносный кнопперъ — II, 508.
Листоносная ветвь японской шелковицы — I, 413.*
Листопада зависимость отъ испаре- н!я — I, 351.
Листопадъ — I, 348. 488. 489.
— конскаго каштана — I, 353* Листорасположеше мутовчатое — I, 395*
— очередное—I, 396. 397.* 398.* 399.
— перекрестное — I, 396.
— половинное — I, 398
— спиральное — I, 341.
Листосложен1е — I, 341.
Листъ — I, 593.
— александр!йск1й — II, 729.
— вверхъ стоячий — I, 424.
— верхшй — II, 169,
— верхушечный — I, 594. 635.
— винтовой — I, 425.
ветка — I, 327.
— вечнозеленый — I, 488.
— дугообразный — I, 426.
— закрытый злака — I, 337.*
— зародышевый — I, 593. 595.
— зеленый — I, 394.
— кроюпцй — I, 635.
— липовый — II, 779.
— мечевидный — I, 329
— метаморфозированный — I, 591.
— молодой — I, 339.
— мучнистый — I, 316.
— настояний — I, 10.
— низбегающгй — I, 329. 593.
— низовой — I, 594. 620.
— обверточный — II, 404.
— острый — I, 437.
— открытый злака — I, 337.*
— плоскш — I, 282 423. 501.
— подводный — II, 407.
— подземный — I, 662.
— прицветный — II, 404.
— пронзенный — I, 593.
— сидяч!й — I, 593.
— скрученный — I, 295.
— сложный — I, 534. 624.
— срединный — I, 594. 623.
— сросшийся — I, 593.
— старый — I, 339.
— толстый — I, 319.
— трубчатый — I, 425.
— чешуйчатый — I, 316.
— цветочный — I, 591.
Листьевъ длина соответственно ярусу - I, 406.
— положен!е къ горизонту — I, 84.
Литий — I, 61.
Лиц1й — I, 663. 675; II, 228. 340. 567.
Лишаи (лишайники) — I, 214. 2431 241. 256. 374: II, 439. 673. 723.
Лишай географическш— II, 673.
— кустарный — I, 214. 242 *
— листовой — I, 242.*
— „манна“ — I, 555.*
— мокнущ!й — I, 164.
— накипной — I, 58; II, 674.
Лишай пенкообразный — I, 214. 243 — стригущ!й — I, 164.
— студенистый — I, 243 244.*
Л1ана — I, 276. 358. 360* 480* 491.
674.|
— деревянистая — I, 198.
Л1аны волнистый стебель — I, 735.*
— отрезокъ — I, 694.*
— поперечный разрезъ стебля — 1, 481.*
Лоанго — I, 555.
Лобел1я — II, 732. 780.
Лобулусъ печенаго мха — I, 119.*
Ловля животныхъ мухоловкою — 1,
147
Ловушки пузырчатки — I, 117*
— урнообразныя — I, 128.
— утрикулярш — I, 117.
Ловч1е снаряды — I, 133.*
Ловч1я ямы — 1,121.*
Ложе цветочное — II, 68.
Ложно чужеядныя — I, 155.
Лоза виноградная — II, 308
Лозникъ пурпурный — II, 295.
Лозовыя — I, 698.
Ломоносъ — I, 563. 674. 694. 699. II, 186.
— цеплявшийся — I, 696.
Лонгфелло (поэтъ) — II, 789.
Лонгъ-Эйландъ — I, 146.
Лопещя — II, 250.
Лопушникъ — П, 729. 788
Лотосъ - II, 171. 707. 764. 775. 776* 778. 789.
— индшскш — П, 707.*
Лохъ - I, 316; II 195.
Лубъ кровельный — II, 695.
— мягюй — I, 482.
— толстостенный — I, 472.* 726. 734.
— тонкостенный — I, 473.
Луговина — II, 669, 671.
Луговой чай — I, 667
Лузенъ (гора) — I, 261.
Луиз1ана — II, 147.
Луковичныя — I, 340.
Луковица — I, 500.
— надземная — I, 356.
Лукуллъ — И, 749.
Лукъ — 1, 425. 557. 604. 642. 732; II, 184. 189. 392.
— гусиный — I, 551; II, 86. 168 278.
373. 433. 615.
— длинный — II, 270.
— карликовый — II, 286. 358.
— мелк!й — II, 708.
— морской — II, 732.
— персидский — II, 600.
— резанецъ — I, 425.
— сибирск!й — I, 425.
— татарка — I, 425.
Лундстремъ — I, 227.
Лунникъ — I, 282.
Лунцъ (городъ) — II, 778.
Лупинъ — I, 250; И, 248. 706.
— желтый — II, 722.
Лупулинъ — П, 726.
Лутошка — II, 694.
Лучевидные цветы — I, 214.
Лучеиспускаше — I, 501.
Лучи сердцевинные — I, 473.
Лучистые боковые тяжи — Т, 628.
Лучица — I, 62. 68. 262. 367. 370 421.
540. 588; II, 57. 61. 435.
Лыко — II, 694.
— волчье — I, 429; II, 278. 284. 373.
— осиновое — II, 695.
Лысая гора (близъ вены) — II, 617.
Львиный зевъ — II, 166, 196. 197. 211 213. 226. 235.
Льнянка — II, 25. 196. 197. 235. 539
Льнянка альпийская — II, 159. 669
Льнянки подземный почки — II, 567
Льняное семя — II, 700.
Льяносы — П, 673.
Лестница обезьянъ — I, 198. 674.
Лесъ — П, 668. 671.
Лесъ австрал!йск1й — I, 331.
— буковый — II, 671. 783.
— дубовый — П, 671.
— лиственный — П, 671
— молочайный — П, 671.
— настояний — П, 668.
Лесъ пальмовый — П, 671.
— пихтовый — П, 671.
— редктй — П, 668.
— светлый — II, 668.
— слоистый — II, 677.*
— сомкнутый — II, 668.
— эйкалиптовый — I, 426.
Лэ (въ Тибете) — I, 529.
Любка — П, 211.
Любникъ — П, 164. 168. 205. 373.
„Люди ледяные*1 — I, 540.
Люпинъ см. лупинъ.
Лютика цветокъ — I, 638.
Лютиковыя — П, 93. 113. 260. 281. 285. 292. 327. 522.
Лютикъ — I, 503. 619; П, 71. 114. 116. 120. 164. 183. 197. 214. 322. 767.
Лютикъ водный (-водяной) —1,46. 55. 262; П, 471. 571. 671.
— ползуч!й — I, 767.
— шишковатый — I, 763.
Люттихск1е первоцветы — П, 766.
Люцерна —- I, 172. 536; П, 543. 722.
— песочная — II, 543.
Лягушечникъ — I, 284. 525.
Лядвенецъ — I, 250. 536. 585.*; IL 248. 508.
Магагони — П, 693.
Магеллановъ проливъ — I, 138.
Магелланская флора — II, 680.
Магисъ — П, 704.
Магнезёя — I, 60. 62. 73.
— сернокислая — I, 62.
Магнолгевыя — I, 644.
Магнол1я — П, 118. 151. 189. 232. 690.
Магошя — П, 113.
Мадагаскарская флора — П, 679.
Мадагаскаръ — I, 554.
Мадейра — I, 350.
Маисъ — I, 557. 560; П, 704. 722.
Майникъ — I, 631.
Майоранъ — I, 555; П, 715. 743.
Майръ (мирмекологъ) — I, 450.
Мака^ (цветокъ, лепестки и т. д.) — I, — рыльце — П, 269.
Макаубская пальма — I, 686.
Макви-маки — I, 676.
Маккэръ — I, 556.
Маковое масло — I, 466; П, 700.
Маковыя — П, 200. 292. 474.
Макроспора — П, 64. 445.
Макъ — I, 11* 265. 475. 532. 557; П, 73. 93. 114. 151. 176. 186. 197. 232. 265* 403. 466. 522. 720. 764. 767. 772. 777.
— альвойсшй — II, 179.
— садовый — II, 171.
Малая Аз1я — II, 703.
Малина — I, 288. 308. 399; П, 24. 73. 74* 160. 200. 361. 648. 711. 714. 728. — американская — II, 711.
Мальва — I, 628. 642; II, 330. 764.
— лесная — II, 726.
Мальвовыя — I, 287; II, 286. 327.
Мальпиг1евыя — II, 639.
Мальта — П, 663.
Мамиллярш — II, 613. 614.
Мамонтово дерево — I, 724.
Мамура — II, 711.
Мангровый лесъ — П, 671.
Мангр овыхъ корни — I, 753.
Мангровыя деревья —1,497.559. 600.*
II, 422.
Мангустанъ — П, 713.
Мандрагора — I, 87; II, 287.
Манжетка — I, 225* 239. 341* П, 117. 160. 326. 453. 454. 777.
Манна (река) — I, 201.
Манна — II, 593.
— ясеневая — П, 725.
Манникъ — И, 132. 468. 571.
Манновый дождь — П, 740.
Маранта — П, 707.
Мараскинъ (ликеръ) — П, 710.
Марганецъ — I, 61.
Маргаритка — I, 526; П, 120. 737.
Маревыя — I, 196. 312. 599; П, 657.
Марена — I, 634.
Мареновыя — I, 430. 454; П, 255. 308.
548. 655.
Жизнь растешй, т. II.Жизнь растешй, т. II.Кернеръ ф.-Марилаунъ.
Жизнь растешй, т. II.
Жизнь растешй, т. II.
Марилаунъ (имен!е Кернера) — П, 479. Марёанна фонъ Виллемеръ — II, 787. Маркграффъ (собств. имя) — П, 705. Марокко — I, 150.
Мартаусъ (Марщусъ) — I, 686. 710. Маршанщя — I, 80.
Марь — I, 453. 454.
Марьянникъ — I, 132. 173.» 176. 177. 178; И, 350.
Маскированный цветокъ — I, 637. Маслина — I, 396; П, 747. 764. 771.
773. 777.
Масло — П, 700.
— деревянное — П, 700.
— жирное — П, 95. 700.
— индифферентное — II, 701.
— кротоновое — II, 701. 729.
— лавендовое — II, 189.
— лимонное — II, 189.
— льняное — I, 466.
— маковое — I, 466; П, 700.
— оливковое — II, 700.
— подсолнечное — II, 700.
— рициновое — II, 701, 728.
— скипидарное — I, 168.
— чесночное — I, 428.
— эфирное — I, 428. 465.
Масса клетокъ — I, 583.
— слизистая кресса — I, 612.
льна — I, 612.
подорожника — I, 612.
рыжика — I, 612.
Матаушекъ (ботаникъ) — П, 599. Матвей Корвинъ — И, 753.
Матер1алъ горюч!й — II, 693.
— рабочей воды — I, 212.
— строительный — I, 461.
Матико — II, 728.
Матроналш (римсюе праздники) — П, 744.
Маттерхорнъ (гора) — I, 547. Матт1оли (ботаникъ) — П, 578. 780. Мать-и-мачиха — I, 288. 654; II, 277.
279. 303. 788.
Мауница — II, 326. 516. 708. Махорка — II, 719.
Махровые цветы — I, 639; II, 515. Маятникъ — II, 117.
Меда выделеше — I, 366; II, 158.
— укреплеше — П, 166* Медвежница — II, 491. 727. Медвежье ухо — П, 183. 184. 186. Медника образоваше на тычинкахъ — II, 161.
Медникъ — II, 158, 161* 228.
— белозора — II, 236.*
Медуница — I, 282. 551. 628; П, 530.
Медунка — П, 633. 657.
Медъ — П, 158. 188.
— лежашДй открыто — П, 165.
— спрятанный — II, 165. Междоузл1е — I, 395. 663. Межклетное вещество — I, 26.* Мексика — 1,172.181.191. 445; П, 147. Мексиканская флора — II, 679. Меластомовыя — I, 418. 419; II, 254.
262.
Мелафиръ — I, 75.
Мелкоземъ — П, 558.
Мельвиль (островъ) — П, 436. Менониты — И, 455.
Мерзлота — I, 770.
Метаморфозъ — I, 89. 580; II, 787.
— Гете — I, 10, 589.
Метаморфозы Овид1я — П, 787. Метанъ — I, 457.
Метательные снаряды ворсянковыхъ — П, 624.
орхидныхъ — П, 257.*
сложноцветныхъ — II, 624. Метелка — I, 739.
Метла — II, 422.
— ведьмина — П, 483. 491. 515. Методъ исторш развитая — I, 14.
— Линнея — П, 274.
Механизмъ роста — I, 515. 517.
#— закрыван!я — I, 301. Механическ1я клетки — I, 726. Механической ткани распределеше — I, 730.
Меценатъ — II, 749.
Микели (ботаникъ) — I, 155.
Микоцецид1и — П, 493.
Микрозома — I, 35, 568.
Микропиле — П, 77.
Микроскопъ — I, 21.
Микроспора — П, 64. 445.
Миксамеба — I, 159. 162; II, 457.
Миксомицеты — I, 50.
Мильдью — П, 52.*
Мимоза — I, 332. 537. 539. 671.
— бразильская — I, 443.
— чувствительная — I, 609; П, 414. Мимозовыя — I, 643.
Миндаль—1,605.645; П, 73,93.188. 395. 732. 764.
Миндаль карликовый — П, 671.
— степной — П, 30.
Миндальное дерево — I, 212. 304. 562 П, 72* 160.
— масло — I, 466; П, 700.
Минданао (островъ) — II, 170 Минерализац1я — I, 93.
Миннезенгеры — П, 753.
Мирмекофильныя — II, 219.
Мирозинъ — I, 469.
Мирта — I, 304. 628; П, 676. 745.
Миртовое дерево (окраска) — П, 169. Миртовыя — I, 396. 544; II, 641. 764. Миссисипская флора — П, 679.
Миссури — I, 172.
Миссур1йская флора — П, 679. Мистраль (ветеръ) — I, 308. Мичиганъ (озеро) — I, 329.
Мицел1й — I, 95. 96. 160. 251. 501; IL 380.
Мицеллы — I, 567.
Мтазма — I, 163.
Млечникъ — II, 73.
Многобрачный — II, 275.
Многолетники — I, 67. 659. 677. 715;
П, 424.
Можевельникъ (можжевельникъ) I, 60. 286. 551. 643; П, 135.282.455.486* 487. 514. 519. 531. 730. 735.
— казачгй — I, 429; П, 739.
Мозаика листьевъ— 1,408.* 416.* 417.* 418* 419*
Мокричныя — П, 290. 317. 329. 397.
Молекула (частица) — I, 45.
Молодило — I, 667. 769; II, 604. 673. 739. 741.
Молоко кокосовое — II, 714.
Молоточникъ — II, 132.
Молочай — I, 304. 321. 427. 464. 524. 641. 654; П, 160. 188. 490.
— кипарисовый — II, 514. Молочайныхъ окраска — II, 169. Молочайныя — II, 73. 93. 622. Молукки — 1,172.
Моль — I, 14. 25; П, 787.
Монарда — П, 181.
Монбланъ — I, 529.
Монокарпическ1я — I, 658.
Монотипныя культуры — П, 762.
Монпелье (городъ) — II, 553. Монте-Бальдо — I, 292. 430; II, 758. Монф альконе — П, 704.
Море—местопребыван!е растешй—П, 661.
Моркови зонтикъ — I, 533.
Морковь — I, 291. 532. 756.763 ;П; 707.
Морозникъ — II, 164. 287. 732. Морошка — I, 238; II, 711, 714. Морская трава — I, 669.
Морфинъ — I, 466; П, 720.
Морф1й — П, 731.
Морщинистость — I, 340.
— листовыхъ пластинокъ — I, 319. Морщинистый галлъ — П, 513 * 520. Мотыльковыхъ цветокъ — I, 637. Мотыльковыя — 1,311. 312.324. 537; П,
Мохъ — I, 104. 214. 257. 262; П, 14, 59.
— бородатый — I, 278.
— белый — I, 216 *
— водяной — I, 367. 370.
— изумрудный — I, 519.
— листовой — I, 70. 367; П, 13.* 445.
— печеночный — I, 519. 576. 588.*
звереловъ — I, 119.
— светящейся — I, 77. 373. 385. 387.| II, 572.
Мохъ складывающей листья — 1, 338.» — серый каменистый — I, 214.
— торфяной — I, 59. 154. 215. 216.* 299; П, 447. 608.
Мочала — II, 694.
Мочевина — I, 98; П, 558.
Мочище — П, 694.
Мочки — I, 84.
Моцартъ (композиторъ) — П, 789.
Мужсшя ядра — П, 390.
Муза — I, 631.
Мукоровые грибы— I, 272. 511; 11,49.
448. 449*
Мукоровыхъ оплодотвореше — П, 50.*
Мулаты — П, 766.
Мульда (оврагъ) — I, 502.
Муравей — П, 506.
— дерновой — II, 649.
— защитникъ — I, 452; П, 230. 231.*
— листорезъ — I, 450.*
Муравьиная дорога — I, 255.*
Мускусъ — П, 186.
Мутиз1я — I, 696.
Мутовка — I, 396.
Муттенское седло — П, 548.
Муха (производить галлъ) — II, 493. — мясная — I, 127.
Мухоловка венерина — I, 144 * 145 * 146. 334. 539. 772.
Мушкатница — I, 620. 643. 653; П, 314. Мушмула — I, 211; П, 73. 186. 710. 771. Мыло собачье — П, 729.
Мыльная трава — I, 759.
Мыльное дерево — I, 10.*
Мысъ Доброй Надежды — I, 172.186.
192*
Мытникъ — I, 177. 179; П, 195. 348.
— горный — I, 525.
Мыть — II, 694.
Мышехвостъ — П, 71.
Медь — I, 73.
Места временно затапливаемый — П, 661.
— каменистыя — П, 661.
— произрасташя растен!я — I, 49.
— скалистыя — II, 661.
— сорныя — П, 661.
Мешковидный галлъ — П, 497.
Мешокъ зародышевый — II, 77. 389* 519.
Мешочекъ (плодъ) — П, 402.* 421.* — первичный — I, 25.
Мюллер овы тельца — I, 450.*
Мякоть зеленая листьевъ — I, 472.
Мята — II, 93. 565. 569.
— лимонная — II, 730.
Мятликъ — П, 132. 602.
— альп!йск!й — П, 426.
— лесной — П, 495.
Наблюдешя фенологически — I, 564.
Навашинъ — II, 389.
Навуходоносоръ — П 746.
Нагрузка пыльцы — II, 234.* 249.*
Надбородникъ — I, 657; П, 162. 187. 211. 244. 271.
Надземные кольцеобразователи — П, 656.
Надкожица (см. кутикула) — I, 281. 302. 393.
— утолщенная слизистая — I, ?пз » Надсемянодольное колено — I, Наземь — II, 464.
Назначеше корня — I, 749.
Накипные лишаи — II, 674|.
Накоплен!© отмершихъ растешй — L 264.
Налетъ восковой — II, 519.
— мучнистый и пыльцевидный — П, 156.
Наложен!© — I, 40.
Наперстянка — 1, 505; П, 151. 235. 461. 482. 732.
— красная — II, 482.
Напитокъ майск!й — П, 789.
Наплывной галлъ — П, 520.
Наплывъ — II, 26. 38.
Направлен!© листовыхъ пластинокъ—
407.
Нардосм!я — П, 187, Наркотики — П, 731.
Наростаюпцй кончикъ корня — I, 769.
Наружный галлъ — II, 505.
Нарушен!© равновес!я веществъ — I, 65.
Нарциссъ — I, 312; П, 86. 92. 162. 175. 176* 187. 265*. 269. 744. 764. 771. 778.
Насажден!© — I, 583.
Наслоен!© — П, 676.
Насосъ мотыльковыхъ — П, 248.
— для нагрузки — П, 247.*
Настилка — II, 669.
— кувшинокъ — II, 669.
— морозника — II, 672.
Настроен!© въ картинахъ — П, 784.
Настурц!я — П, 708.
Насыщенныя единицы сродства — L 457.
Насекомоядный (звереловы) — I, 115. Натр!й — I, 60. 61. 62. 73.
Натурфилософ!я — I, 8. 12. 13; II, 439.
Начало побега — П, 23.
Начало цветен!я ивъ — II, 532.
Наядовыя — I, 421.
Негн!ючка — II, 135.
Недотрога — I, 283; II, 365. 619. 624.
Неделимо© (особь) — II, 5.
Незабудка — I, 628; II, 91. 92. 175. 485. 778. 791.
— альпшская — II, 188.
— лесная — П, 351.
Нейгебейде (садъ близъ Вены) — II, 755*
Нектарники (нектареи)—1,376; 11,158.
Нектаръ — II, 158. 340.
Нематоцецид!и — II, 493.
Нервы — I, 472. 625.
Неровности на поверхности сймяьъ— I, 612.
Неронъ — II, 745.
Несимметр!я листьевъ — I, 417.
Неупотреблеше органовъ — II, 556.
Нивянка — I, 298. 366; II, 73.
Нижнелистовой стебель — I, 652. 658.
Нижникъ — II, 695.
Низмянка — П, 199.
Нико бары — I, 708.
Нико — П, 719.
Никотинъ — I, 456. 466.
Никтагин!я — П, 182.
Нисш!я растен!я — II, 560.
Нитчатка (водоросль) — I, 99.
Нить — I, 639.
— гифенная — I, 160. 251. 461.*
— ресницевидная — I, 28.
— тычиночная — II, 169.
— ядерная — I, 578.*
Новая Голландия — I, 277.
— Гренада — I, 191. 196.
— Зеландая — I, 172. 388.
— Земля — П, 691.
Новообразован!© клетокъ — I, 479. Ноготки — II, 277. 279. 303. 456. 752.772. Ножка плодовая — I, 9.
Нопаловыя — I, 445.
Нопалы — I, 303. 321* 375. 655; П, 200. 292. 523. 668.
Норичниковые — II, 212. 268.284. 308. 547. 743.
Норичникъ — П, 165. 233. 265.
Ностоковыя — I, 70. 374.
Ностокъ — I, 250.
Ноторейская флора — П, 680.
Ночи царица — I, 706.
Ночная свеча — II, 186. 198. 200.
Ноша (связка лыкъ) — П, 694.
Нуллшторовыя отмели — I, 262f.
Нутревикъ — I, 104. 106* 108. 160. 502; II, 21. 610.
Нетникъ — 1, 185.
Обвертка — I, 636.
Обвертка плода — II, 403.
— каштана — II, 414.
Обезьянья лестница — I, 686.
Обезпложиван!е — I, 554.
Обернбергъ — II, 548.
Обил!© пыльцевыхъ клетокъ—II, 140.
Облагораживан!е растен!й — I, 210.
Обликъ растен!я — I, 394.
Облепиха — I, 136. 138. 139. 443. 567. 663. 676; II, 24. 282.
Обманка роговая — П, 462.
Обменъ веществъ — I, 80. 459. 460. Обменъ между протопластами—I, 43. Оболочка — I, 26. 39. 343.
— кутйкуляризованная — I, 56. Оборонительный средства защиты—I, 428.
Образован!© каллозное — II, 27. — листовой мозаики — I, 407 * — непроницаемой кожицы — I, 355. — нов^ыхъ формъ скрещиван!емъ — — новыхъ видовъ — П, 540. — органическихъ веществъ — I, $71. — почекъ на вайяхъ и листьяхъ —
35* 37*
— раковое — II, 486*
— рядовъ — II, 567.
— свободное клетокъ — I, 573.
— углёводовъ — I, 499.
Образована листовыхъ формъ — I, 591.
Обращен!© света въ теплоту — I, 380. Обрезка винограда — II, 33.
Овощи — II, 702. 752.
— огородныя — II, 706.
Овесъ — I, 426; II, 132. 704. 722. Овсяница — I, 335. 338; II, 132. 707. Овсяные коренья — II, 707.
Огненная Земля — I, 388.
Огни блуждающ!© — I, 507. Огородныя овощи — II, 706. Ограниченный ростъ — I, 746. Огурецъ — I, 534; II, 709.
— бешенный или ослиный—II, 618. Одоакръ (вождь геруловъ) — II, 751. Однодольный — I, 15. 603; II, 280* Однолетня — I, 658.
Одиссея (поэма) — II, 787.
Односемянодольный, см. однодольный. Одуванчикъ — I, 87. 474; II, 92. 301. 472. 644.
Ожика — II, 293. 294.
Озеро — 11, 661.
Озирисъ (египетск. богъ) — II, 745. Ознаменован!е — II, 723.
Окаймленная пора — I, 41 * Окенъ (натурфилософъ) — I, 13. Окись железа — I, 62. 63. 73. Околоцветника формы — I, 638* Околоцветникъ — I, 637: II, 403. Околоплодникъ — I, 591; II, 403. Окопникъ — И, 91.
Окраины пленчатыя — II, 640.
Окраска (контрасты ея у цветовъ) —- II, 170*
— осенняя листвы — I, 486. 491f. — растешй — II, 169.
Округъ распространешя — II, 663. Октаэдръ квасцовъ — I, 403.
Окулировка — I, 210. 212.
Олеандръ — I, 292. 303.* 369. 747; IL, 454. 764.
Оледенен!© пер!одическое — II, 690. Оливковая роща — I, 270|.
Оливковое масло — II, 700. Оливковыя — I, 544.
Ольха — I, 250. 306. 490. 528. 634; II, 124. 136. 139. 280. 487. 488.* 489. 497. 498. 499. 693. 722.
— альшиская — I, 551; II, 295.
— восточная — II, 494.
— горная — II, 461.
— зеленая — И, 373. 495. 686.
— серая — I, 288; II, 491, 494.
— черная — II, 127.*
Ольховая помесь — И, 546.
Омела — I, 113. 202. 204* 205* 303* 425. 643. 747; II, 93. 96. 400.
— европейская — I, 204.* 206.* — можжевеловая — I, 208.
Омелы кусты на осокоре — I, 205.* Онагриковыя — I, 430.
Оогонш — II, 15* 43. 388* 389. 392. 408.
Ооплазма — II, 43. 525.
Опалив аше — I, 553. 555.
Опенки — I, 506.
Оп!й (оп!умъ) — I, 475; П, 731. 720. Оплодотвореше — II, 56, 66, 388.* Опора твердая — I, 478.
Опорные корни — I, 752. Опорто (городъ) — I, 152.
Определеше листьевъ — I, 591.
— плодовъ II, 42.
— растеши — II, 274.
Опудренные первоцветы — II, 766.
Опунц1я — I, 438. 445f; II» 89. 199. 232. 251. 321.
Опушеше — П, 530.
— волосками — I, 345.
— листиковъ — I, 536.
— шелковистое — I, 314.
Опухоль раковая — II, 487.
Опылен1е голосеменныхъ — II, 393.
— злаковъ — II, 130.
— перекрестное — П, 283. 294.
— рыльца гвоздикъ — П, 374.
Оранжерея — II, 763. 767.
Органическихъ веществъ образование — I, 371.
Организащя растешй — П, 549.
Органныя горы Бразилш — I, 119.
Органовъ неупотреблеше — П, 556.
Органъ — II, 556.
— испаряюпцй — I, 277. 311. 474.*
Орегонъ — I, 124.
Ор1анда — II, 754.
Орлеанъ (краска) — П, 699.
Орлякъ — I, 454.
Орнамента железный — II, 772.
— каменный — II, 773.
— ковра — II, 756. 769.
Оротава — I, 714.
Орто стиха — I, 396. 399.
Оруж1е на листьяхъ — I, 432.
Орхидеи, см. орхидныя.
Орхидныхъ корни воздушные — I, 217.*
— корня пористая клетка — I, 216.* — околоцветникъ — II, 212.
— устьица на клубняхъ — I, 294.* — тропическихъ корни — I, 752.
Орхидныя — I, 59. 69. 100. 102. 106. 21O.f 216. 303. 454. 751; II, 25. 91. 157. 439.
Орхидныя безхлоро филльныя — I, 108.
— вестаиндск!я — П, 21О.|
— мелк!я — II, 41.
— тропичесшя — I, 375. 722.* 768.
— эпифитныя — I, 375.
Ореха водяного укреплеше — 1,613.*
Ореховое дерево — I, 634.
Орехъ — II, 400, 729.
Орехъ американск!й — II, 714.
Орехъ водяной — I, 82. 417. 421. 562. 602* 612. 671; II, 395.
— грецшй — I, 341 * 605; II, 280. 405. 416.
— земляной — II, 707.
— костянковидный — II, 401.*
— мускатный — II, 717.
Орешекъ галловый — II, 493.
— кедровый — II, 714.
— китайскгй — II, 707.
— кукушкинъ — II, 498.*
— цирцеи — П, 654.
Орешника грецкаго ветвь — П, 88* — разбрасываше пыльцы — II, 82.
Орешникъ — I, 491; II, 124. 494. 693. — грецк!й — I, 487; II, 124. 714. 727. 764.
Освобождеше ота дождевой воды — I, 539.
Освещеше — I, 529; II, 472.
Осенникъ — I, 329. 347. 429. 463;* И, 347.
Осина — I, 237. 424. 691. 763; II, 24. 282. 439. 449. 480. 490. 495. 503. 510* 512. 693.
Осины подземныя почки — II, 567.
Оси боковыя скрытыя — II, 31.
Ослинникъ — I, 659. 763; II, 96. 329.
660.
Осмозъ — I, 52.
Осока — I, 109. 289. 290. 375. 423; 430. 432. 438 * 503; II, 292. 297. 461. 487. 672. 721. 770.
— дерновая — II, 670.
Осоковыя заросли — I, 423.| Осокорь — I, 202. 255. 256. 490. Осотъ — II, 120.
Остиндская флора — П, 713.
Остробежные тяжи — I, 629.
Островъ медвеж!й — II, 691.
Остролиста — I, 303;* II, 778.
Острыя рвотныя средства — II, 728.
Остъ-Ищця — I, 172.
Ось главная и боковая — I, 737.
— соцветия — II, 113.
Отваживаше непрошенныхъ гостей— П, 219.
Отведете (дождевой) воды — I, 86* 89*
Отверстия буровыя — I, 167.
— выпускаюпця водяной паръ — I, 279.
Отводками размножеше — L 768; II, 424.
Отводокъ — II, 6. 8. 428.
— замкнутой почки — П, 600.
— клубневидный — II, 430.*
— маленькой луковицы — II, 600.
— папоротника — II, 599.*
— почковидный — II, 430*
— распространяется воздушнымъ течешемъ — П, 593.
Отводъ веществъ — I, 472.
Отдача органическихъ веществъ —I, 476.
Отделена тонкостенныхъ клетокъ — I, 353.
Открытие доступа къ цветку — 11,196.
Отмели нуллипоровыя — I, 262.f
Отмираше плазмы — I, 45.
Отпрыскъ — I, 500. 717.
— корневой — I, 654.
— подземный — П, 429.
Отростокъ когтевидный или крючковатый — II, 653.
Оттокаръ Горнск1й — II, 790.
Отчленеше — П, 18.
Отцы ботаники — I, 6; II, 578, 723,762.
780.
Отшнуровыван1е — II, 18.
Очанка — I, 177. 242. 628; II, 341.
Очерета — I, 323.
Очистители — I, 93.
Очитокъ — I, 81. 280. 525. 769.
— едк1й — п, бзо.
Очный цвета — I, 668; II, 157. 168.
Падубъ — I, 303. 431; П, 739. 741. 777.
Пайоналесъ — II, 673.
Палеонтолог1я (значен!е расположе- шя тялсей въ листьяхъ) — 1,633.
Палисандровое дерево — II, 693.
Пальма — I, 659. 662; П, 92. 124. 668.
770.
— Арека — II, 720.
— винная II, 713.
— веерная — I, 409.
— Думъ — I, 743; II, 747.
— индшская тростниковая — 1,359.*
— капустная — II, 708.
— карликовая — I, 714.
— кокосовая — I, 714; II, 668. f
— макаубская — I, 686.
— Мар1и-Терез1и — II, 768.
— маслянистая — I, 700.
— пальмирская — I, 714;* II, 668.
—- ротанговая — II, 613.-J- 694.
— саговая — II, 7O5.f
— сахарная — IL, 705. 713.
— тростниковая индийская — 1,359.*
— тенистая — I, 284.f 743. 744.*
— финиковая — I, 83, 713. 731; П, 764. 775.
Пальметка — I, 775. 776.*
Пальмовый стволъ — I, 684*
Пампасы — II, 673.
Пандановыя — I, 659. 662. 715.
Панкритгй — I, 540.
„Панцырь всехъ мужей" — П, 738.
Панцырь кремневой — I, 61. 64. 317.
318*
Папайинъ — I. 469.
Папирусъ — I, 633; П, 697. 764.
Папоротникъ — I, 67. 283, 288.* 308.
442; II, 9.f 10.* 62. 777.
— водный — П, 13. 62. 63.
— древовидный — П, 444.f
— гнилостный — I, 105.
— кочедыжникъ — II, 443.*
— новозеландсшй — I, 714.
— плавающхй — I, 672*
Папоротникъ эпифитный — I, 357.
Паразитовъ корни — I, 768.
Паразиты — I, 155. 242.
— вьюпцеся — I, 171.
— споровые — П, 483.
Параллельнодромные тяжи — I, 632.
Парастиха — I, 400 * 404.
Парафизъ — П, 13.* 610.
Параффины — П, 188.
Парацельзъ Бомбастъ — I, 4.
Парашюта — II, 641, 657.
Паренхима губчатая — I, 279.
— древесная — I, 472* 474.*
— лубяная — I, 472.* 483.
— палисадная — I, 368.
— первичной коры — I, 472.
— столбчатая — I, 278.
Парижск1й ботанический садъ — П, 762.
Партеногенезъ — II, 434, Парусовка — П, 695.
Парша — I, 164.
Пасленовыя — I, 418, 419, 434; П, 197, 294. 415. 707.
Пасленъ — I, 100; П, 114. 175. 740.
— сладкогорьк!й — I, 400. 412. 415. 693; П, 731.
Пассифлора — I, 374. 702; П, 93.
Пастернакъ — II, 182.
Пастеровск1й института — II, 709.
Пасть львиная — П, 777.
Патчеркофель (гора) — II, 469. 470.
Паулон1я — I, 718; П, 186.
Педалиновыя — II, 268.
Пейзажная живопись — II, 781.
Пейричъ — II, 78.
Пенгакендъ — I, 742.
Пентстемонъ — II, 286.
Пеларгошя — I, 59. 87. 228; П, 181* 195. 273. 523.
Пепелище — I, 168.
Пепсинъ — I, 141. 469.
Пептонизироваше — I, 92.
Пептонъ — I, 457.
Песчаный дрокъ — I, 665.
Первичное растен!е Гете — I, 13.*
Первичный тяжъ — I, 626.
Первоначальная родина садовыхъ — II, 764.
Первоцветовъ помесь — П, 532.|
Первоцвета — I, 59. 152. 340. 563. 633.
764; II, 73. 183. 224. 284. 533. 539. 691. 791.
— весеншй — П, 376.
— ЛЮТТИХСК1Й — II, 766.
— опудренный— II, 766.
— японсшй — II, 77.
Иеревариваше — I, 139.
— протоплазмою — I, 50.
Перегной — I, 76. 94; II, 464.
Перегораживаше клетокъ — I, 574.
Перегородка — I, 575.
Передвижеше гипса — I, 66.
— интрамолекулярное воды — I, 230.
— флоры — II, 553.
Перекати-поле — II, 126. 635.
Перекатываше плодовъ — И, 632.
— соплод!й — II, 632.
Перелетникъ — II, 92. 248.
Перелойка — I, 667; II, 319.
Перелеска — I, 282. 551. 553; II, 120.
154. 180.
Перемещеше пыльниковъ и рылецъ — II, 285, 287* 314.
Переносъ веществъ — I, 456. 469. 485.. — плодовъ животными — II, 650. — пыльцы ветромъ — II, 121.
животными — II, 140, 145.
Переселен1е растешй — II, 664.
Переступень — I, 644, 700 * Переходы формъ — II, 277. 540. 54Т.
— къ пустоцвету — II, 278.
— света въ тепло — II, 204.
Перецъ — I, 637; II, 717.
— бетель — II, 720.
— гвоздичный — II, 717.
Перидерма — I, 720.
Перикаршй — II, 43.
Перина — П, 94.
Периспермъ — I, 595; II, 396.
Перистиль — И, 748.
Перистомъ мха — II, 13.*
Перистое расположеше тяжей — I, 627.
Перитец1й — I, 161, 163.* 164; П, 18. Пер1одичность — I, 349, 563.
— поднят!я сока — I, 277. Пероноспоровыя — П, 52.* 447. Персиковое дерево — I, 351; II, 160. Персики — I, 212, 306, 605; II, 710. Перыя — I, 172.
Перу — I, 172, 191, 194. 196; II, 181.
Перца листья - I, 768.
Перышко — I, 593.
Петлебежные тяжи — I, 627. Петлевидные тяжи — I, 626.* Петровъ-крестъ — I, 133.* 180. 181.* 251; П, 310. 350. 486.
Петрушка — II, 182. 400. 708.
Петушя — II, 195.
Печеночники — I, 70. 120. 214. 357.
— звереловн — I, 119.* Печеночница — П, 723. 767. Пигментъ — I, 357.
Пижма — II, 737.
Пизанги — II, 713.
Пики (масть) — II, 779.
Пикоттъ — П, 766.
Пикульники — I, 767; II, 212. 331.
Пики-дю-Миди (гора) — I, 529. Пила-рыба — I, 434.
Пишоли — П, 714.
Пишя - П, 410. 751.
Пиренёй — I, 161; II, 612. 616. 688.
Пиренеи — 4 177. 296. 310.
Пиреномицеты — I, 160. 163.* 164. Пирозисъ — I, 164.
Пихта — I, 249. 718f. 720; П, 409.410. 411. 700. 735.
— канадская — I, 492.
Пищевареше — I, 147.
— непентовыхъ — I, 132. Пищи проходъ — I, 51. 269.
Шони — I, 87. 312. 374. 487. 005; П, 188. 198. 232. 522.
— пушистый — II, 90.
— тонколистный — II, 90. Плавающее растете — I, 672. Плавающ!й корень — I, 750.
— стебель — I, 664. 669.
Плазма (см. протоплазма) нитчатая— I, 25. 34.
— стенкоположная -• I, 25. 36.
— (ея отмираше) — I, 45.
Плазмодёй — I, 159. 162. 570. 584; П, 457.
Плазомъ — I, 567.
Плакунъ-трава — П, 285. 376. Плакучая ива — I, 676.
Планшонъ (ботаникъ) — II, 78.
Планъ архитектурный — I, 396. Пластинка — I, 592. 624.
— ветки и ея расположеше—I, 328.
— выгрызенная — I, 624.
— городчатая — I, 624.
— гриба съ базид!ями — I, 161.*
— зубчатая — I, 624.
— копьевидная — I, 624.
— листовая — I, 329. 393. 624.
вертикальная — I, 331.
—- лопастная — I, 624.
— лопатчатая — I, 624.
— надрезанная — I, 624,
— пильчатая — I, 624.
— полулунная — I, 624.
— почковидная — I, 624.
-7 присасывающая — I, 415.
— разделенная — I, 624.
— разрезная — I, 624.
— разсеченная — I, 624.
— стреловидная — I, 624.
— ядерная — I, 578*
— яйцевидная — I, 624.
Платанъ — I, 718; П, 124. 748. 764.
Плауни — I, 105. 400. 418; П, 14. 35. 62. 63. 445.
— гнилостный — I, 105.
— древовидный — II, 690.
Плевели — I, 463.
Пленка — I, 90. 636.
Пленочка — I, 423.
Плеть — I, 191. 667.
— земляники — I, 764.
Плишй — I, 6. 8; II, 3. 493. 703. 770.
Плодники — II, 74* 75.*
Плодовая ножка — I, 9.
Плодовъ перекатываше — П, 632.
Плодовъ распространеше ветромъ — II, 640|.
Плодолистикъ — I, 11.* 12. 644; П, 68. 70* 71. 72. 73.
— выделеше меда — П, 160.
— кипариса — II, 411.
Плодообразоваше — II, 439.
Плоди — II, 6. 7. 44. 640* 702. 710.
— айланта — II, 638.
— (амфигон!й) — П, 445.*
— березы — П, 638.
— болотныхъ осокъ — П, 632.
— валер!аны — II, 404.*
— впивающ!йся шипами — II, 656.*
— дуба — II, 404 *
— зерновые — II, 710.
— зонтичныхъ — II, 647.
— клена — II, 638.
— коробочный — II, 401.
— литпелй — П, 653.*
— мартишй — II, 655.
— метательный — II, 626.*
— нераскрываюпийся — II, 400. 401.*
— нераспадающ!йся — И, 401.*
— ореховидный — II, 714.
— осокъ болотныхъ — II, 632.
— панцырный — II, 632.
— переносяпцйся Гольфштремомъ —
— прилипающей — II, 6§0.
— разбрасывающ!й семена—II, 617. 618* 621*
— раскрывающиеся — II, 401.* 402* 603*
— распадавшийся — П, 401.*
— рогозоваго — П, 632.
— сборный — II, 407.*
— скачупцй — П, 627. 628.*
— сложноцветныхъ — II, 652.
— сухой раскрывающ!йся — II, 402*
нервскрывающейся — II, 401.
— тисса — П, 412.* 647.
— тысячелистника — II, 647.
— фиговый — II, 407.
— хвойнаго — II, 410.*
— частуховаго — II, 632.
— цепк!й — II, 653|. 656*
— шиповника — II, 415.
Плотоядныя — I, 138f.
Плесень — I, 512.*
— виноградная — I, 168.
— головчатая — I, 272.
Плюска бука — II, 405.
Плющъ — I, 184. 416* 683. 706|. 710;
159. 182. 186. 195. 449. 455. 744. 776* 777. 786.
Пни светящееся — I, 506.
Побережье морское — II, 661.
Побужденее къ движешю — I, 65.
Побеги — I, 594; II, 7. 23.
— листовой — II, 442.
— прикорневой — II, 24.
— удлиненный — I, 653. 661.
— укороченный — I, 652.
Повидло — II, 728.
Повилика (повилица) — I, 172. 173|.
173* 183. 593. 748; II, 321. 363.
422. 471.
Поволока — I, 636.
Поглощенее почвенное — I, 77.
— растворенньехъ веществъ — I, 257.
— тепла — I, 561.
Погремокъ — I, 132. 177. 178. 180. 628;
П, 259. 341.
Погруженныя растенея — I, 671.
Подвой — I, 211.
Подвесокъ зародыша — II, 409.
Подгруздень — I, 494.
Поддержка — II, 61.
Подземные корни — I, 750.
Подлесникъ — I, 551; II, 306.
Подмаренники — I, 634. 679; П, 188.
321. 502. 509. 510.
Цоднят1е сока — I, 277. 358.
Подорожники — I, 87. 311. 532. 629;
116. 133. 155. 293. 428. 652.
— (Юлёя Вольфа стих отв openie) — II, 789.
Подофиллинъ — П, 729.
Подснежника клубень — I, 562.
Подснежники — I, 657; II, £2. 92.162.** 201. 261. 313.
Подсолнечники — I, 534. 557. 658; II, 767.
Подсемянодольное колено — 1,593.748, Подцветникъ — I, 745*
Подъельники — I, 107|. 110. 114. 163. 251. 486. 593. 643. 748; II, 180. 228. 422.
Позеленелый цветокъ — I, 639* Позелененее — П, 76. 515.
Покроволистикъ — I, 636. 638*; II, 70. 340.
Покровъ — L 343; П, 68. 77. 162. 387, 388.
— бархатистый — I, 222.
— войлочный — I, 441.
— волосяной — I, 307; II, 519.
— восковой — I, 286.
— лакообразный — I, 306. 345.
— мицелёальный — I, 247.
— шерстяной — I, 315.
Полевица — II, 132. 468. 478.
Ползучий стебель — I, 666.
Поликарпичесшя — I, 658. 659.
Полипнякъ — II, 441.
Полипомедуза — II, 441.
Пол1эмбр1он1я — II, 391.
Поллишй — II, 91. 210* 213* 242, Половое размножеше — II, 6.
Положеше листьевъ — I, 84.
Полоса абсорбщонная — I, 372.
Полость дыхательная — I, 280.
— клеточки — I, 41.
Полулучистое расположеше тяжей—1„ 626* 629.
Полукустарники — I, 717.
Полуноша (лыка) — II, 694.
Полуостровъ Кольск1й — II, 436.
Полуторная рогожа — II, 695.
Полынь —I, 184. 312. 315; II, 652. 706. 716. 726. 737.
Помело ведьмино (см. ведьмина метла) — П, 740.
Померанецъ — I, 189; II, 535. 712..
Помидоръ — I, 534; П, 709.
Помпеи — 11,749. 750.
Помпельмуси — П, 713.
Помесь — П, 429, 545. 549.
— дубовая — П, 546.
— кипрея — П, 547.
— папоротника — П, 545.
— первоцветовъ — II, 533|.
— шестерная — П, 527.
Пона (путешественники) — П, 758..
Поникаше — I, 533*; II, 115.
Понтёйская флора — П, 679. 684.
Понятие о виде — П, 452.
Поперечные тяжи — I, 632. Поповники — П, 176. 482. 737. Пористая клетка мха — I, 216*. Пора окаймленная — I, 41*.
Поросль отъ ствола — II, 26.
Поррей — II, 708.
Португалия — I, 150. 300; II, 704.
Портулаковыя — П, 340.
Портулаки — I, 668; П, 156. 201. 333..
708. 752.
Поручейники — II, 308.
Порезники — П, 307. „Порядки" Линнея — I, 7. Посконникъ — II, 736.
Посконь — П, 126.
Постельница — II, 282.
Постоянство распределешя тяжей — I, 633.
Построеше растетя — I, 515. 565.
Постройка безопасныхъ жилищи — II, 693.
Потоки (каки местопребываше расте- шя) —П, 661.
Потребность растешя — I, 380. 467.
Почва —I, 76; II, 661.
— глинистая — II, 466. 661.
— илистая — П, 661.
— песчаная — II, 661.
— сдобренная наземомъ — II, 464.
Почвы изменеше — I, 256. 258.
Початокъ — I, 740. 741*.
Почекъ образованее на ваяхъ и зе- леныхи листьяхъ — П, 35*. *37,.
Почечный стебель — I, 653.
Почка — I, 594. 653; II, 7, 442.
— зародышевая — II, 22.
— корневая — II, 22. 81.
— листовая — II, 33. 81. 442.
—t на низовыхъ и верхушечныхъ листьяхъ — П, 41.
— побеговая — I, 621.
— подземная — I, 345; П, 567.
— спящая — II, 27.
— стеблевая — И, 25. 81.
— цветочная — II, 442.
Почковаше — I, 573.
Почкосложен1е — II, 196. 197.
Поясовидные корни — I, 707* 708. 752.
Правильный цветокъ — 1, 637.
Пратеръ (садъ въ вене) — I, 207. -Превращен! е веществъ — I, 456.
— сока въ тягучую массу — I, 355.
— света въ тепло — I, 522.
Предцвер!е печеночника — I, 119.*
— цветовъ — II, 207. Предростокъ — II, 62. 442. Прекращеше роста — I, 747. Привой — I, 211.
Прививка — I, 210.
— глазкомъ — I, 212.
Лриворотень — II, 474.
Пригодность пыльцы — II, 373. Приготовлеше чернилъ — II, 700. Придатокъ мясистый — II, 632.
— рубчиковый — II, 398.
— семянной — II, 398.
Придаточный корень — I, 749.
Признакъ — II, 557.
Прикорневые побеги — II, 24. Прилистниковый усикъ — I, 695. Прилистникъ — I, 343. 449. 593.
— обращается въ колючки — I, 450.* — отпадающ!й — I, 344.
Прилипаше къ кочующему животному — II, 653.
— плодовъ — П, 650.
— цветня — II, 234.
Прингсгеймъ (ботаникъ) — П, 15. Принят!е воды — I, 212. 224. 230.
233*.
— питательныхъ солей — I, 53. 68. 71.
Приподнимите листьевъ — I, 536. Приправа пряная — II, 728.
Присосокъ —I, 112. 166. 177. 182. 204. 703.
— омелы — I, 206.*
Приспособление для отводавеществъ— I, 472.
— прикреплен!я поллин!евъ аскле- шадовыхъ — I, 245.*
— принят!я воды — I, 214. 477.
— удерж ашя листьевъ — I, 611.
— плодовъ и семянъ — I, 611.
— къ испарение — I, 280. 283.
— поднят!ю сока — I, 358.
— метательныя — II, 252* 253.* 254 * 609*
— на кожице — I, 301.
— напоминающ!я насосъ, пращу и т. д. — II, 248.
— обусловливаемый местообитан!- ями — 1, 385.
— противъ опаливания — I, 555. Приспособленная помесь — II, 550. Приспособляемость — II, 478. Присыпка детская — II, 725. Присемянникъ — II, 398. 412*
— волосистый — II, 397. * Прицветникъ — I, 635; И, 169. 226. Прицепки хмеля — II, 777.
Пр!емъ животныхъ — П, 213.* Пробка — I, 472. 734; II, 694.
Проведен1е газовъ — I, 367.
— пищи — I, 269.
Продолжительность цветовая — IL 273.
Продольные тяжи — I, 633.
Продукты ассимиляцш — I, 468.
Прозерпина (мифол.) — II, 743.
Прокисаше — I, 110.
Пролепс!я — I, 9; П, 515.
Проломникъ — II, 183.
Пролеска — I, 283; И, 180. 373.
— двулистная — I, 657.
Пропускало света листомъ — I, 415. Проростате мясистыхъ плодовъ — II, 647.
— семянъ — I, 558.
Проростки семянныхъ — I, 553.
— чужеядныхъ —1, 173* Просвирникъ — П, 215. 400. 725.* Просо — II, 132. 722.
— воробьиное — II, 114.
— мавританское — II, 771.
— сахарное — П, 705.
Простое скрещиваше — П, 555.
Пространства межчастичныя — I, 52.
Прострелъ — II, 165. 168. 299. 361.
Просяникъ — II, 132.
Проталл!й — П, 62.
Протанъ — I, 457.
Протацейныя (протейныя) — I, 320. 369; II, 671. 768.
Протерандричныя — II, 306. 316.
Протерогиничныя — II, 295. 306. 316. 546.
Протонема — П, 445.* 447. 571.
Протоплазма (плазма) — I, 14. 25.* 34.
— ассимилирующая — I, 460.
— голая — I, 50.
— мерцающая — I, 29 *
— ползающая — I, 33.*
— пульсирующая — I, 34.
— скользящая — I, 34.
— текущая — I, $4.
Протоплазмы конститущя (строеше) — I, 49. 66. 403, II, 454.
— открытие — I, 24.
— строительная деятельность — I, 570.
— вращен!е — I, 28.
— движете — I, 28.
— согласовате другъ съ другомъ — I, 44.
— соединенное действ!о — I, 43.
— сокращеше — I, 37.
— сообщеше — I, 39.
Протопласта — I, 26.
— голый — I, 28.
— какъ неделимое — I, 582.
Прототипъ — I, 589.
Прохожден!е пыльцевой трубки — П, 381.
Прудъ (какъ местообитание) — П, 661.
Пружинки — I, 253 *; II, 14.
Прутья ивовыя — I, 768.
— липктя — I, 152.
— растен!я — I, 655.
Прыгание — И, 629.
Пряжа — I, 172; II, 321.
Прямой стебель — I, 713.
— тяжъ — I, 632.
Пряташе растешй на зиму въ землю — I, 551.
Псевдоморфоза — I, 184.
Псевдоподш — I, 33.
Птелея — II, 278.
Птичья-нога — II, 722.
Птицемлечникъ — I, 312. 340.347. 642;
II, 168.
— поникппй — П, 353.
Пуговица кукушкина — II, 509.
Пуговка — II, 214.
Пузырекъ — I, 14.
”— зародышевый — II, 390.
Пузыреножка — П, 154.
Пузырникъ ягодный — I, 679.
Пузырное дерево — П, 144.
Пузырчатка — I, 116.* 593; П, 220. 268. 331. 614.
Пузырчатки ловушки — I, 117.* Пукалка — П, 114, 164.
Пулло Леббасъ (геогр.) — I, 201.
Пульсироваше протоплазмы — I, 38.
Пустыня (какъ местообитате) — П, 661.
Пустоцвета — П, 172. 276.
Путешественники-коллекщонеры— П, 762.
Путешественниковъ дерево — I, 631.f
Пути для водяного пара — I, 285.
— проводяпце — I, 270.
сырого питательнаго сока — I, 269.
Пучекъ — I, 587.
Пучекъ волосъ — II, 227.*
— пахуч!й — П, 743.
— сосудистый — I, 590.
— цветочный — I, 738.* Пучковатый корень — I, 749. Пушты (въ Венгрш) — II, 602. Пчела — II, 151.
Пшеница — I, 555. 557. 597; II, 702. 772.
Пылинка — I, 72.
— сухая, смоченная — II, 385.* Пыль метеорная — I, 73.
Пыль снеговая — I, 31.
Пыльника гнездо — I, 643.
Пыльникъ — I, 11.* 639; II, 169.
— закручиваюпцйся — II, 85.
— открывающийся дырочками — II, 84.
— раскрывающ!йся щелями — II, 84. Пыльца — I, 73. 577. 637; II, 82. 154.
323. 373.
Пыльцевместилище — I, 643. 644. Пыльцевыя клетки — П, 140.
— комочки гайника — II, 242.* Пыльцелистикъ — I, 637. 649; П, 70. Пыльцы выгрузка — II, 2^^ 4
— нагрузка — II, 232.
— пригодность — II, 373.
— приклеиваше — П, 241.
— развит!е — П, 89.
— разсеивате — II, 258.
— форма клеточекъ — II, 89.
Пырей — П, 132. 569. 570.
— ползуч!й — I, 520.
Песнь Миньоны — II, 790.
Пэстумъ (городъ) — II, 742.* Пятнышки указатели дороги — II, 176.
Равнина (какъ местообитате) — П, 661.
Равновес!я веществъ нарушен!© — I, 65.
Рад!ометръ — I, 529.
Разбухате оболочки — I, 52.
Развертывай!© листьевъ — I, 343.
345*
Развилина — I, 739. 742.*
— сложная бересклета — I, 738 * Развит!© запаха падали — I, 197.
— зародыша — II, 394.
— листовыхъ пластинокъ — I, 329.
почекъ — II, 39*
— пыльцевой трубки — П, 379. 382.* 385*
— растешя весною — I, 525.
— тепла и света — I, 500.
Разветвленный корень — I, 749.
Раздражен!© — I, 147.
Раздражимость кожная — II, 728.
— корня — I, 772.
Разделен!© плодовъ — II, 42.
— половъ — II, 283. 555.
— труда — I, 27.
Разделенная ножка тычинки — I, 642.
Разложен!© — I, 92.
Размножен!© безполое и половое
6.
Размножете отводками — I, 768.
— плодами — II, 42.
Размножешя смена — II, 7.
Размерь листа — I, 284.
Разница между растешемъ и кристал- ломъ — I, 566.
Разновидность — П, 453. 479. 665. Разнолистныя растешя — I, 671. Разностолбныя — II, 284.
Разрезъ листа скрученнаго — I, 295.* 296*
— пестика — П, 388.*
— семяпочки — II, 388.*
— участка листа — I, 307.*
Разумъ ленивый — П, 387.
Райграсъ — II, 381. 382.
англ!йск!й — L 557.•
французск!й — I, 130. 131* 132.
Райск!й садъ — II, 754.
Ряутгтя — - ТТ 4Я0
Ракитникъ — I, 3. 208. 209* 292. 293 * 399. 443. II, 240. 456.
— золотой дождь — I, 545.
— колюч!й — 1,447.*
— лучистый — I, 475.
Раковая опухоль — И, 487.
Раковое образовало — II, 486.* Ракъ пастушьей сумки —П, 490.
Рамишъ (ботаникъ) — II, 438.
Рамонд1я — II, 261.
Рансонне (художникъ) — I, 602. 744.
Рапсовое масло — И, 700.
Рапунцель — П, 337.
Раскрывайе пер!одическое — П, 202.
Распределено листьевъ на стебле— I, 394.
— половъ — П, 278.
— растенй по почвамъ — I, 67.
— тяжей — I, 626* 630.*
Распространено видовъ — П, 655.
— отводками — П, 562.
— отводковъ животными — П, 614.*
— плодовъ ветромъ — И, 633.* 634.* 635.* 637* 64O.*t 641.*
— омелы — II, 647.
— при перелете — II, 651.
— семянъ ветромъ — П, 633.* 634.* 635* 637. 640*| 641*
Растеня анемофильныя — II, 122.
— безлистныя — I, 432.
— безъ корней — I, 117.
— болотное — I, 71. 284. 421.
— вдохновитель - художника — П, 769.
— водное — I, 49. 50. 54. 68. 367.
— воскрешающее — I, 229.
— въ скульптуре — II, 770.
—- въ текучей воде — I, 421.
— гетеростильное — П, 367.
— гнилостное — I, 50. 57. 94. 98. 104. 105. 111. 470.
— — цветковое — I, 105.
— двудомное — II, 295.
— жирное — I, 68. 303. 321. 400. 432.
— звереловы — I, 121.
— земляное — I, 49. 50. 56. 74.
земноводное — I, 55.
— воид!офильное — II, 122.
— зонтичное — П, 305.
— и человекъ — II, 692.
— индиговое — П, 699.
— компасъ — I, 330* 394.
— кормидецъ — I, 427.
— кормовое — И, 721.
— кувшинчатое — I, 122. 125. 127.
— лазящее — I. 358.
— лишенное листьевъ — I, 194.
— лучицевое — II, 59.* 673.
— любящтя известь, кремнеземъ — II, 461.
— муравьиное — I. 357.
— мяснокрасное — I, 196.
— мясоядныя — I, 116.
— наземныя — I, 368.
— на камняхъ — I, 367.
— насекомоядным — I, 145.
— овца — II, 174*
— однодомное — П, 295.
— однолетнее — I, 556.
— опыляемое ветромъ и т. д, — П, 121.
— оракулъ — П, 737.
— островное — П, 683.
— первичное (Гёте) — I, 12. 13.
— плавающее — I, 68. 672.
— плосковетковое — I, 326.*
— подводное — I, 68.
— полезное — П, 692.
— прижимается къ земле — I, 527.
— прячется въ землю — I, 551.
прутъ — I, 323. 324.* 325.* 875. 422. 475.
— символъ — II, 788.
— скалистое — I, 50. 55.
— слоевцовое — I, 590.
— солончаковое — I, 59.
— сорное — I, 619.
— сосудистое — I, 590.
— степное — П, 224.
— техническое — П, 692.
— требующее извести, кремнезема— П, 461.
назема — П, 464.
— тропическое — I, 354.
— урноносное — I, 122. 125, — чувствительное — I, 537. — чужеядное — I, 50. 171.
Растение хлорофиллоносное — I, 244. — эндемичное — I, 138; П, 663. — эпифитное — I, 49. 100. 357.
Растительное неделимое — II, 3. Растительный орнаментъ — II, 769.
— М1ръ поэзш — II, 785. Расторопша — I, 88. 90. 301. Растрогъ — II, 198. 509. 753. Растяжеше оболочки — I, 53. Расхождейе листового угла — I, 396. Расширейе канала — П, 361. Ратайя — II, 727.
Раувольфъ (путешест.) — П, 767. Рачки створчатые — I, 119.
Рафиды — I, 429. 454. 461* Раффлез1я — I, 197. 199.* 200* 201.* 471; П, 170. 183, 652.
Рвотное острое — П, 728.
Рдестъ — I, 68. 124. 126. 263. 280. 367. 370. 671. П, 136. 293. 468. 546. 571.
— курчавый — I, 552;* П, 136. 138.* Ребро (листовое) — I, 625.
Ревень — I, 87. 346 487; II, 73. 729. Регенсбурга» — I, 63.
Регуляторъ испарейя — I, 302. Резеда — П, 69* 71. 699.
— душистая — П, 423.
Резиновое дерево — I, 753.f Рейграсъ — райграсъ.
Ремнецветникъ — I, 203. 206.» 208;
27.
Реомюр1я — I, 235.
Репейникъ — П, 406.
Рестхевыя — П, 672. Реттенштейнсйя горы — II, 461. Ржавчина хлебная — II, 19.
Рига — П, 695.
Ризоидъ — I, 78. 102. 112. 215. 519.
598; П, 19.*
Ризотомы — 1,4; П. 723. 761.
Рисъ — I, 640. II, 704. 722.
— горный — П, 704.
РИЧЧ1Я — II» 615.
Рициновое масло — П, 701. 728.
Pio-Herpo — I, 710.
Робийя — I, 203.
Ровиньо (въ Истр1и) — I, 324.* Роговая обманка — II, 462. Роговидный галлъ — II, 497. Роговикъ — II, 516.
Рогожа — П, 695.
Рогозъ — I, 604. 762; П, 126. 516. 571. 672.
— узколистный — I, 425. Роголистникъ — I, 68. 260. 262; II, 422. Родина садовыхъ — II, 764. Рододендронъ — П, 227. 284. 293. 863.
461. 686.
Родословная растительнаго м!ра —
Рожки — I, 465; II, 218. 725.
— черные — П, 616.
Рожь — I, 557. 640; П, 703.
Роза — I, 399, 431. 663. 677; П, 24. 70* 73. 93. 188. 197. 198. 214. 232. 392. 405. 454. 512. 522. 671. 711, 744. 745. 764. 769. 771. 775.
— алыпйская — I, 231. 233.* 248. 493. 545. 627; II, 96. 104.f 113. 163. 233. 269. 293. 461. 495. 516.
ржавокрасная — II, 516.
— дамаскинская — II» 764. 767.
— ивовыя — II, 511*
— 1ерихонская — I, 836; П, 629. 630.
— лазящая — I, 677.
— махровая — II, 775.
— садовая — I, 351.
— центифольная — П, 780. Розанныя — II» 294.
Розетка — I, 408; II, 775. Розеточный галлъ — П, 518. Розмаринъ — II, 730, 747. 752. Розоцветныя — П, 160.
— помеси — II, 547.
Рой — I, 583.
— клеточныхъ соединейй — I, 586. Ройсдаль (художникъ) — П» 759. 784. Роксвальпъ — II, 687.
Роккоко — П, 754.
Ромашка — I, 415. 612; II, 730.
— римская — П, 730.
Роса — I, 286.
— медвяная — I, 465; П, 18. 611.
— мучнистая — I, 166*; II, 18. 56.
Росолистъ — I. 150. 151.* 152.
Россъ, Джонъ — I, 30.
Роста механизмъ — I, 515. 517.
— прекращейе — I, 747.
Ростъ быстрый — I, 114.
— и теплота — I, 522.
— ограниченный — I, 746.
Росянка — I, 138.t 140. 150. 154. 539.
772; II, 71. 79. 164. 202. 265*
Росянки антолизъ — II, 78.*
— ресницы — I, 141.*
— чувствительность — I, 143.
Ротанга, — I, 678* 680*; II, 613.|
Рубчика придатокъ — II, 398.
Руда (болотная, железная и т. д.) — I» 264.
Рудбейя — П, 176. 570.
Рукоятка — II, 58.
Румянка — П, 212. 233.
Руссо, Жанъ-Жакъ (философъ) — I, 7.
Рута — II, 93. 182. 184. 188. 332. 395. 791.
— садовая — II, 731. 735.*
Руты цветокъ — II, 288.*
Рыжикъ — I, 475; II, 454. 709.
Рыльце — I, 645; II, 214. 269. 385* — бородавчатыя и зернистыя — II, 269.
— лилейныхъ — II, 346.
— ложнообоеполое — II, 375.
— орхидныхъ — П, 270.
Редька — II, 707.
Резуха — II, 715.
Река (какъ местообитайе) — II, 551, 661. 707.
Репа — I, 756.
Репчатый корень — I, 756.
Ресница листа — I, 140. 141.*
Решето-растен1е — I, 671.
Решетчатый корень — I, 713 * Рябина — I, 308. 342. 623. 648. 710.
— карликовая — 1, 493.
— садовая — II, 710.
Рядовъ образов айе — I, 567.
Рядовое расположейе отводковъ—П, 567.
Ряды лентовидные — I, 584.
Ряска — I, 375. 421. 524. 672. 750; II, 428. 614.
— трехлопастная — I, 68. 382*; П, 615.
Рюгенъ (островъ) — II» 434.
Сабельникъ — II, 168.
Саго — П, 705.
Саговникъ — II, 79. 622,f 705.
Саговыя — I, 434. 604; II, 412. 668.
7O5.f
Садикъ — П, 748.
Садъ — П, 746.
— въ древности — II, 746.
— въ средне века и ныне — II, 751.
— грибной — I, 451.
— ковровый — II, 756.
— маленьйй, частный — П, 757.
— медицинский — II, 761.
— на крыше — II, 749.
— на Лаго-Маджоре — II, 756*
— НикитскЬй въ Крыму — II, 171.
— общественный — П, 749.
— при монастыре Св. Галла—II, 761.
— римской виллы — II, 761.
— французск!й — II, 755.
— японск1й — II, 761.
Салатъ — П, 786.
— морской — I, 99. 390.
— обыкновенный — II, 708.
Салепъ — II, 725.
Салернск1й ботаническ!й садъ — П, 761.
Саликория — I, 196. 375.
Салисъ (поэтъ) — II» 787.
Салицинъ — I, 456.
Салпысъ — II, 200.
Сальваторъ-Роза (художникъ) — П,
Сальвийя — I, 672*; II, 13.
Самоопылейе — I, 741; II, 278. 311.
Самоочищейе рекъ — I, 93.
Самшитъ — II, 129. 159. 693. 739. 750. 755. 773.
Сантал о выя — I, 324.
Сапиндацеи — I, 481.
Сапонинъ — I, 428. 466.
Сапролегшевыя— I, 170; П, 447. 629.
Саррацевтя — I, 127. 129; П, 187.
Сассапариль — I 695. 696*; II, 729.
Сафлоръ — I, 88. 265.
Сахарный тростникъ — I, 732.
Сахарская флора — П, 679.
Сахаръ — I, 54. 466. 483; П, 63. 705.
— въ корне — I, 750.
— приманка насекомыхъ — П, 159.
Сваммердамъ (ботаникъ) — I, 21.
Свекла — I, 87. 557. 756; II, 708.
— красная — II, 707.
Свекловица — II, 707.
Свинушка — I, 502. 519.
Свободное образован!е клетокъ — I, 573.
Свободно плаваюпце стебли — I, 669. Свободный единицы сродства—I, 457. Света избегающее усики — I, 704.* Собиратели света — I, 389.
Светлякъ — I, 387.
СвЕть переходить въ теплоту—II, 204.
СвЕча ночная — П, 182. 198. 200. 208. 235* 269 270 *
СвЕченхе древесины — I, 507.
Связность — I, 51.
Сгущен1е водяныхъ паровъ — I, 218.
222.
Селезеночникъ — П, 159.
Селлени (художникъ)—I,678. 708. 721.
Село Семеновское — П, 694.
Сельдерей — П, 707.
Семирамида — II, 746.
Серб1я — П, 703. 765.
Сервапй (святой) — I, 540.
Сердечная трава — I, 757.
Сердечникъ — I, 487, 763; II, 41. 178. — альп1йск!й — II, 455.
— луговой — П, 430*
Сердцевина — I, 472 * 720.
Сердцевинный галлъ — II, 504* 513.* — лучъ — I, 473.
Серебристая липа — I, 648.*
Сережка — I, 740. 741.*
— орЕшника грецкаго — П, 88.* Серпентиновыя горы — I, 62.
Серпентинъ — I, 75.
Сгибы мЕстъ прикрЕплен!я листьевъ—
404*
Сиббальд1я — П, 160.
Сибирская флора — П, 679.
Сигнатура — II, 723.
Сиккимъ (на Гималаи) — I, 707; П, 171.
Сикоморы — II, 747.
Сила двигающая сокъ — I, 269.
— действующая при обмЕнЕ ве- ществъ — I, 494.
— живая — I, 267.
— жизненная — I, 45. 46; II, 387.
— задерживаетъ воду — П, 465.
— тяжести — I, 80.
— целебная — II, 753.
Силки липк!е — I, 150.
Силикаты — I, 76.
Силы внешней действ!е — I, 45.
— действ1я результатъ — I, 45.
Симпатичесюя средства — II, 739.
Синеголовникъ — I, 434; II, 169.
Синергида — П, 388 * 389.*
Синюха — II, 114. 175. 228.
Синяя краска — П, 698.
Сирень — I, 351. 396. 563; П, 24, 186. 190. 197. 278. 314. 515. 764. 765.
Сир1я —г I, 172.
Система вентиляционная — I, 279.
— естественная — I, 15.
— Линнея — I, 7. 15.
Ситникъ — I, 13. 286. 323. 375. 430.
733; II, 91. 294. 366. 468. 513. 514. 515. 670. 672.
Ситовидная трубка — I, 41.* Ситовникъ — I, 109. 603.
Сифоновыя — II, 50* 53. 442.
Сицшпя — II, 663. 703.
СЁенитъ — I, 75.
Скаб1оза — I, 311. 315. 492. 532; П, 171. 378. 628.
Скакаше и прыгайте плодовъ — П, 629.
Скелетъ бЕлый — I, 60.
Скерда — П, 301.
Складка листовая — I, 341.*
Складчатость — I, 341.
Складываше листьевъ — I, 331. 332.* 333 * 334 * 537.
Склеренхима — I, 727.
Склерот1й — I, 562. 583; П, 612*
Скол1я — II, 246.
Скоплете прицвЕтниковъ — II, 173.
Скопол1я — II, 287.
Скорд1я — П, 508.
Скрёбъ — II, 215.
Скрещивайте — II, 283. 299. 527. 555.
— однородное — II, 283. 300.
— помЕси съ однимъ изъ родителей— П, 526.
— разнородное — П, 283. 299.
Скручиваше листьевъ — I, 297. 340.
412.
— междоузлия — I, 412.*
— оси — I, 691.
Слабительныя острыя — П, 728.
Славка — П, 648.
Сланецъ кристаллически — II, 462.
— полировальный — I, 264.
Слива — I, 645; II, 73. 186. 710.
— голодная — II, 490.
— кокосовая — II, 711.
— манговая — II, 713.
— финиковая — II, 711.
Слизевые грибы — I, 105*
Сл!ян1е — I, 583; II, 527. 528.
Слоевище — I, 68. 78; II, 21.
СложноцвЕтныя — I, 397. 532; П, 301
СложноцвЕтныхъ окраска — П, 169.
Сложный галлъ — П, 506.
Сложныхъ листьевъ измЕнен!е — I,
533.*
Слой гимешальный — I, 502.
— годичный — I, 479. 720.
— отделяющей — I, 352.
— спороносный — I, 161.
Служба филлоксерная — II, 454.
СлЕдъ рубчиковый — II, 398.
— сЕмявходный — II, 398.
СлЕпецъ днемъ — II, 142*
— ночью — П, 144*.
Слюна кукушкина — I, 33.
Смачивайте водою плодовъ—П, 630.*
Смерть отъ мороза — I, 545.
Смирнове — II, 694.
Смоква индийская — I, 321; П, 269.
713.
Смоковница — I, 280; II, 91. 147. 713.
764.
— инд!йская — I, 713. 753.
— лазящая — I, 712.
— тропичесгая — I, 685. 709.*
Смола — I, 465. 466; П, 701.
— алоэ — II, 729.
Смолевка — II, 182. 199. 221. 474.
— безстебельная — П, 514.*
— ночная — II, 379.
— пониклая — II, 419.
Смолотеченте — П, 701.
Смолянка — II, 221.
Смородина — I, 100; П, 159. 400. 454.
648. 728.
— алыпйская — II, 281.
Смородины красной кисть — I, 741.*
Сморчокъ — I, 587.
— съедобный — II, 16*
СмЕна поколЕней — II, 555.
— покоя и деятельности — I, 656.
— размножетй и поколЕшй — II, 7. — способовъ размножешя — II, 422.
Смешанное соцветте — I, 742.*
Смешен1е — II, 528.
Снарядъ ловчей — I, 133*
— метательный — II, 607.*
Снасть — II, 695.
Сныть — II, 570.
СнЕгъ — I, 265.
— красный — I, 30.|
СнЕжный комъ — II, 173.
Собиратели света — I, 389.
Сова — П, 652.
Соединенте — I, 583; II, 527. 528.
—- белковое — I, 92.
Соединеше гуминовокислое — I, 99.
— клЕтокъ — I, 41.*
— клеточное тканевидное — I, 585. 586.
— органическое — I, 52. 113.
— сперматоплазмы и ооплазмы — IL 387.
— углерода — I, 456.
Сожительство у растешй съ животными — I, 453.
СоковмЕстилище — II, 159.
Сокращенте протоплазмы — I, 37. Сокъ — П, 23.
— камедистый — I, 323.
— кислый — I, 428.
— клеточный — I, 34. 39.
— млечный — I, 428; II, 220.
— (поднятае его) — I, 358.
— смолистый — I, 323.
— сырой питательный — I, 135. 269. Солнечникъ — I, 316.
Солноворотъ зимней — II, 739.
Солнце — центръ органич. жизни — I, 380.
Солнцецветникъ (солнцецвЕтъ) — I, 414; II, 93. 114. 116. 120. 154. 202. 268. 292. 385*
Соломина — I, 715.
Солончаковый — I, 261.
Соль — I, 60. 323.
— минеральная — I, 62.
— питательная — I, 54. 59. 60.
Сольданелла — I, 5021; II, 166. 183. 262. 313.
Сольфатара — I, 351.*
Сольштейнская цепь — I, 64.
Солянка — I, 67.
Солянка персидская — I, 648.
Сонъ растенгй — I, 536.
Сообщеше клетокъ — I, 42.
Сообщества маленыая — I, 246.
— особыми клетками — I, 476.
— питанЕя — I, 241.
— растительныя — II, 666. 675.
Соответств1е организацш — II, 549.
— роста и питашя — I, 498.
— формы и положешя листьевъ — I, 405.
Соплодае — П, 640*
— граба — II, 405*
Сопротивлеше стебля — I, 725. Сорвейра — I, 475.
Сорго — I, 557; II, 132.
СоредЕЯ — I, 246; II, 617.
Сорусъ папоротника — I, 389; П, 10.* Сосенка — I, 638; И, 471. 571.
Сосна — I, 425. 491. 662. 717.f 724;
280. 393. 409. 410. 411. 420. 492. 644. 686. 735. 772.
Сосна горная — I, 352; П, 133. 134.* 727. 735.
— итальянская — П, 543.
— калиф орнская — П, 455.
— лежачая — I, 493; II, 104.f
— мексиканская — П, 455.
Сосновая ветка — I, 22.
Соссюръ (физикъ) — I, 30; II, 187.
Сосудистопучковое влагалище — I, 472.*
Сосудистыя тайнобрачный — II, 62. 442.
Сосудъ — I, 14, 42. 472 *
— древесинный — I, 270.
— млечный — I, 474.
— точечный — I, 472.* Софора — I, 536; II, 25. Сохранение жизни — I, 266. Сочевичникъ — II, 177. 240. Сочетания — I, 587.
— изъ клЕточныхъ пластинокъ — I, 587.
— однородно сложныя — I, 587. СоцвЕтЁе — I, 635. 640 * 737; II, 169.
172.
— маленькое и большое — I, 743.
— (ось его) — П, 113.
— протейныхъ — II, 215.
— скученное — II, 301.
— сложноцветныхъ — II, 215.
— смешанное — I, 742.*
— центробежное — I, 738.* 740.* Соя — П, 706.
Спайка — И, 89.
Спаржа — I, 655; II, 277. 281. 708. — колючая — I, 432.
Спаржевый горохъ — I, 668; П, 709.
Спаржевый вьюпцяся — II, 92.
Спекуляции натурфилософовь — П, 439.
Сперматозоидъ — П, 44. 50.* 65. 435. 443*
Сперматоплазма — П, 43. 217. 381. 519. 525. 554.
Специфическая конститущя протоплазмы — П, 454.
Спираль — I, 398. 401.
Спирогира — I, 170. 391; П, 51. 559.
Спироиды — I, 144.
Спиртъ — П, 188.
Сплетевая — I, 587.
Спора — I, 73; П, 6, 7, 8, 18, 593.
— безполая — II, 448.*
— плесневаго гриба — I, 554.
— подвижная — I, 160; II, 16.
— сумчатая — П, 18.
— хвоща — И, 596*
Споранггй — I, 513; II, 9.
— папоротника — П, 10*
Споровместилище — П, 9, 594.* 595.* — плауновыхъ — II, 596.
— хвоща — П, 593.
Спороносецъ — I, 105.* 160; П, 52.*
Спорь образование — I, 510.*
Спорынья — I, 465; П, 611, 612* 616.
Способность избирательная растешй — I, 62.
— изменять положеше — I, 381.
— растешя выбирать вещества изъ почвы — I, 64.
— рыльца удерживать пыльцу — II 267.
Способъ сообщены органовъ съ зелеными клетками — I, 475.
Средиземная флора — II, 679. 684.
Среднеаз1атская флора — П, 679.
Средневековые рисунки цвётовь — П, 753.
Среднелистовой стебель — I, 658.
Средство бальзамическое — П, 727.
— вяжущее — П, 726.
— защиты семянъ — П, 413.
— приманки — II, 215.
— химическое — I, 51.
Сродства единицы свободныя — I, 457.
Срощенныя ножки тычинокъ — 1,642.
Стад1я роста и упадка — П, 675.
СтаминодЫ — I, 649.
Стапел1я — I, 320; И, 183.
Стволъ — I, 658. 714. 715. 717.
— деревянистый — I, 717.
— кустарный — I, 717.
— пальмовый — I, 684.*
— цикадей — I, 193.
Створки д!атомовыхъ — I, 73.
Стебель — I, 658.
— верхушечнолистовой — I, 737.
— волнистый (л!анъ) — I, 735.*
— вьюпцйся — I, 686.
— зародышевый — П, 395.
— лежачШ — I, 664.
— несупцй соцвейе — П, 169
— плавающей — I, 664. 669.
— ползуч!й — I, 666.
— почечный — I, 653.
— прямой — I, 713.
— распростертый — I, 668.
— стелющшся — I, 666.
— стержневой — I, 713.
— семянодольный — I, 652.
— цепляющшся — I, 694.
Стеблевой усикъ — I, 698.
Стеблевыхъ образованы форма — L 650.
Стеблей л!анъ разрезы — I, 481.* — разделеше — I, 650.
— сопротивлеше — I, 725.
Стекговенъ — II, 768.
Степень влажности воздуха — II, 468.
Степь (местообиташе) — П, 661.
Стержень — I, 738.
Стержневой корень — I, 757. Стеригма — I, 161*; П, 20. 593. Стерилизация — I, 554.
Стернберг1я — П, 347.
Стиль архитектонически — II, 756. — садовъ — II, 759.
Стираксъ — П, 725.
Стихотворешя наставительный — П, 786.
Стланецъ сосновый — I, 549*; II, 461.
Столбика сбрасываше — II, 272.
Столбикъ — I, 645.
— железистый — II, 338.
Столбовый корень — I, 753. 755*
Столовая гора — I, 300.
Столонъ — I, 666. 749; II, 569.
— подземный — II, 429.
Столь съ кар!атидами — II, 772.*
Странствоваше веществъ — I, 470.
видовъ — П, 664.
— различныхъ растешй — II, 553.
Страсбургеръ (ботаникъ) — II, 388.
Страстоцвета — II, 228.
Стремлеше веществъ къ месту потре- блен!я — I, 494.
— внутреннее — П, 559.
— къ превращешю — П, 559.
— совершенствоваться — II, 559.
Стрихнинъ — I, 456. 466; II, 732, Строеше корня — I, 759.
— протоплазмы — II, 458.
— волокнистое — I, 568.
— растешя — I, 51.
— ячеистое — 1,568
Строешя планъ — I, 565.
Строчокъ — I, 587; II, 16.*
Стручекъ — II, 402,* 403.
Стручковыя — II, 85.
Стрелка — 1,191. 717.
Стрелолиста—I, 90; II, 220. 468. 571. 777.
Стубай (см. Штубай, долина) — I, 58; П,550.
Ступни (лапти) — П, 695.
Стенная живопись Помпеи — П, 779.
Стенница — I, 126. 127. 627; II, 280. 288.
Стенокъ кл'Ьточныхъ увеличеше поверхности — I, 40.
Стеноподобные корни — I, 752.
Суберинъ — I, 302. 463.
Субстрата — I, 97. 115.
Суглинистая почва — I, 75.
Суданская флора — П, 679.
Сумахъ — II, 159. 280. 700.
— ядовитый — I, 491. 492.
Сумбулъ — II, 184.
Сумка — I, 160; П, 616.
— блюдцевыхъ грибовъ — П, 16.* Сумчатый галлъ — II, 497.
Сусакъ — I, 90; П, 71. 220. 278. 571.
Сухость — I, 265.
Сушеница альшйская — I. 309.*
Сушеныя части растешя, употребляе- мыя въ пищу — II, 716.
Сущность вида — П, 452.
Сущность безконечная — II, 453.
Сфацел1я — I, 461.*
Сферокристаллы — I, 461*
Сходство галла съ плодомъ — П, 519. — пыльцевой трубки — II, 380.
СцепленГе — I, 51.
Сцеплянка — I, 567; II, 49. 629.
Сьерра д* Эстрелла — I, 187.
Сьерра Невада — I, 241. 310.
Седашъ — П, 303.
Седло Муттенское — П, 548. семенодоля, см. семядоля. Семявместилище — II, 399. 403. Семя белены — П, 647.
— заразихъ — I, 196.
— кофе — I, 597.
— крылатое — II, 397.
— кувшинокъ — II, 632.
— листоватое — II, 638.
— льняное — I, 463.
— наперстянки — II, 647.
— орхидеи — II, 638. 643.*
— прилипающее — II, 650.
— проростающее — I, 501. 560. 596.* — пылеобразное — П, 638.
— разбрасываемое — П, 617. 618.* 621.
— ^спространеше его ветромъ —
Семя рогоза — I, 602*
— со скопляющей тканью — II, 396.* — съ крыловиднымъ отросткомъ — П, 397* 638.
— съ поверхностью шершавой и т. д. — I, 612.
— съ придаткомъ рубчиковымъ — II, 398* 649*
— сложноцветныхъ — П, 652.
— сосенъ — II, 639.
— табака — II, 647.
— хвойнаго П, 410.
— цитварное — II, 725.
семявходь — II, 77. 384. 387. 389.
Семядольное колено — I, 599. Семядольный стебель — I, 652. 658. Семядоля (семенодоля) — I, 10. 11* 176. 593. 595. 596* 618;* II, 395.
— алоэ — I, 603.
— банановъ — I, 603.
— водяного ореха — I, 606.
— двулопастная — I, 618.
— двураздельная — I, 618.
— ели — I, 619.
— иглицы — I, 603.
— камыша — I, 603.
— каннъ — I, 603.
— касатиковъ — I, 603.
— кладовая для пищи — I, 595.
— клена — I, 619.
— кокосовой пальмы — I, 597.
— нарцисса — I, 603.
— омелы — I, 619.
— освобождеше ея (изъ покрова) I, 608.
— пальмы — I. 603.
— плюща — I, 597.
— подснежника — I, 603.
— пятилопастная — I, 618.
— ремнецветника — I, 619.
— розы ресничатая — I, 619.
— сосны — I, 619.
— трехлопастная — I, 618.
— усаженная волосками — I, 619.
— финиковой пальмы — I, 597.
— четырехлопастная — I, 618.
Семянка — II, 400.
— когтеобразная — П, 654. Семяножка — П, 77. 387. Семяносецъ — II, 387. Семяпостоянныя — II, 553. Семяпочка — I, 645; II, 68. 70* 74* 77. 78* 80. 385* 388
— анатропная — П, 771
— атропная — И, 77.
— изогнутая — П, 77.
— кампилотропная — II, 77.
— обратная — II, 77.
— прямая — П, 77.
Сено — II, 721.
сера — I, 60.
Сероводородъ — I, 92.
Сетка водяная — I, 36. 572; П, 20. 21. 22. 448.
Сетчатобежное распределеше тяжей — I, 626* 627. 628.
Сеянецъ — I, 79. 80. 185.
— капуцина — I, 602.*
— лука — I, 596.*
— осоки — I, 602.*
Сэтм1ёлкъ лапландцевъ — I, 140.
Табаго (островъ) — II, 719.
Табакъ — I, 349; П, 199. 340. 542. 719. 731.
Таволга — I, 354. 663. 676; II, 186. 308. 671.
— вязолистная — I, 677.
— козлобородная — П, 282.
Таврискъ — П, 703.
Тавръ — I, 335; П, 178.
Таевка — П, 695.
Тайно брачныя — П, 45. 442.
ТаксодЫ — I, 723.
Таллид1я — П, 6. 7. 19* 20* 21. 448.
Тальникъ — I, 722.
— серый — И, 481.
Тамар индъ — П, 712 *
Тамарискъ — I, 196. 235; П, 32. 593. 671. 762. 764.
Таннинъ — I, 466. 512; П, 700. 726. Тарелковый цветокъ — I, 637.
Тасманская флора — П, 679.
Тарро — II, 707.
Татарникъ — I, 453. 454; П, 277. 282. 429. 490. 525. 549. 645.
— полевой — II, 570.
Тацеты — II, 742.
Теглатпилезесъ (ассиршск!й царь) — II, 746.
Теинъ — II, 718.
Тексасская флора — П, 679.
Тексасъ (Техасъ) — I, 329; II, 147.181. 679.
Телейтоспора — П, 488. 490.
Телек1я — II, 177.
Телемаркенъ — II, 436.
Тель - эль - Амарнъ въ Египта — П, 747*
Температура почвы зимою — I, 548.
Тенденщя къ дифференцировка — II. 559.
Теор1я естественнаго отбора Дарвина — II, 562.
— принятая пищи — I, 51.
— приспособления — II, 556.
— Сакса о передач^ воды — I, 271.
— совершенствования — П, 557.
Теофрастъ — L 5. 6. 8. 311. 443; П, 739.
Теплота подземныхъ частей растешя — I, 501.
— услов!е роста — I, 517. 518.
Термины и термино л ог!я — I, 19.
Терновникъ — I, 443. 490. 523; II, 160. 188. 490. 497.
Терпентинъ — П, 727.
Терр1оки (близь Петербурга) — П, 140.
Тетеревъ — П, 537.
Тетрада — II, 91. *
Техасъ, см. Тексасъ.
Техническ1я растешя — П, 693.
Тибуръ (близъ Рима) — II, 751.
Тилляндс1я — I, 119.
Тимирязевъ (ботаникъ) — II, 65.
Тимьянъ (тим!анъ) — I, 185. 644; II, 93. 416. 715. 729.
Тина — II, 670.
Тирозинъ — I, 92. 462.
Тироль — I, 245.
Тирсъ — П, 745. 777.
Тиссовыя — П, 410.
Тиссъ — I, 63. 723; II, 135* 282. 412. 513.* 514. 693. 735.
Тихоокеанская флора — II, 679.
Тищанъ — II, 784.
Тканебйжные тяжи — I, 632.
Ткань — II, 395.
— водная — I, 322.
— водяная — I, 355. 357. 368.
— воздухоносная — I, 496.
— губчатая — I, 279*
— клеточная — I, 27.
— колленхимная — I, 237.
— образовательная — I, 579.
— постоянная I, 579.
— скопляющая — I, 596.
— хлорофиллоносная — I, 375.
Тля еловая — II, 435.
— (ея старая матка) — II, 509.
— травяная — II, 435.
Тминъ — II, 400, 716, 729.
Тождественность внутренняя — 1,12.
Токъ испарительный — I, 275.
— электрически — I, 148.
Толокнянка — I, 493, 666; II, 163, 227* 261. 269.
Толстореберникъ — II, 307.
Толстопрядка — II, 695.
Толстянковыя — I, 408; II, 36. 224.
Тонкостйнныхъ клйтокъ отдйлеше— I, 353.
Тополевая помесь — II, 546.
Тополь — I, 207. 399.718; П, 124.136. 282. 398. 490. 642. 693. 722.
— пир амид альный — I, 629; П, 498*
— серебристый — I, 248 * 308. 345. 490. 491. 723; П, 496.
— черный — П, 494.
Торфъ — I, 265.
~ губчатый — I, 154.
Торфяникъ — I, 96. 109. 266.
Торъ (цветоложе) I, 744.
Тофьельд1я сйверная — I, 108.
Трава — I, 715.
— бразильская — II, 312.
— волосовая — II, 187.
— волосяная — II, 652.
— воксовая — II, 263.
— (травка) заячья — II, 188.
— ложечная — I, 544.
— морская — I, 669.
— мыльная — II, 142.
— тростниковая — I, 289.
— хрустальная — I, 322; II, 175.|441. 630.
— щетина — I, 430.
— эскулапова — II, 246.
Травникъ — I, 5. 6.
Трагантъ — I, 315. 454. 464; II, 725.
— низше йолукустарные — I, -446. 449.
Трагусъ (Бокъ, средневйковой ботаникъ) — II, 578. 723. 780.
Традескашця (традескантая) — I. 524;
П, 157. 202. 290.
Трайзенская долина — II, 179.
Трахеи и трахеиды — I, 270.
Трахитъ — I, 75.
Трепелъ — I, 264.
Трефы (масть) — П, 779.
Трибулаунъ (вершина горы) — П, 766.
Трилистникъ — П, 776.* 777. 779.
Трипелъ — I, 264.
Трихина — II, 729.
Трихогина — II, 50.* 56.
Трихома — I, 306.
Тр1анонъ (близъ Парижа) — П, 762.
Тр1остникъ — II, 296.
Тр1остренникъ — I, 648;* II, 126.
Тройственная помесь — II, 526.
Тройцынъ день — II, 744.
Тропическ1я орхидныя — II, 768.
Тростниковый злакъ — П, 672.
Тростникъ — I, 62. 423. 424. 463* 732;
П, 91. 570. 670. 694.
— на Дунай — I, 423.|
— сахарный — I, 732; II, 705.
— цвйтущтй — I, 464; II, 399.
— ЮЖНЫЙ — П, 29.
Тресть — I, 715.
Труба дерево — I, 487.
Трубадуръ — II, 753.
Трубка млечная — I, 474*
— нечленистая и членистая — I, 474.
— пыльцевая — П, 388.*
— сердцевинная — I, 472*
— ситовидная — I, 41. 42. 472.* 483.
Трубчатая корка — I, 722.
Трубчатый цвйтокъ — I, 637.
Трутовикъ — I, 92; II, 457.
— березовый — I, 167.
— желтый — I, 167.
Трутъ — II, 732.
Трухлявость древесины — I, 513.
Трюфель — II, 613.
Трясунка — П, 132.
Туйя см. туя.
Тутовое дерево — П, 87.
Тутъ красильный — II, 24.
Тургесценщя — I, 272. 468.
Тургоръ — I, 53. 272. 337. 516. 608.
Турча — П, 220.
Турщя — II, 704.
Туя — I, 319. 410. 514. 519.
Тыква — I, 505. 534. 607. 608*; П, 171 709.
— бутылочная — П, 422.
Тыквенныя — I, 698. 703.
Тысячелистники — II, 172. 516. 569.
— бйлый — I, 309.
Тычинка - I, 12. 591. 637. 641*; II, 84. 169.
— дуговидная — I, 644.
Тычинокъ движете — П, 238.
Тйло бйлковое — II, 395.
— газообразное — I, 51.
— клйточное — I, 26.
— нитевидное — I, 584.
— твердое — I, 51.
Тйлорйзъ — I, 62. 750.
Тйльца Мюллер о вы — I, 450* — хлорофилльныя — I, 371. 382.
Тйнистая пальма — I, 743. 744* Тэтм1елкъ лапландцевъ — I, 140. Тюльпанное дерево — I, 491. 593. 634.
644; II, 24. 71.118.
Тюльпанъ — I, 312. 563. 621. 638. 644;
92. 114. 115. 161. 189. 199. 206.
227* 228. 273. 290. 472. 523. 534.
765. 767. 769.
— попугай — II, 765.
Тюре (ботаникъ) I, 47.
Тяжи — I, 587.
— клйтокъ — I, 478.
Тяжи различной формы, распредй- » лете ихъ и пр. — I, 625, 626.* 627. 628. 629. 630. 632.
Ублюдокъ — П, 541.
Увеличен1е поверхности листа — I, 283.
Углеводородъ — I, 457.
Углеводъ — I, 54. 379. 460. 499.
— (его образовате) 1,499.
Углекислота — I, 53. 54. 63. 232. 379.
466.
Углерода двуокись — I, 53. 92.
Углеродъ центръ орган, соединешй — I, 456.
Углублеше — I, 291.
Уголь бурый — I, 266.
— каменный — I, 266.
Удалете зачатковъ и его роль — П, 424.
Удлинен1е черещковъ — I, 414.
Удлиненный побйгъ — I, 661.
У душители — I, 157.* 708.
Уединеше цвйтовъ водою — II, 220.
Ужовникъ — I, 284; II, 25, 220.
Узелъ стеблевой — I, 395.
Узловатый корень — I, 757.
— стебель — I, 283.
Узлоногъ — I, 283.
Укорачиваше — П, 85. 515.
— оси — П, 515.
Укороченный стебель — I, 661.
Украшешя лйпныя — II, 771.*
Укропъ — I, 415; II, 715.
Укрйплете плодовъ — I, 613.
Уксусное дерево — I, 487. 491. 492.
747; П, 182.
Уксусъ — П, 706.
Улиссъ (Одиссей, греческ. имя) — II, 787.
Ульва — I, 69. 99; П, 615.
Уменьшен1е свйта при прохождении черезъ воду — П, 471.
Унаби — II, 711.
Унгеръ (ботаникъ) — I, 13. 23;
4.
Уничтожение клйточныхъ стйнокъ —
43.
— перегородокъ — I, 485.
Употреблеше органовъ — II, 556.
Урна — I, 129; II, 149.
Урноносцы — I, 125.*
Урнообразныя ловушки — I, 128.
Уруть — I, 262. 421. 736*
Усики разные — I, 694. 695. 696. 697.* 698* 699. 700. 703. 704*
Усилеше окисления углеводовъ — I, 379.
Услов1я роста — I, 515.
Устьица — I, 56. 69. 279. 301. 364.
577.
— водяныя — I, 225. 226.
— въ бороздкахъ — I, 293.
— въ утлублен!яхъ — I, 292.
— на верхней поверхности листа —
287. 288 *
— протейнаго — I, 291.*
— скрытыя — I, 294.
Утолщеше — I, 40.
— корня лиственницы — I, 519.*
Утрикуляр1я — I, 117.*
Ухо золотистое медвйжье — II, 461.
Участокъ (полый) листового черешка — I, 130.
Учете Гете о метаморфозй — I, 591.
Учете о „знамешяхъ“ — I, 4.
Фантаз!я ивследователя — I, 17.
Фармакопея — П, 723.
Фармакополь — I, 4.
Фасоль — I, 333. 557; П, 706. 709.
Фасц!ащя — П, 516.
Фауста — I, 591.
Фенкель (фенхель) — I, 415; II, 308. 400. 717. 729.
Фбнъ (ветеръ) — I, 308.
Фермента — I, 140. 469.
— неорганизованный — I, 440.
Фибринъ — I, 462.
Фига — I, 544; П, 148. 149. 772.
Фиговое дерево — I, 634.
Физ1оном1я дерева — I, 717.
Физостигминъ — II, 732.
Фикофеинъ — I, 465.
Фикоц1анъ — I, 465.
Фикоэритринъ — I, 380. 389. 465.
Филемонъ — П, 742.
Филиппинские острова — I, 172.
Филлодгй — 1, 292. 329. 393.
Филлоклад1й — I, 327.* 329. 393. 750;
П, 11. 35. 62.
Филлоксера — П, 454.
Филлоксерный комитета — II, 454.
Финик1йск1й садъ — П, 746.
Финиковая пальма — I, 604. 731.
Финикъ — I, 599.
— семя его — I, 602* Финляндая — П, 436. Фирнъ — I, 502.
Фисташка — I, 605. 675; П, 129.
498*
Фисташковое дерево — 1, 487.
Фитоптоцецид1я — П, 493.
Ф1алка — I, 87. 109. 563; П, 73. 90. 93.
187. 263. 403. 543. 547. 623. 744. 745. 767. 789.
— (апогам!я ея) — П, 366.
— безстебельная — II, 365.
— двуцветковая — I, 83.
— душистая — П, 373.
— желтая — П, 183.
— ночная — П, 206.
— полевая — I, 557; П, 69* 265* 267. 365.
— стебленосная — II, 620.
— трехцветная — I, 288. 532. 533.* II, 92. 175. 729.
— чудесная — II, 365.
— шпористая — II, 179.
Ф1алковый камень — П, 633.| Флоксъ — И, 188.
Флора — I, 7. П, 679. 744. 745.
— капской области — I, 300.
Флорида (въ Сев. Америке) — 1,124. 146; П, 54. 147. 447.
Флористическая карта Аветро-Венгрш — II, 683. j*
Флоръ существующихъ перечислеше П, 679.
Флотирующ1я растевая — I, .673.
Флюоресценция — I, 372. 380. 389.
— эритрофилла — I, 389.
Фонтиналш — П, 744.
Фольдерталь (въ Тироле) — I, 95.
Форма корней — I, 748.
— листьевъ — I, 591.
— основная — II, 782.
— переходная — П, 545.
— растительная — I, 582.
— стеблей — I, 650.
— семени — I, 610.
— хлыстообразная — I, 584.
Формащя растительная — П, 676.
Формировашя процессъ — I, 581. Формоза — I, 54. 460.
Формы новой образовало — П, 522. — чувство — I, 717.
Форстеръ (ботаникъ) — I, 189.
Фосфоръ — I, 60.
Франкешя — I, 235.
Францъ Унгеръ (см. Унгеръ) — П,
Фриганск1е кустарники — 1, 311.
Фторъ — I, 61.
Фуксъ (т. н. „отецъ ботаники") — П, 723.
Фукусъ (его оплодотворете) — П, 47.
Фушпя — I, 87; П, 233. 392. 419.
Функц1я мозговая корня — I, 770.
Халаза — П, 387.
Халазогамтя — II, 384. 389.
Халцидш — П, 147. 148.
Хамэдоры — I, 603.
Хвойниковыя — I, 714; П, 409.
Хвойникъ — I, 291. 325; II, 282. 413.
Хвойныя — I, 400. 432; П, 124. 545.
693.
Хворостина — I, 717.
Хвоста водяной — I, 588.
— волосистый — П, 642.
Хвощъ — I, 60. 323. 375. 655; П, 12.* 62. 63. 445. 571. 670. 672.
— каламита — II, 690.
Хельмосъ (островъ) — П, 663.
Хининъ — I, 466; II, 734.
Хинхоксо (станщя въ Китай) — I, 555.
Хира-таке — П, 709.
Хитрцд1евые грибы — I, 170. 171.
Хлопушка — П, 142. 199.
Хлопчатникъ — П, 398. 642. 695.
Хлорофиллъ — I, 23.f 60. 371. 372. 375.
377. 380. 382. 465.
Хлйба проростате — П, 426.
Хлйбное дерево — I, 418; II, 713.
Хмелеграбъ (хмйлеграбъ) — I, 342. 628; П, 404. 640.
Хмель, см. хмель.
Хмель — I, 640. 687. 690; П, 133. 173.
282. 296. 436. 639. 708. 716. 726.
— альп!йск1й — II, 167. 168.
— боровой —I, 674. 696. 697. 699. 733* 734; П, 325.
— вьюпцйся — I, 692* — лесной см. боровой.
Ходульные корни — I, 753. 754* 755*
Ходы межклетные — I, 26 * Хозяева-растешя — I, 158. Хозяйство порослевое — II, 33.
Холера — I, 164.
Холмы (какъ местообиташе) — П, 661.
Хороги (японск!е) — I, 707.
Хохлатка — I, 282. 283. 551. 619. 622.
657; П, 166. 188. 253. 377.
— желтая — П, 92.
— полая — П, 377.
Хохолокъ — II, 404.
Хохолъ — I, 636.
Храмъ въ Филахъ (Египетъ) — П, 779.
Хризобалановыхъ рыльце — I, 647.
Хризантемы — II, 522.
Хризарабинъ — II, 729.
Хрустальная трава, см. трава хрустальная.
Хренъ — II, 715 * 730.
— собачхй — II, 715.
Хурма — П, 277.
Цапфа — II, 777.
Царица ночи — I, 706; П, 199|.
Царск1й венецъ — I, 621; П, 41. 86. 163. 208. 279. 313.
Царство флористическое — II, 678.
Цветенье (вторичное) — П, 563.
— его начало у ивъ — П, 532.
— продолжительность — II, 201.
Цветень — П, 82. 83.
— его клетки — П, 94.* 95.*
— (его высыпаше) — П, 83.* 261.* 262*
Цветень бруноновыхъ — П, 87.
— гоод1ешевыхъ — П, 87.
— мотыльковыхъ — П, 87.
— размеры его — П, 91.
— ф!алки — П, 87.
Цвйтокъ — I, 11* 442. 635; II, 640.* — асингамическ!й — П, 475.
— валерьяны — II, 163.*
— галлъ — П, 150.
— гетеростильный — П, 347. 375.
— двугубый — I, 637.
— двуполый — П, 276.
— деревянный — П, 773.
— длинностолбиковый — П, 369. 375.
Цветокъ женстй (см. плодущш).
— журавельника — П, 114.*
— зигоморфный — П, 238.
— изнанка его — П, 136.
— искусственный — II, 769.
— каменоломки позеленевпйй — I, 639*
— клейстогамный — П, 363. 370. 379.
— колесовидный — I, 637.
— колокольчатый — I, 637.
— колокольчика — II, 114.*
— королевсгай — П, 683.f
— короставника — П, 114.*
— короткостолбиковый — П, 369. 375.
— крупнййш!й въ м1рй — I, 200; П, 170.
— кувшинчатый — I, 637.
— лавра — П, 117.
— липы — П, 734 *
— лиственницы — П, 410.
— ложнообоеполый — П, 276. 294.
— лучевидный — II, 214.
— манжетки — II, 117.
— маскированный — I, 637.
— махровый — I, 639; П, 430. 515.
— мужской (см. тычиночный).
— неправильный — П, 214.
— обоеполый — П, 274. 375.
— однодневка — II, 333.
— однополый — II, 276.
— осенника — П, 347.
— плодупцй П, 276. 410.
дуба — П, 280*
хвойнаго — П, 412.*
— позеленевппй — I, 639.*
— протерандричный — II, 302.
— протерогиничный — II, 371.
— съ направ. кверху устьемъ — II, 214.
— револьверный — П, 237. 359.
— тычиночный — П, 276. 280*
— уединеше его водою — П, 220.
— эпиниктическ!й — II, 200.
— эфемерный — П, 200.
— язычковый — П, 301.
Цветоложе (торъ, цветочное ложе) I, 737. 744. 745*; П, 68. 405.
— колесовидное — I, 744.
— формы его — П, 68. 73.
Цветоножка — П, 169.
Цветочное дно — II, 196.
Цветочные часы Линнея — П, 203.
Цвета (окраска) растен!й — П, 180. 182.
— мускатный — II, 729.
— осенней листвы — I, 489. 491.+ — очный — П, 395. 403.
Цезальпинъ (ботаникъ) — I, 9.
Цезарь — II, 749.
Цейлонъ — I, 172. 220.
Цекрошя — I, 409. 451. 634. 663.
Целлюлеза — I, 39. 271. 440. 462. 574.
Центифольная роза — I, 544.
Центростремительное направлеше — I, 87.
Центръ притягательный — I, 66.
Церера (богиня) — П, 702.
Цецидая — П, 493.
Цикада пенистая — П, 509.
Цикадея — И, 282.
Цикадовыя — II, 662.f
Циклопъ одноглазый — I, 119.
Цикор1й полевой — II, 736.
Циншя — П, 176.
Цирцея (богиня) — П, 787.
Цистозира (водоросль) — I, 69.
Цитоплазма — II, 459.
Щановыя (водоросли) — I, 262.
Цмины — I, 312.
Цйломудренникъ — П 29.
Цепк1й плодъ — П, 653.|
Цйпляющшся многолетникъ — I, 734.
— стебель — I, 694.
Цель изследовашя ботаники — I, 15. — круговыхъ движешй — I, 690.
Чабрей (чабрецъ, чаберъ) — I, 392; П, 454. 478. 514. 715. 731.
Чабрецъ-тишанъ — П, 731.
Чай - П, 718. 727.
— луговой — 1, 667.
— черный — II, 719.
Частица — I, 61.
Частицы воздуха д!аметръ — I, 569.
— движете колебательное — I, 51. Частуха — I, 90; П, 220.
Часы цветочные Линнея — П, 203.
Чаша водяная ворсянки — I, 239.*
Чаша среди листьевъ — I, 238.
Чаша таллид!ева — П, 19*,
Чашелистикъ —- I, 637; П, 163. 239.
Чашечка — I, 11, 637; П, 404.
Чешуя кроющая — П, 411.
— плодовая — П, 411.
Чемерица — I, 88. 429; П, 279. 732.
Червиньяно (георг.) — П, 7о4.
Червь струнецъ — П, 493.
Червячки Ивановы (светляки) — L 387.
Чередовала поколМй — П, 446.
— мховъ — П, 445.* 446.*
— сапролегнхевыхъ — П, 448*
Черемуха — 1, 490. 491; П, 113. 188. 490. 497. 501.
Черемша — I, 283. 348. 657.
Черенокъ — I, 211.
Черешка полый участокъ — I, 130. — удлиннеше — I, 414.
Черешковый усикъ — I, 696. 697.*
Черешня — I, 341* 342. 487. 523; П, 180. 400. 710.
Черешокъ — I, 592.
— листовой — I, 634.
— листьевъ чинара — I, 354.
Черная шелковица — П, 480.
Черника — I, 88. 248. 249. 350; П, 84. 161. 269. 712.
Черноголовникъ — П, 133. 277. 494.
Чернокудренникъ — II, 416.
Чернушка — П, 164. 329.
Чертополохъ — I, 434. 436 * 453; П, 118. 225. 669. 672. 723. 776*. 777.
Чеснокъ — I, 604; П, 41. 161.
Четверки (кл-Ьтокъ пыльцы) — П, 91.
Чехликъ корневой — I, 577. 760.
Чечевица — I, 555. 697; П, 378.
706.
Чечевичка — I, 230.
Чешуйка кроющая — I, 526.
— пленчатая — I, 391. 593.
Чешуйникъ — П, 121. 180. 259.
310.
Чешуйчатая корка — I, 722, Чешуя луковичная — I, 591. Чили (въ Юж. Америк^) — I,172.191;
П, 181.
Чилибуха — I, 41.*
Чилига — I, 203.
Чина — I, 634. 711; П, 240.
— клубненосная — II, 615.
— чечевичная — I, 697.
Чинаръ (платанъ) — I, 84. 351. 411. 629. 722. 724; П, 136. 690. 693.
— западный — I, 491.
Число растительныхъ видовъ — П, 692.
Чистецъ — П, 331. 734.
ЧистотЬлъ — I, 254. 474. 475; П, 73. 301. 398. 723. 732.
Чистоустъ — П, 444.
Чистякъ — I, 653; П, 168. 432.
Члены сочетан!я — I, 587.
Чортовы яблоки — П, 710.
Чубушникъ — I, 677.
Чувствительность росянки — 1,143.
Чувство „формы44 — I, 5. 717.
Чужеядецъ — 1,155.
Чужеядныя — I, 155.
— корни — I, 752.
Чума водяная — П, 428.
Чутье у животныхъ — П, 194.
Шалфей — I, 22* 427. 612. 641. 644;
93. 174. 182. 265. 286. 366. 715. 727. 752.
— липк!й — П, 249. 250.
— луговой — II, 715.
— полевой — П, 250.
Шампин1онъ — П, 709.
Шарль-дель-Эклюзъ — I, 6.
Шартрёзъ (ликеръ) — П, 706.
Шафранъ — I, 312. 340. 425. 621; П, 93. 188. 206. 265* 269. 312. 373. 699. 729. 744.
— весеншй — П, 373. 472.
Шварцвальдъ (геогр.) — П, 552.
Швейнищя — I, 593.
Швейцартя — П, 723.
Шейбсъ (геогр., Нижняя Австр1я) — П, 615.
Шекспиръ (поэтъ) — П, 789.
Шелковица — I, 415; П, 124.
— бумажная — П, 128*. 139. 282.480. 698*
японская — I, 413.*
— б^лая — П, 722.
— черная — П, 480. 711. 728. 764.
Шелкъ растительный — II, 695.
Шенбрунъ (близъ В^ны) — П, 757.* Шестерная помесь — П, 527.
Шеффель (поэтъ) — П, 791.
Шиле-таке — П, 709.
Шиповника плоды — П, 415.
Шиповникъ — I, 676; П, 711.
Шипикъ (цветневой) — П, 266.
Шипъ — I, 431. 436. 679; II, 414.
— крючковатый — П, 654.
Шифнеръ (ботаникъ) — I, 119.*
Шишка — П, 412.
— деревянистая — П, 412.
— кипариса — П, 411*
— мясистая — II, 412.
— пихты европейской — П, 410.*
— сосны — П, 776* 777.
— туи — I, 192.
— цикадовыхъ — I, 192.
Шишковидныя — П, 523.
Школа натурфилософовъ — I, 189.
Шлемовникъ — I, 644.
Шляпки ткань — I, 502.
Шмель — II, 211. 245.
— вымазывающейся пыльцею — П, 235.
Шнебергъ (геогр.) — II, 687.
Шнитшпанъ — II, 536.
Шовъ — П, 77.
Шоколадъ — П, 718.
Шоттъ — I, 187; П, 768.
Шпажникъ — I, 621; П, 162. 167. 265. 269. 286. 523. 764.
Шпалерные кусты — I, 675.
Шпалеры изъ обр-йзковъ — П, 33.
Шпать полевой — П, 462.
Шпинатъ — I, 557; II, 708. 752.
Шпицбергенъ — II, 690. 691.
Шпора королевская — П, 788.
Шпорецъ — П, 164. 213.*
Штрудель (источникъ въ Карлсбад^)— I, 554.
Штапфъ (ботаникъ) — I, 432.
Штейнахергохъ (гора) — П, 691.
Штральзундъ (геогр.) — П, 434.
Штубай (см. Стубай) — I, 58; П, 550.
Щавелевокислой извести друзы — I, 461.* 569.
Щавель — I, 487. 628; П, 73. 80. 126. 133. 277. 280. 282. 294. 554.
— высокгй — П, 298.
— заячгй — П, 619.
— малый — П, 25.
Щебень моренный — П, 689.
Щель водяная — I, 362. 363* 364.* 486.
— корки — I, 463.
— поперечная — II, 85.
— продольная — П, 85.
Щетинка — I, 436. 439. 680.
— колючая — П, 414. 439.
— крючковатая — П, 613. 654.
— липкая — П, 223.*
— острая — I, 118.
Щетинникъ — П, 132.
Щетка столбиковая — П, 240.
Щипцы разсйеваюпце — П, 258.
Щитовидные листья — I, 629.
Щитокъ — I, 602. 740.
— пшеничнаго зерна — I, 596.* Щучка — П, 132.
Эбонитъ — П, 702.
Эвердингенъ (художникъ) — П, 784. Эвкалиптовый лйсъ — I, 426. Эвкалиптъ — I, 718. 721.* Эвкалиптъ австралгйскгй — I, 722. Эдельвейсъ (сушеница)—!, 309 * 345;
П, 279. 686.
Эдогонгй (водоросль) — I, 170; П, 15.*
Эйглена (инфузор!я) — I, 97. 99. 171.
Эйкалиптъ, см. эвкалиптъ. Экзантема — I, 164.
Экзина — И, 94.
Экзосмосъ — I, 52.
Экзотещй — П, 87.
Эклюзъ, Шарль дель — I, 6. Экспедиция „Веги44 — I, 547. Эксцентричность земная — П, 690.
Элементъ — I, 51. г
— четырехатомный — I, 456. Эльбурсъ (горная ц^пь) — I, 335. Эльзасъ (геогр.) — П, 723.
Эльфенблестеръ (болезнь) — П, 564. Эльфовы кольца — П, 564.
Элятеры (пружинки) — I, 253* Эмбол1я — I, 485.
Эмбр1опластъ — П, 389.* 396. 408. 421.
Эмульзинъ — I, 469.
Энглеръ (ботаникъ — его система) — П, 67.
Эндив1й — П, 708.
Эндосмозъ — I, 52.
Эндоспермъ — I, 595; П, 395. 396. Эпдотец1й — П, 87.
Энерг1я движетя (кинетическая) — I, 378.
— положетя (потенциальная) — I, 267. 378. 394.
— тепловая связанная — I, 378. Энзима — I, 440. 468. 469; II, 518. Энцелеръ (напитокъ) — П, 706. Эпакридовыя — П, 91. Эпиниктическ1е цв^ты — П, 200. Эпиплазма — П, 94.
Эпитема — I» 363*
Эпифиты — I, 50. 68. 112. 219. 240. 250. 611. 722*
— (корни ихъ) — I, 769.
Эрготинъ (изъ спорыньи) — П, 732. Эри (озеро въ С. Америк-Ь) — I, 491.
Эрика — I, 248.
Эритринъ — I, 431.
Эритрофилла флюоресценция — I, 389.
Эрлафъ (долина въ Австрш) — П, 615.
Эросъ (богъ любви) — П, 741. Эспарцет! — I, 557; П, 240.
Этал1й — I, 105* 159. 457. 568. 584;
П, 457.
Эфедра — I, 291.
Эфемерный цв^токь — П, 200. Эширныя масла — П, 700.
Эцид1й — П, 21. 593.
Эчъ (р^ка въ Италш) — П, 685. Эшевер1я — П, 38.
Южная Фрашця — I, 300.
Южноамериканская флора — П, 679. Южноарав1йская флора — П, 679. Юкка — П, 147. 182. 207. 372.
Юнгхунъ (географъ) — I, 189.
Ююба — П, 711.
Яблоко — П, 710. 728.
— адамово — П, 712.
— галловое — П, 493.*
— розовое — П, 713.
— таит!йское — П, 713.
— чортово — П, 710.
Яблоня — I, 84. 563; П, 73. 197. 895. 406. 764. 777.
— (зачатокъ ея плода) — П, 70.* Яборанда — П, 732.
Ява (островъ) — I, 172. 189. 190. 192. 273.
Явнобрачныхъ плоды и ихъ зачатки-
65. 69* 70.* 74*
Явнобрачныя — П, 45.
Яворъ — I, 304; П, 277.
Ягель (лишайникъ) — I, 243.
Ягода — П, «00. 711.
— белладонны — П, 647.
— киковая — И, 511. 514.
— можевеловая — П, 412.
— тутовая — П, 407.
Ядро — П, 68. 77.
— бензольное — П, 185.
— генеративное — П, 396.
— клеточное — I, 39. 44.
— (его изм^нешя) — I, 578.*
— мужское — П, 390.
— полярное — П, 395.
— — верхнее и нижнее — П, 389*
— расщеплете его — 1, 44.
— семяпочки — П, 388.
— яйца — П, 390.
— яйцевое — П, 525.
Яды специфически — I, 428. 429.
Язва сибирская — I, 164.
Язвенникъ — I, 250.
Языкъ ботаническ!й — I, 7. 19.
Яичко — I, 645.
Яйцеклетка — II, 389.
Яйцо — П, 389.
— оплодотворенное — П, 7.
Якорецъ — I, 668.
Якутскъ — I, 544.
Ялаппа — П, 729.
Ялта (городъ въ Крыму) — I, 512.
Яма ловчая — I, 121*
Ямочка — I, 231.
— рубчиковая — П, 398.
Янусъ (богъ) — П, 744.
Ярусъ конгер!евый (геолопя) — П, 688.
Ярутка — П, 177.
— алыпйская — I, 407.*
Ясень — I, 83. 233 * 237. 350. 396. 411. 623. 637. 723; 129* 139. 186. 294. 498. 517. 693.
— китайскгй — I, 354.
— цветулцй — II, 277.
Ясеня корневая коса — I, 751.
Ясколка — П, 114. 627.
—1 крупноплодная — II, 419.
Ясменникъ, ясминникъ — I, 390. 454. 551. 634. 638. 679. 732; II, 184. 186. 187. 195. 278. 308. 502. 509. 569. 789. 790.|
Ястребинка — I, 287. 493. 524. 665. 667; П, 301. 497. 508.
Ятрышникъ — П, 243.
Ячмень — П, 702.
Ящикъ австрал1йск!й (комнатная теплица) — И, 768.
Оеофрастъ, см. Теофрасть.
Указатель латинснихъ назвали.
Крестикъ (|) посл-Ь цифры указываешь на таблицу, звездочка (*) на рисунокъ въ текста.
Abies Canadensis — П, 700.
- excelsa — I, 53L 559. 641* 723. 724; II, 373. 509.
— orientalis — I, 618.*
- pectinata — I, 724; II, 410 * 411. 489. 492.
Abietaceae — П, 409. 410. 41L Abronia — I, 619.
Abrus precatorius — I, 536.
Abutilon — II, 286.
— Avicennae — II, 330.
Acacia — I, 643; II, 25.
-- Abyssinica — II, 701.
— arabica — II, 700.
— armata — I, 329.
— Caffra — I, 196.
— Capensis — I, 196.
— cornigera — I, 449. 450.* 452..
— cultrata — I, 329."
— decipiens — I, 329.
— falcata — I, 329.
— Farnesiana — II, 700.
— Katechu — II, 700, 727.
— lacerans — I, 681.
— longifolia — I, 329.
Melanoxylon — I, 329.
myrtifoha — I, 329.
— Nilotica — II, 700. 70L 745.
pteridifolia — I, 681.
— Senegal — II, 701.
— vera — II, 764.
— Verek — II, 701.
Acalypha — I, 641.* 644.
Acanthaceae — II, 621.
Acantholimon — I, 232. 233. 432.
— Senganense — I, 232, 234.* Acanthophyllum — I, 432.
Acanthorrhiza — I, 431.
— aculeata — I, 82.
Acanthosycios horrida — I, 432. 449. 450*
Acanthus — I, 347. 434; II, 106. 176. 228. 286. 617. 623. 750. 774.
— longifolius — II, 260. 261.*
— mollis — I, 168; II, 260. 617. 62L* 622. 623. 764. 773* 774.
— spinosissimus — I, 434. 437.*
— spinosus — II, 260.
Acarospora — II, 673.
Acarus — I, 120.
Acer — II, 182. 497. 547.
— campestre — II, 494.
— Monspessulanum — П, 637.* 638.
— platanoides — I, 10 * 409 * 410,* 411. 414. 626* 629; II, 280. 481.
— Pseudoplatanus — I, 304; II, 277. 280.
— rubrum — I, 492.
— saccharinum — II, 705.
— Tataricum — I, 629.
Acer as — II, 546.
Acetabularia — I. 583 (ацетабулярш).
Achenium — II, 400.
Achillea — II, 172. 548. 569.
— Clavennae — I, 309.
— clypeolata —- I, 331.
Achillea filipendulina — I, 33L
— Millefolium — II, 516. 564. 569.
— папа — II, 516.
— ochroleuca — I, 613. f
— tomentosa — II, 565.
Achimenes — II, 527.
Achlya - I, 171; II, 582.
— prolifera — II, 15*
— racemosa — I, 171.
Achorion Schoenleinii — I, 164.
Acicarpha — II, 656.
Aconitum — I, 347. 363. 374. 505. 642. 759. 763; II, 71. 106. 164. 233. 286. 294. 547. 766.
— NapeUus — I, 453. 641*; II, 168. 732.
— paniculatum — I, 505. 693.
Acorus Calamus — I, 83; II, 371. 589.
726.
Acria — II, 728.
Acrocomia sclerocarpa — I, 686.
Actaea — II, 169.
— spicata — I, 641* 641; II, 292.
Actimdia Kalomikta — I, 694.
Aculeus — I, 431. 436.
Adansonia — I, 358.
— digitata — I, 277. 356 * 357. 723. 724; II, 713.
Adenium — П, 641.
— Honghel — II, 6404
Adeno carpus — II, 417. 652.
— decorticans — II, 417.
— Hispanicus — II, 417.
Adenostyles — II, 338.
— Cacaliae — П, 424. 425.
Adiantum — I, 29.*
— Capillus Veneris — П 727.
Adonis — II, 294. 744.
— aestivalis — I, 619; II, 175. 195. 466.
— autumnalis — П, 170. 742.
— flammea — П, 175. 195. 466.
— vernalis — П, 114. 292. 353. 355.
Adoxa — I, 643; П, 85.
— Moschatellina — I, 620. 653; П, 314.
Adstringentia — П, 726.
Aechmea — П, 220.
— paniculata — I, 434. 435.*
Aecidium — П, 21.
— Acaciae — П, 492.
— elatinum — II, 489. 492. 492.*
— graveolens — П, 491.
Aegilops — П, 546. 627.
— ovata — П, 546. 628*
— speltaeformis — II, 546.
— triticoides — П, 546.
— ventricosa — II, 628.*
Aegopodium — I, 455.
— Podagraria — II, 569. 570.
ABrides — П, 159. 643.
Aeschmanthus — II, 642.
— grandiflorus — П, 166.
— spectosus — II, 640.f
Aeschynomene glabrata — П, 637.* 638.
Aeschynomene Indica — I, 537.
— patula — П, 654.
Aesculus — I, 623; П, 169. 212. 277. 278.
-— discolor — I, 747.
z— flava — I, 747.
— Hippocastanum — I, 85. 342. 353.* 559; П, 177. 186. 495. 765.
— macrostachya — П, 169. 188.
— neglecta — I, 623.
Aestivatio — П, 196.
Aethalium septicum — I, 33.
Aethionema — П, 178.
— diastrophis — П, 178.
— grandiflorum — П, 178.
Aethusa — П, 293.
— segetalis — П, 321.,
— Cynapium — П, 319. 320.* 320
Afzelia — I, 358.
Agaricaceae — I, 16L
Agaricus campester — II, 709.
— Gardner! — I, 506.
— igneus — 506.
— melleus — I, 506.
— noctilucens — I, 506.
— olearius — I, 506. 507.
— vellereus — I, 494. Cp. Lactarlus vellereus.
Agave Americana — I, 273. 659. 660. 742; П, 767.
Aglaia odorata — П, 719.
Agrimonia — I, 644; П, 404.* 654.
— Eupatorium — I, 745 * 745; II, 20L 321. 321 * 406.
— odorata — П, 653.f
Agropyrum (cp. Triticum) — L 520; П,
— repens — I, 438. 520; П, 569. 570.
Agrostemma — I. 534.
— coronaria — II, 745.
— Githago — I, 463.* 464. 596 * 607; П, 93. 316. 383. 466. 473. 476.
Agrostis — П, 132. 721.
— alpina — I, 109.
— stolonifera — П, 468. 478.
— vulgaris — П, 478.
Ailanthus — П, 186. 639.
— glandulosa — I, 354. 487. 724. 744. 745*; П, 24. 637 * 638. 722.
Aira — П, 602.
— alpina — H, 425.
— caespitosa — I, 526; П, 182.
— flexuosa — П, 132.
Aizoonia (Saxifraga) — I, 281; П, 817. 673.
Ajuga — П, 365. 547.
— Chamaepitys — П, 423.
— reptans — I, 667; П, 90. 575.
Akebia quinata — I, 688.
Albizzia — I, 643.
Albucca — П, 161. 284.
— minor — П, 94.*
Alchimilla — I, 239; П, 85. 117. 160. 640. 777.
— vulgaris — I, 225 * 341* 341. 364. 453; II, 117* 326. 489.
Aldrovandia — I, 145. 145* 148; П, 101. 615.
— australis — I, 150.
— verticiUata — I, 150.
vesiculosa — I, 68. 148. 148.* 150;
II, 587.
Alectorolophus — I, 177. 178.180. 626.» 628. См. также Rhinanthus.
Aleochara — П, 193.
— fuscipes — П, 153.
Alfredia cernua — I, 88. 89.» 227.
Alhagi Camelorum — П, 635.
— Kirgisorum — I, 443.
Alisma — I, 90. 496; П, 220. 632. 650.
— natans — II, 363.
Alismaceae — П, 585.
Alkanna tinctoria — II, 698.
AUiaria — II, 160. (Cm. Sisymbrium AU., Peltaria).
Allionia — H, 163. 286.
— violacea — II, 199. 200. 332.
AUium — I, 604; II, 40. 41 391.
— arenarium — П, 600.
— Ascalonicum — II, 454. 707.
— carinatum — П, 600.
— Сера — I, 425. 596*; П, 454. 707.
— Chamaemoly — П, 161. 184. 189. 286. 357 * 358.
— Dioscoridis — П, 787.
— flstulosum — I, 425; П, 707.
— Moly — II, 600.
— nigrum — П, 787.
— obUquum — I, 425.
— odorum — П, 392.
— oleraceum — П, 600.
— paradoxum — II, 591. 600.
— Porrum — П, 454. 707. 708.
— rotundum — I, 425. 642.
— sativum — I, 604; П, 454. 600. 707.
— Schoenoprasum — L 425; IL 454. 708.
— Scorodoprasum — П, 600. 707.
— senescens — I, 425.
— Sibiricum — I, 425; П, 184. 189.
— sphaerocephalum — I, 641.» 642.
— suaveolens — II, 184.
— ursinum — I, 283. 348. 657.
— Victorialis — П, 270. 738.
— vineale — I, 730* 732. П, 600.
Allosurus — П, 11. 12.
— crispus — I, 454; II, 444.
Alpus — II, 113. 136. 280. 384. 497.
772.
— glutinosa — П, 127* 487. 489. 499.
— incana — I, 288; II, 487. 488* 489. 491.
—- orientaUs — II, 494.
— viridis — I, 551. — П, 295. 373.
Aloe — I, 322. 434. 714.
— denticulata — П, 91.
— soccotrina — П, 729.
— vulgaris — П, 764.
Alonsoa —- II, 182.
Alopecurus — П 132.
Alpinia Galanga — II, 717.
Alsine Gerardi — II. 329.
— m icronata — П, 162.
— Rosaui — U, 673.
— rubra — П, 362.
— stricta — II, 688.
— verna — П, 162. 290.
Alsophila — I, 715. 751.
— excelsa — I, 714.
— lucida — П, 733.
Alstroemeria — П, 622.
Alternantia — П, 728.
Althaea officinalis — I, 287: II, 725.» 725.
— pallida — II, 482.
— rosea — П, 764.
Alyssum — П, 160. 171.
— calycinum —- П, 177. 317. 318.
— cuneatum — II, 170*. 172.
— montanum — I, 318; П, 172. 188.
— utriculatum — П, 203.
— Wierzbickii — I, 313.*
— Wulfenianum — II 172.
Amanita muscaria — I, 502; П, 457.
— phaUoides — II, 17*
Amarantus — II, 647. 770.
— Blitum — I, 407.* 409.
— prostratus — II, 752.
Amaryllis — П, 41. 92. 94.195.284.293.
— aulica — II, 171.
— Belladonna — П, 469.
— solandriflora — П, 171.
Amblystegium serpens — П 566.
Amelanehier vulgaris — I, 345.
amentum — I, 740.
Amherstia nobilis — П, 182.
Amomum Granum paradisi — П, 717.
Amoniacum — II, 727.
Amorpha fruticosa — I, 534 * 536; П, 28. 767.
— glauca — II, 28.
— папа — П, 28.
AmpeUdaceae — II, 25.
Ampelopsis — I, 354. 487. 492. 703; П, 194.
— hederacea — I, 461* 703; II, 648. 767.
— inserta, cm. Vitis inserta.
— quinquefolia — I, 491f; П, 192.
AmphUoma — П, 673.
— caUopisma — П, 565.
— decipiens — I, 246.
— elegans — I, 246.
— murorum — I, 246.
Amphoridium Mougeotii — П, 435.
Amygdalaceae — II, 536.
Amygdalus — П, 73.
— communis — I, 304; II, 72*. 188.
var. amara — П, 732,
— папа — II, 30.
Amylum — I, 464.
Anabaena AzoUae — I, 250.
— Cycadearum — I, 250.
Anabasis — П, 169.
Anacamptis — П, 546
— pyramidaUs — П, 179.
Anacardiaceae — П, 406.
Anacardium — П, 406.* 406.
Anacyclus officinarum — П, 205.
— Pyrethrum — П, 728.
AnagaUis — I, 668; П, 157. 168. 342.
402.* 403.
— arvensis — I, 737; П, 203.
— Philippi — П, 273.
— phoenicea — II, 25. 114. 362. 395. 396*
— teneUa — П, 651.
Anamirta Cocculus — I, 651; П, 398.* 732. 736*
Ananassa — П, 407.
— sativa — I, 739; П, 713.
Anastatica Hierochuntica — П, 629. 630* 636.
Anchusa — I, 619; II, 93. 342.
— officinalis — I, 318; II, 723.
Andina araroba — П, 729.
Andreaea — I, 258; II, 447. 578. 595.*
— petrophila — II, 61.f
— rupestris — П, 13 * Andreaeaceae — II, 594. Andrena — II, 151. 235. 236.*
— florea — II, 192.
Andricus aestivalis — П, 506.
— amenti — П, 506.
— curvator — Ц, 506.
— Grossulariae — П, 501. 506.
— inflator — П, 508.
Andromeda hypnoides — I, 310.
— polifolia — I, 297. 299; II, 491.
— tetragona — I, 295* 296. 297. (cp. Cassiope—tetr agon a).
Andropogon — П, 132. 279.
— Is ch a emum — II, 644.
— provinciaUs —• II, 580.
— scoparius — П, 580.
Androsace — П, 107.160. 284. 319. 547.
— maxima — I, 525.
— obtusifolia — II, 183. f 183.
— sarmentosa — I, 667; П, 575, Andryala — I, 311.
Anemone — I, 605; П, 120. 294. 547.
— alpina — П, 154. 179. 205. 281. 353.
355. (cp. PulsatiUa alp.).
— baldensis — П, 154. 205. 281. 285. 353.
— coronaria — П, 744.
— Hepatica — П, 109. 322. (cp. He- patica triloba).
— intermedia — П, 533.
Anemone Japonica — II, 768.
— nemorosa — П, 114. 168. 205. 215* 489 533.
— PulsatiUa — П, 281. 361 (cp. PulsatiUa vulgaris).
— ranunculoides — II, 533, 569.
— sUvestris — I, 611; II, 154. 205. 642. 642 * 658.
— Transsilvanica — П, 322. (cp. Hepatica Transs.).
— trifoUa — II, 205.
— vernaUs — П, 281. 361. 483. (cp. PulsatiUa v.).
AnemophUae — П, 121.
Anethum graveolens — П, 715.
Aneura — I, 576; П, 590.
— multiflda — П, 590.
AngeHca — I, 91. 239; П, 730.
— officinalis — П, 188.
Angiospermeae — П, 392.
Angraecum — П, 643.
— eburneum —- I, 722.*
— funale — I, 375.
— globulosum —- I, 375.
— SaUei — I, 375.
— sesquipedale — П, 166. 171.
Ano da hastata — II. 114. 330.
Anoectangium Sendtnerianum — H. 598.
Anomodon viticulosus — П, 566.
Anonaceae — II, 407.
Anona —- П, 91.
— muricata — II, 407 * 407.
— squamosa — П, 407. 407*
Antennaria alpina (cp. Gnaphalium al- pinum) — П, 436.
Antennatula pinophila — I, 115.
Anthemis — II, 305.
— nobilis — II, 730. 733.*
Anthera — I, 639.
Anthericum — П, 161. 212. 284.
— ramosum — П, 203.
Anthobium —- П, 151. 154.
Anthoceras — I, 373.
Anthocoptes SaUcis — П, 494.
Anthomyia — П, 153.
— scalaris — II, 153.
Anthopeziza Winter! —■ П, 16 *
Anthoxanthum — П, 132. 187. 721.
— odoratum — П, 294.
Anthrenus -— П, 165.
Anthriscus — I, 455; II, 278. 308.
— CerefoUum — II, 708.
Anthurium Andreanum — II, 182.
— crassinervium — I, 82.
— Lawrenceanum —- II, 182.
— Scherzerianum — П, 182.
AnthyUis — П, 248. 535.
— tetraphyUa — II, 640.
— Vulneraria — П, 92. 144. 633* 640 722.
Antiaris toxicaria — I, 277.
Antirrhinum — II, 106. 166. 196. 197. 213. 226. 236. 238. 402* 403.
— cirrhosum — I, 696.
— majus — П, 211. 395. 396* 777.
Antiseptica — II, 725.
Apera — П, 132.
— spica venti — П, 422.
Aphtilothrix gemmae — II, 504. * 508
— radicis — II, 506.
—■ Siebold! — II, 502. 504.* 506.
Aphis — П, 435.
AphyUanthes MonspeUensis — II, 201. 319.
Aplos tuberosa — П, 708.
Apium graveolens — П, 707.
Apocynum — П, 91.
Apodanthes — I, 201.
— Flacourtiana — I, 199. 199.* Aponogeton distachium — I, 671.
— fenestrate (Ouviranda fen.). — I, 554. 671.
Aposeris foetida — I, 454.
Aptogonum Desmidium — П, 458.* AquUegia — П, 113. 164. 222. 777. Arabis brassicaeformis — I, 524.
— coerulea — П, 177. 178. 314. 362
— procurrens — П, 575.
— pumila — II, 40.
— turrita — II, 114.
Arachis hypogaea — П, 659. 707.
Aralia — II, 182.
— nudicaulis — П, 278.
Arbor — I, 717.
Arbuscula — I, 717.
Arbutus — II, 261.
— Unedo — П, 395. 396 * 648. 676.
Arceuthobium Oxycedri — I, 208.
Arctostaphylos — П, 261. 351.
— alpina — I, 493; П, 83* 163. 227. 648.
— Uva ursi — I, 666; П, 83* 16g 227. 227.* 292. 491. 648. 727.
Arcyria punicea — I, 104. 105*; II, 457.
Ardisia — II, 648.
Areca — I, 603.
Aremonia agrimonioides — П, 363. 365.
Arenaria — II, 92.
— rubra — II, 200. 203.
— serpyllifolia — П, 646.
Arenga saccharifera — П, 705. 713.
Aretia — П, 107. 160. 284.
— glacialis — II, 104* 107.
Argemone — II, 154. 156. 214. 342. 345.
— Mexicana — II, 155 * 343 * 767.
Arillus — II, 398. 412.
Ariopsis — IL 280.
— peltata — П, 104.* 105.
Arisema — II, 280.
ringens — II, 105.
Aristida — I, 617.
Aristolochia — I, 85. 360*; II, 153. 402* 403. 777.
— Clematitis — I, 630; II, 193, 210.* 212. 232. 454.
— cordata — II, 210.* 212.
gigantea — II, 171.
Gigas — П, 185.
grandiflora — П, 171.
— labiosa — II, 210* 212.
— ringens — II, 153.* 154. 212.
— Sipho — I, 651. 690.
Armeria — П, 93. 94. 269. 641.
— alpina — II, 333. 580. 634.»
— vulgaris — II, 333.
Arnebia cornuta — П, 414.
Arnica — П, 279.
— Chamissonis — II, 564. 569.
— montana — II, 172. 178. 338. 339.* 730.
Arnoseris pusilia — I, 619.
Aroideae — I, 85.
Aronia — II, 488. 772.
— rotundifolia — П, 486. 486* Aronicum glaciate — II, 295. Arrhenatherum — П, 279.
— elatius — П, 130. 131* 132. 381. 382* 628.
Artedia squamata — II, 637.* 638.
Artemisia— I, 311. 312; II, 652. 672.
— Abrotanum — П, 737. 764.
Absynthium — 1,315. 641*; П, 726. 737.
arborescens — I, 315.
argentea — I, 315.
campestris — II, 514.
Gina — П, 725.
Dracunculus — П, 706. 716.
laciniata — I, 315.
mutellina — I, 309, 314.* 315; П, 305. 686.
sericea — I, 315.
spicata — П, 305.
Arthrolobium — II, 654.
Artocarpaceae — II, 407.
Artocarpus incisa — П, 407. 713.
integrifolia — П, 713.
Arum — П, 15L 280. 773. 774.
conocephaloides — П, 151. 152A 152. 153.
cordifolium — I, 506.
Dracunculus — П, 774.
Italicum — I, 506; П, 152. 153. 771. 774.
— maculatum — I, 657. 741*; П, 152. 777.
Arundinaria glaucescens — I, 290.
Arundo — I, 90.
Donax — I, 715; II, 29.
Asa foetida — П, 701. 727.
Asarum — I, 347. 666; II, 197. 266.
Canadense — I, 630. П, 649 * 649.
Asarum Europaeum— I, 282. 551. 630;
I, 265,* 649. 728.
Asclepiadaceae — П, 364.
Asclepias — П, 188. 695.
— Cornuti — П, 25. 245 * 246. 247.
Ascobolus — II, 56. 610.
Ascomycetes — I, 104. 160.
Asparagus — I, 655.
acutifolius — I, 679.
Broussonetii — I, 432.
horridus — I, 432.
— officinalis — П, 277. 281. 708.
verticillatus — I, 679.
Aspergillaceae — I, 92; П, 57.
Aspergillus — I, 513; II, 56. 593.
— niger — I, 511. 512*; II. 20.
Asperifoliaceae — I, 628. 633; II, 369.
Asperugo — П, 657.
Asperula — I, 363. 430. 634; П, 569.
654.
Aparine — I, 679.
capitata — П, 195.
cynanchica — П, 187.
galioides — П, 509.
glomerata — II, 187.
— longiflora — II. 187.
— odorata — I, 390. 454. 551. 730* 732; П, 184, 186. 569. 789.
— taurina — П, 278. 308. 569.
tinctoria — П, 509.
Asphodelus — I, 454; П, 293. 742.
albus — I, 425. 757. П, 293.
ramosus — П, 742.*
Asphondylia Verbasci — П, 508.
Aspicilia calcarea — I. 555.
Aspidium (cp. Nep hr odium) — П, 545.
Filix mas — П, 9.f — Lonchites — I, 229.
Asplenium — П, 10.* 545.
bulblferum — II, 35 * 36.
celtidifolium — П, 36.
cirrhatum — П, 36.
Edgeworthii — II, 36. 37*
flagelliferum — II, 36.
flagellifolium — П, 36.
rhachirhizon — П, 36.
— Ruta muraria — I, 229; П, 443*
septentrionale — I, 229.
— Trichomanes — I, 229.
Aster — П, 279. 304. 334.
— alpinus — П, 159-f 295. 334. 336.* 666.
— Amelins — П, 666. 764.
argophyllus — I. 315. *
Chinensis — П, 768.
salignus — П, 569.
Tripolium — II, 466.
Asterineae — П, 304.
Asteroideae — П, 334. 335.
Asteriscus pygmaeus — II, 630.
Astragalus — I, 446. 464. 613; П, 254. 725.
angustifolius — I, 454.
chrysostachys — I, 448.
exscapus — I, 613. f
floccosus— I, 448.
glaucanthus — I. 448.
Onobrychis — I, 613.t
— Tragacantha — I, 446. 447.*
vesicarius — П, 179.
virgatus — II, 613.f
Astrantia — П, 169. 278. 293. 306.
alpina — П, 114.
Carniolica — II, 114.
major — II, 115. 766.
Asvatha — I, 756.
Athamanta — II, 307.
Cretensis — П. 278.
-Athene noctua — П, 652.
Atherurus ternatus — П, 40.
Atragene — I, 699; II, 294. 642.
— alpina — I, 674. 696. 697 * 733 * 734; П, 16L* 162. 167. 168. 292. 325.
Atraphaxis — П, 29.
Atriplex hastata — II, 495.
hortensis — П, 708.
nitens — II, 752.
oblongifolia — II, 495.
Atropa — I, 419; П, 113. 225. 266. 287. — Belladonna — L 419 * 419. 717; П, 120. 272. 400. 731. 740.
Atta Hystrix— I, 450 * 451.
Aubrietia deltoidea — I, 314.* Aucuba Japonica — II, 38.
Aulacomnion. androgynum — П, 19.* 21. 597.
turgidum — П, 435.
Aulax — II, 508.
Hieracii — П, 508.
Kerneri — II, 501, 513.*
Salvine — II, 501.
Autogamia — II, 275.
Avena — II, 132. 721.
compressa — I, 335.
flavescens — I. 426.
nuda — II, 704.
orientalis — П, 704.
planiculmis — I, 335.
— pratensis — II, 628. 644.
sativa — I, 426; II, 704.
sterilis — II, 628.
strigo sa — П, 704.
Averrhoa Carambola — I, 536.
Avicennia — I, 497.
Azalea Indica — II, 195.
Pontica — II, 187.
procumbens (Cp. Loiseleurla) — I, 296* 296.f 296. 297. 298. 493. 666. II, 265* 269. 317. 362. 668. 682. 691. Azolla — I, 71. 250. 672; II, 589.
Azteka — I, 451..-
instabilis — I, 450 *
Васса — II, 400.
Bacharis — I, 231.
Bacteriaceae — I, 160.
Bacterium — I, 92. 554.
aceti — I, 159* 510.
— Anthracis — I, 159.* 164.
radicicola — I, 250.
Balanophora dioica — I, 189.
elongata — I, 189.
fungosa — I, 189.
Hildenbrandtii — I, 188* 189.
involucrata — I, 189.
polyandra — I, 189.
Balanophoraceae — I, 185. 486. 593.
Balantium antarcticum — I, 714.
chrysotrichum — II, 733.
Ballota — П, 416.
acetabulosa — II, 641.
nigra — II, 338.
rupestris — II, 654.
balsamica — II, 726.
Balsaminaceae — II, 619.
Bambusa (ср. бамбукъ) — I, 630*; П,
nigra — I, 731* 732.
Bangia — I, 99.
Banisteria — I, 85; П, 92.
— Sinemariensis — II, 637.* 638.
Banksia — I, 331; II, 421.
Baptisia australis — II, 175.
Barbarea — II, 547.
vulgaris — II. 510.
Barbula — I, 78. 215. 338; П, 590.
aloides — I, 215. 278. 278*.
ambigua — I, 215. 278.
fragilis — II, 429.
muralis — I, 258.
recurvifolia — II, 435.
rigida — I, 215. 278.
Bartschia — I, 177. 628. 762; II, 121. 160.
alpina — I, 110. 133* 135.136.180;
II, — 592. 311.
Basella alba — П, 92.
Bassia latifolia — IF 708.
— lohgifolia — II, 708.
Batatas sinuata — II, 663.
Batrachium (cp. Ranunculus) — I, 55;
II, 101. 471. 571. 589. 650.
Batrachospermum — I, 158.
Bauhinia anguina — I, 735.* 736.
armata — II, 93.
brachycarpa — I, 702.
furcata — II, 93.
purpurea — II, 623.
Beggiatoa — I, 34.
versatilis — I, 99.
Begonia — I, 363; II, 527.
Dregei — I, 418.*
— ftichsioides — II, 18L
Bellidiastrum — II, 272. 279. 334.
— Micheli! — II, 295.
Bellis — II, 114. 120. 205. 737.
— perennis — I, 526; П, 205.
Beloperone involucrata — II, 181.
Berberis — I, 448. 676; II, 24. 85. 113. 186. 251. 647.
— vulgaris — I, 447 * 523. 559; II, 400. 491. 699. 711.
Bergenia crassifoha — II, 476.
Bertholletia excelsa — II, 714.
Berula angustifolia — II. 571.
Beta vulgaris — II, 705. 708.
— rapacea — I, 756.
Betonica grandiflora — II, 564. 565.
569.
Betula — II, 113. 384.
— alba — I, 545. 722; II, 478. 495. 548.
— alpestris — II, 548.
— Carpatica — II, 495.
— humilis — II, 688.
— nana — II, 548. 686.
— nigra — I, 491.
— papyracea — I, 491.
— pubescens — II, 478.
— verrucosa — I, 741»; II, 478. 480.
492. 637* 638.
Biatora lucida — II, 597.
Bidens bipmnata — II, 653.f 654.
— cernua — 11^466.
— tripartita — II, 466.
Biebersteinia Orphanidis — II, 663.
Bignonia - I, 752; II, 636* 638.
— argyro-violacea — I, 710.* 711.
— capreolata — I, 704.
— unguis — I, 711.
— venusta — II, 181.
Billbergia — П, 220.
Biorrhiza aptera — II, 506.
Biscutella laevigata — I, 62; П, 688.
Biserrula — II, 654.
Bixa Orellana — I, 744. 745*; II, 414.
699.
Bixaceae — II, 34.
Bizzaria — II, 535.
Blackwellia — II, 93.
Blasia — II, 590.
— pusilia — I, 250; II, 590. 597.
Blastophaga Brasiliensis — II, 150.
— grossorum — II, 145* 148.149. 506.
Blechnum — II, 11. 12.
— Spicant — I, 229. 289; II, 444.
Bletia aphylla — I, 108.
Bhtum Bonus Henricus — II, 752.
Blumenbachia Hieronymi — II, 633.
Boccoma — I, 641.
— Japonica — II, 133. 169.
Boehmeria — I, 282.
— Hamiltoniana — I, 419.
— nivea — I, 726; II, 696.
— tenacissima — II, 696. 696.*
Boerhavia — II, 652.
Bolbophyllum Beccarii — II, 185.
— minutissimum — I, 294.* 294.
— Odoardi — I, 294* 294.
Boletus — II, 709.
— edulis — I, 502; II, 457. 709.
Bombaceae — I, 663.
Bomb ax — I, 431; II, 642. 642*
Bombus lucorum — II, 211. 245.
Bombyx Cynthia — II, 722.
Bonapartea — I, 434.
Borago — I, 439. 619; II, 91. 93. 167.
294.
— officinalis — I, 618*; II, 92, 175. 262.* 263. 710. 753.
Borassus flabelliformis — I, 714.
Botrychium — II, 595.* 596.
— lanceolatum — II, 10.* 11.
— Lunaria — I, 108; II, 777.
Botrydium — I, 29.*
Botrytis — I, 513.
Bouchea coluteoides — I, 152; II, 224.
Bouvardia longiflora — II, 189.
Bowiea volubihs — I, 653.
Brachyp odium — II, 132.
— silvaticum — I, 426. 632.
Bractea — I, 635.
Brasavola cordata — I, 320.
— tuberculata — I, 320.
Brassia — I, 357.
Brassica — II, 402.*
Brassica Napus — II, 707.
Brassica nigra — II, 717. 728.
— oleracea — I, 280; II, 40. 403. 487. 517. 708.
— Eapa — II, 707.
— Rapa rapacea — I, 756.
Braya alpina — II, 237. 314.
Brayera anthelmintica — II, 724.
Briza maxima — II, 634.* 640.
— media — I, 526; II, 132.
Bromeliaceae — I, 316.
Bromus — II, 132. 514.
Broussonetia papyrifera — I, 413. 413* 415. 419; II, 128* 128. 282. 480. 696. 698*
Brownea coccinea — II, 182.
— grandiceps — I, 85. 277; II, 182.
Brugmansia — I, 200. 201; II, 98.
— arborea — II, 92. 93.
— Zipellii — I, 200. 200*
Brunella — II, 547.
— hybrida — П, 553.
— intermedia — II, 528.
— laciniata — П, 528. 553.
— vulgaris — II, 528. 553. 651.
Bryaceae — П, 595. 672.
Bryonia — I, 700* 702; IT, 652.
— dioica — I, 641.* 644; II, 192.
Bryophyllum calicinum — II, 35.* 37.
38. 599.
Bryopsis — I, 573. 583; II, 672.
Bryum — П, 447.
— alpinum — II. 435.
— caespiticium — II, 13*
— concinnatum — П, 429.
— Duvahi — II, 435.
— R eyeri — II, 429.
Bulbochaete parvula — I, 100.
Bulbocodium — II, 117. 117.* 118. 120.
Bulbodium — I, 653.
Bulbus — I, 621. 653.
Bulgaria polymorpha — I, 115.
Bunium — I, 619.
Buphthalmum — П, 279. 305.
— grandiflorum — П, 95*
Bupleurum — I, 629.
— falcatum — I, 629. 630.*
— rotundifolium — II, 647.
Burmanmaceae — I, 108.
Butomus — I, 90. 423.f; П, 71. 77. 220.
632. 650.
— umbellatus — П, 74* 571. 767.
Buxus — П, 129. 160. 750. 755.
— sempe^virens — II, 739.
Byblis — I, 145.
— gigantea — I, 152.
Cabomba aquatica — I, 671,
Cacalia — II, 338.
Caccinia — I, 619; П, 654.
— strigosa — II. 653.f
Cachrys — II, 421. 633.
— alpina — II, 633.
— spinosa — I, 434.
Cactus — II, 94.
— grandiflorus (cp. Cereus) — П, 203.
Caesalpiniaceae — II, 621.
Caesalpinia Brasiliensis — H, 698.
— Coriaria — II, 700.
— echinata — П, 698.
Caladium — I, 85. 86.*
— Scherzerianum — II, 169.
Calamagrostis — I, 520; II, 132. 546. 642. 658. 673.
— Epigeios — П, 570.
— Halleriana — I, 426.
Calamintha — I, 644; II, 281. 416. 547.
640.
Calamus — I, 715; II, 694.
— angustifolius — I, 361.
— Draco — II, 608?
— extensus — I, 680*
— Rotang — I, 359* 359. 361.
Calandrinia — II, 158.
— compressa — II, 83.* 200. 362.
Calceolaria — II, 106. 534.
— amplexicaulis — II, 163.
— floribunda — II, 163.
— Pavomi — II, 83.* 163. 352* 352.
Calendula — II, 110. 205. 277. 279. 303.
— arvensis — II, 203. 456.
— fulgida — II, 456.
Calendula officinalis — II, 295. 71 752. 772.
— pluviahs — II, 203. 205.
Calyx — I, 637.
Calla palustris — I, 666. 712; П, 83.* 279.
Calliandra — I, 643.
Callidina Leitgebii — I, 254.
— symbiotica — I, 253.* 254.
Calligonum — II, 654.
Callipeltis cucullata — П, 640.
Calliphora — П, 193.
Callistemon — I, 739; II, 103. 169.
Calhstephus Chinensis — II, 768.
Callithamnium — I, 584f; II, 672.
Callitriche — I, 55. 409; II, 101. 400. 401* 471.
— verna — I, 365.
Calluna vulgaris — I, 299. 444. 530; Ц, 103. 121. 676.
Callus — II, 26. 38.
Calonyction — II, 182.
Calophaca wolgarica — I, 448.
Calopisma citrinum — I, 246.
Calothamnus — П, 103.
Caltha — I, 374.
Calycanthus — I, 636* 636; II, 92. 404.* 405. 407.
— floridus — П, 185.
— praecox — II, 187.
Calymperes — II, 590.
Calypogeia Trichomanes — II, 597. x
Camelina sativa — I, 612; II, 516.
Camellia Japonica — II, 195.
— Sasanga — П, 719.
Campanula — II, 120. 151.167. 335. 344.
365. 419.
— abietina — П, 675.
— Aizoon — П, 663.
— barbata — I, 505; II, 113. 178. 208.
337. 675.
— Carpathica — II, 120. 337.
— Cervicaria — II, 120.
— glomerata — II, 108. 120.
— patula - П, 114. 114* 120. 337.
— persicifoha — I, 524; II, 95* 113.
208. 336* 337. 766.
— pusilia — I, 408.* 409; II, 113. 476.
— pyramidalis — II, 337.
— rapunculoides — II, 208. 337. 418* 419.
— Rapunculus — П, 337.
— Scheuchzeri — II, 674.
— spicata — II, 108. 120. 337.
— Trachelium — I, 639.* 640; П, 108.
179. 338.
Campanulatus — I, 637.
Campelia Zanonia — I, 219.* 222; II, 189.
Camphora officinalis — II, 730. 733*
Camponotus Aethiops — IL 232.
Campylo discus spiralis — I, 61.*
Campylopus — II, 597. 598.
— fragilis — II, 19 * 429.
Canella alba — II, 717.
Canna — I, 463* 464. 631; П, 91, 94.
399. 708.
Cannabis — П, 133. 282.
—- indica — II, 731.
— sativa — I, 560; П, 94* 295. 417.
696. 731.
Cantharellus cibarius — П, 457. 709.
capitulum — I, 740.
Capparis spinosa — II, 716.
Caprificus — II, 148. 150.
Caprifoliaceae — П, 369.
Capsella — II, 93.
— Bursa pastoris — II, 490. 659.
Capsula — П, 403.
Caragana arborescens — I, 449.
— jubata — I, 448.
— microphyIla — I, 449.
— pygmaea — I, 449.
— spinosa — I, 448.
— tragacanthoides — I, 448.
Cardamine — I, 487. 763. 768; II, 178.
620.
— alpina — II, 314. 455.
— amara — II, 469. 715.
— chenopodlifolia — II, 365, 366. 659.
— hirsuta — II, 423.
— impatiens — II, 620. 621* 623. 624.
Жизнь растелгй, т. П.Жизнь растелгй, т. П.
Жизнь растелгй, т. П.
Жизнь растелгй, т. П.
Cardamine pratensis — П, 114. 115.
silvatica — II, 40.
tri folia — I, 524.
— uliginosa — II, 35* 40. 41. 573. 599.
Cardiospermum — I, 698.
Cardo patium corymbosum — I, 606. 608* 609.
Carduncellus — I, 434.
Card u us — I, 434; II, 548. 645.
Carex — П, 126. 132. 295. 297. 546. 650. 721.
acuta — I, 438.
acutiformis — П, 297.
ampullacea — II, 632.
arenaria — II, 569.
aterrima — I, 526.
atrata — I, 526.
canescens — II, 297.
curvula — I, 109; II, 674. 684.
Davalliana — II, 282.
dioica — II, 282.
filiformis — II. 297.
firma — II, 183.f 581. 684.
flava — II, 297.
glauca — II, 297.
Hornschuchiana — II, 297.
microglochin — П, 656.*
nigra — I, 526.
paludosa — I, 289.* 289.
paniculata — П, 297.
pauciflora — II, 657.
pendula — I, 290.
pilosa — IL 569.
Pseudocyperus — П, 656.* 657.
riparia — II, 297.
Schreberi — II, 564.
stricta — L 289. 423.f 438 * 438; П, 579.
— vesicaria — II, 297. 632.
vulgaris — L 602.*
Carica Papaya — I, 469; IL, 649. 713. Carlina — I, 434; II, 110.
acaulis — I, 505. 526; II, 95*111* 111. 112. 169. 708.
Carmichaelia australis — I, 327.* 328. Carobe di Giude — 11,499.
Carpinus — I, 342.
Betulus — I, 723. 724; II, 405* 491. 496. 513.*
— Orientalis — II, 634.* 639. Carpocapsa sal titans — IL 629. carpop hyIla — I, 644.
Cartham us tinctorius — I, 88; IL 698. Carum carvi — II, 400. 401.* 647. 716. caruncula — II, 398. 652.
hili — II, 398.
Caryophorae — II, 384. Caryophyllaceae — II, 369. 547. 626. Caryophyllus aromaticus — II, 717.
717*
caryopsis — II, 400.
Caryota — I, 715.
propinqua — I, 305* 307.* Cascara Sagrada — II, 729. Cassia angustifolia — II, 729.
Fistula — II, 724 * 725.
lenitiva — II, 83* 729.
Cassida Austriaca — I, 427.
Cassiope tetragona (cp. Andromeda t) I, 299.
Cassytha — I, 172. 692.
Americana — I, 172.
Castanea — I, 342; II, 186.
sativa — I, 559.
— vesca — L 559; II, 413 * 414. 714. 771.
— vulgaris — I, 723. 724. Castanospermum australe — II, 622. Casiilloa elastica — II, 701 * 702. Casuarina — I, 375; II, 384. (671).
— quadrivalvis — I, 293*. 293. Casuarineae — IL 404.
Catalpa — II, 268.
- syringifolia — I, 487. 559; П, 767. Catananche coerulea — П, 107.* 110. Catasetum — I, 357; II, 256.
— tridentatum — II, 256. 257.* Cathartolmum (cp. Linum) — П, 238. Cattleya — I, 357: IL 201.
labiata — II, 20L
Caucalis — II, 278. 293. 654.
daucoides — II, 319.
Кернеръ ф.-Марилауиъ.
caudex — I, 658. 714.
columnaris — I, 714.
Caulerpa — I, 573.
cauhs — I, 715.
herbaceus — I, 715.
suffruticosus — 1, 717.
cauloma — I, 714.
Caulotretus — I, 198. 736.
Caylusea — II, 71.
Cecidomyia — II, 503.
Alni — П, 499.
Artemisiae — II, 514.
Asperulae — II, 510.
Gerris — II, 498.* 505.
Crataegi — II, 513, 522.
Ericae — П, 514.
Euphorbiae — II, 514.
Galii — II, 510.
genisticola — II, 514.
Phyteumatis — II, 509.
rosaria — II, 511.
Sisymbrii — II, 510.
Taxi — II, 514.
Urticae — IL 499.
Veronicae — II, 514.
Cecidophyes — II, 494.
Cecidoses Eremita — II, 498* 502. 505.
Cecropia — II, 506.
cinerea — I, 449. 450 * 45L
peltata — II, 702.
Cedrella — I, 358.
odorata — II, 93.
Cedrus Deodara — I, 547.
Libani — I, 723. 724.
Celastrineae — II, 398.
Celastrus — II, 502. * 506.
scandens — I, 676.
Celtis — I, 411. 417. 623.
australis — II, 454.
occidentalis — II, 29.
orientalis — II, 29.
Tournefortii — II, 29.
Centaurea — II, 118 119, 240, 335, 548.
alpestris — II, 508.
alpina — II, 230.
Badensis — II, 508.
Balsamita — I, 227* 228. 236. 306.
crassifolia — II, 663.
Cyanus — II, 170* 172. 195. 466. 473.
diffusa — II, 636.
Grafiana — II, 529.
Jacea — II, 93.
mon tana — II, 335. 336.* 766.
napuligera — I, 757.
Pseudophrygia — I, 287; П, 625.
Ragusina — I, 313.* 315.
rupestris — II, 529.
Ruthenica — II, 230.
— Scabiosa — II, 508. 529.
sordida — П, 529.
stenolepis — II, 625.
Centran thus — II. 228. 264. 286.
ruber — II, 227* 287*
Centrolobium robustum — II, 413.* 414. 638.
Centunculus minimus — I, 658; П, 157. 199. 200. 312. 362. 651.
Cephaelis Ipecacuanha — L 638.* 738*; II, 728. 731*
Cephalanthera — I, 106; II, 546.
alba — II, 546.
cucullata — II, 663.
Cepbalaria — II, 266. 269.
alpina — II, 270.
Cephaloneon — II, 497.
Cephalotaxus — II, 118.
Cepbalotus — I, 141.
follicularis — I, 127—130, 128.*
Ceramium — I, 99; II, 672.
strictum — I, 584. 584.f
Cerastium arvense — II, 329.
chloraefolium — П, 114.
glutinosum — II, 653.
lanatum — II, 329.
macrocarpum — П, 418.* 419. 516. 627.
triviale — П, 516.
Ceratocaipus — II 656.
CeratocephaJus falcatus—П, 653.f 656.
Ceratodaclyns — И, 12.
Ceratonia sibqua — U, 713, 713.* 725.
Cer&toneon — П, 497.
Ceratophyllum — I, 68. 262. 496. 762; И, 422.
Ceratopogon — II, 153. 210.* 232. Ceratopteris — II, 12.
— thalictroides — II, 36. Ceratozamia — 1, 604.
Cercis Siliquastrum — L 412. 487. 628. 743; II, 29.
Cerealia — II, 702.
Cereus — I, 100. 321. 357. 446. 752; П, 74. 182. 323. 383.
— dasyacanthus — I, 321*; II, 323.
— grandifiorus — IL 72.* 171. 200. (cp. Cactus gr.).
— nycticalus — I, 7Q6; II, 171. 199. 199.f 200.
Cerinthe — II, 263. 351.
minor — II, 91.
Ceroxylon andicola — L 714.
Oestrum — II 342.
aurantiacum — П, 342.
Ceterach — II, 545.
of ficinarum — I, 308.
Cetonia — II 151.
Cetraria Islandica — I, 243.f 243. 296.f — nivalis — I, 296.f
Chaerophyllum — 1,455; II, 307.
aromaticum — II, 278. 302.* 307.
bulbosum — I, 619; II, 707.
Cicutaria — I, 526; П, 279.
Chaetophora — I, 584.
chalaza — II, 387.
Chamaecyparis — I, 488. Chamaedorea — I, 86. Chrmaeorchis alpina — II, 193. Chamaepeuce — I, 432.
Chamaerops humilis — L 663. 714; П, 694. 708.
Chantransia — L 158.
Chara — I, 588; IL 672.
ceratophylla — I, 263.
crinita — IL 434. 439. 440.
foetida — L 62.
fragilis — II, 59*
rudis — I, 263.
Characeae — I, 68. 262. 263; П, 57. 59* Cheilanthes odora — I, 308.
Cheiranthes Cheiri — IL 90. 187. 522. 764.
Chelidonium — П, 73. 319.
majus — L 254. 255.* 474. 475; П, 40. 398. 649* 649. 650. 732. 777.
Chenopodiaceae — II, 657.
Chenopodium ambrosioides — П, 730.
Bonus Henricus — L 453.
— Quinoa — IL 705.
Cherleria sedoides — П, 162. 580. 673. Chermes — IL 435.
— Abietis — II, 498 * 509. 519. Chirita Sinensis — II, 40. Chironomus — II, 153. 232. Chlamydomonas — I. 38. Chlorangium — II, 591.
Chlorophytum comosum — I, 222; II, 603.
Chondrilla — П, 301.
Chondrioderma difforme — 1, 571. Chondrus crispus — II, 709. 726. Chronosemium (Trifolium) — II, 404. Chroolepus — II, 613 (cp. Trentepohlia). Chroococcaceae — I, 244.
Chroococcus cinnamomeus — I, 99.
Chrysanthemum Indicum — IL, 768. 779.
— Leu can th emum — П, 482. 737. (cp. Leucanthemum vulgare).
Chrysobalanus — I, 636.* 647.
Icaco — II, 711.
Chrysopogon nutans — П, 580. Chrysosplenium — II, 83.159.
alternifolium — II, 351. Chytridiaceae — I, 460. 171. Chytridium Olla — L 170; Ц, 15* Cibotium — II, 12.
Baromez — II, 733.
cicatncula — П, 398.
Cichorium — II, 109.
Endivia — II, 703.
Intybus — IL 203.
Cicuta virosa — I, 83; П» 732.
Cihssa — H, 151.
Cimtcifuga — И, 164. 169.
foetida — IT, 188.
Cinchona — II, 397. 397* 402 * 403. 638.
Calisaya — II, 727.
officinalis — II, 726* 727* 727.
succirubra — П, 727.
einciunus — I, 739.
Cinclidotus riparius — I, 259.
Cinnamodendron corticeum — П, 717.
Cinnamomum — I, 627.
aromaticum — II, 717.
Cassia — П, 717.
Loureirii — II, 717.
Zeylanicum — I, 745. 745*; П, 717. Circaea — I, 430; П, 92. 96. 98. 222. 654.
alpina — I, 110; II, 94 * 222 * 321. 321* 567. 568*
Lutetiana — П, 653.f
cirrhus capreolus — I, 698.
costalis — I, 696.
foliaris — I, 697.
peduncularis — I, 698.
petiolaris — I, 696.
radicalis — I, 698.
rameaneus — I, 698.
stipularis — I, 695.
Cirsium — I, 434; II, 277. 282. 429. 525. 548. 549. 645.
affine — II, 429.
aquilonare — II, 527.
arvense — II, 188. 490. 508. 670.
brachycephalum — II, 188.
canum — I, 288.
Erisithales — П, 525. 526. 527.
heterophyllum — I, 288; П, 429. 525.
Linkianum — П, 527.
nemorale — I, 436*; П, 95* 646*
ochroleucum — II, 527.
oleraceum — II, 429. 525.
palustre — П, 526. 527.
Pannonicum — II, 525. 526. 527.
purpureum — II, 429.
rivulare — II, 525.
spinosissimum — I, 453; П, 169. 429. Cissus — I, 198. 273. 487. 698. 703; II, 170. 492.
discolor — I, 702.
Veitchii — I, 703.
Cistus — I, 202. 316; П, 98. 117. 154. 196. 202. 222. 547.
Clusii — I, 306.
Creticus — II, 199. 200.
ladaniferus — I, 306.
laurifolius — I, 306.
Monspeliensis — I, 306.
populifolius — I, 306.
Citrullus Colocynthis — II, 729.
Citrus — II, 40. 189. 535. 712.
Aurantium —. II, 535. 712. 726.
Bergamia — II, 712.
Bigardia — П, 712.
Decumana — П, 713.
Limetta — II, 713.
Limonium — II, 535. 713.
— Medica — П, 535. 713.
Sinensis — II, 712.
Cladonia alpestris — I, 296.+
furcata — I, 242.*
macilenta — I, 243. 243.f
pyxidata — I, 243. 243.f
rangiferina — I, 243. 243.j- 296.f Cladophora — I, 262. 579. 584.
Clandestina (cp. Lathraea cl.) — П, 160. 222. 259.
rectiflora — П, 311.
Clarkea — П, 96.
pulchella — II, 276.
Clathrus — I, 104.
cancellatus — I, 106.* Clavaria — I, 587; II, 709.
a urea — П, 17* Clavariaceae — 1,161. Claviceps — II, 18.
purpurea — II, 611. 612* 616. 732.
Claytonia perfoliata — II, 340.
Clematis — I, 674. 696. 699; П, 294. 642.
— Flammula — II, 496. 740.
integrifqlia — II, 325.
recta — П, 496.
Vitalba — I, 563; II, 186. 292. 694.
Cleome ornlthopodioides — I, 152; П, 224.
Clerodendron — I, 358.
Bungei — II, 187.
Clianthus Dampieri — П, 175.
puniceus — II, 38.
Clinopodium vulgare — П, 282.
Clivia nobilis — II, 90.
Closterium — П, 51.
Leibleinii — I, 23.f
Lunula — П, 458 *
Clusia — I, 155. 685.
alba — I, 80. 686.
rosea — I, 155.
Clusiaceae — I, 684* 685.
Clypeola Messanensis — II, 317.
Cobaea — II, 98. 265.
scandens — I, 702; П, 93. 94* 119. 227 * 228. 287. 356* 357.
Coccocarpia molybdaea — I, 242.* 244.
Coccoloba — I, 358.
platyclada — I, 328.
Cocconeis Pediculus — I, 158.
Cocconema Cistula — I, 61.* Cocculus Balfourii — I, 328. Cochlearia Armoracia — П, 541. 715.
715*
fenestralis — I, 544.
Groenlandica — II, 317.
officinalis — I, 544; II, 728. 730*
Cocos nucifera — I, 714; П, 714.
Codium — I, 583.
Coelanthe (Gentiana) — II, 345. 347.
Coelebogyne ilicifolia — II, 438. 439.
Coeloglossum — П, 546.
Coelogyne — I, 357.
plantaginea — П, 78.* 79.
Coffea arabica — П, 718.
Coix Lacryma — П, 704.
Colchicaceae — II, 369.
Colchicum — I, 347; П, 89. 108. 293. 345.
346. 652.
— autumnale — I, 463.* 551. 559; II, 161. 347. 732. 736.*
Coleanthus subtilis — П, 651.
Coleochaete — I, 29.*
Coleus — I, 546 (Колеусъ).
Collema multifidum — П, 565.
pulposum — I, 243. 244;* II, 565.
Colletia cruciata — L 327.* 328. 432. 449.
Collinsia Canadensis — П, 326.
Collomia — I, 612; П, 622.
Collophora utilis — I, 475.
Colocasia — I, 85.
anti quorum — I, 636*; II, 707.
esculenta — II, 707.
Colocacia cm. Calocasia.
Colurolej eunia Naumannii — L 119*. 120.
Colutea arborescens — П, 144.
coma — I, 636,
Comarum palustre — II, 168. 767.
Combretaceae — II, 639.
Commelyna coelestis — II, 331* 332. Commelynaceae — I, 222. 603; П, 332. Coniferae — II, 392. 409. 545.
Conium maculatum — II, 184. 732. 740. connectivum — I, 643.
Conomitrium Julianum — П, 598.
Gonopodium — I, 744.
conus — II, 412.
Convallaria majalis —I, 638*; П, 103*. 113. 186. 766.
— Polygonatum — I, 283. 654.
— verticillata — L 730.* 732.
Convoluta Roscoffiensis — I, 252. Convolvulaceae — I, 172; II, 160. Convolvulus — II, 85. 89. 94. 98. 237.
— arvensis — I, 618*; II, 187. 199. 214. 569.
— Cneorum — I, 313.* 314.
Indicus — II, 767.
nitidus — I, 314.
oleaefolius — I, 314.
sepium — I, 688. 690; П, 91.94.* 284.
Siculus — II, 214.
Soldanella — II, 771.
tenuissimus — I, 314.
— tricolor — II, 175. 199. 200.
Copaifera officinalis — П, 727. 729.* Coprinus — I, 114.
Corallina — I, 264. 421; II, 674.
— officinalis — I, 262. f 262. '
Corallorhiza — I, 107. 748. 762.
— innata — I, 106. 654.
Corchorus olitorius — I, 726; II, 696.
Cordyceps Taylori — I, 163.* 164.
Cordyline vivipara — II, 603.
Coriandrum — II, 308.
— sativum — II, 184. 716.* 716.
cormus — I, 658.
Cornaceae — I, 628.
Cornucopia cucullata — II, 656.
Cornus — I, 412; II, 159.
— alba — II, 646. 767.
— florida — II, 169. 170*. 215. 216* 308.
— mas — I, 559. 626.* 628. 724; II, 308. 710.
— sanguinea — II, 186. 308. 648.
— Suecica — П, 169.
corolla — I, 637.
Coronilla — II, 248.
— scorpioides — П, 654.
— varia — I, 534.* 536.
Correa speciosa — I, 314* 316.
Cortusa — I, 342; П, 113. 293.
Coryanthes — U, 159.
Corydalis — II, 106. 166. 377. 766.
— capnoides — I, 641*; II, 377. 378.
— cava — I, 282. 551. 657; II, 188. 377. 378.
— fabacea — I, 282. 283. 622. 657; П, 377. 378.
— lutea —II, 92. 94.* 210.* 253. 649* 649.
— ochroleuca — II, 377. 378.
— solida — I, 282. 657.
Corylus — II, 113. 136. 280. 384.
— Avellana — I, 559; II. 137. * 714 772.
Colurna — II, 714.
tubulosa — II, 714.
corymb us — I, 740.
Corynaea — I, 191.
Turdiei — I, 191.
Coryopsis tinctoria — II, 767.
Corypha umbraculifera — I, 284. 284.* 743. 744*; II, 768.
Cosmarium polygonum — II, 458.* — tetraophthalmum — II, 458.*
Cotylanthera tenuis — I, 252.
Cotyledon — I, 320.
cotyledones — I, 593.
Crambe — I, 742; II, 672.
maritima — П, 26.
tataria — П, 376. 541.
Crassula — I, 320.
Crassulaceae — П, 369.
Crataegus — I, 443; II, 24. 186. 488. 767.
coccinea — I, 443.
Crus GaUi — I, 443.
monogyna — II, 513.
Oxyacantha — II, 513.
rotundifolia — I, 443.
Craterellus clavatus — II, 17.*
Craterium minutum — I, 104. 105*; П, 457.
Crematogaster — I, 451.
Crepis — II, 222. 301. 345. 348. 658.
alpina — II, 203.
grandiflora — II, 151. 335.
paludosa — II, 222.*
rubra — II, 203.
Grin d’Afrique — II, 694.
Crinum — II, 41. 440.
Crithmum maritimum — I, 320.
Crocus — I, 340. 621; П, 108. 312. 738.
— albiflorus — II, 313.
— multifidus — II, 108.* 189.
— sativus — П, 201. 265.* 269. 699. 716.
— vernus — II, 373. 472.
Crossogaster — II, 150.
Crotalaria — II, 268.
Croton Elateria — IL, 726.
— Tiglium — II, 729. 732.*
Crucianella — II, 163.
— latifolia — II, 92, 93.
— stylosa — II, 252. 252.* 254.* 293.31L
Cruciferae — II, 72.
Crupina vulgaris — II, 628. 628.* Cryptocephalus violaceus — II, 15L Cryptogamae — II, 45.
Cryptomeria — I, 488.
Cryptus — IL, 244.
Ctenomyces serratus — L 115.
Cucubalus baccifer — I, 679.
Cucumis Citrullus — II, 713.
— Melo — П, 91. 713.
— sativus — IL 709.
Cucurbita Pepo — L 607, 608.* 702;
П, 91. 94.* 171.
Cucurbitaceae — L 612; П, 620.
culmus — I, 715.
Cuphea — I, 609; II, 92. 163. 322.
— micropetala — П, 223. 223.* 224.
— platy centra — IL 93.
Cupressaceae — II, 409. 410. 41L Cupressus — П, 135.
— fastigiata — L 723. 724.
— sempervirens — П, 411.*
cnpnla — II, 405.
Cupuliferae — II, 404. 405.
Curculigo — IL 40. 41.
Curcuma angustifolia — П, 705.
— leucorhiza — II, 705.
— longa — IL 699, 717.
— Zedoaria — II, 717.
Cuscuta — I, 172. 173. 593. 597. 652. 654. 692; II, 321.
corymbosa — L 172.
Epilinum — L 172.
— Europaea — L 172. 173.* 174*; П, 363.
Trifolu — L 172.
verrucosa — L 176.
Cyanophyceae — L 244. 250; П, 577. 672.
Cyatheaceae — II, 9.
Cyathea elegans — IL 10.*
medullaris — П, 709.
Cyathus — I, 104.
— striatus — I, 106*; II, 590.
Cycadeae — II, 392. 412.
Cycas — П, 68. 392. 394.
— revoluta — II, 70 * 77. 79. 411.
Cyclamen — L 282; IL 167. 261. 351. 659.
— Europaeum — L 524; П, 83.* 85. 186. 201. 655. 766.
Cyclanthaceae — П, (85).
Cyclanthera — L 644.
explodens — II, 620.
pedata — I, 702.
Cyclops — I, 118, 149.
Cyclo stigma (Gentiana) — П, 168.
Cydonia — П, 406.*
Japonica — II, 25.
Smensis — П, 187.
vulgaris — IL 726.
cyma — L 739.
— composita — I, 739.
Cymbalaria (Saxifraga) — П, 322.
Cymodocea — II, 101. 672.
— antarctica — II, 428. 588.
Cynanchum — I, 605; II, 188. 640. 658.
— fUscatum — II, 640. f
— Vincetoxicum — II, 402.
Cynara Cardunculus — II, 708.
Cynips calicis — П, 508.
— caput Medusae — П, 504.* 506.
— Hartigii — II, 504 * 507.
— Kollari — IL 504.*
— lucida — П, 504.* 507.
— polycera - II, 504.* 507. 517.
Cynoglossum — II, 294. 654.
— officinale — IL 723.
— pictum — II, 292. 653. f Cynomorium coccineum — L 195.* 196. Cyperus — I, 323,
— flavescens — II, 65L
— fuscus — II, 651.
— Papyrus — II, 697. 764; см. также Papyrus.
Cypressus — cm. Cupressus.
Cvpripedium — II, 157. 234. 24L 242. 777.
— Calceolus — II, 235. 236*
— insigne — II, 201.
— villosum — II, 201.
Cypris — I, 118. 149.
Cyrtandraceae — II, (181). (642).
Cystopteris bulbifera — II, 599.* 600.
Cystopus candidus — II, 21. 52. 490.
Cystosira — I, 68. 388. 587; II, 672.
— barb ata — L 99. 587.
Cytinus — L 199. 202.
— Hypocistus — I, 195.* 202.
Cytisus — L 324; II, 240.
— Adami — IL 535—537.
— albus — I, 294.
— alpinus — II, 187. 536. 537.
— australis — II, 456.
— candicans — I, 294.
— ephedroides — I, 294.
— equisetiformis — I, 294.
— holopetalus — I, 294.
— Jacquinianus — П, 536. 537.
— Laburnum — I, 10.* 545. 559; П, 157. 208. 209* 535 — 538.
— nigricans — II, 456.
— purgans — I, 294.
— purpureus — II, 535—538.
— radiatus — I, 292. 293.*
— spinosus — I, 443. 447.*
Dactylis — II, 132. 721.
Daedalea quercina — II, 17.* Daemonorops hygrophilus — I, 680.* Dahlia variabilis — I, 397; II, 768.
Dais cotinifolia — II, 25.
Daphne — L 283. 311. 429; II, 98. 107. 269.
— alpina — П, 187. 190.
— Blagayana — II, 190. 227.* 228. 683.
— Laureola — I, 279: II, 187.
— Mezereum — L !"• 559; П» 284. 373. 728. 730.*
— petraea — II, 663.
— Philippi — П, 187. 190. 195. 569.
— Pontica — II, 187.
— striata — II, 187. 190. 686.
Daphnia — I, 118. 119. 149.
Darlingtonia Californica — L 124.125.* 126. 127.
Dasyactis — L 262. 587. 689; П, 577.
Dasylirion — I, 432.
Dasytes — II, 151. 154. 165.
Datura — L 419; II, 111. 188.
— ceratocaula — II, 171.
— Knigthii — II, 171.
— Metel — IL 1". 200.
— Stramonium — II, Ю8.182. 199. 200. 414. 731.
Daucus - I, 763; II, 171. 654. — Carota — L 291. 532. 707. 756.
Delimopsis hirsuta — I, 691.
Delphinium — IL 71. 77. 80. 402. 402* 522. 744.
— Ajacis — II, 482.
— Caschmirianum —°П, 74.* 76.
— elatum — II, 78.*
Dendrobium — IL 256. 257.
— fimbriatum — II, 257. 257*
— junceum — I, 320.
— nobile — L 220.f
Dentaria — I, 654; II, 171. 224. 569.
620. 624.
— bulbifera — L Ю6. 282. 487; П, 431* 432. 600.
— digitata — I, 1°6- 282.
— enneaphyllos — L 1°6. 282. 347.
— glandulosa — П, 569.
Dermestes — II, 153. 193.
— undulatus — II, 153.
Desmidiaceae — I, 583; IT, 457. 458.*
Desmodium (Hedysarum) Canadense— II, 653. f 654.
— penduliflorum — I, 536.
Desmoncus polyacanthus — I, 680.* Deutzia — 11, 293.
— crenata — II, 768.
Diacalpe — II, 12.
diachenium — II, 400.
Dianthoecia — II, 142. 144.
— albimacula — II, 144.*
Dianthus — II, 92. 162. 222. 527. 534. 547. 772.
— alpinus — II, 478. 529.
— barbatus — II, 766.
— Carthusianorum — II, 94.* 190.
— Caryophyllus — I, 730* 732; II, 186. 190. 522.
— Chinensis — II, 768.
— deltoides — II, 478.
— glactalis — II, 197. 281. 338.
— inodorus — II, 476.
Dianthus Monspessulanus — II, 189.190.
— neglectus — II, 197. 338.
— Oenipontanus — II, 529.
— plumarius — II, 186. 522. 766.
— polymorphus — I, 613. f
— prolifer — II, 200. 203. 281.
— Silvestris — П, 476.
— superbus — IL 186. 529.
— viscidus — II, 222.
Diapensia Lapponica — L 310.
Diastrophus Scabiosae — IL 508.
Diatoma — I, 584.
— vulgare — L 61.*
Diatomaceae — I, 583.
Dicentra spectabilis — П, 768.
Dicranodontium aristatum — IL 429.
Dicranum — I, 78. 105. 115; II, 673.
— elongatum — I, Ю9; II, 578.
— Sauteri — L H5.
Dictamnus — П, 212.
— Fraxinella — II, 189. 766.
Dictydium umbilicatum — L Ю4. 105.*
570; II, 457.
Dictyota — I, 584. f
Dictypellium caryophyllatum — II, 717.
Didymium — I, 571.
Diervil a rosea — II, 768.
Digitalis — IL 113. 235. 294. 342. 482
539.
— lutescens — II, 104.*
— ochroleuca — II, 766.
— purpurea — II, 201. 482. 732. 734.
766.
Digitaria sanguinalis — II, 704.
Dionaea — L 141. 147. 148. 153; II, 71.
— muscipula — I, 144.* 146. 153. 334.
Dioscorea — I, 733; II, 92. 636* 638.
— alata — II, 707.
— Batatas — П, 707.
— Pyrenaica — II, 663.
Diosmaceae — II, 622.
Diospyros Ebenum — II, 693.-
— Kaki — IL 711.
— Lotos — I, 547; II, 277. 711.
Diplazium esculentum — IL 709.
Diplosis — II, 503.
— botularia — II, 498.* 499.
— Loti — IL 508.
— Tremulae — IL 503.
Diplotaxis — II, 85. 238.
Dipsacus — IL 220
— laciniatus — I, 238. 239* 241.
Dipterocarpeae — IL 639.
Dischidia Raffiesiana — IL 221 * 223.
224.
Dischidium (Viola) — II, 365.
Discomycetes — I, 161.
discopodium — I, 744.
Dodecathion — IL 313.
Doria — I, 612.
Doronicum — II, 114. 115. 205. 279.
— cordatum — II, 295.
— glaciale — П, 305.
— scorpioides — II, 305.
Dorsteniaceae — II, 619.
Dorycnium — II, 617, 622.
— decumbens — I, 62; II, 623
— herbaceum — П, 617.
Doryphora — I, 641.* 642.
Draba — II, 160. 530. 547.
- aizoides - II, И4. 177. 317. 580.
— alpina — L 310.
— borealis — II, 317.
— repens — II, 376.
— stellata — I, 309.
— Thomasii — I, 313* 316.
— tomentosa — I, 309.
— verna — II, 177. 317. 318.
Dracaena — I, 714.
— Draco — I, 662. 714; II, 698.
Dracocephalum — I, 612.
— Ruys chianum — II, 476.
Dracunculus — II, 151.
— Creticus — II, 153. 194.
— crinitus — П, 153.
— vulgaris — II, 153.
Draparnaldia — I, 29.* 38.
Drimys — II, 91.
Drosera — I, 140 * 141. 147. 148. 643;
II, 71. 79. 164. 202. 269. 331.
— intermedia — II, 78.*
— longifolia — II, 200. 202. 265* 362.
— rotundifolia — I, 138. f 141. 143. Droseraceae — I, 145; II, 585. Drosophyllum — I, 145; II, 71.
— Lusitanicum — I, 150. 151.*
drupa — II, 400.-
Dryandra — II, 215. 216.
— floribunda — I, 291. 292.* 369. Dryas — II, 644.
— octopetala — I, 297. 298. 666; П,
Dryobalanops — II, 634.* 639. Dryoteras terminalis — II, 507. Dry pis — I, 432.
Dudresnaya coccinea — П, 50.* 55. Durvillea utilis — II, 709.
Duvalia longifolia —П, 498.* 502. 505
Eatonia obtusata — П, 580.
Ecballium Elaterium — П, 295. 618* 618. 624.
Echeveria — I, 408; II, 38. Echinocactus — I, 321. 446; П, 182.
horizontalis — I, 321.*
oxygonus — II, 171..
— Tetani — II, 171. 187. 200. Echinochloa frumentana — П, 704. Echi nop hora spinosa — I, 434.
Echinops — I, 434.
Echinopsis — II, 323.
cristata — II, 171.
Echinospermum — II, 654.
Echium — I, 439; II, 212. 233. 284. 294.
Italicum — I, 438.*
vulgare — II, 91.
Elaeagnus — I, 316; П, 487.
angustifolia — I, 314;* П, 195. Elais Guianensis — II, 700. Elaterium — cm. Ecballium.
Elatine Alsinastrum — II, 471.
Hydropiper — II, 651.
Eleanthus — II, 156.
Eleusine Coracana — П, 704. Elf-dansar — II, 564.
Elletaria Cardamomum — II, 717.
maior — II, 717.
Elodea — I, 25.* 68. 554.
— Canadensis — II, 124. 428.
Elymus — II, 132. 546.
crinitus — II, 627.
— mollis — I, 547.
embryo — II, 391.
emollientia — II, 725.
Empis — II, 151.
Empetrum — I, 295; II, 91.
— nigrum — I, 295.* 297. 299. 493. Empleurum sertulatum — I, 641.* Empusa Muscae — I, 165; II, 608. 609.* Enalus acoroides — II, 124. Encephalartos — I, 434. 604. Endocarpon miniatum — I, 246. Endophyllum Sempervivi — II, 488 * 489. Entada gigalobium — II, 632, 660.
— scandens — II, 632. 660. Entomophthora — II, 608.
— radicans — II, 609.* 609. Entomophthoraceae — I, 161. 165. Entyloma Aschersonii — II, 487.
Magnusii — II, 487. Epacridaceae — I, 250. 630; П, (91). Ephebe Kerneri — I, 244. 244.* Ephedra —I, 291. 325. 375; 11,282. 388.* 413.
epicotyle — I, 594.
Epidendron — I, 357.
elongatum — I, 218.
Lindleyanum — II, 201.
Epilobium — I, 430. 497; II, 75. 96. 327. 547. 569. 640. 644. 658. 672.
alsinefolium —- II, 553.
angustifolium — II, 72* 96. 97* 167. 180. 199. 265. 291. 292* 329. •424. 569. 570. 766.
— colli num — II, 199. 200. 640.f - hirsutum — II, 91. 115. 175. 329. — montanum — II, 91. 115. 175. 315.
palu st re — П, 553.
par v ill or urn — II, 315.
roseum — II, 115.
scaturiginum — II 553. Epimedium — I 487; II 85. 89. 164.
alpinurn — II 222*. 222. 323. 324*. 569.
Epipactis — I, 106; II, 162. 165. 546.
gigantea — II, 546.
latifolia — I, 138*; II, 242* 243. 271.
microphylla — II, 25.
rubiginosa — П, 187. 546.
speciosa — П, 546.
Thunbergii — II, 546.
Epipogum — I, 654. 762; II, 162. 209. 271.
aphyllum — 1,106.107; II, 187. 210* 211. 244.
Episcia bicolor — П, 40.
Epithemia — I, 543.
Equisetaceae — I. 655; II. 445.
Equisetineae — П, 63.
Equisetum — I, 323. 497.
— arvense — I, 655; П, 12* 14. 445. 545. 569.
— inundatum — П, 545.
— limosum — П, 545. 571.
— silvaticum — II, 12.* 14. 445.
— Telmateja — I, 655; II, 596 * Eragrostis abyssinica — II, 704. Eranthis — I, 619; II, 109. 164. 168. 238.
— hiemalis — П, 107 * 201.
Eremurus — II, 157.
Caucasicus — П, 291. 292*
Erica — II, 548.
— arborea — II, 514.
— Caffra — I, 295* 296. 297.
— carnea — I, 63. 297; II, 121. 166. 309 * 309. 514. 676. 688.
cinerea — I, 299.
Tetralix — I, 299.
vestita — I, 296.
Ericaceae — II, 369.
Erigeron — II, 334.
acer — II, 548.
alpinurn — II, 295.-
Canadense — II, 548. 659. 660.
Htllsenii — II, 548.
Erineum — II, 495.
Eriocephalus — I, 202.
Eriodendron — II, 398. 695.
Caribaeum — I, 753.
Eriophorum — II, 642. 658.
angustifolium — II, 64O.f
vaginatum — II, 579.
Eritrichium nanum — II, 470.
Erodium — 1, 613. 616; II, 161. 623.
— Cicutarium — I. 614* 618. 618*;
II, 200.
Ervum — I, 697; П, 378.
Lens — II, 706.
Eryngium — II, 293. 305. 788.
alpinurn — II, 169.
amethystinum—I, 434. 454; П, 169.
bromeliaefolium ■— I, 434.
campestre — I, 454.
Creticum —II, 169.
pandanifolium — I, 434.
Erysimum — I, 315.
odoratum — II, 188.
Wittmanni — II, 663.
Erysipheaceae — I, 160; [II, 18. 56. 57.
Erysiphe — II, 57.
Tuckeri — I, 168.
Erythraea — II, 85. 108. 269.
Centaurium — II, 83* 201. 726.
pulchella — II, 199. 201. 340. 651.
Erythrina crista galli — II, 182.
herbacea — II, 182.
speciosa — II, 182.
Erythronium — I, 487; П, 293.
Dens canis — II, 767.
Erythroxylon Coca — II, 727. Eschscholtzia — П, 154. 285. 622.
Californica — ^ 618; П, 107* 109.
01. 285*
Euactis — I, 262. 587. 689; П, 577.
Heeriana — II, 578.
Euastrum oblongum — II, 458.* Eucalyptus — I, 189. 331. 723; II, 103.
421.
amygdalina — I, 724.
— coriacea — I, 618*
— globulus — II, 450. 725.
— orientalis — I, 618.* 618.
Eugenia — I, 626* 628.
Eulalia Japonica — I, 290. 423.
Eupatorium — П, 672.
aromaticum — II, 303.
cannabinum — II, 302.* 303. 737.
Euphorbia — II, 117, 160, 295. 547. 622. 649. 672.
amygdaloides — I, 524. -
Canariensis — I, 320 * 641*
coerulescens — I, 446.
— Cyparissias — I, 427; II, 188. 490 514. -
dulcis — I, 654.
helioscopia — II, 25.
Myrsinites — I. 23.f
Peplus — П, 25.
polychroma — II, 169.
spinosa — I, 444.
splendens — II, 169.
variegata — II, 169.
Euphorbiales — II, 73.
Euphrasia — I, 177. 628; П, 106. 535
Kerneri — II, 341.
minima — II, 327* 328.
Rostkoviana — II, 341.
stricta — II, 103.*
versicolor — II, 341.
Euriops — I, 612.
Euromycetes — 1,161.
Eurotium — I, 513.
Euryangium Sumbul — I, 730* 732. 742; II, 184.
Euterpe oleracea — 11, 708.
Euzomodendron Burgaeanum — П, 663
Evax — I, 311.
Evernia — II, 597.
— ftirfUracea — П, 597.
Evonymus — П, 398.
— Europaeus — I, 738.* 739.
— verrucosus — II, 495. 648.
Exoascaceae — I, 161.
Exoascus alnitorquus — П, 488* 489
alpinus — II, 492.
aureus — II, 490.
betulinus — II, 492.
borealis — II, 491.
Carpini — II, 491.
— deformans — II, 489. 491.
Insiti tiae — II, 491.
Pruni — II, 490.
turgidus — II, 492.
Exobasidium — II, 484.
Lauri — II, 486. *
Rhododendri — П, 485.
Vaccinii — II, 485. 491.
Exocarpus — I, 324.
Exostemma longiflorum — II, 207.
Fagopyrum esculentum — II, 703.
Fagraea obovata — I, 684.* 757.
Fagus — I, 342. 405.
ferruginea — I, 491.
silvatica — I, 346. 531. 559. 610. 618* 663. 723. 724; П, 480. 676.
Falcaria Rivini — I, 532.
fasciculus — I, 739.
Favus (болЬзпь) — 1,164.
Fegatella conica — II, 61.f
Fei de terra (Lophophytum mirabile)—
, 194.
Ferraria — I, 329.
Ferula — I, 742.
Ferulago — II, 308.
Festuca — I, 335; П, 132. 546. 602. 721.
— alpestris — I, 333.* 335 — 337. 430.
alpina — П, 425.
arundinacea — I. 438.*
indigesta — I, 430.
nigrescens — I. 526.
— Porcii — I, 334* 336.
punctoria — I, 287. 335. 337 * 430.
rupicaprina — II, 425.
vaginata — I, 613f; II, 580.
Ficaria — II, 168; (cp. Ranunculus Fi- caria).
ranunculoides — I, 653; II, 590.
Ficus — I, 155. 189. 358. 417. 707. 713f: II, 91. 150.
Benjamina — I, 708. 709.*
— Canca — П, 145.* 148. 149. 506. 713. 772.
elastica — I, 753; П, 148. 702.
— Indica — I, 753. 756.
nitida — I, 756.
Ficus pumila — П, 91. 145 .* 148.
scandens — I, 418.* 706.
Tsiela — I, 756.
Filago — I, 311.
mixta — II, 548.
neglecta —г П, 548.
subspicata — II, 548.
filamentum — I, 639.
Filipendula Ulmaria — I, 288.
hexapetala — I, 757.
Fistulina — II, 709.
Flagellaria Indica — I, 696.1
flexuosus — I, 664.
Foeniculum — II, 308.
aromaticum — П, 400. 401.* 717.
Foenum graecum — П, 753.
folium — I, 593.
connatum — I, 593.
decurrens — I, 593.
fulcrans — I, 635.
perfoliatum — I, 593.
scabrum — I, 437.
sessile — I, 593.
folli cuius — II, 402.
Fontanesia jasminoides — I, 547.
Formica exsecta — II, 231 * 232.
rufibarbis — II, 649.
Forsythia viridissima — П, 29.
Fourcroya — II, 91.
gigantea — П, 600.
Fragaria — I, 363. 665; 11,406.
Chilensis — П, 711.
collina — П, 454. 711.
elatior — II, 454. 711.
grandiflora — I, 736* 736; П, 454. 711.
Indica — I, 667; П, 575. 646.
— vesca — I, 363. 559. 667. 767; П, 454. 575. 711.
Virginiana — П, 711.
Fragillaria — I, 584.
virescens — I, 61.* Franciscea eximia — I, 279* 282. Frankenia hispida — I, 235.
Fraxinus excelsior — I, 637. 638* 723. 724; II, 129* 129. 280. 294. 498. 499. 517.
Ornus — II, 186. 277. 517. 725.
Fritillaria — I, 644; II, 40. 41.113.163. 208. 224. 312. 638.
cirrhosa — I, 697.
imperialis — I, 621; II, 86.163. 279. 313. 765.
Meleagris — П, 201. 766.
Persica — II, 765.
Ruthenica — I, 697.
verticillata — 1, 697.
fructus capsularis — П, 401.
Frullania dilatata —- I, 253 * 253; П, 566.
frutex — I, 717.
fruticulus — I, 717.
Fuchsia — П, 96.
coccinea — П, 181.
cylindrica — II, 181.
fulgens — П, 181.
radicans — II, 181.
spectabilis — II, 181.
Fucus — I, 29 * 587; II, 672.
vesiculosus — II, 47.* 47. 48*
virsoides — П, 47. 47.f
Furnari a — I, 696. 699; II, 166. 378. 400. 401*
claviculata — I, 698.
officinalis — I, 618 * 619.
Funaria — I, 29*; II, 545.
hygrometrica — I, 382. fundamentum — I, 652. 658. Fungus Chirurgorum — II, 732.
Melitensis — 1,197. (Cynomorium). funiculus — II, 77. 387.
Funkia — I, 630.* 631; П, 212. 233. 264. 286. 391. 638. 669.
ovata — II, 419.
Sieboldi — II, 419.
subcordata —- II, 419.
furfuraceus — I, 316.
Gagea — П, 40. 168.
arvensis — П, 615.
Bohemica — П, 433.
bulbifera — II, 591.
Gagea lutea—I, 551. 657; 11,86.362.373.
minima I, 657.
Persica — II, 430.* 433. 600.
stenopetala — П, 615.
Galactodendron utile — I, 475, Galanthus — II, 113. 201. 261. 313. 766. — nivalis — I, 562. 657; П, 83* 162.
162*
Galbanum — II, 727.
Galega officinalis — П, 766.
Galeobdolon luteum — I, 282.
Galeopsis — I, 767; П, 85. 121. 212.
214. 241. 535.
— angusti folia — II, 83 * 121.
grandiflora — П, 210*
ochroleuca — II, 331.
pubescens — I, 618* — Tetrahit — II, 331.
Galinsoga parviflora — IT, 660.
Galium — I, 430. 634; II, 201. 548. 654.
Aparine — I, 680; II, 653.f 654.
Austriacum — II, 509.
boreale — П, 509.
Cruciata — II, 188. 278.
infestum — II, 201. 321.
Mollugo — I, 679; II, 321. 510.
retro rsum — II, 655. 656.*
tricorne — П, 321.
uliginosum — I, 680; П, 509.
vernum — II, 188.
verum — II, 188.
Gallionella ferruginea — I, 264.
Gametophyceae — II, 629. 672. 674.
Garcinia — П, 83.* 85.
Mangostana — П, 713.
Morelia — II, 699. 729. 732.*
Gardenia — II, 189.
florida — II, 719.
Gasparrinia elegans — П, 565. 674.f Gasteromycetes — I, 104. 106.* 160. Gaultheria — II, 648.
procumbens — II, 712.
Gaura — II, 96.
Geaster — I, 104. 587; II, 610.
fornicatus — I, 106*
multifidus — I, 106.*.
Gelidium — I, 99.
cartilagineum — II, 709. gemma — I, 594. 653.
Genetyllis tulipifera — II, 105. 169.
Genista — I, 294. 324. 375; П, 254.
Anglica — I, 444.
canariensis — II, 187.
Germanica — I, 444.
Hispanica — I, 444.
^ horrida — I, 443.
pilosa — I, 294. 665.
tinctoria — I, 406; П, 514, 699.
Genlisea — I, 121 * 122.
Gentiana (cp. Coelanthe, Cyclostigma) — II, 85. 95. 111. 237. 367.
— acaulis — I, 225* 238. 505; П, 151. 160. 183. 195. 359. 461.
angustifolia — П, 359.
asclepiadea—1,454; II, 160. 204. 214. 286. 294. 345. 345*
Bavarica I, 109; II, 160. 166* 168. 195. 269. 294.
campestris — П, 340.
ciliata — I, 111. 644; II, 96. 151.187.
82. 286. 294.
— Clusii — II, 183.f -359* 359. 461.
— cruciata — II, 294;
— Froelichii — П, 294. 663.
— Germanica — II, 284. 294.
glacialis — I, 108; П, 237. 362.
lutea — I, 759; П, 548. 726. 786.
папа — I, 108. 644; П, 237.
nivalis — I, 108; II, 111. 206.
— Pannonica — I, 759; II, 214. 548.
— Pneumonanthe — П, 151. 160. 214. 286. 294. 345. 346.
— prostrata — I, 108; П, 160. 294. 337. 362.
— punctata — I, 759; П, 160.214. 294. 548.
— purpurea — П, 548.
— Rhaetica — I, 111. Ill*; П, 94* 204. 284. 294. 516.'
— tenella — II, 294. 340.
— verna — И, 183.f 183.195. 284. 294.
483. 767.
Gentianaceae — I, 109. 238.252;.П, 369.
Geranium — II, 161. 620. 624.
— argenteum — II, 289. 293.,
— columbinum — II, 293. 315. 623.
divaricatum — I, 679.
lividum — II, 293.
lucidum — II, 278. 293. 315.
— nodosum — I, 679,-
— palustre — L 677. 679; II, 620. 621* 623.
— pratense — II, 201. 289. 293.
— pusilium — И, 293. 312.
— Pyrenaicum —- I, 408* 409.
— Robertianum — II, 91. 114.* 114.
37. 293. 315.
sanguineum — II, 495.
— silvaticum — II, 289.289.* 293.483.
triste — П, 203.
germen — I, 645; II, 68..
Gesneraceae — II, 40.
Geum — II, 494, 547. 654.
coccineum — II, 353.
macrophyllum — II, 495. ,
montanum — II, 281. 285. 353.640.f 642..•
reptans — I, 667; II, 281. 285. 353. 575.
rivale — П, 113. 361.
urbanum — I, 717; II, 653.f 654.
Gigartina mamillosa — II, 726.
Gilea — I, 612; II, 341.
tricolor — II, 473.
Ginkgo — П, 282. 392. 395.
biloba — I, 354. 630* 632; П, 410. 411* 412. 421. 537. 768. 787.
Gladiolus — I, 329. 621; II, 162. 167. 235. 238. 265. 286. 527. 738. 766.
byzantinus — II, 742. 744.
segetum — II, 265* 269. 764.
Glaucium — II, 154.
corniculatum — II, 200.
luteum — II, 200. 284. 292.
Glaux — II, 73..
maritima — II, 75* 569. 651.
Glaziovia — I, 703.'
Glechoma — II, 281.
hederacea — 1, 667; II, 575. 736
Gleditschia — I, 536; II, 28.
Caspica — II, 28.
Sinensis — II, 188.
triacanthos — II, 188. 195. 480.
767.
Gleichenia — IT, 36.
alpina — II, 10* 11.
Gleicheniaceae — П, 9.
Globba bulbifera — II, 602.
coccinea — П, 602.
Globularia — I, 643; П, 84. 85. 116.
cordifolia — I, 665. 666; II, 83* 688.
stygia — П, 663.
Globulariaceae — II, 369.
Gloeocapsa — I, 113. 586.
sanguinea — I, 23.f 573.
Gloriosa superba — I, 697.
Glossocomia — П, 337.
Glossostigma — II, 268.
Gloxinia (ср. глоксишя) — II, 235.
speciosa — I, 313*
glutinosus — II, 221.
Glyceria - I, 342; II, 132.
— fluitans — II, 468. 571. 575. 651. 704.'
spectabilis — I, 289* 289; II, 571.
Glycine Chinensis — I, 686; П, 187.
768.
Glycyrrhiza — I, 536; П, 672.
echinata — II, 414.
glabra — П, 724 * 725.
Gnaphalium alpinum (cp. Antennaria alpina) — II, 82. 282. 436. 439.440.
Carpathicum — II, 282. 436.
— dioicum — II, 282. 436. .
Leontopodium — I, 309. 309.* 313*;
II, 169. 279. 295. 686.
luteo-album — II, 487.
tomentosum — I, 313.* 315.
Gnetaceae — I, 714; II, 392. 409. 413.
Godetia — П, 96.
Goldfussia anisophylla — I, 419. 420;
glomerata — I, 419.
Gomontia polyrrhiza — I, 257.
Gomphonema —I, 583.
capitatum — I, 61.*
Gonianthes candida — I, 108.
Goniolimon — I, 232. 233.
Gonolobus Condurango — П, 729.
Goodyera repens — I, 106; П, 638.
Gorteria ringens — П, 175.
Gossypium — II, 398. 642. 695.
Barbadense — II, 642.* — herbaceum — II, 397* 733.
Grammato carpus volubilis — I, 688.
Grammatophora serpentina — I, 61.*
Grammoptera — П, 244.
Gregoria — II, 284.
Grevillea — I, 331.
Grimmia — I, 214; П, 545. 578. 590. 594*
apocarpa — I, 55. 56. 257. 367.
ovata — П, 595.
Grindelia — П, 222.
squarrosa — I, 306.
Guajacum officinale — П, 693. 729.
Guamoclit coccinea — I, 618.* (cp. Quamoclit).
Gummi arabicum — П, 725.
Gundelia Tournefortii — II, 635.
Gunn era — I, 250. 341.
Gymnadenia — II, 243. 244. 271. 546.
conopea — II, 187. 190. 418* 419. 422. 529. 533. 548. 638.
— odoratissima — П, 187. 190.
Gymnoascus uncinatus — I, 135.
Gymnocladus — I, 491. 623.
Canadensis — I, 354. 536; II, 28.
Gymnospermeae — П, 392.
Gymnosporangium — П, 484. 486.
clavariaeforme — II, 486.* 487.
conicum — II, 486. 486.* 488.
Sabinae — II, 488.
tremelloides — II, 488.
Gymnostomum — II, 673.
curvirostre — I, 262; II, 579.
Gynerium argenteum — II, 132. 580.
770.
Gypsophila — П, 162. 322. 672.
paniculata — I, 739.
repens — I, 526; II, 322/476.
Gyrocarpus — II, 639.
Asiaticus — II, 637*
Gyrophora cylindrica — П, 674.f
Haastia pulvinaris — II, 173. 174.*
Sinklairii — II, 173. 174 * Haberlea — П, 160.
Rhodopensis — II, 663.
Hacquetia — II, 293. 305.
Haematomyces malariae — I, 161.
Haematoxylon campechianum — II, 698.
727.
Hakea fiorida — I, 291* 291.
rostrata — I, 320.
Halanthium Kulpianum — 1, 641*
Halesia — II, 25.
Halictus — II, 151.
Halimocnemis — I, 648.
gibbosa — I, 641*
mollissima — II, 170*
Halimodendron argenteum — I, 448.
Halophila — II, 101.
Haltica Atropae — I, 428.
Hamamelidaceae — I, 694.
Haminia — I, 641.*
Hanburya Mexicana — I, 702.
Hancornia speciosa — II, 702.
Haplolophium — I, 703.
Haplophyllum — II, 228.
Harpagophyton procumbens — П, 654.
Hedera — II, 182. 186.
Helix — I, 559. 706. 710; П, 195. 449.
455. 739.
poetarum — Ili 455.
Hedwigia — I, 105.
ciliata — II, 61.f
Hedychium — П, 75.
angustifolium — П, 72*
Hedysarum Canadense (cm. Desmo- dium).
Helenion — П, 742.
Heleocharis acicularis — II, 651.
Heliamphora nutans — I, 121* 123.
Helianthemum — I, 316. 414; П, 116.
120. 154. 201. 202. 268. 365. 385.
Helianthemum alpestre — П, 114. 201. 292.
grandiflorum — I, 412.* 414.
marifolium — II, 385*
Tuberaria — I, 312.
Helianthus — П, 76.
— annuus — I, 658; П, 767.
— tuberosus ~ П, 69* 567. 707.
Helichrysum — I, 312; II, 279. 770.
— annuum — I, 609* 610.
— arenarium — II, 173. 487.
— eximium — II, 173. 175.f
frigidum — П, 173. 663.
Stoechas — II, 744.
virgineum — II, 173.
Virginicum — II, 663.
Helicodiceros — II, 151.
Heliosperma — П, 638.
quadrifldum — II, 636.*
Heliotropium — II, 186.
Europaeum — II, 187.
Peruvianum — II, 187.
Helleborus — I, 429; П, 71. 164. 238.
265. 287. 547.
niger — I, 365. 376; II, 168. 767.
viridis — II, 732.
Helosis Gujanensis — I, 190* 191.
Helotium Tuba — II, 16 *
Willkommii — II, 488.
Helvetia — П, 709.
flstulosa — II, 16*
Infula — II. 16*
Helwingia ruscifolia — II, 34* 35. 36.
Hemerocallis — II, 195. 268.
flava — I. 757; II, 201. 283.
fulva — П, 199. 200. 203. 284. 371.
372.
Henslowia — I, 202.
Hepatica (cm. Anemone) — П, 119. 154.
175.
Transsilvanica — П, 663.
triloba — I, 282. 523. 524. 551; П.
80. 201.
Heracleum — I, 91. 239; II, 171.
alpinum — П, 663.
palmatum — I, 241.
Sphondylium — II, 188.
herbae — I, 715.
herbarium — I, 6.
Hermannia — II, 25.
Herminium — П, 188.
Monorchis — II, 244.
Herniaria glabra — П, 423. 729.
Herpes tonsurans (болезнь) — I, 164.
Hesperis matronalis — II, 195. 199. 766. — tristis — П, 182. 187. 195. 196. 199.
29. 787.
Hesperoyucca Whipplei — II, 147.
Heteropogon — I, 616; II, 280.
Hibiscus — П, 269.
esculentus — П, 708.
Syriacus — П, 767.
ternatus — П, 95.*
Trionum — II, 90. 176. 200. 330.
Hieracium — П, 110. 301. 345. 348. 530.
540. 548.
alpinum — II, 674.
aurantiacum — II, 767.
Auricula — I, 667; II, 203.
chondrilloides — II, 203.
flagellare — II, 575.
Grisebachii — П, 663.
gymnocephalum — I, 312.
murorum — II, 203. 508.
Pilosella — I, 308. 665. 669; П, 107.* 109. 203. 205. 497.
silvaticum —• II, 508.
staticaefolium —- II, 273.
tenuifolium — I, 524.
tridentatum — II, 508.
umbellatum — II, 203. 335.
villosum — I. 287.
Hierochloa — П, 187. 279.
australis — II, 295.
borealis — П, 564. 569.
Hildebrandtia — I, 421. 575.
hilum — II, 398.
Himantoglossum — П, 546.
hircmum — П, 188.
Hippocrepis — П, 248.
Hippophae — I, 316. 676; П, 24. 136.
38. 282.
Hippophae rhamnoides—1,443; 11,103.* 105.
67. 589. 646.
Hippuris — I, 497; II, 471. 571.
vulgaris — I, 365.
Historia plantarum — П, 3.
Holcus — 11, 132. 279.
holosericeus — I, 314.
Homogyne — II, 279. 304.
alpina — П, 674.
discolor — I, 297.
Hookeria splendens — I, 387. 588. Hordeum — II, 132. 702. 703.
distichon — П, 702.
hexastichon — II, 702.
vulgare — I, 559; II, 702.
Zeocriton — П, 702.
Hormidium murale — I, 99.
Horminum — II, 228.
Hormomyia — II, 503.
Capreae — II, 503.
Fagi — П, 501. 503.
— juniperina — П, 514. 519.
Poae — П, 495.
Reaumuriana — П, 502* 505. Hortus Eystettensis — II, 766.
vivus — I, 6.
Hottonia — I, 762; П, 101, 220. 284.
palustris — II, 587.
Houstonia — П, 93.
Hovenia — II, 406.
Hoya — I, 85.
carnosa — I, 691; II, 38. Humulus — II, 133. 282. 777.
— Lupulus — I, 687. 688. 690. 692.*; II, 296. 417. 436. 634* 639. 708. 716. 726.
humus — II, 464.
Hura — II, 622.
crepitans — П, 623.
Hutchinsia alpina — II, 317. 461.
brevicaulis — II, 461.
petraea — I, 525.
Hyacinthus — II, 40. 742. 744. Hyaenanthe — II, 622.
Hydnaceae — I, 161.
Hydnophytum — I, 357.
Hydnora Africana — I, 197.
Americana — I, 197.
triceps — I, 197.
Hydnoraceae — I, 197.
Hydnum — II, 709.г
— imbricatum — I, 502. 519; II, 17.*
Hydra — I, 252.
Hydrangea Japonica — П, 173.
— quercifolia — П, 106. 107* 173. Hydrastis Canadensis — II, 726. Hydrilla verticillata — П, 124.
Hydrocharis — I, 71. 280. 409. 671; II, 220. 614.
— Morsus ranae — I, 284. 525. 630.* 631; II, 584* 585. 586* Hydrocotyle Asiatica — I, 626.* 628.
— vulgaris — I, 626* 629. 665* 666. 749.
Hydrodictyaceae — П, 583. Hydrodictyon — I, 572. 586; П, 20* 21.
— utriculatum — I, 36. 584; П, 22. 584. Hydroleaceae — I, 439.
Hydrophyllum — I, 342.
— virginicum — I, 347. Hydropteridinae — П, 13. 63. Hydrurus — I, 70. 588; II, 672. Hygromycetes — I, 160. Hylocomium — I, 105; II. 447.
— splendens — П, 13* 578. 673.
triquetrum — II, 673. Hymenocarpus — П, 638. Hymenocystis — П, 12. Hymenomycetes — I, 104. 161; II, 457. Hymenophyllaceae — I, 78.385; II, 9.13. Hyoscyamus — П, 266. 287. 340. 404.
albus — П, 473.
niger — П, 340. 659. 731. hypanthium — I, 745.
Hypecoum — П, 164. 342. 345.
grandiflorum — II, 166.* 343*
pendulum — П, 362.
procumbens — П, 167. Hypericopsis Persica — I, 234. Hypericum — II, 157. 215. 318. 547.
Hypericum fragile — П, 663.
humifusum — П, 362.
Olympicum — I, 641.*
perforatum — II, 318. 737. 739.
Hyphaene coriacea — I, 715.
Thebaica — I, 662. 715. 743. 747.
Hypnaceae — П, 578.
Hypnum — I, 105.
aduncum — II, 545.
commutatum — II, 61,f
cordifolium — I, 100.
cupressiforme — II, 61.f
falcatum — I, 262.
fluitans — П, 545..
giganteum — I, 100.
Halleri — II, 566.
lycopodioides — П, 545.
molluscum — I, 214.
rugosum — П, 435. 598.
sarmentosum — I, 100.
Schreberi — II, 61.f 673.
triquetrum — II, 61.f Hypochaeris — II, 345. 348.
Helvetica — II, 674.
maculata — II, 203.
hypocotyle — I, 593. hypocrateriformis — I, 637; II, 106. Hypoderma Lauri — I, 115.
Hypodiscus aristatus — II, 628. Hyssopus officinalis — II, 181. 715.
Iberis amara — П, 170* 171. 473.
Gibraltarica — II, 171. 663.
umbellata — II, 171.
Ichneumon — II, 244.
Ichthyosoma (Sarcophyte) — I, 196. Hex — II, 648. 777.
Aquifolium — I, 303. 303* 431; П, 739. 741.
Hlecebrum verticillatum — П, 363.
Illicium anisatum — II, 402.* 402. 454. 717.
religiosum — II, 454.
Imbricaria caperata — II, 674. f Impatiens — I, 83; П, 164. 264. 365. 624.
glandulosa — II, 288.
Nolitangere — I, 283; П, 103 * 105. 289. 365. 366. 619. 621* 624.
tricornis — II, 218. 219. 289. Inachus scorpioides — I, 69. Indigofera — I, 536; II, 254. 699
tinctoria — П, 699.
mdividuum — II, 5.
indumentum — П, 530.
inflorescentia — I, 634. 737. infundibuliformis — I, 637. Inga — I, 193. 643.
innovatio — I, 594.
integumentum — II, 68. 77. 387.
internodium — I, 663.
Inula — I, 311; II, 279. 548.
crithmoides — I, 320.
ensifolia — П, 298.
Germanica — II, 298.
Helenium — П, 736.
0cuius Christi — II, 298.
salicina — П, 298.
viscosa — I, 306.
involucrum — I, 636.
fructus — П, 403.
Ipomaea — II, 94. 95.
Batatas — П, 708.
coerulea — II, 767.
muricata — I, 691.
— Purga — П, 729.
— purpurea — II, 199. 316.
Iridaceae — П, 345. 369. 626.
Iris — I, 329; П, 89. 106. 162. 235. 534. 537. 729. 766. 775. 779.
— arenaria — П, 199. 200. 564.
— Fiorentina —^ II, 534. 535. 729.
— Germanica — П, 234.* 534.
Kochii — П, 534. 535.
odoratissima — II, 187.
Pallasii — П, 564.
pumila — П, 534.
sambucina — П, 534.
Sibirica — П, 103 * 391.
Susiana — II, 741. 767.
variegata — I, 613.f
Isatis tinctoria — П, 699.
Ismene — II, 187.
Isoetes — I, 68.
Isolepis setacea — П, 651.
Isoloma Decaisneanum — П, 538.
sciadocalyx — II, 538.
Tydaeum — II, 538.
Isopyrum — II, 164. 238.
thalictroides — I, 282; П, 114.
Jacaranda Brasiliensis — II, 693.
Jacquinia — I, 376; II, 265.
Jambosa domestica — II, 713.
vulgaris — II, 713.
Jankaea Heldreichii — II, 663.
Janthe buguhfolia — П, 741.
Jasminum — I, 676.
nudiflorum — I, 676.
— officinale — II, 186. 772.
Sambac — II, 719.
Jatropha — I, 439. 440.
Manihot — II, 708.
multifida — I, 277.
Juglandaceae — II, 684.
Juglans — II, 113. 280. 494.
regia — I, 341* 342. 487. 559. 641*;
II, 88.* 136. 405. 416. 714. 727.
Juncus — I, 323. 497; II, 514.
— alpinus — II, 425. 514.
— arcticus — II, 569. 686.
— bufonius — II, 366. 651.
castaneus — I, 526; П, 686.
compressus — II, 651.
glaucus — I, 731. 733.
Jacquinii — 1, 526; II, 91.
lamprocarpus — II, 468. 514. 651.
monanthos — II, 461.
stygius — П, 688.
supinus — П, 425. 468. 604.
trifldus — I, 109. 526; II, 461. 564. 674.
Jungermannia — I, 254.
bicuspidata — II, 597.
polyanthos — I, 588.
pumila — I, 588.*
quinquedentata — I, 588.*
trichophylla — I, 588 * 588.
Jungermanniaceae — I, 120.
Jniperus — II, 135. 282. 531.
communis — I, 287; II, 412. 412.* 486.* 487. 488. 511* 514. 519. 531. 730.
excelsa — П, 488.
— Kanitzii — П, 531. 545.
nana — I, 287. 551; II, 455.
Oxycedrus — I, 208; П, 455.
— phoenicea — II, 455.
— Sabina — I, 286. 641.*; П, 455. 488. 728. 739.
— sabinoides — П, 531. 546.
— Virgunana — II, 117* 135. 768.
Jurinea mollis — I, 613f; П, 230. 232.
Jussiaea — II, 91.
repens — I, 497.
Justicia — II, 623.
Kentrophyllum — I, 434.
Kernera saxatilis — II, 170.* 178. 236.*- 238. 266.
Kerria Japonica — II, 768.
Kigelia — I, 358.
Africana — I, 277.
Kitaibelia — II, 622.
Kleinia — II, 617.
articulata — II, 605* 606.
neriifolia — П, 606.
Knautia — II, 625.
arvensis — П, 281. 489.
silvatica — II, 625.
Koeleria — П, 132.
Koelpinia linearis — II, 654.
Koelreuteria paniculata — I, 10.* 623;
II, 768.
Koniga spinosa — I, 313.* 316. 444.
Krameria Ixina — II, 654.
triandra — П, 727.
Labellum (орхидныхъ) — II, 162. 241.
Laccometopus clavicornis — П, 509.
Teucrii — II, 509.
Lactarius — I, 475.
deliciosus — П, 454. 709.
— scrobiculatus — I, 502. 519.
torminosus — П, 454.
Lactarius vellereus (cm. Agaricus v.) — I, 519.
Lactuca — I, 474; II, 109. 301. 658.
muralis — I, 524.
sativa — II, 203. 221. 708.
Scariola — I, 330. 330*
virosa — I, 474*; II, 732.
Lactucarium — II, 732.
Laelia — I, 357.
gracilis — I, 216.*
Perrinii — П. 78.* 79.
Lagarosiphon — II, 124.
Lagenaria leucantha — II, 422.
Lagenidium Rabenhorstii — 1, 170. 170*
Lagoecia — II, 658.
Laguncularia — I, 497.
Lamina — I, 592.
Laminaria — 1, 585.*; II, 672.
digitata — П, 733.
pinnatifida — П, 709.
saccharina — II, 709.
Lamium — II, 235. 547.
album — I, 526. 729* 731.
amplexicaule — II, 364. 366.
Lamprococcus — II, 169. 220
miniatus — П, 181.
Lampsana — II, 109. 206.
communis — П, 206.
Landolphia — II, 702.
Langsdorffla — I, 185—187.
hypogaea — I, 185. 186.*
Moritziana — I, 185. 186.
rubiginosa — I, 185. 186.
lanuginosus — I, 315.
Lappa — II, 548. 654. 788.
major — II, 653.f
vulgaris — II, 729.
Lappago racemosa — I, 611; 11, 653.f 654.
Larix — П, 411. 727.
Europaea — I. 723. 724; II, 410* 411* 488.
Sibirica — I, 545.
Laserpitium — II, 306.
latifolium — I, 526; П, 279. 637* 639.
Lasiagrostis — I, 520.
Calamagrostis — I, 334.* 336.
Lasius niger — II, 649.
Latania borbonica — II, 768.
Lathraea — II, 121. 160. 180. 259. 624.
— clandestina — I, 182; II, 622. (cp. Clandestina).,
— Squamaria —I, 132—135. 133* 181.
181* 182. 486; II, 309* 310.
Lathrophytum — I, 193.
— Peckoltii — I, 194. 595.
Lathyrus — I, 455; II, 240.
— Aphaca — I, 634. 697.
Nissolia — I, 329.
Ochrus — I, 329.
— odoratus — II, 175. 189.
sativus — П, 722.
Silvester - II, 624.
tuberosus — II, 615.
Lauraceae — I, 172. 643.
Laurus — П, 89.
Camphora — I, 626 * 627.
Canariensis — II, 486.
nobilis — II, 117. 117* 280. 716. 772.
Sassafras — II, 280.
Lavandula — I, 311; II, 189.
pedunculalata — II, 174.
Stoechas — II, 170* 174.
— vera — II, 184. 730.
Lecanora — II, 591. 673.
desertorum — II, 591.
esculenta — I, 555. 555*; II, 591.
Jussuffii — II, 591.
Lecidea — I, 113. 246.
confluens — II, 674.f
geographica — II, 673; cm. Rhizo- carpon.
Lecidella — П, 673.
Ledum — II, 222.
palustre — I, 297. 299; П, 491.
legumen — П, 402.
Lej eunia — I, 254.
Lemanea — I, 70. 158; П, 672.
fluviatilis — I, 259.
Lemna — I, 375. 752; II, 428. 589.
arrhiza — II, 585.
gibba — I, 497. 672. 750; II, 614.
Lemna minor — I, 672. 750. 762; П, 614. — polyrrhiza — I, 525. 672. 750; П, 585. 614.
— trisulca — I, 68. 382.* 382. 762; П, 615.
Lentibulariaceae — I, 137.
Lenzites septaria — I, 115.
Leocarpus fragilis — I, 104.105.* 568. 570; II, 457.
Leontice — I, 619.
— altaica — II, 683.
Leontodon — I, 532; П, 801. 345. 348.
— hastile — П, 203. 335.
— tuberosum — II, 203.
Leonurus heterophyllus — П, 236 * 237.
378.
Leotia — I, 104.
Lepidium campestre — П, 314.
— Draba — II, 292. 317. 516.
— latifolium — II, 25. 715. 752.
— ruderale — П, 636.
— sativum — I, 612. 618. 618*; П, 314. 362. 473. 715.
Lepidocarynae (Palmae) — П, 632.
lepidotus — I, 316.
Lepigonum — II, 638.
— marginatum — II, 397. 397* 638.
Lepromycetes — I, 160.
Leptomeria — I, 324.
Leptospermeae — I, 739.
Leptotes bicolor — I, 320.
Lereschia Thomasii — П, 663.
Leucadendron — I, 331.
Leucanthemum vulgare (cm. Chrysanthemum Leuc.) — II, 176. 476.
Leucobryaceae — I, 215.
Leucobryum — 1, 216. 216*; П, 590. — Javanense — I, 78.
Leucodon sciuroides — II, 19* 428. 598.
Leucojum — П, 113. 293. 766.
— vernum — I, 621. 631* 632; II, 157.
75. 187. 260.
Leuconostoc — П, 489.
Leucopogon Cunningham! — I, 630. 630*.
Levisticum officinale — П, 764.
Libanotis montana — I, 526; П, 473. 476.
Libocedrus — I, 319. 488.
Libythea Celtis — II, 454.
Lichen esculentus — II, 591.
Ugula (злаковъ) — I, 90. 423; (слож- ноцв’Ьтныхъ) — П, 109.
Lignum sanctum — II, 693.
Ligustrum — II, 647.
— vulgare — I, 523; П, 515. 646.
Liliaceae — П, 626.
Liliiflorae — I, 631.
Lilium — I, 644; II, 638.
— album — П, 201. 283.
— auratum — II, 171.
— bulbiferum — II, 162. 284. 376. 432. 541. 600. 616. 767.
— candidum — I, 523. 621.
— Carniolicum — П, 162. 767.
Chalcedonicum — П, 162.
croceum — II, 432.
— lancifolium — II, 600.
— Martagon — I, 621; П, 162. 293. 317. 381. 382.* 767.
— tigrinum — I, 639*; П, 600.
Limnanthemum — I, 671.
Limnobium molle — I, 259.
Limnocharis — I, 671.
Limnophila — I, 671.
Limodorum abortivum — I, 106.
Limosella aquatica — П, 363. 651.
Limosina — II, 153.
Linaceae — П, 369.
Linaria — II, 106. 159. 166. 197. 213. 235. 294. 365. 535. 539. 567.
— alpina — I, 638*; П, 159.+ 159. 669. 766. 786.
— Cymbalaria — I, 46. 47; П, 659.
— genistifolia — П, 527.
— littoralis — П, 379.
— Macedonica — II, 418* 419.
— minor — II, 379.
— purpurea — II, 527.
— striata — П, 527. 553.
— s tri eta — II, 553.
— vulgaris — П, 25. 553.
Lindernia pyxidaria — II, 651.
Lindsaya — П, 12.
Linnaea — П, 222.
— borealis — П, 187. 222* 284. 652. 653*
Linum (cm. Cathartolinum) — I, 612; II, 162. 206. 222. 370.
— Austriacum — II, 199.
— catharticum — IL 206.
— grandiflorum — II, 273.
— hirsutum — I, 318.
— perenne — П, 199.
— tenuifolium — II, 200.
— usitatissimum — I, 560; П, 476. 478. 514. 696. 726.
— viscosum — II, 201. 238.
Liquidambar — I, 491.
— officinale — II, 725.
Liriodendron — I, 638; П, 71. 118.
— tulipifera — I, 343* 344. 491.f 559;
П, 24. 767.
Listera — П, 162. 243. 244.
— cordata — I, 106.
— ovata — П, 193.
Lithophyllum — I, 262, 264; П, 674.
— cristatum — I, 262. 262.f
— decussatum — I, 262. 262.f
Lithospermum — II, 294.
— affine — II, 91.
— arvense — II, 292. 312.
— offlicinale — П, 723.
— purpureo-coeruleum — I, 667; П, 180. 574. 575.
Litho thamnium — I, 262. 264. 421. 569;
II, 674.
Litorella lacustrls — II, 428.
Livia juncorum — II, 515.
Livistona spectabilis — II, 7O5.f
Loasaceae — 1, 439.
Lobelia cardinalis — II, 181.
— fulgens — П, 181.
— graminea — II, 181.
— inflata — П, 732.
— splendens — П, 181.
— Texensis — П, 181.
Lobularia nummularia — П, 317.
— nummulariaefolia — П, 170 * 177.
Loiseleuria (cm. Azalea procumbens)— I, 296; П, 682.
Lolium — II, 546.
— temulentum — I, 463.
Lomatogonium Carinthiacum — I, 108. Lonicera — I, 412; II, 94. 208. 265. 647. — alpigena —I, 743; П, 163. 227. 227* 287. 326.
— Caprifolium — I, 690. 693; П, 163. 182. 186. 187. 194. 195. 198. 199. 201. 211. 350.
— ciliosa — I, 157. 157*
— coerulea — I, 743; П, 28.
— Etrusca — П, 163. 195. 213* 350.
— grata — П, 163, 195.
— implexa — II, 163.
— nigra — I, 743; П, 163. 227. 287. 326.
— Periclymenum — I, 693; П, 163е 195. 350.
— sempervirens — П, 767.
— Xylosteum — I, 743; II, 163. 227. 287. 326. 495.
Lopezia coronata — П, 250.
— miniata — П, 250.
— racemosa — II, 250.
Lophogyne — I, 70.
Lophophytum — I, 193.
— Leandri — I, 194.
— mirabile — I, 192* 193. 194.
Lophospermum scandens — П, 228.
Loranthaceae — I, 202. 203. 212.
Loranthus — I, 27.
— buxifolius — i, 210.
— Europaeus — I, 203. 206 * 208. 210.
— formo sus — I. 210.
— grandiflorus — I, 210.
— Mutisii — I, 210.
— tetrandrus — I, 210.
Lotus — I, 536; П, 378.
— corniculatus — I, 638*; П, 247.* 248. 402 * 476. 508. 622.
Lucilia — II, 153. 193.
—- cornicina — II, 182.
Lunaria biennis — II, 766.
Lunaria rediviva — 1,282; II, 636 * 638.
Lunularia — П, 590.
Lupinus — П, 248. 771.
— albus — П, 706.
— angustifolius — II, 706.
— digitatus — П, 623.
— hirsutus — II, 706.
— luteus — П, 722.
Luzula nivea — II, 293.
— vernalis — II, 91.
Lycaena — П, 144.
— Areas — II, 144.
— Baetica — II, 144.
— Hylas — II, 144.
Lycaste — I, 357.
Lychnis — П, 144. 162. 222.
— alpina — II, 329.
— diurna — П, 199. 201. 277. 281. 282. 418* 419.
— flos cuculi — П, 142.
— flos Jovis — П, 647.
— vespertina — П, 199. 281. 282.
— Viscaria — II, 221. 222. 281. 474. 476. 516. 517.
Lychnophora — I, 311.
Lycium — I, 675; П, 24. 228. 340. 652.
— barbarum — II, 567.
— halimifolium — II, 340.
Lycogala Epidendron — I, 104. 105*;
П, 457.
Lycoperdon — I, 104.
— Bovista — II, 733.
— caelatum — 1, 502.
— constellatum — I, 106.* Lycopodiaceae — П, 14. 596. Lycopodinae — II, 63. 445. Lycopodium alpinum — I, 108.
— annotmum — I, 105. 107*; П, 575.
— clavatum — П, 725.
— erubescens — II, 599.
— Haleakala — П, 599.
— inundatum — I, 109.
— lucidulum — II, 599.
— reflexum — П, 599.
— Selago — II, 430* 598.
— serratum — II, 599.
Lygodictyon — II, 14.
Lygodium — II, 14. 36.
Lysimachia — II, 157.
— nemorum — II; 319.
— Nummularia — I, 667; II, 376. 541.
— thyrsiflora — I, 290; 11, 308. 565.
Lythraceae — П, 370.
Lythrum — I, 497.
— Salicaria —I, 363; II, 285. 376. 651.
Machaerium — I, 681.
Madura aurantiaca — П, 24. 699.
Macrocystis — II, 672.
— pyrifera — I, 388.
Macroglossa stellatarum — II, 193. 237 Magnolia — П, 118.
— Campbellii — II, 171.
— grandiflora — II, 151. 171. 648.
— obovata — П, 151. 189.
— Yulan — П, 151. 189.
Magnoliaceae — II, 407.
Mahonia — I, 487; II, 113.
— Aquifolium — II, 767.
Maja verrucosa — I, 69.
Majanthemum bifolium — I, 630* 631.
Malachium aquaticum — П, 317.
Malaxis — П, 81.
— monophyllo s — II, 40.
— paludosa — П, 35* 40. 41. Malcolmia Africana — II, 237.
— maritima — II, 236.* 237.
Malplghiaceae — II, 364.
Malva — П, 85. 286. 400. 547.
— arborea — П, 698.
— borealis — II, 330.
— crispa — П, 646.
— rotundifolia — II, 95*. 330. 651.
— Silvestris — П, 726.
Malvaceae — П, 215.
Mamestra — П, 142. 144.
Mamillaria — I, 321. 446; П, 108. 284. 323. 617.
— glochidiata — П, 161* 273.
— gracilis — II, 613. 614.*
— pectinata — I, 321* — placostigma — U, 613. 614.*
Mandragora — П, 188. 266. 287. 738. 740.
officinalis — I, 87.
vernalis — П, 108. 120. 265* Mangifera indica — II, 713.
Manubrium — II, 58.
Maranta arundinacea — П, 705. 707.
Marasmius — I, 115; II, 563.
perforans — П, 17.*
tenorrimus — II, 17*
Marchantia — I, 78. 278; П, 590. 597.
— polymorpha — I, 278*; П, 19* 22. 589.
Marrubium — I, 311; П, 281. 547. 548.
peregrinum — П, 529, 548.
remotum — П, 529. 548.
— vulgare — П, 529. 653.f 654.
Marsilea — П, 13. 64.
quadrifolia — I, 332.
Martynia — II, 268.
lutea — П, 655.
proboscoidea — II, 655.
Mastichonema — I, 584; II, 577.
Mastigocoleus testarum — 1, 257.
Mastix — II, 727.
Matricaria — II, 305.
Chamomilla — I, 612; П, 730.
Matthiola annua — П, 160. 187. 522. 764.
bicornis — П, 414.
incana — II, 160. 187. 522. 539.
Maderensis — II, 539.
sinuata — П, 539.
tricuspidata — II, 413.* 414.
varia — II, 187.
Mattia — II, 638.
Mauritia vinifera — II, 713.
Maxillaria — I, 357.
Mays del monte — I, 194 (Ombrophy- tum).
Mayetiola Poae — П, 495.
Medeola asparagoides — II, 25.
Medicago — I, 536. 668; П, 254.
agrestis — II, 653.f 654.
ciliaris — II, 657.
falcata — II, 533. 543.
litoral is — II, 657.
lupulina — П, 423.
media — П, 533. 543.
radiata — II, 653.f 654.
sativa — П, 533. 543. 722.
scutellata —■ II, 633. 633.*
sphaerocarpa — II, 657.
- tentaculata — П, 657.
tribuloides — II, 657.
Medinilla — II, 83*
farinosa — I, 419.
Meesia alpina — I, 109.
Megacarpaea laciniata — II, 637* 638.
Melaleuca — I, 331. 723. 724. 739; П, 103.
Leucadendron -— П, 730.
Melampsora Goeppertiana — П, 491.
populina — I, 256.
Melampyrum — 1, 177. 178; П, 106. 160. 649.
arvense — П, 176.
cristatum — П, 179.
grandiflorum — П, 176.
nemorosum — II, 176.
- pratense — II, 328.
silvaticum — I, 173.*; П, 350.
Melanium (Viola) — П, 358. 365.
Melanostoma — П, 151.
Melanthaceae — II, 345. 346. 347.
Melastomaceae — I, 418. 628. 633.
Melianthus — П, 158. 159. 186. 224. 236.
major — II, 211. 213*
Melica — П, 132. 642.
Balansae - - II, 64O.f
altissima — I, 426; П, 295. 634.* 640.
Meligethes — П, 150. 151. 154. 165.
aeneus — П, 151.
Melilotus — I, 536; П, 187. 240. 378. 672.
coerulea — П, 717.
Melissa officinalis — П, 83.* 569. 730.
Melittis — I, 605 ГП, 535.
Melissophyllum — II, 179. 766.
Melocactus — I, 321; II, 767.
Menispermum — I, 85. 671.
Menispermum Carolinianum — I, 860.* 651.
Mentha — П, 281. 547. 569. 725.
— alpigena — II, 564. 565. 569.
— crispa — II, 569. 730.
piperita — П, 569. 730.
Silvestris — I, 532; II, 764.
viridis — П, 569.
Menyanthes — П, 85. 367.
— trifoliata — I, 115. 666; П, 284.292.
363. 726.
Mercurialis — I, 283; II, 282. 622.
— annua — I, 658; II, 282. 437. 437* 439.
ovata — П, 296.
perennis — П, 296. 373. 569. 624.
Merismopoediaceae — I, 160.
Mertensia — II, 113. 284. 367.
maritima — I, 310.
Sibirica — П, 177.
Meruliaceae — I, 161.
Merulius lacrymans — I, 92. 272. 513.
Mesembryanthemum — I, 320. 322; П, 108. 175. 630. 636.
annuum — П, 630*
barbatum — II, 203.
blandum — I, 322.
Candolleanum — II, 630*
cristallinum I, 322; П, 203.
foliosum — I, 322.
formosum — II, I75.f
lingui forme — II, 203.
muricatum — II, 175.f
nodiflorum — П, 203.
sublacerum — I, 322.
Mesocarpus — I, 170. 373. 381.
Mespilus — П, 73. 186.
Metrosideros — I, 628. 739; П, 103.169.
Metroxylon laeve — П, 705.
Rumphii — П, 7O5.f 705.
Metzgeria — I, 576.
pubescens — П, 590.
Meum — II, 307.
Mutellina — П, 188. 278. 686.
Micrasterias morsa — П, 458.*
papillifera — II, 458.*
Micrococcus — I, 73. 92.
diphthericus — I, 164.
prodigiosus — I, 159.*
Microcystis ichthyloba — I, 100.
Micromeria Graeca — П, 554.
Juliana — II, 554.
Kerneri — П, 554.
nervosa — II, 640. f 641.'
Micropus — П, 279. 642. 658.
micropyle — П, 387.
Microsporon furfur — I, 164.
Milium effusum — I, 426. 526.
Miltonia stellata — П, 69.*
Mimosa — П, 725.
casta — I, 537.
dormiens — I, 537.
hispidula — П, 413.* 414. 638.
humilis — I, 537.
Lindheimeri — I, 534.* 536.
polycarpa — П, 414.
pudica—I, 332. 537. 538.* 539.609;
П, 414.-
sensitiva — I, 537.-
viva — I, 537.
Mimoseae — I, 193. 643; П, 621.
Mimulus — I, 534; П, 85. 97. 121. 240. 241. 268.
luteus — I, 638.*; II, 267* 268. 767.
moschatus — II, 94.*
Roezlii — П, 268.
Mirabilis — I, 534; II, 92.
Jalappa — I, 641* 644; П, 91. 92.
199. 200. 293. 332. 332* 767.
longiflora — II, 91. 182. 200. 211.
Mitraria coccinea — П, 181.
Mnium — I, 78. 278.
insigne — П, 435.
punctatum — П, etf
Mocquerisia multiflora — П, 34. 36.
Moehringia muscosa — П, 159.+ 649.* 649.
Molinia — П, 132.
coerulea — I, 730* 732.
Momordica — II, 620.
Monarda didyma — II, 181. 767.
flstulosa — П, 181.569. 626 * 626. 767.
Moneses (см. Pirola uniflora) — II, 1 л Monotropa — I, 251. 252. 593. 643; И, 163. 180. 228.
glabra — П, 638.
Hypopitys — I, 486.
Monstera egregia — I, 415.
Montbretia — I, 329.
Montia fontana — П, 362.
Moraceae — I. 628.
Morchella — П, 709.
esculenta — II, 16.*
Morina — II, 92. 327.
Persica — П, 91. 94* 98. 200 207. 327 * 328.
Morus — II, 403.
alba — П, 711. 722.
nigra — I, 415; II, 480. 711. 728.
Mucor — I, 513.
Mucedo — I, 169. 512.*; П, 51.
racemosus — I, 514.
Mucoraceae — I, 92. 161; П, 17. 448.
Mucuna pruriens — П, 414.
Mulgedium — II, 301.
Musa — I, 631; II, 105.
Paradisiaca — П, 713
sapientum — П, 713.
Musca — II, 193.
Muscari — II, 278.
comosum — II, 170* 173.
moschatum — II, 765.
— racemosum — II, 186. 568.*
tenuifolium — П, 173.
Mutisia decurrens — I, 696.
hastata — I, 696.
ilici folia — I, 696.
subspinosa — I, 696.
Myosotis — I, 619. 628; II, 91. 92. 175. 284. 485. 657.
alpestris — II, 91. 183. 188.
— palustris — I, 626.*; Il, 469. 778.
— silvatica — II, 351. 647.
Myosurus — I, 744; II, 71.
— minimus — I, 745.*; II, 69* Myriophyllum — I, 262. 421. 496; П, 280. 295. 589. 650.
— spicatum — I, 736* 736.
Myristica moschata — II, 717.
Myristicaceae — II, 398.
Myrmecodia — I, 357.
tuberosa — П, 363.
Myroxylon Pereirae — П, 725.
toluifera (cm. Toluifera Balsa- mum) — П, 727.
Myrrha — II, 727.
Myrrhis — I, 455.
Myrsineae — II, 4. 38.
Myrtaceae — I, 633; П, 4.
Myrtus — I, 628.
communis — П, 676.
Myurella julacea — II, 598.
Myxomycetes — I, 158.
Myzus Ribis — П, 496.f 497.
Najas — I, 68. 762; П, 100. 101.
Nananthea perpusilla — I, 743.
Narcissus — II, 162. 312.
juncifolius — II, 351.
posticus — П, 86. 175. 176* 187. 211. 265 * 269. 293. 778.
Nardosmia fragrans — П, 187. 569.
frigida — II, 424. 425.
Nardus — П, 132.
stricta — I, 108. 430; П, 674. - Narthecium — I, 329.
Nasturtium amphibium — П, 651.
officinale — II, 40. 715.
palustre — П, 510. 651.
Silvestre — П, 510. 651; cp. Roripa.
Navicula — I, 33. 149. 543.
Liber — I, 61*
tumida — I, 61.*
Neckera Besseri — П, 435.
Nectria ditissima — П, 489.
Negundo fraxinifolium — II, 767.
Nelumbo — II, 422. 669. 672.
luteum — II, 171.
nucifera — П, 707* 764. 775.
— speciosum — I, 629; П, 171. 407. 408* 409* 707.
Nemanthus Guilleminianus — П, 18L Nematodes — II, 493.
Nematus gallarum — П, 496.f 502. 520.
Nematus medullaris — И, 508.
pedunculi — II, 496.f 520.
vesicator — II, 496.f 520.
Neottia — II, 180.
Nidus avis — I, 106. 110. Ill*; П, 25.
Nepenthes — I, 127. 129* 129. 130. 132. 139. 642. 696.
albo-margmata — I, 130.
ampullari a — I, 121. 130.
destillatoria — I, 131*
echinostoma — I, 132.
Edwardsiana — I, 132.
hybrida — I, 121*
Rafflesiana — I, 132.
Rajah — I, 130. 132.
Veitchii — I, 132.
villosa — I, 125* 132.
vittata — I, 121.
Nepeta Pannonica — II, 501. 513.*
reticulata — II, 169.
Nephrodi- m Filix mas — I, 288*; П, 607* 611.
Nephrolepis Duffi — II, 10* — tuberosa — I, 357.
Neptunia oleracea — I, 497.
Nerium Oleander — I, 292. 303* 303. 427. 747; II, 454. 764.
tinctorium — П, 699.
Neslia paniculata — I, 612.
Neuroterus fumipennis — II, 502. 504* 520.
lanuginosus — П, 502. 504.* 520.
numismaticus — II, 502. 504* 520.
Schlechtendali — П, 506.
Neurotica — II, 729.
Nicandra — II, 167.
physaloides — II, 272.
Nicotiana — П, 340.
affims — II, 182. 187. 199. 211.
paniculata — II, 542.
rustica — II, 542. 719.
Tabacum — II, 340. 659. 719. 731.
Nidularia — П, 169.
Nigella — II, 164. 239. 329.
arvensis — II, 482.
elata — П, 165*
sativa — П, 165*
Nigritella — II, 209. 546.
nigra — I, 108; II, 187. 529. 533. 548.
suaveolens — II, 529. 533. 548.
Nitella — II, 672.
syncarpa — I, 541. 543. Nitophyllum ocellatum — 1, 584. f nodosus — I, 663.
Noba spinosissima — I, 444.
Nominium (Viola) — U, 365.
Nonnea — П, 93.
Nostoc — I, 213.
Gunnerae — I, 250.
lichenoides — I, 250.
Nostocaceae — I, 244. 245. 584. 587.
Notochlaena Maranthae — I, 308.
nucellus — П, 387.
nucleus — П, 68. 77. 387.
Nuphar — I, 280. 605. 671; П, 71. 632. 652.
intermedium — II, 551.
luteum - I, 370; II, 551.
pumilum — II, 551.
nux — 11, 400.
Nyctaginaceae — I, 569; II, 332.
Nyctago hortensis — II, 203.
Nyctandra — II, 83 *
Nymphaea — I, 71. 280. 284. 605. 636. 671; П, 652.
alba — I, 62. 287; П, 93. 95* 203. 476.
coerulea — П, 187. 775.
dentata — П, 539.
Devoniensis — II, 171.
gigantea — П, 171.
Guianensis — II, 40.
Lotus — I, 525; II, 539. 775.
thermalis — I, 525.
Obione halimifolia — П, 440.
Octomeris macro don — I, 419.
Ocymum Basilicum — I, 612; U, 287. 715.
Odontidium hiemale — I, 64.
Odontites — I, 177.
Odontites lutea — I, 180.
Odontoglossum — I, 357; II, 157. 201. — Rossii — П, 201.
Oedogoniaceae — I, 584; П, 674.
Oedogonium — I, 28. 29* 99. 170. 262. 373.
Oenothera — I, 430. 763; II, 96. 182. 186. 199. 208. 236. 269. 327. 329. 672. — biennis — I, 659; II, 97* 200. 211. 235* 270* 660.
grandiflora — II, 198. 200.
Olibanum — II, 727.
Olpidium — II, 484.
Ombrophytum — I, 193. 194.
Omphalodes verna — П, 180. 767.
Omphalia — I, 95.
omphalodium — П, 398.
Onagraceae — П, 370.
Oncidium — I, 218. 751; II, 157. 201.
Cavendishianum — I, 320.
cruentum — П, 201.
longi folium — I, 320.
Papilio — П, 210. 21O.f 214.
sphacelatum — I, 218. 357.
Onesia — II, 193.
sepulcralis — II, 182.
Onobrychis — П, 240.
aequidentata — II, 653.f 654.
cornuta — I, 444.
sativa — II, 722.
Ononis — П, 248.
spinosa — II, 729.
Onopordon — I, 89. 434: II, 118. 119. 240.
Onosma — I, 439.
Ophioglossaceae — П, 11.
Ophioglossum vulgare — П, 25.
Ophrys — II, 91. 535.
cornuta — П, 210.* 212, 214.
Opoponax Cretica — II, 637.* 639.
Opuntia — I, 321; II, 74. 199. 214. 251.
269. 321. 647. V
cynanchica — II, 91.
. — decumana — I, 445.
Ficus Indica — II, 713. 767.
longispina — I, 445.
megacantha — I, 445.
Rafinesquii — I, 438*
Tuna — I, 445.
vulgaris — II, 200. 251. 265* 292. 713.
Orchideae — II, 364.
Orchis — II, 243. 271. 535. 546.
coriophora ^ II, 190.
fragrans — П, 188. 190.
mascula — П, 157.
militaris — П, 157
Morio — II, 157.
pallens — II, 188.
Oreochloa disticha — II, 674.
Origanum — II, 281.
Majorana — II, 715.
vulgare — П, 295. 298. 569. 731.
Oriolus galbula — II, 648.
Orlaya — II, 171. 654.
grandiflora — П, 170* 653.f Ornithogalum — I, 340. 347; II, 40.161. 168.
chloranthum — I, 642.
nutans — I, 642; II, 353. 388.*
umbellatum — II, 108. 293. 318.
Ornithopus — П, 654.
perpusillus — П, 722.
Orobanchaceae — I, 183.
Orobanche — I, 183. 593.
caryophyllacea — II, 186.
Epithymum — I, 173*
grabilis — IL 186.
ionanthe — П, 638.
lucorum — П, 186.
ramosa — I, 183.
Teucrii — I, 184. 185.
Orobus — II, 240.
Pannonicus — I, 757.
variegatus — II, 177.
Venetus — П, 177.
vernus — 1, 347; П, 177. 476. 621.* 622. 624. 767.
Orthotrichum — П, 545. 590.
speciosum — II, 61.f
Oryza clandestina — L 630.* 632; П, 364. 654.
Oryza montana — II, 704.
sativa — II, 704.
Oscillaria — I, 34.
antliaria — I, 99.
limosa — I, 99.
tenuis — I, 99.
Oscillariaceae — I, 587.
Osmia — II, 155.
Osmunda regalis — II, 11. 444.
Ostrya — I, 342. 626*; II, 640.
carpinifolia — II, 633. *
Ouviranda fenestralis — I, 671. (cp. Aponogeton).
ovarium — I, 644.
ovulum — I, 645; П, 387.
Oxalidaceae — II, 619.
Oxalis — I, 536; П, 115. 120. 199. 206 365. 370. 402.* 403. 534. 624.
Acetosella — I, 331. 341* 454 536;
II, 395. 396* 618* 619. 624
— corniculata — II, 362. 569.
— esculenta — II, 708.
— floribunda — I, 364.* 365. 366. 536.
— lasiandra — II, 114. 201.
— Ortgiesii — L 364* 365. 366. 536.
sensitiva — I, 537.
stricta — II, 199. 200. 318. 362.
Oxyanthus tubiflorus — II, 166.
Oxybaphus — I, 612.
nyctagineus — П, 91.
Oxycoccos palustris (cm. Vaccinium Ox.) — I, 297.299. 666.
Oxyria digyna — II, 278.
Oxythyrea funesta — II, 230. 231
Pachychilus — I, 108.
Pachypappa vesicalis — II, 496.
Pachypleurum — II, 293. 307.
Pachysandra — I, 466. 648; II, 169 186.
Padina Pavonia — I, 584.f 586. 587.
Paederota — П, 160. 294.
Ageria — II, 284. 371.
Paeonia — I, 87. 374. 487. 605; II, 188. 294. 522. 576.
Moutan — II, 171. 768.
pubens — II, 90.
Russi — П, 648.
tenuifolia — II, 90.
Painciras — I, 311.
paleae — I, 636.
Palmella cruenta — I, 99.
Palmellaceae — I, 583.
Panax Ginseng —II, 734. 737.*
Pandanus — I, 400. 431. 714. 753. 758.
utilis — I, 754*
panicula — I, 739.
Panicum difiusum — 11, 647.
miliaceum — П, 132. 704.
Panurgus ursinus — II, 151.
Panus conchatus — I, 256.
Papaver — I, 532; П, 73. 154. 196. 214. 269. 403.
alpinum — II, 114. 179. 186. 200.
nudicaule — II, 203.
Rhoeas — II, 176. 466. 522. 646.
somniferum — I, 475; II, 151, 171. 176, 201. 265* 466. 522. 720. 731. 740. 772. 777.
Papaveraceae — II, 370.
Paphiopedilium caudatum — II, 170.
Papilionaceae — II, 364. 621.
pappus — II, 404.
Papyrus antiquorum — II, 697.f 697. (см. также Cyperus Papyrus).
Paradisia — II, 212.
Parietaria — I, 627; Л, 126. 127. 280. 288. 657.
officinalis — II, 289.*
Paris quadrifolia — I, 641*; II, 175 201. 214. 319. 373.
Parkeria — II, 12.
Parkia — I, 643.
Parmelia centrifuga — II, 565.
incurva — II, 565.
Parnassia — П, 164. 264.
palustris — I, 630* 630. 736; II, 195. 201. 236* 239. 290. 474. 638.
Paronychia — I, 391.
— Capella — П, 634. 634.* Paronychiaceae — II, 655. Paspalum tenue — П, 654.
Passiflora — I, 23. f II, 97.
cirrhiflora — I, 698.
gracilis — I, 702.
kermesiha — II, 93. 94*
sicyoides — I, 702.
PassiHoreae — II, 398.
Pasta Guarana — II, 727.
Pastinaca — II, 182.
Paullinia — I, 698. 702.
sorbilis — II, 727.
Paulownia imperialis — I, 743; П, 25.
186. 768.
Pavia — П, 277. 278.
Pedalinaceae — II, 655.
Pedalium — II, 656.
Murex — П, 657.*
Pediastrum — I, 572. 573. 586; II, 584.
granulatum — II, 20.* 22.
pedicellus — I, 592.
Pedicularis — I, 177, 179. 180. 757; П, 160. 348. 547.
asplenifolia — П, 259. 349.
atrorubens — II, 533.
comosa — П, 349.
foliosa — П, 349.
incarnata — I, 526; II, 195. 348. 349* 533.
limnogena — П, 663.
Oederi — П, 183.f 349.
Portenschlagii — II, 349.
recutita — ,1, 526; II, 259. 260* 349. 533.
rostrata — 1, 526; П, 195. 259. 349.
Sceptrum — П, 688.
tuberosa — II, 349.
pedunculus — I, 737.
Pelargonium atrum — II, 182. 187. 195.
229.
glaucifolium — II, 187.
heterogamum — I, 87.
— lividum — I, 227.*
triste — II, 182. 187. 195. 196. 229.
zonale — I, 87; П, 180. 201.
Peltaria — II, 638.
- alliacea — I, 524. (cp. Alliaria, Sisymbrium All.)
Peltigera canina — I, 243. 243.f
Pemphigus — I, 256.
— bursarius — II, 498.* 499.
— cornicularius — II, 498.* 499. 519.
— spirotheca — II, 496.f 500.
Penicillium — I, 513; II, 21. 56. 57.
593.
crustaceum — I, 512.* II, 21. 565.
glaucmn — I, 554.
Penium — I, 873; П, 51.
Brebissonii — П, 458*.
interruptum — 1, 23f.
Pentstemqn — I, 79* II, 211. 265. 286. 294.
gentianoides — П, 767.
Peperomia — П, 40.
arifolia — I, 288* 289.
Peplis Portula — II, 363.
Peridermium Pini — I, 168.
Strobi — II, 492.
pericarpium — II, 403.
perigonium — I, 637.
Periploca — П, 91.
Pernettya — I, 376. 619.
Peronospora grisea — П, 490.
infestans — II, 52. (см. также Phytophthora).
violacea — II, 489.
viticola — П, 52.* 52.
Peronosporaceae — I, 160. 166*; II, 21.
Persea gratissima — II, 713.
Persica vulgaris — II, 710. 764.
Pertusaria — П, 597. 673.
Petagnia saniculifolia — П, 663.
Petasites — I, 340; П, 277. 279. 669.
,672.
niveus — П, 564.
officinalis — I, 283; П, 564. 569. 570.
Petiveria — I, 619.
Petroselinum — П, 182.
— sativum — П, 400. 401.* 708.
Petunia — П, 188. 523.
violacea — П, 195. 767.
viscosa — II, 195.
Peyssonnelia rubra — I, 262.f
Peyssonnelia squamaria—1,584.f 586.
Peziza aeruginosa — I, 92.
aurantia — II, 607* 610.
vesiculosa — II, 16*
Willkommii — I, 167. 169; II, 488.
Phaca — II, 254.
Phajus Wallichii — I, 220.f
Phalaenopsis grandiflora — II, 201. — Schilleriana — I, 102. 752; II, 187.
212. 213*
Phalangium — П, 212. 286.
Phalaris — I, 90.
arundinacea — I, 289. 423; 11,571.
canariensis — II, 704.
Phalloidaceae — II, 612.
Phallus — I, 96.
caninus — I, 461*
impudicus — П, 612.
indusiatus — I, 108. 109*
Phanerogamae — I, 45.
Phaseolus — I, 333.
multiflorus — I, 688. 690; II, 709.
nanus — II, 709.
vulgaris — П, 706. 709.
Phegopteris sparsiflora — II, 599.* 600.
Phellandrium — II, 650.
aquaticum — II, 571. 589.
Philadelphus — I, 354. 723.
Phillyrea — II, 129.
Philodendron Lindeni — I, 219* 222. — pertusum — I, 91. 361. 364. 415.
Phleum — II, 132.
Phlomis — 1, 311. 316.
herba venti — II, 636.
Phlox — П, 106. 228.
paniculata — II, 188. 767.
Phoenix dactylifera — 1, 602 * 729* 731; II, 713. 764. 775.
Phormidium — 1, 257.
Phormium tenax — I, 425; II, 697* Phragmidium subcorticium — I, 167.
Phragmites — I, 90; II, 589.
communis — I, 62. 423.f 424. 731* 732; II, 570.
Phrynium mieans — П, 659.
Phygelius — II, 294.
capensiS — II, 166* 167. 355* 356.
Phyllagathis rotundifolia — I, 626*
Phyllanthus — I, 328.
Cyclanthera — I, 644*
speciosus — I, 327.*
PhyUerium — II, 495.
phyllocladia — I, 388.
Phyllocoptes — П, 494.
Phyllostachys bambusoides — 1. 290.
Phylloxera vastatrix — II, 454. 712.
Phylocladia — I, 388.
Physalis — II, 113. 238. 340. 404.
Physcia cirrochroa — II, 565.
Physcomitrium — II, 545.
Physocaulis — II, 657.
Physostigma venenosum — II, 398* 732. 735*
Phyteuma — П, 167. 198. 337.
confusum — II, 337.
Halleri II, 337.
hemisphaericum — П, 337. 580.
orbiculare — II, 336* 337. 489.
509.
spicatum — П, 179.
Phytocrene bracteata — I, 273.
gigantea — I, 273.
Phytolacca — П, 647.
decandra — I, 638.* 645. 647; П, 395. 396*
Phytophthora infestans — II, 607 (см. также Peronospora inf.)
Phytoptus — II, 493. 494.
alpestris — П, 496.f 516. 517.
anceps — II, 513.*
Fraxini — II, 511. 516.
psilapis — II, 513* 514.
Thomasi — II, 496.f 517.
Pieris hieracioides — II, 203.
Pieris Brassicae — II, 609.
Callidice — II, 455.
Pilea microphylla — II, 91. 127.
muscosa — II, 127.
pili fasciculati — I, 316.
floccosi — I, 317.
stellati — I, 316.
Pilobolus cristallinus — II, 607* 608.
Pilocarpus pinnatifoliuS — II, 732.
Pilostyles Aethiopica — I, 202.
Caulotreti — I, 199 *
Haussknechtii — I, 198. 199 * 200.
202.
Pimenta officinalis — II, 717.
Pimpinella — П, 730.
Anisum — II, 717.
magna — I, 526; II, 188.
Pinguieula — I, 137. 139. 140.141. 240;
II, 84. 106. 164. 331.
alpina — I, 133.*
Backeri — П, 40.
calyptrata — I, 137.
vulgaris — I, 137. 138. 138.+ 141;
II, 83* 418* 419.-
Pinnularia — I, 33.
Pinus — I, 610. 662; П, 280. 393. 411*. 455. 531.
— Cembra — I, 543. 662.+ 723. 724; П, 410. 417. 649. 714.
Halepensis — II, 772. 777.
humilis (montana) — 1,550; II, 159.f
Mughus — II, 531.
nigricans — II, 644.
Pinea — I, 543; II, 410. 714. 777.
Pumilio - II, 94* 133. 134*
Rhaetica — П, 530.
serotina — II, 411* 414.
Silvestris — I, 723. 724; II, 410 * 420. 531. 644.
Strobus — I, 491f; II, 492. 768.
Piper angustifolium — II, 728.
Betie — II, 407* 407. 720.
Cubeba — II, 728.
longum — II, 717.
nigrum — II, 717.
Piperaceae — II, 407.
Piptocephalis Freseniana — I, 169.
Pirola — I, 593; II, 84. 419.
chlorantha — II, 418* 419.
media — II, 339.
rotundifolia — II, 83.*
secunda — П, 163. 261. 261*
uniflora (ep. Moneses) — I, 238;
П, 83* 187. 201. 354 * 355. 638.
Pirns — II, 73. 186. 488. 535.
Austriaea — II, 711.
baceata — II, 189.
Bollwilleriana — П, 711.
brachypoda — П, 711.
communis — I, 523. 559. 626.* 627;
II, 711.
Malus — I, 559; II, 70* 711.
nivalis — П, 711.
salicifolia — I, 212.
salviaefolia — II, 711.
xanthoclada — II, 711.
Pisa armata — I, 69.
tetraodon — I, 69.
Pisonia — II, 652.
aculeata — П, 653*
Pistacia — 1, 376; II, 129. 499. 547.
— Lentiscus — II, 492. 498.* 517.
Terebinthus — I, 487; II, 676.
Pistia — I, 71. 672; П, 589.
pistillum — I, 644; II, 68.
Pisum — I, 697; II, 240. 378. 416.
saccharatum — II, 709.
sativum — П, 706. 709.
Pitcairnia — II, 169.
flammea — П, 181.
Pithecoctenium — I, 703.
Pittosporum Tobira — II, 189.
Pityriasis versicolor — I, 164.
placenta — П, 387.
Plagiochila — I, 254.
Plagiothecium neckeroideum — I, 78.
plantae — I, 658.
annuae — I, 658.
biennes — I, 659.
heterophyllae — I, 671.
multiennes — I, 659.
natantes — I, 671.
parasiticae — I, 155.
perennes — I, 659.
submersae — I, 671.
viviparae — II, 426.
Plantaginaceae — П, 370.
Plantago —I, 612. 629; II, 116. 126.133
155.
Plantago Cretiea — П, 635. 635.*
— major — П, 659.
— maritima — I, 532.
— media — I, 87; II, 293.
— Psyllium — П, 473.'
Plasmodiophora Alni — П, 487.
— Brassicae — II, 487.
— Elaeagni — П, 487.
Platanthera — I, 106; П, 243. 271.
— bifolia — II, 187. 190. 195. 211. 213*
— montana — II, 190. 244.
Platanus — I, 629; П, 136.
— orientalis — I, 641.* 724.
Platonia — П, 93.
Platycerium alcicorne — I, 101. 101*;
II, 444.
Plectocomia elongata — I, 743.
Pleurococcus angulosus — I, 99.
Pleurosigma — I, 33.
— angulatum — I, 61.*
Pleurozia gigantea — I, 119* 120.
Plocamium coccineum — I, 584. 584.f
Plumbaginaceae — I, 231—233. 432; П, 93. 370. 580. 641.
Plumbago — II, 25. 222. 652.
— Capensis — II, 652. 653* — Europ aea — П, 222 * plumula — I, 593.
Plusia — II, 230.
Роа — П, 132. 602. 721.
— alpina — II, 425 * 425. 426. 477.
— annua — I, 526; П, 423.
— bulbosa — П, 427. 602.
cenisia — П, 425.
— nemoralis — I, 526; П, 495.
podium — I, 744.
Podocarpus — 11, 412.
Podophyllum — I, 342. 487.
- peltatum — I, 347; П, 120. 729.
Podosira — I, 373.
Podosphaera — П, 56.
Podostemaceae — I, 70.
Pogonatum — II, 545. 573.
Pogonia dilatata — I, 108.
Poincettia pulcherrima — II, 169.
Polemoniaceae — II, 294. 357. 622.
Polemonium — П, 160. 228.
— coeruleum — П, 114. 175. 351.
pollen — I, 637.
Polhnia — П, 279. 684.
Polycarpon tetraphyllum — П, 362.
Polygalaceae — I, 108.
Polygala — П, 365.
— amara — I, 641.*
— amarella — II, 534.
Chamaebuxus — П, 93. 186.
- glochidiata — II, 654.
— myrtifolia — П, 93.
— Senega — II, 729.
Polygamia — П, 275.
Polygonaceae — П, 370.
Polygonum — I, 668. 767; П, 647. 650. 768.
— amphibium — I, 290. 409. 422; П, 425. 468.
— Bistorta — I, 340; П, 278. 483.
— bulbiferum — П, 425. 601.
— Convolvulus — I, 687. 690.
— dumetorum — П, 639.
— Fagopyrum — П, 189. 703. 705.
— Hydropiper — П, 363.
— lapathifolium — П, 466.
— minus — П, 363.
— mite — II, 363.
— Sachalinense — II, 569.
— Sieboldi — П, 637 * 639.
— tataricum — II, 705.
— tinctorium — II, 699.
— Virginicum — П, 626* 627.
— viviparum — I, 340. 502. f 504; П, 425. 601* 601. 602. 613.
Polyotus Magellanicus — I, 588.* Polyphagus Euglenae — I, 170.* 171. Polypodiaceae — П, 9.
Polypodium — II, 10.* 545.
— serpens — П, 10*
— vulgare — I, 229; II, 9.f 777.
Polyporaceae — I, 161. 166.
Polyporus — I, 168; II, 709.
— betulinus — I, 167.
- confluens — П, 454.
Polyporus fomentarius — 1,167; П, 457. 732. 733.
— frondosus — II. 454.
— ovinus — II, 454.
— perennis — II, 17.*
— populinus — I, 256.
— sulfureus — I, 167. 168.
Polysiphonia — I, 388; II, 672.
Polystachya — II, 156.
Polystichum Filix mas — I, 11, 725 (см. также Nephrodium).
Polytrichum — I, 215. 338; II, 61. 447. 573. 594. 595 *
— commune — I, 338*; П, 13*
— urnigerum — II, 61.f
Pomaceae — II, 405. 406.
Pomaderis phylicifolia — I, 289.
Pontederia — I, 672.
— crassipes — I, 497.
Populus — II, 113. 282. 642. 658.
— alba — I, 308. 345. 723. 724; П, 490. 496.
— dilatata — II, 499.
— nigra — I, 202. 763; II, 496.f 499.
— pyramidalis — I, 626* 629; П,498* 499.
— tremula — I, 237. 424. 763; II, 24. 397* 449. 480. 490. 495. 503. 508. 512. 567.
Porliera hygrometrica — I, 332
Poronia punctata — I, 115.
Portulaca — II, 523.
— grandiflora — II, 200. 767.
— oleracea — I, 668; II, 156. 200. 333. 362. 708.
— sativa — П, 708.
Posidonia — II, 101.
Posoqueria fragrans — II, 211. 255.
Potamogeton — I, 55; II, 100, 101. 124. 126. 136. 546. 568. 571. 589. 650.
— crispus — I, 68. 552. 552*; II, 136. 138* 293. 587.
— densus — I, 68.
— fiuitans — II, 468.
— heterophyllus — I, 671.
— lucens — I, 68. 263.
— natans — I, 263. 280.
— obtusifolius — II, 587'
— pectinatus — I, 68; II, 568.
— pusillus — I, 68; II, 587.
— rufescens — I, 671.
— spathulatus — I, 671.
— trichoides — П, 587.
Potamogetonaceae — I, 262; II, 585.
Potentilla — I, 647; IT, 73. 183. 201. 494. 530. 547.
— anserina — I, 667; II, 575. 651.
— arenaria — I, 316.
— atrosanguinea — II, 114. 199. 201. 353.
— aurea — II, 674.
— biftirca — II, 569.
— Carniolica — 1, 363* 363. 365.
— caulescens — II, 159.f 292.
— chrysocraspeda — II, 675.
— cinerea — I, 314* 316.
— formosa — П, 201.
— Fragariastrum — II, 528.
— micrantha — II, 161.* 167. 528.
-- nitida — I, 309.
— recta — П, 199. 200.
— repens — П, 353.
— reptans — I, 667; II, 575. 651.
— spuria — II, 528.
— sterilis — II. 528.
— supina — II, 651.
— Tiroliensis — П, 476.
— Tormentilia — II, 485.
Poterium — II, 133. 295. 494.
— polygamum — I, 277.
— spinosum — I, 444.
Pothos — I, 706. 712; II, 573.
— celatocaulis — I, 220 * 223.
Pottia intermedia — II, 572. 572.*
Prangos — П, 421.
Prasiola — I, 586.
Prenanthes — II, 301.
Primula — П, 284. 533. 539. 548.
— acaulis — I, 341; П, 548. 553.
— Auricula —I, 717.764; II, 183. 184. 186. 187. 190. 294. 299. 367. 368. 369. 533.f 534. 539. 686. 766.
Primula brevistyla — II, 553.
— Carniolica — II, 533.
— Cashmiriana — II, 107.
— Chinensis — П, 768.
— Clusiana — I, 764; П, 491.
— cortusoides — II, 115.
— denticulata — I, 341; II, 107.
— digenea — II, 548.
— elatior — 1, 341; II, 375. 483. 548.
— farinosa — I, 286. 289; П, 107. 483.
— glutinosa — I, 109; II, 224. 367 375. 548. 581.
— hirsuta — I, 152. 764; II, 533.f 534. 539. 766.
— Japonica — I, 539* (позеленЪвш!й цв-Ьтокъ); II, 73. 75* (позел. цв.). 77. 768.
— Lehmanni — П, 190.
— longiflora — II, 294. 299. 367. 368. 369.
— minima — II, 183. 227. 285 * 367368. 369. 375. 491. 531. 548. 581.
— Oenensis — П, 533.
— officinalis — I, 633; II, 375. 376. 553.
— pubescens — II, 533.f 533. 539. 766.
— Salisburgensis — П, 548.
— Sinensis — I, 59.
— spectabilis — I, 639* (махровость).
— Sturii — II, 531.
— Tiroliensis — II, 539.
— variabilis — II, 553.
— Venzoi — П, 539.
— viUosa — I, 152; П, 224. 531. 533.
— viscosa — I, 152; II, 224.
— Wulfeniana — II, 539.
Primulaceae — I, 109. 633; H, 370. 548 585. 626.
Pronuba maculata — II, 147.
— synthetics — II, 147.
— yuccasella — П, 144. 145* 146. 147 233.
Prophylactics — П, 724.
Prosopanche Burmeister! — 1,197 (Hyd- nora Americana).
Prosopis — II, 154. 193.
Protea — 1, 331.
— globosa — II, 169.
— mellifera — I, 291.* 291. 303.
Proteaceae — II, 4.
prothallium — II, 442.
Protococcus — I, 242*
— roseo-persicinus — I, 99.
Protoderma viride — I, 585.
Prunella — II, 95. 228. 281.
— grandiflora — II, 96.
Prunus — II, 195.
- acids — П, 710.
— Armeniaca — I, 559; II, 188. 710.
— avium —I, 341* 342. 487. 523. 559;
П, 188. 400. 710.
— Cerasus — II, 710.
— domestics — I, 559; II, 490. 710.
— effusa — II, 710.
— insititia — II, 490. 491. 710.
— Laurocerasus — П, 113. 732.
— Mahaleb — II, 30. 694.
— Marasca — II, 710.
— Myrobalanus — II, 293.
— Padus — I, 559; II, 113. 188. 490. 497. 648.
— spinosa — I, 443. 523; П, 188. 490. 497.
Pseudomyrma Belti — I, 450 * 452.
Psidium piriferuip — П, 713.
Psychoda — П, 153.
— phallaenoides — П, 152.
Psychotria leucocephala — II, 341.
Psyllodae — II. 497.
Ptelea — П, 638.
— trifoliata — II, 278. 637* 767.
Pteranthus echinatus — П, 653.f 655
Pteris aquilina — I, 454; II, 9.f
— esculents — П, 709.
Pterocarpus santalinus — П, 698.
Pterocarya Caucasica — I, 610. 618;
П, 28.
Pterococcus — П, 657.
Pterogonium gracile — II, 435.
Ptilidium ciliare — I, 588*
Puccinia fuses — П, 489..
— graminis — I, 160.
Puccinia Soldanellae — II, 489.
— suaveolens — II, 490.
— Vincae — II, 490.
Pulmonaria — I, 628; II, 113. 284. 367. 530. 539. 547.
— angustifolia — П, 180. 530.
— hybrida — II, 530.
— officinalis — I, 282. 551; П, 177. 285* 530.
Pulpa Prunorum — II, 728.
Pulsatilla (cm. Anemone) — II, 547. 642.
— alpina — II, 285.
— patens — II, 299.
— pratensis — II, 168.
— vernalis — II, 165. 285.
— vulgaris — II, 165.
Pulvis Doweri — II, 728.
Punica — II, 196.
— Granatum — II, 711. 724. 774.
Pupalia atropurpurea — II, 655.
yrellia — II, 193.
Pyrenomycetaceae — I, 160.
Pyrethrum carneum — II, 176.
— corymbosum — II, 474.
Pyrocystis noctiluca — I, 506.
Pythium — II, 52.
Quamoclit coccinea — I, 618.*
Quassia amara — II, 726.
Quercus — I, 342; II, 280.
— alba — II, 700.
— Austriaca — I, 602*; П, 498* 501. 504. 504 * 684.
— coccifera — II, 700.
— coccinea — II, 700.
— Ilex — II, 676. 700.
— pedunculata — I, 351. 559. 723. 724;
II, 280* 480. 507. 508. 520. 700.
— Prinus — II, 700.
- pubescens — II, 504.* 506. 507. 508. 517.
— Robur — II, 777.
— rubra — II, 700.
— sessiliflora — J, 724; П, 404.* 506. 507. 508. 700.
— Suber — II, 694. 700.
— tinctoria — Ц, 699.
Racemus — I. 739.
— compositus — I, 740.
radices — I, 658.
— adligantes — I, 752.
— adventiciae — I, 749.
— aereae — I, 751.
— columnares — I, 753.
— fasciculatae — I, 749
fulcrantes — I, 753.
grumosae — I, 757.
hypogaeae — I, 750.
napilormes — I, 756.
natantes — I, 750.
nodosae — I, 757.
— palares — I, 756.
— parasiticae — I, 752.
— parietiformes — I, 752.
— ramosae — I, 749.
— tuberosae — I, 757.
radicula — 1, 593.
Radix Bardanae — II, 729.
Radula complanata — II, 566. 590.
Raffia Ruttii — I, 643.
Rafflesia — I, 197. 198.
— Arnold! — I, 200.
— Patma — I, 200.*
— Schadenbergiana — II, 170.
Rafflesiaceae — I, 197. 593.
Ramondia — II, 85. 261.
— Pyrenaica — II, 83.* Ranunculaceae — II, 546. 655. Ranunculus — I, 638; II, 71. 120. 164. 471. 522. 547. 589.
— acer — II, 114. 201. 322. 740.
— alpestris — I, 502.f 504; II, 164. 183. 281. 285. 322.
— aquatilis — I, 262. 671; (cm. Batra- chium).
— Baudotii — I, 671.
bulbosus — I, 763.
divaricatus — I, 262.
- Ficaria — II, 430. 432; (cm. Fica- ria ranunculoides).
— Flammula — I, 363; II, 575. 740.
Rununculus glacialis — I, 638* 645; II, 161. 164* 167. 281. 285.
— hololeucus — I, 671.
— Lingua — II, 571.
— montanus — II, 322.
— Neapolitanus — I, 757.
— pedatus — I, 613.f
— reptans — I, 767; II, 575.
— Sardous — II, 651.
Raphanus — II, 93. 646.
— Raphanistrum — II, 659.
— sativus — I, 618; II, 707.
Raphe — II, 77.
Raphia taedigera — I, 284.
Rapistrum perenne — II, 636.
Ravenala — I, 631.
— Madagascariensis — I, 631f. 631.
Rehmannia — II, 268.
Reseda — I, 69* 71.
— luteola — П, 699.
— odorata — II, 1867195.
Resolventia — II, 728/
Restiaceae — II, 627.
Retama — I, 294. 324. 375; II, 254.
Rhacomitrium — I, 105. 214.
Rhagadiolus edulis — II, 203.
— stellatus — II, 654.
Rhamneae — П, 406.
Rhamnus — II, 159. 182. 400. 547. 699.
— Aiaternus — II, 532.
— alpma — II, 532.
— Cathartica — I, 397; П, 91. 281. 496. 699.^29.
— chiorophorus — II, 699.
— Frangula — I, 628; II, 694. 729.
— hybrida — II, 532.
— pumila — I, 528. 683; П, 188. 686.
— Purshiana — II, 729.
— saxatilis — I, 443; II, 281.
— tinctoria — II, 281.
— utilis — II, 699.
— Wulfenii — I, 626* 628.
Rhaphidophora decursiva — 1,155.156 *
Rheum — I, 341. 487; II, 73.
— officinale — II, 729.
— palmatum — II, 729.
— Ribes — I, 346.z
Rhinanthaceae — J, 176. 177. 180. 628. 633; II, 311. 327. 328. 350.
Rhinanthus (см; также Alectorolophus) — II, 106. 160. 259. 638.
— Alectorolophus — II, 341.
— minor — II, 328.
— serotinus — II, 261.* 341.
Rhipidopteris peltata — П, 10.* 11. 444 * 444.
Rhipsalis — I, 100. 357.
Rhizantheae — I, 197.
Rhizidiomyces apophysatus — I, 170*
171.
Rhizobotrya alpina — II, 314. 663. 688.
Rhizocarpon geographicum -^- II, 674; (cp. Lecidea). ‘
Rhizoma — I, 621. 654.
Rhizophora coniugata — I, 598* 599.
757.
Rhizopus nigricans — I, 554.
Rhodiola rosea — П, 281.
Rhodites Eglanteriae — П, 4964 502. 520.
— Rosae — II, 496.f 502. 520.
— spinosissimae — П, 496.f 520.
Rhododendron — I, 231; II, 96. 104.i 113. 342. 495. 548.
— Chamaecistus — П, 96. 233. 284. 293. 351. 681.
— ferrugineum — II, 163. 227. 485. 486. 496. 496.f 516. 517. 530. 550.
— hirsutum—I, 231. 545; II, 96. 97* 163. 227. 293. 363. 485. 496. 530 550.
— intermedium — II, 530. 550.
— Lapponicum — I, 543.
— Medemi — II, 187.
— Ponti cum — I, 543; IT, 684.
Rhodothamnus Chamaecistus, cm. Rhododendron Chamaecistus.
Rhopalocnemis phalloides — I, 190.*
Rhus — II, 159. 182.
— Coriaria — II, 700.
— Cctinus — I, 487; II, 280. 642. 699. 700.
Rhus semialata — П, 499.
— Toxicodendron — I, 491.f 492; II, 280.
— typhina — II, 487. 491.f 492. 747;
767.
Rhynchosia phaseoloides — 1,479.480* 481* 734. 735.
Ribes — I, 745; П, 98. 159. 222. 400. 647.
— alpinum — П, 281. 454. 496.
— aureum — II, 187. 767.
— Grossularia — I, 559; II, 222* 712.
— nigrum — П, 712.
— petraeum — II, 454. 647.
reclinatum — П, 712.
— rubrum — I, 559. 741* 745*; II, 454. 496.f 497. 646. 712.
sanguineum — II, 767.
Uva crisp a — П, 712.
Riccia fluitans — II, 589. 615.
— natans — II, 589. 615.
Richardia — II, 280.
Aethiopica — II, 169.
Ricinus — I, 596 * 629; II, 117. 295.398. 402 * 403. 622. 623.
— communis — I, 461 * 474.* 607. 641*; II, 282. 398* 621* 729.
Rivina — II, 92.
Rivulariaceae — I, 244.
Robinia — I, 448; II, 222.
— Pseudacacia — I, 447* 449. 536. 561; II, 28. 186. 646. 767.
Roccella tinctoria — II, 699.
Rochea falcata — I, 317.* 318; II, 38.
Rochelia — II, 654.
Persica — II, 653.f
Roemeria — П, 154. 265.* 269. 319.
— violacea — II, 199. 200.
Rogeria — II, 656.
Roob Sambuci — II, 728.
Roridula — I, 145.
— dentata — I, 152.
— muscipula — П, 221.
Roripa (cp. Nasturtium) — П, 547.
— amphibia — I, 55; II, 471. 548.
— anceps — II, 548.
— palustris — II, 40.
— Silvestris — II, 548.
Rosa — I, 644, 676; II, 24. 73. 154. 321.
405. 415. 531. 547. 711.
— alba — II, 534.
— alpina — II, 190. 453. 531.
— arvensis — II, 190. 201. 453. 531.
— canina — I, 618*; II, 190. 520.
— centifolia — II, 190. 532.
— cinnamomea — II, 190. 453.
— Damascena — II, 534. 764. 767. 771.
— Gallica — II, 190. 453. 531. 532. 534.
— glutinosa — П, 532.
— Indica — II, 190. 453. 531.
— lutea — II, 531.
— moschata — II, 190. 453. 531.
— pimpinellifolia — П, 190.
— pomifera — II, 453.
— punicea — II, 531.
— rubiginosa — II, 453. 532.
— rubri folia — II, 520.
—• rugosa — II, 532.
— Schottiana — II, 70*
— sempervirens — I, 676.
— sepium — II, 453.
— setigera — I, 677.
— Thea — П, 190.
Rosaceae — I, 644.
Rosmarinus officinalis — П, 730.
rostellum — II, 242.
rotatus — I, 637.
Rottlera tinctoria — П, 724.
Rozella septigena — II, 484. 485.
Rubia — I, 634.
— tinctorum — II, 569. 698.
Rubiaceae — П, 370.
Rubus — I, 676; II, 494. 530. 547. 574.
680.
— amoenus — П, 681.
— arcticus — II, 711.
— bifrons — I, 764; II, 575.
— Chamaemorus — I, 238; П, 711.
— deliciosus — II, 711.
— fruticosus — П, 711.
— Idaeus — I, 308; U, 24. 73 74* 200. 361. 407. 711.
Rubus Nutkaensis — П, 541.
— odoratus — И, 541. 767.
Radula — II, 575.
saxatilis — I, 667; П, 575.
squarrosus — I, 681.* 681.
strigosus — П, 711.
ulmifolius — I, 677; П, 681.
Rudbeckia fulgens — П, 176.
laciniata — П, 176. 570. 767.
Rumex — I, 487; II, 73. 126. 654.
Acetosa — П, 282. 708.
Acetosella — П, 25. 282.
alpinus — П, 133. 277. 280. 294.
298.
aquations — П, 554.
Burchelli — II, 653,f 654.
crispus — П, 554.
maritimus — П, 466.
nemorosus — II, 298.
obtusifolius — II, 277. 280. 298.
Patientia — II, 554.
scutatus — П, 78* 80. 133. 708.
tuberosus — I, 757.
Ruppia — I, 68. 763.
Ruscus — I, 327; II, 35.
aculeatus — I, 326* 326. 328. 432.
androgynus — I, 686.
Hypoglossum — I, 326*2326.
Russelia — II, 182.
Ruta — П, 182. 288. 402 * 403.
— graveolens — II, 184. 188. 288.* 395. 396* 731. 735.*
Rutaceae — П, 622.
Sabadilla — П, 85.
officinalis — П, 725.
Saccharomyces cerevisiae — I, 510.* 574.
Saccharomycetes — I, 161.
Saccharum of ficinarum — I, 731.* 732;
II, 705.
Saccolabium — П, 643.
Saccolobium guttatum — I, 220.f
Sagina Linnaei — II, 162.
— saxatilis — II, 201. 317. 363.
Sagittaria — I, 90. 496; П, 220. 280. 632. 650. 777.
sagittaefolia — I, 55. 423f; П, 468.
568. 571.
Sagmina — П, 739.
Sagus Rumphii — II, 705.
Sahcornia — II, 671.
Salix — II, 158. 282. 642. 658.
acuminata — II, 531.
acutifolia — II, 224. 694.
alba — П, 511* 512. 515. 532.
alpigena — П, 532.
amygdalina — 1, 286. 723; П, 295.
arbuscula — I, 493.
attenuata — II, 532.
aurita — П, 480. 503. 512. 531. 532.
auritoides — II, 532.
Austriaca — II, 532.
capnoides — II, 532.
— Caprea — I, 308. 406; П, 78* 80. 188. 503. 512. 527. 528. 531. 532.
cinerea — П, 481. 503. 527. 532.
Cremsensis — II, 527. 532.
— daphnoides — 1, 559; П, 188. 224. 373. 527. 532. 540.
depressa — П, 689.
elaeagnifolia — II, 531.
Ehrhartiana — П, 530. 532.
excelsior — П, 532.
Fenzliana — II, 532.
— fragilis — I, 304; II, 281* 295. 532. 589.
glabra — П, 532.
— grandifolia — П, 481. 503. 512. 528. 532.
hastata — I, 493; II, 532.
herbacea — I, 406; II, 295.
— incana — I, 288. 406; П, 496.| 500. 520. 527. 532. 540.
intermedia — П, 532.
Jacquiniana —- I, 528; П, 532. 533.
686.
Kerneri — П, 532.
Lapponum — П, 527.
Mauternensis — II, 532.
Myrsinites — II, 177. 640.f
nigricans — П, 533.
Salix Oenipontana — II, 532.
pentandr a — I, 406; П, 530. 532.
plicata — II, 531.
— pruinosa — I, 286; II, 224.
— purpurea — I, 286. 397. 484; II, 177. 295. 296.496.f 520. 527. 528. 531. 532. 533.
— repens — П, 177. 531.
— reticulata — I, 295* 296. 298. 528; II, 295.
— retusa — I, 493. 528; П, 295. 532. 533. 686.
retusoides — П, 532.
rosmarinifolia — II, 481.
rubra — II, 531. 532. 694.
Seringeana — П, 532.
serpyllifolia — I, 528.
Silesiaca — II, 503.
viminalis — II, 295. 296. 527. 531. 532. 694.
Wichurae — II, 527.
Wimmeri — II, 532.
Salsola — II, 126. 656. 672.
Kali — II, 636.
Salvia — I, 311. 612; П, 211. 286. 365. 547. 640.
argentea — I, 227.
Austriaca — I, 613. f
betonicaefolia — II, 548.
cardinaiis — U, 182.
cleistogama — II, 366.
coccinea — II, 182. 767.
glutinosa — П, 94 * 249 * 249. 265. 652. 653*
lavandulaefolia — I, 312.
nemorosa — II, 539. 548. 551.
• nutans — II, 548.
officinalis — I, 641*; П, 250. 501. 715. 727.
pomifera — П, 508.
- pratensis — I, 427. 757; П, 250. 539. 551.
Silvestris — II. 539. 551.
splendens — II, 169.
verticillata — II, 626.*
viridis — П, 174. 339.
Salvinia — I, 672*; П, 13. 64.
natans — I, 672* 762.
samara — П, 401.
Sambucus — II, 190. 400.
— Ebulus — I, 717; II, 25. 187. 672.
— nigra — I, 411. 523. 559; II, 28.171. 188. 647. 649. 728. 730.
— racemosa — I, 411. 487; II, 186. 308.
Samolus Valerandi — II, 319. 651.
Sanguinaria — I, 641; II, 157. 186. 224.
— Canadensis — I, 475. 641*; II, 201. 649 * 649. 650.
Sanguisorba — П, 133.
alpina — II, 133.
officinalis — II, 144.
Sanicula — II, 293. 306. 654.
Europaea — I, 551; II, 279.
Santalaceae — I, 176. 202; II, 370.
Santolina — I, 311.
Saperda populnea — П, 508.
Sapindaceae — I, 481; II, 395. 398.
Sapindus —- I, 358.
Saponaria — II, 144.
— ocymoides — I, 668; II, 282. 476.
— officinalis — I, 759; II, 142. 516. 569. 766.
— Vaccaria — П, 201. 316.
viscosa — I, 152.
Sapria — I, 201.
Saprinus — II, 153. 193.
nitidulus — П, 153.
Saprolegnia — II, 485. 582.
lactea — II, 15*
Saprolegniaceae — I, 100. 160; II, 16. 447.
Sarcanthus — II, 643.
rostratus — I, 102. 103* 320. 357. 751.
Sarcina ventriculi — I, 159.* 164. 575.
Sarcinaceae — I, 160.
Sarcophaga — II, 193.
carnaria — П, 182.
Sarraceniae — I, 127.
Sarcophyte sanguinea — I, 192* 196.
Sargassum — I, 68. 587; П, 672.
Sargassum linifolium — I, 584.t 587.
sarmentum — I, 667.
Sarothamnus — I, 294; II, 254.
Sarracenia — I, 124. 127. 145*; II, 86.
Drummondii — I, 127.
laciniata — I; 125* 128.
purpurea — I, 121* 122* 123.124;
187. 265* 272.
— undulata — I, 127.
— variolaris — I, 124. 125. 125* 126.
Satureja — II, 211.
— hortensis — I, 393; II, 473. 476. 478. 715.
Saussurea alpina — П, 187.
Saxifraga (cp. Aizoonia, Cymbalaria, Tridactylites — I, 667; II, 222. 322. 535.
aizoides — I, 83; II, 93. 176. 547.
Aizoon — I, 231, 232. 234* 237.
408 * 408. 532. 659; II, 176. 547. 575.
androsacea — П, 293. 315. 581.
aquatic a — II, 281.
biflora — II, 175.
— bryoides — П, 176. 201. 264.
bulbifera — I, 152; II, 600.
Burseriana — II, 201.
— caesia — I, 231; II, 183.f 547.
— cernua — II, 425. 425* 426. 604. 605. 686.
— controversa — П, 222.* 224. 280. 470.
cortusaefolia — I, 524.
cuneifolia — I, 524; II, 264. 547. 575.
elatior — П, 767.
flageUaris — II, 573. 574* 575.
florulenta — П, 663.
Geum — II, 264. 575.
hieracifolia — II, 351.
Hirculus — П, 688.
Huetiana — II, 114. 115.
Japonica — I, 280.
luteoviridis —Д, 152.
muscoides — tl, 581.
mutata — II, 547.
nivalis — П, 425. 425* 426. 604. 605.
oppositifolia — I, 64.
peltata — I, 153. 238. 241.342. 629. 667; П, 293. 669. 672.
rotundifolia — П, 176. 264. 289 290*
— sarmentosa — I, 280. 524. 667; II, 176. 575. 768.
Seguieri — II, 581.
squarrosa — II, 547.
stellaris — I, 639* 642; II, 176. 264. 425.
Sturmiana — I, 64.
tridactylites — I, 152. 525; II, 224. 280.
Saxifragaceae — П, 547.
Scabiosa — II, 378. 625. 641.
Columbaria — I, 532; П, 171.
Cretica — I, 315; П, 171.
graminifolia — I, 315; II, 171. 634.*
Hymettia — 1,315.
lucid a — I, 532; П, 114* 114. 231. 625.
pulsatilloides — I, 312.
Scandix — II, 293. 623.
Pecten Veneris — I, 619; II, 319. 320*
Scapania nemorosa — П, 597.
scapus — I, 717.
Scatophaga — П, 193.
stereo raria — II, 182.
Schievereckia — II, 160.
Podolica — II, 317. 663.
Schinzia Aschersoniana — II, 487.
cypericola — II, 487.
Schistostega osmundacea — I, 23.f 373.
385; II, 446* 447. 572.
Schizaea fistulosa — II, 10.*
Schizaeaceae — II, 9.
Schizanthus — П, 253. 255.
pmnatus — П, 253.
Schizocaena — II, 12. schizocarpium — II, 400. Schizochlamis gelatinosa — I, 100. Schizoloma — II, 12.
Schizomycetes - I, 159; П, 725.
Schizonella Cissi — II, 492.
Schizoneura lanuginosa — П, 498.
Tremulae — II, 510* 512.
Ulmi — II, 497. 496.f 520.
Schizopetalon Walkeri — I, 610.
Schoenus — I, 323; II, 579. 721.
Schrankia — П, 413.* 414.
Schweinitzia — I, 593.
Sciara — II, 153.
Scientia amabilis — I, 8.
SciUa — II, 292. 319.
bifolia — I, 657; II, 86. 180.
liliohyacinthus — II, 201.
maritima — II, 732.
Sibirica — II, 201.
Scirpus — I, 323. 497; П, 589. 721.
atropurpureus — II, 651.
caespitosus — I, 731.* 732.
lacustris — I, 289. 423f; II, 654.
maritimus — II, 651
tuberosus — II, 568.
Scitamineae — I, 631.
Scleranthus — П, 160. 276. 314.
Scolia bicincta — II, 246.*
haemorrhoidalis — II, 246.
quadripunctata — II, 246.
Scolopendrium — I, 41.*
officmarum — I, 385.
Scopolia — П, 113. 266. 287. 340.
Scorodosma — I, 742. 4
Asa foetida — I, 608* 609.
Scorpiurus sulcata — II, 653.f 654.
Scorzonera — II, 301.
Hispanica — II, 93. 707.
rosea — II, 675.
Scrophularia — II, 160. 165. 233. 265.
287. 294.
Scrophulariaceae — П, 626.
Scutellaria — I, 644; II, 626.
scutellum — I, 602.
Scybalium depressum — I, 187.
fungiforme — I, 187. 188.*
Glaziovii — I, 187.
Jamaicense — I, 187.
Scytonema — I, 70. 113. 242* 587.
Scytonemaceae — I, 244; II, 674.
Sebastiana Pavoniana — П, 629.
Secale — II, 703.
Anatolicum — П, 704.
Cereale — II, 703.
cornutum—II, 732 (cp. Claviceps).
Dalmaticum — II, 703.
fragile — II, 627. 703.
montanum — II, 703.
Serbicum — II, 704.
Securidaca virgata — П, 638.
Sedum — I, 400. 617.
acre — I, 280; II, 476. 630.
album — I, 320. 322; II, 476.
annuum — II, 160. 423.
atratum — I, 320. 525; П, 160. 201.
dasyphyllum — I, 320. 322; П, 604.* 605. 606.
glaucum — I, 322; П, 423.
maximum — II, 638.
reflexum — I, 81. 320. 769.
sexangulare — II, 476.
Telephium — I, 322. 757.
viUosum — I, 152; II, 224. 604.
SelagineUa — I, 229. 373. 418. 576; П, 64.
Helvetica — I, 419*
lepidophylla — I, 229.
Willdenowii — I, 698.
Selliera — I, 612.
semifinitex — I, 717.
Sempervivum — I, 322. 400. 408. 662.
667; II, 604. 606. 617. 673.
acuminatum — I, 432; II, 638.
arbdreum — I, 544. 769.
arenarium — II, 605.
hirtum — П, 488 * 489. 605.
montanum — I, 544; II, 224.
Neilreichii — II. 605.
Pittonii — П, 663.
soboliferum — П, 603.* 604.
stenopetalum — II, 575.
tec to rum — I, 280; II, 739. 741.
Wulfenii — I, 544.
Senecio — II, 641, 658
Carniolicus — I, 309.
Senecio cordatus — П, 305.
Doronicum — II, 305.
erucifolius — I, 618*
fluviatilis — П, 569.
Fuchsii — II, 335. 569.
incanus — I, 309.
nebrodensis — II, 423.
nemorensis — I, 524; П, 335.
viscosus — П, 339. 339.*
vulgaris — I, 612; II, 423. 466.473.
64O.f
Sepsis — П, 193.
Septoria Menyanthis — 1,115.
Sequoia — I, 488.
Serapias — II, 546.
sericeus — I, 314.
Serjania — I, 481; П, 25.
gramatophora — I, 698. 698.*
Serratula lycopifolia — П, 230. 231.* 232.
radiata — I, 331.
Sesleria coerulea — I, 334; П, 159.+ 295. 564.
tenui folia — I, 332.*
setae — I, 436.
Setaria Italica — П, 132. 704.
verticillata — П, 653.f 656.
Sherardia — П, 93.
Sibbaldia — П, 85. 160.
procumbens — П, 83*
Sideritis — I, 311.
montana — II, 176.
Romana — П, 176.
scordioides — II, 87.
Siegesbeckia — П, 652.
Silene — II, 92. 144. 206. 221. 222. 547.
acaulis — II, 183.+ 183. 282. 514. 673.
alpestris — П, 569.
conica — II, 316.
GaUica — II, 473.
inflata — II, 142.
longiflora — П, 182. 187. 195. 199.
muscipula — II, 221. 222.
noctiflora — II, 199. 203. 281. 363.
nutans — II, 142. 142* 144 * 182. 187. 195. 230. 282. 418* 418. 419.
Otites — II, 282.
Saxifraga — II, 182. 199. 282. 290. 375.
VaUesia — II, 199.
vespertina — II, 199.
viridiflora — II, 195.
viscosa — I, 152.
Siler — II, 307.
trilobum — П, 308.
siliqua — II, 403.
Silphium laciniatum —1,329.330.330.*
perfoliatum — I, 238. 239* 731* 732; II, 220.
Silybum Marianum — I, 88. 90.
Sinapis — II, 85. 93.
alba — I, 560; II, 717.
arvensis — II, 201. 238. 325.
nigra — II, 728.
Siphonaceae — I, 583.
Siphonia elastica — II, 702.
Siphonocladus voluticola — I, 257.
Sisymbrium — II, 171.
Alliaria — II, 314 (cp. Peltaria, Alliaria).
Sophia —П, 292. 510. 646. 659. 660.
Thalianum — II, 114. 314.
Sisyrinchum — II, 162. 345. 347.
anceps — П, 175. 200. 363.
Sium — IL 308.
latifolium — П, 571.
Smilaceae — I. 651.
Smilax — I, 695; П, 729.
aspera — I, 695. 696.*
Smithia sensitiva — I, 537.
Smyrnium — II, 169.
Olusatrum — I, 610.
perfoliatum — I, 619.
soboles — I, 654.
Soja hispida — II. 706.
Solanaceae — II, 25. 370.
Solanum — I, 419; II, 652.
aigenteum — I, 434.
Dulcamara — I, 412. 415. 693; П, 175. 400. 731.
Solanum jasminoides — I, 651.
Lycopersicum — II, 83.* 709.
Melongena — П, 709.
nigrum — П, 740.
pyracanthos — I, 434.
rigescens — I, 434.
sisymbriifolium — П, 415.
sodomaeum — II, 415.
tuberosum — I, 653; П, 69 * 72.114. 120. 187. 705. 707. 709.
Soldanella — П, 113. 166. 183. 263. 313. 342. 548.
alpina — I, 502.+ 638* 641*; II, 262* 262. 489.
montana — I, 524.
pusilia — I, 502.f 503.
Solenobia — П, 435.
Solidago — I, 406; II, 279. 304. 334.
alpestris — II, 666.
Canadensis — II, 569. 570. 660. 767.
Virgaurea — II, 666.
Somomyia — II, 153.
Caesar — II, 153.
Sonchus — II, 114. 658.
arvensis — II, 120. 203.
cervicornis — I, 444.
Lapponicus — II, 203.
oleraceus — II, 203.
Sonneratia — I, 497.
Sophora alopecuroides — 1,536; 11,25.
— Japonica — I, 250. 323.
Sorbus — II, 186. 488. 547.
Aria — I, 308; II, 711.
Aucuparia — I, 342. 559. 623; II. 710.
Chamaemespilus — I, 493.
domestic a — П, 710.
torminalis — II, 710.
Sorghum — II, 132.
Durha — II, 704.
Halepense — II, 771.
saccharatum — II, 704. 705.
vulgare — П, 704.
spadix — I, 740.
Sparganium — I, 497. 671; П, 126. 280 295. 632. 650.
Sparmannia — I, 85.
Spartium — I, 324. 375; П, 157. 254.
junceum — I, 324*324. 325*422; II, 27. 187. 195. 253* 254* 255.
scoparium — I, 638 (cp. Saro- thamnus).
spatha — I, 636.
Spathegaster tricolor — II, 502. 504.*
520.
Spathularia — I, 104.
flavida — П, 563. 563.f 610.
species — II, 453.
Specularia — II, 111. 120.168.196. 342.
345. 365.
falcata — II, 656.
Speculum — II, 108. 343* 344.
Spergula — II, 162.
arvensis — II, 200. 317. 363.
spermotheca — II, 399.
Sphacelaria — II, 672.
scoparia — I, 584.f
Sphacelia — II, 616.
Sphaerella — II, 582.
nivalis — I, 23* 30. 32. 503. 543.
pluvialis — I, 32. 99. 383. 556. 583.
Sphaerobolus stellatus — II, 607.* 611.
Sphaerogyne cinnamomea —• I, 419.
Sphaerolobium — I, 324.
Sphaerothallia — II, 591.
Sphaerotheca Castagnei — II, 57.
Sphaerotilus thermalis — I, 554.
Sphaerozosma vertebratum — I, 100.
Sphagnaceae — I, 215; II, 573. 608.
Sphagnum — I, 29.* 216. 216.*; II, 447.
acutifolium — П, 579.
cymbifolium — I, 138.f; II, 13.*
Sphinx Alpenor — I, 429.
Convolvuli — II, 194.
Euphorbia© — I, 427.
Galli — 1, 429.
Neiii — I, 427; II, 454.
Pinastri — II, 213*
spica — I, 740.
composita — I, 740.
Spilanthes oleracea — II, 728.
spina — 1^ 431.
Spinacia — II, 656.
— oleracea — II, 708.
Spiraea — I, 676; П, 308.
*— Aruncus — I, 85. 354. 743; П, 282.
420. 638. 766.
— chamaedryfolia — П, 186.
— crenata — II, 30.
— Filipendula (cm. Filipendula hexapetala).
— opuli folia — II, 767.
— Ulmaria (cm. Filipendula Ulmaria) — Il, 186.
— ulmi folia — П, 186.
Spiran theae — 1, 636.
Spiranthes — II, 91.
Spirillum — I, 92.
— Cholerae asiaticae — I, 159* 164.
Spirochaete — I, 92.
— Obermeieri — I, 159.* 164. Spirogyra — I, 37. 170. 373. 579; II, 674.
— arcta — I, 23* 575; II, 51. Splachnaceae — I, 97. 115; II, 447. Splachnum ampullaceum — I, 97. 115;
II, 446* 447.
— luteum — I, 115; II, 446.* 447.
—• rubrum — I, 115.
— vasculosum — II, 446* 447.
Spondias dulcls — II, 713.•
— Mombin — II, 713.
Spongilla fluviatilis — I, 252.
Sporobolus asper — П, 580.
Sporodinia grandis — II, 49. 50.* 50. 51.
Spumaria alba — I, 104. 105 *; II, 457.
Stachys — I, 311; II, 547.
— affinis — II, 707.
— palustris — II, 331.
— recta — II, 734.
—- silvatica — II, 331.
— spinosa — I, 444.
— tuberifera — П, 707.
stamina — I, 637; II, 84.
Stanhopea — I, 108; II, 157. 187. 201.
— Devoniensis —• II, 210. 21O.f 214.
— oculata — II, 638.
— tigrina — II, 198.
Stapelia (стапелш) — II, 183.
Statice - I, 233. 234. 237. 487; П, 93.
—- arborea — II, 176.
— purpurea — II, 688.
Staurastrum alternans — П, 458* — furcatum — 11, 458.*
Stellar! a glochidiata — II, 654.
— graminea — II, 114. 329.
— Hol os tea — II, 329.
— media —1,225* 227. 227*; П, 276. 317.
Stellera Passerina (cm. Thymelaea Passerina) — П, 363. 482.
Stemonitis fusca — 1, 104. 105* 571;
П, 457.
Stenactis — П, 279.
— belli di flora — П, 660.
Stenorrhynchus longirostria — I, 69.
Stentor polymorphus — I, 252.
Sterculia — I, 358.
Sterculiaceae — II, 621.
Stereocauion — II, 597.
— coralloides — II, 597.*
— ramulosum — I, 242* Sternbergia — II, 345. 346.
— Clusiana — I, 425.
— lutea — II, 346.
— stipitata — I, 425.
stigma — I, 645.
Stipa — I, 613—617; П, 642. 684.
— capillata — I, 333* 336. 337.
— pennata — I. 613.f 614х; II, 580.
stipites Laminariae — II, 733.
Stipulae — I, 343. 449. 593. 642.
Btirps — I, 658.
— cirrhosa — I, 694.
— clathrans — I, 682.
— fluctuans — I, 664.
— humifusa — I, 668.
— natans — I, 664.
— palaris — I, 664. 713.
— plectens — I, 675.
— procumbens — I, 664.
— prostrata — I, 666.
— radicans — I, 705..
— repens — I, 666.
stirps scandens — I, 664. 675.
— volubilis — I, 686.
stolo — I, 667.
Stratiotes — II, 220.
- aloides — I, 62. 434. 551. 659. 662. 750; II, 587.
Streptocarpus — I, 420. 619.
— Benguelensis — I, 619.
— polyanthus — I, 619.
— Rexii — I, 618*
— Wendlandi — I, 619.
Streptopus amplexifolius — I, 283.
Strop han thus — II, 641. Struphiopteris — II, 11.
— Germanica — I, 714.
Strychnos — I, 358.
— Nux vomica — I, 277; П, 732.
stylus — I, 645.
Styphnolobium — I, 619.
— Japonicum — П, 395.
subex — I, 652. 658.
Subularia aquatica — II, 363.
Succisa — И, 266.
suffrutex — I, 715.
surculus — I, 653.
Swertia perennis — II, 164. 229.294.319.
— punctata — II, 319.
Swietenia Mahagoni — П, 269. 693.
Sycios — II, 657.
Sycophaga — II, 150.
Sylvia atricapilla — II, 648.
Symphoricarpus — I, 411. 412; П, 648.
— racemosus — II, 767.
— vulgaris — I, 412* 412.
Symphytum — I, 439. 628; П, 91. 93 263. 351. 547.
— officinale — II, 262* 743.
— Tauricum — П, 177.
syncarpium — П, 407.
Synchytrium — П, 484.
— Anemones —41, 485.
— Myosotidis — II, 485.
— piliflcum — П, 485.
— Taraxaci — II, 485.
Synedra — I, 583.
— Ulna — I, 61 * Synergus — II, 506. Syrenia — I, 315.
— angustifolia — I, 613.j- Syringa — II, 24. 190. 197. 314.
— Emodi — П, 187.z
— vulgaris — I, 559; II, 91. 186. 187.
515. 765._ У
Syrphus pirastri — П, 157.
Syrrhopodon scaber — II, 19 * 21. 597.
Syrupus Spinae cervinae — П, 729.
Syzygites — II, 435.
Taeniophyllum Zollingeri — I, 375.
Tagetes — II, 767.
Talinum fruticosum — I, 320.
Tamarlndus Indica — П, 712* 713. 728. 764.
Tamarix — I, 234; II, 32.
— Gallica — II, 593.
— mannifera — II, 593.
Tamus — I, 733; II, 92.
Tanaoetum — II, 672.
— Balsamita — I, 331; II, 569. 752. 764.
— vulgare — II, 737. 764.
Taraxacum — II, 109. 196. 301. 641. 644.
— officinale — I, 87. 474; II, 92. 95* 203. 472. 476. 640. f
Tauscheria lasiocarpa — П, 654. Taxaceae — II, 410. 412.
Taxodium distichum — I, 724.
— Mexicanum — I, 723. 724.
Taxus — II, 282. 648.
— baccata — I, 63. 723. 724; П, 135. 135* 412* 412. 513* 514.
Tayloria Rudolflana — I, 115.
— serrata — I, 115.
Tecoma — I, 484.
— radicans — I, 481* 481. 482.* 705. 711. 712. 749. 752; II, 25. 767.
Teesdalia — I, 612.
Telekia — П, 305. 625.
— speciosa — I, 237; II, 177.
Telephium Imperati — I, 668; П, 162. 201. 290.
Telephorus — II, 165.
Tellidium — I, 113.
Tellima grandiflora — II, 341. temperantia — II, 727.
Terminaria Chabula — П, 700. terminus — II, 7.
Terniola — I, 70.
testa — П, 397.1
Tetracera fagifolia — I, 691.
Tetractium quadricorne — П, 414.
Tetragonia expansa — II, 708.
Tetragonolobus purpureus — II, 709. — siliquosus — I, 534 * 536. 668; II, 709.
Tetramorium caespitum — II, 649.
Tetraneura alba — II, 496.f 499. 520. — Ulmi — II, 496.f 49 7. 520.
Tetrao medius — II, 537.
— tetrix — II, 537.
— Urogallus — II, 537.
Tetraphis pellucida — I, 105; II, 19* 21. 597.
Tetraplodon angustatus — I, 97. 115. — urceolatus — I, 115.
Tetrapus — II, 150.
Teucrium — I, 311; П, 197. 286.
— Chamaedrys — I, 185; IL, 508.
— Euganaeum — II, 626. 626.*
— flavum — П, 626. 626.*
— Marum — II, 742. 744.
— montanum — I, 185; II, 93. 508.
— orientate — I, 738*; II, 287.♦
— Scordium — П, 508.
— subspinosum — I, 444.
Thais Hypermenestra — П, 454. thalamus — I, 658. 737.
Thalictrum — II, 117. 133. 169.
— alpinum — II, 133.
— angustifolium — П, 133.
— aquilegifolium — I, 641; II, 133.
— flavum — II, 133.
— foetidum — II, 133.
— gal ioides — I, 238.
— minus — II, 133.
— simplex — I, 238.
Thea Chinensis — II, 718.
Theobroma Cacao — П, 83* 84. 717.
Theophrasta Jussieu! — II, 38.
Thesium — I, 176. 177. 229; Щ 92. 95. 117. 162. 284. 367.
— alpinum — I, 178*; II, 93. 118.
— rostratum — II, 93.
Thladiantha dubia — II, 568. 568* 620.
Thlaspi — II, 160.,
— alliaceum — П, 177. 314. — alpinum — I, 407.* 407. 415. — arvense — П, 177. 314.
-— rotundatum — II, 177.
Thrinax radiata — I, 91.
Thrips — II, 154.,
Thuidium abietinum — П, 435. 598.
Thuja — I, 408 * 488; II, 135.
— occidentalis — I, 491f; II, 514. 768.
— orientalis — II, 412.* 514.
— plicata — II, 514.
Thujopsis (cm. Thuyopsis).
Thunbergia — I, 484; II, 97. 267.
— grandiflora — II, 265.* — laurifolia — I, 481. 481* 734.
Thuyopsis — I, 319.
— dolabrata — II, 768.
Thymelaea Passerina — П, 340. (op.
Thymus — I, 644; II, 281. 416. 517. 640. 725. 744.
— Chamaedrys — II, 454.
— citriodorus — П, 189.
— Marschallianus — I, 318.
— montanus — П, 189. 454.
— Serpyilum — I, 641*; II, 4964 514. 731.
— vulgaris — П, 454. 715.
— Zygis — П, 454.
Tiarella cordifolia — П, 575.
Tilia — I, 398. 618; П, 190. 497. 547.
— alba — I, 331. 649; II, 188.
— Americana — I, 649; II, 188.
grand!folia — I, 342. 559. 618* 636 * 723. 724. 729*; II, 502. 505.
— intermedia — II, 634.* 639.
— parvifolia — I, 304. 342. 559; U, — tomentosa — I, 331. 648.* 649.
Tilia ulmifoHa — I, 641*; П, 730. 734* Tillandsia — П, 220, 641. 641* 645. Timmia Norvegica — II, 429.
Todea — I, 715. 751.
barbara — I, 222.
ToQeldia — I, 329; II, 161.
borealis — I, 108.
Tolmieia Menziesii — П, 39.* 41. 573. 599.
Toluifera Balsamum — П, 727. 728* tomentum — I, 317.
tonica — II, 726.
Torenia — II, 268.
Torilis — II, 654. 657.
Anthriscus — П, 653.-f
Tornelia fragrans — I, 361. 415. 506.
Torymus — II, 506.
torus — I, 744.
Tournefortia — П, 40.
Tozzia — I, 177.
alpina — П, 83* 339.
Tradescantia — I, 524. 597. 603; П, 157. 158.
- crassula — П, 202. 290.
Virginica — I, 596*; П, 199. 200. 202. 290. 767.
Tragacanthacei (Astragalus) — I, 446. Tragopogon — II, 196. 206. 272. 301.
302.
porrifolius — П, 707.
pratense — П, 203.
Trametes — I, 168.
Trapa — I, 421. 606. 612. 671.
natans — I, 82. 417. 497. 562. 602*;
404.
Tremellinaceae — I, 213.
Trentepohlia jolitha — II, 674. (cp.
Chroolepus).
Trianea — 1, 71.
Bogotensis — I, 78. 497.
Tribulus — I, 668; II, 656.
orientalis — II, 657. 657 * Triceratium Favus — I, 61.* Trichia clavata — П, 594.* Trichius — II, 165.
Trichocline - I, 612.
Trichocolea tomentella — I, 588. 588.* Tricholoma gambosum — II, 563.
Trichomanes Lyelli — П, 10.* Trichophyton tonsurans — I, 164. Trichopsylla Walkeri — II, 496. Trichostomum tophaceum — I, 262;
579.
Tricyrtes pilosa — I, 90; II, 162. 166* 167. 327* 327.
Tridactylites (Saxifraga) — II, 317.
Trifolium — I, 536. 668; П, 80. 177. 240. 272. 378. 777.
— agrarium — II, 404. 640.
— badium — II, 170.* 404. 640. 640*
fragiierum — II, 640.
globosum — П, 635.
— hybridum — П, 177. 722.
— incarnatum — П, 473. 721. 722.
— nidificum — II, 634.* 635.
plumosum — II, 642.
— pratense — II, 189. 722.
repens — I, 666; II, 78*
resupinatum — П, 189. 195.
spadiceum — П, 177. 404.
spumosum — II, 654.
stellatum — II, 628. 628*
subterraneum — II, 659.
tomentosum — II, 633.* 640.
Triglochin — I, 649; П, 126. 136. 137. 296.
Barellieri — I, 648.*
— palustre — II, 139 * 656. 657. Trillium — II, 161. 201. 293. 312.
grandiflorum — II, 188. 312. Trimerus salicobius — II, 494. Triopteris brachypteris — II, 92
bifurca — II, 637 * 639.
Trioza Walkeri — II, 496.
Trisetum — II, 132.
Tritelia — II, 92.
Triticum — II, 132. 546. 702.
caninum — I, 426.
compactum — II, 702.
dicoccum — II, 702.
dui um — II, 702. 704.
monococcum — II, 702.
Жизнь растеши, т. ILЖизнь растеши, т. ILКернеръ ф.-Марилаунъ.
Жизнь растеши, т. IL
Жизнь растеши, т. IL
Triticum polonicum —- II, 702.
repens — I, 654 (cm. Agropyrum r.).
sativum — П, 546.
Spelta — II, 702.
turgidum — II. 702.
vulgare — I, 596; II, 702.
Triumfetta Plumieri — II, 653.| 654.
Trixago — I, 177; II, 259.
apula — II, 328.
Trollius — П, 106. 164. 168. 239.
Europaeus — II, 104.* 106. 187. 236.* 483. 766.
Trombididae — II, 494.
Tropaeolum — I, 85. 363. 629. 696. 699;
II. 92. 163.
majus — I, 363. 602*; П, 710. 767.
tuberosum — П, 708.
truncus — I, 717.
arborescens — I, 717.
frutescens — I, 717.
Tryphon — II, 244.
Tsuga Canadensis — I, 491-)-; II, 700.
tuber — I, 653.
Tuber — П, 709.
tubulosus — I, 637.
Tulipa — I, 621. 644; II, 115. 161. 199.
14. 534. 638.
Didieri — II, 290.
• Gesneriana — II, 472. 765.
Silvestris — II, 114, 189. 227* 351.
Tulostoma — I, 104.
mammosum — I, 106.*
Turgenia — II, 293.
latifolia — II, 279. 319. 473.
turio — I, 621.
Turritis glabra — I, 524.
Tussilago — П, 114. 277. 279. 303. 669. 672.
— Farfara — I, 288. 654; II, 295. 569. Tylanthus ericoides — I, 295.* 296. Typha — I, 496. 762; П, 91. 126. 280. 295. 589. 642. 658.
angustifolia — I, 423.f 425.
latifolia — II, 571
minima — II, 295/
— Shuttleworthii — I, 602*; II, 6404 Typhaceae — I, 604.
Ulex — I, 294; П, 254. 415.
Gallii — II, 415.
micranthus — II, 415.
nanus — П, 415.
Ulmus — I, 398. 417;* 11, 133. 384. 638.
campestris — I, 724; II, 293. 497.
496 f 499.,
glabra —41, 639* Ulothrichaceae — П, 674. Ulothrix — I, 29* 30. 37 * 38; П, 45.
46. 51.
zonata — П, 46 * Ulva — I, 373. 390. 586.
Lactuca — I, 99.
umbella — I, 740.
composita — I, 740.
Umbelliferae — П, 547.
Umbilicaria pustulata — II, 674.f
Umbilicus erectus — П, 638.
spinosus — I, 432.
Uncaria — П, 655.
Gambir — II, 700.
ovalifolia — I, 702.
Unona — II, 745.
odoratissima — II, 186.
Urania — I, 714; II, 105.
Urceola elastica — II, 702.
Urceolaria — II, 591.
urceolatus — I, 637.
Uredinaceae — I, 160.
Uromyces Alchimillae — 11,489.
Phyteumatum — П, 489.
Pisi — II, 490.
Primulae integrifoliae — II, 491.
Schweinfurtii — II, 492.
Urophora Cardui — II. 508.
Urtica - I, 363; II. 647.
crenulata — I, 440.
dioica — 1,427. 438.* 440.453; П, 282. 499. 569. 570.
— stimulans — I, 440.
— urens - I, (440). 619: II, 280. 295.
— urentissima — 1, 440
Usnea barbata — I, 243.f 243.
Ustilago — I, 160.
May dis — П, 489.
Utricularia — I, 68. 148. 593; П, 101 220. 268. 331. 587. 614.
clandestina — I, 118.
Grafiana — I, 116* 117.
minor — I, 116* 117. 118.
montana — I, 120.
neglecta — I,,117.*
nelumbifolia — I, 119. Utriculariaceae — II, 331. 585. Uvularia — II, 312.
grandiflora — П, 163. 312.
Vaccinium — II, 113. 351. 548.
— macrocarpum — II, 712.
— Myrtillus — I, 88; II, 84. 103. 161. 193. 292. 648. 712.
— Oxycoccos — II, 83* 201. 712. (cm. Oxycoccos palustris).
— uliginosum — I, 493; II, 83 * 103. 161. 491. 648. 712.
— Vitis Idaea — I, 230; II, 103. 260. 471. 491. 648. 712.
vagina — I, 592.
Vahea gummifera — П. 702.
Valeriana — II, 641.
Celtica — I, 108; П, 581. 686.
dioica — П, 277. 294.
globulariaefolia — II, 164.
montana — П, 164. 188. 281.
— officinalis — П, 163 * 164.188. 290. 404* 730. 737.
Phu — II, 476.
polygama — II, 294.
Saliunca — II, 281.
saxatilis — II, 188.
simplicifolia — II, 277.
snpina — П, 281.
tripteris — I, 524; II, 294. 64O.f
tuberosa — I, 757.
Valerianaceae — II, 370.
Valerianella Auricula — II, 326.
— carinata — II, 326. 488* 516.
dentata — П, 292.
— echinata — II, 654. 656.
hamata — II, 654.
olitoria — II, 708.
Vallisneria — I, 25* 47. 496; П, 101. 282. 571.
— alternifolia — II, 124.
— spiralis — I, 554. 670 * 671; П, 122. 123 * 124.
Vai onia — II, 672.
Vanda — I, 752.
— suavis — I. 222; П, 189.
— teres — I, 320. 357; П, 641* 643. 643*
— tricolor — I, 222.
Vanessa Jo — I, 427.
— Urticae — I. 441. П, 454. Vanilla planifolia — II, 717. Vauchena — I, 28. 29. 29* 374. 573.
II, 53. 497.
— clavata — I, 23. 23. f 28. 259. 381. 384; II, 577.
— sessilis — II, 50* Vaucheriaceae — I, 583; 11, 674. vegetable sheep — II, 174.
Vella spinosa — I, 443. 444. 447.* Veratrum — II, 279.
— album — I, 88; П, 732.
Verbascum — I, 441; II, 157. 342. 429 533. 541. 547. 548. 672.
— Austriacum — II, 175. 508. 541.
— Blattaria — II, 163. 533.
. — granatense — I, 346.
— Lychnitis — П, 508.
— nigrum — II, 175. 508.
— phlomoides — I, 89. 89* 287; П, 726.
— phoeniceum — II, 163. 533. 541.
— pseudophoeniceum — II, 533. 541.
— pulverulentum — I, 317. 346.
— rubiginosum — II, 533. 541.
— thapsi forme — I, 314.* 316.
— Thapsus — I, 226. 287. 441; IL 326 Verbena officinalis — II, 228.
Veronica — I, 414; II, 201. 212. 294. 638.
— agrestis — II, 631.
-- alpina — IL 363.
Veronica Anagallis — II, 466. 467. 631. 651.
— aphylla — II, 201. 638.
— Beccabunga — II, 467. 469. 631.
— Chamaedrys — II, 210 * 233. 514.
— Cymbalana — II, 631.
— hederaefolia — I, 668. 737.
— officinalis — I, 668; II, 228. 513 * 516. 517. 521. •
polita —' II, 473.
praecox — I, 525.
— saxatilis — П, 513.* 516.
— scutellata — I, 681. 682*; П, 631.
serpyllifolia — II, 631.
spicata — I, 397.
Verrucaria — I, 113; II, 673.
calciseda — I, 555.
— purpurascens — I, 555.
Verticillatae — II, 384.
Verticordia oculata — II, 640 * 641.
Vesicastr am (Trifolium) — II, 640.
Vespa Austiiaca — П, 242.* 243.
Viburnum — II, 647.
— Lantana — I, 341* 344. 346; П, 186.
,308. 498.
' — Lentago — I, 492.
— Opulus — II, 173. 186. 308. 767.
Tinus — II, 676.
Vicia — I, 455. 697; П, 240.
— amphicarpa — П, 365. 659.
Barbazetae — II, 175.
Cracca — II, 476.
dumetorum — II, 416.
Faba — II, 175. 706. 706* 709.
melanops — II, 175.
picta — II, 175.
pisiformis — II, 416.
sativa — П, 722.
sepium — II, 476.
silvatica — II, 416.
tricolor — II, 175.
Victoria — I, 280. 284. 671.
regia — I, 431. 525; II, 171. 171.f 175. 220. 669.
Villarsia — I, 71. 409; II, 158. 220.
— nymphaeoides — I, 284. 525; II, 654.
villosus — I, 314.
Viminaria — I, 324.
Vinca — I, 667.
— herbacea — П, 227> 228. 490. 574 575.
— Libanotica — II, 574. 575.
- major — II, 90. 490. 574. 575.
- minor — II, 180. 490. 753.
Viola (cp. Dischidium, Melanium, Nominium) — II, 73.106.159. 263. 398 402 < 403. 523. 547.
arenaria — II, 365.
— arvensis — II, 265'-. 267. 473.
biflora — I, 83; II, 183.
calcarata — II, 179.
— canina — II, 623. 624.
collina — II, 365.
cucullata — II, 476.
- elatior — II, 620. 621*.
— mirabilis — II, 187. 365.
— odorata — I, 641*. II, 69*. 186.187. 373. 575. 649*. 649.
— polychroma — II, 187. 190. 534.
— sepincola — II, 365. 366. 659.
silvatica — II, 624.
— tricolor — I, 53 2. 634; II, 90. 91. 92. 175. 190. 398 \ 423. 729. 788.
Virgilia aurea — II, 187.
Viridiflorae — II, 384.
Viscaria nivalis — II, 663.
viscidus — II, 221.
viscossimus — II, 221.
viscosus — IT, 221.
Viscum — I, 376. 643.
— album — I. 202. 204s". 206*. 303*. 425. 641*. 747; II, 93. 95*. 400.
moniliforme — I, 203.
orientate — I, 203.
Oxycedri — I, 208.
Vitex Agnus castus — II, 29.
Vitis—I, 487.492. 703; П, 197.308.494.535.
apyrena — II, 714.
cordata — II, 282.
inconstans — I, 703. 704*.
— inserta — I, 704. 704*.
labrusca — II, 712.
macrocirrha — II, 281.
— Royleana — I, 703.
— Silvestris — II, 281. 712.
— vinifera — I, 559. 702. 723; II, 188. 195. 277. 281. 400. 454. 712.
Vittaria — II, 12.
Vochysia — II, 397. 397*.
Volvox globator — I, 32.
Voyriella — I, 108.
Voyzia — 1, 108.
Waldsteinia geoides — I, 551; II, 353. — ternata — II, 683.
Web era — I, 105.
Wellingtonia gigantea — I, 724.
Welwitschia — II, 681.
Welwitschia mirabilis — I, 715 {-. 715.
Wigandia urens — I, 439.
Wightia — I, 708. 752.
WiLlughbeia — II, 702.,
Witsenia — I, 329.
Wolffia — II, 589.
Wrangelia — I, 388.
Wulfenia Amherstia — П, 682.
Baltazii — II, 682.
— Carinthiaca — II. 663. 682. 688.
orientalis — П, 682.
Xanthidium aculeatum — II, 458*.
octocorne — П, 458*.
Xanthium — II, 295. 654.
spinosum — I, 454. 611. 653f.
Xanthoptera semicrocea — I, 127.
Xanthorrhoea — I, 426. 714.
Xeranthemum — I, 312.
Xylocarpa violacea — II, 254*.
Xylomelum pyriforme — II, 420. 421*.
Yucca — I, 254. 400. 432. 603. 659. 714;
II, 144. (182). 233. 372. 415.
— aloefolia — П, 146. 147.
angustifolia — II, 91.
brevifolia — II, 147.
— filamentosa — I, 659; II, 145*. 147.
gloriosa — I, 661*. 662; 11, 147.
Treculiana — II, 147.
Zaluzianskia lychnidea — II, 187. 229.
Zamia — I, 434. 604.
Zannichellia — I, 68.763; II, 101. 280.672.
Zanonia — I, 85. II, 638.
sarcophylla — I, 696.
Zanthoxylon — II, 29.
Zea Mays —I, 426. 560; II, 280. 295. 704.
Zingiber officinale — II, 717.
Zingiberaceae — П, 602.
Zinnia elegans — II, 767.
hybrida — П, 176.
Zizania aquatihs — П, 704.
Zizyphus Jujuba — П, 711.
vulgaris — П, 711.
Zoidiophilae— II, 121.
Zonotrichia — I, 34. 70.
Zostera — I, 68. 496. 671; П, 100. 57L Zygnema — I, 373. 575. 579.
pectinatum — I, 23f. Zygnemaceae — I, 584 ; 674. Zygodon — П, 590.
Zygomitus reticulatus — I, 257.
Zygophyllaceae — П, 622.
Библ1ографическ1й указатель.
I. Обпце учебники,
Ванъ-Тгьгемъ, Общая ботаника (морфолопя, анатом!я и физюлопя растешй). Перев. съ 2-го франц. издашя подъ ред. Ростовцева, съ предисл. К. Тимирязева. Съ 477 политип. Москва 1895. Ц. 3 р. 75 к.
Страсбургеръ и Нолль, Учебникъ ботаники для высшихъ учебн. заведешй. Перев. съ н^м. Съ 232 рис. Спб. 1898. Ц. 2 р. 80 к.
Бородино, И., Кратк1й учебникъ ботаники. Съ 310 полит. 6-е исправл. изд. Спб. 1899. Ц. 1 р. 50 к.
Кричагинъ, Н., Учебникъ ботаники. Съ 284 рис. Спб. 1896. Ц. 1 р. 60 к.
Шмальгаузенъ, И., Кратк1й учебникъ ботаники. Съ 298 рис. К1евъ 1887. Ц. 2 р.
Саксъ, Ю., Учебникъ ботаники. Перев. Бородина, Карельщикова и Розанова. Спб. 1870. Ц. 3 р. 50 к.
П. Анатошя.
Де-Бари, А., Сравнительная анатом!я ве- гетативныхъ органовъ растешй. Пер. Бекетова. Спб. 1877 и 1880. Ц. 4 р.
Бородинъ, И., Курсъ анатомш растешй. Спб. (второе перераб. изд.). 1900. Ц. 2 р. 50 к.
Палладинъ, Б., Анатомия растешй. Съ 167 рис. Харьковъ 1898 (2-е изд.). Ц. 1 р. 20 к.
Гертвигъ, Клетка и ткани. Перев. съ нЪм. Бородина и Холодковскаго. I. Общая анатом!я и физюлопя клЪтки. Съ 168 рис. Спб. 1894. Ц. 3 р. II. Общая анатом!я и физюлопя тканей. Съ 89 рис. Спб. 1900. Ц. 3 р.
Ротертъ, В., Анатом1я растительной клетки. Съ 56 рис. Казань 1895. Ц. 80 к.
— Анатом1я растительпыхъ тканей. Съ 90 рис. Казань 1897. Ц. 70 к.
Крутиг^кгй, И, Практически занят!я по гисгологш растешй. Спб. 1882. Ц. 1 р. 50 к.
Страсбургеръ, Эд., Кратк1й практический курсъ растительной гистологш. Перев. С. Навашина. Съ рис. Москва 1885. Ц. 2 р. 50 к.
— Краткое руководство для практическихъ заняпй по микроскопической ботаник^ и введете въ микроскопическую технику. Перев. Л. Рейнгарда и Л. Ри- шави. Съ 115 полит. Одесса 1885. Ц. 3 р.
Физ!олог1я и б1олог!я.
Фалинцинъ, А., Обмйнъ веществъ и пре- вращеше энерпи въ растешяхъ. Спб. 1883. Ц. 4 р.
— Учебникъ физюлопи растешй. Спб. 1887. Ц. 2 р. 50 к.
Т^ирязевъ, К., Жизнь растешй. Десять общедоступныхъ чтешй. 5-е изд. Москва 1898. Ц. 2 р.
Палладинъ, В., Физюлопя растешй. Съ 32 рис. и 1 фотот. Изд. 3-е. Варшава 1898. Ц. 1 р. 50 к.
Ротертъ, В., Курсъ физюлопи растешй. Часть I. Физическая физюлопя. Съ 18 рис. Казань 1891.
Майвръ, А., Учете о питаши зеленыхъ растешй, изложенное въ 25 лекщяхъ. Перев. подъ ред. С. Ростовцева. Москва 1898. Ц. 3 р. 25 к.
Зорауеръ, Р., Физюлопя растешй для са- довниковъ. Пер. Рудзкаго. Съ 35 рис. Спб. 1893. Ц. 2 р.
Тимирязеву К., Растете и солнечная энер- г1я. Москва 1897. Ц. 40 к.
Дюкло, Э., Пастеръ, брожеше и самоза- рождеше. Перев. подъ ред. К. Тимирязева. Москва 1897. Ц. 40 к.
Бтъляевъ, В., О первичномъ зарождении. Варшава 1893.
Визнеръ, Ю., Бюлопя растешй. Съ прил. историч. очерка ботаники. Съ 60 рис. и ботанич. картою земли. Перев. съ нЪм. Спб. 1892. Ц. 2 р. 50 к.
Леббокъ, Дэю., ЦвЪты, плоды и листья. Перев. съ англ. Съ предисл. проф. Бекетова. Спб. 1891. Ц. 1 р. 25 к.
53*
Дарвинъ, Ф., Способность растений къ дви- женпо. Пер. съ англ. К!евъ 1882. Ц. 3 р.
Ротертъ, В., О движенш у высшихъ растешй. Вступит, лекщя. Казань 1890. Ц. 20 к.
Бушъ, Н., О самозарывающихся плодахъ нашей местности. Казань 1891. Ц. 50 к.
Бородинъ, Л, Процессъ оплодотворешя въ растительномъ царстве. Съ 169 полит. 2-е перераб. издаше. Спб. 1896. Ц. 1 р. 50 к.
Каменскгй, Ф., Къ истор!и полового процесса у растешй. Одесса J897. Ц. 50 к.
— О явлешяхъ симбюза въ растительномъ царстве. Одесса 1891.
Кукъ, М., Замечательный явлен!я растительной жизни. Перев. Волкенштейна. Спб. 1883. Ц. 1 р. 50 к.
Аггеенко, В., Взаимныя отношешя живыхъ существъ (явлешя симбюза). Съ 3 рис. Спб. 1894. Ц. 50 к.
Сидоровъ, В., Вооружен!е растешй и защита ихъ отъ враговъ. Спб. 1887. Ц. 75 к.
Корбюинскш, С., Что такое жизнь? Томскъ 1888. Ц. 40 к.
Богдановъ, Л, Беседы о жизни растешй. Съ 71 рис. Спб. 1899. Ц. 40 к.
Грантъ Алленъ, Беседы о растешяхъ и ихъ жизни. Москва 1898. Ц. 80 к.
Бородинъ, И., Протоплазма и витализмъ. Спб. 1895. Ц. 20 к.
Фаминцъинъ, А., Современное естествознаше и психолопя. Спб. 1898. Ц. 1 р.
Гексли, Введете въ науку. Руководство къ пониманш природы и ея явлешй. Спб. 1880. Ц. 30 к.
— О причинахъ явлешй въ органиче- скомъ м!ре. Перев. съ англ, съ прил. бюграф. очерка Н. Березина. Съ портр. и 13 рис. Спб. 1897. Ц. 60 к.
Дарвинъ, Ч., Сочинешя (избранный) 2 тома. Изд. Поповой. Спб. 1896. Ц. 4 р. 50 к.
— Изменеше животныхъ и растешй въ домашнемъ состоянш. Пер. М. Филиппова и П. Шмидта. Съ рис. Спб. 1896. Ц. 1 р.
— Происхождеше человека и половой под- боръ. Полный перев. съ последи, англ, изд. М. Филиппова. Кн. I и П. Спб. 1896. Ц. 1 р. 20 к.
— Происхождеше видовъ путемъ есте- ственнаго подбора, или сохранеше бла- гопр!ятствуемыхъ породъ въ борьбе за жизнь. Полный перев. съ последи. (6-го) англ. изд. М. Филиппова. I—III. Спб. 1895. Ц. 1 р.
— Инстинктъ. Перев. Филиппова. Изд. 2-е. Спб. 1896. Ц. 30 к.
Уоллесъ, Естественный подборъ. Пер. Вагнера. Ц. 3 р.
— Дарвинизмъ. Изложэше теорш естествен наго подбора въ некоторыхъ изъ ея приложен!#. Спб. 1898. Ц. 3 р.
Гертвигъ, О., Современные спорные вопросы бюлогш. Вып. 1. Эволющя и эпиге- незъ. Основы теорш развит!я организ- мовъ. Съ 4 рисунк. Москва 1895. Ц. 60 к.
Данилевскгй, Н., Дарвинизмъ. Критическое изследоваше. Т. I—II. Спб. 1885— 1889. Ц. 9 р. 50 к.
Тимирязевъ, К., Чарльзъ Дарвинъ и его учеше. Изд. 4-е, съ приложешемъ „Наши антидарвинисты*. Москва 1898. Ц. 1 р. 50 к.
— Некоторый основашя современнаго естествознашя. Москва 1895. Ц. 1 р. 50 к.
Вильморенъ, Г., Наследственность у растешй. Москва 1898. Ц. 25 к.
Шилкевичъ, В., Наследственность и попытка ея объяснешя. Популярный очеркъ. Съ 22 рис. Спб. 1896. Ц. 1 р.
Фаусекъ В., Этюды по вопросамъ бюло- гической эволющи. Спб. 1899. Ц. 60 к.
Корэюинскш, С., Гетерогенезисъ и эволющя. Къ теорш происхождешя видовъ. I (Записки Импер. Акад. Наукъ). Спб. 1899.
IV» Морфолог!я и систематика.
Вармингъ, Систематика растешй. Перев. съ 3-го датск. изд. Около 1000 полит. 2-ое русск. изд. Москва 1898. Ц. 5 р.
Бекетовъ, А., Учебникъ ботаники. Орга- нограф!я съ терминолопей, морфология и систематика семенныхъ растешй. Съ 267 рисун. Изд. 2-е. Спб. 1897. Ц. 2 р.
— Курсъ ботаники. Руководство для уни- верситетскихъ слушателей. I. (Споро- выя и голосемянныя). Спб. 1862. Ц. 5 р. П. (Однодольныя). Вып. 1. Спб. 1871. Ц. 1 р. 50 к.
Страсбургеръ, Эд., Учебникъ ботаники для высшихъ учебныхъ заведен!#. (Мор- фолопя и систематика растешй). Пер. съ нем. Съ 441 рис. Москва 1898. Ц. 3 р.
Гофманъ, К., Ботаническ!# атласъ по системе Де-Кандоля. Съ изменен, и дополи., применит, къ Россш, подъ ре- дакц. Н. Монтевиде. Изд. 2-е.- Спб. 1898. Ц. 12 р.
Вилькоммъ, Ботаническ!# атласъ. Текстъ подъ ред. Н. Раевскаго. Съ 124 раскр. табл. Спб. 1898. Ц. 7 р.
Шубер-тъ, Ботаническ!# атласъ. Спб. 1887.
Ц. 10 р.
Артари А., Очерки изъ области знашй о низшихъ организмахъ. I. Панцырныя растешя (Д!атомовыя водоросли). Съ 24 рис. Москва 1891. Ц. 40 к.
Бородинъ, И., Кратк!# очеркъ микологш, съ указашемъ грибовъ, наиболее вред- ныхъ въ сельскомъ хозяйстве и лесоводстве. Съ 232 полит. Спб. 1897. Ц. съ атласомъ А. Мясоедова 5 р. 50 к.
Сорокинъ, Н., Основы микологш съ обозре- шемъ учешя о заразительныхъ болЬэ- няхъ. Часть I. Выпускъ 1. Казань. 1878. Ц. 2 р.
Мигу ла, Бактерш и ихъ роль въ жизни человека. Перев. съ нем. Ц. 1 р.
Fraenkel, С., Основашя бактерюлогш. Пер. Ф. Каменскаго. Одесса 1887. Ц. 2 р.
Де-Бари, А., Лекцы о бактер!яхъ. Перев. съ нем. Хр. Гоби. Съ 18 рис. Спб. 1886.
Цопфъ, В., Дробянки-бактеры. Перев. съ нем. и знач. дополи. Хр. Гоби и П. Ко- стычева. Съ 34 полит. Спб. 1884. Ц. 1 р. 25 к.
Географ1я растеши.
Бекетовъ, А., Географ1я растешй. Очеркъ учешя о распространены! и распределены растительности на земной поверхности, съ особымъ прибавлешемъ о Европ. Россы. Спб. 1896. Ц. 2 р.
Краснову А., Географ1я растешй (Основы Землеведешя, вып. IV). Ч. 1-ая. Ц. 2 р. 40 к.
Определители растешй.
Ledebour, Flora Rossica. Vol. 1—IV. Stutt- gartiae. 1847—1853.
Шмальгаузенъ, И, Флора Средней и Южной Россы, Крыма и Северн. Кавказа. Руководство для определешя семенныхъ и высшихъ споровыхъ растений. I—II. К1евъ 1895—1897. Ц. 8 р.
— Флора Югозападной Россы. Шевъ 1886. Ц. 5 р.
Маевскгй, П, Флора Средней Россы. Иллю- стриров. руководство къ определенно среднерусскихъ цветковыхъ растений. 2-е изд. подъ редакц. С. Коржинскаго. Москва 1895. Ц. 3 р. 50 к.
Кауфманъ, И., Московская флора или описа- н!е высшихъ растешй и ботанико-гео- графич. обзоръ Московск. губ. Изд. 2-е подъ ред. П. Маевскаго. Москва 1889. Ц. 3 р.
Петунниковъ, А., Иллюстрированное руководство къ определенно растешй, дико растущихъ и разводимыхъ въ преде- лахъ Московской губ. Москва 1890. Ц. 2 р. 50 к.
Meins/iausen, Fr., Flora Ingrica Oder Aufzah- lung und Beschreibung der Bliithen- pflanzen und Gefass. Cryptogamen des Gouvernements St.-Petersburg. St.-Pe- tersb. 1878. Ц. 2 p.
Klmge, 1., Flora von Esth.-Liv- und Kurland. Reval 1882.
Постель, Для ботаническихъ экскурсий. Карманный определитель растешй. Пе- реводъ съ нем. Мелюранскаго. 2-е изд. Спб. 1888. Ц. 2 р.
Федченко и Флеровъ, Водяныя растешя Средней Россы. Иллюстриров. определитель. Москва 1897. Ц. 40 к.
Маевскгй, П., Полевыя травы Средней Россы. Москва 1887. Ц. 50 к.
— Злаки Средней Россы. Иллюстрированное руководство къ определенно. Москва 1891. Ц. 85 к.
— Весенняя флора Средней Роесы. Таблицы для определешя растешй, цве- тущихъ въ марте и апреле. Изд 2-е. Москва 1893. Ц 30 к.
Маевсскгй, П, Осенняя флора Средней Россы Табл, для определешя. 2-е изд. Москва 1897. Ц. 40 к.
— Ключъ къ определешю древесныхъ растешй. Москва 1890. Ц. 75 к.
Практическая дендрологгя, Руководство къ скорому и легкому определенно важ- нейшихъ частей древесныхъ породъ по отдельнымъ ихъ частямъ. I. К. Тю- бефъ, Семена, плоды и всходы важней- шихъ древесныхъ и кустарныхъ породъ. Перев. съ нем. Съ 125 рис. Ц. 75 к. II. Э. Вольфъ, Листва деревьевъ и кустарниковъ, дикорастущихъ и разводимыхъ. Съ 224 рис. Ц. 1 р. 25 к. Ш. Э. Вольфъ, Деревья и кустарники въ зимнемъ состояны. Съ 209 рис Ц. 75 к. — Спб. 1892.
Кайгородовъ, Дм., Собиратель грибовъ. Карманная книжка, содержащая въ себе описаше важнейшихъ съедобныхъ, ядовитыхъ и сомнительныхъ грибовъ. растущихъ въ Россы. Съ 11 раскр. табл. Спб. 1898. Изд. 3-е. Ц. 1 р. 75 к.
Ячевскгй, А., Определитель грибовъ. Таблицы для определешя родовъ грибовъ Москва 1897. Ц. 1 р.
Bruttan, A., Lichenes Est-, Liv- und Kurlands. Dorpat 1870.
Куммеръ, П, Краткое руководство къ определешю листостебельныхъ мховъ. Пе- реводъ съ 3-го нем. изд. Съ 77 рис. Спб. 1900.
Навашинъ, С., Мхи Средней Россы. I вып. Шевъ 1897.
Полезный растешя и болезнирастешй.
Борисовъ, И., О главнейшихъ врачебныхъ растешяхъ, находимыхъ въ дикомъ со- стояши въ пределахъ Средней Россы. Москва 1892. Ц. 30 к.
Декандолль, А., Местопроисхождеше возде- лываемыхъ растешй. Спб. 1886. Ц. 3 р. 60 к.
Кайгородовъ, Д., Беседы о русскомъ лесе. 3-е изд. Спб. 1893. Ц. 2 р.
Корневэкъ, К., - Ядовитыя растешя и отра- влешя, ими причиняемыя. Перев. съ франц, подъ ред. Гоби. Спб. 1895. Ц. 2 р. 50 к.
Гинтеръ, Н., Кратшй учебникъ фармацевтической ботаники и растительной фар- макогнозы. Съ 135 рис. Спб. 1894. Ц. 1 р. 80.
Гартигъ, Р., Болезни деревьевъ. Пер. съ нем. Съ рис. Москва 1894. Ц. 2 р. 25 к.
Кирхнеръ, О., Болезни и повреждешя на- шихъ сельскохозяйственныхъ культур- ныхъ растешй. Руководство къ рас- познашю ихъ и къ борьбе съ ними. Перев. съ нем. подъ ред. Гоби. Спб. 1891. Ц. 3 р.
Варлиосъ, В., Важнейшая болезни нашихъ культурныхъ растешй, причиняемыя паразитными грибами. I. Бол. хлеб-
ныхъ злаковъ. Съ 1 табл, и 19 рис. Спб. 1897. Ц. 50 к. II. Болезни пло- довыхъ деревьевъ. Съ 3 хромол. табл, и 64 рис. Спб. 1898. Ц. 1 руб. 50 к. Маршаль- Уард о, Болезни растешй. Перев.
П. Волкенштейна. Спб. 1891. Ц. 60 к. Р^товг^евъ, С., Патолог1я растешй. Болезни и повреждетя растешй, вызываемый растительными паразитами, полупара
зитами и эпифитами. Съ 25 табл. рис. Москва 1899. Ц. съ атласомъ 4 р.
Сорокину Н., Растительные паразиты человека и животныхъ, какъ причина заразныхъ болезней. Выпускъ I. Спб. 1882.
Ячевскгй, А., Паразитные грибы русскихъ лесныхъ породъ. Съ 28 раскрашен, таблицами. Спб. 1897. Ц 2 р.
Каталогъ издашй
Книгоиздатедьекаго Т-ва „ЦроевЪщен1е“,
С.-Петербургъ, Забалкансюй пр., с. д. № 75.
Сочинения справочная характера.
ВолЫМая Эну/иНЛОП*вд1я. 4 Словарь общедост. св'бд'Ьшй по вс^мъ отрасл. знашя, подъ общ,, редакц. С. Н. Южакова. 10,000 рис. картъ и план, въ текст-Ь и на 1000 отд. прил. — 220 в. по 50 к. пли 22 т въ роек, полук. пер. по 6 руб.
Географилгескги атлась. 84 л. картъ и 16 л. планрвъ городовь въ 8°. — 15 в. по 40 к., въ роек, полукож. перепл .. , ,
Р. К
132 —
7 80
Изящная литература.
Всемирная библ1отека. Собрания сочинен$й лучшихъ иностранныхъ и русскихъ писателей.
КрЫЛОвЪ, И. А. 1. 10 Редакщя В. В. Каллаша. Худож. прил. — 4 т. по 75 к, въ изящн. кол. перепл
Пушкина, А. С. 4 8,10 редаКщЯ 2Г. О. Морозова и В. В. Валлаша. 30 худож. прил. — 8 т. 7 р. 50 к., вь изящн. кол. перепл
КОЛЬЦО вЬ, А. В. Ред. А. И. Введенснаго. 1 т. Ц-Ьна 1 р., вь изящн. кол. пер. Лермонтова, И. ТО. 4 8. 10 Редакщя А. И. Введенснаго. 15 художеств, прил. -- 4 т. по 75 к., въ изящ. кол. перепл
Гоголь, IT. В. Редакщя В. В. Каллаша. 36 худож. прпл. —-9 т. 9 рублей, въ изящн. кол. перепл
ЖаКСимовЬ, С. В. Со вступительной статьей П. В. Бынова. 20 томовъ 20 руб., въ изящн. коленкор перепл
ПоМЯЛОвСКгй, И. Г. 8. Ю Портр. и биограф. автора, составл. И, А. Благо- вгъгценсним». 10-е изданге. — 2 т. 3 р., въ изящн. кол. перепл ОстрОвенШ, А. Н. 4. 8.10 Редакщя М. И. Писарева. Факсимиле, портреты автора и др. худож. прил. —• 12 т. 19 р. 20 к., въ изящн. кол. перепл
П0ШП>ХиНЬ, А. А. 4. 8.10 Редакщя автора. Портр. п факсимиле его. —12 т. 12 р., въ изящн. кол. перепл
Аксакова, С. Т. Редакщя А. Г. Горнфелъда. Портреты и худ. прил. 6 т. 6 р., въ изящн. пер ЧарльЗЬ ДиККеНСЪ. Перев. съ англ. Ир. Ив. Введенснаго, М. А. Шишмаревой и др, со вступит, статьей Д. II. Симчевскаго. 30 том. по 75 коп, въ изящн. коленкор, перепл
Георга БрандвСЬ. Перев. съ датск. и вступ. статья М. В. Лунгиной. 20 том. по 75 коп, въ изящн. коленк. перепл Элиза ОржвШКО. Перев. съ польск, подъ редакщей и со вступит статьей С. С. Зелинснаго. 12 том. по 75 коп.; въ изящн. коленкор, перепл
ГЮИ дв МопасаНй. Перев. съ франц., со вступит, статьей 3. А. Венгеровой. Богато иллюстриров. издашо. 15 т. 15 руб., въ изящн. коленкор, перепл. Эдгара Цо. Собран1е сочинешй, съ критике-6iorp. очеркомъ М. А. Энгельгардта. 3 т. 3 руб., въ изящн. коленк. перепл. . . .
Театр» Еврипида. Стихотворный переводъ, съ греческ., съ введешемъ и объяснит, статьями И. О. Анненснаго. 1 т. 6 руб, въ изящн. перепл. . . .
Р.
9
1
5
13
30
4
18
9
37
25
15
22
4
7
К.
50
50
20
50
50
50
Сочинен!я по исторш, исторш культуры, литературы и искусства.
Hcmopia нелОв^ЬНвСШвО. (Всемирная история). *. ? Общ. редакщя Г.
Гельмольта. Пер. съ доп. пзв. русск. учен. 260 прил. — 90 в. по 50 к., 9 т.
Исторгя первобытной культуры, соч. д-ра г. Шурца. Пер. и доп. проф. И. И. Смирнова, подъ ред. и съ пред. Д. А. Клеменса. 434 рис. и 24 худож. прил. —15 в. по 50 к., въ роек, полук. пер
ИсторгЯ НКЬМе^КОй литературы с» древнюйш. врем. до настоят, времени. К 2. °. Соч. профф. Фр. Фогта и М. Коха. Переводъ.проф: А. Л. Погодина. 98 худож. прил. — 15 в. по 50 к., въ радк. полушагр. перепл. . . .
Кака англичане критикуют» свои государственные расходы. Соч. акад. Ив. Ив. Янжула. Ц^на 1 р. 25 к., въ роек, полук. пер. В» Поисках» лучшаго будущаго. Социальные этюды. Соч. акад.
Ив. Ив. Янжула. 2-е изд. Ц^на 3 р., въ изящн. пер
Главным теченТя польской политической мысли (1863—
1907 гг.). Соч. проф. А. Л. Погодина. Цйна 3 р., въ изящн. перепл. . •
Исторгя искусства встьхъ времен» и народов». 8 Соч. проф. К. Вер-
P.
54
К.
8 60
8 60
1 75
3 75
3 75
мана. Пер. подъ ред. А. И. Солюва и Д. В. Айналова 1500 иллюстр. и 130 худ. прил. — 60 в во 40 к. или 3 т. въ роек, полукож. пепепл Сонровиида искусства. 1ООгел1огр.,разм. 51х38,бсант. —25в. поЗр.,въпер.
Сочинения по естествознан!ю и медицин!.
Р.
27
82
' ВсСЛСННаЯ U ЧеЛОвП>ЧвСШвО. 4. 6 Соч. проф. Г. Крэмера. Пер. i одъ ред. проф. А. С. Догеля. 2000 рис. п мн. прил. — 100 в. по 40 к. или 5 т. въ пер. по 11 р. М1роздан1в, оби^едост. астрономия. 3* 4- к 10 Соч. д-ра В. Мейера, бывш. директ берл. „Уран1и“. Пе’р. съ доп. и указат. по русск* астрон. л-р-Ь проф. С. И. Глазенапа. 287 рис., 41 худож. прил. - - 16 в. 7 р. 50 к., въ роек, полукож. перепл. ИсторгЯ ЗвМЛи. к 2. 4. 8 Соч. проф. М. Неймайра. Пер. съ дополн. проф. Улшомъ изд., съ доп по геол. России и указ, по русск. л-р!, подъ ред. проф. А. А Иностранцев». 1129 рис., 38 худ. прил. — 30 в. 12 р. ЬО к. — въ 2 роек, полук. пер. Жизнъ природы. Соч. д-ра Вильгельма Мейера. Пер. подъ ред. проф Н. А. Гезехуса. 29 худож. прил. — 15 в. по 50 к., въ роек, полукож. перепл . ЗвМЛЯ U жиЗНЪ. Соч. проф. Ф. Гатцеля. Пер. подъ ред. проф. И. И. Кротова. 400 рис. и 67 худож. прил. — 30 в. по 50 к., въ роек, полукож. перепл. ЖиЗНЪ растеНЪи. к 4. 6 Соч. проф. А. Кернера фонь-Марила-уна. Пер. съ дополн. и библюгр. указат., подъ ред. проф. И. П. Бородина. 2100 рис. и 65 худож. прил. — L0 вып. 12 р. 80 к., или 2 т. въ роек, полукож. перепл. . . ‘.
Происхожденге животнаго мгра. ^ЛЛ соч проф. в. Гаане. Пер. подъ ред. проф. 10. Н. Вагнера. 469 рис. и 21 худ. прил. —15 в. 6 р., въ роек, полук. пер.
Жизнъ живОШНЫХЪ Брэма. 4 5. 6. 10 Пер. подъ ред. профф. А. С. Догеля и ТЕ. Ф. Лесгафта. 1179 рис. и 81 худ. пр.—60 вып. по 35 к., въ 3 роек, полушагр. пер. ЧВАОвМэКЪ. к 4 Соч. проф. I. Ранне. Пер. подъ ред. проф. Д. А. Коропчевскаго. 1398 рис. и 41 худож. прил. — 30 в. 12 р., или 2 т. въ роек, шлукож. перепл.
НародовП>дн>Нгв. 8. 9 Соч. проф. Фр. Ватцеля. Пер. съ доп. проф. А. Короп- чевскаго. 1103 рис. и 62 худ. прил . - 36 в. по 35 к., или 2 т. въ роек, полушагр. пер. Красота форМЪ въ природМэ. Соч. проф. Э. Геккеля. Пер. подъ ред. проф. А. С. Догеля. 100 больш. табл, съ опис. текстомъ. —• 20 в. по 1 р., и 1 доп. вып. — 50 коп.; въ изящн. перепх
Африка. 8. i0 Соч. профф. В. Сиверса и Ф. Гана. Пер. Д. А. Коропчевскаго. 200 рис. и 32 худож. прпл. — 15 в. по 50 к., въ роек, полукож. перепл Азгя. Соч. проф. В. Сиверса. Перев. подъ ред. проф. Харьк. унив. А. И. Краснова. 180 рис., 16 картъ и 20 худож. прил. — 15 вып. по 50 коп, въ роек, полук. пер. СУЪ верная Америка. Соч. д-ра Э. Декерта. Перев проф. Варшавск унив. А. Л. Погодина. 130 рис. въ текста, 12 картъ и 21 худож. прилож. — 14 вып. по 50 коп., въ роскоши, полукож. перепл
Южная U Сред ЯЯ Америка. Соч. про . В. Сиверса. Перев. со 2-го н!м. изд. проф. Варш. унив. А. Л. Погодина. 141 рис. въ текст!, 11 картъ въ краскахъ и 20 хромолитогр. и гравюръ. Въ роек, полукож. перепл
Австралгя, Океангя и Полярныя страны.. соч. профф. в. Сиверса и В. Кюленталя. Пер. со 2-го переработ. н!м. изд. Г. Г. Генкеля, съ доп. проф. харьк. унив. А. Н. Краснова. 198 рис. въ текст!, 14 картъ и 24 хромолитограф1и, гравюры и автотипы. Въ роек, полукож. перепл . . . . Европа. Соч. проф. А. Филипповна. Пер. со 2-го вновь переработ. н^м. изд. съ доп ст. о Россы В. П. Воронцова. 144 рис. и картъ въ текст! и 36 отд. прилож. (картъ, хром лит., гравюръ и автотишй). Въ роек, полукож. перепл.
Книга о здоровомъ и болъномъ человтьтъ. 8.10 соч. проф. к. э. Вока. Пер. съ н^м. Рисунки и худож. прил. — 2 1. по 2 р., въ ^зящн. кол. перепл.
Новый СПОСОбъ ЛТЪЧСНгя. Соч. М. Платена. Перев. подъ ред. д-ра мед, А. П. Зеленкова. Прибл. 600 рис., 63 прил. — 4 т. въ роек, перепл. . . .
Иопулярно-на-уиные альбомы картина но естествознанию и географги.
Альбомы картинь: 1) по зоологии млекопита-юги/ихь. к6.10 258 рис. ^ но ЗООЛОгШ пти^ъ. к 4 6. 10 238 рис. Текстъ проф. в. Маршалля. Пер. Г. Г. Якобсона и Я. Н. Зубовскаго, съ пред. проф. 10. Н. Вагнера. Въ изящн. кол. перепл. .,по
3) ПО зоологии рыбо. к 4 6. 10 Текстъ проф. В. Маршалля. Пер. Г. Г. Якобсона и Н. Н. Зубовскаго, 208 рис. Въ изящн. пер 4) но зоологьи низшихъ животных^. 4 8. 10 текстъ проф. в. Маршалля. Пер. Г. Г. Якобсона. 292 рис. Въ изящн. пер 5) по географги растенш. 8. 10 Текстъ д-ра м. кронфельда. Пер. прив.-доц А. Г. Генкеля. 216 рис. Въ изящн. кол. пер 6) НО географги Европы. 5. 6. 7.10 Текстъ д-ра А. Гейстбена. Пер. съ доп. А. П. Нечаева, съ пред. Д. А. Корончевскаго. 233 рис. Въ изящн. к ^л. пер. 7) но географги внтъевропейск. странъ. 5.6.7.10 текстъ д-ра А. Гейстбена. Перев. А. П. Нечаева, съ пред. проф. Д. А. Короп^ювскаго. 325 рис. Въ изящн. кол. перепл . . .. ,
Р.
55
К.
8 60
15 —
8 60
17
15
7
24
14
15
20
23 50
8 50
8 50
8 —
8
8 50
8 50
6 —
25 —
1
1
1
1
1
1
75
75
75
75
50
75
1 751 75Р.6666666666Р.6666666666К.К.
1 75
1 75
Р.
6
6
6
6
6
6
6
6
6
6
Р.
6
6
6
6
6
6
6
6
6
6
К.
К.
Школьный атласа картинъ изъ „Жизни животныхъ^
ВрЭМа* 8. 10 Отдиълъ зоологги. 55 табл. Болып. альбомъ in folio въ папкЪ
Cepifl сочинешй „Промышленность и техника".
История и современная техника строительного искусства* 8.10 Пер. подъ ред. и съ дополп. проф. В. В. Эвальда. 900 рие. и 14 прил. — 10 в. по 50 к., въ роек, полукож. перепл
Силы природы и UXb прим^ьнен^я* 6. 8 10 Пер. подъ ред. проф. Н. А. Гезехуса. 1000 рис. и 3 прил. — 10 в. по 50 к., въ роек, полукож. перепл. . .
Электричество, его добыванье и примененья въ промышленности U технике* 9 Пер. подъ ред. и съ дополн. проф. В. В. Скобельцына. 900 рис. и 13 прил. — 10 в. по 50 к, въ роек полукож. перепл. Сельское хозяйство и обработка ваэдснейшихъ его про- дунтОвЪ, Перев. подъ ред. и съ дополн. профф. В. Я. Добровлннскаго, А. В. Ключарева и др. 629 рис. и 9 прил. —10 в. по 50 к., въ роек, полу кож. перепл.
Горное дело и металлургия* 6 Пер. съ дополн. подъ ред. профф. И. в. Мушкетова и В. И. Баумана. 600 рис. и 12 прил. — 10 в. по 50 к., въ пер.
Технология металловъ» 8. ^. ^ Пер. съ дополн. подъ ред. проф. А. н. Миткнскаго. 1600 рис. и 6 прил. — 10 в. по 50 к., въ роек, полукож. перепл. Обработка камней и земель и технологгя химических^ производствй* 8. 10 Переводъ подъ ред. проф. В. В. Эвальда. 600 рис. и 3 прил. — 10 в. по 50 к., въ роек, полукож. перепл
Обработка волокнистых^ вегцествъ. пер. съ доп. подъ ред. проф. С. А. Ганегаина. 680 рис., 5 прил. — 10 в. по 50 к., въ роек, полуж. перепл.
Пути СООби^вНгЯ. Пер. подъ ред. проф. Н. Н. Митинскаго. 764 рис. и 14 прил. — 10 в. по 50 к., въ роек, полукож. перепл
Мгровыя сношенья и ,ихъ средства, иер. подъ ред. проф. н. а. Гезехуса. 285 рис. и 3 прил. — 10 в. по 50 к.» въ роек, полукож. перепл. . .
Изд. рекоменд. Уч. Ком. Мин. Нар. Пр. для фунд. и уч., ст. возр., библ. ср. уч. зав. Мин.
Изд. рекоменд. Уч. Ком-томъ Собств. Его Импер. Величества К-рги для фунд. библ, средн. учебн. зав. В-ства учр. Имп. Mapiu.
Изд. рекоменд. Уч. Ком-томъ Мин. Земл. и Гос. Имугц. для библ, подвтьд. М-ству уч. зав.
Изд. рекоменд. Гл. Упр-мъ военно-учебн. зав-нгй въ библ. над. корпусовъ.
Изд. одобр.' Уч. Ком-томъ М-ства Нар. Просе, для фунд. и учен., старш. возр., библ, средн, учебн. зав., для библ. учит. инет, и сем. и для безпл. нар читал, и библ.
Изд. одобр. Уч. Ком-томъ М-ства Земл. и Гос. Им. для библ, подвид* М-ству учебн. зав.
Изд. одобр. Учебн. Ком-томъ Собств. Его Импер. Велич. К-рги по учр. Импер. Марги для учен, библ., ср и старш. возраст., ср. учебн. зав-нгй и для библ, старта возр. Маргинскихъ уч-щъ.
Изд. допущ. Уч. Ком-томъ М-ства Нар. Просе, въ библ, средн, учебн. зав-нгй и въ библ, учит. инет, и семин., а также въ учит. библ, городок училигцъ.
Изд. допугц. Уч. Ком-томъ М-ства Земл. и Гос. Им. для библ, подвтьд. М-ству ср. уч. зав.
Изд. докугц. Уч. Ком-томъ М-ства Нар. Просе, въ безпл. нар. чит. и библ.
Cepifl сочинешй „Библютека ПросвЪщен1я“.
Въ перепл.
Р.
К.
Р.
1 К.
№ 1. ВарЛЪ ЗПарНСЪ* Нищета философы. .
39
51
№ 2. В* Зомбартъ. Рабочш вопросъ. .'.
—
27
—
39
№ 3. Н. СувировЪ* Государств, страховате рабочихъ въ Гермаши
—
49
—
61
№ 4. ВоЛЬШЬв города, ихъ обществ., политическое и экономическое значение. Сборн. статей проф, К. Бюхера, Г. Майра, Г. Зиммеляндр.
№ 5. А* МвНгвЮЪ* Право на полный продуктъ труда
—
44
30
56
42
№ 6. Ф* Жерингъ* Объ историческомъ матертализм-Ь
—
15
—
27
№ 7. П* Гере* Какъ священникъ сталъ сощалъ-демократомъ . . .
—
6
—
18
№ 8. Те KypmU* Всенародное голосовате въ Швейцары . . . .
—
7
—
19
№ 9. Грейлихъ. Буржуазная револющя и освободительная борьба рабочаго класса *
№ 10. Эе Зелигманъ* Экономическое понимаюе исторш
—
8
17
20
29
№ 11. А* Менгеръ. Гражданское право и неимущ! е классы. . . .
45
—
57
№ 12. А* Вебель* Шарль Фурье, его жизнь и учете
—
42
—
54
№ 13—14. Ш. Ворясо* Учреждете и пересмотръ конститущй въ Европ-Ь п Америк^; вып. I—IIпо
№ 15. П. СтреЛЬСкШ. Самоорганизащя рабочаго класса . . .
35
50
40 I
—
47
62
№ 16, 32, 47—52. Фр. Жерингъ. Истор1я герм, соц-дем. 8 вып.
4
1 о
об
№ 17. Э. Виллей. Какъ произв. въ Зап. Европ-б выборы въ парлам. |
—
15
27
№ 18. Карлъ ЖарнСЪ. Классовая борьба во Францшвъ 1848—1850 гг. ;
—
2о|
, —
37
Вь перепл.
Р. | к.
Р- 1
1 к-
№ 19.
В. Вшт^1иш&. Человечество, каково оно есть и какимъ оно должно быть
—
12
—
24
№ 20.
Л. Новичбе Великое Учредительное Собрате 1789 г
—
45
—
57
№ 21.
^4. Шеффле. Квпптъ-эссенщя сощалпзма
—
18
—
30
№ 22-
-23. ЛиссагарЭ. Истор1я Коммуны; вып. I—II
1
25
1
49
№ 24.
Г. Роландъ-Голъстъ. Всеобщая стачкапсощалъ-демокрапя
—
45
—
57
№ 25-
-26. В. Либкнехта Робертъ Блюмъ и револющя 48 г. въ Гермаши, вып. I и IIпо
—
40
—
52
№ 27.
Be ЗомбартЪе Политическая эконом!я промышленности . .
—
50
—
62
№ 28.
А. Мешеръ. Новое учете о нравственности
—
20
—
32
№ 29.
Шарль Я&ибЪе Соц1ально-экономическ1е итоги XIX столЗтя
—
55
—
67
№ 30.
Ге ГреилиХб. О матер!алистическомъ пониманш исторш . .
—
7
—
19
№ 31.
Be Либкнехта Обосноваше Эрфуртской программы . .
—
10
—
22
№ 33.
Записки рабочагое Съ предислов1емъ II. Гере . ... .
—
55
—
67
№ 34.
Г. Мохй. Постоянная армзя и милищя ..
—
55
—
67
№ 35.
J& ФроМве Монархия или республика?♦
1
-
1
12
№ 36.
В. ЗомбарШо. Пролетар1атъ въ Америк^
—
30
—
42
№ 37.
Эм» Калерй* Вильгельмъ Вейтлингъ
—
35
—
47
№ 38.
Д-ръ Люкс^е Этьеннъ Кабэ н Икар1йскш коммунпзмъ . . .
65
—
77
№ 39.
Н. Г. ПоМЯЛОвСКШ. Очерки бурсы
—
75
87
№ 40.
Не Г. НоМЯЛОвСКШ. Вуколъ
—
10
—
22
№ 41.
Не Г. НоМЯЛОвСкИй мещанское счастье
—
50
—
62
№ 42.
Н. Г. НоМЯЛОвСКШ. Молотовъ
—
75
—
87
№ 43.
Ке ИарксЪе Восемнадцатое Брюмера Луи Бонапарта. . . ,
—
30
—
42
№ 44.
фр. ЭнгеЛ'ЪСЪе Анти-Дюрингъ
1
—
1
12
№ 45.
Роза Люксембург®. Социальная реформа или револющя?
—
30
—
42
№ 46.
Г. ТекНо. Интернащоналъ
—
80
—
92
№ 53.
Эд. Доллеан%е Робертъ оуэнъ
—
50
—
62
№ 54.
АХИЛЛА Лорга. Сощализмъ и сощальный дарвинизмъ . .
—
15
—
27
№ 55.
Эе Виллеи» Избирательное законодательство въ Европе . .
—
75
—
87
№ 56.
Не ФалъбеКЪе Современный парламентаризмъ
—
40
52
М 57.
Фре ИериШЪе Просвещенный абсолютизмъ Фридриха Велик.
—
60
—
75
№ 58.
!• Губера. Философ1я сощалъ-демократш
—
20
—
32
№ 59.
НавСЛЪ Гере. Три месяца на фабрике
1
—
1
12
№ 60.
Гартмана» Народный движения въ Гермаши въ 1848 году .
1
25
1
37
№ 61.
КаутсН^и» Анти-Бернштейяъ•
1
—
1
12
№ 62—63. Г. КОХЪ. Очерки по исторш политпческихъ идей и си- стемъ государственнаго управлешя, 2 вып., каждый . . . по
1
1
12
№ 64.
Не ЯнжулЯе Пьянство, какъ соц. недугъ и борьба противъ него
—
30
—
42
№ 65.
Ае Не ОстрОвСкШе Свои люди —- сочтемся. Ком. въ 4 д.
—
75
№ 66.
Ае Не ОстровенШе н© ВЪ свои сани не садись. Ком. въ 3 д.
—
60
М 67.
Ае Не Островск1йе Бедность не порокъ. Ком. въ 3 д.
—
60
№ 68.
Ale Не OcmpOBCHiUe Доходное место. Ком. въ 5 д.
—
75
№ 69.
Ае Не ОстровСКШе Гроза. Драма въ 5 д.
—
70
—
—
МаННЖур1Яе Соч. А. Домбровскаго и В. Ворошилова, по новейш. даннымъ. При- ложешя (геогр. карта, русско-кптайск1й словарь и пр.). Въ кол. перепл. 1 р 60 к.
Сибиръ и СЯ экономическая будугдиОСт/Ъ. Соч. Кл. Олан-ъона, съ предислов. Фр. Пасси. 15 иллюстр. прилож. Цена 2 р., въ изящн. кол. перепл. 2 р. ,50 к.
ЯСНЗНЪ бабОЧСКЪ. Соч. проф. Штандф-усса. Пер. и доп. подъ ред. И. Я. Шевирева* 200 рис. Въ кол. перепл. 3 р 25 к.
Издангв рекомендовано Уч. Ком-томъ М-ства Нар. Просе, для фунд. библ. ср. уч. зав-нгй, въ котор. препод, естествовпдтонге, а равно и учит. инет, it сель-гй.
Хрестоматия для устн. и писъм. соч., съ прил. 15 картинъ. Составили преподав. В. Н. Куниг^кгй и А. JL Погодгьнъ Цена 60 коп.
Очерки изъ прошлаг о и настоящаго ЯпонШ. соч. т. а. Богданович». Составл. по новейш. источникамъ, съ приложешемъ текста японской конституции. 440 стр., 25 худож. прилож. Цена 1 р. 25 к., въ изящн. коленкоров, перепл. — 1 р. 75 к.
ЯПОНЦЫ О ЯпОНги. Статьи о Япоши, сост. выд.~я поиск. деят. подъ ред. Стэда. Пер. съ англ, подъ ред., съ пред, и дополн. Д. И. Шрейдера. Цена 3 р. 75 коп., въ роек. пер. 5 р.
993aKOHHblu“ браное (Проблемы брака, материнства, школы.) Сборникъ статей Архимандрита Михаила. Цена 60 коп.
Кройка ЖСНСКаЮ и д'¥ЪтСКа'1О ПЛаШЪЯ по способу составления патрона- еллъпма» Соч. Берме». Пер. съ фр. подъ ред. В. Н. Янжулъ. 139 рис. Роек. изд. Ц. 2 р.
Типо-литограф1я Т-ва „Просвищете". Спб.» Забалканеюй пр., с. д. № 75.
*) Чаще зигоспорою. Авторъ избЪгаетъ этого выражешя, такъ какъ спорою онъ на- зываетъ исключительно отводокъ, происшедппй безполымъ путемъ. Прим. пер. Р.
*) Въ Крыму филлоксера впервые была зам-Ьчена въ 1883 году въ им-Ьши г. Кузнецова — Форосъ (на южномъ берегу). Виноградники перекопали, облили сЬроутлеродомъ и- ватратили около 180,000 рублей, но филлоксеры все-таки не уничтожили. Теперь въ Крыму, а также и въ другихъ м-Ьстностяхъ, богатыхъ виноградомъ, работаютъ особые „филлоксерные комитеты*, которые затрачиваютъ большая средства для борьбы съ этимъ бичемъ ви- нодЪлхя, однако достигаютъ лишь очень неболыпихъ результатовъ. Впрочемъ, въ Крыму о филлоксерЪ какъ-то не слышно — стропй карантинъ, вЪрнЪе, полное запрещеше ввоза, на полуостровъ винограда въ вид-Ь ли ягодъ или лозъ (чубуковъ) безразлично, в-Ьроятно, заставить филлоксеру обратиться въ страшную легенду, которыми м-Ьстные виноградари мо- гутъ еще долго пугать д-Ьтей. Впрочемъ, виноградники постоянно осматриваются колонистами менонитами, отбывающими на „филлоксерной служба* воинскую повинность (какъ.
*) Насъ удивляем отношеше автора къ теорш, ставшей основой современныхъ знан!й объ эволющи м!ровъ и находящей подтверждено въ массЬ примЪровъ. главнымъже обрр-
Жизнь растен!й.
Второй томъ.
„Вся природа".
Въ эту cepiro входять слЪдуюпця сочинешя:
М1роздаше — д-ра Вильгельма Мейера.
HCTOpla земли — проф. М. Неймайра.
Происхождеше ЖИВОТНЯГО >пра — проф. И. Гааке.
Жизнь ЖИВОТНЫХЪ — Брэма.
ЖИЗНЬ раетенШ — проф. Кернера фонъ-Марилауна.
ЧелОВЬкъ — I. Ранке.
НарОДОВ'ЬД'Бше — Фридриха Ратцеля.
ЖИЗНЬ природы — д-ра Вильгельма Мейера.
Полный переводъ съ н^мецк., подъ редакщей и съ дополнешямипроф. И. П. Бородина, Ю. Н. Вагнера, Н. А. Гезехуса,С. П. Глазенапа, А. С. Догеля, А. А. Иностранцева, Д. А.Коропчевскаго, П. Ф. Лесгафта.
8 отд4ловъ въ 231 выпуск^ или 14 томахъ; 11,600 страницъ, 8,500 рисунковъвъ текстб, 215 хромолитографШ, 30 картъ въ краскахъ, 165 гелюгравюръ и pfc-заныхъ на деревб гравюръ.
^-^t-н—^
С.-Петербургъ.
Книгоиздательское Товарищество „ПросвЪщеше".
Забалкансюй проси., соб. д. № 75.
Жизнь раетешй
Проф. А. Кернера фонъ-Марилауна.
Второй томъ.
Истор1я раетешй.
Переводъ (съ разрЪшен!я издателей оригинала) со 2-го вновь переработаннаго идополненнаго н^мецкаго издания,съ библ!ографическимъ указателемъ и оригинальными дополнен1ями
А. Генкеля и В. Траншеля,
подъ редакшей заслуженнаго проф. И. П. Бородина.
Съ 1 картой въ краскахъ, 233 художественными иллюстращями въ текста, 19 хромо-литограф!ями и 11 резаными на дерева отдельными картинами.
Рекомендовано Ученымъ Комитетомъ Министерства Народнаго Просвтценгя для учитель- скиасъ библъотекъ ттохг учебныхъ заведенш, гд^ъ преподается естествознаже.
Одобрено Ученымъ Колштетомъ Министерства Народного Просв1ъщенгя для ученическихъ, старшаго возраста, библготекъ мужскихъ гимназш и реальныхъ училигиъ.
Печатано со стереотипа.
э-э^-е-е-
С.-Петербургъ.
Типо-литограф1я Книгоиздательскаго Т-ва „ПросвЪщен1еа,ЗабалканскШ пр., с. д. № 75.
Оглавлен1е.
Истор1я
Введен1е.
Стр.
Источники къ исторш растешй3